Враг внутри

Глава 6.

Солнце только-только полезло над крышами, а я уже была на улице. Воздух тут был непривычным для меня. Влажный, тяжёлый, он проникал в легкие почти как жидкость. Каждый вдох отдавался в висках и я прибавляла темп, потому что знала, что если сбавлю, мысли снова начнут скрестись в голове, как запертые звери.

Музыка в наушниках поддерживала мою интенсивную пробежку. Я бежала по уже знакомым кварталам. Тут было тихо. Почти в каждом дворе кто-то высаживал цветы, поэтому в этом районе был яркий цветочный запах. Родители медленно тащили сонных детей в детский сад, а кто-то, быстро перебирая ногами, спешил на работу. Почти идиллия, но от этой тишины мне почему-то ещё громче слышались выстрелы из того бара. Я затрясла головой, сбрасывая эту картинку, и ускорилась ещё сильнее.

Меня приятно удивляло, что почти везде по улицам Носфорда были намечены беговые дорожки. Это удобно, никто никому не мешал. Привычная спортивная одежда, которую я привезла с собой, оказалась неподходящей для такого климата. Широкие штаны только сильнее разогревали тело. Пот стекал по спине, и футболка липла к лопаткам, но я не останавливалась. Мне необходимо было это чувство, когда мышцы горели, а голова наконец пустела.

Когда я сворачивала к магазину, ноги уже были тяжёлыми, зато в груди ощущалась лёгкость. Я вошла и взяла корзину. Медленно побрела между металлическими стеллажами. Овсянка, рис, вода, кусочек куриной грудки, кофе и молоко. Мой стандартный набор. Тот, который не подводил и не требовал думать. Мне было абсолютно всё равно, что последние несколько лет моим главным разнообразием в еде была только пицца. Да и то — по праздникам. Я проходила мимо кассы, и взгляд сам зацепился за шоколадку. На секунду я замерла. В голове я решала, позволять себе что-то обычное или нет. В итоге, сдавшись, я кинула её в корзину.

Теперь я себе это разрешаю.

Через двадцать минут я уже открывала входную дверь. Дома я разложила продукты, скинула потную одежду и бросила ее в корзину для стирки. В зеркале увидела привычную картину: тёмные волосы смялись от пучка, шрам на боку чуть розовел и напоминал мне, что я выжила. Улыбнулась ему, как старому знакомому, и зашагала в душ. Тёплые струйки смывали пот, но не смывали напряжение. Оно оседало где-то между лопаток.

Натягивая чистые вещи, я смотрела на телефон. Сообщение от той конторы всё ещё висело на экране:

«Подъезжайте сегодня в 18:00».

Я кивнула сама себе, будто подтверждая, что да, я пойду. Просто если я сегодня никуда не пойду, то сяду на пол и буду сидеть, пока тишина не начнёт кричать. Ещё одним решением этой проблемы было то, что я обещала в скором времени зайти в гости к дяде Филиппу.

Такси медленно тащилось по центру в пробке. Я смотрела в окно на то, как город менял маски. Спальные кварталы сменялись стеклянными высотками, улицы становились шире, а людей всё больше. Здание, к которому меня подвозили, выглядело чистым, даже слишком правильным и охраняемым для обычной конторы. На вывеске значилось название компании — «Phoenix Arm».

У входа стояли двое в костюмах, но они не выглядели как секьюрити из ТЦ. У них была военная выправка, их взгляды скользили по каждому посетителю, а камеры висели так, что слепых зон тут почти не было. Я считывала это мгновенно, как старую привычку. Оценивала угрозы, искала пути отхода, отмечала, где спрятаны эвакуационные выходы. Я одернула себя. Тут нет опасности.

Сейчас мне нужно просто пройти через дверь и сказать: «Я на собеседование».

Я подошла к стойке администрации.

— Я на собеседование, на 18:00.

Администратор кивала, будто ждала именно меня:

— Да-да, сейчас за вами спустятся.

Я медленно отошла к окну, чтобы не мешать проходящим мимо людям. Старалась сбросить тяжёлое напряжение, но пальцы сами сжимались в кулаки. Я ненавижу ждать. Ненавижу чувствовать себя как на витрине.

Солнце ложилось на панорамное стекло, освещая современное помещение, в то время как лифт звякнул, а двери разъехались. Оттуда буквально вылетел парень. В одной руке стакан, в другой ноутбук, который вот-вот улетит, телефон был прижат к плечу.

— Нет-нет-нет, не трогай сервер! Особенно красную кнопку! Какая красная?! Если ты её видишь — значит, уже поздно! — он резко выдохнул и сбросил звонок, тут же задев меня плечом. Крышка стакана слетела, по полу растекались капли кофе. Парень на несколько секунд замер. Он смотрел на пятно, а потом на меня.

— Очень эффектное знакомство, — сказала я ровно, пытаясь показать, что столкновение меня не потревожило.

Он поморщился, но тут же расплылся в улыбке:

— Обычно я падаю позже.

Я едва приподняла бровь и из груди сам собой вырвался смешок.

— Сегодня у тебя прогресс.

— Именно! — он кивнул так, будто я только что сказала самый лучший комплимент в его жизни. — Я Раф, — протянул он руку.

— Ангелина.

Его ладонь была тёплой, а пальцы чуть дрожали, судя по всему, от вечной суеты. Он неожиданно перехватил мою руку крепче и начал разглядывать. По старой привычке я почти выдернула руку, но остановилась.

— Ого, да у тебя тут мозоли. Ты что, военная?

— Почему ты так решил? — я спешила раскрывать карты.

— Потому что у программистов таких не бывает, — он выставил свои ладони и крутил ими, будто демонстрировал экспонат. — Вот. Единственная травма на работе — ожог от перегретого ноутбука.

Я снова рассмеялась. Он так легко смахнул с меня напряжение, что я даже удивилась.

— О, а ты всё-таки умеешь улыбаться, — он прищурился, будто делал важное открытие.

— А военные не умеют?

— По твоему лицу казалось, что ты приехала кого-то арестовать.

— Возможно, — я сделала лицо максимально серьёзным.

Раф театрально поднял руки:

— Клянусь, это не я сломал принтер!

Качав головой в стороны, уголки моих губ всё равно ползли вверх.

— Ты к Диего? — спросил он.

Я задумалась. Не знаю, к кому я. Знаю только, что мне назначили собеседование.

— Не уверена. Мне сказали, что за мной спустятся.

— Тогда я тебе сочувствую. Потому что уже спустились, — он снова улыбнулся. — Сразу совет. Мистер Моретти любит задавать вопросы, на которые уже знает ответы.

— Зачем?

— Проверяет, будешь ты врать или нет, — он пожал плечами, будто это самая обычная вещь на свете.

Рядом зашипела рация и к нам подошёл охранник.

— Раф, господин Моретти ждёт.

— Уже иду-у, — он протянул последнее слово, будто пытаясь отсрочить неизбежное, а потом повернулся ко мне. — Идём.

Уже шагая к лифту, он наклонился чуть ближе:

— Ещё один совет. Не смотри ему в глаза.

— Почему?

— Он умеет читать мысли, — Раф захохотал, ловя на лету свой сползающий ноутбук и подмигнул. — Шучу. Или нет. Тут никогда не знаешь наверняка.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж. Ступеньки глушили шаги, под ногами был толстый ковёр, явно недешёвый. У входа в кабинет сидела секретарша. Единственная молодая девушка, которую я видела в этом здании. Она держала планшет, пальцы застыли над экраном, когда я появилась в проёме. Взгляд скользнул по мне сверху вниз и обратно.

Раф распахнул большую массивную дверь без стука. Я шагнула следом и сразу почувствовала, как изменился воздух. Здесь было прохладнее, пахло полиролью для дерева и чем‑то цитрусовым, будто тут специально распыляли аромат, чтобы скрыть запах денег и напряжения. Пол из тёмного дерева, доски были уложены ёлочкой, стыки идеально подогнаны. Панорамные окна не спасали светом. Кабинет оставался мрачным. На стенах не было ни картин, ни дипломов, только узкая полка папками в чёрных переплётах и часы с тихим тиканьем.

За столом сидел мужчина. Подвёрнутые рукава белой рубашки открывали сильные предплечья. Он не смотрел на нас. Дочитывал документ, ставил подпись и закрывал папку. Его движения были точные, уверенные и крайне медленные. Как будто моё время ничего не стоило.

— Ты опоздал на семь минут.

Глава 7.

— Она уже приехала? — голос Моретти прозвучал низко и ровно.

— Она уже здесь. — Раф чуть отступил, обозначая моё присутствие, и добавил с лёгкой ухмылкой: — Ангелина.

Диего наконец поднял взгляд. Повисли несколько секунд тишины. Он не спешил, и я тоже. Мы изучали друг друга, как противники, которые ещё не знали, будут ли драться.

Мне резко захотелось, чтобы Раф не уходил. От него хотя бы не хотелось сбежать.

Глаза у Диего были светло‑голубые. Это яркий контраст с тёмными волосами и тяжёлым взглядом. Он выглядел симпатично, но нутром я чувствовала угрозу. Не ту, от которой сразу тянешься к оружию, а ту, что пробиралась под кожу, когда кто‑то слишком точно считывал твои реакции.

— Спасибо, Раф. — кивнул Диего.

Раф хлопнул меня по плечу с усмешкой:

— Удачи.

И я едва заметно усмехнулась. Надеюсь, она мне не понадобиться.

Дверь закрылась и мы остались вдвоём. Диего медленно поднялся со стула. Он встал в полный рост и пространство вокруг будто сжалось.

Пару широких шагов — и вот он уже напротив, протягивая руку:

— Диего.

— Ангелина. — ответила я, и он кивнул.

Рядом с ним я неожиданно ощутила собственную хрупкость. Он посмотрел дольше обычного и, казалось, он вглядывался не в лицо, а отмечал вообще каждую мелочь во мне. Как я стою, куда смотрю, как держу плечи. Это длилось всего пару секунд, но возникло неприятное ощущение, что он уже сделал какие-то выводы.

Я в свою очередь, тоже начала изучать его. На воротнике его рубашки была лёгкая складка, на безымянном пальце не было кольца, зато на среднем — тонкое серебряное кольцо с матовой гравировкой, которую не разобрать с этого расстояния.

Неожиданно он прервал это молчание:

— Присаживайся.

Мы сели друг напротив друга. Между нами стол из тёмного дуба. На этой столешнице не было ни крошки, ни пятнышка, только тонкая линия стыка двух досок. Снова повисла тишина. Я глухо постукивала пальцами по ноге.

— Где вела службу? — он ударил прямо в цель. Я усмехнулась. Ну конечно. Подвох.

Ответ, кажется, интересовал его меньше, чем пауза перед ним. Я чуть наклонила голову в бок и положила руки перед собой на стол.

— Пытаешься меня завербовать?

Уголок его губ едва дёрнулся, но он не отступил:

— Нет.

Мы встретились глазами.

— Тогда зачем этот разговор? — спросила я, и он выдержал паузу.

Меня бесило, что он не торопился. Моя рука чуть дернулась, но я тут же потушила этот порыв. Нельзя, чтобы он видел, что я нервничаю. Хотя, я почти уверена, он уже считал даже мой контроль над собой.

— Мне интересно, сколько вопросов ты задашь, прежде чем поймёшь ответ.

Я рассмеялась. Коротко и сухо.

— А ты самоуверенный. Хотя уверенные люди не устраивают такие спектакли.

— Ты наблюдательна.

На мгновение он стал внимательнее. Словно мой ответ подтвердил что-то, что он подозревал с самого начала.

— Опасное качество?

— Для моих врагов — да.

Его глаза вновь стали ледяными.

Он проверяет меня, но зачем?

Будто отвечая на мой мысленный вопрос, он протянул мне бумаги. На верхнем листе были чёткие пункты: обязанности, зона ответственности, уровень доступа. В графе «оплата» — цифры, от которых хотелось хмыкнуть. Слишком много, чтобы это было просто за инструктаж.

— Условия и оплата. Если подойдёт, то позвони по номеру.

Я сделала вид, что бумаги мне неинтересны. Мой взгляд скользнул по столу и зацепился за шахматную доску. Фигуры были расставлены в середине партии. Белые были в слабой позиции, ладья чёрных выдвинута вперёд, ферзь белых открыт.

— Белые проигрывают через четыре хода. — бросила я и поднялась со стула.

Он проследил за моим взглядом.

— Играешь?

Я обошла стол, не торопясь. Пальцы скользили по краю столешницы, ощущая каждую выемку в древесине. Остановилась у доски, не отвечая на его вопрос. Передвинула ладью.

— Ты смотришь только на ферзя, а ладью не замечаешь. — я бросила на него последний взгляд и чуть улыбнулась. — Ты выбрал не ту соперницу, Моретти.

Я развернулась и пошла к двери. Услышала, как он сделал шаг к доске и проверил позицию. Понял, что я права. Ещё два шага — и он догнал меня. Твёрдо взял меня за запястье и я почувствовала его силу и тепло кожи.

— Запомни, я не люблю, когда мне врут.

Он всё ещё держал меня, сжимая чуть сильнее. Сердце на секунду сбилось с ритма, и это разозлило меня. Я легко дернула руку, ровно настолько, чтобы показать, что я не позволю ему держать меня дольше, чем сама решу.

— Тогда сам начни говорить правду. — я посмотрела ему прямо в глаза.

Секунду мы стояли так, но он первым отвел взгляд, давая понять, что в этом маленьком поединке он оставлял последнее слово за мной.

Я открыла дверь и едва не сбила с ног секретаршу. Она пошатнулась, планшет выпал из рук и с глухим стуком ударился о пол.

— Присмотрись к своему персоналу. Непрофессионально подслушивать чужие разговоры.

Я вылетаю вниз по лестнице, оставляя за спиной и кабинет и этот тяжелый, пропитанный властью воздух. Где-то позади тикали часы, будто отсчитывали, сколько секунд ему понадобится, чтобы понять, что я не та, кто будет играть по его правилам.

На улице пульс всё ещё колотился где‑то в горле. Я достала телефон и ткнула на контакт Софии.

Потянулись гудки.

— Да?.. — её голос был сонный, будто она только что уткнулась лицом в подушку.

— Семь вечера, Соня! Чем ты занималась, что проспала весь день?

Она зевнула, а потом вдруг расплылась в улыбке — я это услышала даже по голосу.

— Мы с Райаном гуляли. До самого рассвета, — промурлыкала она так, будто это было самое лучшее событие на свете.

Я вздохнула, но не от раздражения, скорее от того, как это не совпадало с тем, что сейчас крутилось у меня в голове.

— Я сходила на собеседование, и знаешь, это точно не обычная охранная фирма, — я шла к парку, а пальцы сильнее сжимали бумаги. — Офис в центре, в таком районе, где даже табличка на двери стоила как моя полугодовая зарплата.

— Стой! — в её голосе тут же щёлкнул интерес. — Если район такой дорогой, значит, и деньги должны быть сумасшедшие. Они тебя проверяли? Типа «покажи, что умеешь»?

Я прикусила губу.

— Не совсем. Скорее… дали понять, что уже всё проверили. У меня было такое чувство, будто они знают про бар. Про то, что было той ночью.

— То есть они тебя нашли? — прошептала она, и в этом шёпоте было столько восторга, что мне даже смешно стало. — Ангелина, это же как в кино!

— Только без музыки и без счастливого финала, — буркнула я. — Мне босс передал договор. Там цифры… с четырьмя нулями.

— Ты встретилась с бо‑о‑оссом, — протянула она, растягивая слова. — Ну и как он? Такой весь строгий, в костюме, как из «Пятидесяти оттенков»?

Я фыркнула, и мой смех вышел громче, чем хотела.

— Он не Кристиан Грей. Он… другой.

На секунду замолчала, я вообще не хотела поддерживать эту шутку.

— Слушай, — сказала я уже тише, — не хочешь пройтись? Хочу выговориться.

— Хочу! — тут же отозвалась она. — А я тебе расскажу про Райана. Всё‑всё.

Я закатила глаза, хотя она не видела.

— Может, не прям всё? — рассмеялась я. — Хотя ладно, рассказывай. Мне сейчас нужно что‑то… обычное.

Диего.

Раф зашёл в кабинет и плюхнулся на стул напротив, ухмыляясь.

— Ну как тебе она? Мне понравилась.

Я не ответил сразу. Смотрел на шахматную доску. Ангелина передвинула ладью. Один ход — и всё стало другим. Как будто она не просто двигала фигуру, а показывала, как она думает.

— Она точно не солдат, — сказал я наконец.

Раф приподнял бровь.

— А кто?

— Тот, кто не ждёт приказа. Кто сам решает, когда и куда бить.

Он коротко хмыкнул и задергал ногой.

— Ты это понял за десять минут?

Я только усмехнулся.

— Мне бы хватило пяти.

Он рассмеялся, но тут же стал серьёзным.

Глава 8.

Ангелина.

Поднимаясь домой, я заглянула в почтовый ящик. Там среди рекламных листовок выделялся плотный белый конверт с гербом суда. Я замерла и по телу прошёлся холодок. Это извещение. Спокойно.

Первая мысль пришла на удивление холодной — нужен адвокат. Следом пришла другая мысль: вот и последствия.

Чёрт… Ну почему я всегда нахожу себе проблемы на задницу?

Конверт отправился в сумку. Разбираться с ним сегодня я всё равно не собираюсь.

К ночи София наконец собралась. Мы пошли в торговый центр, который уже потихоньку заканчивал рабочий день. Продавцы поправляли товар на витринах, а свет становился мягче.

София тащила меня за руку, как в детстве, когда хотела показать самое важное. Новый камешек, жука или лужу, в которой отражалось небо.

— Сюда!

Неожиданно, она потянула меня в магазин белья. Я замерла в дверях.

— София, я не собираюсь мерить…

Она даже не остановилась, просто прошла дальше.

— Да ладно тебе! Смотри, вот это. Шоколадное. Кружево такое тонкое, будто его рисовали иглой.

Я невольно задержала взгляд. Да, красиво. Дерзко и нежно одновременно. Но цена на бирке заставила меня поморщиться.

— Слишком дорого.

— Ангелина, — она посмотрела на меня серьёзно, как будто собиралась сказать что‑то очень взрослое, — ты должна это купить. Ты не представляешь, как сильно красивое белье повлияет на твою сексуальность! К тому же, с теми деньгами, что тебе предлагают в Фениксе, ты скоро сможешь купить себе что угодно.

И вот тут меня зацепило. То, как легко она это произнесла. Как будто эти деньги уже были моими. Как будто я уже согласилась. Я ненавидела, что она права. Я уже успела представить, что можно сделать с этими деньгами. Закрыть долги. Перестать считать каждую покупку. Перестать жить так, будто завтра снова придётся всё бросить.

— Ладно, — пробормотала я, — но просто посмотрю!

София в итоге выбрала себе нежно‑розовое бельё. Оно удивительно ей подходило. Такое же осторожное и светлое, как всё, что сейчас происходило между ней и Райаном.

— Ты подходишь им идеально, — вдруг сказала она, пока мы стояли у кассы, — ты бесстрашная. Троих мужиков уложила, даже не вспотев. Если они тебя не возьмут, то будут локти грызть.

Я усмехнулась, но внутри что‑то потеплело. Приятно, когда кто‑то так в тебя верил. Даже если ты сама в себе сомневаешься. София расплатилась за своё бельё, а я так и вышла с пустыми руками. Вокруг уже темнело, город зажигал огни, и казалось, что день наконец сдавал свои права ночи.

Мой телефон завибрировал в сумке. Неизвестный номер.

«Ты зря его не купила, мышка».

Я застыла. София посмотрела на меня.

— Кто это? — спросила она тихо.

Я перечитала сообщение ещё раз. Вместо страха внутри вспыхнуло раздражение, а следом — азарт.

— Никто, — ответила я, но улыбка сама лезла на лицо, — почти никто.

Сообщение висело в моём телефоне уже сутки. Я то открывала его, то снова блокировала экран.

Там ни подписи, ни смайликов. Просто факт, брошенный в тишину. От этой лаконичности побежали мурашки. Кто-то следит за мной, кто-то знает, где я была и что рассматривала.