Его жена и любовница

Айрис перевела взгляд на своего жениха. Почему он так мрачен? Да, он как бы изучал шантажиста, но Айрис почему-то не видела в его глазах ни удовлетворения, ни торжества.

Граф повернулся к Tee:

– Пожалуйста, отведите вашу сестру в гостиную. Мы присоединимся к вам, когда закончим допрашивать этого субъекта.

– Нет. – Айрис не могла поверить, что Лукас пытается избавиться от нее, когда разгадка так близка. – Я хочу узнать, почему этот человек угрожал мне и как он узнал мой секрет.

– Я тоже хочу остаться, – поддержала сестру Тея. – Нам всем интересно услышать, что скажет этот ужасный человек.

– Моя дорогая леди, то, что такая восхитительная женщина наградила меня подобным эпитетом, уже само по себе страшное наказание. Прошу вас, выслушайте меня, прежде чем вынести свой приговор.

Айрис гневно взглянула на незнакомца:

– Вашему отвратительному поступку нет оправдания. – Внезапно Дрейк оказался перед связанным мужчиной.

– Если вы еще раз обратитесь к моей жене, не говоря уже о том, чтобы называть ее дорогой, вы проглотите свои зубы при следующем же вздохе.

Мужчина побледнел.

– Я не хотел никого обидеть. Простите.

Лукас задумчиво посмотрел на шантажиста, а потом отрешенно – на Тею и Айрис.

– Вы останетесь до тех пор, пока он не откажется нам помогать, но будете молчать. Если же ваше присутствие помешает допросу, вы покинете комнату без разговоров.

Эти слова были произнесены таким ледяным тоном, что Айрис вздрогнула и согласно кивнула. Так же поступила и Тея.

– А теперь сядьте вот здесь, у камина.

Айрис с сестрой повиновались. Лукас подтолкнул незнакомца к стулу, а потом угрожающе навис над ним. Джаред встал по левую руку от Лукаса, а Дрейк – по правую. Шантажист стал белым как полотно и непроизвольно съежился. От Лукаса и стоявших рядом мужчин исходила угроза. Айрис подумала, что почувствовала бы себя не лучше при виде столь грубой силы.

– Кто вы? – Слова Лукаса прозвучали в тишине, словно ружейные выстрелы.

– Т-Тадеуш Брендон, к вашим услугам. Уверяю вас, произошло ужасное недоразумение.

– Вот как? Стало быть, вы не приставляли пистолет к спине моей невесты и не пытались похитить ее?

Только теперь, когда Лукас задал свой вопрос, Айрис поняла, какой опасности она подвергалась. Почему этот отвратительный человек приставлял к ее спине пистолет?

Лицо Тадеуша вновь приобрело землистый оттенок.

– Я просто выполнял инструкции, сэр. Вы не должны быть оскорблены тем, что я старался выполнять свою работу добросовестно и профессионально.

Лукас с брезгливостью взглянул на свою жертву:

– Но я оскорблен. Меня ужасно оскорбляет, когда кто-то угрожает моей невесте. Я бы даже сказал, смертельно оскорбляет!

Айрис с трудом подавила желание закричать, что она просит Лукаса о милосердии. Она не допустит, чтобы он убил из-за нее человека, пусть даже ничтожного негодяя-шантажиста.

Тадеуш пролепетал:

– Уверяю вас, сэр, я вовсе не хотел причинить вашей леди вред.

– Расскажите, какие вы получили инструкции, – потребовал Лукас.

– Мне велели встретить вашу леди в парке и увести ее с условленного места встречи, пока не приехал ее любовник. Мой клиент сказал, что является ее опекуном. Он якобы прознал, что она собралась сбежать с любовником, который является весьма неподходящей партией для нее.

– Черт возьми, что за вздор вы несете?! – глухо пророкотал Джаред, заставив пленника подскочить на стуле.

Лукас взглянул на великана, призывая его хранить молчание. Граф вел себя так, словно только он один обладал правом голоса, хотя вопрос Джареда был вполне резонен. Слова Тадеуша сбили с толку и Айрис. Но Джаред замолчал. Похоже, властное поведение Лукаса ничуть его не смущало.

– Кто нанял вас, чтобы встретиться с моей невестой в парке?

Нанял? Лукас не считает этого человека шантажистом, ирис стало душно, и она попыталась вдохнуть как можно глубже, когда до ее сознания дошел тот факт, что с шантажом ничего не ясно.

– Я не знаю, – произнес Тадеуш и, прежде чем Лукас успел осуществить свое намерение, которое было написано на его перекошенном от гнева лице, продолжал: – Я никогда не видел его лица. Большинство моих клиентов предпочитают анонимность. Он пришел в небольшую таверну близ реки, где меня всегда можно застать, и подошел ко мне с предложением. Он, видите ли, слышал, что на меня можно положиться.

Мерзавец явно гордился собой. Айрис нахмурилась.

– Что вы должны были сделать с леди, после того как покинете парк?

– Я должен был доставить ее к экипажу, ожидающему у западного входа.

Дрейк сжал кулаки, а Джаред едва не взорвался от гнева. Лукас несколько мгновений, прищурившись, смотрел на Тадеуша, а потом кивнул:

– По крайней мере хоть это правда. – Глаза Тадеуша округлились.

– Поверьте, я не лгал вам, сэр. – Лукас холодно улыбнулся:

– О, вы лгали. Или вы мне скажете правду, или я скормлю вас крысам, во множестве обитающим близ вашей грязной таверны.

– Вы правы, сэр. Каждое ваше слово – правда. Я не видел лица человека, который нанял меня. Честное благородное слово. – Лукас запугал Тадеуша настолько, что тот совсем потерял самообладание и заговорил с сильнейшим акцентом.

– А зачем он нанял вас, чтобы встретиться с моей невестой? Почему не сделал этого сам, раз, как вы говорите, является ее опекуном?

– Не знаю, сэр. Я не спрашиваю клиентов об их мотивах, когда они предлагают мне неплохие деньги.

И вновь Лукас некоторое время молчал.

– А вы когда-нибудь еще выполняли поручения этого человека?

Тадеуш отрицательно покачал головой:

– Никогда не встречал его раньше. Я бы запомнил. Я очень хорошо запоминаю голоса.

– Мне стоит убить вас за то, что вы сегодня сделали. – Слова Лукаса прозвучали столь обыденно, что Айрис сначала не поняла их смысла, чего нельзя было сказать о Тадеуше. Тот буквально затрясся от страха.

– Я допустил ошибку, сэр, и ужасно сожалею об этом. Пожалуйста, не убивайте меня.

Неужели Тадеуш всерьез решил, что Лукас убьет его прямо в библиотеке Теи? Конечно, ледяной тон графа и взгляд, мечущий гром и молнии, могли запугать кого угодно, но неужели Тадеуш не видел, что честь джентльмена для Лукаса превыше всего?

– Есть только одна возможность отчасти загладить свою вину перед этой леди, – задумчиво протянул Лукас.

– Все, что угодно, милорд.

– Мне нужно имя нанявшего вас человека.

– Я так понимаю, что вы не только предлагаете мне работу, но и сполна оплатите ее?

– Именно так. А платой за нее будет ваша жизнь.

Лукас вошел в библиотеку. Айрис сидела в кресле и смотрела на огонь. Ее всегда такое выразительное лицо сейчас было лишено каких бы то ни было эмоций. Неужели она собралась вновь умолять его отложить свадьбу?

От Лукаса не ускользнуло выражение ужаса на лице девушки, когда она поняла, что Тадеуш Брендон не шантажист.

Айрис до сих пор беспокоилась о том, как правда о ее рождении затронет семью. Лукас готов на многое, чтобы облегчить ее боль. Но свадьбу он не отменит. Айрис необходима его защита, но он не сможет защитить ее, если они будут жить порознь.

– Дрейк и Тея легли спать. Тебе следует сделать то же самое, милая. Завтра трудный день. Их свадьба.

Айрис обернулась. Огонь камина отбрасывал на ее лицо причудливые тени. О чем она думает? Зачастую ее мысли было очень трудно понять, так как логика не всегда в них присутствовала.

– Я знаю, – ответила Айрис. – Но сначала я хотела поговорить с тобой.

– Мы не станем откладывать свадьбу. – Лукас не хотел, чтобы его слова прозвучали резко, но как иначе дать ей понять, что он не отступит от своего намерения?

Айрис сжалась.

Я и не собиралась просить тебя об этом, но тебе не стоит вести себя так, словно ты мой командир.

Лукас пересек комнату и поднял девушку с кресла. Ему необходимо было видеть ее глаза, заглянуть в них. Теперь, когда тень не падала на ее лицо, он смог это сделать. И то, что он увидел, поразило его в самое сердце. Глаза Айрис излучали одобрение и любовь.

– Может быть, это не вызовет у тебя возражений, – сказал Лукас, приближая свои губы к губам Айрис.

Лукас постарался сделать поцелуй легким и нежным, не желая подвергать испытанию свою силу воли. Но Айрис едва не свела благие намерения жениха к нулю, обмякнув в его объятиях и призывно приоткрыв рот. Лукас позволил себе удовольствие лишь мимолетно коснуться ее языка своим.

– И о чем же ты хочешь поговорить, любимая? – Айрис удивленно открыла свои бездонные карие глаза и заморгала:

– Поговорить?

– Ты сказала, что не пойдешь спать до тех пор, пока не обсудишь со мной кое-что, – слегка насмешливо напомнил Лукас.

Он наслаждался эффектом, который производили на Айрис его поцелуи.

– О да, – вспомнила Айрис, покраснев, отчего стала еще более очаровательной. – Я хотела тебя поблагодарить. Я знаю, что тебе совсем не понравился мой план, и все же ты согласился осуществить его, за что я очень тебе благодарна.

– Но мы ведь не поймали настоящего шантажиста. – Айрис вздохнула, перебирая пальцами пуговицы на жилете Лукаса.

– Знаю. Где-то в глубине души решение казалось мне слишком уж простым. Но мы попытались действовать по моему плану, и ты помог мне, хотя и не хотел. Я очень тебе благодарна.

– Так, значит, вот почему ты не просишь меня отложить свадьбу? Ты благодарна мне за помощь.

Айрис вскинула голову:

– Конечно, нет. Мы ведь уже договорились, что не станем этого делать. Сегодняшний вечер не имеет к этому никакого отношения.

Лукас испытал некоторое облегчение от этих слов.

– Мне жаль, что твой план не увенчался успехом. – Айрис понимающе улыбнулась.

– Но ведь мы поймали этого Тадеуша. Как думаешь, ему удастся узнать имя того, кто его нанял?

Лукас сомневался. Теперь, когда шантажист узнал, что его план не удался, он наверняка постарается избегать человека, который может его опознать.

– Может быть, – уклончиво ответил граф, не желая погасить теплящуюся в душе Айрис надежду.

Айрис крепко обняла жениха.

– Спасибо.

Опустившись в кресло, Лукас усадил девушку к себе на колени.

– Я рад, что ты дождалась меня, чтобы поговорить. Я тоже хотел обсудить с тобой кое-что. – Он предпочитал расставить все точки над i сейчас, а не в день свадьбы.

Айрис удобно устроилась на коленях жениха, и его окутал исходящий от нее сладкий аромат.

– Хорошо, Лукас.

– Сегодня кто-то пытался тебя похитить.

– Я знаю. – Айрис кивнула головой, покоящейся на груди Лукаса.

Он и не ожидал истерики. Только не от Айрис. Но и ее равнодушие в сложившейся ситуации оказалось для него неожиданностью.

– До тех пор пока мы не поймаем настоящего шантажиста, ты находишься в смертельной опасности.

Айрис притихла.

– Я не думала об этом с такой определенностью.

А вот Лукас думал, и размышления эти едва не заставили его поседеть.

– Нужно принять меры предосторожности, чтобы обезопасить тебя.

– Какого рода меры? – осторожно спросила Айрис. Похоже, ее больше занимали меры, которые предпримет Лукас, чтобы обеспечить ее безопасность, нежели реальная угроза ее жизни.

– Все очень просто, – заверил Айрис Лукас, понимая, что ей не понравится его властность. – Тебя постоянно будет кто-то сопровождать. Кроме того, я не хочу, чтобы ты выходила из дома без меня.

Айрис едва не задохнулась от возмущения и, отпрянув, посмотрела Лукасу в глаза.

– Я не хочу быть пленницей в своем собственном доме, Лукас.

– Не стоит все так драматизировать. Ты не будешь пленницей.

– Так же, как в Эштон-Мэноре? – с осуждением спросила Айрис, вцепившись в жилет графа. – Если ты собираешься избегать меня после свадьбы, как делал это за городом, то я вообще никогда не выйду из дома. Я не могу так жить. И я не вынесу постоянного присутствия кого-то рядом с собой. Меня это подавляет.

Айрис упрямо вскинула подбородок, и Лукас понял, что она вознамерилась твердо стоять на своем. Упрямица!

– Я не избегал тебя в Эштон-Мэноре. Я просто не хотел оставаться с тобой наедине. – Да если бы он поступал иначе, они наверняка обменялись бы клятвами перед алтарем гораздо раньше.

– Но когда ты решил сделать мне выговор за то, что я выкроила немного времени для себя лично, ты не постеснялся войти ко мне в спальню.

– Я едва не потерял самообладание, если ты помнишь. – Но гнев в ее глазах не погас.

– Мы и сейчас одни.

И Лукас вдруг понял, что его поведение в Эштон-Мэноре оскорбило ее чувства. Неужели Айрис действительно думала, что он избегал ее, потому что не хотел быть с ней? И точно так же поведет себя после свадьбы? Глупышка. Как она наивна.

– Я постоянно думаю о том, как буду лежать обнаженным в постели рядом с тобой. Именно об этом грезил я и в поместье. И не трону тебя сегодня только потому, что знаю: завтра ты станешь моей.

Лукас прижал девушку к себе, чтобы она ощутила доказательство его слов.

Глаза Айрис расширились от изумления, а щеки залила краска. Но если он правильно понял, Айрис покраснела вовсе не от гнева.

– О!

– Я не стану избегать тебя после свадьбы, и ты убедишься, что я найду время сопровождать тебя во всех необходимых поездках.

Изумление прошло, и упрямица прищурилась:

– А что ты сочтешь необходимым? Поездку в библиотеку? Визит к Tee или другим моим подругам? Прогулку по парку? Посещение музея? Или встречу с любовником? Ведь зачастую я принимаю решения непредсказуемые. – Лукас улыбнулся:

– Тебе придется заранее планировать свои визиты или приглашать друзей к себе. Все не так страшно. Поверь мне.

– Я верю тебе, Лукас, иначе я не вышла бы за тебя замуж. Но и мириться со всякими ограничениями не собираюсь. Даже отец предоставлял мне больше свободы.

Неужели она думает, что у нее есть выбор?

– Ты согласишься, потому что это единственный способ обеспечить твою безопасность, пока настоящий шантажист не будет пойман.

Когда Айрис открыла рот, чтобы возразить, Лукас положил руку на ее бедро.

– Я отвечаю за твою безопасность, и я обеспечу ее, даже если мне придется запереть тебя в комнате на ключ.

Айрис попыталась вскочить, но Лукас не позволил ей этого. Тогда она отодвинулась как можно дальше и заглянула ему в глаза.

– Вам не удастся запугать меня подобным образом, милорд.

Лукас знал, что Айрис назвала его так, чтобы досадить, – эта уловка по-прежнему срабатывала.

– Я не запугиваю. Я просто предупреждаю тебя о последствиях, если вдруг ты вздумаешь рисковать жизнью, как сделала это на крыше в Эштон-Мэноре.

– Я не запирала ту дверь, Лукас, – в приступе ярости зашипела Айрис. – И это свидетельствует о том, что твой план не удастся. Если бы меня не вынудили прибегать к уловкам, я не подверглась бы опасности.

– Тебя никто не вынуждал хитрить. Ты захотела сбежать от всех, из-за чего в итоге и подверглась опасности. Твои поступки подтверждают, что ты не извлекаешь уроков из того, что происходит с тобой, и намерена впредь вести себя безрассудно. – Лукас понимал, что эти слова причиняют Айрис боль, ведь вчера она обещала ему стать благоразумной. Но иначе назвать ее поведение не мог. – Именно поэтому, – сказал он тем же менторским тоном, – я хочу принять меры предосторожности.

– Что ты хочешь этим сказать? Я не сделала ничего, что давало бы тебе право говорить со мной с таким сарказмом. Я не безрассудная дура.

– Ты ушла от руин.

– У меня не было выбора. Я подобрала записку, в ней было ясно написано, что я должна встретиться с Тадеушем Брендоном чуть дальше по тропинке.

– И оказалась не права. Ты ведь согласилась, что не должна никуда отходить от назначенного места встречи.

– А иначе мы не поймали бы Тадеуша Брендона. – Айрис была права, но Тадеуш не стоил риска, которому она себя подвергла. Именно это и хотел сказать ей Лукас.

– Но согласись, я не подвергалась опасности. Ты с братьями следил за мной.

– А негодяй все же приставил пистолет к твоей спине. – Лукас вновь испытал страх и отчаяние, как тогда, в парке, когда понял, что грозит Айрис.

Выражение лица Айрис смягчилось, и она, как бы умоляя, положила руку на грудь жениха.

– Но, Лукас, у него не было возможности воспользоваться оружием. В результате все хорошо кончилось. Я в порядке.

– И так будет впредь.

Айрис немало удивила Лукаса, согласно кивнув.

– Да. Так будет. Но я ведь могу покидать дом с членами своей семьи?

Внезапная смена настроения Айрис сбила Лукаса с толку, и все же он оценил ее уступку.

– Если это будет Дрейк или Рейвенсвуд, то – да. Айрис улыбнулась и похлопала ладошкой жениха по груди.

– Спасибо. А как насчет постоянной охраны, когда я нахожусь дома?

Лукас покачал головой:

– Даже не проси, милая. Неужели тебе будет так тяжело переносить мое общество?

Улыбка Айрис едва не ослепила его.

– А ты действительно будешь со мной?

– Да. – И, произнося это «да», она подумала: и тогда большую часть времени они наверняка проведут в постели.

«Интересно, а будет ли Айрис вести себя в постели так же безрассудно, как в парке и в Эштон-Мэноре?» – с надеждой на безрассудство любимой подумал Лукас.