В поисках Любви. Избранные и обреченные
- -
- 100%
- +
– А где вы живете?
– До последнего времени жили в Бангкоке. Но я уже отправил вещи в Лос-Анджелес. На этой неделе мы с Джессикой должны были вернуться в родной город. Я уже взял билеты на самолет.
– Нас найдут, – попыталась я утешить его и себя.
– Я бы хотел этого всем сердцем. Когда отказал один из двигателей, я стал подавать сигналы SOS, но в эфире никто не отозвался. Рация полностью уничтожена, связи с материком у нас нет. Самолет частный. Будет ли новый владелец тратить деньги на поиск? Сомневаюсь. А вы, Ирина, большая шишка, раз вас посадили в этот самолет.
– Клянусь вам, что это не так. Мне кажется, я попала на борт случайно.
– Помните того маленького толстого пассажира? Это Стэн, я знаю его давно, он дружит с нашим президентом и выполняет его поручения. Он много раз нанимал наш самолет, сопровождая очень важных людей, настолько важных, что они известны всему миру. Расскажите, зачем он вез вас в Дели?
Сердце мое забилось. Что же делать? Виссудхи категорически запретил мне рассказывать о чаше. Я глубоко вздохнула и произнесла:
– Джеймс, я не имею к Стэну никакого отношения. Про себя сказать ничего не могу. Это не моя тайна, простите…
Он разочарованно произнес:
– Значит все-таки КГБ…
Я возмутилась:
– Нет, Джемс, клянусь сыном, нет!
– Обещаю, что никому не выдам вашу тайну. В целях нашей безопасности вам лучше открыть ее мне.
– Почему?
– Понимаете, наш самолет потерпел крушение при странных обстоятельствах. Перед полетом самолет тщательно проверили. Наш механик, который обычно это делал, почему-то отсутствовал. Один двигатель вышел из строя во время полета, второй загорелся. Приборы точно сошли с ума уже через час после взлета. У меня создалось впечатление, что нам влили некачественное топливо.
– Но буря… Стюардесса сказала, что предугадать ее невозможно.
– В том-то и дело – сводка погоды всегда точна. Нам дали ложную сводку. А стюардессу я увидел впервые. Меня удивило, что она села рядом с вами, это не положено по инструкции.
– Она летела впервые? А мне она сказала, что уже несколько лет летает в вами. Самолет так трясло, что ей трудно было дойти до места…
– Она врала. Зачем? И до своего места она смогла бы дойти. Расстояние до ее кресла было всего-то метра три. Настоящая стюардесса ни за что бы так себя не вела.
У меня глаза полезли на лоб:
– Джеймс, вы же не хотите сказать… что нас хотели убить?!
– Именно это я и хочу сказать. Поэтому вам нет смысла скрывать от меня правду. Если те, кто хотел вашей гибели, узнают о том, что вы остались в живых, они придут на этот остров и довершат свое дело.
Я в ужасе смотрела на Джеймса. Возможно, и Аркашу увезли неизвестно куда. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать:
– Джеймс, кажется, мой сын в опасности…
И я рассказала ему все. Он внимательно выслушал мой рассказ, ни разу не прерывая. Когда я закончила, он позвал меня к угасшему костру и быстро развел огонь. Я видела, что он усиленно обдумывает услышанное. Я в нетерпении ждала, что он скажет по этому поводу. Но он продолжал удрученно молчать. Я тихонько дотронулась до его руки, он вздрогнул. Заглядывая ему в глаза, я спросила:
– Дело плохо, да, Джеймс?
Он горько усмехнулся:
– Вы даже не можете себе представить, как плохо. Утром нас найдут и убьют. В этом я не сомневаюсь. Мне вспоминается, что я что-то слышал про эту чашу. Она считалась утерянной. А она, оказывается, все это время была у монахов!
– Кому она нужна?
– Есть такая организация, ее участники называют себя иллюминатами. В ней много высокопоставленных членов правительств многих государств. Поговаривают, что они получили свои посты благодаря тому, что продали душу дьяволу. Как я понимаю, чаша им нужна для проведения обрядов.
– Джеймс, если вы не верите в Бога, то для вас и дьявола нет?
– Сказать по правде, я засомневался. Ровно неделю назад в Лос-Анжелесе я встречался с человеком, его зовут Чемпион Курт Тойч, это известный в Америке физик, математик и психогенетик. Он мне сказал, что общается со своей недавно умершей женой, советуется с ней. Он рассказал, что узнал от жены о том, что миру грозит опасность, и тоже говорил мне о чаше. А сегодня я опять слышу о ней от вас. Странно это, не правда ли?
Я кивнула:
– Конечно, странно. Я вообще не понимаю, почему во все это втянули меня? Я обычный человек…
– И, как я понял, вы тоже не верите в Бога?
– Не знаю. Никогда об этом не думала. Только один раз, когда заболела моя дочь, я обратилась к Нему и Он мне не помог. Тогда зачем Он нужен?
– А знаешь, Тойч тоже спрашивал у меня, верю ли я в Бога? – мы незаметно переходили на ты. – я ответил отрицательно, а он мне сказал: ты когда-нибудь поверишь, как поверил я. Прекрасный человек, после общения с ним я почувствовал себя другим.
– Ты думаешь, эта чаша как-то связана с религиозными обрядами?
– Я в этом уверен. Только, возможно, не с религиозными, а с сатанинскими.
– Мне неясно одно: почему выбрали меня? Я совсем не подхожу на роль спасительницы мира. Я обычный человек…
– Возможно, чашу не все могут взять в руки?
Я удивилась:
– Да, мне это сказали! Но мне все равно непонятно, на Земле столько людей… Сейчас я больше всего на свете боюсь потерять сына. Возможно, та женщина, Элизабет, мой двойник, не полетела с Аркашей в Россию.
– Почему ты так считаешь?
Я прошептала:
– А вдруг она вместо меня полетела в Индию? Там ее встретит монах и передаст чашу. Боже мой! Что будет с моим сыном? Его убьют?
– Не вижу причин, чтобы убивать его. Скорей всего его отдадут в бездетную семью.
– В Дели?
Он покачал головой:
– Не думаю, Элизабет – американка, а в Америке охотно усыновляют детей, там столько бездетных…
Я опустилась на землю и разрыдалась, больше не в силах сдерживаться. Господи, только не это. Я уже потеряла дочь…
Джеймс сел рядом на корточки и, заглянув мне в глаза, проговорил:
– Все это, Ирина, твои предположения. У страха глаза велики…
– Нет, теперь мне все понятно. Меня втянули в глупую игру! Ну почему я потащила сына в Таиланд и не оставила дома со свекровью?
– Никогда не сожалей о прошлом, – эти слова вбил мне в голову Тойч. Я пришел к выводу, что он прав. Нам сейчас нужны силы, чтобы выжить. Мы выберемся с острова и найдем твоего сына.
Его пылкая речь немного успокоила меня. Я хотела верить словам Джеймса, но понимала, что выполнить их будет почти невозможно. Я противостою целой организации, у которой самолеты, деньги, влияние.
– Я должен вернуться к месту аварии и тщательно обыскать самолет. Если ты не связана со Стэном, то возможно, охота велась на него, я должен понять, зачем он летел в Индию. Я скоро вернусь, Ирина. Ждите меня здесь, а если меня долго не будет, то лучше с рассветом идите с Кадербхаем к горам, там я вас найду, – с этими словами Джеймс скрылся в темноте ночи.
– Грея, я встретила Сета! Мы, конечно, не помним, кто мы, но я почувствовала, что меня к нему тянет!
– Да, это так, Ил. У тебя с Сетом кармический брак.
– Мы заключили его до нашего рождения, я помню! Даже здесь я все время думаю о Сете.
– Как и он о тебе, – заметила Грея.
– Это плохо, да?
– Не плохо, нет, но это сложно. Из воплощения в воплощение ты будешь встречаться с ним, иногда уроки будут тяжелыми.
– Я не хочу отказаться от них, Грея. Я люблю его.
– Я знаю, Ил.
– А в лице Кадербхая я нашла Наставника, о котором ты мне говорила.
– Да, это твой первый Наставник, он многому научит тебя.
– Несмотря на то, что моя жизнь ужасна и постоянно висит на волоске, она мне нравится!
– Я тебе не советую пользоваться словом «ужасный». Это так по-человечески! Люди часто используют такие слова, но от них лучше отказаться.
– Грея, сейчас мы наблюдаем самый счастливый период моей жизни!
– Поверь, эти слова ты скажешь еще не раз!
3. Преследование
Я сидела в зарослях джунглей и прислушивалась к звукам, доносящимся вокруг. Над головой сияло звездное небо, в тишине звучал только шорох листьев, где-то вдалеке раздались неясные звуки мотора. Может быть, лодка? Наверное, нас все-таки ищут службы спасения! Сейчас Джеймс все разузнает и придет за нами. И тогда наши приключения закончатся, и я, наконец, отправлюсь к сыну.
Глаза привыкли к темноте, и я внимательно следила за тропинкой, на которой должен появиться Джеймс. Мне казалось, что с тех пор, как он ушел, прошла целая вечность. Вдруг вдалеке послышался свист и рокот, и он неуклонно приближался. Неужели вертолет?! Звук становился все громче и громче.
Я выпрямилась во весь рост, чувствуя, как воздух задрожал от вращения винтов; раздался грохот вертолета, от которого птицы и обезьяны принялись верещать и метаться между деревьями, ветки закачались и заскрипели. С неба хлынул поток света. Смутные лучи осветили джунгли. В то же время сквозь тяжелый рокот вертолетного двигателя долетел до меня чей-то крик. Я, почуяв неладное, спряталась в зарослях кустарников, стараясь не думать о змеях. Все опять погрузилось во тьму. Я стояла без движения и слышала только стук сердца, пытаясь понять, что же все-таки происходит? И где Кадербхай?
Вертолет продолжал кружить над верхушками деревьев, рассекая тьму лучом прожектора. Все прочие звуки утонули в грохоте винта. И вдруг сверху посыпался град пуль. Они попали в соседнее дерево, одна из пуль просвистела прямо у меня над ухом.
Джеймс был прав, нас хотят убить! Надо как-то спрятаться, но где? Он сказал, что в глубине острова есть горы, но как добраться до них?! И как он меня потом найдет? А еще он строго-настрого запретил мне трогаться с места. Но если я останусь здесь, то пули рано или поздно найдут меня!
Громовой рокот вертолета неожиданно стал громче: махина зависла почти над самой моей головой. Луч прожектора обшаривал окрестности, поток воздуха от лопастей яростно раскачивал деревья. Я обнаружила невдалеке большой валун и забилась под него. Вертолет отклонился влево, рев моторов немного стих, но вскоре стал громче. Я поняла, что вертолет обшаривает местность, изредка раздавались автоматные очереди.
Снова услышав крик, я сжалась в комок, отчаянно пытаясь понять, откуда кричали. Возможно, это Джеймс зовет меня или Кадербхай? В очередной раз у меня над головой завис вертолет. Я прижала ладони к ушам, чтобы не оглохнуть. Земля ходила ходуном, как будто ее трясли невидимым воздушным потоком. Шли долгие секунды, а мужчины все не появлялись. Я почти потеряла надежду дождаться их и уже смирилась с мыслью, что рано или поздно меня обнаружат, но в этот момент вертолет вдруг сорвался с места и полетел в другой конец острова.
Я тут же выскочила из укрытия и, едва соображая, что делаю, повинуясь инстинкту самосохранения, бросилась подальше от места стоянки вглубь острова. Если вертолет вернется, то скорей всего я попаду под пули; но я все равно продолжала бежать, углубляясь все дальше и дальше в джунгли…
И вскоре столкнулась лицом к лицу с тремя вооруженными бандитами. Окруженная со всех сторон, я поняла, что попалась. Но рядом со мной неожиданно возник Кадербхай. Бандиты инстинктивно подались назад. Один из них выхватил пистолет и выстрелил в индуса, пуля пролетела мимо, и в то же мгновение стальной меч обрушился на запястье бандита и отсек кисть руки с такой легкостью, как будто это была палка докторской колбасы. Другой бандит упал на колени, из его горла фонтаном хлестала кровь. Одновременно упал на землю и третий. Кадербхай стоял передо мной и улыбался:
– Я пришел вовремя, Ирина!
Я бросилась к нему, уткнулась носом в грудь и всхлипнула:
– Откуда у тебя этот меч?
– Это удивительное оружие, встретить можно только в Индии. Это меч-плеть. Его острое лезвие столь гибко, что я сворачиваю его, как пружину, и ношу свернутым вокруг пояса.
– Но, Кадербхай, куда ты исчез?!
– Я все время был рядом. Идем быстрей, Ирина! Бандиты прочесывают местность, скоро они обнаружат трупы, и нам несдобровать. Их много, очень много.
Повторять дважды ему не пришлось. Я с удвоенной скоростью побежала за ним вглубь острова.
– Кадербхай, ты не видел Джеймса?!
– Джеймс – бывший солдат, их учили прятаться в джунглях. Мы договорились встретиться возле гор.
– Ты думаешь, мы доберемся?
Мой вопрос остался без ответа. Где-то загремели автоматные очереди.
– Господи, Кадербхай! Как мы выжили? Пули с вертолета только чудом в нас не попали!
Внезапно луч прожектора прорезал темноту ночи. Вертолет возвращался! С неба на землю опять посыпался град пуль. Бандиты прочесывали окрестности и с суши, и с воздуха. Только было непонятно, почему стреляли с вертолета. Они запросто могли поубивать своих. Пули были похожи на шквальный ливень, но в отличие от дождя, несущего жизнь, они несли смерть. Впереди себя мы заметили холм, у подножия которого раскинулось темное море, но вблизи это оказалась не вода, а густой кустарник. Мы нырнули в него. Ветви кустарника образовывали непроницаемый свод. Мы стали недосягаемы для убийц из вертолета, но не для пуль, которыми нас поливали. Мы продолжали продираться сквозь кустарник, понимая, что смерть скоро неизбежно настигнет нас. Вдруг Кадербхай закричал:
– Стой, Ирина!
Он схватил меня в охапку и навалился на меня всем телом. Я отчаянно сопротивлялась:
– Нет, я не хочу, чтобы ты умер, не хочу!
Не давая мне шанса даже пошевелиться, он прошептал мне в самое ухо:
– Ты должна выполнить задание!
Его щека давила мне на затылок, пригибая голову к земле. Пули просвистели в нескольких сантиметрах от моего носа, я стиснула зубы и зажмурила веки. Сейчас погибнет Кадербхай.
Где-то вдалеке прогремел взрыв. И через несколько секунд звук вертолета начал удаляться от нас. Я не верила своим ушам. Там что-то случилось, и это спасло индусу жизнь!
– Все хорошо, – сказал Кадербхай, помогая мне встать.
Я зарыдала:
– Я думала, тебе конец!
– Все хорошо, – повторил индус и обнял меня за плечи. Его спокойный тон вселял уверенность, – нам надо побыстрее уносить отсюда ноги, они в любой момент могут вернуться.
Только бы поскорей добраться до гор! Там мы найдем укрытие.
Вдруг Кадербхай остановился, его глаза стали огромными, он с ужасом смотрел в сторону гор. Я попыталась разглядеть, что же так напугало индуса. Впереди мелькнула черная тень.
– Это огромная кошка, и кажется, она не одна, – отчего-то шепотом произнес Кадербхай.
– Кошка?! Ты думаешь, это пантера?! Но здесь они не водятся, мне Джеймс рассказывал. Он биолог и разбирается в этом!
– Он ошибся! Бежим. Слева от нас небольшое болото, а за ним река. Насколько я знаю, пантеры не умеют плавать!
В эту секунду в той стороне куда летел вертолет, раздался еще один сильный взрыв. Огромный огненный шар поднялся высоко в небо, и это отвлекло внимание кошек. Мы стремглав бросились к болоту. Вскоре под ногами захлюпала вода. Индус приказал идти строго за ним. На наше счастье из-за туч выплыла луна, залив все вокруг ярким серебристым светом. Мы прыгали с кочки на кочку, продвигаясь к реке. У самого берега пантера нагнала нас, она была одна – вторая осталась где-то позади.
Как только пантера приготовилась к прыжку, индус столкнул меня с крутого склона берега реки. Растопырив руки, я шлепнулась на склон и кубарем покатилась вниз. Меня хлестали и царапали ветки низкорослого колючего кустарника, росшего повсюду. Я пыталась ухватиться за эти кусты, но трава вокруг была мокрой и скользкой. Вода внизу наводила на меня ужас, не меньший, чем звери, преследовавшие нас. Я уже представляла, как попаду прямо в пасть крокодилу.
Звериный визг ярости разорвал воздух, а немного погодя раздался какой-то странный звук. Я ударилась о камень коленкой, и боль пронзила все мое тело до самого позвоночника. Затем я упала плашмя на самый край берега и уткнулась лицом в воду, в нос мгновенно залилась вода – я села и закашлялась.
Луна заставила воду блестеть и серебриться, ветер качал ветки деревьев, нависших над водой. Я изо всех сил прислушивалась к происходящему наверху и, как молитву, повторяла: Кадербхай, миленький, только останься жив, прошу тебя!
Кадербхай появился как всегда неслышно и неожиданно, он как будто вырос из-под земли. На его лице я увидела глубокую рану и кровь. Я ахнула:
– Ты ранен?!
Он махнул рукой:
– Это пустяки, одним шрамом будет больше. Нам повезло – видимо, второй зверь не пошел за нами, занялся нашими преследователями. А у них оружие, автоматы, они с пантерой справятся легко. Что-то странное происходит на этом острове. Я таких животных не видел нигде: у них морды вот такого размера, – он широко развел руки.
– Я тоже вижу, что здесь что-то не то. Возможно, это радиация? Пантеры мутировали?! Знаешь, у меня так сильно болит голова!
Кадербхай пожал плечами:
– Нам многое придется понять, если мы доберемся живыми до гор. А голова и у меня болит. Но не забывай, мы пережили падение и сильный удар самолета о землю. Возможно, это сотрясение мозга.
– А как ты справился с пантерой?
Он погладил рукой свой меч.
– Он в который раз спасает мне жизнь. Я не убил ее, но сильно ранил и, похоже, испугал, не ожидала она от меня нападения, меч, как острый коготь, порвал ей морду. Самое плохое то, что раненая кошка опаснее вдвое. Эти твари очень умные, пока они нас не убьют, не успокоятся. Но теперь зверь понимает, что мы опасны и в открытую на нас не пойдет. Ты, наверное, видела, как охотятся кошки? Нечто подобное ждет и нас!
Я тяжело вздохнула:
– Видела. Они крадутся и нападают из засады. Кадербхай, мне кажется, этот кошмар никогда не кончится! Жив ли Джеймс?
– Судя по последнему взрыву, прозвучавшему недавно, должен быть жив. Он каким-то образом подбил вертолет, нам повезло, что он бывший десантник, похоже, дерется он хорошо. А теперь пошли! По крайней мере теперь с воздуха нас преследовать никто не будет.
Вдруг раздался треск ветвей. Я вскрикнула – прямо над нашими головами промчались две косули, скорей всего они почувствовали пантер, бродящих поблизости.
– Надо побыстрее выбраться отсюда. В горах мы эту кошку сразу заметим. И если мы возьмем левее, то нам не надо будет снова проходить через болото.
Я сделала несколько шагов и поняла, что колено, про которое я почти забыла, болит нестерпимо. Но я стиснула зубы и поплелась за Кадербхаем. Он заметил, что я хромаю, подал мне руку, я оперлась на нее, и мы начали подъем вверх.
Подъем был мучительным, и мы окончательно выбились из сил. И вдруг до наших ушей донесся неясный шум. Мы услышали хруст гравия, шорох травы, словно потревоженной ветром. Но это был не ветер. Мы замерли у края обрыва, вытянув шеи, стали наблюдать за дорогой. На наших глазах разыгралась кровавая сцена.
Кадербхай зашептал мне в самое ухо:
– Это та самая пантера, которую я ранил. Я на сто процентов уверен, что она поджидала меня и встретилась здесь с этим бандитом.
Посредине дороги стоял человек, а на него, пригнул голову к земле, шла огромная кошка. Звериный визг ярости разорвал воздух. Бандит направил автомат на зверя и открыл стрельбу. Из шкуры фонтаном брызнула кровь, но кошка и не думала останавливаться. Это было необъяснимо, она должна была умереть, в нее стреляли из автомата! Пантера продолжала медленно двигаться на человека. А затем прыгнула и пригвоздила жертву к земле. Бандит заорал. Раздался хруст костей, и крик тут же оборвался. Пантера стала трепать человека точно тряпичную куклу. Она перекусил ему шею, и кровь брызнула фонтаном.
Я не могла больше на это смотреть: мой пустой желудок охватили мучительные спазмы, меня вырвало, и я, обессиленная, повалилась на землю.
Кадербхай выскочил из убежища и схватил автомат бандита, который отлетел в сторону, когда на него обрушился зверь.
Послышался злобный рык. Я видела, что пантера оторвалась от своей жертвы и уставилась на Кадербхая. Ее глаза в упор смотрели на индуса, и в их черной глубине он прочитал, что зверь узнал его.
Пантера, изогнув спину, стояла над истерзанным трупом и была готова к прыжку. Ее мышцы перекатывались под кожей, шерсть встала дыбом, зубы оскалились. Из глубокой раны на морде кровь лилась на землю. Ее задние ноги напряглись для смертельного прыжка. Кадербхай начал стрелять. Автоматные очереди прошили морду зверя, попав ему в глаз. Зверь дернулся, а затем повалился на дорогу.
Кадербхай обыскал труп бандита, нашел запасную обойму с патронами и пистолет, который передал мне со словами:
– Держи, это тебе. Оружие нам пригодится.
– Боже мой! Какой огромный зверь!
– Может, наш биолог, и правда, что-нибудь скажет об этом, когда мы встретимся?
Я сокрушенно вздохнула:
– Только бы Джеймс был жив!
– Он малый бывалый, должен выжить, – уверенно сказал Кадербхай.
Я старалась не смотреть на труп человека, но что-то в нем мне казалось странным, и я поняла, что: на его голове был шлем.
– Кадербхай, как ты думаешь, зачем ему шлем?
Он пожал плечами:
– На тех троих, которых я убил, тоже были шлемы.
– Что бы это значило? Возможно, они привезли на остров мотоциклы? Это маловероятно… Или они от чего-то защищают голову?
Индус сел на корточки перед трупом, стянул с его головы шлем и стал рассматривать.
– Что-то не похоже на обычный шлем. Из чего он сделан? «Посмотри», – он протянул шлем мне.
– Очень легкий, с дыркой на затылке, прикрывает только уши, похож на наушники…
Я натянула шлем на голову и почувствовала, что боль, преследовавшая меня с тех пор, как я попала на остров, отступила. Я закрыла глаза и застонала от счастья.
– Боже мой! Вот это чудо! Кадербхай, тебе надо срочно достать такой же! Эти бандиты, которых ты убил… если они еще там, надо к ним вернуться и забрать их шлемы для тебя и Джеймса.
Кадербхай не понимал, в чем дело, он тревожно спросил:
– Ирина, ты в порядке? И вообще, тебе в нем не жарко?
Я отрицательно покрутила головой:
– Нет, не жарко, я его почти не чувствую, вот, возьми, надень.
– Он мне будет мал.
– Не будет, он растягивается.
Я стянула шлем с головы и передала индусу. Тотчас же боль вернулась ко мне. Я видела, как светлеет лицо Кадербхая.
– Да, Ирина, это чудо. Этот остров таит в себе много загадок, похоже, он решил свести нас с ума.
– Это какое-то излучение? – тревожно спросила я, – может, и звери здесь такие агрессивные именно из-за него?
Кадербхай с неохотой снял шлем:
– Надень. Я спрячу тебя здесь, на склоне, завалю пальмовыми ветками, а сам вернусь и добуду эти штуки. Но сначала разденься до трусов.
– Что?! – я вытаращила на него глаза.
Он рассмеялся:
– Не бойся, я тебя не трону, только вот намажу этим соком. – Он подошел к какому-то дереву и мечом рассек его кору. Тотчас же из рассеченного места полился липкий тягучий сок.
– Ты будешь мазать меня этой гадостью? – в ужасе переспросила я.
– Да, и очень даже обильно. Вспомни, есть еще одна пантера, и мы не знаем, где она.
– Эта липкая дрянь меня защитит?
– Еще как! Его запах отгонит любое животное.
Я обреченно подставила ему свое тело. Кадербхай намазал меня с ног до головы, приговаривая:
– Не волнуйся, Ирина, этот сок легко смывается.
Кадербхай завалил меня ветками и исчез, я осталась одна. Не прошло и десяти минут, как я задремала, а потом и вовсе провалилась в тяжелый сон.
Когда вернулся Кадербхай, небо на востоке уже заалело, предвещая зарю.
К моему разочарованию он был один. Не решаясь спросить о Джеймсе, я то и дело оглядывалась назад, высматривая знакомую фигуру.
Видя мою тревогу, Кадербхай сказал:
– Я приведу тебя к горам, там найду пещеру, где можно укрыться, а сам вернусь и отыщу Джеймса, живого или мертвого.
– Господи! – воскликнула я. – Скорей всего он мертв, вспомни, как они обстреливали землю. В их планы не входило брать пленных…
Я не стала смывать сок и натянула одежду прямо на липкое тело, решив, что отмоюсь позже.
Джеймс появился неожиданно, когда стало совсем светло, он словно вырос из-под земли. Я с радостным криком бросилась ему на шею, потом сразу смутилась, отпрянула от него, натолкнувшись на взгляд радостных глаз, опустила голову и отчего-то покраснела.
Он как будто не заметил моего смущения и спросил:
– Чем это так странно пахнет?
– Это от Ирины, я натер ее соком одного растения. У нас почти нет времени, чтобы помыться, мы должны добраться до гор как можно скорей. Если наши враги вызовут еще один вертолет, то они перестреляют нас здесь как куропаток!
Я спросила:
– Джеймс, это ты взорвал их вертолет?
– Да, и уничтожил запасы оружия. Но все-таки преследователей много, у них есть рация и, возможно, корабль. Иначе как бы они прибыли на остров? И сейчас скорей всего за нами гонятся.