"Убийство в клубе «Кактус»"

Труп в пальто от «Гуччи»

1

Если бы мне сказали, что я найду труп в клубе «Кактус», я бы рассмеялся. Во-первых, потому что клуб назывался «Кактус» — а это уже повод для хохота. Во-вторых, потому что трупы в нашем городе обычно валяются в подворотнях, а не в заведениях с коктейлями по цене моей месячной зарплаты.

Но вот он — лежит.

На барной стойке.

В пальто от «Гуччи».

С кактусом в груди.

2

Я, Игнат Волков, частный детектив с лицензией, выданной неизвестно кем и зачем, стоял и пялился на покойника, чувствуя, как по спине ползёт противный холодок. Не то чтобы я боялся мёртвых тел — после армии и трёх лет работы в охране супермаркета меня сложно чем-то удивить. Но этот тип… Он выглядел так, будто просто прилёг отдохнуть после тяжёлого дня.

— Опять? — раздался за моей спиной усталый голос.

Я обернулся. Бармен Гриша, мужчина с лицом, на котором ещё в юности поселилось выражение хронического недовольства, протирал бокал тряпкой, даже не глядя на труп.

— «Опять»? — переспросил я. — Это у вас тут регулярное явление?

Гриша вздохнул, поставил бокал на полку и наконец удостоил барную стойку взглядом.

— Третий за месяц.

— И что, все с кактусами в груди?

— Нет. Первого задушили гитарным кабелем. Второго — утопили в аквариуме с пираньями.

— А этот?

— Ну… Видимо, кто-то решил добавить зелени в интерьер.

Я покачал головой и подошёл ближе. Покойный был мужчиной лет сорока, с аккуратной сединой у висков и лицом, которое даже в смерти сохраняло выражение лёгкого презрения. На нём был идеально скроенный костюм, часы «Ролекс» (я бы поклялся, что настоящие, но в нашем городе настоящих «Ролексов» не бывает) и ботинки, которые блестели так, будто их только что вылизала собака с синдромом навязчивых состояний.

А ещё — тот самый кактус.

Он торчал из груди покойного, как флаг, воткнутый покорителем Эвереста. Маленький, зелёный, с иголками, которые даже сейчас выглядели угрожающе.

— Кто-то явно хотел послать сообщение, — пробормотал я.

— Или просто у него под рукой больше ничего не было, — пожал плечами Гриша.

3

Клуб «Кактус» не был тем местом, где обычно случаются убийства. Вернее, он не был таким местом, пока его не открыли.

Это было заведение «для своих» — с мягкими диванами, коктейлями, названия которых никто не мог выговорить с первого раза, и клиентурой, состоящей из местных «акул бизнеса» (хотя акулы, наверное, были бы умнее).

Я огляделся.

Полумрак. Барная стойка из тёмного дерева. Стены, украшенные картинами, на которых, как мне показалось, были изображены кактусы в разных художественных стилях. Даже музыка — какой-то джазовый блюз — звучала так, будто её играли исключительно для кактусов.

— Кто обнаружил тело? — спросил я.

— Оля.

— Оля?

— Официантка. Та, что с татуировкой «Люблю, но не прощу».

Как будто в ответ на мои мысли из-за угла появилась девушка лет двадцати пяти, с чёрными волосами, собранными в небрежный пучок, и та самой татуировкой на ключице.

— Это он, — сказала она, кивнув на труп. — Пришёл, заказал «Маргариту», сел за столик у окна. Через полчаса я нашла его вот таким.

— Он был один?

— Нет. С ним сидел кто-то… Но я не разглядела.

— Почему?

— Потому что он сидел спиной, а я не люблю пялиться на гостей. Меня увольняют за такое.

Я вздохнул.

— Ладно. Где хозяин?

— Виктор? — Оля скривила губы. — Он в своём кабинете. Говорит, что «не любит трупы до обеда».

4

Виктор «Кактус» Котов оказался мужчиной лет пятидесяти, с загорелым лицом, седыми висками и улыбкой, которая, казалось, была приклеена к лицу намертво.

— А, детектив! — воскликнул он, когда я вошёл в кабинет. — Ну как, впечатлился нашим «атмосферным» гостем?

— Очень, — сухо ответил я. — Вы знаете, кто это?

— Конечно! Аркадий Лютиков. Налоговый инспектор.

Я поднял бровь.

— И он у вас частый гость?

— Нет, первый раз. Пришёл… проверять документы.

— И что, проверил?

— Не успел.

Виктор усмехнулся, но в его глазах промелькнуло что-то тревожное.

— Вы не знаете, кто мог его убить? — спросил я.

— О, детектив, — вздохнул Виктор, — в нашем клубе каждый второй мечтал кого-нибудь убить. Но обычно ограничиваются криками в интеренете.

Я уже открывал рот, чтобы задать следующий вопрос, когда дверь кабинета распахнулась, и на пороге появилась женщина лет шестидесяти, с тугой серой причёской и взглядом, от которого кровь стыла в жилах.

— Это Людмила Степановна, — представил её Виктор. — Наш бухгалтер.

— Я слышала, у нас опять труп, — сказала она ледяным тоном.

— Да, — кивнул я. — С кактусом.

— Кактусом? — её брови поползли вверх. — Ну что ж… Хоть не с калькулятором.

И тут я понял:

Это дело будет гораздо страннее, чем я думал.

Подозреваемые, которые не хотели быть подозреваемыми

Если бы мне платили за каждый раз, когда я видел, как бухгалтер прячет калькулятор за пазухой при виде трупа, я бы уже купил тот самый остров в Тихом океане, о котором постоянно твердил мой психотерапевт. Но Людмила Степановна делала это с таким видом, будто это было совершенно естественно — как чихать при взгляде на солнце.

— Только на тех, кто умер с долгами перед налоговой, — парировала она. — Аркадий Семёнович обещал проверить наши отчёты за последние пять лет. Теперь, видимо, не успеет.— Вы всегда так реагируете на покойников? — спросил я, наблюдая, как её пальцы судорожно сжимают карманный калькулятор.

— А что? — бухгалтер метнула в него ледяной взгляд. — Детектив же свой человек. К тому же, — она повернулась ко мне, — вы же понимаете, что в нашем бизнесе идеальные отчёты бывают только в двух случаях: если заведение прикрыто или если бухгалтер — святой. Я, к сожалению, не святая.За её спиной Виктор Котов нервно поправлял кактус в кадке. — Людмила Степановна, может, не стоит так откровенно...

— Знаете, — сказала она, не глядя на меня, — он вёл себя странно даже для налогового. Всё время оглядывался, как будто ждал кого-то. И телефон проверял каждые две минуты.Оля, официантка с татуировкой, в это время пыталась стереть с барной стойки пятно, оставшееся от текилы, которую держал в руках покойник.

— С кактусом? — фыркнула Оля. — Тогда у него явно были специфические вкусы.— Может, свидание ждал? — предположил я.

— На тех, кто лезет не в своё дело, — буркнул он и демонстративно отвернулся.Тем временем дядя Жора, вышибала с цирковым прошлым, демонстративно стоял у входа, скрестив руки на груди. Его могучие бицепсы напряглись, когда я приблизился. — И чего тебе? — проворчал он. — Я трупы не трогал. У меня аллергия на мёртвых. — На мёртвых или на налоговых? — уточнил я.

Осмотр места преступления не дал ничего, кроме нескольких иголок от кактуса на полу и странной записки в кармане покойного: «Встречаемся как обычно. Принеси то, о чём договаривались». Без подписи, напечатано на принтере.

— Где обычно встречаются налоговые инспекторы? — задумчиво спросил я. — В библиотеках? В кафе? В казённых учреждениях?— «Как обычно»? — переспросил Виктор, когда я показал ему записку. — Да он у нас впервые! — Может, это не про клуб? — предположила Оля. — Может, у них было своё «как обычно»?

— Они иногда собираются в «Сметане», — тихо сказала она. — Это кондитерская через дорогу. У них там скидки госслужащим.Людмила Степановна вдруг побледнела.

Пока я размышлял, стоит ли проверять кондитерскую, где налоговые инспекторы едят пирожные со скидкой, моё внимание привлекла маленькая деталь: на лацкане пиджака покойного торчала булавка с логотипом — стилизованное изображение кактуса в треугольнике.

— Ну... возможно, я ошибся! — Виктор нервно провёл рукой по волосам. — Клиентов много, всех не упомнишь!— Что это? — показал я булавку Виктору. Тот аж подпрыгнул: — Да так, сувенирка! Всем постоянным клиентам дарим! — Но вы же сказали, что он у вас впервые?

— Костя, блогер! — парень уже доставал телефон. — Пишу про загадочные смерти в нашем городе. Это уже третий за месяц! У вас тут серийный маньяк!В этот момент в клуб ворвался молодой человек в кожаной куртке, с фотоаппаратом на шее. — Где труп? — выдохнул он. — Мне сказали, тут очередной труп! — А вы кто? — нахмурился я.

— А что, мёртвые налоговые инспекторы — это конфиденциальная информация? — возмутился блогер.Оля схватила его за руку: — Никаких фото! У нас тут частное заведение!

Пока они спорили, я подошёл к барной стойке и снова посмотрел на тело. Аркадий Лютиков лежал в неестественной позе, одна рука всё ещё сжимала бутылку текилы, на губах застыла гримаса удивления. И этот чёртов кактус...

— Слушайте, — обернулся я к собравшимся, — а откуда вообще взялся этот кактус? Он что, всегда тут на баре стоял?

— Нет. Его кто-то принёс. У нас кактусы только в горшках.Гриша, бармен, который всё это время молча мыл стаканы, наконец оторвался от своего занятия:

— То есть убийца пришёл с кактусом в руках? — уточнил я. — Заранее приготовил орудие убийства?

— Возможно, он просто очень любил растения, — саркастически заметила Оля. — И решил сделать подарок. Не рассчитал силу.

Внезапно в клубе погас свет. На несколько секунд воцарилась полная тишина, нарушаемая только тяжёлым дыханием дяди Жоры. Потом раздался женский крик, звук разбитого стекла, и когда свет снова зажёгся...

На полу рядом с телом лежал ещё один кактус. С запиской: «Следующий будет кто-то из вас».

Пока я размышлял, не является ли калькулятор Людмилы Степановны орудием преступления (вдруг она могла забить им человека насмерть?), из-за угла появился дядя Жора с подносом коктейлей. Циркач ловко жонглировал тремя стаканами, совершенно не обращая внимания на труп.

— Кому "Мохито"? — весело спросил он, затем заметил тело и вздохнул. — Опять? Кажется, у нас тут завелся маньяк-садовод.

— Может, это месть ландшафтного дизайнера? — предположила Оля, рассматривая свой маникюр. — В прошлом месяце мы не взяли его на работу.

— Если бы все убивали из-за отказа в трудоустройстве, в нашем городе не осталось бы живых работодателей.Гриша, не отрываясь от мытья бокалов, философски заметил:

Внезапно из кабинета Виктора донесся громкий стук. Все вздрогнули, кроме Людмилы Степановны, которая продолжала что-то усердно считать на калькуляторе.

— Наверное, кактусы падают, — мрачно ответил дядя Жора. — Они у Виктора повсюду. Вчера один чуть не упал мне на голову. Было бы иронично — убить вышибалу кактусом.— Что это? — спросил я.

Когда мы вошли в кабинет, картина оказалась еще абсурднее: Виктор стоял на стуле и пытался снять с верхней полки огромный горшок с кактусом, который был явно больше его головы.

— Это мой любимый! — объяснил он, краснея от натуги. — Цереус перуанский. Не хочу, чтобы его тоже использовали как оружие.

— Боитесь, что кто-то решит перейти на крупнокалиберные растения? — поинтересовался я.

— Вы шутите, но этот красавец весит двадцать килограммов. Если его бросить, можно убить даже самого крепкого вышибалу.Виктор слез со стула, с трудом удерживая горшок:

— Спасибо за предупреждение, — проворчал дядя Жора, потирая шею.

— Кажется, я нашла еще одну улику. В туалете лежит записка: "Следующая жертва — тот, кто плохо поливает кактусы".В этот момент в дверях появилась Оля с новостью:

Все хором повернулись к Виктору.

— Что?! — возмутился он. — Я за ними ухаживаю как за детьми! Вчера даже купил специальные удобрения!

— А я видела, как вы забыли полить кактус в углу, — сказала Оля с упреком. — У него уже иголки посыпались.

— Это он сам сбрасывает! — залепетал Виктор. — Такой сорт!

Ситуация становилась все более сюрреалистичной. Я стоял посреди клуба, окруженный подозреваемыми, которые спорили о правильном уходе за суккулентами, пока на барной стойке лежал мертвый человек с кактусом в груди.

— Знаете, — сказал я, прерывая ботанические дебаты, — может, сначала разберемся с убийством, а потом обсудим полив?

— Я как раз считаю, во сколько нам обойдется новый бармен, если Гриша окажется следующим.Людмила Степановна, не отрываясь от калькулятора, пробормотала:

— Я свои кактусы поливаю регулярно! И вообще, у меня дома целая коллекция!Гриша возмущенно хлопнул тряпкой по стойке:

Все замолчали, смотря на него с новым интересом.

— Что? — бармен смутился. — Это хобби такое. Лучше, чем алкоголизм.

Я почувствовал, что начинаю сходить с ума. Возможно, мне действительно стоило последовать совету психотерапевта и купить тот остров. Хотя бы для того, чтобы убедиться, что на нем точно нет кактусов.

Кактусовый заговор и бухгалтер с сюрпризом

Когда свет снова зажёгся, в клубе воцарилась пауза, столь же напряжённая, как иголки на том самом кактусе, что теперь лежал на полу. Все смотрели то на него, то друг на друга, а дядя Жора невольно потер грудь, словно проверяя, не появилось ли там новое колючее украшение.

— Ну что, — раздался голос Виктора, пробивающийся сквозь гробовую тишину, — может, хватит уже эти кактусы подкидывать? У меня их и своих хватает!

Я поднял записку, избегая касаться кактуса. Бумага была обычной, текст распечатан на лазерном принтере. Ни отпечатков, ни особенностей. Типичное анонимное послание, которое можно было бы считать шуткой, если бы не труп на барной стойке. Все покачали головами. Оля, бледная, прошептала: — Когда свет погас, я услышала, как что-то катится по полу. Подумала, это бутылка.— Кто-нибудь видел, откуда он упал? — спросил я, оглядывая комнату.

— Бутылка? — фыркнул Гриша. — У нас кактусы по полу катаются? Может, они у нас на колёсиках?

— Подписчики с ума сойдут! — прошептал он с восторгом. — «Кактусы-убийцы в элитном клубе»! Это же золотая жила! Внезапно Костя-блогер, забыв про запрет на съёмку, щёлкнул несколько кадров.

— До конца расследования никаких фото. Или вам понравится идея стать следующим героем своих же репортажей? Я отобрал у него телефон.

Пока Костя обиженно бормотал что-то о свободе прессы, я подошёл к месту, где упал кактус. Ни следов, ни намёка на то, откуда он появился. Совершенно чисто. Как будто его материализовал сам воздух.

— Знаете, — сказал дядя Жора, — в цирке был номер — «летающие кактусы». Фокусник их из шляпы доставал. Может, и у нас фокусник завёлся?

— Фокусник, который специализируется на суккулентах? — уточнила Оля. — Это даже для нашего города слишком.

— Вот, — сказал он, — единственное, что связано с кактусами в баре. И то — не настоящие кактусы, а голубая агава. Но клиенты не видят разницы.Мы решили осмотреть помещение. За барной стойкой Гриша демонстрировал свою коллекцию напитков, гордо показывая на полку с текилой.

Людмила Степановна тем временем копалась в документах. На её столе царил идеальный порядок: папки аккуратно разложены, калькулятор стоял под углом ровно 90 градусов к краю стола. Но когда она отошла за кофе, я заметил крошечный кактус в горшке, спрятанный за монитором. Совсем маленький, с смешными торчащими иголками.

— Сувенир, — коротко ответила она и быстро убрала кактус в ящик стола.— Это что? — спросил я, указывая на растение. Людмила Степановна замешалась.

Подозрительно. Очень подозрительно.

— Смотрите, — сказала она, открывая крышку. — Здесь их штук двадцать. И один отсутствует.Тем временем Оля проверяла склад. Через несколько минут она вернулась с находкой: в руках она держала коробку с этикеткой «Декоративные кактусы для интерьера».

— Значит, — подвёл я итог, — убийца воспользовался нашими же запасами. Никакой магии. Просто кто-то знал, где мы храним кактусы. Все смотрели на коробку, затем на труп, затем снова на коробку.

Виктор, до этого молчавший, вдруг оживился: — Но эту коробку привезли только вчера! Её даже не распаковали! Откуда убийца мог знать?

Вопрос повис в воздухе. Откуда? Кто имел доступ к складу? Кто знал о новой поставке?

Я посмотрел на собравшихся: бармен, бухгалтер, официантка, вышибала, блогер и владелец клуба. Шесть человек, у каждого из которых мог быть мотив. Шесть человек, один из которых, возможно, убийца.

И тогда я заметил кое-что странное. На полу, рядом с коробкой из-под кактусов, лежал маленький белый листок. Я поднял его. Это был чек из магазина садовых товаров «Зелёный рай», датированный сегодняшним утром. Куплен один кактус, стоимость — 350 рублей. И самое интересное — платёжная карта была привязана к счёту… Людмилы Степановны.

Все глаза устремились на бухгалтера. Она стояла, не двигаясь, с калькулятором в одной руке и только что найденным чеком — в другой. Её лицо было белым как мел.

Может, объясните? — мягко спросил я.

Людмила Степановна глубоко вздохнула:

— Я покупала кактус. Но не для убийства! Это… это подарок.

— Подарок? — недоверчиво переспросил Виктор. — Кому?

— Себе, — тихо сказала она. — У меня сегодня день рождения.

В баре повисла неловкая пауза. День рождения. Подарок. И всё это на фоне трупа с кактусом в груди.

— Поздравляю, — наконец выдавил из себя дядя Жора. — Только, может, в следующий раз дари себе цветы? Без колючек.

Я смотрел на Людмилу Степановну, на чек, на коробку с кактусами. Всё сходилось. И в то же время — ничего не сходилось. Слишком уж очевидно. Слишком уж нелепо.

Убийца явно играл с нами. И, похоже, он только начинал свою игру.

Бухгалтерские тайны и подозрительный подарок

Людмила Степановна стояла с видом человека, которого только что поймали на краже печенья из банки — не смертельно, но чертовски неловко. Все смотрели на неё, а она смотрела на свой новый кактус, который внезапно стал вещественным доказательством.

— День рождения? — первым нарушил молчание Виктор. — Почему вы ничего не сказали? Мы бы организовали...

— Корпоратив с трупом на барной стойке? — закончила фразу Оля. — Очень празднично.

— Людмила Степановна, — сказал я, — вы утверждаете, что купили кактус себе на день рождения. Но зачем покупать новый, если у Виктора их здесь целая оранжерея? Можно было просто взять любой.Я взял у бухгалтера чек. Да, сегодняшнее число, магазин «Зелёный рай», один кактус. Но что-то не сходилось.

— Я хотела особенный. С жёлтыми цветочками. Виктор такие не заказывает — говорит, слишком вычурно. Бухгалтер покраснела ещё сильнее. Гриша вдруг фыркнул: — Жёлтые цветочки? У нас тут человека убили, а вы о цветочках!

— Каждому своё, — философски заметил дядя Жора.

Гриша вдруг фыркнул:

— Кто-то убивает, кто-то цветочки выбирает. Я перевёл разговор в практическое русло:

— Можете подтвердить покупку? Показать этот кактус?

Людмила Степановна кивнула и повела нас к своему рабочему месту. В ящике стола действительно лежал симпатичный кактус с искусственными жёлтыми цветами. Чек совпадал.

— Ну, — развёл руками Виктор, — значит, это просто совпадение.

— Слишком много совпадений, — возразил я. — Труп с кактусом, потом появляется второй кактус, а у вас как раз сегодня день рождения и вы купили именно кактус...

— Я же сказала — это подарок себе! — всплеснула руками бухгалтер. — Я каждый год в день рождения покупаю себе растение! Уже двадцать лет! Это традиция!

Оля вдруг оживилась:

— Подождите! А где подарочный пакет? Чек есть, кактус есть, а пакета нет.

Мы перерыли весь кабинет, но подарочной упаковки не нашли.

Людмила Степановна объяснила, что выбросила её по дороге — мол, зачем хлам тащить.

— Очень удобно, — проворчал Гриша. — И кактус купила, и упаковку выбросила, а тут как раз труп с кактусом...

Внезапно Костя-блогер, который всё это время молча сидел в углу, поднял голову:— А можно я задам вопрос? Почему все зациклились на кактусе? Может, это отвлекающий манёвр? Настоящая причина убийства — что-то другое!

Все замолчали. Действительно, мы так увлеклись кактусами, что забыли о главном — о жертве. Об Аркадии Лютикове, налоговом инспекторе, который пришёл проверять документы и остался навсегда.

— Вы правы, — согласился я. — Пора сменить фокус. Людмила Степановна, покажите мне финансовые отчёты за последний год.

Лицо бухгалтера снова побелело. — Это коммерческая тайна! — попыталась она возражать.

— Для мёртвого налогового инспектора никаких тайн нет, — парировал я. — Особенно когда этот инспектор мёртв в вашем же заведении.

Пока Людмила Степановна нехотя открывала сейф, я обратил внимание на её стол. Среди идеально разложенных бумаг лежала открытка с надписью «С днём рождения!». Я аккуратно поднял её.

— Что это? — спросил я.

— Открытка, — коротко ответила бухгалтер.

— От кого?

— Не знаю. Анонимная. Утром в почтовом ящике нашла.

Я открыл открытку. Внутри было напечатано: «Поздравляем! Желаем, чтобы все ваши тайны остались при вас». Подпись: «Ваши друзья».

— Мило, — сказал дядя Жора, заглядывая через плечо. — Особенно про тайны. Очень по-дружески.

В этот момент Людмила Степановна достала из сейфа папку с отчётами. Её руки дрожали.— Вот, — сказала она. — Только учтите, это предварительные данные...

Я открыл папку и начал листать. Цифры, столбцы, графики... Всё выглядело нормально, пока я не дошёл до раздела «Налоговые вычеты». Там красной ручкой было написано: «Необходимо уточнение» и стояла подпись — «А. Лютиков».

— Что это значит? — показал я запись бухгалтеру.

— Аркадий Семёнович обнаружил несоответствие в отчётах за прошлый квартал. Мы должны были сегодня это обсудить.

— Какое несоответствие? — насторожился Виктор. Она вздохнула: — Небольшая ошибка в учёте алкогольной продукции, — быстро ответила Людмила Степановна. — Пустяки.

— Пустяки, из-за которых налоговый инспектор оказался мёртв? — уточнил я. — Интересные у вас пустяки.

Внезапно Оля, которая просматривала документы через моё плечо, воскликнула:— Погодите! Я видела эту открытку! Такая же была у Аркадия Семёновича, когда он пришёл! Все замерли.

— Что? — переспросил я.

— Да! Он доставал её из портфеля, когда сидел за столиком. Такую же жёлтую, с такими же цветочками! Людмила Степановна смотрела на нас с ужасом. — Я не понимаю... Что это значит?

— Это значит, — медленно сказал я, — что ваш день рождения и покупка кактуса — не единственные странные совпадения сегодня.

Я посмотрел на открытку, затем на чек от кактуса, затем на финансовые отчёты. Пазлы начали складываться — но картина получалась всё более странной.

— Знаете, — сказал Гриша, ломая паузу, — может, просто поздравим Людмилу Степановну с днём рождения и разойдёмся? А про труп забудем? Он же никуда не денется...

— Блестящая идея, — фыркнула Оля. — Особенно последняя часть.

Но было уже поздно. Я понял, что мы на пороге разгадки — и эта разгадка обещала быть куда интереснее, че

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.