Мир Аматорио. Искушение
- -
- 100%
- +
Сегодня поверх ее школьной формы наброшен темный тренч, а загорелая шея обмотана бежевым шарфом. Черные локоны рассыпаны по плечам и груди. Одна из прядей падает на лицо, когда я торможу перед светофором.
Пользуясь случаем, убираю прядку и заправляю ей за ухо. Щеки Крис мгновенно вспыхивают, и я не могу скрыть, как всякий раз раздувается мое эго от ее реакции на мои прикосновения. Мне приятно наблюдать за ее румянцем и подрагивающими ресницами.
– Ты выспался? – спрашивает она и достает из ранца полупрозрачный блеск. Наносит его на губы, и в мои ноздри просачивается сладковатый ягодный аромат.
– После твоей фотки было проблематично уснуть, – ворчу я.
– Это всего лишь моя новая пижама.
– И ты в ней. – Загорается зеленый, и я вновь давлю на газ.
Крис – бесстыдница. Вряд ли те ничтожные кусочки ткани на снимке, который она прислала вчера, можно назвать «пижамой». Верх на тонких, почти незаметных бретелях облегал ее тело, а короткие шорты открывали длинные ноги. Ее волосы были собраны в пучок, повязанный лентой. Крис выглядела соблазнительно. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не соскочить с постели и не приехать к ней. Но я все-таки сдержался и пошел в душ.
Среди натянутых улыбок, фальшивого интереса и прочего дерьма, что излучали девушки, окружавшие меня, я наконец встретил ее. Ту, кто разжигает во мне нечто большее, чем банальное желание. Мне хочется кататься с Крис ночи напролет. Хочется пробираться в ее спальню, пока спит ее брат. Хочется засыпать и просыпаться с ней.
Черт возьми, пока я не узнал правды о ней – я столько раз ошибался. И на этот раз я обязан сделать все правильно. Крис того стóит. Даже если придется дрочить по два раза в день.
– Тебе не понравилось? – Крис нагло усмехается. – В следующий раз пришлю фото, как новая пижама смотрится на моем брате.
Смех застревает у меня в горле. Ох уж этот дерзкий язык!
– Я даже не хочу это слышать, – бормочу я. – Кстати, Даниэль отменил комендантский час?
– А у тебя есть планы? – Крис хитро прищуривается.
У меня всегда есть на нее планы. Но сегодня у меня встреча с Бромфилдом. Нужно ознакомиться с несколькими документами и подписать их. Хотя основная цель моего визита к адвокату заключалась в другом.
– Сегодня не получится встретиться после школы. Я кое-что придумал, чтобы наладить отношения с Кэшем. – Убираю руку с рычага передачи и кладу на бедро Крис. – Не будешь на меня обижаться?
– Серьезно? – обвиняющим тоном спрашивает она. – Думаешь, я не хочу, чтобы вы помирились? Вам давно пора высказать все друг другу.
Крис права. Как бы мне ни было хорошо с ней и как бы она не занимала целиком мою голову, но я по-прежнему не могу смириться с обидой брата на меня.
Наша взаимная ненависть преследует меня мрачной тенью и уже, черт побери, достаточно затянулась. Если бы мама была жива, она бы пришла в ужас, узнав, что ее дети готовы стереть друг друга в порошок. И она наверняка бы уже нашла способ погасить наш конфликт.
Но я не стану решать проблему дипломатически, как непременно сделала бы мама. Я придерживаюсь иной стратегии. Ничто так не сближает людей, как общий враг. Точно не помню, кому принадлежит эта цитата. Да и не важно. Главное, у меня и у Кэша есть причины ненавидеть семейного адвоката. И сегодня я собираюсь объединить наши усилия против него.
Приехав к академии, поражаюсь своей джентельменской выходке и открываю для Крис дверцу машины. Но все мои хорошие манеры тут же растворяются, когда я кладу обе ладони на задницу Крис и притягиваю ее к себе. Она обвивает мою шею, и я впиваюсь в нее поцелуем, наверняка не слишком пристойным для школьной парковки.
– У меня к тебе просьба, – говорю я, понимая, что скоро пора на урок, а я так и не сказал Крис то, что хотел с самого утра.
– Просьба? – она выгибает бровь.
– Завтра День рождения Кэша и Грейс. И я хочу, чтобы ты пошла со мной.
Глаза Крис взволнованно расширяются.
– Ты серьезно?
– Знаю, это будет чертовски пафосная и скучная вечеринка. И только ты можешь спасти меня. Иначе я сдохну от тоски.
Выражение лица Крис немного смягчается.
– А еще я хочу провести время с тобой, – признаюсь я. – Что скажешь?
– Скажу, что не могу… – Крис замолкает и поднимает руку, водя пальцем вдоль лацкана моего пиджака. – Не могу допустить, чтобы ты помер со скуки.
Я глупо улыбаюсь.
– Спасибо. Ты только что спасла мою жизнь. – Я тянусь к внутреннему карману пиджака и достаю кредитку. – Возьми.
– Что это? – Крис потрясенно смотрит на карту.
– По-твоему, на что это похоже?
– Это кредитка. Зачем она мне?
– Чтобы ты купила платье, туфли и все остальное. Дресс-код вечерний.
– Я не приму твои деньги. – Крис сердито отпихивает от себя карту. – У меня есть платье и туфли.
Я хмурюсь. Как объяснить, что ей будет неловко среди гостей в тряпках стоимостью в несколько тысяч?
– Я знаю, что у тебя есть платье и туфли. И уверен, что мне бы они понравились. Как и все в тебе. Но среди гостей будут…
– Десмонд, мне все равно, – возражает Крис. – Я не буду брать твои деньги, только чтобы угодить другим.
Я запрокидываю голову и выпускаю протяжный вздох. Эта девчонка разрывает меня своим упрямством.
Хотя, с другой стороны, я уже должен привыкнуть. Крис всегда отстаивает свою точку зрения. На самом деле это и зацепило меня. Она противостоит мне, а я все время хочу выяснить, как далеко могу зайти, чтобы сломить ее бунт.
Предпринимаю еще одну попытку впихнуть ей карту.
– Я выбрал для тебя несколько платьев в бутике знакомой моего отца. Просто примерь, хорошо?
Взяв ее за подбородок, приподнимаю ее лицо и провожу большим пальцем по щеке.
– Если не подойдет ни одно из них – тогда идешь в своем платье. Договорились?
– Хорошо. – Крис без удовольствия берет карту.
Еле сдерживаю победную улыбку в предвкушении, как Крис будет смотреться в платье, которое я выбрал. И как я буду его снимать. Идеально.
– Какое платье ты бы ни надела, надеюсь, оно сможет выдержать то, что я планирую с тобой сделать, – дразняще шепчу и улавливаю ее глубокий вздох.
Краем глаза замечаю, как рядом с нами тормозит черный внедорожник. Тонированное стекло опускается, и я вижу сидящего за рулем Кэша. Рядом с ним кто-то есть, и когда он вытягивает шею, чтобы получить более широкий обзор на нас в окне Кэша, я узнаю Стива.
– Жасмин, признайся, я лучше целуюсь, – слышу я голос брата.
Испытывая дикое раздражение, поворачиваюсь к нему, чтобы оскалиться в ответ, но меня опережает Крис:
– По десятибалльной шкале ты тянешь на восьмерку.
Стараюсь сделать вид, что меня это не застало врасплох. Не ожидал, что Крис так откровенно заявит об этом. Она отходит от меня и с нарочито скучающим видом приближается к внедорожнику Кэша. Остановившись со стороны водителя, Крис бросает взгляд на брата и небрежно вскидывает подбородок.
– Тебе нужно поработать над техникой, Кэш. Знаешь, в чем твоя основная ошибка?
Стив испускает смешок, предвкушая занятное зрелище. Его любимое увлечение. Как и у многих в «Дирфилде». Все мы здесь не прочь поразвлечься.
– Ты забываешь, что целуешь девушку, а не взбиваешь языком крем для торта, – тоном знатока сообщает она.
Кэш не издает ни единого звука, и его суровое молчание говорит за себя. Смешок Стива перерастает в хохот, а я довольно улыбаюсь. Брат заслужил.
– Увидимся в кафетерии. – Крис подмигивает мне и улыбается.
От ее ослепительной улыбки и соблазнительной походки меня бросает в жар. Крис проходит мимо, и я оборачиваюсь через плечо, чтобы полюбоваться ее аппетитной попкой. А еще тем, как она покачивает бедрами. Волосы, рассыпанные по спине, пружинят в такт шагам. Когда ее фигурка скрывается среди учеников в школьном лобби, я перевожу взгляд на Кэша.
Он выбирается из машины, и я обнаруживаю, что его рубашка измята, а пиджак отсутствует. Судя по всему, мелкий говнюк даже не потрудился заехать домой переодеться перед занятиями. Похоже, сегодняшняя ночь была у Кэша довольно насыщенной.
– Нам нужно поговорить. – Я не свожу с него взгляда.
– Стив, ты ничего не слышал? Мне померещился какой-то звук. – Кэш делает вид, что не видит меня. – По-моему, кто-то перднул.
Я закатываю глаза. Ха-ха, очень смешно. Ты не в начальной школе, придурок.
– Хочешь наведаться к Бромфилду? По личному делу. – Я складываю на груди руки.
На лице Кэша не отображается никаких эмоций, но я знаю, что внутри него сейчас начинается шторм. Кэш ненавидит нашего семейного адвоката.
Все началось, когда Бромфилд пытался уговорить отца заключить сделку с Блаунтом-старшим. Фактически адвокат дал «добро» на снятие с Блаунта обвинений в изнасиловании Ким.
Пока я был во Франции, до меня доходили слухи, что Кэш пытался расправиться с Бромфилдом – брат нападал на адвоката, требовал от отца уволить его. Но все было бесполезно и оборачивалось против него.
– Что ты задумал? – едва слышно спрашивает Кэш.
Я прищуриваюсь и смотрю на него: он всерьез решил, что я расскажу? Чтобы он потом провернул все в одиночку? «О нет, брат. Мы оба в деле».
– Узнаешь на месте. Ты со мной или нет?
Кэш продолжает пялиться, его лицо по-прежнему нечитаемо. За долю секунды беспокойство охватывает меня – вдруг откажется? И продолжит провоцировать меня, забавляясь моими вспышками гнева. Конечно, я могу себя контролировать. Но когда разговор заходит о Кристиане, мне трудно сохранять холодный рассудок.
– Я в деле, – Кэш наконец соглашается. – Каков план?
Не могу скрыть довольную улыбку. Я рад, что брат принял мое предложение.
– В три у адвоката, – говорю я и, развернувшись, иду на урок.
Глава 7
Я жду Кэша, припарковавшись на одной из узких улочек в старинном квартале Бэк Бэй. По обе ее стороны располагаются примыкающие друг к другу дома из красного кирпича в григорианском стиле, оживленные зеленью высоких деревьев.
Идеальное место для тех, кто любит городскую романтику. И чей банковский счет состоит как минимум из девяти цифр: каждый из таких домов стремится превзойти другой по цене. И в одном из них живет и работает Альфред Бромфилд.
Сбоку от меня раздается быстрый стук по стеклу. Повернувшись, обнаруживаю давнюю знакомую – Берту Блэквуд. Она учится в Бостонской академии искусств, с детства посещает театральный кружок, а еще отлично играет в покер, умело скрывая истинные эмоции. И сегодня мне пригодятся ее навыки, потому что именно Берте достанется основная работа.
Я выбираюсь из машины и приветствую ее. Боковым зрением замечаю слева от себя движение и, обернувшись, вижу приближающегося Кэша.
Не обращая на меня внимания, брат оценивающе рассматривает девушку. Судя по тому, что его взгляд задержался дольше обычного, – увиденное пришлось ему по вкусу: светлые волосы Берты собраны на затылке, крупные локоны обрамляют лицо с тонкими чертами, а в серых глазах мелькают золотистые штрихи, из-за чего они выглядят необычно.
– Берта, познакомься, это Кэш – мой младший брат, – сообщаю я. – Кэш, это Берта – «твоя девушка» на этот вечер.
– Только на вечер? – нагло спрашивает брат.
– Только на вечер, – сухо повторяю я. – И если вздумаешь поспорить, будешь иметь дело с парнем Берты.
– Для меня это не проблема, – возражает Кэш, и на этот раз Берта выпускает смешок.
– Осторожнее, mon cher, – предупреждает она. – Комната Сая обставлена кубками по боксу.
Дерзкая ухмылка Кэша моментально тускнеет.
В течение нескольких минут я объясняю, что должны сделать Кэш и Берта, и брат, как обычно, не может удержаться от кучи вопросов.
– А почему тебе не сыграть парня Берты? – любопытствует он.
Честно говоря, мне не хочется, чтобы Крис узнала, что я буду чьим-то «парнем». Пусть и фальшивым. Я прекрасно помню ее реакцию на то, как бросил ей вызов, флиртуя с девушкой после гонок в «Саффолк-Даунс».
Разумеется, Кэш не должен знать эту причину. Поэтому я называю официальную версию:
– Я знаю, ты хочешь врезать адвокату. И у тебя будет такая возможность.
– Продолжай и дальше неумело врать, – язвительно усмехается Кэш. – Боишься, что Жасмин узнает, верно?
Не дожидаясь ответа, он подносит обе ладони ко рту, имитируя рупор.
– Объявляется поиск яиц Десмонда Аматорио! – орет он на всю улицу. – Эй, парни, куда вы пропали? Потерялись между тампонами и помадой Жасмин?
Проходящая мимо нас почтенная дама, с подозрением косится на Кэша. Затем торопливо переходит на другую сторону улицы, потянув на себя поводок с померанским шпицем. Я осуждающе качаю головой. Мелкий говнюк становится слишком невыносимым и слишком наблюдательным.
– Ты когда-нибудь заткнешься? – устало спрашиваю.
– Задел за живое, да? – Он глядит на меня смеющимися глазами.
Оставив его без ответа, разворачиваюсь и направляюсь вверх по улице. Дальше от своей машины и придурковатого брата, ближе к дому Бромфилда.
***
– Как дела, Десмонд? – вместо приветствия спрашивает адвокат, когда я усаживаюсь в кресло.
Бромфилд занимает место за английским массивным столом из красного дерева. Его кабинет напоминает логово охотника: на стенах из бурого песчаника висят старинные ружья, черно-белые фотографии и оленьи рога. Деревянный пол покрывает меховая шкура. Слева от себя я слышу потрескивание. Повернувшись, мой взгляд натыкается на пляшущие языки пламени в камине за витиеватой латунной решеткой.
Однако умиротворенная атмосфера не может успокоить мои расшатанные нервы.
Кристиана Лазарро – безжалостная охотница за деньгами… Такие, как она, хотят подобраться к вашим счетам… Держись от нее подальше…
Каждое слово адвоката оказалось мерзкой ложью. Я виноват, что посмел так думать про Крис, но Бромфилду тоже придется ответить.
– Отлично, – говорю я, после чего отказываюсь от предложения выпить.
И тут же жалею об этом. Вдруг он больше не захочет вернуться к напиткам? Но сейчас слишком рано, чтобы отключать его.
– Слышал, какую легенду сочинили пиарщики Маркуса? – Бромфилд достаточно давно называет папу по имени. – Они убедили общественность и его бизнес-партнеров, что снимки с тобой – подделка, – ехидно посмеивается он.
Конечно, я знаю. К сожалению, в наше время можно исказить любую правдивую информацию. Например, без зазрения совести убедить чью-то семью в том, что невинная девушка является шлюхой.
– Да, я слышал, – согласно киваю. – Благодаря их работе удалось избежать падения акций.
Бромфилд задумчиво рассматривает меня, потирая большим и указательным пальцами гладко выбритый подбородок. На его запястье поблескивают золотые часы от Patek Philippе – подарок моего отца. Папа дарит часы этого бренда только тем сотрудникам или партнерам, которых ценит и уважает.
И сейчас мне хочется сорвать эти часы с гребаной адвокатской руки. Бромфилд их не заслуживает!
– Что с тобой случилось? – спрашивает он, не спуская с меня глаз. – Обычно ты никогда не интересовался падением акций и другими делами компании.
– Когда-то это должно было произойти. Гонки не могут принести… такую стабильность, как управление «Аматорио Лимитэд». – Стараюсь побороть отвращение к себе из-за собственной лжи.
Я вынужден говорить то, что адвокат хочет услышать. На самом деле я не считаю, что карьера гонщика не перспективна для меня в будущем. Годовой контракт с «Bugatti» принес мне доход равносильный прибыли отца за последние пять лет работы его компании.
– Итак, что за документы я должен увидеть? – спрашиваю я, пытаясь изобразить заинтересованность.
– Через полтора месяца тебе исполнится двадцать один год. И Маркус больше не видит смысла скрывать от тебя… – Адвокат замолкает и достает из папки на столе кипу бумаг. – Его распоряжение имуществом и финансовыми активами до вступления в наследство.
– Наследство? – переспрашиваю я и хмурюсь. – Разве право на наследство возникает не после…
По спине пробегает холод. Я не решаюсь произнести «после смерти папы». Даже думать об этом не хочу!
– После кончины Маркуса? – невозмутимо уточняет адвокат. – Твой отец имеет полное право передать копии завещания будущим наследникам. Ты можешь ознакомиться, когда сочтешь необходимым.
Чувствую, как воздух вокруг меня леденеет. Мне неприятна эта тема, как и человек, с которым приходится ее обсуждать. Но я все-таки должен быть в курсе того, как папа хочет распорядиться своим состоянием.
– Я выделю основные моменты распоряжения твоего отца, – продолжает говорить Бромфилд, скользя взглядом по документам. – Во-первых, ты будешь доверенным лицом «Аматорио Лимитэд», когда тебе исполнится двадцать один год. Во-вторых, после окончания колледжа ты становишься партнером компании.
– А как же Кэш и Грейс?
– Они тоже могут быть партнерами. Однако есть некоторые нюансы. – Адвокат поднимается со стула и наливает в стакан воду.
– Какие нюансы?
– Твои младшие брат и сестра могут стать партнерами «Аматорио Лимитэд», только когда каждый из них свяжет себя узами брака. При этом они должны вступить в брак с лицами, чей доход не уступает прибыли компании твоего отца. И против которого не возражает доверенное лицо «Аматорио Лимитэд». То есть, ты, Десмонд.
– Что за бред? – спрашиваю, уткнувшись в колени локтями. – Только Кэшу и Грейс решать, кто должен стать их супругом или супругой.
– Все это делается, чтобы увеличить семейный капитал благодаря браку с человеком из состоятельного круга.
– И что будет, если Кэш или Грейс выберут кого-то из менее состоятельного круга?
– Тогда они могут забыть об «Аматорио Лимитэд» раз и навсегда. И такое же условие действует в отношении тебя, Десмонд. – Бромфилд делает крупный глоток. – Твой отец сильно сомневается, что ты когда-то женишься. Но… всякое бывает.
Отказываясь верить в подобную чушь, беру документы со стола и возвращаюсь в кресло, принявшись читать распоряжение отца.
– Твоя будущая супруга должна быть из респектабельной семьи, равной твоей, Десмонд. Брать в жены кого-то из обычной семьи чревато последствиями. Среди них крайне мало достойных девушек. Зато жадные, меркантильные охотницы за деньгами поджидают на каждом шагу.
Охотницы за деньгами…
От злости я едва не скриплю зубами. Крис никогда не была окружена большими деньгами, но ее выдержке и достоинству может позавидовать любая девчонка «Дирфилда». Я вижу, как она старается сосредоточиться на учебе и действительно увлечена многими предметами.
– Конечно, это действует в том случае, если ты хочешь сидеть во главе стола «Аматорио Лимитэд», – говорит Бромфилд, изогнув седую бровь.
Пролистав документы, пытаюсь избавиться от накатившей волны злости. Будущая супруга должна быть из респектабельной семьи… Какая мне вообще разница? Я не собираюсь жениться и не собираюсь управлять компанией отца. Тем более с такими идиотскими условиями!
– Понятно. Как отец додумался до такого? – слишком резко вырывается у меня.
– Я предложил Маркусу добавить в распоряжения подобные условия. Это достаточно частая практика для наследников крупных компаний.
Кто бы сомневался, что эти условия предложил такой сукин сын, как Бромфилд. Поднявшись с кресла, швыряю на стол адвоката распоряжение отца.
– Не понимаю твоего недовольства, Десмонд. – Бромфилд откидывается на спинку стула и строго на меня смотрит. – После колледжа ты автоматически становишься совладельцем компании. В отличие от брата и сестры, которым придется искать супругов из своего круга. Хотя Грейс и Кэш не имели возражений.
Я внимательно гляжу на него. «Кэш и Грейс не возражали?»
– Они знают о распоряжении?
– Распоряжение Маркуса было подготовлено перед твоим возвращением в Бостон. Кэш и Грейс ознакомились с ним, когда я сообщил им информацию о новой ученице в вашей академии. Они бы все равно узнали в День рождения. Это лишь вопрос времени, Десмонд.
Выходит, Кэш и Грейс узнали раньше меня? И ничего не сказали? Неужели их это устраивает?
В любом случае, я не получу от адвоката ответы. И я здесь по другому поводу.
– Вы правы, здесь не о чем переживать. Мне всего лишь нужно закончить колледж, и компания будет моей, – я пожимаю плечами и говорю то, что Бромфилд ждет. – Я немного волнуюсь. Давайте выпьем за мой будущий успех?
Надеюсь, адвокат не заметит слишком резкой смены моего настроения. Выдержав его взгляд, ощущаю, как напряжена во мне каждая мышца. «Ну давай же». Наконец Бромфилд поднимается из-за стола и тянется к бутылке шотландского виски. Налив его в два бокала, протягивает мне один из них.
– Больше не вытворяй глупостей, договорились? – откашливается он. – В следующий раз тебе может не так повезти, как в истории со снимками.
– Без глупостей, – уверяю его и подношу стакан к губам. Затем перевожу взгляд за плечо Бромфилда. – Это мушкетон3? Сколько ему?
Бромфилд оборачивается, чтобы посмотреть на старинное ружье, украшающее стену. На самом деле я не имею ни малейшего понятия, как называется эта штуковина. Мне нужно отвлечь внимание адвоката. Приняв любопытный вид, огибаю стол, попутно вынимая из внутреннего кармана пиджака пакетик с порошком.
– Да, это образец 1861 года, – с некой гордостью отвечает Бромфилд.
– Выходит, из него стреляли во время Гражданской войны4? – Встаю рядом с адвокатом и делаю вид, что внимательно рассматриваю ружье.
– Раньше. Он стоял на вооружении артиллерийских подразделений Британской империи, – отчеканивает адвокат, а я в это время незаметно высыпаю в его стакан содержимое пакетика.
Я киваю, делая вид, что мне интересно, затем подношу свой стакан к губам и делаю глоток. Бромфилд поворачивается и, взяв стакан, следует моему примеру.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Большая пятерка – традиционное в Американской музыкальной журналистике обозначение пяти ведущих симфонических оркестров США. В это число входит: Нью-Йорский филармонический оркестр, Бостонский симфонический оркестр, Чикагский симфонический оркестр, Филадельфийский и Кливлендский оркестр.
2
нежелательное, навязчивое внимание к человеку и его преследование.
3
Мушкетон – разновидность исторического огнестрельного оружия.
4
Гражданская война – имеется в виду Гражданская война в Америке 1861 – 1865 гг.