Хозяйка с дипломом, или Чудо для дракона

Глава 1. Вот так сюрприз

– Ай!

Открывшаяся дверь больно прилетает мне по лицу. Не успев выставить руки, я прижимаю ладони к стремительно опухающему носу. Больно так, что слёзы брызжут. Сквозь пелену перед глазами я разглядываю появившееся на пороге чудовище. Ну как чудовище. Мужчина, но какой пугающий! Высокий, с широкими плечами и руками, которые меня щелчком пальцев с дороги снесут. Но больше всего пугает взгляд серых, как сталь, глаз. Он настолько приковывающий, что за ним даже теряется неухоженная борода, доходящая мужчине до груди.

– А можно аккуратнее? – поджав губы, прошу я, отчаянно стараясь не выдать страха.

– А можно аккуратнее, – скривившись, передразнивает меня этот гад.

От такой выходки я дар речи теряю. Никто и никогда не позволял себе так со мной разговаривать.

– Мужлан! – только и нахожу что сказать.

– Пигалица, – фыркает чурбан.

И не дав и шагу сделать, берёт меня за талию и просто переставляет в сторону. Да, делает это максимально аккуратно, но всё же!

Как мебель передвинул!

– Да вы!.. – вспыхиваю я, хватая воздух ртом. – Да как вы!.. Ай!

Жмурюсь от новой вспышки боли и оседаю на пол. Когда перед глазами перестают крутиться звёзды, вижу кровь на ладошках. Всё-таки этот невоспитанный нахал разбил мне нос.

– Что там?

В голосе мужчины появляется тревога, а я быстро прикрываю лицо. Не нужна мне его забота.

– Дай посмотреть. – Присев на корточки, он протягивает ко мне руку.

– Дайте, – гундося, поправляю его.

– Вот же пигалица. – Чудовище закатывает глаза и протяжно выдыхает. – Я не сделаю хуже, просто посмотрю.

– Вы врач? – пиля его взглядом, интересуюсь я.

А сама быстренько осматриваю его одежду: вдруг и правда лекарь? Но запылённый чёрный китель и такие же брюки, да и не первой свежести рубашка дают понять, что передо мной далеко не врач. Скорее кто-то из обездоленных просителей. Такие иногда наведываются к мужу в надежде получить работу.

– Нет, но что-то да умею, – увиливает мужчина, всё-таки отнимая мою ладонь от пострадавшего носа. – М-да-а…

– Что? Что там? Сломан?

– Нет, – нахмурившись, отвечает мужчина. – Ушиб. Нужен лёд.

С этими словами он протягивает руку в сторону. Чёрно-зелёное фантомное сияние окружает его ладонь. С округлившимися глазами я наблюдаю за чудом. Рука будто пропадает из нашего мира, проваливаясь в неизвестность. А уже спустя мгновение к моему носу прижимается холщовый мешочек с кусочками льда.

– Вы маревый дракон? – шёпотом и с нотками восхищения спрашиваю я.

Боги всех миров, да передо мной наша надежда и гордость нации. Несколько заросшая, неопрятная, но всё же гордость. Маревые драконы – единственные, кто может пересекать Марь, заполнившую наш мир, и кто сражается с её порождениями.

– Сейчас я дракон, разбивший нос маленькой девочке, – ухмыляется мужчина, а в его холодных глазах впервые за беседу появляется тёплый огонёк. – Больно?

– Ну так. – Пожимаю плечами, отчего-то смущаясь.

Кроме мужа, никто и никогда не проявлял ко мне подобной заботы. Да даже внимания мне столько не уделяли. Я вышла замуж на первом курсе и с тех пор будто в тень превратилась. Сестрёнка говорит, что это влияние Родрика. Муж у меня дико ревнивый, ещё и при власти. Ему ничего не стоит устроить неприятности любому, кто посмеет на меня не так посмотреть.

– Выпускница? – тем временем спрашивает дракон.

Я непонимающе смотрю на него, а потом до меня доходит. Я ж прибежала к мужу сразу после выдачи дипломов. Так хотела поделиться радостью, что не успела переодеться, и сейчас на мне форма «Спектрума»: длинная зелёная юбка, рубашка и жилетка. Любой житель империи знает, как одеваются студенты нашей академии, а уж тем более это известно дракону.

– Ага, – одними губами подтверждаю я.

Замечаю, как на них застывает взгляд дракона. Его дыхание прерывается всего на секунду, а потом мужчина с шумом втягивает воздух и резко поднимается на ноги.

– Так, ты меня извини, но мне пора. – Он рассеянно проводит рукой по длинным волосам и оглядывается по сторонам. – Долг зовёт, знаешь ли.

– Да-да, конечно, – смущаюсь ещё больше я. – Не смею задерживать.

Жду, когда дракон отойдёт от меня, но он почему-то топчется на месте, а затем протягивает ладонь и одним рывком поднимает на ноги.

– Дай проверю.

Забирает подтаявший мешочек и сурово смотрит на мой нос, словно от одного его взгляда ушиб должен испугаться и моментально рассосаться. Губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Странная реакция на боль, – ещё больше хмурится дракон. – Может, тебя в больницу отвести – голову проверить?

– Всё в порядке. – Отталкиваю его, внезапно понимая, что он стоит слишком близко.

– Не в порядке, – перечит мужчина.

И с неожиданной для его габаритов мягкостью касается моего носа. Щекочущее чувство прохлады прокатывается по коже, смывая боль и принося облегчение.

– Боги всех миров, да вы всё-таки лекарь! – удивлённо вскрикиваю я, ощупывая нос.

Он прежних размеров, и дышать становится в разы легче.

– Я боевой навигатор, – с гордостью произносит мужчина, но тут же, бросив недовольный взгляд на дверь в приёмную, добавляет: – Был. Нам положено знать элементарные заклинания лечения.

– Оу! Ну тогда мне повезло. Спасибо, – лепечу я, не зная, как закончить разговор.

– Было бы за что, – пожав плечами, отвечает дракон. – Сам разбил – сам вылечил. Странное у тебя понятие о везении.

Он на мгновение замолкает, а потом, посмотрев по сторонам, наклоняется ко мне. У меня сердце в пятки убегает. Он что, поцеловать меня хочет? Это косматое чудище? Галантное, как оказалось, но всё ещё чудище.

– Слушай, ты ведь за распределением пришла? – спрашивает он шёпотом, зависнув неприлично близко.

– Ага, – только и лепечу я.

Я сейчас с чем угодно соглашусь, лишь бы он поскорее отошёл. От его близости слишком странные чувства рождаются.

– Лучше зайди завтра. У лорда Гниды сегодня паршивейшее настроение. Отошлют тебя в дальние провинции, а такая красавица достойна большего.

– Он не гнида!

Я не понимаю, от чего вспыхиваю больше: от комплимента или от оскорбления, которое чудище нанёс моему мужу.

– Ого! – Дракон отшатывается от меня. Прищурившись, окидывает меня внимательным взглядом, а потом на его лице появляется брезгливое выражение. – А-а-а, так ты из этих?

– Из кого? – продолжаю кипятиться я.

– Из фанаток? А хотя ладно, не интересно. – Мужчина взмахивает ладонью и стремительно разворачивается ко мне спиной.

– Лорд Айранс – самый чуткий, умный и прекрасный мужчина. Он всего лишь элементальный маг, а добился высокой должности сам! Потому что его все уважают и любят!

– Конечно, любят. И он многих любит, – ехидно выдаёт дракон, чуть повернув ко мне голову. – Удачи, пигалица. Только поговаривают, у лорда Гниды есть жена.

– Конечно, есть!

Но мои слова остаются висеть в пустом коридоре. Дракон, имени которого я так и не узнаю, исчезает в чёрно-зелёном мареве.

– Вот же чурбан! Ещё и сплетни распускает! – злюсь я.

Хотя у самой-то рождается нехорошее предчувствие. Учась в академии, я слышала шепотки и томные воздыхания сокурсниц по поводу лорда Айранса. Ещё бы, муж у меня красивый и невероятно притягательный. А ещё заботливый и любящий. Но до сегодняшнего момента я была уверена, что всё это предназначается исключительно мне.

Я не раз говорила Родрику, что хочу придать огласке новость о нашем браке. Да, мы провели обряд, когда я была ещё несовершеннолетней, но лишь для того, чтобы уберечь и меня, и Эльзу от неприятностей. После исчезновения мамы и папы о нас с сестрой некому было позаботиться. Все богатства, которыми обладала наша семья, могли оказаться не в тех руках. И тогда Родрик, лучший друг папочки, пришёл на помощь. Предложение стать его женой я восприняла с радостью, ведь была давно и тайно в него влюблена. А тут сам лорд Айранс обратил на меня внимание. Единственное, что удручает, – по законам империи наш брак не считается действительным, ведь он ещё не консумирован. Родрик откладывал этот момент до моего выпускного. И вот как раз сегодня я хотела исправить этот недочёт.

И вроде бы решение принято, но почему-то после разговора с дверным чудовищем внутри как-то гадко.

– Бред какой-то, Ари, – говорю сама себе, уверенно берясь за ручку двери. – Нашла кого слушать. Родрик не такой.

Однако первое, что встречает меня в приёмной мужа, – это странная тишина. Тишина, прерываемая ещё более странными ритмичными звуками. Будто в кабинете мужа проводят парад.

Место Ингрид, секретаря Родрика, пусто, что ещё больше закручивает воронку моей тревоги. Уже в красках рисуя себе картинку, ожидающую меня за дверью в кабинет мужа, я на деревянных ногах приближаюсь к входу.

Звуки усиливаются, к ним прибавляются и стоны, которые лезвиями проходятся по сердцу. Берусь за ручку, всё ещё уговаривая себя, что это всего лишь моя разогретая сплетней фантазия. На самом деле там ничего страшного. Просто Родрик оказывает помощь пострадавшей Ингрид, которая, вероятно, упала…

Дверь оказывается запертой, но когда это меня останавливало? Для выпускницы хозяйственного факультета нет закрытых дверей. Магия послушной искоркой устремляется к замку. Он тихо щёлкает, открывая створку.

И да, Ингрид действительно упала. Животом на рабочий стол мужа. И да, Родрик оказывает ей помощь, если за неё можно принять поступательные движения, с которыми мой муж вколачивается в секретаршу.

Ну и мерзость!

Глава 2. Накось выкуси!

– Выпей, – приказывает Родрик, когда передо мной на столике оказывается чашка с чаем.

Ингрид с притворным сочувствием на лице отходит в сторону. Только мне плевать на её попытки выставить себя пострадавшей. Мне сейчас вообще на всё плевать. Я смотрю пустым взглядом в чашку и ничего не вижу. Точнее, вижу: эту картинку из сознания разве что калёным железом теперь выжжешь.

Мой Родрик и эта белобрысая Ингрид. Фу.

Тошнота резко подкатывает к горлу, и я с трудом сдерживаю порыв сбежать в туалет. Ну уж нет, я не покажу мужу, как мне плохо.

– Я сказал – выпей, – цедит Родрик, оттолкнувшись от края рабочего стола и усевшись в кресло напротив меня. Он складывает ладони в замок и с ленцой бросает секретарше: – Выйди. Отмени просителей до вечера.

– Зачем же отменять? – ядовито интересуюсь я и хватаюсь за чашку. Пить не хочется, но так хотя бы дрожь в руках унимается. – Вдруг там кто-то особенный? У кого зудит как твоя помощь требуется.

– Твой сарказм неуместен, милая, – дёрнув бровью, обрубает муж.

– Как и моё присутствие тут, – огрызаюсь я раненой кошкой. – Вообще не вижу смысла сидеть здесь и чаёвничать как ни в чём не бывало.

– А что такого произошло? – склонив голову набок, интересуется Родрик.

И выглядит при этом так, будто не он всего пару минут назад слез со своей секретарши. Тебе показалось, Ари, напридумывала себе.

– Ты серьёзно? – Ошарашенно распахиваю глаза.

Смотрю на мужа, на того, кто стал моей семьёй, кто заменил моей сестре отца, кто поддерживал нас все эти годы. И не узнаю любимого мужа в этом холодном, высокомерном мужчине. Отглаженные серые брюки, белоснежная рубашка, застёгнутый на все пуговицы мундир – кажется, даже одежда на Родрике кричит о его идеальности. И я все пять лет его таковым считала. Идеальный муж для идеальной семьи. А оказывается, всё это был лишь фасад. А все поступки Родрика лишь занимательное представление для меня – единственного, но очень восторженного зрителя.

– Я хочу развод. – Не выдержав насмешливого взгляда мужа, опускаю голову.

Рассматриваю руки и собираюсь с мыслями. По закону родительское наследство в случае развода должно отойти мне. Вроде бы. Если честно, я не помню, что было написано в документах. Когда пришла весть об исчезновении родителей в Мари, я была не в состоянии что-то решать. Всем занимался Родрик, которому и я, и родители безгранично доверяли.

– И зачем тебе развод? – хмыкнув, спрашивает муж.

– В смысле? – Поднимаю на него взгляд, искренне не понимая сути вопроса. – Ты мне изменил. Скорее всего, не раз. Давай разведёмся, как цивилизованные люди: без скандала и огласки. Тем более никто при дворе о нашем браке так и не знает.

Жду ответа Родрика, но тот не спешит. Разглядывает меня пронзительно-голубыми глазами, и я теряюсь под этим взглядом. Всегда смущалась, когда он на меня так смотрел. И сейчас это как естественная реакция организма. Никогда не перечила мужу, но теперь придётся найти силы, чтобы отстоять себя. Собственную честь.

– Нет, – спокойно отвечает Родрик.

– Что?

– Я говорю, развода не будет. – Муж пожимает плечами. – Мне не удобно.

– А изменять мне с кем попало удобно?! – взрываюсь я, подскакивая на ноги.

Кружка с так и не выпитым чаем летит на пол, разбиваясь и разбрызгивая напиток. Родрик морщится и бросает на меня недовольный взгляд.

– Брось драматизировать, Ариадна. Ты взрослая девочка, и пора соответственно воспринимать жизнь. В моей измене нет ничего страшного. Ну развлёкся с одной, с другой. Сердце-то моё принадлежит тебе.

– Меня сейчас стошнит, – выдавливаю я, прикрывая ладонью рот. – Боги, как это мерзко звучит. Я не хочу в этом участвовать.

Поспешно отхожу к зашторенному окну. Не могу смотреть на Родрика. Да я вообще не могу ничего здесь видеть. Сколько? Сколько же тут девушек «благодарило» моего мужа за услугу?

– Тебе не придётся ни в чём участвовать. – Родрик поднимается, и через мгновение я ощущаю его присутствие за спиной. – Как дипломированная хозяйка ты должна была отправиться в провинцию Хаяль, но я выбил тебе место в столице. Найдёшь себе лавку по специализации и будешь выполнять свою роль. На работе и в семье. Ничего не изменилось, милая.

– Не называй меня милой, – зло цежу я, чувствуя подступающие слёзы. – Всё изменилось, Родрик! Нет больше семьи! Да, боги, её и не было. Наш брак даже не консумирован!

– Это легко исправить, – хмыкает муж.

– Даже не думай. – Развернувшись, я выбрасываю вперёд руку и выставляю перед ним указательный палец. – Я тебя к себе даже близко не подпущу. А будешь препятствовать разводу – всем расскажу и про наш брак в мои семнадцать лет, и про его фактическую недействительность.

Душу разрывает от ненависти к человеку, стоящему напротив. Меня буквально трясёт от ярости. И чем ярче мои эмоции, тем более пугающе абсолютное спокойствие Родрика.

– Какая ж ты у меня глупая, – выдыхает муж.

И в следующий момент хватает меня за горло.

– Тебе всего лишь надо было быть покорной, – шипит он, мигом теряя свою бесстрастную маску.

Красивое лицо искажается гневной гримасой, ещё больше пугая меня.

– Слушаться мужа – это ведь так легко, Ариадна, – сдавливая горло, шипит он.

А в следующее мгновение отрывает от стены и, всё так же удерживая за горло, тащит меня к столу.

– Стольким жёнам изменяют, Ари, и ничего. Но ты ведь у нас не такая, да? Золотая девочка с розовыми мечтами. Так вот… – Он силой заставляет меня лечь на столешницу. – Пора взрослеть, милая.

Задирает мне юбку, и только сейчас я отмираю. Начинаю брыкаться и орать.

– Заткнись, – приказывает Родрик, закрывая мне рот. Воздушные петли связывают мне запястья. – Хуже будет, Ари. Не сопротивляйся, и консумация нашего брака пройдёт почти без боли.

– Нет, – в ужасе выдыхаю я, цепенея всем телом. – Нет, Родрик, пожалуйста…

Но ему плевать на мои мольбы. Широкая ладонь пробирается под нижние юбки, я чувствую шероховатую кожу пальцев на ягодицах.

– Нет, пожалуйста, – заливаюсь слезами, трепыхаясь, как птичка. – Не здесь, пожалуйста…

Не знаю, что заставляет Родрика остановиться: осознание безумия ситуации, жалость ко мне или шум в приёмной. Но спустя мгновение он меня отпускает. Только вот я не спешу подниматься. Меня колотит от пережитого ужаса. Он что, правда собирался меня принудить?

– Так.

Сильные руки поднимают меня и разворачивают. Я смотрю в некогда любимые глаза и больше не слышу отклика в сердце. Там могильная тишина.

– Ты сейчас вернёшься домой и будешь ждать меня, – строго говорит Родрик.

– Хор-рошо. – Послушно качаю головой.

Мне страшно, но разум внезапно ясен. Нужно выиграть время, вырваться из приёмной и пойти к хранителям порядка. Они защитят и помогут нам с Эльзой.

– Вот так всегда бы, – с одобрением произносит Родрик, но уже в следующий момент его взгляд ожесточается, а губ касается хищная ухмылка. – И только попробуй кому-нибудь пикнуть. Даже заикнуться о разводе. Учти, милая, всё записано на меня. Документы в порядке, по ним ты вступала в брак совершеннолетней. Эльза официально моя дочь, и в случае, если ты решишься со мной воевать, я заберу её себе. Без меня ты не выживешь, милая.

Кровь отливает от щёк и, кажется, испаряется из тела. Меня сковывает смертельный холод, когда я до конца осознаю ужас ситуации.

– Вижу, дошло до тебя, так ведь? – Ухмылка мужа перетекает в победоносную улыбку. – Умничка моя. А теперь иди домой. Нас ждут интересные деньки.

– Хор-рошо, – заведённой куклой отвечаю я и разворачиваюсь к выходу.

Не вижу перед собой ничего, просто переставляю ноги и молюсь быстрее оказаться на улице. Когда берусь за ручку двери, вздрагиваю от оклика:

– Ари!

– Что?

– Что, любимый, – с нажимом говорит Родрик.

– Что, любимый? – послушно повторяю, но, боги, слова эти рвут горло острыми шипами.

– Будь умничкой, любимая, – ласково улыбаясь, просит меня муж.

Я бросаю на него косой взгляд. Сейчас за рабочим столом сидит тот самый лорд Айранс, в которого я влюбилась восемь лет назад: статный блондин с широкими плечами, галантными манерами и готовностью всегда прийти на помощь. Но сейчас я знаю, какой монстр прячется под этой маской.

– Я буду умничкой, – заверяю Родрика и наконец-то покидаю это ужасное место.

Опустив голову, я прохожу мимо Ингрид. Она провожает меня взглядом, но так и не решается что-либо сказать. И сейчас я ей за это благодарна. У меня нет никаких моральных сил общаться с любовницей мужа.

Коридоры министерства распределения пролетают одной бесцветной полосой. Со мной, кажется, пытаются заговорить, но я ничего не слышу. В голове лишь одна мысль, которая даёт мне силы жить: бежать! Бежать туда, где он нас с Эльзой не найдёт.

Улица встречает меня привычным городским шумом: разговорами прохожих, криками мальчишек-газетчиков и стуком проезжающих экипажей. Я застываю посреди пешеходной дорожки и судорожно пытаюсь придумать план.

Солнце едва перевалило за полдень, у меня есть время. Надо только понять, как устроить побег. Как мне найти работу так, чтобы Родрик меня потом не нашёл? Блуждающим взглядом я цепляюсь за высокие башни «Спектрума», и тут в гудящей голове рождается идея.

Точно! Гвендолин! Магистр Кайнесс, глава кафедры позитивщиков. У неё должны быть связи, и она всегда хорошо ко мне относилась. Едва эта мысль укрепляется в голове, как внутри разрастается чёткая уверенность, что у меня всё получится. Прихвачу Эльзу, и мы вместе сбежим. А там уже я придумаю, как избавиться от чудовища, оказавшегося моим мужем, и наказать его. И умничкой я не буду!

Глава 3. Билет в один конец

В кабинете магистра Кайнесс тихо и пахнет корицей. Светло-зелёные стены, отделанные деревянными плашками, изящные шкафчики и вазы со свежими цветами – всё здесь говорит о том, что кабинет принадлежит декану позитивщиков. Жаль, что сейчас жизнерадостная атмосфера не спасает меня от ужаса, который прочно поселился в душе.

Даже когда я всё рассказала магистру, легче не стало. Меня трясёт от одной мысли, что придётся вернуться в поместье Айранса и играть отведённую для меня роль. А ещё страшнее позволить Эльзе во всём этом участвовать. Моя сестричка такого не заслуживает.

Поднимаю взгляд от кружки с успокоительным отваром и кошусь на молчащую Кайнесс. Она встретила меня дружелюбной улыбкой, которая мигом испарилась, стоило лишь упомянуть имя мужа. Оказывается, декан давно знает, что мы с Родриком в браке: это есть в моих студенческих документах. Но она и не предполагала, насколько странные у нас с ним отношения.

– М-да, – тихо выдыхает Гвендолин, устало потирая переносицу.

Высокая, изящная, всегда одетая с иголочки, она была и есть мой образец для подражания. Ни одной неприятности, которую нам периодически подкидывал факультет негативщиков, не удавалось сломить позитивный настрой нашего декана. Улыбка редко сходит с её красивого лица. А сейчас я впервые вижу, как Гвендолин хмурится.

И это заставляет напрячься. Неужели она бессильна мне помочь?

– Признаюсь честно, – произносит магистр Кайнесс и откладывает в сторону очки, которые до этого вертела в руках, – мне твой Родрик никогда не нравился. Я тебе не рассказывала, но мы учились на одном потоке. Хоть он и элементальный маг, но некоторые дисциплины у нас пересекались. И вот ещё тогда я поняла, что этот гад пойдёт далеко. Причём сделает это по головам и сердцам.

– Ага, – поддакиваю я, не решаясь задать главный вопрос.

Она поможет нам с Эльзой?

Но Гвендолин замолкает и о чём-то сосредоточенно думает. Даже губу от волнения покусывает.

– В общем, так.

Декан резко поднимается, отчего массивное кресло со скрипом отодвигается в сторону. Даже чуть накреняется, но Гвендолин будто этого не замечает. Махнув подолом длинной юбки, она стремительно подходит к картотеке, где у неё обычно хранятся запросы из провинций.

Да, мой муж, как глава министерства распределения магов, практически единолично решает, кому и в какой провинции служить, но часть вакансий проходит мимо него. Просто потому, что первоочередное распределение выдаёт академия. А точнее, главы факультетов и ректор.

– Есть у меня один запрос. Я его даже никому не показываю. Жалко девчонок в такую глухомань отправлять, – роясь в картотеке, поясняет Гвендолин.

– Как это? – удивляюсь я. – Если запрос есть, значит, хозяйку пора заменить?

– Ага. – Декан раздражённо взмахивает рукой. – Последние сорок лет там служит леди Смолл. И все сорок лет она шлёт этот запрос. Ещё моего предшественника донимала. Скучно ей там, понимаешь?

– Нет, – улыбаюсь я. – Чтобы позитивщикам и было скучно?

– Ты не знаешь Смолл, – отвечает Гвендолин, выуживая нужную папку. – Да, спектральный тест направил её на наш факультет, но, боги, более нудной особы я не встречала. По характеру она определённо должна была учиться на кафедре всё-умиральщиков, но никак не у нас. Однако боги решили по-своему. Вот, ознакомься.

На маленький столик передо мной ложится тонкое досье на предполагаемое место работы. Отставив кружку, я хватаюсь за него, как за спасательный круг. Плевать, где и кем, лишь бы убраться из столицы куда подальше.

Однако едва открываю папку, как у меня глаза на лоб лезут. Я, конечно, хотела как можно дальше, но не настолько же. Альяс – самая окраина очищенных от Мари провинций. И одно из самых старых владений империи Хартас. Именно с Альяса началась история нашей страны, но по мере зачистки мира от проклятой тьмы империя расширялась, и столицу перенесли в Ашмилону.

Альяс же, как и многие провинции, постепенно пустеет. А значит, и с безопасностью там так себе. И вот теперь передо мной выбор: подвергнуть нас с сестрой опасности нападения тварей Мари или остаться под крылом чудовища не хуже тех самых тварей?

– Запишите меня на Альяс, – твёрдо говорю я, впервые в жизни решаясь на столь сумасбродный поступок. – Судя по ресурсам и требованиям, я найду, чем там заняться.

– Отлично. – Гвендолин улыбается и даже выдыхает с облегчением. – Но ты же понимаешь, что под своей нынешней фамилией тебе ехать нельзя?

– Ой! – Прикрываю лицо ладошками. – И правда. Родрик же меня быстро найдёт.

– Ничего, есть у меня идея. – Декан подмигивает мне. – Только для этого придётся кое‑что сделать.

Голос у Гвендолин такой ехидно-загадочный, что я настороженно кошусь на неё. Чего это наш декан придумала?

– Придётся умертвить твоего муженька, – со злодейской улыбкой отвечает она.

Слегка опешив, смотрю на декана и не пойму: она шутит или серьёзно?

– Слушайте, ну если его умертвить, то нам и бежать никуда не надо. Хотя этот вариант столько проблем принесёт. Для начала надо придумать, как его умертвить. Через охрану с оружием не пройти, против ядов у Родрика есть амулет, – подняв глаза к потолку, перечисляю я. Потом перевожу взгляд на ошарашенную Гвендолин и продолжаю: – Магистр, а у вас есть знакомые среди маревых драконов? Они же могут нас перенести прямо в покои Родрика. Скажем, ночью, пока он спать будет. У моей знакомой с кафедры полезных изобретений есть неудачная новинка – подушка-удушушка. Можно её подкинуть Родрику. О! – Щёлкаю пальцами. – Моя подруга, Амирия Рованс с кафедры всё-умиральщиков, как раз получила распределение в похоронное бюро на севере Ашмилоны. Сделаем посмертную экспертизу так, что хранители порядка носа не подточат!