На службе у проклятых

3

В кафе находился чересчур просторный для такого заведения подвал. Разумеется, он не простаивал зря и предсказуемо носил функцию склада, а также своеобразного погреба. Бармены и повара регулярно спускались вниз, чтобы достать те или иные напитки и продукты.

Первое время напарник Андрея ходил туда только сам, не давая новому сотруднику спускаться вниз. Свое решение он не пояснял вслух, но оно было и так понятно – «поработай сначала некоторое время, а потом и будешь допущен к складу». Андрей в обиде не был. Хоть клаустрофобией и брезгливостью он и не страдал, но спускаться в подобные помещения у него было мало желания, пусть там хоть десять раз подряд проведена уборка, сделан первоклассный ремонт, а выход из него гарантированно безопасен. На какие-то там запреты на посещения ему было совсем наплевать. К счастью, его доходы от этого никак не страдали.

Спустя какое-то время ему все же пришлось спуститься вниз, причем первый его поход был совершен именно в одиночку. В одну из смен, ровно за час до ее окончания, Угрюмый был слишком занят обслуживанием прибыльных пьяных клиентов, чтобы самому спускаться в подвал. На вопрос Андрея, остался ли еще «Дэниэлз», он лишь коротко ответил, не отрываясь от подготовки очередного коктейля:

– Там, – кивнув в сторону противоположного конца зала, где в неприметном небольшом коридоре располагалась та самая дверь в подвал.

Крепко подвыпившему мужику, которого обслуживал Андрей и которому приспичило заказать бренд известного виски именно сейчас, можно было вообще налить что-нибудь похожее. Вряд ли он, в его-то состоянии, заметил бы разницу. А если бы даже и заметил, то уж точно не стал бы устраивать скандал и требовать возврата денег. Вариант с вежливым извинением и компенсацией здесь бы точно сработал. Но рядом стоял Угрюмый, который однозначно следил за его работой. В этом можно было даже не сомневаться, пусть со стороны это было и не особо заметно. Да и испытательный срок был в самом разгаре. Поэтому все-таки нужно было действовать в угоду клиенту.

– Три минуты подождете? – улыбаясь, спросил он у пьяного посетителя.

Тот посмотрел своими стеклянными глазами на бармена, и кивнул, похоже, так и не поняв вопрос. Крепко держась за край барной стойки, посетитель делал все возможное, чтобы не рухнуть прямо возле нее. Если это все-таки случится, то запрашиваемый им напиток ему уже точно не понадобится.

Андрей быстро вышел из-за стойки, пересек весь зал, и приблизился к нужной двери. Здесь он ненадолго остановился, чтобы нажать на клавишу выключателя света, но, не дождавшись полного включения света, открыл дверь и начал уверенно спускаться по лестнице вниз. Некоторые лампы, устало моргнув несколько раз, одна за другой по очереди залили ярким желтым светом сначала лестницу, освещая путь для посетителя, а следом за ней и все подвальное помещение.

Сам подвал представлял собой довольно просторный коридор шириной в несколько метров, на который выходило семь темно-коричневых железных крепких дверей. Шесть из них располагались справа и слева, по три на каждую сторону, седьмая же находилась в конце коридора, как раз ровно напротив лестницы. Именно в ней, в этой дальней комнате, свет так и не появился. Во всех остальных помещениях освещение, похоже, контролировалось главным выключателем, находившимся рядом с лестницей. Об этом говорили узкие полоски света на полу, которые можно было заметить даже при закрытых дверях.

Он неторопливо прошел несколько шагов по коридору, осматриваясь вокруг и одновременно поеживаясь от ощущения прохлады, появившегося вскоре после прихода из теплого зала. Судя по чистоте, здесь регулярно проводили уборку. Серые крепкие ровные стены без трещин и сколов, как это часто бывает в таких помещениях, отдавали холодом и уверенным безразличием. Таким же был и пол, отличавшийся от стен лишь неравномерной поверхностью с кое-где встречающимися неровностями.

Коридор был свободным от каких-либо вещей или мебели, от чего казался нетипично большим для обычного подвала. Но этого нельзя было сказать о двух отдельных помещениях, расположенных друг напротив друга и ближе всего к лестнице, где двери были приоткрыты. Здесь можно было увидеть всевозможные картонные коробки, заполненные чем-то пухлые пакеты, деревянные ящики. Рядом с ними находились бутылки, посуда, ветошь. Всего понемногу, но все находилось здесь в идеальном порядке.

Помещение справа отличалось еще и присутствием пары стульев и стола, на котором также аккуратно стояли бутылки, как пустые, так и заполненные темной и бесцветной жидкостью. «Ни дать ни взять, подпольное производство, – ухмыльнувшись, быстро сделал свой вывод Андрей. – Ну что ж, теперь хоть понятно, что подзаработать здесь точно можно». Всем этим его было точно не удивить, на предыдущем месте работы он часто сам принимал участие в различных махинациях. Дело было нехитрое, покупаешь хороший спирт, разбавляешь и продаешь его вместо хорошей дорогой водки. Либо специально не доливаешь алкоголь посетителям, чтобы потом продать его за наличные деньги уже другим клиентам. Как говорится, «бизнес есть бизнес, ничего личного». Хотя в данном случае, конечно, халтурный и незаконный бизнес.

По находившимся в помещении предметам стало понятно, где искать необходимый сейчас алкоголь. Но Андрей спустился в подвал впервые, поэтому соблазн проверить, что находится еще и в других комнатах, все-таки победил выполнение изначально поставленной ему задачи.

Осторожно ступая по полу, как будто боясь, что его коллеги услышат наверху, чем он занимается в рабочее время вместо выполнения своих прямых обязанностей, он начал подходить по очереди к каждой двери и дергать ручки. Первая дверь на его пути оказалась предсказуемо закрыта. Вторая хоть и чуть дернулась с легким скрипом, но так же не пожелала открыться перед гостем.

Ручку третьей двери, которая находилась в конце коридора, и где свет был выключен, Андрей уже дергал без всякой надежды. Так и есть, заперта. Вздохнув, он перешел на другую сторону, взялся за очередную ржавую ручку, и потянул на себя. В голове уже начинали появляться мысли о том, что пора бы вернуться к поиску алкоголя, за которым, собственно, его сюда и отправили, а не тратить понапрасну время.

Но дверь вдруг неожиданно поддалась и приоткрылась ровно наполовину. Андрей настолько удивился этому, что не стал даже пытаться открыть ее полностью. Однако еще больше удивило его то, что было внутри.

Две железные кровати, стоявшие друг напротив друга, настолько сильно контрастировали с предназначением этого подвала для кафе и находившимися в двух других комнатах вещами, что не нашлось даже объяснения, для чего была нужна здесь эта мебель. На обеих лежали свернутые в рулон старые тонкие матрасы. По всей видимости, когда-то имевшие белую расцветку, сейчас они являли собой жалкое зрелище – пожелтевшие от времени и с торчащей из них кое-где ватой.

Больше ничего в комнате не было.

«Тюремная камера, – появилась сразу же первая мысль. – Кого здесь держат, должников, которые не захотели платить за выпивку? Или буйных посетителей, пока они не протрезвеют или за ними не приедут их родственники? Может быть, тут коротают время проштрафившиеся сотрудники, которых помещают сюда за нарушение трудового договора?»

Все предположения были одинаково абсурдны. Даже если и попытаться представить хоть один из этих сомнительных вариантов, то их перечеркнет отсутствие нормальных человеческих условий для длительного нахождения здесь. Пол ничем не был застелен, никаких удобств не было, да и с такой температурой внутри кто здесь выдержит долгое время.

Андрей еще постоял некоторое время перед входом, а затем закрыл дверь, заходить внутрь все равно смысла не было. После проверки последней двери, которая, как и предыдущие три, оказалась запертой, он наконец отправился в одну из открытых комнат, в которой даже из коридора были видны ящики с бутылками и стояли стулья и стол.

Пока из нужного ящика на свет извлекалась заветная бутылка, краем глаза на столе были замечены лежащие двумя стопками листы бумаги с записанными на них в аккуратные столбцы цифрами с короткими пояснениями к ним. Здесь же лежала ручка и выключенный большой настольный калькулятор. Ничто из этого Андрей даже не удосужился рассматривать, он лишь скользнул по офисным принадлежностям быстрым взглядом, считая логичным нахождение всего этого здесь, на складе. Какой может быть его интерес к этому, тем более именно сейчас. Он уже собрался было разворачиваться ко входу из комнаты, как вдруг на калькуляторе зажегся на пару секунд экран, а затем, мигнув, сразу же погас.

Андрей замер на месте. Показалось? Несколько раз моргнув, бармен внимательно посмотрел на электронное устройство. Экран оставался выключенным, не показывая даже намека на какое-либо недавнее оживление. Но и перепутать резкое включение устройства с чем-либо другим было крайне сложно. Отблеск люминесцентной лампы? Блик? Игра света и тени в этом недостаточно ярко освещенном помещении?

Брать в руки пыльный калькулятор не хотелось. Поэтому Андрей, для собственного успокоения, просто проверил, не идет ли от устройства сетевой кабель, бегло осмотрев его с разных сторон (хотя по модели и так было понятно, что никакого кабеля не будет). Затем, в задумчивости пожав плечами, развернулся к двери.

Но не подошел к ней. Что-то заставило его не двигаться с места, не переключать внимание на другие вещи и вновь посмотреть на электронное устройство. Хотя никаких звуков, никакого света не было, он повернул голову и направил свой взгляд на калькулятор.

Экран светился желтой подсветкой, периодически мерцая, меняясь от яркого к более тусклому и обратно. Сначала цифр нельзя было различить, все символы и деления, что были доступны на циферблате, стали активными, смешавшись в один яркий свет. Но не прошло и десяти секунд, как экран погас, чтобы через мгновение включиться снова. Только теперь уже свет был равномерным, а отчетливо различимые цифры, заполнившие весь экран, начали медленно и в хаотичном порядке меняться.

Андрей замер на месте, не понимая, что происходит с таким, казалось бы, самым что ни на есть примитивным на сегодняшний день вычислительным устройством. Некоторое время он просто тупо стоял и смотрел на экран калькулятора. В голове не было никаких мыслей. Наконец, словно опомнившись, и видя, что калькулятор теперь вовсе не намерен отключаться, он подошел ближе и все же взял его в руки, осмотрев со всех сторон. Обычная дешевая китайская электроника на стандартных батарейках. Такие даже не жалко разбить, случайно сбросив со стола, благо продаются они в любом канцелярском магазине.

Но что за мистика?

Андрей сделал то, что сделал бы любой другой человек на его месте, имеющий поверхностные знания в технике. Задумчиво и серьезно нахмурив брови, он сначала постучал по калькулятору, затем взял его в руки и потряс им. После того как эти действия ничего не дали, Андрей просто начал тупо нажимать кнопки, в надежде все-таки вернуть власть человека над восставшей электронной машиной. Но устройство не отключилось, а продолжило все так же необычно и своевольно работать. Экран лишь на мгновения показывал цифры, которые он нажимал на клавишах, а затем незамедлительно выдавал уже свои значения.

– Какой, однако, умный аппарат, – негромко и серьезно сказал Андрей. – Живет своей жизнью. – Чтобы не дать себе испугаться неизвестного, мозгу нужно было или срочно придумать хоть какое-нибудь объяснение или шутку.

Голос получился низким, с легкой хрипотцой, и в пустом подвале прозвучал достаточно гнетуще. Он сразу же прокашлялся, по привычке прикрываясь ладонью свободной руки и отворачиваясь. После чего взглянул вновь на калькулятор в своей руке. Экран был выключен, не подавая никаких признаков жизни. Как будто никаких действий с его стороны только что и не было.

Андрей хотел снова нажать на кнопки, чтобы проверить вновь его работоспособность. Но, помедлив, вместо этого аккуратно и бережно положил его на стол. Менее всего он хотел, снова заморачиваться над подобной… Чертовщиной?

Ему понравилось это старое слово, которое вдруг пришло на ум в ответ на произошедшее странное событие. Он даже беззвучно проговорил его одними губами, затем чуть заметно усмехнулся, взял пару бутылок и вышел из комнаты.

Как это обычно бывает, конструктивные идеи о том, что нужно было сделать в таком случае, начали приходить уже позже. В его случае они появились уже перед самым выходом из подвала. Например, можно выйти из комнаты, и потом снова резко зайти и посмотреть на это мистическое устройство. Или забрать его с собой и проверить в зале. Что будет тогда?..

«Да ну, глупости. Наверное, аппарат просто заглючил. А может быть, здесь специально такая шутка практикуется у сотрудников, специально для новичков», – ответил сам себе Андрей, одновременно вспоминая, что он все-таки на работе, а не в качестве клиента. Пора бы уже ускориться, а то еще начнут его искать, тогда точно будет глупо выглядеть.

Быстро взбежав наверх, он щелкнул выключателем. Свет выключился на секунду позже, как будто высказывая солидарность электронному калькулятору в подвале и показывая свое нежелание подчиняться командам человека.

– Ты чего так долго? Заснул там? – недовольно пробурчал его коллега, принимая бутылки. Посетителей перед стойкой уже не было. В самом зале оставалось всего несколько человек: немолодая женщина, которая то оглядывала скучающим взором зал, то снова обращала все свое внимание на телефон, и сидящая в другом конце зала компания из трех мужчин. Пьяный клиент, который просил свою порцию виски, спал за ближайшем столиком, положив голову на руки.

– Поспишь тут с вашими шутками, – вызывающе ухмыльнулся Андрей, показывая всем своим видом, что объект для насмешек выбран неудачно. Лучше уж выбрать оборону, чем становиться шутом.

– Чего? – непонимающе посмотрел на него Угрюмый. – Каких еще шуток?

Возникла пауза, в ходе которой оба бармена с непонимающим видом уставились друг на друга. Глядя на искреннюю и удивленную реакцию Угрюмого, Андрей осекся и теперь не знал, что дальше говорить. Похоже, тот был действительно ни при чем.

– Ну, там, в подвале… – слова подбирались с трудом. Но из неловкой ситуации надо было как-то выходить. – Ладно, в общем, не важно, – так ничего и не придумав, решил завершить он разговор. – Извини, надо же было еще найти этот виски, я ведь, по сути, первый раз туда спускался.

Угрюмый смерил его недовольным взглядом, в котором ясно читалось простое объяснение и этой задержке, и невнятным оправданиям: «Просто ты тормоз». После чего, будто услышав глупость, которую лучше проигнорировать, вернулся к своим делам.

«Странно, – думал Андрей, нисколько, впрочем, не обидевшись. – Тогда кто же виновник этих причуд?»

Он еще раз осмотрел зал, теперь уже обращая внимание и на официанток тоже. Посетителей сегодня за день было не так много, но к концу смены у сотрудников, дежуривших в зале, все равно были усталые лица. Из кухни вышла Оксана. Встретившись с ним взглядом, она улыбнулась ему, как всегда, теплой приветливой улыбкой.

«Что ж, теперь все понятно», – с облегчением подумал Андрей. Несмотря на оставшиеся внутренние сомнения, он спешил убедить себя, что загадка разрешилась.

Дождавшись момента, когда его новая подруга остановилась у барной стойки, чтобы забрать и отнести один из заказов, Андрей подошел вплотную к ней.

– Мне понравилась шутка. Молодцы, – он постарался выдавить из себя улыбку, которая получилась настолько искусственной и натянутой, что самому стало гадостно. Сначала невнятные жалкие оправдания перед пафосным хмырем, теперь вот изображать нужно веселье.

– Какая шутка? – непонимающе спросила Оксана, не поднимая на него взгляда.

– Ну, в подвале. Розыгрыш, который вы устроили для меня. Я, конечно, не из пугливых, но мне было действительно сначала не по себе. Короче, молодцы, не даете скучать друг другу. Вы всех новых сотрудников так разыгрываете?

Девушка вдруг замерла и подняла на него удивленный взгляд. Как будто о чем-то догадавшись, она начала быстро меняться в лице. Ее улыбка медленно стала исчезать, а в глазах теперь вместо изумления Андрей начал замечать оттенки страха.

– Мы не шутим над сотрудниками, – наконец серьезно сказала она. И, помолчав, добавила, оглядевшись зачем-то по сторонам: – Слушай… Советую тебе не спускаться в подвал без надобности.

– А если будет необходимость? – попробовал отшутиться Андрей, продолжая криво улыбаться. Вслед за отсутствием ожидаемой реакции у собеседницы начинало приходить раздражение.

– Тогда просто ничего не трогай, – серьезно ответила она, прервав его мысли. – И не задерживайся там. Зашел, забрал что нужно, и вышел.

«Что вообще здесь происходит? – так и просился вопрос. Он в недоумении смотрел на нее, теперь тоже без улыбки. – Здесь что, режимный объект?» Отвечать с юмором уже не хотелось, настроение окончательно испортилось. Его принимают здесь или за идиота, или за неблагонадежного сотрудника. Или и то и другое, вместе взятое.

– Почему? Я не понимаю. Можешь объяснить?

Короткие вопросы, так будет лучше. Может быть, от лаконично сформулированных фраз и ответы будут более понятными?

Официантка снова быстро посмотрела по сторонам, как будто их могли специально подслушивать. Но рядом с ними никого не было, да и громкая музыка, доносящаяся из колонок в зале, успешно глушила любой негромкий разговор.

– Там, внизу, в подвале…

Но договорить она не успела.

– Оксана! – раздался громкий и грубый женский голос откуда-то из кухни. – Ты где? Сколько можно тебя ждать?

– Да, Оксана, мы все тебя ждем! – громко хохоча, в унисон голосу из кухни крикнул один из пьяных толстых зрелых мужиков, сидящих в небольшой компании за столиком. Его собутыльники похабно засмеялись, провожая взглядом убегающую на кухню девушку.

«Чертовы неудачники! Лично тебе я бы показал сейчас, чем может обернуться твое „ожидание“», – вдруг зло подумал Андрей, глядя на пьяную компанию. Внезапно захотелось скинуть появившееся раздражение хоть на ком-нибудь. Тот самый крикун, довольный, что компания поддержала его шутку, уже начал было отворачиваться обратно к своим друзьям и выпивке, как вдруг встретился взглядом с Андреем. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза. Осмелевший посетитель, казалось, вот-вот скажет, что-то вроде: «Чего уставился? Забыл про свои обязанности, халдей?»

«Ну, давай, только попробуй что-нибудь вякни…»

Но мужик, так ничего и не сказав и всем своим видом показывая пренебрежение, чмокнул губами и отвернулся. По всей видимости, на каком-то животном уровне, даже в своем пьяном состоянии, он почувствовал злость, готовую вырваться наружу из молодого тела, если только найдется хоть какой-то для этого повод.

Тем временем близилось закрытие кафе. Андрей все время смотрел на часы, ожидая заветного времени – двенадцати ночи, после которого сотрудники прекратят свою работу. Тогда хоть возможно будет в спокойной обстановке, когда никто не будет мешать, выяснить у девушки причину ее изменившегося настроения. Например, проводив ее до дома. Конечно, если она этого захочет, в чем он уже и сам особо не был уверен.

Дело было здесь даже не в праздном любопытстве, хотя и его тоже хватало. Ему хотелось продолжать спокойно работать, не заморачиваясь ни о чем. А находиться большую часть своего времени в том месте, где нужно разгадывать какие-то загадки и напрягаться от их присутствия рядом, не было ни малейшего желания. «Предупрежден, значит вооружен. Пусть здесь может быть дело и в каких-то мелочах, но разобраться все равно нужно. Да и никогда не угадаешь, когда что-то непонятное может обернуться против меня», – думал он. Как именно может обернуться, он даже не собирался утруждать себя мыслями.

Наконец рабочий день закончился. Андрей, стараясь не выдать своего радостного волнения, быстро выполнил необходимую уборку, переоделся и собрался было уже остаться в зале, дожидаясь Оксаны. Но Угрюмый заметил это и сразу же посмотрел на него тяжелым взглядом.

– На часы не смотришь? Или решил остаться здесь ночевать?

«Решил проконтролировать, насколько хорошо ты закончишь свою работу», – чуть не сорвалось с языка Андрея, но вслух он сказал:

– Подожду Оксану, нам с ней по пути.

– Подожди тогда на улице.

– Мой испытательный срок еще не закончился? – оскалился Андрей, показывая головой на нескольких человек из персонала, которые не спешили выходить из заведения. Кто-то из них вроде как заканчивал работать, кто-то действительно собирался домой. Но и то и другое они делали так медленно и долго, как будто покидали горячо любимую работу с огромным сожалением.

Миша нисколько не изменился в лице и даже не посмотрел на них.

– Еще нет.

Затем, как будто желая миролюбиво расстаться, продолжил:

– Вообще-то тут еще нужна дополнительная уборка в зале. Мы пока просто сильно не нагружаем тебя всеми обязанностями. Поэтому не нужно мешать…

– Ладно, ладно – не стал спорить Андрей, перебивая его. К чему слушать эти оправдания, только тратить свое время и его терпение. – Спасибо, все понимаю. До завтра.

Как бы ни хотелось сейчас возражать и спорить, лучше было бы все-таки исполнить требование и не начинать пререкаться. Подумаешь, его внаглую выгоняют из заведения, не давая побыть даже каких-то лишних минут десять-пятнадцать, или сколько там нужно будет времени, чтобы собраться Оксане. Неважно, что на улице идет дождь, который трудно не услышать и не заметить его присутствие. Да и вообще, объясняются с ним так, как будто он здесь лишний сотрудник, которого и не стоило, в общем-то, нанимать на работу. Хорошо хоть матом не ответили и принудительно не выкинули на улицу…

Да ну, не нужно впадать в крайности. Лучше просто перетерпеть. Где-то на подкорке сознания отчаянно мигала, привлекая внимание, здравая мысль: ругаться сейчас точно не нужно. В конце концов, проработал он действительно немного времени, знает мало. К чему выражать эмоции и рисковать работой и относительно хорошей зарплатой, учитывая его возраст и опыт. Еще до армии, принимая участие в многочисленных дворовых разборках, он понял, что иногда лучше не идти на конфликт и открыто не спорить с людьми. Конечно, везде есть исключения, но часто именно такой вариант мог хорошо выручить и избавить от разного рода неприятностей.

То же самое касалось и этой ситуации. Все покрыто туманом неизвестности, а ты еще новый неотесанный работник в этом месте. Андрей кивнул головой, со вздохом развернулся, и вышел на улицу.

Ждать действительно пришлось чуть менее пятнадцати минут. Поеживаясь от холодного ветра и укрываясь зонтом от затяжного надоедливого дождя, он стоял неподалеку, на противоположной стороне улицы, держа кафе постоянно в поле зрения. Мелькать перед окнами, да еще и выставлять себя мокнущим под дождем влюбленным перед выходящими сотрудниками не хотелось. Ни к чему давать поводы для сплетен.

Прохожие шли мимо него, даже не поднимая глаз и чуть не задевая своими зонтами его зонт, машины слепили фарами на плохо освещенной улице, усердно очищая дворниками лобовые стекла. В это время в голове у молодого бармена проносилось огромное множество вариантов разгадок загадочного поведения сотрудников, а вместе с тем и странная работа вычислительного устройства в подвале. Причем каждый из вариантов объяснения был один фантастичнее другого. Но при всем разнообразии, он так и не выбрал ни один, который бы его устроил.

Наконец Оксана вышла на улицу, и, прикрываясь сумкой, быстрым шагом пошла к расположенной поблизости остановке. Андрей ринулся за ней следом, не обращая внимания на лужи и стремясь догнать ее до появления автобуса.

– Подожди! Промокнешь ведь, – крикнул он, махая своим раскрытым зонтом, когда до нее оставалось шагов десять.

Она обернулась и улыбнулась, увидев его рядом.

– И снова здравствуйте. А ты кого здесь ждешь?

– Тебя, – он подошел ближе и накрыл своим зонтом их обоих. – Говорят, ненастная погода укрепляет иммунитет… Давай прогуляемся немного? Если, конечно, не спешишь домой.

Оксана улыбнулась еще шире, выражая одобрение и довольство, а в ее глазах появились игривые яркие огоньки.

– Только если ненадолго… До следующей остановки.

4

К часу ночи улицы их провинциального города уже пустовали. Прохожие были настолько редкими, что казались почти незаметными, сливаясь с очертаниями ночного города. Раздражающий дождь прекратился, оставив промозглую сырость, лужи и разводы на стенах и окнах зданий. И все же пара, медленно шагающая по улицам, не спешила складывать зонт. Сейчас он скорее служил неким средством уединения и защиты от окружающего мира.

– Да, в кафе действительно не все могут оставаться ночью после окончания рабочей смены. Их меньшинство, всего несколько человек, включая, конечно, нас с тобой. А по поводу отношения к себе можешь не беспокоиться. Я работаю здесь уже третий год, но относятся ко мне все равно подозрительно.