Его жена и любовница

Глава 22

Лукас увидел, как Ярдли касается щеки его жены, и графа охватила слепая ярость. Теперь-то он не позволит мерзавцу еще раз дотронуться до нее. Лукас стремительно пересек комнату и ударил Ярдли с такой силой, что тот, рухнув на пол, тут же потерял сознание.

Сосредоточивший все свое внимание на Ярдли, граф не ожидал нападения со стороны леди Престон. Но она налетела на него, словно дикий зверь.

– Ублюдок! Ты все испортил! Но на этот раз я не позволю тебе уйти!

И тут Айрис, вскочив с кушетки, с силой ударила леди Престон кулаком в лицо.

– Не смей трогать Лукаса, змея!

Удар Айрис, конечно, не шел ни в какое сравнение с ударом боксера, и все же он сбил леди Престон с ног. Женщина покачнулась и рухнула на стул, на котором только что сидела. Ножки стула не выдержали и подломились, так что леди Престон оказалась на полу.

Айрис посмотрела на мужа круглыми; словно блюдца, глазами и пролепетала:

– Я еще никогда никого не била.

Леди Престон попыталась встать, но запуталась в юбках. А в следующую секунду в комнате появился виконт Рейвенсвуд. Он подошел к негодяйке и бесцеремонно поднял ее, крепко держа за руки. Она взглянула на виконта своими узкими, словно у ядовитой змеи, глазами.

– Отпусти меня, животное.

Угрожающе сдвинув брови, Айрис шагнула навстречу обидчице. При этом она совсем не обращала внимания на то, что едва держится на ногах.

– Я сейчас снова ударю ее!

Однако Лукас не позволил жене подойти близко к этой гарпии. Он взял ее за руки и привлек к себе, но этого оказалось недостаточно. Ему необходимо было заключить Айрис в объятия и прижать к груди крепко-крепко. Впрочем, и этого было мало. Ему хотелось, чтобы она оказалась в его постели обнаженная. Ничто другое не смогло бы прогнать страх, мучивший его с того самого момента, как он узнал об исчезновении Айрис. Лукас попытался заговорить, но не смог вымолвить ни слова. Он мог лишь сжимать жену в объятиях и наслаждаться чудесным ощущением ее близости.

Айрис тоже обняла мужа.

– Я знала, что ты придешь, Лукас.

– Я едва не опоздал. – При мысли о том, что он мог бы опоздать, Лукас содрогнулся. – Этот мерзавец хотел тебя ударить.

Айрис кивнула:

– Знаю. Леди Престон хотела запятнать твою и мою репутацию. Это было частью ее плана.

– Я слышал. – Сердце Лукаса наполнилось яростью, когда он посмотрел наледи Престон.

Шантажистка поняла, что творится в душе Эштона. Она вздрогнула под его взглядом и с новой силой принялась вырываться из рук Рейвенсвуда. Однако великан с силой встряхнул ее и что-то тихо сказал. На лице леди Престон отразился ужас, и она тут же оставила попытки освободиться.

– Где Дрейк? – тихо спросила Айрис.

– На улице. С теми, кто охранял дом, и с нашим бывшим слугой.

Лукас попытался отослать Дрейка с женой домой, но Тея захотела остаться в доме Эштонов и дождаться возвращения сестры. Лукас не спорил. К счастью, миссис Дрейк не стала настаивать на том, чтобы вместе с мужчинами отправиться на поиски Айрис. Скорее всего подобная мысль просто не пришла ей в голову, иначе она непременно пошла бы с ними.

Айрис тихонько вздохнула и проговорила:

– Перед тем как выпить ликер с добавленным в него снотворным, я вспомнила, что видела этого человека в коридоре в тот день, когда отправилась читать на крышу. Думаю, именно он виноват в том, что тогда произошло.

– Да, он был в числе слуг, которых я взял с собой в поместье.

– Поэтому ему и удалось запереть Айрис на крыше, – сказал Рейвенсвуд.

Айрис снова вздохнула, и Лукас, чуть отстранившись, заглянул ей в лицо:

– Дорогая, с тобой все в порядке? – Айрис улыбнулась:

– Да, ведь ты со мной. Я знала, что ты найдешь меня, Лукас.

Ее вера в него растопила в душе графа холод, вызванный ее исчезновением.

– Но как мы с ними поступим? – спросила Айрис, указывая наледи Престон и лежавшего без чувств Ярдли. – Они слишком опасны, и мы не можем их отпустить, не обеспечив твою безопасность. Леди Престон сошла с ума от ненависти к тебе, любовь моя.

– Пожалуй, я убью Ярдли на дуэли.

Леди Престон ахнула, но Лукас не обратил на нее никакого внимания. Его больше интересовала жена, отрицательно качающая головой.

– Думаю, не стоит. Ведь после этого тебе придется покинуть страну, а мне, в отличие от матери, вовсе не хочется путешествовать по континенту. – Внезапно в глазах Айрис заплясали искорки. – О, я знаю, что с ними делать!

Лукас очень надеялся, что для воплощения в жизнь идеи его жены не потребуется много времени. Он хотел поскорее оказаться дома, в постели.

– И что же?

– Ты знаешь, что виноват в смерти жениха леди Престон? Это случилось в конце войны с Бонапартом. Он был шпионом.

По спине Лукаса пробежал холодок, а в душе всколыхнулось чувство вины. Значит, это из-за него Айрис терпела издевательства и подвергалась опасности.

А Айрис тем временем в задумчивости продолжала:

– Думаю, леди Престон совсем не понравится, если в обществе станет известно, что когда-то она была помолвлена с врагом Англии.

– Вам никто не поверит! – заявила леди Престон. Айрис с презрением посмотрела на шантажистку.

– Вы так думаете? Вы совершаете большую ошибку, недооценивая влияние Святого и его жены. Мне поверят. Более того, общество не останется в стороне. Как только станет известно, что вы помогали своему дражайшему жениху в его темных делах, двери всех домов закроются перед вами. Кое-что общество может простить. Но воспоминания о войне еще слишком свежи, и вряд ли кто-то отнесется с сочувствием к женщине, запятнавшей себя предательством.

– Я ему не помогала.

– Но ведь это всего лишь ваши слова, леди Престон, – жестко сказала Айрис.

Леди Престон поджала губы.

– Думаете, меня очень заденет, если вы обнародуете эту глупую историю? Мне, в отличие от вашего Святого, все равно, что думает общество.

– Одно дело – иметь репутацию легкомысленной вдовы, но совсем другое – бывшей шпионки. Вас не пустят ни в один приличный дом, с вами даже перестанут здороваться при встрече.

Леди Престон заметно побледнела, но все же презрительно фыркнула.

– Мне все равно!

– Нет, не все равно, – заявил Лукас.

Его мать очень напоминала леди Престон, хотя и не была такой злобной. Она не боялась заработать дурную славу, рассчитывая при этом на то, что общество все же не отвергнет ее. Его матери была необходима сцена, на которой можно играть, и леди Престон мало чем от нее отличалась.

– Вы говорите, что не помогали своему жениху, но сплетники станут утверждать другое, – безжалостно проговорила Айрис. – Они с готовностью будут смаковать подробности вашего грехопадения, если эти подробности будут преподнесены сильными мира сего. Ваше слово будет против титулов моего мужа и брата, так что вам никто не поверит.

– Чего же вы хотите? – спросила леди Престон.

– Многие из высшего общества сочли за благо отправиться в путешествие на континент теперь, когда война окончена. А кое-кто из них решил остаться там навсегда. Думаю, вы захотите стать одной из них, леди Престон. Пока вы остаетесь за пределами Англии, мы будем хранить вашу тайну.

– Я вижу, вы тоже знаете толк в искусстве шантажа, леди Эштон.

Айрис пожала плечами:

– Я просто делаю то, что должна.

– А я, значит, должна отправиться в добровольное изгнание на континент?

– Да, если хотите сохранить вашу тайну.

Леди Престон гневно взглянула на Лукаса, а затем на Айрис.

– Что ж, мне все равно надоела лондонская скука. Не помешает сменить обстановку.

– Лукас… – Айрис взглянула на мужа.

– Да, дорогая?

– Думаю, твой стряпчий согласится заняться продажей поместья леди Престон на севере. Мы же не хотим, чтобы в один прекрасный день она вернулась.

– Я поговорю с ним.

Леди Престон ничего не сказала, всем своим видом показывая, что ей нет никакого дела до планов графа.

– А что делать с Ярдли? – спросила Айрис.

Лукас гневно взглянул на негодяя, пытающегося пошевелиться.

– Ты уверена, что мне не следует убить его?

– Думаю, нам стоит проявить великодушие, любовь моя. Разве мы не можем предложить ему тот же вариант?

– Жизнь на континенте или смерть в Англии? – спросил Лукас.

Лежавший на полу Ярдли вздрогнул, и граф понял, что его слова услышаны.

– Да. Я думаю, так мы и поступим. – Айрис повернулась к брату, молчавшему на протяжении всего разговора: – Как ты думаешь, Джаред?

От улыбки Рейвенсвуда повеяло холодом.

– Отлично придумано, сестренка, но, на мой взгляд, континент – слишком близко. Я бы предпочел посадить их на один из кораблей Дрейка и высадить на каком-нибудь острове в Вест-Индии. Ярдли – всего лишь баронет. Если у него нет наследников, мы могли бы продать и его поместье. В любом случае я лично отправлюсь сопровождать их к новому месту жительства.

Лукасу понравилось предложение шурина.

– Что ж, прекрасно.

Ярдли встал на колени, а потом с трудом поднялся на ноги.

– Эй вы, послушайте! Я вовсе не собираюсь жить на острове, населенном дикарями.

– Я тоже не поеду в Вест-Индию! – Леди Престон больше не могла создавать видимость безразличия.

– Корабли Дрейка ходят также и в Америку. Мы можем высадить вас там, – великодушно предложил Рейвенсвуд.

– Или я вас убью, Ярдли, – добавил Лукас, прекрасно понимая, что его голос и выражение глаз свидетельствуют о серьезности намерений.

Этот мерзавец посмел дотронуться своими лапами до Айрис! Он должен был благодарить судьбу за то, что все еще способен дышать!

Леди Престон взглянула на Ярдли. От ее самоуверенности почти не осталось следа.

– Наши жизни загублены, и я хочу начать новую. Дело вовсе не в угрозах леди Эштон, просто меня больше ничто здесь не держит.

– Ты думаешь, я поеду с тобой? – спросил Ярдли. Леди Престон пожала плечами:

– Это твой выбор. Но если ты останешься, тебе придется столкнуться кое с чем похуже, чем потеря положения в обществе.

Лукас гадал: как долго эти двое продержатся вместе после того, как покинут борт корабля?

Ярдли тяжело опустился на стул и спрятал лицо в ладонях.

– Хорошо, я поеду.

Дрейк привел бывшего слугу и тех, кто охранял Айрис. Было решено: наказанием за их участие в кознях леди Престон будет работа на кораблях под надзором Дрейка. Затем Дрейк уехал вместе с Рейвенсвудом, чтобы привести план в исполнение, а Лукас повез жену домой.

Проходя мимо леди Престон, Айрис остановилась и указала рукой на темное пятно под правым глазом женщины:

– Похоже, у вас будет здоровенный синяк. Надеюсь, пассажиры корабля не подумают, что вас избил Ярдли.

В экипаже Айрис крепко прижалась к Лукасу. Она еще не совсем оправилась от действия снотворного, чтобы поддерживать беседу. Лукас не возражал. Он был счастлив тем, что мог держать жену на коленях и крепко сжимать в объятиях. Приехав домой, они нашли Тею и Пэнси в спальне Айрис. Женщины сидели, заперев дверь на ключ.

– Твой муж не знал, кому из слуг можно доверять. Он позволил мне остаться с тем условием, что я вместе с Пэнси запрусь в твоей спальне, – пояснила Тея, порывисто обнимая сестру.

Успокоив Тею, Айрис обняла плачущую служанку.

– Не бойся, Лукас сможет всех защитить.

– Но я не смог защитить тебя, милая. – Айрис пристально посмотрела на мужа.

– Ты не виноват в том, что Тимоти подсыпал мне снотворного, а потом похитил. Никто не подозревал, что он заодно с этой гарпией.

– Значит, во всем виноват Тимоти? – спросила Тея.

– Да, – кивнул Лукас. – Леди Престон устроила так, чтобы он получил место в моем доме и шпионил за мной. Это он ввел Айрис в заблуждение относительно того, что у меня есть любовница. И он узнал правду о браке ее родителей.

– Он сообщал леди Престон обо всем, что происходит в доме, а потом похитил меня, – добавила Айрис.

– Но зачем нужно было похищать тебя? – недоумевала Тея.

Айрис принялась рассказывать сестре о коварном плане леди Престон. Но тут Лукас не выдержал и в ярости воскликнул:

– Нужно было убить его!

Айрис положила ладонь на плечо мужа.

– Все хорошо, дорогой. Со мной ничего не случилось, и мы вместе очень ловко от них избавились.

Теперь во взгляде графа появилась беспощадность, и Айрис отступила на шаг назад.

– Лукас, что с тобой?

– Он хотел избить тебя! – Лукас попытался обуздать ярость, так напугавшую Айрис. – Видишь ли, милая, я ужасно боялся за тебя.

– Но я в полном порядке. Хотя, честно говоря, очень устала. – Айрис зевнула и поспешно прикрыла рот ладонью. Она действительно очень устала.

Тея тоже зевнула, потом спросила:

– Как вы поступили с леди Престон и лордом Ярдли? – Лукас рассказал о плане действий.

Леди Дрейк утвердительно кивнула:

– Надеюсь, Джаред высадит их на необитаемом острове без всякой надежды на спасение.

– А я бы совсем не возражала, если бы его сиятельство вообще выбросил их за борт, вот! – заявила Пэнси.

Айрис прекрасно понимала, почему ее сестра и служанка настроены столь решительно, но сама она была не в состоянии испытывать какие-либо эмоции. Действие снотворного совсем лишило ее сил. Айрис хотелось сейчас лишь одного – оказаться в постели подле Лукаса.

К счастью, вскоре приехал Дрейк. Он оставил шантажистов под надежной охраной на одном из своих складов, а Рейвенсвуд отправился в гостиницу готовиться к отплытию. Дрейк забрал жену домой, пообещав рассказать то, что упустили Лукас и его жена. Айрис отослала Пэнси спать – она хотела, чтобы ко сну ее приготовил муж.

Проводив Тею и Дрейка, Лукас вошел в спальню Айрис, и она тотчас же ощутила, как по ее телу пробежали мурашки.

Вплотную подойдя к жене, граф остановился.

– О, дьявол! Не хотелось бы мне еще раз пережить такую ночь, как эта.

Айрис отчаянно хотелось, чтобы муж обнял ее.

– Мне тоже.

С каким-то животным стоном Лукас подхватил жену на руки и понес в свою спальню. Пэнси зажгла камин, и теперь он освещал комнату тусклым светом. Не зажигая свечи, Лукас принялся раздеваться.

Айрис оказалась не в силах проделать то же самое. Она словно загипнотизированная смотрела на мужа. Очевидно, снотворное все еще давало о себе знать. Вскоре полностью обнаженный, с подрагивающей от напряжения плотью, Лукас подошел к жене и начал снимать с нее одежду. Айрис же стояла словно тряпичная кукла – не оказывая ни сопротивления, ни содействия.

Полностью раздев жену, Лукас подхватил ее на руки и осторожно опустил на середину кровати. А потом лег на нее сверху, придавив к матрасу. И тотчас же оба задрожали, стараясь покрепче прижаться друг к другу.

– Я люблю тебя, Лукас, – прошептала она. Лукас тихо застонал.

– Скажи это еще раз, любимая.

– Я люблю тебя, Лукас. Я люблю тебя. Люблю, люблю… – Айрис продолжала повторять слова любви, в то время как граф покрывал ее тело поцелуями, говоря о своих чувствах без помощи слов.

Когда же его губы принялись ласкать ее грудь, Айрис забыла об усталости и выгнулась под ним.

– О, любовь моя, пожалуйста, поцелуй меня еще раз! – взмолилась Айрис.

Лукас стал целовать и легонько покусывать ее соски, и тело Айрис пронзило наслаждение, граничившее с болью. Она запрокинула голову, и ее волосы разметались по подушке. Затем Лукас спустился ниже; теперь он целовал живот жены. Ноги Айрис сами собой раскинулись в стороны, и она со стоном выдохнула:

– О, Лукас, что ты со мной делаешь?

Они были близки и раньше, но тогда Айрис не испытывала ничего подобного. Она чувствовала, что все ее тело натянуто, словно тетива лука. Она отчаянно пыталась дотронуться до мужа, но он спускался все ниже и ниже, и наконец его губы оказались там, где она и хотела. Хотя нет, нет… Она не могла желать ничего подобного. Только не там. Наверняка Лукас не хотел ничего подобного. Но нет, его язык уже ласкал ее. Айрис вскрикнула и попыталась сжать бедра. Но рука мужа не позволила ей этого. Его ласки оказались необыкновенно сладостными. Прежде она ничего подобного не испытывала.

– Лукас, ты не должен этого делать. Я не могу… – Не выдержав, Айрис закричала, выплескивая наслаждение со слезами, струившимися по ее вискам.

А Лукас продолжал свои мучительные ласки до тех пор, пока Айрис еще раз не содрогнулась всем телом. А потом она обмякла, словно тряпичная кукла, и заснула под слова любви, нашептываемые мужем ей на ухо. Она засыпала с ощущением, что что-то все-таки осталось незавершенным.

Лукас осторожно погладил молочную кожу жены, дожидаясь, когда она проснется. Сквозь щель в портьерах проникал свет, свидетельствовавший о том, что утро давно уже уступило место дню. Как бы ни возбужден был Лукас, он на удивление быстро последовал вслед за женой в царство Морфея. Он был удовлетворен уже тем, что Айрис сладко спала в его объятиях, поэтому и сам спокойно отдался сну.

Но теперь Лукас снова сгорал от желания. Он хотел вновь сказать Айрис слова любви. И он решил, что на сей раз заставит жену понять, что он любит именно ее, а не ту женщину, которая, по ее мнению, должна быть с ним рядом.

Ресницы Айрис дрогнули. Она открыла глаза, и ее губы растянулись в улыбке.

– Доброе утро, Лукас.

Граф нежно поцеловал жену в полураскрытые губы и прижался к ее бедру пульсирующей от напряжения плотью.

– Доброе утро, любимая. – Глаза Айрис расширились.

– Но ты же не… Прошлой ночью… – Щеки ее окрасил румянец, и она замолчала.

– Я сделал то, что сделал. Как ты можешь это отрицать, когда сама же закричала от наслаждения? – с улыбкой сказал Лукас.

Айрис закрыла глаза, но тут же снова открыла их. Теперь ее щеки приобрели оттенок спелой малины.

Неожиданно оседлав Лукаса, она провела ладонью по его груди и проговорила:

– А вы проказник, сэр. – Лукас весело рассмеялся:

– Дорогая, если уж ты решила дотронуться до меня, то есть место, которое гораздо больше заслуживает твоего внимания.

Айрис распласталась на груди мужа и прошептала:

– Вот это место? – Невинно хлопая ресницами, она прижалась своим лоном к плоти мужа.

И это ее прикосновение тотчас же заставило Лукаса забыть о смехе и неистово возжелать жену.

– Да, дорогая, да… Скажи, а что тебе снилось ночью? – Айрис застенчиво улыбнулась.

– Ты.

– Значит, ты не возражаешь против урока верховой езды? – Лукас осторожно, но решительно развел ноги жены в стороны.