Как я прогуляла урок некромантии
- -
- 100%
- +
Магистр целовал меня так страстно, так истово, будто исполнял свою давнюю мечту. Будто сегодня сорвались все цепи и условности, весь мир полетел к чертям, и я сама неосознанно включилась в этот процесс.
Будто это и не был мой первый поцелуй, будто я и не хотела выкачать из него силы только для того, чтобы остановить зомби.
Мои новые ощущения были столь яркими и приятными, что я не хотела отказываться от них. Магистр плавно провел ладонью по моей спине, и я рвано выдохнула ему прямо в губы. Он улыбнулся, и вторая рука повторила эту незамысловатую ласку.
«Сила! Тебе нужна его сила!» – услышала я голос где-то на задворках моего разума.
Отмахиваюсь от него, как от настырного Чеша.
О, может быть, это фамильяр вышел на связь со своей хозяйкой?
«Зомби рядом. Уже на лестнице! – сигнализирует Чеш, отвлекая меня от такого сладкого, вишнёво-пряного поцелуя. – Скорее выкачивай силу! Пока не поздно».
Пока магистр сам не вскинул руку и не упокоил всё кладбище.
Да, я поняла.
И вцепилась в его губы так сильно, что вызвала порывистый выдох уже у него.
«Силуспоцелуйтус» – прошептала я быстрее, чем сообразил магистр.
Через приоткрытый рот его сила, не вся, конечно, а лишь какая-то часть, очень нужная и важная, перетекла ко мне. Я почувствовала, как загорелось лицо, как опалило огнем тело, и с ликованием поняла: получилось!
Сила здесь, во мне!
– Простите! – выдохнула ему в губы я и оторвалась.
Сильные руки всё еще удерживали меня, замерев в области лопаток, но я оторвала свои ладони и встряхнула их.
Затекли. Нехило я так вцепилась в мужчину!
Подняв их вверх, я прокричала: «Замерейкусмоментус!», добавила: «Слушайкомандус»! Чуть не пританцовывая от радости, что у меня получается – я чувствовала это всеми фибрами души и выплескивала магию щедро, как будто она была бесконечной, – закрепила заклинанием «Сборуснаместос!»
И с торжеством посмотрела прямо магистру в глаза. Темные и пронзительные.
– Теперь вы точно должны поставить мне три! Они возвращаются на свои места.
– Уверена? – хрипло ответил он, и в этот момент я заметила, что у магистра Формблю не черные глаза, а темно-фиолетовые.
Фиолетовые!..
Удивительное открытие.
Кстати, он же спросил меня про сбежавших. Надо убедиться, что магия дотянулась до них и взяла управление.
Самое приятное, что теперь я могла это проверить. Мысленно потянулась к кладбищенским воротам, раскинув поисковик магии – сила бурлила во мне и как будто насыщала меня новыми знаниями. Или магия магистра была научена колдовать?
Убежавших зомбиков я почуяла, как чуяла когда-то присутствие зверей в лесу – мне было пять лет, и после, с возрастом, я растеряла этот навык, о чем сильно жалела бабушка.
– Они возвращаются! – довольно воскликнула я и, нахмурившись, сделала попытку высвободиться из рук магистра. Он всё еще удерживал меня. – Теперь вы обязаны поставить мне три!.. Вы дали слово!.. А у меня получилось.
– Да, – нехотя согласился он, но все еще удерживал меня, рассматривая так пристально, будто перед ним не ведьма, а неведомая зверушка. Я даже стушевалась и уже с меньшим задором попросила:
– Отпустите меня!.. Пожалуйста!
– Ни за что! – криво улыбнулся он.
За моей спиной что-то вспыхнуло. Так резко, что вдоль позвоночника разлился липкий страх, предупреждая об опасности. Скосив глаза, я с ужасом увидела разверзшуюся черную дыру портала.
Через такие штуки я ни разу в своей жизни не проходила. Только слышала о них и не горела желанием попробовать. Бабушка рассказывала, что могущественные маги, а особенно некроманты, любят разрывать пространство в клочья, открывая пространственные дыры. Повелевать материями, управлять ими так же, как и чужими жизнями. Бабушка называла это кощунственным, ведь природа не создавала порталы и не предполагала, что живые существа будут перемещаться по ним. Маги нагло вмешиваются в великие замыслы природы и путешествуют, презирая самый лучший способ перемещения – на метлах.
– Самый здоровый и правильный способ! – вздыхала бабушка и приговаривала. – Послушай моего совета, Гелла. Никогда не входи в эти жуткие черные дыры! Не приведи праматерь, выйти из них не сумеешь.
И вот теперь одна из таких жутких и опасных дыр мирозданья раскрылась за моей спиной.
– Вы же не собираетесь?.. – хрипло пискнула я, но была прервана громовым раскатом смеха Формблю. – То есть… вы… не верите мне?.. Вы… решили от меня избавиться… вот так?!
Магистр смеялся. Его глаза, фиолетовые и прекрасные – праматерь великая, почему я сейчас об этом думаю? – сузились, превратившись в две щелочки. Никогда еще я не видела магистра в таком веселом расположении духа. Я считала, что он не умеет смеяться, как и шутить.
– Хороший способ закончить тягостное дело, – отсмеявшись, сказал он.
А потом моргнул, свел глаза к переносице, отчего мне стало совсем дурно – бабушка говорила, что так, с косоглазием, некроманты творят самое страшное колдовство! – и … на кладбище вдруг стало очень-очень тихо.
Неужели он упокоил зомби за меня? Я ведь только остановила их, но не развоплотила!
Ох, как же силён наш магистр! Жуть берет.
– Приберешься завтра! – сказал Формблю, а потом передвинул свои ладони на моей талии и добавил. – Что ж… лети, птичка!
Пихнув меня спиной в черную дыру портала, он снова засмеялся. Наверное, магистра позабавил ужас, плескавшийся в моих глазах. В любом случае, молчать я не стала, а заорала что было силы:
– Че-е-е-еш! Ко мне-е-е-е, Чешу-у-у-уа!..
Я не знаю, услышал ли меня лохматый. И бросился ли на выручку своей хозяйке – тьма поглотила меня так быстро, будто всё это время только и ждала подходящего случая, чтобы уничтожить.
Находиться в черной дыре было страшно и некомфортно. Даже дышать я не смогла – боялась задохнуться.
А потом вдруг вспыхнул свет. Озарил меня с головы до ног и… выплюнул на пол.
Я упала на землистую поверхность, и сразу же в мои ноздри забились пыль и песок. Больно ударившись лбом, я некоторое время лежала на полу бочком и не сразу сделала попытку встать и посмотреть, где же я очутилась.
Глава 8
Пока я лежала на земле и пыталась сообразить, все ли кости целы и как лучше подняться – через бок или всё-таки сначала упасть на колени, а потом потихоньку встать, внезапно услышала грозный голос магистра Формблю:
– И так будет с каждым, кто посмеет прогулять урок некромантии! – заявил он.
То есть, он специально выбросил меня в портал, чтобы неповадно было?!
А сам он остался стоять где-то за моей спиной. Неуютное место. Чувствую себя жалкой и беззащитной, когда не вижу, что происходит сзади.
Надо срочно вставать!
…Кстати, а где мы? Куда он меня перебросил?
Приглядевшись к каменистому склону, расстилавшемуся передо мной, я подумала, что, кажется, уже видела это место. Один раз нас приводили сюда на практическое занятие. Позади меня должна быть круглая полянка.
…Не успев окончательно очухаться, я почувствовала неприятный укол в области лопаток.
– Она живая вообще? – без всякого сочувствия произнес мужской голос.
– Не тыкай ее палкой. Вдруг живая! Не отмоешься потом. Ведьмы такие злобные! – посоветовал женский.
– А тыкать меня палкой, как какое-нибудь чудовище – по-вашему, верх дружелюбия? – прокряхтела я, всё-таки решив рухнуть сначала на колени.
Ничего страшного, что это выглядит унизительно. Сегодня я уже унизила себя сотни раз. Потерплю еще разок перед одногруппниками. А потом при случае обязательно припомню им это и отомщу.
Мы, ведьмы, и вправду не прощаем грубости.
Колени саднило ужасно. Еще бы, при приземлении я порвала свои брюки. Лицо горело так, будто я переборщила с ядом саламандры и вместо удаления прыщей решила снять верхний слой кожи. Один раз так и было, правда, я не смогла оценить всю прелесть ощущений изнутри, ведь мазь продала деревенской девушке. Но как она расписывала свои ощущения! На всю жизнь запомнила.
И ведь помогло! Помолодела она лет на пять и удачно вышла замуж во второй раз.
– А ты что, не чудище, что ли? Гы-гы-гы! – стебался мужской голос.
Медленно обернувшись к группе несчастных, кому богиней судьбы предначертано было учиться со мной и принять от меня наказание за свою бестактность и самомнение, я широко усмехнулась.
Ребята ахнули. А я сделала шаг вперед и грозно рыкнула:
– Бу!
Газель и Нинель в панике завизжали. Они были магичками и непривычными к темной стороне жизни. А ведь учились на знахарей. И – никакой выдержки. Сколько им крови, ужасов и оживших скелетов предстоит увидеть! Могли бы и промолчать.
Парни, коих в нашей группе было большинство, просто брезгливо морщились.
Гордей откинул палку в сторону. И вызывающе усмехнулся. Ну да, конечно. Он ведь тоже из ордена Мстящих. С такими не связываются. Гад он и есть гад, даже если в документах написано, что человек обыкновенный.
Филигар, наш староста и тот еще зануда, единственный смотрел на меня с жалостью. Ему не нравилось всё, что я делаю. И не нравилось никогда. Даже если дело касалось вопроса, как держать вилку правильно или что заказывать на ужин. На всё и всегда у него было свое собственное мнение!
Диндон презрительно кривил губы потому, что на кладбище я отправилась без него. Хотя он и застукал меня за разговором с Чешем и набивался в товарищи. Но я отказалась. Во-первых, у него по некромантии три, почти всегда три, пусть даже и с километровым минусом. Зачем же ему прогуливать и привлекать внимание магистра?
Иногда я даже завидовала Диндону.
Если представить, что магистр Формблю хоть к кому-то относится по– человечески и с сочувствием, периодически выдавая сентенции: «ох, бедняжка, он родился бестолковым, ну что теперь с него спрашивать?», так это точно – наш Диндон. Ведь ни разу он не отправлял его на отработки по четвергам. Ни разу не отправлял на пересдачу и вообще большую часть занятий делал вид, что его не существует.
Во-вторых, я понимала, что лишние свидетели мне ни к чему. В общем, я резко и решительно отказала парню.
Да, я испортила с ним отношения. Ну, а что было делать? Я честно и откровенно сказала своему единственному другу в Академии Гладостей, что ни за что не пойду на дело с парнем по имени Диндон. Это же стопроцентный провал всего замысла! Несерьезно как-то.
К тому же он будет звенеть всю дорогу и отвлекать меня. Ведь не зря родители назвали его таким странным именем. Парень и вправду не всегда знал, когда лучше помолчать. Когда стоит заткнуться и положить язык в карман.
На позапрошлом занятии я ему так и сказала: «Быстро засовывай язык висельника в карман, пока Формблю не увидел… Как зачем? Ты что, забыл, что нам в домашке задали? Да, нам нужен этот язык. Что значит, не хочешь воровать?.. Мы позаимствуем. На время. Остатки вернем в баночке!..»
В общем, остались мы без языка. И без возможности дослушать лекцию. А на следующей контрольной, естественно, мы завалились на теоретических вопросах. Формблю их как раз рассказывал после того, как выгнал нас с урока. Диндону, впрочем, поставили три. А мне – два.
Как всегда два!
– Ну ты и страшилище! – сказал Алехандро. Наш красавчик с черными как смоль волосами и яркими выразительными голубыми глазами. Смазливый, конечно. Но он не шел ни в какое сравнение с зловещей красотой Формблю. Не был таким величественным и пугающим, таким сильным, и в то же время…
Блин, опять я не о том думаю!
…Представляю, какой у меня зрелищный вид!
– Гелла, вставай!
Филигар первым опомнился и подал мне руку. Я с благодарностью взглянула на старосту. Всё-таки что-то хорошее в нём было. Он не чурался широких жестов и часто помогал нам в учебе бескорыстно. В отличие от Алехандро – тот каждый раз выставлял такую цену за возможность списать конспект или получить ответ на вопрос, что волосы становились дыбом.
Сто фортинов за вопрос. Сто фортинов за готовое решение упражнения. Да у меня всего на жизнь оставалось сто пятьдесят фортинов!
Девчонки из нашей группы меня обычно игнорировали. Поэтому единственный вариант что либо списать или уточнить – обратиться к парням.
Иногда я спрашивала Диндона, всё-таки он мой друг. Но Диндон сам не всегда понимал тему. Долго корпел над ней, брал дополнительную литературу в библиотеке. В общем, когда до него доходило, что именно нужно сделать в задании и как работает то или иное заклинание, мы уже проходили другую тему.
Неудивительно, что из всей группы самыми отстающими считались мы с Диндоном.
– Продолжим наше практическое занятие! – голосом, способным заморозить лёд, произнес магистр Формблю.
Оказывается, всё это время он стоял тут же, у скалы. И, видимо, наслаждался моим падением. Во всех смыслах.
– Напомню для тех невежд, возомнивших себя величайшими магами современности и позволивших себе прогулять, что мы сегодня делаем. Оживляем древнейший артефакт безвестного некроманта. Каждому студенту предлагается свой артефакт.
Я не успела отпустить руку Филигара и отряхнуться, как в воздухе передо мной повис кинжал в ножнах. Небольшой, как раз мне в руку. Черные ножны с едва заметными истершимися иероглифами подсказывали, что вещь эта – очень древняя. Сколько ей лет? Пятьсот или тысяча?
– Вам необходимо взять ножны, подчинить себе и заколоть агнца для жертвоприношения, – продолжил объяснять Формблю.
На слове «заколоть» я испуганно ахнула. То есть, он нам предлагает убить живое существо?!
– Так вот…Некоторые из вас, я смотрю, не теряли времени даром, – в голосе некроманта как будто появились теплые нотки. – Гордей и Нинель, молодцы. Смогли приручить кинжал. Как я вам уже говорил, загон с овцами – с правой стороны, за каменным выступом. Там же стоят чаши для крови и алтарь для жертвоприношения.
Испуганно глянув на хмурого Диндона – парень не смог приручить оружие, и то кружилось вокруг его головы, рискуя оставить без глаза, а то и двух! – я почувствовала, что меня замутит.
Не зря я решилась прогулять сегодняшний урок! И хотя о практике Формблю сказал, как всегда, перед самым отбытием в скалы, я реально могла сохранить себе нервную систему.
Резать живое существо ради какого-то обряда!
Разве это не кощунственно?!
– Я не буду этого делать, магистр! – четко сказала я и посмотрела прямо в черные глаза некроманта. Опять черные, не фиолетовые. Может, мне показалось тогда под действием странных чувств, что глаза Формблю другого оттенка?.. Обычно я уверена в том, что вижу. Но с магистром Формблю ни в чем нельзя быть уверенной. – Мы, ведьмы, против бесполезных ритуалов.
– Ведьма против жестокости? – поддел меня он.
Ну да, моя бабушка была печально известна своими бесчеловечными опытами над студентами. Иногда заставляла в качестве наказания съесть лапку лягушки – а прежде поймать ее, или высушивать на вертеле птичку, которую нужно было довести до состояния пепла и только после этого использовать в зелье в качестве приправы. Да, было такое. Это не враки.
И, наблюдая характер бабушки с самого рожденья, я могла добавить: это еще цветочки. Ягодки она припасала для своих врагов. Коих, к счастью, у нее было немного.
– Я не высказывалась касательно того, насколько жестоко ваше задание, – осторожно начала я. – Но мне не ясна сама цель этого занятия – в чем она?
– Цель в том, чтобы убить животное и выкачать из него как можно больше силы, – само собой разумеющимся тоном сказал магистр. – Гелла, тебе опять что-то непонятно? Вижу по твоим глазам. Сомнение, томление, дурацкие мысли… Ты что, против жертвоприношения?
Чуть покраснев, я потупилась, рассматривая взбитую землю у своих ног. Сколько песка и пыли!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.