Азалия. Береги себя для меня

Земля. Измерение 102

Я медленно умираю…

Выбрав одиночество, я желаю закопать себя в работе, чтобы придать ему горстку смысла, хотя снова и снова, медленно, но верно, изо дня в день убеждаюсь в том, что даже это не способно удержать на поверхности земли мою слабую душу, заключенную в этом теле. Как же часто мысль о смерти посещает мою голову, но отчего-то держусь, ожидая дня, когда смерть сама постучится в мою дверь, и не совершая поступков, о которых, возможно, пожалею. Мне отчаянно хочется верить, что мое существование, возможно, никак не может изменить мир, но что-то оно все-таки да значит. Но я простой человек: недостаточно умна, недостаточно сильна, не активна, не разговорчива и не позитивна. С самого детства научившись казаться быть как все, я до сих пор не могу найти саму себя среди своих же масок, затерянных во лжи. Но даже если сниму их, кто меня примет такой, какая я есть? Грустную, плаксивую, депрессивную и скучную. Будет ли меня кто-то слушать и утешать?

Ограждаясь ото всех и стараясь не привязываться к людям, я осталась совсем одна среди огромной толпы. Мне нравятся тишина и комфорт, которые дарит мне одиночество, но порой становится страшно от того, что могу остаться до старости отчужденной от всех бродяжкой и в конце пожалею об этом. Порой мне тоже хочется быть принятой, смешной, шумной и приятной, но страх оказаться потом брошенной заставляет меня отступить, возвращая обратно к тишине и комфорту, к которым привыкла. Забавно, что именно тогда понимаю, что себя такую не понимаю даже я сама. Неспособная поделиться болью и переживаниями, моя хрупкая душа запирает свои двери, отворачиваясь от мира, но никогда не перестает смотреть в щель замка́, ища подмогу, но не осмеливаясь позвать на помощь.

Когда же все-таки я переступила черту? Или изначально была так сотворена? Каким же будет мой конец?

– Азалия, тебе надо переделать сопроводительные документы по контрагенту Кубера, – сообщил Рей, входя в кабинет после окончания собрания руководителей компании.

Он держал в одной руке серебристый ноутбук, а в другой – свою любимую оранжевую кружку. Руководитель отдела запасных частей часто курил и поэтому даже на собрания брал свою кружку, чтобы в перерывах наливать себе кофе из бара и выходить на улицу покурить. Хотя он мог брать одноразовые картонные стаканы, ему не нравилось, что они маленькие и нагреваются, отчего держать стакан становится неудобно.

– Какие именно? – недовольно спросила девушка, отрываясь от экрана настольного компьютера, на который она залипла, надолго уйдя в свои мысли.

Азалия пыталась вспомнить, в каких сопроводительных накладных умудрилась напортачить, хотя подобное с ней случалось очень редко. Она относилась к тем ленивым людям, которые всегда стараются всё сделать быстро и качественно, чтобы свободного времени было больше. И еще девушка ненавидела что-либо переделывать. Она приходила в бешенство от мысли, что по своей глупости добавила себе работу, но, конечно, не дай бог, чтобы совершившим ошибку был кто-то другой.

– Те, что отправили в пятницу, – уточнил Рей, садясь на свое место и включая ноутбук.

– В пятницу уехала фура, в ней было тринадцать накладных Кубера.

Девушка старательно придавала голосу спокойствие. Она была нервной и злой, потому что поссорилась с сестрой накануне вечером из-за очередной небылицы. А то, что руководитель не сразу говорит четко и понятно, только разжигало ее гнев.

– Ну, те… – Мужчина запнулся, пытаясь вспомнить номера накладных. – Хм… Ну, там был еще телематический блок и ключ…

– 6598? – предположил их коллега Алекс. – Вроде только там были телематики.

– Да, – согласился мужчина, уже найдя нужный файл в своем ноутбуке. – Лариса говорит, что они заказали всего пять штук телематики, а мы им отгрузили аж девять. Надо всё переделать.

– Но ведь Ким потом позвонил и сообщил, что они еще четыре штуки хотят заказать. Поэтому я и выписала инвойс на девять штук и в сопроводительных документах указала это количество.

– Ким сам тебе позвонил и сказал? – удивленно и недоверчиво переспросил Рей.

– Да. Он даже написал мне на почту. Вы же там в копии стоите. Посмотрите письмо от восемнадцатого февраля. Тему письма уже не помню.

Мужчина с озадаченным видом открыл свою почту и начал искать нужное письмо. А когда нашел, сразу же набрал контрагента и обговорил этот вопрос.

– Да, не надо уже ничего переделывать. Всё. Просто Лариса забыла о словах Кима…

– Ага, как же, – усмехнулся Джон. – Это уже третий раз, как она подобное забывает.

– Не надо клеветать, – наигранно возмущенно сказал Рей и тоже усмехнулся. – Азалия, ты составляешь документы, поэтому следи за ними, чтобы нас не обманули. Я могу тоже забыть.

– Хорошо, – кивнула девушка и вернулась к своей работе.

Азалия старательно просмотрела то, что у нее осталось недоделанным, и в конце всё же решила обновить акты сверок с поставщиками, чтобы подготовиться к закрытию месяца, ведь он уже заканчивался. А больше работы для нее не было.

Так пролетел рабочий день. Азалия хорошо справлялась со своей работой, но большего не добивалась. Не старалась построить карьеру, выбить прибавку к зарплате или же добиться чего-то в жизни. Ее дни протекали плавно, однообразно и скучно. Хоть изо дня в день она жаловалась на свою жизнь, но менять ничего не хотела. Возможно, это был отголосок депрессии, которой она когда-то страдала.

С завершением рабочего дня, попрощавшись с коллегами, она вышла из кабинета и направилась к выходу на улицу. По дороге встретив коллег из других отделов, она дружелюбно с ними попрощалась. У нее был тихий и спокойный нрав, из-за чего к ней всегда хорошо относились, но в то же время часто о ней забывали.

На улице было светло и тепло, да и дома ее никто не ждал, но девушка не стала тратить время на прогулку – сразу села в нужный автобус, едущий прямо к ее дому. Глядя на сменяющийся вид огромного города, построенного после появления Трещин и монстров, заполонивших мир сто сорок лет назад, Азалия горько вздохнула.

– Прекрасно… – вырвалось у нее, но шум пассажиров, спорящих о чем-то, заглушил ее слово, и никто его не услышал.

Почти ничего после Трещин не изменилось, кроме того что в мире появились еще и суперсильные охотники, борющиеся со злом, и страх перед неминуемым концом. Охотники построили города и обнесли их стенами, обозначив свою территорию как хищные звери, и стали господствовать над теми, кто не эволюционировал, остался таким же человеком, каким и был. Всего в мире было десять таких городов, в каждом – свой президент, который защищал его от чудовищ.

Азалия была ничем не примечательной, обычной. Даже в семье ее считали за маленького человека, несмотря на то что она в свои двадцать четыре уже могла обеспечивать себя, порой помогая и своим пожилым родителям. Ее близкие очень ее любили, но в то же время были теми, кто причинял ей самую большую боль раз за разом. В конечном счете выбор девушки пал на побег из родительского дома. Поступив в академию с кампусом, девушка сделала шаг в сторону, отстранилась от близких. После окончания академии расстояние между ней и ее семьей только возросло. Она сама отчуждалась, убегала от того, чего боялась, но не понимала. Ей хотелось убежать и спрятаться. И именно поэтому она считала себя ненормальной и очень слабой.

Вернувшись в пустую однокомнатную квартиру, Азалия заварила себе чай и, немного посидев в телефоне, перед сном прочла несколько страниц новой книги. Звонок сестры был несколько раз за вечер проигнорирован, и девушка об этом не жалела, даже если в следующий раз выслушает от сестры упреки за свои так называемые эгоизм, неблагодарность и несносность. Азалия обязательно ответит ей в другой раз и безмолвно выслушает все ее жалобы и ненависть в свой адрес, а сегодня ей хотелось тишины и спокойствия. Сегодня ей не хотелось быть мусорным баком, куда ее сестра выбрасывает накопившийся стресс. Азалия была уверена, что если бы они не общались вовсе, то больше не делали бы друг другу больно.

***

Гений магии рассечения и мастер фехтования Авель Брейк уже долгое время занимал пост президента седьмого города – Иблонда, унаследованный им от покойного отца. Несмотря на свой юный для президента возраст – двадцать семь лет, – он считался сильнейшим и в то же время непредсказуемым сумасшедшим, помешанным на сражениях. Если в обычные дни он вел себя спокойно, разумно, властно и невозмутимо, как настоящий предводитель, то в сражениях внутри Трещин на свет появлялся неординарный полководец, получающий неимоверное удовольствие от кровавых боев и убийств чудовищ. Увидев его такое поведение, покойный президент однажды сказал:

– Хорошо, что он родился именно в подобные времена. Кто бы стал его жертвой, не будь тут монстров?

Даже передавая сыну пост, мужчина сильно переживал о будущем города, но Авель был не безрассудным, а, наоборот, крайне хитрым, умным, властолюбивым. Он умел вести за собой людей, которые уважали своего господина, поэтому Карсель покинул мир с уверенностью, что его единственный сын хотя бы за пределами Трещин будет вести себя разумно. И Авель не подвел отца, став для всех примером, а о его хобби внутри Трещин все намеренно умалчивали.

– Черт, и это всё? – раздраженно спросил Авель, еле сдерживая нарастающий гнев.

Он надеялся на большее. Из-за своих должностных обязанностей он давно не сражался, и, когда наконец сумел найти время и зашел в Трещины, его сильно разочаровала легкость, с какой умирали враги.

«Он никак не может получить удовольствие от кровавой бойни, – устало подумал его помощник Юджин, вытирая с лица синюю кровь монстра, которого он только что застрелил. Юджину совсем не хотелось терпеть в следующие дни в городе недовольного президента, который еще чуть-чуть и, кажется, станет бросаться на людей. – Я был уверен, что здесь высокоуровневый босс. Что за напасть? Боже, пусть появится какое-нибудь сильное чудище и наконец ранит этого монстра, спрятанного под оболочкой человека…»

Будто услышав его молитву, издали раздался громкий вопль монстра, и до них дошел противный ядовитый запах, который накрыл лес, словно густой туман.

– Президент, это яд! Надо надеть маску! – крикнул Юджин, и стоящие за ним солдаты напряженно и поспешно стали вытаскивать из рюкзаков и надевать маски. – Президент!

Последнее, что увидел Юджин, – это то, как раздражение на лице Авеля в одно мгновение сменилось восторгом, и президент исчез в плотном тумане, даже не взяв с собой маску.

– Когда-нибудь он так убьется…

***

В очередной день Азалия возвращалась домой после работы. На улице шел снег, не переставая с самого утра. После потепления внезапный снег в середине марта застал всех врасплох. Многим, вышедшим утром в легкой одежде, после работы вечером в ожидании транспорта приходилось терпеть пробирающий до костей холод поздней зимы.

Нужного автобуса всë не было. Азалии пришлось прождать час, пока ее терпение не лопнуло. Раздумывая, стоит ли ей вызвать такси, девушка невольно стала наблюдать за маленьким ребенком в объятиях отца. Малыш плакал, оттого что замерз, а мужчина – видно, что с горечью в душе, – еще крепче обнимал свое дитя в надежде поделиться с ним крупицей тепла. Азалия понимала, что у них, возможно, нет средств, чтобы вызвать такси, и им приходится терпеливо ждать свой транспорт, который всё не приезжает.

Прекрасные белые крупные хлопья снега медленно опускались на землю, словно фантики на празднествах, но явление природы было незаменимым и красивым. Великолепный вид одновременно мог причинить кому-то боль, а для кого-то стать отличным воспоминанием на всю жизнь. Белое, пушистое, мягкое – и жестокое.

«Ну всё, надо ехать на такси, – решила девушка, ощущая, как ее пальцы уже не сгибаются, а на их кончиках ощущается боль, словно иглы протыкают ее плоть. Вытерев нос платком, девушка достала телефон и, открыв приложение, вызвала такси. – Надо было сделать это еще час назад. Главное, не заболеть теперь…»

Заказав такси, она хотела было положить телефон в карман, чтобы руки не мерзли, но внезапно он завибрировал и зазвонил. На экране высветилось, что входящий от мамы. Азалия взяла трубку без раздумий.

– Алло. Привет, мам.

– Привет, доченька. Как дела? Не болеешь? Как погода? Вроде снег пошел. Ты уже дома?

Нежный материнский голос грел душу, и девушка улыбнулась. Матери любят своих детей безвозмездно. Какими бы ни были дети, матери всегда их любят и принимают такими, какие они есть. Азалии было приятно знать: что бы ни случилось, ее мама всегда будет переживать и заботиться о ней.

– Всё хорошо. Ты как? Что-то случилось? Да, тут снег идет. Я жду свой автобус.

– Да я просто позвонила. Ждешь автобус в холод? Поезжай на такси. Ты хорошо кушаешь? Пообедала? Нельзя обходиться лишь сухомяткой. Ешь горячую еду хотя бы раз в день. Ты же так привередлива в еде. Может, возьмешь отпуск и приедешь домой на несколько дней?

– Я обедала и ем хорошо, не волнуйся. Сейчас не могу взять отпуск, у меня много работы. Как-нибудь приеду.

Азалия солгала, сказав, что у нее много работы. Девушка могла взять отпуск и поехать, но проблема была в том, что она не хотела. Когда находишься вдали от семьи, то тоскуешь, редкие разговоры с ней очень приятны, легки и нежны. Но стоит всем привыкнуть друг к другу, как начинаются проблемы, и если были старые раны, то они снова кровоточат. Девушка об этом хорошо знала и испытала это на себе, поэтому просто хотела оставаться вдали от всех.

– Как жаль. Твоя сестра приедет на следующей неделе. Она сказала, что ты не берешь трубку. Вы поссорились?

– Нет. Я просто была занята.

– Как бы ты ни была занята, отвечай на ее звонки. Ты же знаешь, какая она у нас нервная. Отнесись с пониманием. Какая бы ни была, она всё же твоя сестра. Она мне позвонила вся злая. Ты же у нас более терпеливая. Потерпи немного, вы же теперь и так раздельно живете.

– …

– Азалия, ты слушаешь?

– Да, мама. Мой автобус подъехал. Давай я перезвоню тебе как-нибудь потом.

– Ну хорошо, – расстроенно вздохнула женщина. – Пока. Скорее поезжай домой и согрейся. Не заболей.

– Ага, пока.

Азалия знала, что ее мама переживает и просит за нее у сестры так же, как просит сейчас у нее за сестру. Она знала, что мама ее любит и желает для нее только хорошего. Но еще мама желает видеть, как дружны ее дети, а это было тяжело для Азалии и, возможно, тяжело для других.

Отец с ребенком на остановке всё же дождались автобус и уехали. Сердце девушки наконец обрело спокойствие. Никому не понравится, если незнакомец, будто нищему, предложит деньги на такси. Денег у Азалии, кстати, было мало, а до следующей зарплаты еще полмесяца.

Ожидая такси, девушка начала ходить кругами, чтобы согреться, и невольно заметила, что неподалеку от остановки среди деревьев сидит, прислонившись к одному из них, какой-то бедолага. Он был укутан в черный плащ, местами оборванный, весь в грязи, и уже покрывался белым слоем снега. Лица его не было видно, потому что он сидел смотря вниз. Азалия подумала, что он мертв, поэтому приблизилась к нему, чтобы проверить. Она шла осторожно и медленно, ожидая, когда человек пошевелится, но тот сидел неподвижно. Люди на остановке совсем не обращали на них внимания, старательно высматривая на дороге свой транспорт. Таких, как этот бедолага, в городе было достаточно. Их смерть на морозе даже не показывали в новостях, поэтому неудивительно, что все обходили немощного стороной, ведь на холоде обычно сидят лишь алкоголики, которые уже отказались от своего будущего.

– Простите, вы как? – неуверенно и тихо спросила девушка.

Азалия остановилась и прислушалась, но ответа, как и мелкого движения, не последовало. Она подошла ближе и почувствовала вонь, исходящую от человека. Это не был запах алкоголя или мочи, но всё равно он был ужасно неприятным. Девушка рефлекторно прикрыла нос и рот.

– Вы живы?

Она попыталась толкнуть человека, чтобы «разбудить», но отпрянула, когда тот зашевелился. Ей на мгновение стало страшно.

– Вы ведь замерзнете. Может, вам стоит пойти в какой-нибудь переулок? Там, возможно, будет теплее.

Бедолага еще немного пошевелился, а потом болезненно простонал. Он не поднимал голову, да и девушка не горела желанием смотреть на его лицо. Немного подумав, Азалия всё же решилась. Она сняла с себя белый шарф и накинула его на плечи мужчины, а после, вытащив из кармана немного денег, просунула их в его большие руки, которые к тому же были испачканы в чем-то неприятно темном, почти черном.

– Тут неподалеку есть хостел. Этих денег хватит на одну ночь. Только не пропейте их, хорошо?

С этими словами девушка торопливо пошла прочь, а залитые кровью красные, как у хищника, глаза бедолаги, смотря сквозь черные от грязи волосы, её провожали.

Таксист приехал, к большому счастью, сразу же. Сидя внутри, Азалия всё никак не могла согреться, но это было лучше, чем стоять на морозе в ожидании автобуса, который так и не приехал.

– Вам здесь? – спросил водитель после часа езды. Они ехали очень медленно из-за внезапно начавшейся метели.

– Да, прямо здесь. Спасибо. Вот, возьмите оплату.

– Будьте осторожны. Крепко заприте двери и окна, девушка. Не к добру этот холод и плотный туман. Мне что-то подсказывает, что вам стоит быть предельно осторожной.

Азалия замерла от внезапного совета пожилого водителя. Посмотрев на его серьезное лицо в зеркале заднего вида, она благодарно кивнула и поспешила выйти из машины. На улице стало еще холоднее, и девушка рефлекторно сжалась. Машина уехала сразу же. Вокруг стояла гробовая тишина, только вой сильного ветра слышался среди плотных улиц. Огромное здание жилого дома высилось перед ней, и она быстро побежала ко входу. Ей хотелось поскорее оказаться в теплой ванне и сделать горячий чай с лимоном и медом, чтобы наконец согреться. В ее голове крутилось только это, а еще мысль, что завтра она точно не хочет на работу. Но есть ли причина отпроситься?

– Придется и завтра утром заказать такси…

Она уже вошла было в подъезд, но боковым зрением заметила неподалеку черную фигуру большого человека. В густом тумане на тихой улице эта фигура пугала, а когда она стала медленно приближаться, Азалия от испуга и вовсе отшатнулась подальше.

– Простите, – хрипло сказал незнакомец грубым голосом. Мужчина сразу же остановился, поняв, что его боятся. – Не могли бы вы мне помочь? Я охотник, и после закрытия Трещин меня выкинуло сюда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.