Его жена и любовница

– Лукас, что ты делаешь?

Однако вопрос оказался совершенно лишним, потому что намерения Лукаса были очевидны и ей, и всем присутствующим в холле. Лукас собирался отнести ее в постель. Только в таком настроении вопреки заверениям Теи он вряд ли позаботится о ней.

Преодолев несколько ступенек, Лукас остановился, чтобы дать указания широко улыбающейся экономке. Лукас велел принести ужин позже в его спальню.

– А до тех пор распоряжайтесь хозяйством, как и прежде. – Экономка с готовностью кивнула головой, увенчанной чепцом.

Затем Лукас обратился к суровому дворецкому:

– А если у кого-то достанет дерзости беспокоить новоиспеченных супругов, скажите, что нас нет дома.

Пожилой слуга величаво кивнул, при этом на его лице не отразилось ровным счетом никаких эмоций.

Айрис подавленно уткнулась в шею мужа, стыдливо спрятав лицо. Она просто не могла поверить, что Лукас так ясно выказал перед слугами свои намерения, и ее вновь охватило смущение. Он с таким же успехом мог встать на верхнюю ступеньку и оповестить всех, кто находился в пределах дома, что несет в постель свою молодую жену.

Айрис не переставала шипеть на мужа, пока тот поднимался по ступеням.

– Айрис, это наша первая брачная ночь. Слуги ничуть не удивились, что я решил уединиться с тобой в спальне.

Запрокинув голову, она гневно посмотрела на мужа:

– Сейчас пока еще не ночь, а день, и я вовсе не уверена, что мы должны заниматься подобными вещами именно сейчас.

Лукас посмотрел на Айрис как на умалишенную.

– Мы теперь женаты, любимая, и можем заниматься подобными вещами, когда нам заблагорассудится.

– Но Пэнси должна меня переодеть.

– Я сам помогу тебе освободиться от одежды. – Айрис задрожала под взглядом Лукаса, сопровождающим его весьма откровенные слова.

– Тея подарила мне новую ночную сорочку. Ты не должен видеть ее, пока я в нее не облачусь.

Лукас пожирал жену глазами, точно голодный зверь.

– Тебе не нужна сорочка.

– Если ты пытаешься успокоить меня, то у тебя не слишком хорошо получается, – сказала Айрис, чувствуя себя, словно загнанная охотником дичь.

Ответом был удивленный взгляд Лукаса.

– А ты ждешь, что я стану тебя успокаивать?

– Да. – Нет, ей определенно стоило спросить у Теи, все ли мужчины становятся тугодумами в столь ответственный момент, или таким был только Лукас.

– Почему? Тебе же нравится нежиться в моих объятиях. Нет причины нервничать. Ты ведь сама хотела, чтобы я проявлял к тебе больше интереса. Ведь так, Айрис?

– Иногда ты напоминал мне каменное изваяние, – пробормотала Айрис, не пытаясь скрыть раздражения.

Насмешливые глаза Лукаса загорелись дьявольским огнем.

– Уверяю тебя, некоторые части моего тела действительно могут сравниться по твердости с камнем.

Когда смысл сказанного дошел до Айрис, она замерла.

– Лукас!..

Но он не обратил ровным счетом никакого внимания на испуганное восклицание Айрис и распахнул дверь в свою спальню. Войдя в нее, он захлопнул дверь ударом ноги. Затем осторожно опустил свою ношу на пол, глухо застонав, когда она невзначай коснулась той части его тела, о которой он только что говорил. Возбуждение и страх охватили девушку, и она, вырвавшись из цепких рук мужа, поспешно отступила назад.

Лукас запер дверь. Каждое его движение казалось Айрис прямой угрозой, щекотавшей ее и без того натянутые нервы.

Она отошла к окну, внимательно осматривая предметы интерьера. Убранство спальни Лукаса соответствовало его характеру. Мебель из прочного орехового дерева впечатляла надежностью и красотой, а такой огромной кровати, на четырех столбах, Айрис никогда в жизни не видела. Даже Джаред мог бы удобно расположиться на ней. Стены, как шторы и полог из ткани приглушенных тонов, простые и элегантные. Айрис остановилась. Шероховатая бархатная поверхность штор слегка касалась ее обнаженной руки, а солнечные лучи, проникающие в окно, согревали ее спину.

Лукас, глядя на Айрис, прищурил глаза и еще больше стал похож на хищника.

– У тебя чудесная спальня, Лукас. А моя оформлена в том же стиле? – И зачем она задала этот бессмысленный вопрос?

Конечно же, спальня графини не могла быть выполнена в той же манере – с мужской элегантностью и простотой. Да и Пэнси говорила ей, что эта прелестная комната выдержана в розовых тонах и обставлена изящной резной мебелью.

– Может быть, я сейчас посмотрю на нее? – с деланным воодушевлением спросила Айрис.

Вместо ответа Лукас подошел к двери, которая, как поняла Айрис, соединяла две спальни, и тоже запер ее на ключ. Звук запираемого замка эхом отозвался в ушах Айрис. Она закусила губу и вздохнула:

– Полагаю, что нет.

Лукас кивнул, но не сказал ни слова. Айрис наблюдала за тем, как он начал раздеваться. Это зрелище леденило кровь и в то же время завораживало ее. Сначала Лукас сел и стянул с ног ботфорты. Затем он развязал замысловатый узел своего шарфа и, сняв его, положил на край кровати.

– Ты уверен, что не хочешь позвать на помощь камердинера?

Лукас посмотрел на Айрис:

– Ты можешь помочь мне, если хочешь, женушка. – Айрис судорожно сглотнула комок в горле. – Помочь ему раздеться?

– Не думаю, что хочу этого, но спасибо за предложение. – Эта фраза прозвучала как упрек.

Лукас принялся невозмутимо расстегивать жилет, и Айрис почувствовала, что температура ее тела повышается с каждой высвободившейся из петли пуговицей. Вскоре Лукас сбросил с себя жилет вместе с сюртуком, оставшись в одних бриджах и рубашке. Сквозь тонкий шелк Айрис могла рассмотреть темные волосы на груди мужа, а соблазнительно выглядывавшая из расстегнутого ворота полоска обнаженной шеи манила ее к себе. Айрис невыносимо захотелось дотронуться до нее. Попробовать его кожу на вкус. Но она стояла, не в силах пошевелиться.

Она все еще испытывала страх перед тем, что будет дальше. Лукас дотрагивался до нее и раньше. Она знала, какое наслаждение могут подарить его руки, но сегодня Лукас не ограничится одними лишь прикосновениями. Он захочет слиться с ней в единое целое, но слова матери удерживали ее на противоположном конце комнаты – как можно дальше от мужчины, который нестерпимо притягивал ее.

Лукас начал расстегивать рубашку, и Айрис затаила дыхание, приготовившись созерцать его мускулистую грудь. Она никогда не видела его обнаженным, хотя дотрагивалась до него и ощущала твердые как сталь мышцы под своими пальцами. Айрис не подозревала, что один лишь вид мужского торса окончательно поработит ее.

– Ты такой красивый, – произнесла она, когда с последней пуговицей было покончено и рубашка распахнулась, явив разгоряченному взору девушки обнаженную грудь Лукаса.

Граф улыбнулся:

– Я так не думаю, милая.

Айрис покачала головой. Лукас не понял ее, а она не могла подобрать слов, чтобы объяснить ему свои ощущения. Ее муж обладал необыкновенной мужской красотой – она этого не ожидала и была потрясена. Возможно, ей следовало назвать его привлекательным. Но это слово не могло выразить магию ее влечения к нему.

Лукас протянул руку:

– Иди сюда.

Но Айрис не двинулась с места.

– Ты боишься? – спросил он. Айрис услышала в голосе Лукаса желание, неумело замаскированное под участие.

Неужели ее страх так очевиден? Айрис отступала в страхе, как житель осажденного города перед мародерами.

– Да, немного. – И все же, сказав эти слова, Айрис несмело шагнула к Лукасу, тело которого манило ее, словно песнь сирены, несущая гибель.

Она остановилась всего в двух шагах от него.

– Я подошла.

Это было очевидно и без слов, но Лукас не стал поднимать жену на смех.

– Я рад.

Он притянул Айрис к себе. Она уперлась руками в его грудь и тут же пожалела, что не догадалась снять перчатки. Ей хотелось ощущать его кожу. Айрис вспомнила восхитительные мгновения в экипаже Лукаса. Вспомнила прикосновение шелковистых волос, покрывавших его грудь, к своей разгоряченной коже.

Ей хотелось вновь испытать это ощущение. Она стянула зубами сначала одну, а потом другую перчатку. Лукас одобрительно улыбнулся, но в его глазах не было и тени насмешки. Айрис стянула с мужа рубашку и легонько провела кончиками пальцев по ореолам его тугих сосков.

Лукас застонал, а его рука, развязывающая ленты на платье Айрис, задрожала.

– Милая, ты сама не знаешь, что делаешь со мной.

Он был прав. Айрис действительно не знала. У нее не было никакого опыта, кроме того, который она получила в общении с Лукасом. Но она могла представить, что сейчас с ним происходило. Если он испытывал такое же острое наслаждение и головокружительную радость, которые накатывали на нее жаркими волнами, то она прекрасно представляла, что делают с Лукасом ее прикосновения.

Вспомнив, что она ощутила, когда губы Лукаса коснулись ее груди, Айрис наклонилась и провела языком по его тугому соску. Он вздрогнул, в этот же момент слух Айрис уловил звук рвущейся ткани, и она почувствовала, что ее спина полностью обнажена для его ласк. Слегка прикусив сосок, Айрис осторожно потянула за него.

Лукас издал неистовый вопль и оттолкнул ее от себя. Охваченный страстью, он принялся срывать с жены платье и нижние юбки. То, что еще мгновение назад было милым нарядом невинной девственницы, как и подобает в подобных случаях, теперь превратилось в лохмотья. Айрис теперь стояла перед ним в одних подвязках с прикрепленными к ним чулками. Одежда девушки лежала у ее ног, словно облако из лоскутков шелка и муслина, явив обжигающему взору Лукаса все самые сокровенные изгибы ее тела. Она ощущала, что взгляд его темных, точно ночное небо, глаз сначала сосредоточился на мягких светлых завитках, скрывавших ее лоно, а потом перекочевал на грудь.

Соски Айрис напряглись под источающим необузданное желание взглядом мужчины, но прежние страхи вернулись, и она повернулась, чтобы убежать. Айрис не знала, где ей скрыться, но она не могла больше выносить странно голодного выражения на лице Лукаса. Ее взгляд упал на кровать и покрывало, которое могло хоть как-то защитить ее.

Айрис бросилась на кровать и зарылась в простыни и одеяла. Но Лукас оказался рядом всего секунду спустя, и его крепкие, словно стальные пруты, пальцы уже пробрались сквозь простыни и цепко схватили Айрис за запястье. Вскоре она уже едва дышала, прижатая к матрасу тяжелым, почти полностью обнаженным телом мужа.

– Лукас! Пожалуйста! – От ужаса голос девушки стал тонким и жалобным.

На лице графа появилась дьявольская улыбка.

– Я буду ублажать тебя до тех пор, пока ты не начнешь выкрикивать мое имя, Айрис. Доверься мне.

Эти два слова эхом отозвались в сердце Айрис, удержав ее от истерики. Она действительно доверяла ему. Доверяла слепо и безоглядно.

– Ты слишком спешишь. Все это… слишком для меня, – призналась Айрис. Ее шепот был едва слышен, а в глазах закипали слезы.

Этот сильный мужчина, рядом с которым ей всегда было так уютно и покойно, теперь заставлял ее чувствовать себя слабой и беспомощной.

Лукас наклонился и запечатлел на губах жены самый нежный поцелуй, на который был способен. Потом его губы легонько коснулись ее век и висков.

– Я никогда не сделаю тебе больно, милая.

– Сделаешь. Мама так сказала.

– Твою мать вряд ли можно считать надежным советчиком в такого рода делах. Ведь она замужем за твоим отцом.

Его слова были не лишены смысла, и все же…

– Бабушка Гарриет и Тея сказали то же самое. В первый раз бывает больно, да и потом… тоже.

– Дьявол! Боли, наверное, совсем не избежать, но я попытаюсь облегчить ее, как могу. Я не позволю тебе страдать, милая. Ты должна мне поверить. Я хочу доставить тебе удовольствие, а не страдание.

Айрис ощущала его вибрирующее от едва сдерживаемого желания тело и его мужское естество, прижатое к ее бедрам, и… она поверила Лукасу. Немного расслабилась, но все же не могла набрать в легкие достаточно воздуха. Должно быть, Лукас почувствовал состояние жены. Он перекатился на бок, не отпуская Айрис от себя, чтобы она могла перевести дыхание.

– Вот если бы ты меня поцеловал… – робко предложила она.

Лукас негромко хохотнул.

– Да, наверное, это поможет. – Отпустив запястье жены, Лукас легонько провел пальцами по линии ее бедер и талии, а потом положил ладонь на ее грудь. – Я так долго хотел тебя, милая, что теперь еле сдерживаюсь, чтобы на тебя не наброситься.

Услышав в голосе Лукаса досаду, Айрис улыбнулась:

– В какой-то момент мне показалось, что именно это ты и собираешься сделать.

Лукас нахмурился, сдвинув свои темные брови:

– Мне жаль, любовь моя. Я постараюсь умерить свой пыл. – Подняв руку, Айрис разгладила морщинки на лице мужа.

Его обещание рассеяло остатки ее страха.

– Умерь, но не слишком, – прошептала она.

Лукас улыбнулся, а потом накрыл губы жены своими. У них был все тот же острый мужской привкус. Лукас слегка нажал на губы жены, и она тотчас же приоткрыла их навстречу поцелую. И тут же погрузилась в мир наслаждения, которое умел дарить ей Лукас. Он почти не двигался, лежа рядом с ней, лишь его поцелуй становился все более глубоким и страстным.

Вскоре Айрис уже нетерпеливо выгибалась. Ей хотелось ощутить руки мужа на своей груди, и она попыталась дать это понять, развернувшись к нему всем телом. Приняв приглашение, он принялся нежно поглаживать ореол вокруг затвердевшего соска. И его недолгое облегчение сменилось острым желанием.

Айрис нехотя оторвалась от мужа.

– Еще. Пожалуйста. Мне нужно что-то еще.

– Что ты хочешь, милая? Скажи мне.

Лукас наверняка знал, чего именно она хочет. Ведь он обладал гораздо большим опытом. Айрис в смущении замотала головой, отказываясь дать ответ.

Тихонько засмеявшись, Лукас оперся на локти, продолжая ласкать грудь жены.

– Этого ты хочешь?

– Да. – Это было так чудесно, но все же недостаточно. – Нет…

Взяв сосок девушки двумя пальцами, Лукас осторожно потянул за него, и Айрис выгнулась ему навстречу.

– Лукас.

– А… Так вот, значит, что ты хочешь?

– Да. Да. Да. Сделай так еще раз. Пожалуйста.

И Лукас выполнил ее просьбу. Снова и снова. Он пощипывал и покусывал каждый сосок, а потом стал нежно мять его в пальцах. Низ живота Айрис обожгло огнем, и ее вдруг охватило необузданное желание. И вновь на ее глаза навернулись слезы. Только на этот раз не страх был тому виной. Айрис не могла описать охватившее ее чувство. Ей хотелось чего-то страстно и неудержимо, но она не знала, о чем просить. Внезапно она вспомнила, как это было в экипаже.

– Дотронься до меня. Там. Ты помнишь?

Ее голова металась по подушке. В затуманенном сознании появилась мысль о том, что настоящие леди так себя не ведут, но это вдруг стало ей безразлично. Ей нужны были лишь прикосновения Лукаса. Сейчас. Она их хотела. Только их, вопреки всему.

Лукас повиновался, хрипло пробормотав что-то. Айрис ощутила сначала легкое, а потом более настойчивое прикосновение его пальцев. Она закричала от неожиданного вторжения в святая святых, а все ее тело содрогнулось от ужаса и невыразимого наслаждения. Ощущение было настолько чудесным, что Айрис едва не лишилась чувств.

– Лукас! Да. О, прошу тебя! Да. Это так волшебно. Не останавливайся. Прошу тебя, не останавливайся.

И Лукас снова повиновался. Его пальцы продолжали творить чудеса, пока Айрис не онемела от охвативших ее эмоций и ощущений. Сначала она попыталась отстраниться, ощутив боль, но потом забыла обо всем на свете, когда ее подхватила и понесла куда-то ввысь волна ни с чем не сравнимого наслаждения.

Все тело девушки, от макушки до кончиков пальцев, было натянуто как струна. Она вцепилась пальцами в простыню. Ей казалось, что она вот уже несколько часов висит над бездонной пропастью. Она все умоляла Лукаса о чем-то, не узнавая своего хриплого от вожделения голоса. А потом она запрокинула голову и отчаянно закричала.

Лукас же продолжал свои ласки до тех пор, пока Айрис не начала брыкаться, стараясь как можно сильнее прижаться к терзающей ее плоть руке и в то же время уклониться от нее. Наконец ее тело окончательно обмякло.

Айрис лежала и смотрела в потолок. Она была ошарашена, оглушена. Как она могла бояться этого ощущения? Как могла думать, что нужно дождаться ночи, чтобы испытать нечто подобное? Слезы текли по ее щекам. Девушка выпустила из рук простыню и погладила мужа по плечу. Она заглянула ему в глаза и улыбнулась сквозь слезы:

– Спасибо.

В глазах Лукаса читалось удовлетворение. Он был доволен тем, как отвечала ему его жена.

– Спасибо, милая. Ты с такой готовностью отдавалась мне, что я едва не задохнулся от счастья.

Он наклонился и поцеловал жену. Его тело было все еще напряжено от желания, и Айрис почувствовала это.

– Ну что? Ты покончила со своими страхами? – Айрис лишь кивнула, не в силах произнести ни слова.

– А теперь я могу на тебя наброситься?

Озорные искорки в глазах Лукаса не смогли замаскировать серьезности его вопроса. Лукас хотел знать, доверяет ли ему его жена.

И вновь Айрис закивала, только теперь к жестам прибавились и слова.

– Я не могу представить что-то еще чудеснее.

Айрис действительно не представляла этого после того, что недавно испытала.