- -
- 100%
- +
ХIX век. Англия. Король остался без своей Королевы сразу же после рождения близнецов. Это были поистине Королевские близнецы! Мальчик и девочка. Брат и сестра. Два крохотных существа, две крохотные жизни, два крохотных сердца, что все свои семнадцать лет шли рука об руку. С самого рождения и до дня, когда пришла смерть и разлучила их.
Они были неразлучны, несмотря на различные взгляды на мир и увлечения.
Он, старший брат, наследник престола, являлся творческой личностью: кисти, холсты, краска (самая разная) – вот его пристанище; любовные и приключенческие романы, прогулки по саду и проведение ночи на балконе с кружкой горячего чая. Вот, что его увлекало.
Она, младшая сестра, любитель поозорничать, влезть в какие-то проблемы и всегда – всегда-всегда – тащить за собой брата. Любовь к политике и правлению у неё появилась с самого детства. Разговоры о будущем королевства её увлекали больше, нежели щебетания о любви и писание картин.
Вплоть до одиннадцати лет, пока у девочки не начала расти грудь, они вечно менялись своими жизнями: Принц одевался в платье сестры и уходил на занятия по живописи, Принцесса же надевала фрак брата и бежала на уроки политики и ведения государства. Конечно, свои обязанности, которыми они менялись каждый день, им приходилось изучать, чтобы во время трапезы с отцом не оплошать.
Когда же принцесса начала приобретать свою девичью женственность, меняться жизнями стало куда сложнее. К тринадцати годам им пришлось выполнять свои обязанность самостоятельно. Такого порыва посещать занятия больше не было, и это заметил каждый из учителей. Правда, все думали, не зная всей правды, что это всего лишь переходный возраст. Как же они ошибались…
По вечерам, сидя на кроватях, при свете всего лишь одной свечи, близнецы до каждой детали пересказывали прожитый день, записывая чуть ли не каждое слово, чтобы изучить, запомнить и в свободную минуту испытать это в жизни: Принц на холстах, создавая очередной шедевр, Принцесса на бумаге, продумывая будущие законы, которые издаст её брат, когда сядет на престол.
Однако сменить отца на троне Принцу не удалось. Старший из близнецов имел проблемы с сердцем – достались в наследство от матери, что погибла как раз из-за того, что сердце её при родах не выдержало и остановилось, последним стуком подарив жизнь сразу двоим новорождённым. Вот и парень не дожил всего лишь год до своей коронации – сердце остановилось во время сна.
«Ушёл без страданий… – подумала на следующее утро его сестра, утирая слёзы и смотря на мертвенно бледное лицо брата. – Правда, наверняка с сожалениями, ведь он столько не успел сделать…»
После смерти Принца жизнь в замке особо не поменялась, что нельзя было сказать о жизни Принцессы: она изменилась кардинально. Страхи и панические атаки Короля проецировались на бедную девушку, что не могла отойти от смерти брата. Она думала, что отец страдает из-за того же. Но когда правда всплыла наружу, Принцесса не могла узнать своего отца. Она не верила ни своим глазам, что те видели, ни своим ушам, что те слышали. Она не могла поверить, что всё происходящее с ней – реальность, и то, что придумал её отец – правда.
ххх
Девушка сидела в кабинете Короля на кресле и наблюдала за тем, как тот ходил из одного угла помещения в другой и обратно, что-то яростно обдумывая и теребя свою уже седую бороду. Принцесса не могла понять, что так сильно беспокоило её отца.
«Неужели он переживает из-за того, что единственный наследник погиб? – пыталась докопаться до истины она, ожидая, когда отец наконец начнёт говорить. – Но ведь у него есть я… да, конечно, я девушка, но я всё ещё могу выйти замуж, тем самым объединив два королевства. Это может помочь и в политике, и в сотрудничестве! Тем более что союз сейчас никому не помешает.»
– Нам надо серьёзно поговорить, Лилиан, – мужчина остановился по середине кабинета и устремил свой взгляд в яркие изумруды глаз своей дочери. – Смерть Кларенса сильно пошатнула нашу жизнь. Всё перевернулось с ног на голову… Надеюсь, ты и без меня это понимаешь.
Девушка уверенно кивнула, до сих пор не понимая, к чему клонит Король.
– Да, ты умная девочка, – он тоже кивнул, но скорее больше для себя, нежели для дочери. – Поэтому ты должна понять меня и мои действия.
– О чём ты, отец?.. – с настороженностью спросила Принцесса.
– Всем, – мужчина подчеркнул это слово интонацией, – будет объявлена смерть Лилиан, а ровно через три месяца Кларенс займёт мой престол, и спустя пару лет женится, продолжая свой род.
– Что ты такое говоришь, отец?! – девушка подскочила с кресла, сжимая ладони в кулаки. – Кларенс мёртв! Мы его вместе с тобой захоронили в саду рядом с матушкой. Как ты?.. – и до неё начал доходить план, задуманный её отцом. – Нет… погоди… Ты не можешь так со мной поступить!!
– Могу, – серьёзно сказал мужчина. – Скажу тебе больше: я имею на это полное права! – он сделал несколько шагов в сторону дочери, и даже их хватило для того, чтобы подойти к ней вплотную, тем самым зажав между собой и креслом, словно не давая тем самым Принцессе выбраться из «оков». – И с этой самой минуты ты – Кларенс. Забудь о том, как жила все эти семнадцать лет. Ты умерла в ту самую ночь, когда сердце твоего брата перестало стучать, отдав тем самым своё будущее Кларенсу. Смирись с этим.
– Зачем ты так поступаешь?! – вскрикнула Принцесса. – Ты понимаешь, насколько это… это даже не глупо, это чертовски опасно! Опасно для всей нашей страны, для нашего народа! Если правда раскроется, а она со временем раскроется, самое малое, на что мы можем надеяться, это бунт народа!! А если на нас нападут другие страны?! Что тогда мы будем делать?!
– Ни бунта, ни нападений не будет! – рявкнул Король, слегка толкнув дочь в плечо, тем самым усаживая её обратно в кресло. – Ты – Кларенс, – повторил он, словно пытаясь вдолбить ей это в голову. – И в двадцать лет ты женишься на дочери французского Короля, как это и было запланировано. Через некоторое время Клод узнает правду, мы всё объясним ему. Проблем не будет.
– Ты так в этом уверен?.. – её голос звучал скептически. – С таким же успехом я могу выйти замуж за Кристофа. Что тебя не устраивает в этом варианте?!
– Тогда Королём будет Кристоф. А если ты женишься на Антуанетте, Королём будешь ты, то есть Кларенс.
– Кларенс мёртв, – повторила девушка.
– Кларенс жив, – строго, с лёгким рычание сказал Король. – И он сидит прямо передо мной.
– Отец…
– Подстригись до той длины, что была у твоего брата. И постарайся вести себя как можно ближе к тому, как вёл себя он. Ты ведь справишься с этим?
– Да… справлюсь…
– Вот и чудно, – он отошёл от кресла к окну, убрав руки за спину. – Можешь идти. И даже не смей меня подводить.
– Да, отец…
Лилиан поднялась с кресла и тут же вышла из кабинета. Ноги её казались ватными, идти было тяжело. Дыхание спёрло, в глазах стояли слёзы. Дышать было категорически тяжело. Сердце бешено стучало. Внутри всё разрывало от страха.
«Почему… почему всё так обернулось… Отец… я никогда не видела его таким… Таким… устрашающим?.. Почему он вообще решил поступить именно так?! Это же очень глупо! Это опасно! Это… это… это эгоистично… – мысли летали в её голове настоящим роем, путаясь и мешая ей мыслить здраво. – Такими действиями мы просто порочим имя брата… Он этого не заслуживает!!»
Девушка зашла в свои покои и, прижавшись спиной к двери, скатилась вниз, на пол. По её щекам потекли слёзы, попадая ей в рот и под воротник выходного платья. У неё началась истерика. Принцесса закрыла рот рукой, стараясь не издать и звука – лишнее внимание ей было совсем не нужно, тем более, когда такое состояние было вызвано никем иным, как её отцом, к тому же ещё и из-за покойного брата.
Лилиан добралась до кровати ползком, держа рот всё также закрытым. Из её уст вылетали стоны и всхлипы, слёзы падали на мягкий ковёр, разлетаясь на маленькие частицы и впитываясь в ворсинки. С трудом поднявшись и сев на кровать, девушка дрожащими руками взяла графин и, немного пролив на тумбу, налила полный стакан воды. Чисто выпить тоже не удалось: какая-то часть воды пролилась на её платье и покрывало.
Спокойствие не настигло её сразу же, но истерика отошла на задний план. Слёзы продолжали течь, всхлипы периодически вылетали из её уст. Правая рука сжимала платье в области сердца, что безумно болело, разнося эту боль по всему телу. В голове продолжали метаться мысли. Страх поглощал её изнутри, не давая девушке окончательно прийти в себя и ещё больше загоняя и причиняя ей боль.
В дверь постучали. По голосу, что пытался дозваться от Принцессы, Лилиан поняла, что пришла служанка. Видимо, Король послал выполнить свою же просьбу: подстричь дочь под умершего сына.
Лилиан сделала глубокий вдох, вытерла слёзы покрывалом, даже не удосужившись аккуратно уложить его обратно, резко встала и, несмотря на боль в голове и в области груди, подошла к двери и тут же её открыла. За порогом и правда стояла её служанка – Хелен, а за её спиной находился, по всей видимости, дворцовый парикмахер.
– Тебя прислал отец? – немного грубо, с хрипотцой в голосе задала вопрос Лилиан.
– Г-госпожа… – ойкнула служанка. – Что с Вами?..
– Неважно, – она отошла, впуская их в покои. – Делайте уже быстрее, что вам приказали, и валите к себе. Не хочу сейчас находиться в обществе людей.
Хелен посмотрела на парикмахера, потом вновь на Принцессу. Кивнув, она зашла вместе с мужчиной и подошла к столу, за которым девушка и её брат обычно делали домашнее задание и записывали на память прожитые дни в дневники, тщательно скрытые от чужих глаз. Лилиан подошла к ним, уселась на стул, выпрямив спину и приподняв подбородок. Она сидела неподвижно, с закрытыми глазами, не подавая вида на малейший признак недавно отступившей истерики. Хелен же, до безумия уважая и любя Принцессу, не могла отвести от неё взволнованного взгляда.
Когда работа была окончена, парикмахер снял с девушки накидку и отошёл на два шага назад, прикрыв смиренно глаза. Служанка не сказала ни слова, лишь прижала пальцы к губам и затаила дыхание; она слишком боялась реакции госпожи на свой обновлённый образ – всё-таки Принцесса действительно теперь уже, с новой причёской, являлась точной копией своего покойного брата.
Лилиан медленно открыла глаза. Ресницы дрогнули, из уст вырвался резкий выдох. Она медленно повертела головой, рассматривая новую длину, новую причёску.
«Ничем не отличаюсь от Кларенса… теперь уж точно, – девушка грустно усмехнулась. – Теперь-то ты будешь доволен, отец?.. Сначала ты, а теперь и я… мы оба порочим имя брата…»
– Можете идти, – довольно резко сказала Лилиан. – На этом ваша работа закончена.
– Госпожа… – выдохнула Хелен. – Может… что-нибудь нужно?
– Разве ты можешь дать мне то, что я хочу? – с иронией в голосе спросила Принцесса.
– Зависит от того, чего Вы желаете…
– Свободы… – шёпотом ответила девушка.
– Я… я…
– Иди, – строго произнесла Принцесса. – Оставьте меня одну. И передайте отцу, что Кларенс не придёт сегодня на ужин.
– А… причина?
– Желание побыть наедине с самим собой и обдумать сегодняшний разговор с отцом и своё будущее.
– Как… прикажите, – с запинкой ответила служанка, подталкивая парикмахера к выходу.
Когда дверь покоев тихо закрылась, а в комнате повисла тишина, девушка издала тяжёлый вздох. Она поднялась со стула, закрыла окна шторами, погружая покои в темноту. Сняла платье, оставив его прямо на полу, нижние юбки приземлились туда же. Накинув на себя сорочку, девушка залезла под одеяло с головой, вдохнула горячий воздух и сморщилась от неприятного ощущения.
«Вот бы… уснуть и не проснуться… задохнуться тут, лёжа под одеялом… – промелькнуло в её голове. Но она тут же себя осекла: – Кларенс бы не обрадовался такой идеи… Неужели мне и правда придётся жить твоей жизнью, брат?.. – Принцесса стянула с головы одеяло и посмотрела в тёмную пустоту. – Жениться и занять твой трон? Что за бред?! Мы ведь… совсем не о таком мечтали…»
– Не так ли, Кларенс?.. – шёпотом спросила она в никуда.
Лилиан прикрыла лицо ладонями. Из глаз вновь потекли слёзы, которые девушка даже не пыталась останавливать. «Уж лучше пускай вытекут все сейчас, чем потом их сдерживать при людях и чувствовать ещё более сильную боль», – так она размышляла, глотая собственные слёзы.
Весь вечер и почти всю ночь Принцесса не смыкала глаз. Погрузиться в лёгкий сон у неё получилось лишь под утро. Поэтому, когда служанка зашла в покои будить её, девушка ненавидела и проклинала весь мир. Глаза её покраснели, под ними появились небольшие мешочки. Голова чертовски болела, а голос немного осип. Даже тёплое молоко с мёдом не сразу помогло – девушке пришлось промолчать весь процесс одевания и причёсывания, прежде чем её голос смог восстановиться.
Стоя перед зеркалом, Лилиан хотела его разбить. На неё из этого предмета смотрело лицо Кларенса. Тело принадлежало Кларенсу – грудь, обтянутая специальными полотнами, совсем не выступала. Одежда тоже Кларенса. Она смотрела на Кларенса, внутри себя всё ещё ощущая собой.
«Такие странные ощущения… – скривив нос и нахмурившись, Принцесса дотронулась пальцами до родинки под нижней губой с левой стороны. – Вроде бы и моё лицо, но в отражении я отчётливо вижу Кларенса, – она дотронулась до волос, нежно проводя по ним длинными тонкими пальцами, коснулась плеч, груди, что перестала выпирать, талии, бёдер, опустив свободно руки вдоль туловища. – Тело как будто не моё, но при этом я отчётливо им управляю. Может, отец прав, и я действительно смогу заменить брата так, что никто не заметит? Хах… может, это и не составит труда, но… это ведь всё равно неправильно…»
Вздохнув, Лилиан сделала резкое движение в сторону и направилась на выход из покоев – в главном зале её уже ожидали отец, Король и Принцесса с Принцем из Франции. Точнее, все они ожидали Принца Кларенса. И он направлялся прямо к ним быстрым шагом, стараясь не замечать вокруг себя ни слуг, ни дворецких, ни охранников. Коридоры и двери проносились перед глазами, пока взгляд не остановился на больших дубовых двойных дверях, за которыми скрывался главный зал, или же по-иному – приёмная для важных гостей.
Девушка сделала глубокий вдох, успокаивая бешено бьющееся сердце и приводя дыхание в норму. Конечно, скорбь по утрате своего близнеца показать нужно было обязательно, но только не страх, что её игру могут раскусить.
«Если провалюсь, отец с меня шкуру сдерёт… Ну, в худшем случае, начнётся война…», – подумала Принцесса, прежде чем дотронуться до ручки.
Приложив совсем немного усилий, она открыла дверь и вошла в главный зал. С её появлением тут же повисла тишина. Четыре пары глаз уставились на неё. Каждый из присутствующих думал, что вошёл Принц Кларенс, до сих пор тяжело переживающий смерть младшей сестры. Даже Король Англии.
«Сам не поверишь в свою ложь – никто не поверит», – хмыкнула про себя девушка, спокойными шагами направляясь к небольшой группе людей.
Лилиан почти уже добралась до отца и гостей, как вдруг Принцесса Антуанетта подбежала к Кларенсу и прыгнула на него, повиснув на его шее. Благо, дочь английского Короля успела ухватить подругу детства за талию и не дать ей упасть. Конечно же, та считала, что от падения её спас именно Принц Кларенс.
– Нетта… – выдохнула Лилиан, осторожно поддерживая девушку за талию. – Нужно быть осторожнее…
– Ах, Кларенс!! – вздохнула Принцесса, уткнувшись носом в шею своего жениха. – Какие ужасные новости! Не представляю, как ты перенёс эту утрату…
– Не перенёс, – спокойно ответил «Принц». – Боль потери до сих пор таится в моём сердце, и унять её крайне непросто.
– Всё такие же красивые речи, Кларенс, – вперёд вышел старший брат Антуанетты, Кристоф. – Лили бы понравилось… Мои соболезнования, – на его лице не было и тени улыбки, лишь скорбь и та же боль, что и у «Принца» Англии.
Лилиан вместо ответа лишь кивнула головой, тем самым выражая свою благодарность, после чего обратила свой взор на Короля Франции, что неотрывно наблюдал за ней, а точнее – за Кларенсом, своим будущем зятем.
– Близнецам тяжелее всего приходится при утрате одного из них. Тем более таким дружным, какими были вы, Кларенс, – вздохнул Клод. – Лилиан была замечательной девочкой. Творчество так и лилось из неё. Жаль, что мы больше не увидим её новых картин и не услышим, как она играет на фортепиано…
Лилиан и правда умела играть на фортепиано, но только потому, что у Кларенса – настоящего Кларенса – не было слуха, в отличие от его сестры. Но несмотря на это парень до безумия любил музыку. Поэтому, чтобы ещё больше осчастливить своего брата, Принцесса брала двойные уроки по игре на фортепиано, чтобы в дождливые вечера и в утренние сумерки играть ему различные мелодии, разученные на уроках и придуманные Принцем.
«Как жаль, что я больше не смогу тебе сыграть, брат…», – в свою очередь, подумала девушка, не отводя взгляда от Короля Франции.
– К сожалению, – ответила она на его слова. – Но её картины навсегда останутся в нашем замке, передаваясь по наследству в нашем роду, а её игра на фортепиано… навечно останется в сердцах тех, кто её слышал… До самой смерти.
– До самой смерти, – кивнул Король, прикрыв глаза.
После недолгих разговоров о покойной «Принцессе» Англии Короли со своими детьми отправились в столовую, где им уже подали их обеденную трапезу, начинавшую постепенно остывать. За столом молчали, опустив взгляды в тарелки. Атмосфера, повисшая над людьми, не позволяла им начать говорить на отвлечённые темы. По большей части потому, что утрата для английской семьи была чрезвычайно сильной, а французская семья не хотела ещё больше усугублять их положение.
– Не пройтись бы вам по саду? – предложил Король Англии, когда время обеда почти подошло к концу.
– Хорошая идея, – согласилась Антуанетта. – Я как раз хотела положить цветы на могилу Лили… – она тяжело вздохнула, почувствовав в груди неприятное покалывание.
– Как и всегда, отец, твою голову посещают светлые идеи, – произнёс «Принц», подняв на мужчину совершенно искрений взгляд. – Заодно покажу клумбы с альстромериями, которые мы посадили в прошлом году с сестрой.
«Хорошо держишься, Лилиан, – подумал Король Англии, пристально смотря на дочь. – Продолжай в том же духе. Теперь-то нам точно нельзя сворачивать с этого пути.»
– А мы пройдём в мой кабинет. Если ты не против, Клод, – мужчина посмотрел на своего старого друга.
– Нет, что ты. Думаю, у нас накопилось много тем для обсуждения, – Король Франции первым вышел из-за стола.
– Не могу не согласиться с тобой, – Король Англии последовал за ним.
И только после того, как мужчины покинули столовую, дети поднялись со своих мест и молча направились в сад.
Уже на улице, когда тёплый весенний ветер коснулся своими струями молодых лиц, Принцесса Франции, идя под руку с «Принцем» Англии, томно выдохнула и заговорила:
– О, я помню, как мы сидели в той беседке, – она указала лёгким движением руки на небольшую беседку почти в центре сада, – и Лили частенько подтрунивала над тобой, Кларенс, когда речь заходила о нашем замужестве. Эх-х… а ведь я хотела предложить ей стать подружкой невесты…
– Нетта, не думаю, что сейчас правильно говорить о таких вещах, – сделал ей замечание старший брат. – Кларенс и Лили были как одно целое, и говорить подобные вещи в такой ситуации всё равно что не уважать Кларенса.
– Не беспокойся, Кристоф, – «Принц» грустно улыбнулся. – Лили ушла, но это не значит, что жизнь на этом закончилась. Она бы точно была не рада тому, что я стою на месте и не стараюсь достигнуть своих целей.
– Не слушай его, Кларенс. Крис тоскует по Лили не меньше тебя и меня, – девушка нахмурила брови и вновь вздохнула. – Бедная Лили!! Говорила же я тебе, Крис, не томить и признаться ей в своих чувствах!
– У Кристофа были чувства к моей сестре? – удивился «Принц», краем глаза посмотрев на парня, что шёл по другую сторону французской Принцессы.
– Они до сих пор есть!! Но он их вечно скрывает. Как и раньше.
– Нетта, я прошу тебя, – строгим голосом проговорил Кристоф, – достаточно.
– Будет тебе… – фыркнула его сестра. – Вечно злится, когда я начинаю об этом говорить… К чему уже скрывать свои чувства? Всё равно та, которой они посвящены, их уже не услышит… – и от своих же слов ей стало не по себе. – Извини, Кларенс!! Я совсем не думаю, что говорю… Лили была замечательной сестрой и подругой… До сих пор не могу поверить в этот факт. Она же была такой энергичной…
Но «Принц» её не слушал. Взгляд изумрудных глаз был прикован к янтарю Принца Франции. В свою очередь Кристоф, прищурив слегка глаза, смотрел на жениха своей сестры.
Лилиан, прежде чем вновь вернуть своё внимание к Антуанетте, заметила странный блеск в янтарных глаза. Правда, времени вдаваться в подробности у неё не было. Да и Кларенс бы не стал разбираться, что за странный блеск появился в глазах другого человека.
«Да, Кларенс бы не стал этим заниматься. А я ведь сейчас Кларенс, – этими мыслями «покойная» Принцесса Англии смогла утихомирить свои любопытство и озорство. – Пора выходить из этой стадии ребёнка-подростка и становиться уже взрослым человеком, на плечи которого ложится сразу же столько обязанностей, – она грустно про себя усмехнулась. – Мы подростками были вчера, и во взрослых должны превратиться с утра…»
– Кларенс… – позвала его девушка. – Кла-ренс!! Ты что, в облаках летаешь?.. Извини, если я задела, я правда…
– Не беспокойся, Нетта, – «парень» с лёгкой грустью на устах тепло улыбнулся. – Просто немного ушёл в воспоминания. Ты не задела меня и ничем не обидела. Я прекрасно понимаю твои чувства. Лили была нам всем дорога.
«Принц» посмотрел вперёд, в сторону небольшого поворота, на который через несколько метров они должны свернуть, чтобы добраться до желанных клумб с альстромериями, посажанные год назад руками Принца и Принцессы Англии.
Антуанетта, увидев грусть и боль на лице парня, замолчала, отведя взгляд. Она чувствовала себя виноватой в том, что снова пробудила эти чувства по утрате любимого человека у дорого друга. Девушка действительно тосковала по своей подруге – признаться, Лилиан была единственной настоящей подругой Антуанетты. И когда та узнала о её кончине, Принцесса Франции не могла найти себе места, ночами проливала слёзы, дни проводила в мёртвом молчании и полном одиночестве, пока отец не сообщил им новость о том, что все они отправляются навестить королевскую семью Англии и возложить цветы на могилу «покойной» Принцессы.
Что касается Кристофа, он эту новость признавать не желал долго. Парень закрылся у себя в комнате и, в отличие от сестры, даже не выходил в столовую во время трапезы. Он целые ночи сидел на подоконнике и наблюдал за звёздным небом, которое так любила девушка. Девушка, которой он не успел рассказать о своих чувствах, искренних и чистых. Принц Франции прекрасно понимал, что его сестра права – он должен был рассказать Лилиан обо всём, даже если вероятность, что им разрешили бы быть вместе до женитьбы Кларенса и Антуанетты, крайне мала. Должен был, но не сделал. Однако Кристоф всё потерял, упустил, причём безвозвратно – так он считал все те дни, что не выходил из собственной комнаты. Его мнение тут же изменилось, когда он приехал в Англию и увидел Кларенса. Точнее будет сказать: оно начало меняться. Что-то казалось в Кларенсе знакомое, что-то его тянуло к нему. Парень понимал, что это неправильно – ни в моральном плане, ни в физическом. Вот только черты Лилиан, что он видел в нынешнем «Принце» Англии, не давали ему покоя.
«А ведь Нетта была права… – вдруг осознал французский Принц, немного замедлив свой ход и теперь следуя за парочкой, что свернула направо. – У Лили здоровье всегда было лучше, чем у Кларенса. И физически она была энергичнее и сильнее. Как же так получилось, что на неё ни с того ни с сего напал недуг?..»
Немного погодя они подошли к той самой клумбе, что оказалась не такой большой, какой представляли её себе королевские дети Франции. Однако цветы и то, как они были посажены и ухожены, приковывали к себе взгляды. Кристоф даже на время позабыл о своих подозрениях и размышлениях. Антуанетта же, присев осторожно на корточки перед клумбой, не могла налюбоваться весенней красотой цветов и то и дело томно вздыхала.
Лилиан стояла позади них и смотрела на голубое небо, наслаждалась теплотой солнца, что нежно касалось своими лучами её щёк, и старалась не думать ни о чём, кроме этого мгновения и того, что её окружало: небо, солнце, птицы на деревьях, клумба с альстромериями и два её друга детства. Друга…
«Стоп, – как-то резко осекла себя «покойная» Принцесса, нахмурившись. – Что там говорила Нетта? У Кристофа есть чувства к Лилиан? Точнее… ко мне?! – она опустила взгляд на затылок Принца Франции. – Не могу в это… поверить… Но как же… он ведь никогда ничего такого не проявлял, и Кларенс тоже ничего насчёт этого не говорил. А если… а если Кларенс знал об этом секрете Кристофа, но не говорил мне по его же просьбе?.. Что, если я прокололась?! Вероятность того, что Кристоф рассказал что-то о своих чувствах ко мне Кларенсу, достаточно высока… Нет-нет-нет… Этого не может быть…»