Для отвода глаз

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. A.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Kansas City Cover-Up Copyright © 2015 by Julie Miller

«Для отвода глаз» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

– Не понимаю, зачем нас сюда дернули? – Детектив Оливия Уотсон присела на корточки рядом с трупом.

Потерпевшему проломили голову. Лужа крови на ковровом покрытии еще не застыла. Предполагаемое орудие убийства, кубок, стоявший на рабочем столе жертвы, эксперт-криминалист убрал в пакет. Полицейский в форме с помощью двух охранников сдерживали в дверях ошеломленных служащих фирмы «Кобер и партнеры» и зевак из соседних офисов. Вход в кабинет жертвы обнесли желтой заградительной лентой. В дальнем углу два следователя негромко расспрашивали рыдающую секретаршу покойного. Труп босса обнаружила она; сегодня она пришла на работу попозже, потому что утром ходила в салон красоты.

Оливия вгляделась в лицо убитого. Возраст – шестьдесят с небольшим. Он работал в новеньком небоскребе из стекла и бетона в центре Канзас-Сити. Оливия, детектив отдела нераскрытых преступлений, изучала материалы дел по фотографиям, извлеченным из пыльных коробок, и по давнишним отчетам о вскрытии. Ей приходилось работать со скелетами и мумифицированными трупами, раскрывать преступления, жертвы которых так и не были найдены.

Оливия, как и двое из трех ее братьев, была стражем порядка в третьем поколении. Третий брат работал в бюро судебно-медицинской экспертизы. Она прослужила два года в уличном патруле, пять лет в отделе нравов и вот уже год в отделе нераскрытых преступлений.

Оливия поняла, что преступники, которые в свое время избежали наказания и считали, что вышли сухими из воды, часто оказывались хитрее и опаснее остальных. Ее задача – выследить и найти убийц и насильников, добиться того, чтобы восторжествовала справедливость для несчастных жертв, последние воспоминания о которых часто уходили со смертью их близких родственников и друзей.

И все же непонятно, зачем ее сюда вызвали. Почему приказали помочь коллегам, когда у нее масса собственных дел?

– Наверное, это убийство как-то связано с каким-то из наших «висяков». Но я пока связи не вижу. – Она посмотрела на своего нового напарника Джима Паркера, который недавно едва не погиб, работая под прикрытием. – А ты?

Джим не спеша огляделся по сторонам.

– Я сразу узнал Рона Кобера, видел его снимки в газетах. Ему принадлежит одна из крупнейших компаний Канзас-Сити, а несколько лет назад он возглавлял избирательный штаб Эдриена Маккоя и помог ему пройти в сенат штата. Судя по всему, карьера у Кобера неплохо складывалась и без помощи сенатора.

– Да… до сегодняшнего дня. – Оливия нахмурила темные брови.

Джим ей нравился, она уважала его за профессионализм. Но после унизительного фиаско с предыдущим напарником ей трудно было заново научиться доверять людям. К счастью, Джим недавно женился и был по уши влюблен в свою жену Натали, а к ней, Оливии, относился просто по-дружески.

– У человека с такими деньжищами, наверное, было много врагов, – предположил Джим.

Оливия не сомневалась, что эту версию следователи уже отрабатывают. Она снова посмотрела на труп.

Взгляд ее наткнулся на клочок мятой бумаги под столом. Прежде чем нагнуться и осторожно взять бумажку рукой в перчатке, Оливия сфотографировала ее на свой мобильный телефон.

Джим склонился рядом с ней:

– Что ты нашла?

Оливия перевернула клочок бумаги.

– Тут цифры 3620. Не знаю… Возможно, это просто мусор.

– Давай посмотрим, может, найдем лист, от которого этот клочок оторвали.

Джим вытащил из-под стола корзину для бумаг. Но больше ничего стоящего они не нашли.

– Возможно, это последние четыре цифры телефонного номера.

Джим поставил корзину на место.

– Или часть чьего-то адреса… или номера социального страхования.

– Или номера шкафчика, или шифра, – продолжила Оливия.

На столе лежал кусок копирки, по форме соответствовавший обрывку, который она нашла под столом. Она взяла копирку и поднесла к свету, чтобы проверить, не сохранились ли на ней следы. Следов оказалось слишком много; она не сумела разобрать отдельные цифры или буквы. – Скорее всего, бумажка ни с каким преступлением не связана. Просто здешняя уборщица плохо справляется со своими обязанностями.

На всякий случай она переписала в свою записную книжку цифры 3620, отдала обрывок следователю и сняла резиновые перчатки. Затем они с Джимом вышли в коридор.

– Если дело явно не наше, зачем нас дернули? – недоумевала Оливия.

Джим кивнул детективам, которые допрашивали плачущую секретаршу.

– Дело об убийстве Кобера ведут Хендрикс и Кинкейд. Сойер Кинкейд обмолвился, что вызвал нас в виде любезности.

– А почему вызвал, не сказал? – Оливия сунула перчатки в задний карман черных джинсов.

– Намекнул, что получил приказ сверху. – Джим тронул ее за плечо и повернулся к двери. – Похоже, они там закругляются. Пойду-ка спрошу, удалось ли им что-нибудь выяснить. – С этими словами ее светловолосый напарник шагнул в кабинет. Оливия жестами показала, что спустится вниз и подождет Джима у машины.

Когда она проходила мимо мужчины, ждавшего у двери кабинета, сердце у нее невольно екнуло. Она отметила короткие черные волосы и выступающие скулы.

Незнакомец не сводил с нее пристального взгляда. Заметив в его ярко-голубых глазах явный интерес, Оливия ощетинилась: больше она не растает в ответ на восхищенный взгляд и улыбку.

Выйдя на середину приемной, Оливия круто развернулась к незнакомому брюнету:

– Что вы хотели?

– Детектив Уотсон, я могу объяснить, зачем вас сюда вызвали.

Услышав свою фамилию из уст незнакомца, Оливия сжала губы.

– Разве мы с вами знакомы?

– Вообще-то нет. – Незнакомец оттолкнулся от стены, выпрямился и оказался намного выше ее метра семидесяти. – Но именно от Рона Кобера моя невеста Даниэлла Риз получала информацию для своей статьи, которую она писала шесть лет назад.

– Даниэлла Риз? – Почему это имя кажется Оливии таким знакомым? Ладно, не важно. – Вы не ответили на мой вопрос. Кто вы?

– Гейбриел Найт.

Он думает, что его имя для нее что-то значит? Его многозначительный, но лаконичный ответ звучит так, как будто он считает себя важной персоной. Будь она с ним знакома, уж запомнила бы его лицо. Он не красавец в классическом смысле слова, он слишком мрачный, и лицо худое, но определенно интересный мужчина.

Оливия нахмурилась. Он не показал ей служебное удостоверение, значит, не коп. Возможно, обычный зевака, обманул полицейского на входе, пообещав сообщить важные для следствия сведения, чтобы поближе подобраться к месту преступления.

– Кто-то из следственной бригады просил вас пройти сюда для опроса?

Он не ответил. Оливия показала большим пальцем через плечо, в сторону коридора:

– В таком случае вы не имеете права здесь находиться.

– Я представитель прессы. – Он дернул за шнурок на шее, вытаскивая из нагрудного кармана пластиковую карточку. – Из криминального отдела «Канзас-Сити джорнэл».

– В таком случае прошу вас выйти на улицу, туда, где ждут ваши коллеги. Через несколько минут к вам спустится представитель отдела по связям с общественностью и ответит на все интересующие вас вопросы. – Оливия мягко взяла его под руку, намереваясь выпроводить, но он не двинулся с места.

– Вам нужно поговорить со мной, – произнес он негромко и очень убедительно. – Я располагаю ценными сведениями по делу. Именно поэтому ваш сотрудник, охраняющий место преступления, пропустил меня сюда.

– В таком случае вам лучше побеседовать с детективами Кинкейдом или Хендриксом. – Она показала на здоровяка с черными волосами и чернокожего мужчину с бриллиантовой сережкой в левом ухе. – Если хотите, я им представлю вас, когда они закончат опрашивать свидетельницу.

Гейбриел Найт взял ее под локоть и развернул к себе:

– Возможно, вы не читаете нашу газету, но я знаю вас, детектив Уотсон. Вы и ваш напарник служите в отделе нераскрытых преступлений. Убийство Дэни Риз определенно ваше дело. Даниэлла Риз была репортером криминального отдела «Джорнэл», моей коллегой. И моей любимой девушкой. Шесть лет назад ее труп нашли на заброшенном складе в порту. Ее убили выстрелом в голову. Это я сегодня позвонил вашему начальнику и попросил, чтобы на место преступления прислали кого-нибудь из вашего отдела.

Оливия рывком высвободилась.

– Вы позвонили начальнику Четвертого участка?! – А тот спустил запрос ей и Джиму в обход Кинкейда. Она тоже умела говорить тихо и угрожающе. – Знаете, мистер Найт, у нас работы хватает. И отдел полиции Канзас-Сити не обязан по щелчку ваших пальцев расследовать версии, которые кажутся вам интересными или перспективными…

– Поверьте, детектив, найти убийцу Дэни для меня важнее всего на свете. Если вы этого не сделаете, по следу пойду я.

Сознание выделило кое-что сказанное им, охладив ее праведный гнев. «Она была репортером… моей коллегой… И моей любимой девушкой». Она невольно посочувствовала Гейбриелу Найту. Она понимала его страдание, гнев и горе. Потому что перед ее глазами всплыло улыбающееся лицо мамы, которую зверски убили…

– Сочувствую вашей потере. Но, если наш отдел не довел дело об убийстве мисс Риз до конца, то не потому, что мы плохо работаем. Скорее всего, нам не хватило улик.

– Вот вам улика! Должна быть связь с Кобером. Найдите ее.

– Обещаю, если мы узнаем что-то новое о гибели вашей невесты, мы непременно этим займемся. Мы никогда не опускаем руки. Ни-ког-да. Просто есть дела, которые раскрываются не сразу. Мы стараемся сосредоточить наше время, деньги и силы там, где, как нам кажется, мы можем скорее добиться успеха.

– Детектив Уотсон, вы – олицетворение служебного протокола. Но такой ответ меня не устраивает. – Гейбриел Найт остановился в дверях. – Найдите убийцу Кобера, и я гарантирую: вы найдете след, который ведет к убийце Дэни. Более того, очень может быть, что оба преступления совершил один и тот же человек. – С этими словами он поднырнул под ленту и зашагал прочь.

Полицейский, охранявший место преступления, вопросительно посмотрел на Оливию; она покачала головой и посмотрела Найту вслед. Она еще обдумывала странную встречу, когда Джим тронул ее за плечо:

– Ты ведь знаешь, с кем ты только что разговаривала?

– Знаю. Он сказал, что его зовут Гейбриел Найт. Он репортер.

– Не просто репортер. – Они вошли в лифт, и Джим нажал кнопку первого этажа. – Гейб Найт ведет в «Канзас-Сити джорнэл» колонку криминальной хроники.

– Так это он ругал наше управление за то, что мы долго искали насильника по прозвищу Красная Роза? А когда его наконец схватили и отдали под суд, он написал нечто вроде «Давно пора»… – Оливия тяжело вздохнула. Должно быть, она теряет хватку. Ей показалось, будто она предала своих собратьев-полицейских, потому что разговаривала с этим человеком. – А я еще старалась быть с ним милой… Точнее, учтивой. По его мнению, убийство Кобера связано с нераскрытым убийством его невесты, Даниэллы Риз… Оказывается, нас вызвали сюда по его просьбе!

По пути к машине они обошли толпу репортеров и фотографов. Оливия почувствовала на себе пристальный взгляд голубых глаз. Найт вместе со своими коллегами ждал обещанной пресс-конференции.

– Найт незаконно проникает на место преступления, – сказала она, – добывает эксклюзивные сведения, делится ими со своими коллегами, а потом ругает нас последними словами за то, что мы не ловим всех преступников до единого или делаем это недостаточно быстро, чтобы соответствовать его идеалам…

Оливия посмотрела в зеркало заднего вида, рассчитывая увидеть в толпе репортеров Гейбриела Найта, но его там не оказалось.

– Вот сукин… – Неужели этот нахал вернулся на место преступления? Ну уж нет! Только не в ее смену.

Оливия вынула ключи из замка зажигания и распахнула дверцу.

– Ты не можешь поехать с кем-нибудь еще? Пойду перекинусь еще парой слов с мистером Найтом.

– Хочешь, я пойду с тобой? – предложил Джим.

– Не надо, сама справлюсь.

– Оливия, надеюсь, ты не забыла, что мы с тобой напарники? Мы должны прикрывать друг друга.

– Знаю.

– Почему я тебе сейчас не верю?

Оливия остановилась. Маркус Брауэр тоже ее прикрывал. И хотя бывший напарник ни разу не подвел ее на службе, после его измены она поняла, что не может доверять мужчинам, если только они не ее ближайшие родственники.

И все же Джим Паркер здесь ни при чем.

– Извини. Типы вроде Гейбриела Найта не воспринимают всерьез женщин, которые служат в полиции. Но я заставлю его уяснить: если я приказываю ему убираться и не мешать нам делать свое дело, я не шучу.

Удовлетворенный ее извинением и объяснением, Джим кивнул и достал сотовый телефон.

– Судя по тому, что я о нем слышал, он крепкий орешек. Не позволяй ему горячить твою и без того горячую ирландскую кровь.

– Уже поздно. А тебя я вот о чем попрошу, пожалуйста, достань из архива дело об убийстве Дэни Риз. Хочется понять, за что Найт так на нас ополчился. Может, заодно удастся и найти связь с делом Кобера. – Оливия помахала ему рукой. – Увидимся на работе!

– Есть, до скорого! – Оливия быстро зашагала вперед и услышала за спиной последние слова напарника: – Ох, не завидую я мистеру Найту!

Глава 2

– Мистер Найт, вы, наверное, считаете себя слишком важной шишкой и думаете, что правила писаны не для вас!

Она смотрела на него снизу вверх, стоя у нижней ступеньки лестницы. Оказывается, она успела довольно быстро заметить, как он снова проник в здание по черной лестнице, и гналась за ним шесть этажей! Она не дура. И настроена решительно, вся так и пылает.

– Детектив, – только и ответил он, удивляясь самому себе. Почему он так разволновался? Ведь она служит в полиции, к тому же она из семьи Уотсон и наверняка собирается вставлять ему палки в колеса…

Служебное удостоверение на шее, кобура на крутом бедре, пылающие ненавистью зелено-серо-золотистые глаза, волосы цвета воронова крыла подстрижены очень коротко, говорит отрывисто и язвительно, как ее коллеги-мужчины, но ее грудной голос, длинные ноги и спортивная фигура так и излучают женственность… и он реагирует на нее. Черт побери!

Вот уже шесть лет он одержим желанием найти убийцу Дэни. И все шесть лет он враждует с Управлением полиции Канзас-Сити. Странное влечение к красивой сотруднице отдела нераскрытых убийств, которая его выследила, не сочеталось с давнишним презрением к полицейским, которым не удалось найти убийцу Дэни.

– Спускайтесь, – приказала она. – Сейчас же!

Он подошел к краю площадки, ближе к женщине, которая не давала ему вернуться в обнесенный лентой кабинет на десятом этаже.

– Детектив, я не верю в идеальные преступления. Просто некоторые оказываются не способны увидеть улики и истолковать их. Если вы не желаете искать связь между двумя убийствами, это за вас сделаю я.

Сухо кивнув, он развернулся и поднялся на один пролет. Он вполне обойдется без очередного бессмысленного разговора с сотрудницей полиции.

– Мистер Найт, не вынуждайте меня применять оружие.

Он остановился и перегнулся через перила.

– Может, вместо того, чтобы пытаться меня остановить, присоединитесь ко мне и поработаете как следует?

– Пытаться вас остановить?! – С ее губ слетело ругательство.

Гейб рассмеялся и зашагал по ступенькам. Детектив Уотсон рванула за ним следом. Похоже, он расшевелил хотя бы кого-то из УПКС.

Его улыбка увяла, когда мисс Уотсон с силой тряхнула Найта за плечо.

– Вы незаконно нарушили запрет проходить на место преступления! – Оливия наполовину сдернула с него куртку, выкрутила руки и защелкнула у него на запястьях наручники. Затем взяла его за локоть и развернула к себе лицом. – Кроме того, вы меня ужасно раздражаете. А теперь либо убирайтесь к другим репортерам, либо я с радостью отправлю вас за решетку!

– Я знаю, дело Дэни Риз у вас зачислено в «висяки».

– Вот и хорошо, что знаете. Обещаю, когда вернусь на работу, я извлеку дело из архива и еще раз просмотрю его. А сейчас вы отсюда уйдете.

Руки свело, а еще ему захотелось ответить на вызов, который он увидел в ее глазах.

– Детектив, я хочу ускорить дело. Дэни получила ценные сведения о силовых методах ведения бизнеса. Возможно, она узнала и о связи сенатора Маккоя с местной мафией… Это было шесть лет назад, когда Маккой стал сенатором. А сейчас он собирается баллотироваться на второй срок. Понимаете?

– Понимаю. Как понимаю и то, что все слишком серьезно и на простое совпадение не тянет. Говорите, Кобер сообщил вашей невесте ценные сведения об избирательной кампании сенатора? Откуда вам известно о том, что и от кого узнала ваша невеста? Вы что, вместе работали над статьей?

– Нет. Дэни готовила сенсацию. Она хотела сделать себе имя. Я не сразу узнал, над чем она работает, а потом… стало уже поздно. Однажды ночью я случайно увидел черновик статьи, который Дэни сохранила в своем ноутбуке. Увидел фамилии Кобера и сенатора Маккоя. Там упоминался и небезызвестный Лиланд Эшер…

– Предполагаемый глава местной мафии?

– Знаете, в его способах ведения дел нет ничего предполагаемого. У него больше возможностей для отмывания денег, чем у промышленной сети прачечных. Я намекнул Дэни на то, что она разворошила осиное гнездо, предупредив ее об опасности, но она разозлилась и убежала. Когда я выяснил, где она встречается со своим осведомителем, было уже поздно. – Гейб замолчал, отогнав ужасные картины из прошлого, потом тихо продолжил: – В следующий раз я увидел Дэни уже в морге. В нее стреляли три раза. Опознавать ее пришлось по татуировке в виде дракона на лодыжке и по сохранившимся зубам.

– Мне очень жаль. Понимаю, что вы сейчас чувствуете. Тяжело терять любимых.

– Поберегите вашу жалость для других. Делайте свое дело!

Она вскинула голову и посмотрела на него в упор.

– Дэни нашли два грузчика, которые ехали на работу в порт; она лежала возле своей машины рядом со старым складом. Убийца снял с нее обручальное кольцо и украл бумажник, имитируя ограбление. Именно эту версию приняли за основную. Но уверяю вас, все дело было в статье, которую она писала. Вот почему ваши тогда так и не раскрыли дело.

– «Мои»? – Оливия ощетинилась. Как он смеет критиковать полицейских? Она резко дернула его за руку и зашагала вперед. – Меньше слов, больше дела, ясно, Найт?

– Оливия, пошевелите мозгами! Если Рон Кобер еще шесть лет назад был в курсе о вкладе Лиланда Эшера в избирательную кампанию Маккоя, вряд ли он сейчас нужен сенатору Маккою или Эшеру. Маккой уже под следствием. А если Кобер кому-то рассказал о том, что ему известно? Что было известно Дэни? Вы ведь знаете, журналистов хлебом не корми, только намекни на скандал в ходе избирательной кампании!

– Послушайте, я обещаю внимательно перечитать дело вашей невесты. Но, повторяю, дело об убийстве Кобера веду не я. Конечно, я могу передать детективам Хендриксу и Кинкейду, что… – Она вдруг замерла.

– А я вам говорю, что…

Она склонилась к стальным перилам:

– Ш-ш-ш!

– Вполне возможно, тот, кто хотел убить Кобера, также хотел заткнуть рот Дэни. Два убийства…

– Тихо! – Она толкнула его к стене, зажав рот рукой.

Тогда и он услышал. Щелкнула дверь – два раза. Сначала открылась, потом закрылась. Потом этажом ниже послышались быстрые шаги. Кто-то бежал по лестнице.

Она рывком сорвала с пояса рацию.

– Говорит детектив Уотсон. Здание проверяли? – Она вынула из кармана ключи от наручников и освободила Гейба. Закончив разговор, обратилась к нему: – Признавайтесь, вы привели с собой кого-то из своих дружков-репортеров?

Гейб покачал головой, вслушался в топот ног, стихавший внизу. Оливия дернула дверь, тихо выругалась и заговорила по рации:

– Кто-то только что сбежал вниз по лестнице. Возможно, наш преступник пытается бежать. Я проверю. Отбой. – Она рывком распахнула дверь с цифрой «3» и небрежно махнула рукой в его сторону: – Я могу надеяться, что вы самостоятельно найдете выход?

Приняв его молчание за знак согласия, она убрала наручники и рацию, выхватила из кобуры пистолет и понеслась вниз.

Оливия видела, как захлопнулась дверь второго этажа, и прижалась спиной к бетонной стене, следя одновременно и за дверью, и за лестницей. Она услышала сорванное, хриплое дыхание человека, он стоял на площадке этажом ниже. Услышав ее шаги, поспешно спрятался за углом.

– Полиция! Эй, кто там на лестнице, покажитесь! – Она осторожно вышла на середину площадки, выставив вперед пистолет. – Руки вверх, чтобы я видела! Я детектив Уотсон из полиции Канзас-Сити! Я не собираюсь причинять вам вред, но вы незаконно проникли сюда. Вам придется назвать свое имя и ответить на несколько вопросов.

На несколько секунд хриплое дыхание смолкло. В нос Оливии ударил тяжелый запах пота, идущий из ниши у двери черного хода. Она резко развернулась, услышала гортанный рев. Незваный гость замахнулся металлическим складным стулом и обрушил его на нее.

Оливия упала ничком, перекатилась на бок, ударившись бедром и плечом и оцарапав костяшки пальцев о бетонный пол. Но в падении она лягнула его, сбив с ног.

В вихре и лязге металла и бешеных проклятий преступник упал и на долю секунды потерял сознание, но быстро опомнился. Оливия выхватила «глок». Неизвестный выпустил стул и вскочил.

– Эй! Стоять!

Мимо нее пробежало размытое пятно; она разглядела джинсовую и вельветовую ткань.

Оливия шагнула вперед, сжимая пистолет обеими руками. Но Гейбриел Найт успел схватить нападавшего и прижать его к двери.

– Осторожно, он вооружен! – крикнул Найт.

Черт! Она тоже заметила пистолет.

– Отойдите!

Но Гейбриел не подчинился, схватив незнакомца за горло, свободной рукой он стиснул его запястье и ударил им о стену… Маленький пистолет выпал из руки неизвестного и покатился по полу. Репортер был выше и шире в плечах, чем его противник. Оливия никак не могла разглядеть нарушителя. Она различила лишь линялые джинсы и фуфайку. Она схватила короткоствольный полуавтоматический пистолет за ствол и сунула за пояс.

Она уже собиралась оттолкнуть репортера от преступника, когда в руке неизвестного вдруг что-то блеснуло.

– Нож! – Она снова прицелилась. – А ну, брось!

Гейб Найт выругался, когда коротышка толкнул его к Оливии, и оба упали, увлекая за собой лавину стульев. Нападавший распахнул дверь и бросился в переулок за зданием. Наконец Оливии удалось оттолкнуть Гейба и встать.

– Уйдите с дороги!

– Черт побери, Оливия!

Она отвела руку Гейба и побежала за типом с ножом.

– Полиция! Стоять!

Оливия прибавила шаг; под ногами хрустел гравий. Бесполезно! Преступник без труда увеличивал расстояние между ними, хоть и бежал согнувшись пополам. А она не могла дать даже предупредительный выстрел, потому что между ними сновали машины, а по тротуару шли пешеходы. Через несколько секунд преступник завернул за угол и скрылся. Оливия опустила пистолет и остановилась. Огляделась по сторонам. Начинался час пик.

– Ах ты, хамелеон проклятый! Повезло тебе!

Лица преступника Оливия не разглядела и не смогла бы его узнать.

– Черт бы тебя побрал, Гейбриел Найт! – задыхаясь от быстрого бега, прошептала она. Прохожие поспешно расступались при виде ее пистолета и служебного удостоверения. Она подняла руку, заверяя их, что никому не хочет навредить. Потом убрала пистолет в кобуру.

Оливия раздраженно выдохнула и громко послала Гейба Найта по известному адресу.

Решительно кивнув, она развернулась… и уперлась в грудь Гейбриела Найта. Под мягким вельветом угадывались крепкие мускулы. Он взял ее за плечо длинными, крепкими пальцами. Ноздри уловили слабый аромат кофе, мыла и накрахмаленной рубашки… Оливии с трудом удалось вернуться в реальность.

– Вы что же, за мной следили? – грозно спросила она.

– Вы не ранены? – спросил Гейб, убирая руки с ее плеч.

– Я что?!

Ноздри у него раздувались – возможно, и от быстрого бега. Глаза дышали заботой, он внимательно оглядывал ее. Но ее раздражение прошло, когда она увидела, что из его рукава капает кровь. Покачав головой, она подошла ближе, чтобы осмотреть рану.