Иллюзион. Сказки оживают в полночь

Глава первая. Мёртвое царство

Жаркий летний день. Пахнет свежескошенной травой, влажной землёй и свежестью. За деревьями угадывается Драконье озеро. Оно же дарит умиротворённое перестукивание накатывающих по каменистому берегу волн. Большой трёхэтажный особняк, высокие окна которого залиты солнцем, давно остаётся за спиной.

Они пробираются через лес, кроны которого выстроили над их головами живой навес и спасают от пекла. Девушка напоминает маленького слонёнка, умудряясь со своей хрупкой комплекцией устраивать жуткий шум: то о камень споткнётся, то поскользнётся, то ветка громче нужного треснет под ногой. Парень, что идёт впереди, наоборот, напоминает грациозную лань ― ни единого шороху.

– Будешь грохотать, спугнёшь, ― задорно смеётся он.

Девушка бросает сердитый взгляд на идущую впереди макушку с вихром непослушных тёмных волос.

– Ну простите. Как получается.

– Тч-ч… ― тормозит вдруг парень, давая ей знак пригнуться и не шевелиться. ― Пришли. Смотри.

Девушка заинтересованно выглядывает из-за дерева и ахает. На открытой поляне близ воды, сердито отбивая копытом, пасётся единорог. Слепяще-белый. Настолько белый, что любой другой белый кажется рядом с ним грязным и застиранным цветом. Длинная грива каскадом спадает вниз, доходя едва ли не до земли. Серебристый рог переливается на солнце и сыпет искрами.

– Откуда он здесь? ― спрашивает девушка.

Единороги всегда пасутся стадом, не покидая сородичей. Это главная причина того, что на сегодняшний день большая их часть вымерла. На стадо легче охотиться, ведь волшебные копытца, пыльца с рога и волос этого животного обладают невероятной магической силой. И считаются запрещённым товаром, так как вид находится под охраной у МежМагДепа. Браконьеры знают это и сбывают товар на черномагических рынках. Там, где законы не действуют.

– Отбился от группы. Я заметил его пару дней назад, ― довольно отвечает парень. Его ярко-синие глаза, напоминающие океанский прибой в пасмурный день, смеются настолько задорно, что хочется смеяться в ответ. ― Главное, чтоб малышня не разнюхала. А то спугнёт. Идём, ― он тянет девушку за собой.

Медленно и очень осторожно они приближаются к единорогу. Волшебный конь, услышав шорохи, вскидывает морду. Огромные по-человечески умные глаза смотрят на незваных гостей. Предупреждающее фырканье намекает, чтобы они не наглели. Парень, показывая, что безоружен, миролюбиво вскидывает ладони.

– Спокойно, дружище. Смотри, что у меня есть, ― на его ладони материализуется свежесорванная с чьей-то грядки (позаимствованная из ближайшей алтайской деревни) морковка. Ноздри единорога заинтересованно раздуваются. Всё же лошадь она и в Африке лошадь. ― Мы пришли с миром. Держи, ― шаг вперёд. Ничего. Ещё один. Копытами никто его дубасить явно не собирается. Аппетитно хрустит морковка, стремительно скрываясь в желудке животного. Парень кивает девушке, предлагая ей подойти. ― Иди сюда.

Она не может не воспользоваться возможностью, ведь за столько лет никогда ещё не встречала единорога вживую. Бдительность волшебного коня на время усыпляется лакомством. Убегать он, во всяком случае, не собирается. Девушка неуверенно протягивает руку, касаясь бархатной морды. Проводит ладонью выше, между глаз, и легонько, едва-едва, дотрагивается до искрящегося рога.

Невероятно. Невероятные ощущения.

– Эй, друг! Может, покатаешь её? ― в какой-то момент смеётся парень, ловко усаживая девушку на коня. ― Ногу перекинь, иначе свалишься. 

– А-а-а… с ума сошёл? ― не зная за что держаться, она обхватывает единорога за массивную шею, утыкаясь носом в гриву.

Опора под пятой точкой приходит в движение. Совсем неторопливо. Никакого галопа. Спокойный, размеренный шаг. У девушки даже получается расслабиться и выпрямить спину. Парень идёт рядом, контролируя волшебного друга, что позволяет сполна насладиться мгновением.

И оно неописуемо. Всё же немногие могут похвастаться тем, что оседлали единорога! Да, неудобно делать это без седла. Да, езда верхом на нём не отличается чем-то сверхъестественным от езды на обычной лошади, но ведь это ЕДИНОРОГ! ЕДИНОРОГ!

Нет. Всё же лошадь. Обычная пугливая лошадь, что в какой-то момент, заржав, нервно дёргает крупом и встаёт на дыбы. Наверное, увидела полёвку или ужа. Наездница, завопив, ослабляет хватку и сваливается с сорвавшегося с места единорога. Парень успевает подхватить её, но, не удержав равновесия, они вместе падают на землю. Лес тонет в женском писке. А следом в хохоте.

– Не ушиблась? ― парень обеспокоенно наклоняется над девушкой.

– Н-н-нет, ― сквозь смех качает она головой. ― Мне понравилось. И где его теперь искать?

Волшебный конь бесследно исчез. Вокруг лишь лес, шелест листвы и шорохи местных обитателей.

– Понятия не имею, ― честно отвечает парень, убирая упавшие на её лицо волосы. Такой нежный и волнующий жест. И такой глубокий взгляд. Он обволакивает в уютный кокон. Как мягкий плед, связанный заботливыми руками мамы.

– Что? ― улыбается девушка, чувствуя, как трепещет её сердце.

– Ничего. Просто люблю тебя.

Ответить она не успевает. Всё вокруг заволакивает едким сизым дымом, застилающим глаза и забивающим горло. Становится трудно дышать. Мужской голос пытается пробиться через эту стену, но доходит до её ушей приглушённо, будто через подушку…

Регина проснулась в холодном поту, хрипя и пытаясь откашлять несуществующий дым. В ушах гулко стучало. Чёрные шторы плотно закрывали пытающийся пробиться в комнату свет луны, от чего спальня смотрелась сплошным тёмным пятном. Фокс поспешно зажгла прикроватную лампу, жмурясь с непривычки. Ощущение реальности стремительно вытряхивало из головы остатки сна.

Фокс стёрла дрожащей тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот, стараясь вернуть в норму сердцебиение.

Раз, два, три, четыре…

Раз, два, три…

Раз, два…

Раз, два. Уже лучше.

Ох. Снова. Снова этот дым. И снова эти странные, но такие приятные сны.  Какой он уже по счёту? Четвёртый, пятый? И всегда разный. С разными декорациями, разными сюжетами, но всегда с тем парнем в главной роли. И с ней.

Той девушкой, что упала с лошади, была она. И она была невероятно счастлива. Там. В том мире. Но если себя Регина хорошо помнила, то образ парня каждый раз выскальзывал из сознания. В самом сновидении она без труда могла описать каждую деталь его лица, до малейшей родинки, но после пробуждения воспоминания стремительно таяли, оставляя после себя лишь… влюблённость.

Винтажные часы с искусной резьбой показывали полночь. Да всё в этой спальне дышало дороговизной. Достойные дворцов императоров кресла, камин, комод, огромная кровать с балдахином. И в этой кровати, застеленной чёрным шелковым бельём, она была одна. В очередной раз.

Босые ноги свесились над мягким ковром. Фокс без особой охоты накинула поверх чёрного тонкого пеньюара халат того же цвета и прямо так, босиком, вышла из комнаты. Просторный коридор особняка, стены которого украшали портреты в тяжёлых рамах и коллекционное холодное оружие, завершался помпезной лестницей, устланной коврами.

Мрачный в столь поздний час холл с овальными французскими окнами выводил к доспехам с человеческий рост, что замерли возле многочисленных сквозных арок, за которыми угадывалось продолжение галерей огромного готического дворца. Настоящее логово вампира. Живого мертвеца. Поговаривали, что долгие века такой здесь и обитал, вселяя ужас местным. Теперь же в этих катакомбах жил другой бессмертный. Не менее опасный.

Неприятное место.

Мрачное. Удушающее. Давящее.

Регина свернула налево. Затем снова налево и вниз по очередной лестнице, на этот раз более скромного вида с выщербленными от времени ступенями. Полуподвальное помещение не пустовало, это она слышала уже на подходе. Холодные каменные стены с опытом бывалых сплетников разносили по узким проходам голоса. Фокс нырнула в нужный закоулок, ведущий в комнату с высоким купольным сводом.

Напротив потрескивающего диким синим пламенем камина за длинным дубовым столом восседало человек десять. Мужчины и женщины. Все молоды и прекрасны, но прекрасны какой-то искусственной, фарфоровой красотой. Многих Фокс видела раньше. Кого-то впервые.

– Что ты тут делаешь? ― встретил её голос Влада. Орлов сидел во главе собравшейся группы, забросив обутые в высокие берцы ноги на столешницу. Рядом стояла тарелка с остатками позднего ужина. Другие гости тоже уже поели. От запечённой на вертеле свиньи остались одни кости и мерзкого вида голова. ― Ещё и в подобном виде, ― некромант бросил неодобрительный взгляд на пеньюар Регины.

– А чем плох мой вид? Ты ведь сам его выбрал, ― криво усмехнулась та, сознание которой сейчас словно утопало в вязком липком киселе, что вызывало почти физическую боль. ― Разве тебе не нравится? Другие, вон, оценили… правда? Например, ты. Тебе нравится? ― Регина, наметив жертву, подплыла к молодому парню с бледным лицом, красными глазами и выпирающими глазными зубами. Вампир-новичок? Забавно.

Женская рука кокетливо пробежалась по его худым плечам. Паренёк сглотнул, а когда она запрыгнула рядом прямо на стол, и вовсе покрылся испариной. Сонная артерия на её шее так призывно пульсировала, что это приводило в безумство.

Вампирёнок бросил испуганный взгляд на Влада, лицо которого напоминало лицо покойника ― такого же оттенка. Под впалыми глазами некроманта залегли тёмные круги. Чёрные длинные волосы сегодня были убраны в высокий пучок, от чего скулы, обтянутые кожей, стали ещё острее. Точно покойник. Прищур которого не предвещал ничего хорошего. Бедняга уже знал, что жить ему оставалось считанные секунды. Вне зависимости от ответа.

– Н-нет, ― всё же попытался выкрутиться он, чувствуя, как распаляется голод. Больше женского тела он желал отведать крови. Вкусной, сладкой, пьянящей. Крови собственности хозяина. Неприкосновенной собственности.

– Нет? ― удивилась Регина. ― Хочешь сказать, я не привлекательная?

Какой каверзный вопрос. И «нет» нельзя ответить, Влад посчитает это личным оскорблением, и согласиться чревато. Однако что-то ответить надо…

– П-привлекательная.

– То есть красивая?

Вампирёнок снова сглотнул. В воцарившейся тишине это прозвучало необычайно громко. Присутствующие в зале наблюдали за представлением в молчаливом ожидании. Как зрители в театре. Без жалости и сострадания. А запах такого близкого и желанного лакомства, тем временем, окончательно отключал в нём чувство самосохранения.

– Д-да.

– Ага. Вижу. Хочешь меня укусить, да? ― парень снова извиняюще посмотрел на Влада, но ответить не успел ― огненный шар сорвался с руки некроманта. Стул с высокой спинкой вспыхнул всего на мгновение, а когда огонь погас, место оказалось пусто. Только на сидушке остался след копоти и нетронутый чёрной магией заговорённый кинжал с позолоченной рукоятью, инкрустированной драгоценными камнями. Регина довольно заболтала в воздухе ножками. ― Так я и знала: ему всё-таки нравилось. А тебе? ― её томный взгляд уже нашарил новую цель, сидящую напротив.

– Довольно, ― осадил её Орлов. ― Вернись в спальню.

– Я вроде как тоже тут хозяйка, разве нет? Значит, могу ходить, где хочу и когда хочу.

– Я сказал, НЕМЕДЛЕННО! ― зычно рыкнул тот, стиснув зубы. Видно было, что ещё немного, и он лично выволочит её за волосы из зала. Чего совсем не хотелось.

– Ладно-ладно, ― согласилась Фокс, ловко спрыгивая со стола. ― Уже ухожу. Не скучайте, мальчики, ― помахала она на прощание гостям. ― И девочки. В следующий раз я поиграю с кем-нибудь из вас.

– Регина!

– Уже ушла.

Влад устало откинулся на спинку своего царского кресла-трона. Очередные осложнения? На этот раз раньше положенного. Он начал замечать изменения в её поведении ещё несколько дней назад, а теперь… это. Хоть недавнее представление и не похоже на прежние закидоны, но тоже выходит за границы привычного.

– Все вон. Собрание окончено, ― бросил он устало. Желания продолжать совет больше не было. Существа и люди за столами с готовностью зарябили, тая в дымке телепортации. Зал опустел. Почти. Орлов недовольно нахмурился, от чего на его лбу залегли глубокие складки. ― Тебя это тоже касается.

Милена многозначительно выгнула бровь.

– Поговорить не хочешь?

– О чём?

– О том, что только что произошло.

– С этим я разберусь сам.

Стрельцова посерьёзнела.

– Снова обострение? С каждым разом всё хуже.

– Что хуже?

– А ты не видишь? Что дальше? Массовое жертвоприношение? Она дом ещё не поджигала, нет? На первом этаже отчётливо чувствуется запах гари.

Влад яростно стукнул кулаком по столу, от чего серебряная тарелка испуганно подскочила, теряя вилки и ножи. Хотя в данном случае ярость скорее напоминала безнадежность. Милена недалеко ушла от правды.

– И что ты предлагаешь? Я и так применяю внушение.

– Краткосрочное? Никакого толку. Это как приклеить полку на жвачку. Если уж и внушать, то масштабно. Чтоб навечно.

– Я не хочу зомби. Не хочу ломать ей психику. Я хочу Регину. Нормальную Регину!

– Сдаётся, нормальную Регину ты уже проворонил. Довольствуйся тем, что есть.

– Пошла прочь!

– Ладно, ладно, ― в знак перемирия согласно отмахнулась Стрельцова. ― Потопала я обратно в свои палаты. Спасибо, что хоть сделал меня дворянкой. Я тут, кстати, довела очередного жениха. Этот оказался с воображением, наглотался фосфора под моими дверями. Новых смельчаков пока не находится и мне одиноко. Так что заходи в гости, ― Милена медленно растаяла в воздухе, оставив после себя приятный шлейф муската.

Орлов подскочил с места, пиная ближайший стул. Жаль, он всех распустил. Вот бы сейчас убить кого-нибудь. В страшных мучениях. Чужие вопли неплохо прочищают мозги. Может, оторвать голову слуге?

Он громко рыкнул, позвав служанку. Та мигом появилась, видимо, пряталась в одной из ниш. Такая бледная и напуганная, вот-вот упадёт в обморок. Хоть кто-то в этом доме его боится и уважает. Влад приказал принести ещё вина. Нет. Пока больше без смертей. Страх ― эмоция куда лучше.

Очередной графин стремительно пустел. В кубке плескались всполохи огня, гипнотизируя своим спокойствием. Пламя никуда не торопилось, несмотря на то, что его жизнь так коротка. Оно знало об этом, а потому наслаждалось каждой секундой. Ни сожаления, ни печали.

В зале снова появилась служанка. В это раз другая, но всё из тех же девиц, набранных в ближайшем городке. Они знали, что уже не вернутся домой, однако в глубине души ещё на что-то надеялись. Наивные.

Ростовщик, оказавшийся с юмором и запихнувший их в параллельный мир сказок, ждёт свою плату: одна смертная жизнь раз в месяц. Или он заберёт жизнь самого Орлова, с которой некромант расставаться пока не планировал. Так что простите, дамы ― вам уготовано стать великой жертвой во имя любви. А кто может сыграть эту роль лучше, чем невинная дева? Это ведь так символично. Такое же уже где-то было, да? Злобный монстр, юные красавицы…

– Чего тебе? ― хмуро уставился на дрожащую, как колосок на ветру служанку он.

– Ваша невеста, хозяин… Она снова…

Некромант сорвался с места. Можно не продолжать. Он уже знал, что последует дальше. Чёрт, снова упустил момент. Тяжёлые ботинки перескакивали сразу через несколько ступеней, норовя промахнуться. Спальня всё так же была погружена во мрак. Только лампа возле кровати и давала свет.

Сначала Влад подумал, что комната пуста, однако ещё с порога в нос ударил запах железа. Другие, может, его и не заметили бы, но нюх некроманта отличался чувствительностью ищейки.

Регина обнаружилась на полу, между креслом и стеной. Без сознания. Её оголённые ноги и правое запястье заливала кровь. В руках был зажат кинжал, который она стащила из зала у мёртвого вампирёнка. В отличие от обычных, заговорённое оружие замедляло врождённую регенерацию. Даже метаморфии тяжело бороться с тёмными артефактами.

– Дьявол! ― Влад кинулся к ней, хватая за кисти. Кровавые подтёки начали бледнеть и таять. Порезы на коже Фокс тоже зарастали, но оставляли полоски шрамов. Их убрать уже было нельзя. В отличие от тех, что она оставляла на себе в прошлые разы, эти останутся навсегда. Магическое оружие не терпит полутонов. И просто ранить не любит. ― Ну давай же. Приходи в себя, ― Орлов, разрываясь на части от тревоги и досады, с силой ударил Регину по щекам, от чего та вздрогнула, распахнув глаза. Некромант облегчённо выдохнул, попытавшись обнять её, но та в припадке отпихнула его и, вырвавшись, вскочила на ноги.

– Не прикасайся, ― прошипела Фокс. На ногах она стояла не очень. Слабость не отпускала. Попытка удержать равновесие, облокотившись на кроватные столбы, не увенчалась успехом. Регина промахнулась и полетела вниз. Влад подхватил её в последний момент. ― Зачем ты мучаешь меня? ― жалобно дрогнула в его руках скрючившаяся всхлипывающая спина.

Орлов приподнял ей лицо, удерживая за подбородок. Слёз не было, но слегка ассиметричные глаза покраснели. Они ведь были зелёными, верно? Но теперь почему-то почти чёрные.

– Я люблю тебя и никогда бы не сделал больно.

– Отпусти меня. Я не могу здесь находиться. Я здесь задыхаюсь.

– Не могу. Ты знаешь, что не могу.

Влад и правда не мог. За территорией замка он уже не смог бы держать её под наблюдением, а делать это было необходимо. К тому же он знал ― его главный враг рядом. Орлов забросил его на другой конец этого искусственного мира, но ЕГО словно магнитом тянуло к Регине. Сейчас ОН находился едва ли не под самым их носом. Верные тени доложили об этом сегодня, на недавнем собрании.

– Я тебя ненавижу, ― потирая ноющие виски Фокс снова попыталась подняться. Головокружение проходило. На его смену приходило отвращение. К себе, к этой жизни, к человеку, что сидел напротив. Вернее, не совсем человеку.

– Ты меня любишь.

– Любила. Возможно. Когда-то.

– Что с тобой происходит? То накачиваешься какой-то дрянью, теперь взяла моду себя резать.

– А что ещё делать в этом аду? Умоляю, оставь меня в покое.

– Не надо. Не начинай.

– Что не начинать? Думаешь, я ничего не понимаю? Не вижу? Я ведь знаю, что ты делаешь. Я не марионетка, чтобы подчиняться твоим приказам. Человеком, которого любят не манипулируют.

– Хватит.

– Зачем ты держишь меня здесь? Ты хоть сам осознаёшь, что это, по меньшей мере, незаконно? Это похищение, это…

Глаза Влада, бездонные засасывающие в бездну омуты, опасно сверкнули.

– Замолчи.

Сознание Регины потонуло в чужой воле. Сама она в этот момент не могла ни дышать, ни думать самостоятельно. Раздосадованный Орлов упал на мягкие подушки, удручающе рассматривая застывший манекен. Такой красивый и такой недосягаемый. Он пошёл ради неё на всё, заключил сделку с дьяволом лишь бы быть с ней, но тщетно. Чтобы он ни делал, она по-прежнему оставалась от него бесконечно далека. Прошло четыре месяца, но холод в её сердце так и оставался в зоне низких температур.

Нет, сначала у них было всё просто замечательно. Регина была мила и нежна. Улыбалась, смеялась, можно даже сказать… лучилась счастьем. Влад баловал её подарками, ухаживал, она дарила в ответ столь желанные для него ответные чувства.

Но затем начались сбои.

Фокс буквально подвисала на несколько секунд во время разговора, как подвисает заражённый вирусом компьютер. Что-то происходило с её сознанием, пробивая брешь в выстроенной ростовщиком баррикаде, и с каждым днём брешь становилась всё больше.

А затем ОН начал ей сниться. И чем чаще снился, тем сильнее усугублялось положение. Прошлая жизнь отчаянно стучалась в двери, напоминая о себе. Блокировать воспоминания, прорывающиеся в моменты, когда сознание максимально уязвимо, а именно ночью, Орлов не мог, это было за пределами его возможностей, и в какой-то момент накатывающая на Регину депрессия достигла апогея. Тогда и появились первые порезы, крики и безумные стенания.

Владу ничего не оставалось, кроме как «перезапустить» систему, приправив всё щепоткой внушения. Это помогло. Всё снова стало хорошо. Ещё на пару-тройку недель, но затем история повторилась.

И так из раза в раз.

Вот и сегодня очередной срыв добрался до опасной черты. Если ничего не сделать, последствия невозможно предугадать. Да, не совсем на это рассчитывал Орлов, заключая сделку, но отступать было поздно. Хотя он бы и не стал. Пускай так. Главное, она с ним.

Внутренний демон, захватывающий всё больше места в его душе делал своего носителя в конец одержимым, заставляя совершать те поступки, которые он не хотел совершать. Но совершал. То ли из желания отомстить тому, кто и понятия не имел сейчас о происходящем, то ли от обычной человеческой зависти.

Когда мужчина не может заполучить любимую женщину он сходит с ума. С Владом именно это и происходило. Он был тем самым Кощеем, что чахнет над златом. Только злато в этот раз приобрело кровь и плоть. И носило женское имя.

Некромант решился. Выбора всё равно не оставалось. Был отдан привычный мысленный приказ. В голове Регины защекотало лёгкое пёрышко. Ожив, она недоумённо моргнула. Последние несколько дней мокрой тряпкой стёрлись из её жизни, но внушение сделало так, что пробелы быстро обросли выдуманными деталями. Нежные женственные черты смягчились, стиснутые губы расслабились, из глаз ушла боль. Вместо этого в них появился живой блеск.

– Что случилось? ― буднично мило улыбнулась она, изящно приподнимаясь на цыпочках и потягиваясь, будто только-только проснулась. Во всяком случае тело приятно ломило, как если бы она пролежала несколько часов в одной позе.

– Ничего особенного, ― покачал головой Влад, посылая к чёрту скулящую глубоко внутри совесть. Красиво ― не красиво, он делает это ради них. Ради их будущего. ― Я снова задержался. А ты снова этим недовольна.

***

Сырой подвал пах плесенью и почему-то мокрой псиной. С потолка то и дело срывалась капля, разбиваясь о выщербленный камень на полу. Непрекращающийся звук раздражал, заставляя каждый раз дёргано вздрагивать. Особенно в темноте. Ни окон, ни дверей. Лишь узкий коридор с висящими на стенах цепями и три пустые темницы.

Почти пустые. Одна была занята Денисом.

Многонедельное пребывание в тюрьме сказалось на его внешнем виде. Одежда истрепалась, волосы отросли и свалялись, а без того худое лицо осунулось ещё больше, но спутанная борода это скрывала. Под ногтями прочно обосновалась грязь.

Что-то заскрипело. Послышались шаги. Почти сразу на стенах поочерёдно вспыхнули чадящие факелы, освещая помещение. Влад застыл напротив решётки.

Громов, сидящий на врезанной в стену койке, с насмешкой поднял на него запавшие глаза. Заточение не сломило его. Подобные вещи некромантов в принципе не заботили. Они не мёрзли, могли годами голодать и лежать бездвижно.

Сердце и мысли Дениса тревожило лишь одно ― Лукерья. За прошедшие месяцы он не видел её. Не знал, как она. Не мог ей сказать, что скучает. Даже пробиться к ней в голову не мог ― темница создавалась специально для некромантов. Полный блок на любую магию.

– Вот это да, ― криво ухмыльнулся заключённый. ― Не ожидал, что у меня будут гости. Ты бы хоть предупредил, я б прибрался. Обед приготовил.

Влад сарказм не оценил. Его футболка ещё хранила запах прижавшейся к нему Регины, которая сейчас снова умиротворённо спала. У них вновь было всё хорошо, вот только надолго ли? Как бы смешно это ни звучало, Орлов чувствовал острую необходимость с кем-нибудь поговорить. И лучшего кандидата, чем собственный пленник найти не мог. Вот она, ирония.

– Что я делаю не так?

Денис заливисто засмеялся, став похожим на настоящего маньяка.

– Что такое? Регина не висит у тебя на шее и не умирает от любви? Как неожиданно. Странно. Ты ведь такой зайка, как тебя не любить?

– Почему ничего не выходит? Она снова начала себя резать. В этот раз заговорённым лезвием.

– Боишься, что следующий раз может стать фатальным? Что она покончит с собой? А она это сделает. Это лишь вопрос времени, ― Громов спрыгнул с жёсткой койки, подойдя почти вплотную к решётке. Почти. Наученный горьким опытом металлических прутьев он благоразумно не касался. Внешне невинные, те могли без труда прожечь его до костей. И тем глумливей смотрелся самый обычный ключ, вставленный в замок. Казалось бы: только руку протяни, да не тут-то было.

– Регина никогда не наложит на себя руки, ― возразил Орлов.

– Раньше нет, но теперь…

– Почему?

Денис почесал спутанную бороду, что-то вытащил оттуда, повертел между пальцев и щелчком кинул в Влада. Правда до получателя ничего не долетело, напоровшись на защиту. Решётка заискрилась, пшикнув, как капля воды, попавшая на плиту. Затем всё стихло. Оба некроманта сделали вид, что ничего не произошло.