Мир Аматорио. Разрушенный

Глава 7 «Свидание»

Май. Нью-Йорк

Следующий день я нервничаю из-за предстоящего свидания с Найлом. Трудно оставаться спокойной, когда моя последняя встреча с парнем была более двух лет назад. К тому же я понятия не имею, куда собирается отвезти меня Найл.

Вполне вероятно, он устроит что-то вроде романтической прогулки в парке. Или это будет что-то связанное с экстримом? А может быть, Найл решит отвезти меня в самый пафосный ресторан на Манхэттене?

Если бы только я знала об этом. 

Подбираю одежду для встречи и меняю перед зеркалом больше дюжины платьев, юбок, блузок. В конце концов, я останавливаюсь на классических синих джинсах с черным атласным топом без бретелей и сдержанным вырезом, поверх которого решаю накинуть пиджак. В завершение к образу выбираю черные туфли на высоких шпильках и небольшую сумочку от Louis Vuitton.

Когда стрелка на часах приближается к семи вечера, мое волнение достигает апогея. В глубине души я надеюсь, что Найл все-таки передумает и не приедет. И моей компанией на этот вечер станет новый триллер, который я прочитаю на террасе.

«Звучит как вечеринка для пенсионеров».

В голове проносится насмешливый голос Киллиана, но вдруг он сменяется шумом подъезжающего автомобиля. Я подхожу к окну и вижу, как по подъездной дороге к дому поднимается Porsche Classic Club Coupe цвета металлик. Мой взгляд скользит по его блестящему кузову, а затем останавливается на том, кто сидит за рулем.

Русые волосы. Острая челюсть. Четкая линия скул, указывающая на благородное происхождение.

Это Найл. 

Он останавливает машину рядом с центральным входом особняка, и я вытягиваю шею, чтобы получше его рассмотреть. Найл выбирается из салона. На нем белая рубашка, темно-серые классические брюки, а в руках он держит букет нежно-розовых пионов.

Мне так давно не дарили цветов.

По-прежнему не догадываясь, что я за ним наблюдаю, Найл наклоняется к боковому зеркалу автомобиля и несколько раз проводит рукой по волосам, которые и без того идеально уложены. После этого он выпрямляется в полный рост и приближается к парадному входу. Я теряю его из виду, беру сумочку и выхожу из спальни.

Динь-динь.

Плавная мелодия звонка раздается по дому. Я закрываю за собой дверь и иду по коридору. Сворачиваю к лестнице и останавливаюсь, чтобы надеть каблуки. Со своего места я могу рассмотреть значительную часть гостиной.

На первом этаже Фрэнк расхаживает взад-вперед между холлом и гостиной. По выражению его лица я могу судить, что он о чем-то волнуется.

– Перестань нервничать, – раздается низкий голос, принадлежавший Киллиану. – Она не может целыми днями сидеть дома и читать книги. Это абсолютно нормально, когда она идет на свидание с парнем.

Я замираю, пока моя ступня оказывается на полпути к туфельке.

– Думаешь, я этого не понимаю? – сердито отзывается Фрэнк. – Я ничего не могу с собой сделать. Я привык, что она всегда рядом.

Он уходит вглубь гостиной и пропадает из виду. Спустя несколько секунд я слышу звон стекла. Этот звук похож, как на столешницу опустили бутылку.

Надеюсь, это не алкоголь. Я попросила Венди убрать из зоны видимости виски и бурбон, потому что Фрэнку следует избегать спиртное, физические нагрузки и стресс.

Продолжая сжимать в руках обувь, я тихонько приближаюсь к краю лестницы. Отсюда открывается более широкий обзор. Фрэнк стоит у барной стойки и наливает бурбон в хайболл4. После этого подносит стакан ко рту, но в последний момент его выпивку ловко перехватывает Киллиан.

– Док запретил тебе принимать алкоголь, – невозмутимо говорит он.

С этими словами Киллиан выпивает бурбон и берет с подноса кусочек сыра, нанизанного на шпажку. Фрэнк смотрит на него, и я могу только догадываться, каким убийственным взглядом он наградил Киллиана. Но на лице моего сводного брата не двигается ни один мускул.

Динь-динь.

По дому снова разносится мелодичный звон. Из другого конца гостиной появляется Венди и спешит открыть дверь.

– Ты не забыл предупредить, чтобы с дороги убрали шипы? – спрашивает Фрэнк.

– Все чисто, – отвечает Киллиан.

– А в остальном? – снова задает вопрос Фрэнк.

– Все позиции заняты. Все на месте.

– Держи все под контролем, – распоряжается Фрэнк. – Я хочу, чтобы она постоянно была под наблюдением.

Тем временем в доме появляется Найл.

– Добрый вечер, мистер Гросс, – вежливо произносит он.

Фрэнк направляется к нему навстречу.

– Рад тебя видеть. Как добрался? – Фрэнк и Найл приветствуют друг друга крепким рукопожатием.

– Все хорошо, мистер Гросс, – Найл окидывает взглядом пространство, но я по-прежнему остаюсь незамеченной. – У вас потрясающий дом.

– Скорее, это заслуга декоратора, – Фрэнк представляет ему Киллиана. – Познакомься, это мой сын.

Киллиан стоит на месте и не думает подойти к Найлу. Тот приветствует его сдержанным кивком.

– Куда ты собираешься вести мою дочь? – спрашивает Фрэнк у Найла, и тон его голоса становится жестким.

Фрэнк не отпускает ладонь Найла. И его простое рукопожатие теперь больше напоминает пасть крокодила, намертво вцепившегося в жертву.

– Я бы хотел устроить для Рене небольшую экскурсию по Нью-Йорку, – отвечает Найл. – Сначала мы отправимся в обсерваторию One World. Со смотровой площадки открывается лучшая панорама города. А потом… – он слегка морщится от того, с какой силой Фрэнк сжимает его ладонь. – А потом мы поужинаем в «Manhatta» на Либерти-стрит. Я забронировал столик прямо напротив Эмпайр-стейт-билдинг.

Фрэнк молчит и, похоже, обдумывает ответ Найла. Он будто смиряется с тем, что этот парень позвал меня на свидание, и отпускает его ладонь.

– Понимаешь, Найл, – задумчиво начинает Фрэнк. – Рене моя дочь, и я очень люблю ее. И мне бы не хотелось… – он многозначительно замолкает.

Найл в замешательстве смотрит, как Фрэнк достает из кармана сигару и прикуривает ее палладиевой зажигалкой. После чего переключает внимание на Киллиана, который не сводит с него цепкого взгляда.

– Что вы хотите сказать этим, мистер Гросс? – обескураженно спрашивает Найл.

В разговор впервые вмешивается Киллиан.

– Фрэнк хочет сказать… – объясняет он. – Рене еще не спустилась, и у тебя есть время подумать. Ты точно уверен, что хочешь пойти на свидание с моей сестрой?

– Да, – Найл кивает.

Киллиан обходит барную стойку и медленно приближается к Найлу, словно хищник, учуявший добычу.

– Подумай хорошо перед тем, как ответить. У тебя еще есть шанс передумать, – продолжает Киллиан. – Ты можешь вернуться в машину и уехать. А мы придумаем для Рене какую-нибудь легенду. Наподобие той, в которой ты заболел кишечным гриппом.

Он останавливается напротив Найла и пристально смотрит ему в глаза.

– А если ты все-таки не поменяешь ответ, и моя сестра вернется со свидания в плохом настроении. Или я узнаю, что ты вел себя, как мудак. Или ты разобьешь ее сердце… – предупреждающим тоном произносит Киллиан. – Тогда я отрежу твой член.

Он поднимает руку и большим пальцем разламывает тонкую шпажку от канапе.

– Вот так, – заявляет Киллиан. – Было и нет.

В гостиной повисает гробовая тишина. Найл внимательно смотрит на сломанную шпажку.

– Ты все еще хочешь отправиться с моей сестрой на свидание? – спрашивает Киллиан.

– В этот момент я должен испугаться? – отвечает Найл вопросом на вопрос. – Ты на самом деле решил, что я сяду в машину и уеду?

– Не обращай внимания, – вмешивается Фрэнк, выпуская струю дыма. – Мой сын так шутит. Это ведь была обычная шутка, не так ли?

Он поворачивается к Киллиану, который одаривает Найла улыбкой. Но вряд ли ее можно назвать дружелюбной или приветливой.

– Конечно, – говорит Киллиан. – Это была шутка.

Найл выглядит напряженным, и я начинаю спускаться. Цоканье каблуков раздается в гостиной, как удары камней по стеклу.

Мужчины одновременно поворачивают головы. При виде меня у Фрэнка и Киллиана мгновенно исчезает весь угрожающий облик. Они принимают простодушный и невинный вид. Клянусь, они могут побороться за премию «Оскар» в номинации лучшей актерской игры.

– Отлично выглядишь, милая, – говорит Фрэнк.

– Спасибо, – придаю своему голосу легкомысленный тон, словно я не слышала, как минуту назад Киллиан обещал отрезать Найлу член. – О чем вы разговаривали?

– Мы обсуждали, куда Найл поведет тебя на свидание, – отвечает Фрэнк.

– Правда? – я спускаюсь и поворачиваюсь к Найлу. – И куда ты меня поведешь?

Его лицо расплывается в широкой улыбке, и он немного краснеет.

– Скоро узнаешь, – Найл неотрывно смотрит на меня и, спохватившись, протягивает букет. – Это для тебя.

Я благодарю его и запускаю нос в цветы, вдыхая сладковатый аромат. Затем передаю букет Венди.

– Думаю, нам пора.

Мы идем к выходу, и Найл ко мне наклоняется.

– Я забыл сказать, как ты превосходно выглядишь, – шепчет он.

– Во сколько ты привезешь домой мою дочь? – раздается позади голос Фрэнка.

Найл останавливается и оборачивается.

– Не позже полуночи, сэр.

Фрэнк удовлетворенно кивает.

– Хорошего вечера.

Найл придерживает для меня дверь, когда мы выбираемся наружу. Мы приближаемся к его машине, но в какой-то момент нас окликает мужской голос. Я оглядываюсь и вижу Киллиана. Он небрежно прислонился к центральной колонне.

– Найл, – он сужает глаза. – Это была не шутка.

Киллиан поднимает руку и показывает сломанную шпажку.

– О чем он? – делаю вид, что не понимаю, о чем речь.

– Не обращай внимания, – с улыбкой произносит Найл. – У твоего брата своеобразное чувство юмора. Видимо, мне придется долго к этому привыкать.

Мы подходим к его машине, и я не могу удержаться от того, чтобы провести кончиками пальцев по глянцевому гладкому кузову. Автомобиль Найла полностью соответствует его образу: утонченный, сдержанный, элегантный.

Не то что агрессивный и рычащий внедорожник Кэша. 

– Это подарок моего отца, – Найл встает рядом со мной и открывает для меня пассажирскую дверь. – Для протокола: ты первая девушка, которую я собираюсь на нем прокатить.

– Вау… Это впечатляет.

Я проскальзываю на сиденье. Внутри машина пахнет пряным парфюмом Найла. Я пристегиваю ремень безопасности, отмечая, что сиденье и двери отделаны плетеной кожей с темным узором пепита, а табличка на передней панели указывает, что это единичный экземпляр.

Найл обходит машину спереди и садится на водительское место.

– Ты готова? – спрашивает он, и я киваю.

Он пристегивается, заводит двигатель, и подо мной начинает вибрировать сиденье. Я сжимаю бедра вместе, приготовившись, что сейчас машина резко тронется с места. Раздается гул мотора, но автомобиль не успевает проехать даже несколько футов и останавливается.

– Что-то не так? – спрашиваю я.

– Дай мне минуту.

Найл выбирается из машины и хлопает дверцей. С озадаченным видом он осматривает автомобиль.

– Похоже, я проколол колесо, – отзывается Найл.

Я открываю дверь и выбираюсь наружу. Обхожу машину со стороны капота и вижу две спущенные шины.

– Все в порядке?

Я оглядываюсь через плечо и замечаю Фрэнка, идущего в нашу сторону. Он подходит к машине, наклоняется и осматривает колеса, качая головой.

– Плохие дела, – выдает он. – Здесь неподалеку стройка, и многие жалуются на строительный мусор. Вероятно, по пути ты наехал на что-то острое.

Я скептически изгибаю бровь. Не припомню, чтобы вблизи Гринвуд-Лейк что-то строили.

– Здесь есть поблизости автосервис? – спрашивает Найл у Фрэнка.

– Вряд ли в этих окрестностях найдется что-то подобное, – отвечает Фрэнк.

– Ничего страшного, я вызову такси, – я открываю сумочку, чтобы достать телефон.

Фрэнк снова качает головой.

– Боюсь, в пятницу вечером такси доберется сюда ближе к полуночи, – говорит он и добавляет: – Вас может отвести Оук. Он как раз собирался в Нью-Йорк.

Не успевает Фрэнк об этом сказать, как на подъездной дороге появляется черный «Rolls-Royce». Он останавливается рядом с машиной Найла, и я прокручиваю в голове разговор Фрэнка и Киллиана.

«Ты не забыл предупредить, чтобы убрали с дороги шипы?»

Теперь мне становится ясно, что спущенные колеса на автомобиле Найла – не совпадение и не случайность. Похоже, Фрэнк и Киллиан подстроили все таким образом, чтобы не оставлять меня наедине с Найлом.

«Я хочу, чтобы она постоянно была под наблюдением».

Видимо, Фрэнк позаботился о том, чтобы за мной приглядывали его люди в Нью-Йорке.

– Как мило со стороны Оука оказать нам услугу, – я решаю подыграть его планам и обращаюсь к Найлу. – Ты ведь не против, если он отвезет нас?

– Отличная идея, – добавляет Фрэнк и говорит Найлу. – К твоему возвращению я все организую. Твою машину быстренько приведут в порядок. Разумеется, ремонт за мой счет.

Глава 8 «Прошлое преследует меня»

Май. Нью-Йорк

Мы занимаем места на заднем сиденье «Rolls-Royce». По дороге Найл достает телефон, показывает мне фотографии и рассказывает про себя. Я слушаю его и поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. У Найла спокойное выражение лица, от него не исходит агрессии и враждебности. К тому же его любовь к собакам добавляет очко в его пользу.

– Расскажи что-нибудь про себя, – просит он.

– У меня тоже есть собака. Его зовут Голди.

Дальше я рассказываю ему краткие факты из досье Рене Гросс. Найл внимательно меня слушает, и, кажется, у него не возникает никаких подозрений.

Вскоре Оук останавливает машину неподалеку от здания обсерватории. В ее панорамных окнах отражается вечернее сумеречное небо. One World – одно из самых высоких строений западного полушария, и у его входа всегда толпится очередь. Найл проводит меня через другую дверь, и мы минуем толпу и оказываемся внутри. Проходим проверку безопасности, а затем Найл ведет меня к лифтам Skypod5, которые располагаются с внешней стороны небоскреба. Но я останавливаю его на середине пути.

– Что случилось? Ты не хочешь подниматься наверх? – Найл обеспокоенно на меня смотрит. – Прости, я не подумал, что ты боишься высоты.

Ну разве то, что он волнуется о моих возможных фобиях, не делает его милым?

– Я не боюсь высоты, – говорю я. – Но мне бы хотелось посмотреть на город с другого ракурса. Поэтому по дороге я заказала билеты на прогулочный круиз.

Я выбрала круиз вместо обсерватории, потому что на воде за нами не смогут наблюдать люди Фрэнка. Не хочу чувствовать на себе слежку.

– Ты не против, если я внесу изменения в наше свидание? – спрашиваю я.

– Я буду рад любому вечеру, – Найл улыбается. – Главное, я проведу его вдвоем с тобой.

Его ответ подбадривает меня. Я прошу его вывести нас через служебный выход. Это на тот случай, чтобы избавиться от «хвоста». Разумеется, я не говорю Найлу об этом.

И вот спустя несколько минут мы ловим такси. Я называю водителю адрес пирса.

Вскоре мы забираемся на современную трехмачтовую шхуну, покачивающуюся на волнах. Его громадные белоснежные паруса ярко выделяются на фоне синего неба. Девушка-хостес приглашает нас к столику, располагающемуся у бакборта.

Легкий ветер дует в лицо, джазовый оркестр исполняет расслабленную композицию, рядом с нашим столиком весело болтает компания азиатов. Официант принимает заказ и сообщает, что мы плывем вдоль Ист-Ривер по направлению к статуе Свободы.

Мы ужинаем, пьем вино, болтаем, и я не могу вспомнить, как давно чувствовала себя настолько свободной. Ветер, простор, мерцающие огни большого города, который открывается передо мной как на ладони. Разве можно получить нечто большее за одну ночь?

Внезапно раздаются громкие аплодисменты, когда рядом с нашим столиком парень делает предложение девушке. Она соглашается, чем вызывает всеобщий восторг. Но я не могу разделить радость вместе со всеми.

Я смотрю, как парень со страстью целует будущую невесту, и внутри меня все сжимается.

Однажды я испытала на себе, что такое любовь. Всепоглощающая, безумная, яркая. Она накрывает с головой. От нее перехватывает дыхание, а сердце бьется как сумасшедшее. Ради нее ты готова прыгнуть в огонь или в ледяное озеро. Именно такая любовь способна вознести к небу. Но и с той же силой ударить об землю и убить. И больше я не хочу погибать.

– По-моему, у тебя звонит телефон, – Найл указывает на сумочку, в которой жужжит мой мобильный.

Я достаю его и вижу на экране лицо Фрэнка.

– Извини, мне нужно ответить, – поднимаюсь из-за столика.

– Не беспокойся и не торопись, – говорит Найл. – Я закажу нам еще вина.

Мне кажется, или я встретила идеального парня?

Улыбнувшись, я отхожу подальше от столика и от живого оркестра. Поднимаюсь на верхнюю палубу, прислоняюсь к борту и отвечаю на вызов.

– Где ты? – в динамике раздается напряженный голос Фрэнка.

– На паруснике с Найлом. Мы немного отошли от первоначального плана и отправились в прогулочный круиз.

– У тебя все хорошо?

– Не волнуйся, все замечательно. Я съела суши и выпила два бокала вина. Ты в порядке?

– В порядке, – коротко отвечает Фрэнк. Он звучит немного раздавлено.

– Мы приплывем обратно примерно через час. Я включила геолокацию на телефоне, чтобы меня нашел Оук, – говорю я, спеша успокоить Фрэнка.

– Хорошо, – отвечает он, и тон его голоса смягчается. – Наслаждайся вечером.

Завершаю вызов и смотрю на Ист-Ривер. В его темной воде отражаются огни ночного города. В это мгновение позади себя я слышу шаги. И еще до того, как успеваю обернуться, на мою талию опускаются руки.

Моя первая реакция – сбросить их с себя. Но потом раздается голос Найла:

– Прекрасный вечер, – говорит он, и его теплое дыхание обдувает мою шею. – Рядом со мной прекрасная девушка. Что может быть лучше?

Его грудь прижимается к моей спине, когда он утыкается подбородком мне в шею. На мгновение я закрываю глаза, пытаясь себя успокоить.

Найл не совершит ничего плохого. Его знает Фрэнк, и предупредил Киллиан.

– Но, на мой взгляд, не хватает последней детали, – продолжает шептать Найл. – Я не извинился перед тобой.

– Извинился? – переспрашиваю я. – За что?

Найл разворачивает меня к себе лицом. Одна его рука остается на моей талии, а второй он мягко и ненавязчиво приподнимает мой подбородок.

– Я бы хотел извиниться, – произносит он, и его взгляд опускается на мои губы. – За то, что сейчас сделаю.

Ничто не могло подготовить меня к тому, что произойдет дальше. Найл наклоняет голову и прижимается к моему рту. Я замираю, пока его губы накрывают мои.

Это действительно случилось? Меня целует парень? Другой парень, а не… он?

Из-под полуопущенных век я смотрю на Найла и боюсь закрыть глаза. Если я это сделаю, то, скорее всего, увижу его. А я не хочу, чтобы он испортил мой первый поцелуй с другим парнем.

– Извинения приняты, – я слегка отстраняюсь.

Найл улыбается и вновь прижимается к моим губам. Он нежно нажимает пальцем на мой подбородок, чтобы получить больше доступа. Я раскрываю губы, и его язык проскальзывает внутрь. Невесомо и осторожно он соприкасается с моим, как бы спрашивая разрешения.

Я не останавливаю его, и Найл постепенно усиливает давление. Его поцелуй становится более глубоким и основательным.

Найл хорошо целуется. Действительно, хорошо. Ну и что, если от него не перехватывает дыхание, не оживают бабочки в животе и не ускоряется сердцебиение. Со временем меня все настигнет, не так ли?

«Какая же ты лгунья, принцесса».

Его голос проносится в голове, и за одно мгновение с корабля я переношусь в спортзал. Прохладный ветер сменяется душным запахом мужской раздевалки.

Кэш прижимает меня к стене, пока его губы владеют моим ртом. Его сильные руки повсюду, и от его властных прикосновений я готова расплавиться.

«Всегда моя, принцесса»

Я не позволю воспоминаниям украсть этот момент. Встаю на цыпочки и поднимаю руки, обвивая Найла за шею. А дальше отвечаю на его поцелуй, пожалуй, слишком раскованно для первого свидания.

Закрываю глаза, и происходит то, чего я боялась. Я переношусь на заднее сиденье внедорожника Кэша.

Через панорамную крышу вижу, как горят звезды, когда Кэш лишает меня девственности одним толчком.

«Ты всегда была моей. И теперь я беру то, что мне по праву принадлежит».

Его низкий голос, аромат его кожи, жар его твердого тела окутывают меня. Я запускаю пальцы в его волосы и оттягиваю пряди. Мне мало его. Я хочу получить от него все, что он может мне дать. Хочу отдать ему все, что он может у меня взять.

Я схожу с ума, но с ним никогда не бывает чего-то разумного.

– Ох, Рене… – посторонний голос возвращает меня в реальность.

Я раскрываю глаза и вижу перед собой чужое лицо. Мгновенно отпускаю его волосы и упираюсь руками ему в грудь.

Найл отступает и в замешательстве на меня смотрит.

Волна ненависти к самой себе накрывает меня с головой. Какого черта я делаю?

– Рене, – Найл выглядит взволнованным. – С тобой все в порядке?

– Прости, – шепчу я, моя грудь часто поднимается и опускается. – Это было ошибкой.

С этими словами я уношусь прочь с верхней палубы. У меня не хватает духу даже взглянуть на Найла и попытаться что-либо ему объяснить.

– Рене, – кричит он мне вслед. – Пожалуйста, стой!

Но я не останавливаюсь, быстро спускаюсь по лестнице и скрываюсь в дамской комнате. Уперевшись руками в раковину, я стараюсь равномерно дышать и закрываю глаза, чтобы не видеть отражения. Чувствую, что меня вот-вот вырвет от отвращения к самой себе.

Что я натворила?

Найл – хороший парень. И он точно не заслуживает того, чтобы я его использовала и с его помощью пыталась забыть мою первую любовь. И тем более он не заслуживает, чтобы я представляла бывшего во время поцелуя.

Мое прошлое приносит мне боль. Но я должна успокоиться. У меня открывается новая глава в жизни, и я обязана перевернуть страницу.

Следующие несколько минут у меня уходит на то, чтобы привести в порядок себя и свои мысли. Я выхожу из уборной и направляюсь в сторону столиков. Мне нужно объяснить Найлу причину моего странного поведения.

При виде меня Найл поднимается из-за столика.

– Извини, что я сбежала, ничего не сказав. Просто… – я набираю побольше воздуха в легкие. – Это мое первое свидание за последние два года. Похоже, я перенервничала.

– Это ты меня извини, – Найл тянется к моей руке, и я нахожу в себе силы не спрятать от него ладонь. – Я не должен был целовать тебя на первом свидании. Мне не стоило торопиться.

Я ценю то, что он извинился. Но Найлу не стоит перекладывать вину на себя. В конце концов, я могла оттолкнуть его, а не отвечать на поцелуй.

– Все в порядке, – говорю я ровным голосом, когда корабль подплывает к берегу. – Нам нужно возвращаться домой.

Мы сходим с прогулочного корабля. Оук присылает сообщение, что припарковался возле пирса на ближайшей стоянке. Мы подходим к машине, и я смотрю на свое отражение в тонированном окне.

Найл стоит позади и не сводит с меня глаз, когда открывает для меня заднюю дверь автомобиля.

– Спасибо за вечер, – говорит он. – Он был чудесный.

Я оборачиваюсь к нему.

– Разве ты не поедешь вместе со мной? Тебе нужно забрать свою машину.

– Я заберу ее завтра, – возражает Найл с легкой улыбкой. – Это будет повод, чтобы еще раз увидеть тебя.

Он наклоняется и прислоняется своим лбом к моему:

– До завтра, Рене, – шепчет Найл на прощание.

***

Спустя час Оук тормозит возле особняка, и я вижу Фрэнка, стоящего у центрального входа. В его руке бокал, который он залпом опрокидывает в себя. После чего вручает его одному из охранников, размашистым шагом идет к автомобилю и рывком открывает заднюю дверь.

– Где этот сукин сын? – рявкает он.

– Что происходит? – спрашиваю в замешательстве.

– Я спрашиваю: где Найл? – настаивает Фрэнк.

– Он остался в Нью-Йорке, – растерянно произношу я, не понимая, чем вызван гнев Фрэнка. – Ты можешь объяснить, что происходит?

– Найл обещал привезти тебя до двенадцати, а сейчас два часа ночи. Он обещал отвезти тебя в обсерваторию и ресторан, а в итоге вы были на какой-то чертовой шхуне, – взрывается Фрэнк. – Этот негодяй два раза нарушил свое слово.

– Пожалуйста, успокойся. Прогулка на корабле – моя идея. Найл здесь ни при чем.

Не говоря больше ни слова, я выбираюсь из машины. Я иду в дом, не намереваясь продолжать разговор. Понимаю, что Фрэнк волнуется за меня, но его излишний контроль начинает действовать на нервы.