Переполох меж Граней. Турнир четырёх Академий

Пролог

Шум фрактатного двигателя заполняет кабину летира – небольшого воздушного корабля, который несёт нас над Узким морем. Похожее на мыльницу транспортное средство даёт прекрасную возможность осмотреться, ведь верхняя часть кабины полностью прозрачна. И я занимаюсь именно этим: разглядываю приближающийся континент, Фалиоку.

Делаю всё, лишь бы не сталкиваться взглядом с Риком. При загрузке в летир он попытался сесть рядом, но юркая Ванесса ухватила его за руку и под предлогом страха высоты заставила занять место рядом с ней.

Я остаюсь сидеть в самом хвосте кабины, со мной присаживается Интегра, а чуть дальше Хуч. Здоровяк назначил себя на роль моей няньки и каждый день пытался расшевелить меня. И, подозреваю, обелить Рика.

Искоса наблюдаю за парочкой напротив. Верндари с каменным лицом слушает, что щебечет ему на ушко невеста. Она то и дело, чисто случайно, прижимается грудью к плечу Рика. Я бы хотела сказать, что меня это бесит, но…

Весь полёт я прислушиваюсь к себе, пытаюсь понять, что чувствую. Меня будто выжгло. Внутри, на самой глубине души, уже не пахнет пеплом и горечью. Там пусто и безразлично. А любые тёплые эмоции к сидящему напротив предателю ощущаются забытыми фантомами.

Неделю, что мы собирались в цитадель «Клинков», где будет проходить турнир, я старательно избегала Рика. Хотя мне и не надо было прилагать усилий. Ванесса, которая почему-то осталась в академии и поселилась в одном доме с нами, переключила всё внимание Верндари на себя.

Мелкая стерва очаровывает всех вокруг себя. Мне она напоминает ласковую кошечку, что одним лишь взглядом может провернуть мир вокруг себя. Но воспоминания Дэль, которые теперь в полном моём доступе, красноречиво говорят обратное. Я знаю её истинное лицо, а потому стараюсь держаться от белобрысой гадины подальше.

Это не моя проблема.

У меня есть цель, и ради её выполнения я готова смириться с присутствием Ванессы в моей жизни.

Оглядываю нашу команду. Мы все в парадной форме, только Несси одета в гражданское, излишне вычурное платье со множеством побрякушек. А у меня из украшений только многочисленные нашивки с гербом академии да перевязи с кинжалами, что перед отлётом подарил отец.

Вспоминая рыжего мужчину, Виамира виль Хиларике, я не чувствую ничего, кроме раздражения и немого удивления. Этот помешанный на пространственных разработках учёный в упор не видел, что творила его жена. Как та на пару с Ванессой, буквально выживали Дэль из дома. Рвали одежду, ссорили с немногочисленными друзьями, запирали в комнате и ещё множество мелких, но бьющих по психике подростка пакостей.

Но Дэль оказалась сильнее. И хоть внутренне девушка умирала от чувства одиночества и ненужности, внешне она стойко огрызалась и шла к своей цели: обучение в академии и поступление в аграрное отделение «Пиримских Клинков». Мечтой Дэль была работа в отдалённых районах Нофирема, в тишине и спокойствии.

Но случился ритуал…

В мыслях я уплываю так далеко, что не замечаю, как невидящий взгляд застывает на Арчи. Парень уже почти пришёл в себя, а потому адресует мне неуверенную улыбку. И я впервые отвечаю ему тем же. Мы оба потеряшки, хоть я его горя и не разделяю.

Возвращаюсь к разглядыванию окрестностей. Ни с кем из команды говорить не хочется. Я всё ещё не знаю, кому стоит доверять, а кому нет. И нужно ли мне это.

Бирюзовую гладь под нами сменяют золотистые барханы. В памяти всплывают фрагменты из книг по географии Марфариса. Фалиока по большей части песчаный континент. Столица Кворума Объединённых Государств – Мереникт – находится в его центре, в рукотворном оазисе. Но сейчас мы облетаем её краем, стремясь дальше на юг.

– Перед открытием турнира все команды обязаны посетить руины академии Фалиока. Её разрушили таким же прорывом, который пытались провернуть у нас, – наклонившись ко мне, объясняет Интегра.

Раманюк, как куратор нашей звезды, обязана сопровождать нас на турнире. И это несказанно радует меня. Хотя бы потому, что она единственная, кто не предал меня. И потому, что Интегра может помочь вернуть Фло. После закрытия прорыва я больше не ощущаю присутствия лисы в моей голове. В душе, на том месте, куда я незримо поселила рыжулю, теперь зияет пугающая пустота. И мне до боли в сердце хочется вернуть мелкую плутовку. Вернуть, обнять, а потом тщательно допросить: какого лешего произошло на отборе?!

Но от Фло нет никаких вестей. Я даже успеваю соскучиться по нашим перепалкам. И от этого одиночество становится ещё более тягостным.

Встряхнувшись, я отгоняю удушливые мысли и перевожу взгляд на Интегру. Куратор понимающе улыбается и сжимает мою руку. Всё это время я провела либо в сборах, либо у неё в кабинете. Пряталась от ребят. И от Верндари, который так и норовил меня подловить и вытащить на разговор.

А я не хотела больше его слушать. Время, когда он мог всё объяснить, безнадёжно упущено. Мазохисткой я никогда не была, и новая порция боли от Его Врунейшества меня совершенно не прельщает.

– Уважаемые гости Республики Атафема и КОГ, – на пороге пилотского отсека появляется сопровождающий нас «Клинок».

Кажется, его зовут Адиллир. Среднего роста, поджарый, с аккуратной бородкой и усами, этот мужчина распространяет вокруг флёр обаяния и привлекательности. На его губах постоянно играет лукавая улыбка. Но в его чёрных глазах я вижу опасность, что обычно исходит от хищника. «Клинок» совершенно точно привык действовать безжалостно.

Тем временем Адиллир проходит на середину кабины и, раскинув руки, проговаривает:

– На время турнира я ваша мамочка, папочка, нянька, сиделка. Называйте как хотите. Любая просьба, любой вопрос – всё ко мне. – Он одаривает нас фирменной улыбкой. – Но взамен я прошу полного внимания к тому, что я вам говорю. И послушания. Если я сказал, не ходить в рощу Диких цветов, значит, вы туда не ходите. Если я приказал не писать до завтрашнего дня, вы все дружно терпите. Я доступно объяснил?

Его улыбка гаснет, а в глазах появляется угрожающее выражение.

– Всё предельно ясно, дэр Агинат, – Рик отвечает за всех, на секунду остановив взгляд на мне.

Я встречаю его с полнейшим безразличием на лице. Хотя внутри внезапно ёкает. Но не тоска, а раздражение. Рик же недовольно раздувает ноздри и стискивает челюсти. Я достаточно хорошо его знаю, чтобы понять: он в бешенстве. И пребывает в нём постоянно.

Дарю ему бесстрастный взгляд и переключаю внимание на нашего «папочку».

– Сейчас мы летим к руинам моей родной академии, – продолжает мужчина. – Это ритуал. Каждая звезда, участвующая в турнире, воздаёт почести тем, кто сложил голову, борясь с тварями. Неподалёку, на осколке материка, располагается один из старейших храмов Всевидящего. Желающие могут помолиться. Хотя вряд ли он нас услышит. Иначе ни в каких турнирах не было бы необходимости. Верно я говорю? – Он подмигивает всей нашей ошалевшей семёрке.

Впервые за время пребывания в Марфарисе я встречаю человека, столь неуважительно относящегося к местному божеству. И судя по лицам друзей, они тоже не привыкли к такому обращению.

– Да бросьте, ребята, – смеётся Адиллир. – Вы уже не дома, тут нет святош, которые будут шикать на вас за святотатство! Вы на территории Кворума! Здесь верят в кого угодно, лишь бы этот кто-то приносил пастве благость!

– Какой интересный у вас менталитет, – с подчёркнутой вежливостью в голосе отмечает Интегра. – Будем иметь в виду.

– Пожалуйста, дэра куратор. – Дэр Агинат игриво подмигивает и чуть шутливо кланяется Интегре. – Но такой прекрасной женщине простят любую оплошность, будьте уверены!

Я замечаю, как вспыхивают щёки обычно спокойной Раманюк. Такой не особо изящный подкат и так смутил нашу Интегру? Вот это чудно!

Заметив моё недоумение, Раманюк берёт себя в руки и тихо шикает на меня. В ответ я лишь легко смеюсь, лишь потом осознав, что это первая моя улыбка с момента отбора.

И конечно же, ловлю на себе взгляд Дейрика. С трудом удерживаюсь от желания показать ему язык: не твоими стараниями у меня хорошее настроение!

– Смотрите, мы пролетаем столицу! – тем временем привлекает наше внимание «папочка».

Под нами и впрямь появляется зелёное «око» – идеально круглый остров зелени посреди пустыни. Его границы очерчены фрактатными барьерами, а внутри я вижу сотни белоснежных крыш и ажурных мостов. С высоты птичьего полёта Мереникт кажется воздушным и нереальным. Как мираж, который и должен быть в пустыне.

Почти в центре этого великолепия обнаруживается сине-зелёный «зрачок» – глубокое озеро, которое и дало жизнь городу. На его берегу высится башня в обрамлении сопутствующих корпусов.

– Это штаб «Пиримских Клинков», – объясняет Адиллир, указывая рукой на башню. – Здесь вы будете жить между испытаниями. Там же будет проходить ваше обучение. Вы же не думали, что у вас каникулы?

Он, как всегда, хитро улыбается и снова подмигивает. Его живая мимика располагает к себе, но я с некоторых пор совсем разучилась доверять людям.

– Это так замечательно, – подаёт голос Несси.

А у меня на автомате закатываются глаза. Чисто физиологическая реакция от той Дэль, чья память так вовремя проснулась.

– Рад, что вас впечатлила столица, – отвечает дэр Агинат с искренним радушием. – Тогда…

– У нас же будут экскурсии? По городу и прилегающим зверинцам? – перебивает его Несси с таким невинным выражением на лице, что «Клинок» на секунду зависает.

Да как и все вокруг. Наш балласт, а я только так могу назвать белобрысую стерву, только что проявила полную бестактность по отношению к вышестоящему по званию чину. Но в то же время Несси и не является студенткой академии, а значит, ей можно простить такую оплошность.

Только вот почему в её брошенном в мою сторону взгляде я вижу самодовольство и ликование? Зараза прекрасно знает, что ей снова всё сойдёт с рук. Как и всегда.

Стискиваю зубы, загоняя подальше воспоминания Дэль. Этот ларчик открылся и теперь подкидывает мне одно обидное воспоминание за другим. Все, абсолютно все свои пакости Несси сваливала на Дэль. А той никто не верил. Ни отец, ни тем более мачеха.

Не удивительно, что Адель так ненавидела мелкую тварь. Хоть та и была всего на год младше самой девушки.

– Милая дэри, – тем временем Адиллир расплывается в улыбке, но в этот раз предостерегающей, – экскурсии запланированы для участников турнира, вы же, как я понимаю, всего лишь… – он на секунду наигранно задумывается, – девушка командира?

Я не удерживаюсь от ядовитой усмешки и поспешно прикрываю рот рукой. Зато Хуч, сидящий по мою сторону, хмыкает в голос. Похоже, его тоже не радует наличие Несси на борту.

– Я невеста, – нисколько не смутившись, парирует Ванесса. – И совсем скоро стану «лучом»-модулятором этой звезды.

Секунда проходит, пока до всех доходит смысл её слов. На Дейрике скрещиваются возмущённые взгляды Хуча и Клиффа, а лицо Арчи искажает гримаса гнева. Каждое упоминание Кери режет его ножом. И мне хочется ободрить его, но я не успеваю и слова сказать.

– Несси, не сейчас, – шипит Рик, сжимая ладонь Ванессы чуть ли не до хруста. – И ничего ещё не решено. Я не давал согласия.

– Но как же? – лопочет Несси, невинно хлопая глазками. – Твой папенька сказал, что всё решил.

– Мой отец не истина в последней инстанции, – цедит Рик и, отведя глаза от меня, смотрит на невесту. – Пожалуйста, запомни это.

Я бросаю косой взгляд на Адиллира. Мужчина с интересом наблюдает за разговором Рика и Несси, даже в какой-то момент усмехается.

Несси переходит на взволнованный шёпот, и из-за шума двигателей я не слышу, о чём она втолковывает Рику. Но судя по недовольно поджатым губкам и гневно раздувающимся ноздрям, Верндари реагирует совсем не так, как хотелось бы мелкой манипуляторше.

В тот момент, когда «Клинок» решает вмешаться в спор и поднимает руки, дабы привлечь внимание, солнце внезапно мигает.

Я оборачиваюсь, не понимая, что происходит, и застываю с открытым ртом. За бортом, едва не цепляя наш летир, колышатся гигантские щупальца.

– Песчаный камари, командир! – доносится из кабины пилота вместе со страшным ударом, что приходится на судно.

Нас швыряет вниз, закручивая в спирали. Кабину наполняет визг Несси и сдавленная ругань парней.

Адиллир с кошачьей грацией припадает к полу, его тело накрывает жёлтое сияние барьера. Но «Клинок» не успевает накрыть весь кораблик, следующий удар щупалец сопровождается треском разрываемого металла. Пролом идёт неровными зигзагами, отделяет меня от остальных. В ужасе бросаю взгляд на команду и замечаю, как глаза Несси странно бликуют. Но не успеваю задуматься, как меня отрывает вместе с частью летира.

Я в панике пытаюсь создать собственный барьер, но магия не отзывается. Никакая. Ни Фло, ни те заклятия, что я могу использовать без неё, не работают.

Сердце колотится где-то в горле, пока я наблюдаю за тем, как от меня отдаляется та часть кабины, где остались ребята и Адиллир. Они тянут ко мне руки, что-то кричат, а я в неверии смотрю на них, широко распахнув глаза.

Неужели я погибну вот так, даже не начав пути домой?

В ушах стоит жуткая симфония из завываний ветра и рёва монстра подо мной. А я так и не могу оторвать взгляда от носовой части корабля, что заключена в кокон барьера.

Картинка вертится перед глазами, но я цепляюсь за Рика. Верндари отстёгивается и выпрыгивает из их половины в тот момент, когда очередной удар щупалец отправляет обломок в полёт надо мной.

Тут же и по моему убежищу проходит скользящая атака этого ужасающе огромного существа. Меня закручивает в штопоре, и всё, что я вижу, – безумный калейдоскоп из зелёных и жёлтых цветов. Вестибулярный аппарат протестует против таких испытаний, и я понимаю, что сознание уплывает. Как ни стараюсь удержаться в этой реальности, но глаза закрываются сами собой.

– Дэль! – надрывный крик Рика совсем близко.

А затем его руки быстро освобождают меня от страховочных ремней. Ровно в тот момент, когда ударом о землю нас выбрасывает из кабины. Последнее, что я вижу перед глазами, – ярко вспыхнувшее сияние барьера.

Глава 1. Аллилуйя

Крики неведомых ночных птиц и далёкое звериное рычание врываются в сознание. Заставляют рывком подняться и осмотреться.

Резкий подъём не проходит бесследно – в глазах пляшут радиоактивные мухи, а в голове срабатывает сирена. Сжимаю виски, чтобы унять боль, и приподнимаю веки.

Сгустившиеся сумерки подсказывают мне, что в отключке я провалялась часа три. По поляне тянет холодом, а воздух наполнен влагой. Где-то здесь есть ручей или озерцо, но оглядевшись, я ничего подобного не нахожу. Вокруг меня высокие узловатые деревья, чем-то похожие на ивы. В свисающих ветвях мне чудятся то ли глаза неведомых существ, то ли безобидные светлячки.

Я на поляне одна, рядом видна просека из поваленных деревьев. Но ни следа Рика или команды я не вижу. Будто бы меня бросило здесь ещё в полёте.

С трудом поднимаюсь на подкашивающиеся ноги. Перед глазами плывёт, я хватаюсь за ствол ближайшей ивы и раз за разом пытаюсь запустить восстанавливающее заклятие. Но тщетно. Магия не отзывается. Что перед лицом смерти, что сейчас – во мне лишь пустота.

Чувствую, как подкатывает новый виток страха, как покрывается холодной испариной спина.

Я понятия не имею, где оказалась и что мне делать. Судорожно пытаюсь воскресить в памяти карту континента. Подобный лес есть только на южной его оконечности. Как раз там, где находятся руины нужной мне академии.

Но проблема не в этом. На Фалиоке много ночных хищников, а судя по темени, скоро у них начнётся страда. И как мне себя защитить, если даже банальный огненный шар сотворить не могу?

Судорожно ощупываю себя, попутно морщась от обнаруженных ушибов и синяков. Благо ничего не сломано. Хоть в чём-то повезло.

В памяти вспыхивает момент возникновения барьера. Рик в последнюю секунду успевает защитить меня. Но я не знаю, защитил ли он себя.

Отмахиваюсь от этой мысли и проверяю перевязи с метательными кинжалами. С левого бедра её сорвало, а вот на правой ноге находятся два уцелевших ножа. Но и их хватает, чтобы хоть немного унять подкатывающую панику.

– Ничего, и не из таких передряг выбиралась, – шепчу себе ободряюще. – Надо просто идти по просеке. Там наверняка остальные. – Цепляясь за деревья, осторожно продвигаюсь к поваленным стволам. – С ними и Адиллир, и Интегра. Они точно не погибли и наверняка ищут меня. Надо просто им помочь.

Болтаю всякую ерунду, лишь бы занять голову. Лишь бы не пустить туда тревожные мысли. Паникой делу не поможешь, а становиться чьим-то ужином в мои планы не входит.

Добравшись до просеки, оглядываюсь в поисках хоть каких-то ориентиров. Но вокруг всё тот же лес, всё те же далёкие звуки зверья и тварей.

Вот последние беспокоят меня особенно сильно. Почему-то с обычными животными, кажется, можно хотя бы попытаться договориться. Монстры Загранья же на переговоры не идут.

– И что мне делать?

Останавливаюсь посреди поваленных деревьев и обхватываю себя руками. Мне становится так одиноко, так горько, что слёзы сами собой наворачиваются на глаза. Я не ревела с того момента, когда Рик оставил меня одну на берегу реки в академии. И видимо, нервная система всё же сдаётся. Ей, как и мне, нужна перезагрузка. И добротная истерика для этого подходит как нельзя лучше.

– Так, стоп, – внезапно для самой себя говорю я.

Резко встряхиваюсь, пристально смотрю в дальний конец просеки.

– Фло бы не ревела. Да она бы меня животворящим кусем вперёд погнала, верно?

Меня не заботит, насколько бредово со стороны звучит мой лепет. Главное, он не даёт мне соскользнуть в истерику.

И это помогает. Отряхнувшись, одёрнув лохмотья формы, я двигаюсь вперёд, туда, куда смотрят кроны упавших стволов.

– Вот придут они мне навстречу и найдут всю такую боевую и не сломленную Дэль, верно?

Продолжаю нести чушь, одновременно замечая, как успокаиваюсь. Действительно начинаю воспринимать случившееся лишь досадной помехой на пути домой. О пропавшем Рике стараюсь не вспоминать. Такой изворотливый гад совершенно точно выжил. Хотя бы для того, чтобы я самолично его придушила.

Минут через двадцать, а может, и целый час моего упрямого движения вперёд, я улавливаю странный звук. Шелестящий и сначала незаметный, он всё усиливается и постепенно нагоняет меня.

Чтобы проверить догадку, останавливаюсь и прислушиваюсь. Звуки стихают, уступая место привычной ночной симфонии. Делаю шаг вперёд – и преследователи снова шелестят позади. Причём не по просеке, а по бокам, явно не желая заползать на деревья.

Выхватываю оставшиеся клинки и оборачиваюсь. На первый взгляд картинка передо мной та же, что и была: высоченные ивы по бокам, трасса из сваленных деревьев под ногами. На секунду редкие облака освобождают одну из лун, и в её неясном свете я вижу колеблющиеся силуэты по краям просеки.

От ужаса у меня на загривке волосы встают дыбом. С десяток змееподобных тварей застыли в ожидании моих действий. Их раздутые капюшоны делают монстров ещё больше и страшнее, а переливающиеся фиолетовым цветом глаза неотрывно следят за мной.

– Ну и где вы все, когда так мне нужны? – шепчу я, обращаясь к Фло и Рику.

Но никто из них не отзывается на мой призыв. А потому я перехватываю кинжалы поудобнее, готовясь подороже продать свою жизнь.

Странно, но стоит мне только успокоиться, как змеи замирают, почти сливаются с окружающей средой. Минута-другая проходит в напряжённом ожидании. Ни одна из тварей не делает попытки приблизиться, и я решаюсь сделать шаг назад. Пячусь от них, надеясь таким образом или добраться до своих, или встретить подмогу. В любом случае врагов надо держать в поле зрения.

И змеи дают мне это сделать! Я продвигаюсь, медленно, но всё же!

Спустя какое-то время, понимаю, что шелест, издаваемый тварями, окутывает меня, словно дурманящий шёпот. Я плыву в странном мареве и не замечаю, что постепенно сворачиваю со своего пути. Уже и просека осталась позади, а я углубляюсь в лес.

От страха, что меня взяли под контроль и теперь куда-то ведут, моментально прихожу в себя.

– А ну, вон из моей головы! – кричу я на тварей, в ярости размахивая руками.

Змеи в ответ лишь припадают к земле, но всё так же держатся на расстоянии. Но уже буквально через секунду взвиваются вверх, раскрывая капюшоны и угрожающе шипя.

Испугавшись до похолодевших пальцев, я снова пячусь, запинаюсь о корни очередной ивы и падаю на спину. Кубарем скатываюсь в размыв, что образовался под деревом, и затихаю. Тут-то до меня наконец-то доносятся непонятные бумкающие звуки. Будто кто-то тяжёлой поступью направляется в нашу сторону. Даже не так – кто-то бежит ко мне, громыхая так, что земля припадочно трясётся.

Не успеваю я подняться, как передо мной возникает жуткая тварь. Высоченная, больше двух метров, она напоминает оплывший, словно воск, человеческий силуэт. Всё тело монстра покрыто наростами, широкая пасть пугает рядами мелких зубов. На руках, больше напоминающих клещи, несколько десятков глаз, и это вызывает ещё большую оторопь. Взгляд этих глазок слишком разумный для такого чудовища.

Издав странный вопль «Шру-у-ук!», тварь разворачивается и бросается на змей.

А те будто этого и ждали. Перед моими глазами разворачивается жуткая мясорубка. В стороны летят ошмётки ползучих гадин. Брызги слизи, что заменяет им кровь, пачкают и меня. Но я даже не замечаю этого момента, в ступоре наблюдаю за происходящим и судорожно сжимаю кинжалы отца. Я не знаю, чем закончится бой и что будет делать победитель, но особых надежд не питаю: оба противника мне далеко не друзья.

Но чем дольше длится схватка, тем больше мне кажется, что двухметровая дубина пытается защитить меня. Монстр старательно ловит и отбрасывает змей, которые подбираются слишком близко ко мне. То ли сам сожрать хочет, то ли действительно оберегает меня. Я делаю попытку приподняться и выползти из своего убежища, на что нежданный защитник издаёт угрожающий рык. Секундное отвлечение стоит ему нападения. Последняя из выживших змеюк бросается на отвернувшегося монстра. Я на автомате выбрасываю руку вперёд, посылая кинжал в голову твари. Холодное оружие не убьёт её, но хотя бы отбросит и даст шанс дубине.

И каково же моё удивление, когда кинжал, слабо полыхнув фиолетовым пламенем, испепеляет гадину и исчезает во вспышке света, чтобы через секунду оказаться у меня в руке.

– Чтоб меня! – раздаётся звонкий девичий голос над головой. – Это же портальные кинжалы!

Я резко задираю голову, даже ударяюсь о низко висящий корень. Надо мной, удобно устроившись на сплетении из корешков, сидит миловидная девушка. Она рассматривает меня с дружелюбным интересом в светло-зелёных глазах. Миниатюрные черты лица и смешная чёлка делают её совсем девочкой, но что-то подсказывает мне, что она едва ли младше меня. А ещё в ней угадываются смутно знакомые черты. Вот в этой её улыбке, широкой и искренней.

Осторожно, чтобы не выказать агрессии, я приподнимаюсь, одновременно осматривая незнакомку. На ней какая-то полевая форма, множество карманчиков и клапанов которой забиты рабочими инструментами. Эмблема на погонах очень похожа на ту, что носят студенты академии Нофирем. Только в упрощённом виде.

– Я Лилу, – наконец-то представляется девушка, спрыгивая ко мне.

И прикладывает руку к груди, повторяя академическое приветствие! Я шокировано отвечаю ей, по-прежнему не сводя глаз с лучащейся улыбкой девушки. Лишь порыкивающая тварь, что всё ещё стоит на поле боя, приводит меня в чувство.

Я резко разворачиваюсь, готовясь кинуть кинжал. И мысленно благодарю моего местного отца за такой занимательный подарок. Пускай он оказался никудышным родителем, но в подарках для дочери точно разбирался.

– Погоди! – На плечо ложится рука Лилу. – Шрук не опасен. Он мой пирим!

Едва я успеваю развернуться и взглянуть на эту невозможную девушку, как где-то вдалеке раздаётся недовольный крик:

– Аллилуйя виле Верндари, немедленно вернись!

В повелительном тоне я без труда узнаю Дейрика.

И закатываю глаза, что вызывает у Лилу довольный смешок.

– А вот этого надо бояться. Точнее, делать вид. Ну, ты понимаешь, да? – Она хитро подмигивает мне и, повышая голос, вопит на всю округу: – Дейрик, мы нашли твою невесту!

Глава 2. Вскрытие без анестезии

– Я не невеста, – цежу сквозь зубы.

Настроение, секундой ранее реанимированное чудесным спасением, рвануло вниз со скоростью пикирующего самолёта.

– Да?

Лилу то ли наигранно, то ли искренне распахивает невинные глазки. Принимается обходить меня.

– Рыженькая, боевая, хмурая. Ты же Адель виле Хиларике?