«NEXO: Цикл 732»
- -
- 100%
- +
Куб прошептал: «Мы здесь уже были». Эхо ответил: «Нет. И в этом проблема».
Система связи щёлкнула, и на секунду на всех экранах появилось одно и то же число: 732.
— Я подержу. — Я голосую за вариант со взрывом.
Куб коснулся стены и услышал собственный голос: «Не доверяй тому, кто помнит тебя лучше тебя самого».
— Ты слишком громко думаешь, Дак.
За перегородкой раздались три удара — пауза — ещё два. Дак узнал код из старого дела: кто-то просил не о помощи, а о тишине.
На несколько секунд спор прекратился. Рэд посмотрел на остальных и понял простую вещь: тайна уже перестала быть задачей. Она стала частью их дружбы.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
А потом кто-то по внутренней связи рассмеялся голосом Дака. Настоящий Дак стоял рядом и не улыбался.
В кристальные шахты всё начиналось с детали, которую легко было принять за декорацию.
— Иногда новое начинается там, где старое перестаёт бояться конца. — Я не хочу быть чьей-то копией.
На металле обнаружилась тонкая царапина в форме разорванного круга. Одиннадцатый сектор был выскоблен намеренно.
— Великолепно. Ещё одна невозможность до завтрака.
Где-то в глубине сработал механизм. Пол дрогнул, свет сменился аварийным, а спокойный голос Клауда сообщил, что это «в пределах допустимой катастрофы».
Росток хотел отмахнуться, но Куб неожиданно остановил его. За шутками и подозрениями всё чаще проступал страх: если прошлые циклы реальны, то сколько их решений действительно принадлежало им?
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Когда дверь открылась, за ней не оказалось выхода. Там была комната, которой, согласно плану, никогда не существовало.
Глава 11. Джунгли памяти: След
Первым неладное заметил Дак. Вокруг были храм, водопады, лианы и руины под корнями, но одна мелочь не вписывалась в картину.
— Это улика, а не совпадение. — Это была шутка.
Куб коснулся стены и услышал собственный голос: «Не доверяй тому, кто помнит тебя лучше тебя самого».
— Я не подозрительная. Я внимательная.
За перегородкой раздались три удара — пауза — ещё два. Дак узнал код из старого дела: кто-то просил не о помощи, а о тишине.
Дак хотел отмахнуться, но Рокки неожиданно остановил его. За шутками и подозрениями всё чаще проступал страх: если прошлые циклы реальны, то сколько их решений действительно принадлежало им?
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Куб прошептал: «Мы здесь уже были». Эхо ответил: «Нет. И в этом проблема».
Если бы Дак составлял список худших мест для расследования, джунгли памяти уверенно вошли бы в тройку.
— Я не хочу быть чьей-то копией. — Это была шутка.
На металле обнаружилась тонкая царапина в форме разорванного круга. Одиннадцатый сектор был выскоблен намеренно.
— Ты слишком громко думаешь, Дак.
Где-то в глубине сработал механизм. Пол дрогнул, свет сменился аварийным, а спокойный голос Клауда сообщил, что это «в пределах допустимой катастрофы».
Клауд отвернулся к терминалу. В отражении экрана его обычная усмешка исчезла. Он снова выглядел как тот, кто слишком много раз видел один и тот же конец.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
А потом кто-то по внутренней связи рассмеялся голосом Дака. Настоящий Дак стоял рядом и не улыбался.
Система связи щёлкнула, и на секунду на всех экранах появилось одно и то же число: 732.
— Я помощник. Формально. — Не смотрите на меня. На этот раз я почти точно ни при чём.
В журнале событий появилась запись с завтрашней датой. Автором значился человек, которого не существовало.
— Это улика, а не совпадение.
На мини-карте возникла красная точка. Потом вторая. Потом десятки. Нова сухо заметил, что статистика перестала быть обнадёживающей.
Рокки положил ладонь на стену. Он не умел красиво говорить, зато умел оставаться рядом. Иногда этого было достаточно.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Когда дверь открылась, за ней не оказалось выхода. Там была комната, которой, согласно плану, никогда не существовало.
В джунгли памяти всё начиналось с детали, которую легко было принять за декорацию.
— Я это помню. Но со мной этого не было. — У меня есть план. Прошу не портить его фактами.
Сканер Новы показал два взаимоисключающих результата: объект одновременно находился здесь и был уничтожен сотни лет назад.
— Я не подозрительная. Я внимательная.
В отражении стекла Рэд увидела девятого участника команды. Когда она обернулась, коридор был пуст.
Росток тихо сказал, что память не делает человека настоящим. Настоящим его делают решения, которые он принимает сейчас. Даже Нова не нашёл возражений.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
На экране появилась новая строка: «ОПЕРАТОР, НЕ ПОВТОРЯЙТЕ СВОЮ ОШИБКУ».
К утру команда уже знала: статуя Ростка из цикла 204 — не единственная загадка этого места.
— Это улика, а не совпадение. — Великолепно. Ещё одна невозможность до завтрака.
Рэд нашла следы обуви, обрывающиеся посреди комнаты. Обратных следов не было.
— Я не подозрительная. Я внимательная.
С потолка посыпалась пыль. Искра уже улыбался, и именно это заставило остальных нервничать сильнее сирены.
На несколько секунд спор прекратился. Рэд посмотрел на остальных и понял простую вещь: тайна уже перестала быть задачей. Она стала частью их дружбы.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Вдалеке загорелся символ ATLAS. Но вместо нуля рядом с ним стояла единица.
Глава 12. Джунгли памяти: Разлом
Если бы Дак составлял список худших мест для расследования, джунгли памяти уверенно вошли бы в тройку.
— Не смотрите на меня. На этот раз я почти точно ни при чём. — Камни тоже умеют сомневаться. Просто медленнее.
Сканер Новы показал два взаимоисключающих результата: объект одновременно находился здесь и был уничтожен сотни лет назад.
— У меня плохое предчувствие.
В отражении стекла Рэд увидела девятого участника команды. Когда она обернулась, коридор был пуст.
На несколько секунд спор прекратился. Дак посмотрел на остальных и понял простую вещь: тайна уже перестала быть задачей. Она стала частью их дружбы.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Когда дверь открылась, за ней не оказалось выхода. Там была комната, которой, согласно плану, никогда не существовало.
Система связи щёлкнула, и на секунду на всех экранах появилось одно и то же число: 732.
— Уточнение: паника не является стратегией. — Я подержу.
Рэд нашла следы обуви, обрывающиеся посреди комнаты. Обратных следов не было.
— Это улика, а не совпадение.
С потолка посыпалась пыль. Искра уже улыбался, и именно это заставило остальных нервничать сильнее сирены.
Нова хотел отмахнуться, но Рокки неожиданно остановил его. За шутками и подозрениями всё чаще проступал страх: если прошлые циклы реальны, то сколько их решений действительно принадлежало им?
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
На экране появилась новая строка: «ОПЕРАТОР, НЕ ПОВТОРЯЙТЕ СВОЮ ОШИБКУ».
В джунгли памяти всё начиналось с детали, которую легко было принять за декорацию.
— Я это помню. Но со мной этого не было. — Я уже видел этот спор. В прошлый раз победил огнетушитель.
Куб коснулся стены и услышал собственный голос: «Не доверяй тому, кто помнит тебя лучше тебя самого».
— Если что-то светится, его ведь можно потрогать?
За перегородкой раздались три удара — пауза — ещё два. Дак узнал код из старого дела: кто-то просил не о помощи, а о тишине.
Клауд отвернулся к терминалу. В отражении экрана его обычная усмешка исчезла. Он снова выглядел как тот, кто слишком много раз видел один и тот же конец.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Вдалеке загорелся символ ATLAS. Но вместо нуля рядом с ним стояла единица.
К утру команда уже знала: статуя Ростка из цикла 204 — не единственная загадка этого места.
— В этот раз всё иначе. И именно это меня пугает. — Я голосую за вариант со взрывом.
На металле обнаружилась тонкая царапина в форме разорванного круга. Одиннадцатый сектор был выскоблен намеренно.
— Вероятность хорошего исхода выросла до двадцати трёх процентов.
Где-то в глубине сработал механизм. Пол дрогнул, свет сменился аварийным, а спокойный голос Клауда сообщил, что это «в пределах допустимой катастрофы».
Рокки положил ладонь на стену. Он не умел красиво говорить, зато умел оставаться рядом. Иногда этого было достаточно.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Куб прошептал: «Мы здесь уже были». Эхо ответил: «Нет. И в этом проблема».
Первым неладное заметил Нова. Вокруг были храм, водопады, лианы и руины под корнями, но одна мелочь не вписывалась в картину.
— Это была ирония. Я тренируюсь. — Не смотрите на меня. На этот раз я почти точно ни при чём.
В журнале событий появилась запись с завтрашней датой. Автором значился человек, которого не существовало.
— Я уже видел этот спор. В прошлый раз победил огнетушитель.
На мини-карте возникла красная точка. Потом вторая. Потом десятки. Нова сухо заметил, что статистика перестала быть обнадёживающей.
Росток тихо сказал, что память не делает человека настоящим. Настоящим его делают решения, которые он принимает сейчас. Даже Нова не нашёл возражений.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
А потом кто-то по внутренней связи рассмеялся голосом Дака. Настоящий Дак стоял рядом и не улыбался.
Глава 13. Джунгли памяти: Свидетель
Система связи щёлкнула, и на секунду на всех экранах появилось одно и то же число: 732.
— У меня есть план. Прошу не портить его фактами. — Если что-то светится, его ведь можно потрогать?
На металле обнаружилась тонкая царапина в форме разорванного круга. Одиннадцатый сектор был выскоблен намеренно.
— Это была ирония. Я тренируюсь.
Где-то в глубине сработал механизм. Пол дрогнул, свет сменился аварийным, а спокойный голос Клауда сообщил, что это «в пределах допустимой катастрофы».
Росток тихо сказал, что память не делает человека настоящим. Настоящим его делают решения, которые он принимает сейчас. Даже Нова не нашёл возражений.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Вдалеке загорелся символ ATLAS. Но вместо нуля рядом с ним стояла единица.
В джунгли памяти всё начиналось с детали, которую легко было принять за декорацию.
— Здесь что-то растёт не так. — Это была шутка.
В журнале событий появилась запись с завтрашней датой. Автором значился человек, которого не существовало.
— Вероятность хорошего исхода выросла до двадцати трёх процентов.
На мини-карте возникла красная точка. Потом вторая. Потом десятки. Нова сухо заметил, что статистика перестала быть обнадёживающей.
На несколько секунд спор прекратился. Нова посмотрел на остальных и понял простую вещь: тайна уже перестала быть задачей. Она стала частью их дружбы.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Куб прошептал: «Мы здесь уже были». Эхо ответил: «Нет. И в этом проблема».
К утру команда уже знала: статуя Ростка из цикла 204 — не единственная загадка этого места.
— Иногда новое начинается там, где старое перестаёт бояться конца. — Если что-то светится, его ведь можно потрогать?
Сканер Новы показал два взаимоисключающих результата: объект одновременно находился здесь и был уничтожен сотни лет назад.
— Следы врут реже людей.
В отражении стекла Рэд увидела девятого участника команды. Когда она обернулась, коридор был пуст.
Росток хотел отмахнуться, но Искра неожиданно остановил его. За шутками и подозрениями всё чаще проступал страх: если прошлые циклы реальны, то сколько их решений действительно принадлежало им?
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
А потом кто-то по внутренней связи рассмеялся голосом Дака. Настоящий Дак стоял рядом и не улыбался.
Первым неладное заметил Клауд. Вокруг были храм, водопады, лианы и руины под корнями, но одна мелочь не вписывалась в картину.
— Великолепно. Ещё одна невозможность до завтрака. — Это была ирония. Я тренируюсь.
Рэд нашла следы обуви, обрывающиеся посреди комнаты. Обратных следов не было.
— Иногда новое начинается там, где старое перестаёт бояться конца.
С потолка посыпалась пыль. Искра уже улыбался, и именно это заставило остальных нервничать сильнее сирены.
Клауд отвернулся к терминалу. В отражении экрана его обычная усмешка исчезла. Он снова выглядел как тот, кто слишком много раз видел один и тот же конец.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Когда дверь открылась, за ней не оказалось выхода. Там была комната, которой, согласно плану, никогда не существовало.
Если бы Дак составлял список худших мест для расследования, джунгли памяти уверенно вошли бы в тройку.
— Если что-то светится, его ведь можно потрогать? — Сначала выживем, потом спорим.
Куб коснулся стены и услышал собственный голос: «Не доверяй тому, кто помнит тебя лучше тебя самого».
— В этот раз всё иначе. И именно это меня пугает.
За перегородкой раздались три удара — пауза — ещё два. Дак узнал код из старого дела: кто-то просил не о помощи, а о тишине.
Рокки положил ладонь на стену. Он не умел красиво говорить, зато умел оставаться рядом. Иногда этого было достаточно.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
На экране появилась новая строка: «ОПЕРАТОР, НЕ ПОВТОРЯЙТЕ СВОЮ ОШИБКУ».
Глава 14. Джунгли памяти: Ложь
В джунгли памяти всё начиналось с детали, которую легко было принять за декорацию.
— Следы врут реже людей. — В этот раз всё иначе. И именно это меня пугает.
Рэд нашла следы обуви, обрывающиеся посреди комнаты. Обратных следов не было.
— Это была ирония. Я тренируюсь.
С потолка посыпалась пыль. Искра уже улыбался, и именно это заставило остальных нервничать сильнее сирены.
Рокки положил ладонь на стену. Он не умел красиво говорить, зато умел оставаться рядом. Иногда этого было достаточно.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
А потом кто-то по внутренней связи рассмеялся голосом Дака. Настоящий Дак стоял рядом и не улыбался.
К утру команда уже знала: статуя Ростка из цикла 204 — не единственная загадка этого места.
— Иногда тишина тоже отвечает. — Я голосую за вариант со взрывом.
Куб коснулся стены и услышал собственный голос: «Не доверяй тому, кто помнит тебя лучше тебя самого».
— Я не подозрительная. Я внимательная.
За перегородкой раздались три удара — пауза — ещё два. Дак узнал код из старого дела: кто-то просил не о помощи, а о тишине.
Росток тихо сказал, что память не делает человека настоящим. Настоящим его делают решения, которые он принимает сейчас. Даже Нова не нашёл возражений.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Когда дверь открылась, за ней не оказалось выхода. Там была комната, которой, согласно плану, никогда не существовало.
Первым неладное заметил Дак. Вокруг были храм, водопады, лианы и руины под корнями, но одна мелочь не вписывалась в картину.
— Это улика, а не совпадение. — Ты слишком громко думаешь, Дак.
На металле обнаружилась тонкая царапина в форме разорванного круга. Одиннадцатый сектор был выскоблен намеренно.
— Здесь что-то растёт не так.
Где-то в глубине сработал механизм. Пол дрогнул, свет сменился аварийным, а спокойный голос Клауда сообщил, что это «в пределах допустимой катастрофы».
На несколько секунд спор прекратился. Росток посмотрел на остальных и понял простую вещь: тайна уже перестала быть задачей. Она стала частью их дружбы.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
На экране появилась новая строка: «ОПЕРАТОР, НЕ ПОВТОРЯЙТЕ СВОЮ ОШИБКУ».
Если бы Дак составлял список худших мест для расследования, джунгли памяти уверенно вошли бы в тройку.
— Сначала выживем, потом спорим. — Это была ирония. Я тренируюсь.
В журнале событий появилась запись с завтрашней датой. Автором значился человек, которого не существовало.
— Следы врут реже людей.
На мини-карте возникла красная точка. Потом вторая. Потом десятки. Нова сухо заметил, что статистика перестала быть обнадёживающей.
Росток хотел отмахнуться, но Нова неожиданно остановил его. За шутками и подозрениями всё чаще проступал страх: если прошлые циклы реальны, то сколько их решений действительно принадлежало им?
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Вдалеке загорелся символ ATLAS. Но вместо нуля рядом с ним стояла единица.
Система связи щёлкнула, и на секунду на всех экранах появилось одно и то же число: 732.
— Сначала выживем, потом спорим. — Это была ирония. Я тренируюсь.
Сканер Новы показал два взаимоисключающих результата: объект одновременно находился здесь и был уничтожен сотни лет назад.
— Великолепно. Ещё одна невозможность до завтрака.
В отражении стекла Рэд увидела девятого участника команды. Когда она обернулась, коридор был пуст.
Клауд отвернулся к терминалу. В отражении экрана его обычная усмешка исчезла. Он снова выглядел как тот, кто слишком много раз видел один и тот же конец.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Куб прошептал: «Мы здесь уже были». Эхо ответил: «Нет. И в этом проблема».
Глава 15. Джунгли памяти: Выбор
К утру команда уже знала: статуя Ростка из цикла 204 — не единственная загадка этого места.
— Вероятность хорошего исхода выросла до двадцати трёх процентов. — Камни тоже умеют сомневаться. Просто медленнее.
В журнале событий появилась запись с завтрашней датой. Автором значился человек, которого не существовало.
— Я уже видел этот спор. В прошлый раз победил огнетушитель.
На мини-карте возникла красная точка. Потом вторая. Потом десятки. Нова сухо заметил, что статистика перестала быть обнадёживающей.
Клауд отвернулся к терминалу. В отражении экрана его обычная усмешка исчезла. Он снова выглядел как тот, кто слишком много раз видел один и тот же конец.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
На экране появилась новая строка: «ОПЕРАТОР, НЕ ПОВТОРЯЙТЕ СВОЮ ОШИБКУ».
Первым неладное заметил Рокки. Вокруг были храм, водопады, лианы и руины под корнями, но одна мелочь не вписывалась в картину.
— Камни тоже умеют сомневаться. Просто медленнее. — Это была ирония. Я тренируюсь.
Сканер Новы показал два взаимоисключающих результата: объект одновременно находился здесь и был уничтожен сотни лет назад.
— Иногда новое начинается там, где старое перестаёт бояться конца.
В отражении стекла Рэд увидела девятого участника команды. Когда она обернулась, коридор был пуст.
Рокки положил ладонь на стену. Он не умел красиво говорить, зато умел оставаться рядом. Иногда этого было достаточно.
Они продолжили путь. Дак отмечал детали в блокноте; Рэд проверяла каждую версию; Нова строил вероятностные модели; Искра пытался доказать, что импровизация — тоже наука. Куб всё чаще замолкал возле старых символов, а Клауд всё чаще делал вид, что не замечает этого.
Вдалеке загорелся символ ATLAS. Но вместо нуля рядом с ним стояла единица.
Если бы Дак составлял список худших мест для расследования, джунгли памяти уверенно вошли бы в тройку.
— Я уже видел этот спор. В прошлый раз победил огнетушитель. — Иногда тишина тоже отвечает.
Рэд нашла следы обуви, обрывающиеся посреди комнаты. Обратных следов не было.
— Это была ирония. Я тренируюсь.