Как выжить на факультете иллюзий? Пособие для новичков

ГЛАВА 5

Идя на занятие я чувствовала себя полной дурой. В основном потому, что за ночь в моей голове что-то переклинило, и утром я проснулась с надеждой. Критичная и все отрицающая часть меня, видимо, как вчера легла спать, так и проспала все на свете, а вместо нее проснулась девочка, которая очень и очень хотела верить в чудо.

Что если я правда была магом?

Получалось так, что кто-то ошибался. Либо это были родители и бабушка, когда посчитали меня «пустышкой» и просто выкинули в пансионат, запрещая появляться в доме на каникулах и выходных. Либо полными профанами были ректор и профессор Лейт.

В первое было верить больно, во второе - странно, но все же… Все же я решила пойти на пару. Будь, что будет! Скажут, что я бездарь, и при определении моего дара они все на свете перепутали - пускай. Тогда - пять часов вечера, фаэтон уезжающий в соседний город и новая самостоятельная жизнь. Но могут ведь и не сказать!

— Стой! Студентка! Постой! — услышала я окрик и повернулась.

Ко мне бежал незнакомый парень, за спиной которого развевалась алая мантия. Тоже иллюзионист. На его лице отчаяние мешалось с надеждой, и это были слишком знакомые мне сейчас эмоции. А потому я остановилась и подождала его приближения.

— Ты что-то хотел? — уточнила я, поднимая на него голову, когда он остановился рядом.

Оказалось, что студент был выше меня на целую голову и был довольно красив. У него были короткие светлые волосы, серо-зеленые глаза, правильные черты лица и обезоруживающая улыбка, которой он меня одарил в благодарность за то, что я не прошла мимо.

— С какого ты курса, старшая? — вежливо уточнил он.

Моя челюсть отвисла.

Старшая?! Мне сейчас радоваться или оскорбляться?!

Говорили мне конечно, что стрессы и беспокойства преждевременно старят, но я смотрела на себя сегодня в зеркало и с утра вполне выглядела на свои восемнадцать!

— С первого, младшенький,— ехидно улыбнулась я в ответ, бросая на него взгляд с прищуром.

На его лице промелькнуло замешательство, а потом улыбка стала еще шире.

— Прости! Просто ты так уверено шла по коридору, словно знала, куда идти. А мы тут с нашей группой уже полчаса плутаем, если не больше. Ну, тогда давай искать нашу аудиторию вместе! — выдал парень залпом, а потом протянул мне руку. — Я Алан.

— Розалин, — ответила я после небольшой паузы, пожав его ладонь.

Только я не поняла. А чего аудиторию искать-то? В расписании же указано - второй этаж, номер «203». От места, где мы стояли, нужно было завернуть к спрятанной за арками лестничной клетке, подняться по ступеням, повернуть направо - и уже пришли.

— И много вас тут таких потеряшек? — уточнила я, выглядывая из-за плеча парня, словно первокурсники вот-вот должны были материализоваться у него за спиной.

— Вся группа, — неловко улыбнулся Алан, растирая затылок. — А у кого из старшекурсников не спросим - говорят, сами ищите.

— И где тогда все? — вскинула я бровь.

— Ходят-бродят, ищут, — неопределенно махнул он в сторону коридора.

— Ну, что ж, утята, мама-утка пришла, так уж и быть проведу вас к нужной аудитории, — хмыкнула я. — Собирай остальных.

Вскоре первокурсники факультета иллюзий в составе девяти человек уже входили в нужную аудиторию. Преподавателя еще не было, и мы расселись по местам. Алан уместился рядом и пристально на меня посмотрел.

— У меня есть вопрос.

— Я уже поняла, — фыркнула я.

В классе оставалась целая куча свободных парт, но парню почему-то приспичило сесть именно со мной. Он улыбнулся и спросил:

— Что за фокус ты проделала с лестницей? Научишь?

Я моргнула, не представляя, о чем он говорил. Какой еще фокус с лестницей?

— Ничего я не делала! — открестилась я.

— Когда мы шли за тобой, то видели только стену. Мимо нее каждый из нас прошел раз пятьдесят. Но когда ты подошла ближе, стена вдруг развеялась, а на ее месте появилась лестница, — сказал Алан, пристально вглядываясь в мое лицо.

Он будто пытался понять, не включала ли я перед ним дурочку. Но я ее не включала, я ей похоже все-таки являлась, потому что все еще понятия не имела, что он там нес.

Но тут к нашему обсуждению подключились и остальные одногруппники.

— Я тоже удивился! — возник за нашими спинами полноватый и низкорослый паренек, поправляя свою мантию. — Еще хотел предупредить тебя, что бы ты не врезалась. А потом - оп! И стена уже исчезла!

— Похоже преподаватели или старшекурсники решили над нами подшутить, — раздался ленивый голос с задней парты, принадлежавший симпатичному брюнету. — И если бы не Розалин, черт знает, когда бы мы дошли до аудитории.

Как интересно получается… Но если всем им мерещилась лестница, то почему я сразу видела лестницу? Ответа у меня не было, но на меня с любопытством уставились почти все одногруппники, ожидая объяснений.

— Слушайте, — вскинула я руки. — Я такая же первокурсница, как и вы. И знаю не больше вашего.

Если не меньше…

— Но ты ведь… — начал Алан.

Однако его прервала открывшаяся дверь.

В аудиторию вошел невысокий пожилой мужчина, у него было почти круглое лицо, на широком носу держалась пара очков с маленькой оправой. Кутаясь в бордовую преподавательскую мантию, он перешагнул порог и замер, удивленно оглядывая помещение.

— Вы уже здесь? — спросил он так, будто бы пара не началась еще пару минут назад.

— А где мы должны быть? — уточнила я.

Мужчина тут же выцепил меня взглядом.

— А-а-а, — протянул он. — Студентка Розалин. Наслышан. Тогда ничего удивительного.

Мои брови взлетели вверх, а от одногруппников мне досталось еще больше заинтересованных взглядов. Преподаватель же прошел к тумбе, неспешно снял мантию, бросил ее на стоящий рядом стул и повернулся к нам.

— Доброго дня, первокурсники! Я профессор Гейнт. Мне выпала честь быть вашим куратором до конца учебного года, а также я буду преподавать вам историю магии, — улыбнулся он нам. Потом оперся на тумбу и продолжил: — Надеюсь, вы не обиделись за своих старших на то, что они отказались показывать вам дорогу к классу. Это ежегодная игра, в которую мы играем с нашими первокурсниками. Рано или поздно кто-то догадывается, что проход скрыт иллюзией.

Алан вскинул руку, и преподаватель кивнул, разрешая ему спросить.

— Профессор, но зачем это нужно? — парень был явно не в восторге от этой «игры», и ему не понравилось носиться по первому этажу в поисках лестницы.

Мужчина тихо рассмеялся.

— Это старая добрая традиция факультета иллюзий, задуманная еще основателем академии - домином Реймондом Ангулер. Так мы выбираем старосту курса, — пояснил он. — И раз студентка Розалин провела вас к аудитории, ей и быть старостой. Возражения?

Возражения были у меня, а потому я вскинула руку, но мужчина, словно зная, что я собираюсь отказаться, поспешил продолжить:

— Итак, начнем же нашу сегодняшнюю тему.

Крайне недовольная я опустила руку и решила обязательно подойти к профессору после занятия. Алан толкнул меня вбок и шепотом спросил:

— Ты из какого-то знатного рода, да? Дэльстрад, или может Хайренс?

— Нет, — буркнула я тихо. — Эйстби.

Парень недоверчиво на меня покосился, но больше отвлекать не стал.

Лекция была очень интересной, хотя я и не почерпнула в ней для себя ничего нового. Профессор рассказывал о том, что еще несколько поколений назад магия считалась дикой, а знания передавались из уст в уста от родителя к ребенку. Пока один из величайших магов истории Реймонд Ангулер не решил создать академию Данхельм - первое и единственное заведение, где обучали магии.

— Помимо того, что маги стали получать более полное и качественное образование, у этого решения была еще и политическая выгода. Кто может назвать, какая? — в темных глазах преподавателя промелькнула хитринка, которую не скрыли стекла очков.

Данную тему я знала вдоль и поперек. Именно на этот урок по истории в пансионате я пришла неподготовленной, и наша учительница с меня не слезла, пока я не пересказала ей текст учебника слово в слово.

Я вскинула руку.

— Да, студентка Розалин?

Имя сестры уже почти не резало слух. Хотя кого я обманывала? Резало! И очень даже.

— Учет, — ответила я. — До создания академии, невозможно было сказать, какая была численность магов, и представляли ли они угрозу.

Мужчина довольно улыбнулся.

— Совершенно верно. Именно поэтому… — начал преподаватель, но осекся, когда увидел, как тот толстячок, который подходил к нам с Аланом, протянул вверх руку. — У вас вопрос, студент Фальго? — уточнил он.

— Да, профессор. Скажите, правда ли, что примерно двадцать лет назад академия была захвачена орденом Свободы? — спросил паренек с горящими глазами и даже подался вперед, словно ему не терпелось узнать ответ.

О таком я ничего не слышала, а потому тоже заинтересованно посмотрела на мужчину. Он же снял с носа очки, протер их тряпочкой и, помедлив, кивнул.

— Верно. Было ужасное время. Погибло много молодых магов, которые подавали большие надежды.

— Но ради чего? — стал допытываться Фальго. — Целью ордена Свободы является создание отдельного государства магов. Зачем им нападать на своих же?

— Целью Ордена свободы в первую очередь является власть, — поправил его преподаватель, вновь надевая очки. — А ради власти порой совершаются безумные поступки. Но мы отвлеклись. Итак, после основани академии для магов наступила новая эра…

Я подперла щеку кулаком. Было что-то в этой истории с нападением Ордена. Между строк плыла какая-то тайна, о которой еще только предстояло узнать.

***

После пары профессор Гейнт убежал так быстро, словно за ним гналось полчище демонов. И шанса поговорить с ним о моем назначении на должность старосты у меня не было. Поэтому я вместе с остальной группой пошла на вторую пару.

«Практика магии».

Чувствовала я себя так, словно шла на судилище. Моей нервозности никто не разделял. А даже наоборот: Алан пристроился с одной стороны, Фальго - с другой, и если первый еще держал себя в руках, то толстячок взахлеб делился тем, какие заклинания ему не терпелось испробовать.

Мы с Аланом лишь переглядывались, оба потерявшись примерно на десятом.

Вскоре перед нами замаячила высокая в три человеческих роста двустворчатая дверь, которая сама открылась при нашем приближении, и взору открылся огромный зал с витражными окнами, через которые проникал дневной свет и окрашивался цветными стеклами.

В центре нас уже ожидала высокая подтянутая женщина. На ней были рубашка, плотные брюки и высокие сапоги. Фигуру отличала военна выправка. И даже ее волосы были убраны в пучок волосок к волоску.

— Мое имя профессор Валон. Оставьте мантии и учебники у входа, — сразу же сказала она нам.

У нее был четкий и звонкий голос, который прекрасно подходил для отдачи команд. Ее можно было представить генералом на поле.

Мы послушно сбросили вещи и подошли к ней ближе.

— Вы можете считать, что магия иллюзий - это фокусы и цветочки, чтобы впечатлить домин. Но магия иллюзий одна из самых опасных магий, — начала она безо всяких прелюдий и предисловий.

— Похоже с ней не забалуешь, — шепнул мне на ухо Алан.

Это точно…

— Студент Алан, вам есть чем поделиться с нами? — требовательно спросила она.

Мимо этой женщины, очевидно, и муха не проскочит. Не нравилась мне такая муштра… Мы же не в армии, в самом деле. И напоминала она мне домину Ноаль, воспитательницу из моего пансионата. Скверная женщина.

— Никак нет, профессор, — тут же отрапортовал парень, чем вызвал улыбки на губах остальных.

Женщина прищурилась. Я заметила, как она слегка пошевелила пальцами, и тут же почувствовала странное стеснение в груди. А затем вдруг Алан шарахнулся в сторону.

— Розалин, ты чего?!

— Ничего я не… — начала я, нахмурившись, но парень резко отшатнулся, словно уворачиваясь от атаки мечом.

Поняв, откуда росли ноги, я стрельнула взглядом в преподавательницу. Похоже, она решила не топтаться на месте, а перейти к наглядным примерам.

— Откуда у тебя вообще оружие?! Перестань! — возмутился Алан.

В нашу сторону заинтересованно смотрели остальные студенты, а Фальго так и вовсе выдал восхищенное: «Вау».

— Зрение - это орган чувств, которому мы безоговорочно доверяем, — проговорила профессор. — Обманите противника, считайте, что вы выиграли. Ваши иллюзии должны быть неотличимы от реальности. А для этого потребуется много практики.

Алан протер глаза и заозирался по сторонам. Увидев, что я спокойно стояла на прежнем месте, он выдохнул и качнул головой.

— Безумие какое-то… — пробормотал он себе под нос.

— Не волнуйтесь, студент Алан. Позже вы будете изучать защиту от магии, — снисходительно сказала женщина, поглядывая на выбитого из колеи парня, а затем вновь обратилась ко всем: — Сейчас же ваша цель сотворить свою первую иллюзию. Справа от вас на столе лежат сухие ветки деревьев. Вашей задачей будет создать иллюзию листьев.

Мы переглянулись.

— Это не так сложно, — сказала преподавательница. — Мы не будем изучать никаких заклинаний. Начнем работать с пассами.

Преподавательница достала из кармана мантии ветку, продемонстрировала несложное движение рукой, а затем прямо на наших глазах сухая веточка превратилась в покрытый зелеными листиками прутик. Правда, уже через мгновение снова стал прежним.

— Чем реалистичнее, продолжительнее по времени и объемнее иллюзия, тем больше на нее требуется сил, — проинструктировала нас профессор. — Запоминаем пасс.

Она повторила движение руками несколько раз и, убедившись, что каждый из нас мог его воспроизвести, велела каждому обзавестись своей веточкой и велела тренироваться с иллюзией.

Краем глаза я видела, что рядом с Аланом и Фальго уже стали появляться какие-то невразумительные вспышки. Сама же я медлила.

К середине дня во мне-таки проснулась скептичная часть, которая шептала послать все к чертям собачьим и убрать из академии, пока не стало слишком поздно. Другая - наивная - упрашивала меня хотя бы попробовать.

— Вам нужно особое приглашение, студента Розалин? — возникла рядом со мной преподавательница.

— Нет, — вздохнула я.

Листья. Зеленые листья. Удерживая перед глазами знакомый образ, я сделала пасс рукой, и в груди зажгло. По телу пробежали мурашки, и на выдохе я приоткрыла один глаз, чтобы проверить, вышло ли у меня что-то толковое. Но не увидела ровным счетом ничего.

Ветка как была сухой, так и осталась.

И чем я вообще занималась? Нужно было готовить побег, а не заниматься ерундой!

Я знала это. Глупо было мнить себя магом. Но в груди все равно остро кольнуло разочарование и горечью растеклось по корню языка.

— Пытайтесь снова, если ничего не вышло, — сказала мне профессор, появляясь рядом.

Я одарила ее косым взглядом и вновь прикрыла глаза. Сколько козла не дои, молока от него не будет. Так что, сколько ни пытайся, веточка не позеленеет, ведь магии во мне все же не было.

Снова и снова я представляла листья, снова и снова я описывала руками круг, но ни разу я не увидела ни проблеска зелени, ни хотя бы вспышки магии, как было у моих одногруппников.

К концу занятия, скептичная часть меня, ступая в лаврах победителя, уже прикидывала, какая работа в городе мне подойдет. Ведь нужно было еще и жилье найти, а потому что-то вроде прислуживания в трактире казалось мне неплохим вариантом.

На душе было паршиво. Но я всегда знала, что судьба не слишком ко мне благосклонна.

До пяти еще время оставалось. Как раз успею принять ванну. Быть может, это будет последняя хорошая ванная на следующие ближайшие годы.

Вот только, как оказалось, времени у меня не было.

Практика еще не успела закончиться, как двустворчатые двери распахнулись, и на пороге появился молодой мужчина, который судя по одежде был служащим академии.

— Студентка Розалин, вас вызывает ректор.

Я замерла, вся покрываясь мурашками.

Ну, вот… Приплыли! Надо было еще вчера бежать! Так и знала!

ГЛАВА 6

— Войдите, — услышала я голос ректора и толкнула дверь.

Черноволосый мужчина сидел за своим огромным столом. Сегодня на нем были квадратные очки, придающие его лицу строгость. Я мельком осмотрелась и, не увидев посторонних, тихонько выдохнула.

Быть может, пронесло?

— Вызывали, домин Фрельд? — подала я голос.

Ректор вскинул голову и, встретившись со мной взглядом, улыбнулся.

— Студентка Розалин, присаживайтесь, — он указал мне на кресло напротив. — Хотите чаю?

Прищурившись, я стала наблюдать затем, как мужчина снял очки и положил их на стол, а затем отошел к тумбе с заварником и чашками. Расслабленно мыча под нос какую-то мелодию, он налил чаю и поставил передо мной кружку.

Как-то он был слишком спокоен для человека, который обнаружил обман и собирался выставить меня из академии. Или же это такой обходной маневр?

— Как вы устроились? — спросил ректор, усаживаясь назад в кресло. — Профессор Гейнт оповестил меня, что вы назначены старостой группы. Поздравляю. Меньшего я от вас и не ожидал.

— Я хотела бы оспорить это решение, — высказалась я.

Но мессир качнул головой.

— Это традиция, студентка Розалин. В Коруне мы их уважаем, а поскольку вы теперь часть семьи, то и вам тоже придется.

«Часть семьи». В груди кольнуло, и я отвернулась от ректора. Слышала ли я такие слова хоть раз? И хотела ли я их услышать?

— Я хотел поговорить с вами не об этом. Вчера я был занят с поступающими. Последний день приема всегда немного хаотичный. Но сегодня у нас есть немного времени для разговора. Речь пойдет о вашем даре.

Я напряглась всем телом и невольно выпрямилась. Вот, мы и подобрались к самому «вкусному». Я бросила косой взгляд на мужчину и уточнила:

— А что с ним?

В ответ ректор улыбнулся и откинулся на спинку кресла, делая глоток чая. Какое-то врем он молча меня рассматривал, словно делал какие-то свои выводы в голове, а потом сказал:

— Считается, что четыре элемента стихий соединяясь в разных пропорциях дают дары иллюзии или анимагии. Это ведь вам известно?

Я молча кивнула.

— Но обычно маг иллюзий или анимаг не может манипулировать ни одной из стихий.

— К чему вы ведете? — подозрительно уточнила я, вглядываясь в спокойной лицо ректора.

— К тому, студентка Розалин, что вы своего рода уникум. Вы являетесь не просто обладательницей редкого дара, но также имеете сродство со всеми четырьмя стихиями.

У меня создалось такое ощущение, что говорили мы совсем не обо мне. И то, что меня называли именем сестры, не помогало. Я не верила даже в то, что была магом иллюзий. Но сродство с четырьмя стихиями… Абсурд.

Ущипнув себя за переносицу, я дернула головой.

— Вы ошибаетесь, — уверенно сказала я.

— Ошибка исключена, — улыбнулся ректор. — Артефакт, на котором вы проходили испытание, исправно работает не первый век. Если он ошибся с вами, значит ошибся и со всеми остальными студентами. А это исключено. Не говоря уже о том, что любой практикующий маг может оценить ваш потенциал лишь при взгляде на вас.