Свидетель Икс

Sarah Moorhead

WITNESS X

© S. E. Moorhead 2020. This edition is published by arrangement with Johnson & Alcock Ltd. and The Van Lear Agency

© Голыбина И. Д., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

САРА МУРХЭД с детских лет увлекалась сочинением историй, а теперь писательство служит ей средством для занятия гиперактивного ума и лекартством от житейских невзгод.

Ее интересуют поиски смысла, мотивы человеческих поступков и всевозможные тайны.

Изучала теологию и была священником.

В течение четверти века преподает в школе. Имеет черный пояс по кикбоксингу, организовала молодежную группу «За мир и справедливость», пишет статьи о своей работе в сфере образования и религии.

Родилась и живет в Ливерпуле.

Умная и изобретательная вариация триллера о серийном убийце.

Талантом Сары озарена каждая страница.

Крайне впечатляющая вещь, написанная с поразительным литературным мастерством.

Существуют вещи известные и вещи неизвестные, а между ними – двери восприятия.

Пролог

Я всегда представлял себе сон как плавание в бассейне. В какие-то ночи я сплю глубже, чем обычно.

Теперь, после того как я увидел тебя под водой, с открытыми, но невидящими глазами, я задаюсь вопросом, не такова ли и смерть: разные слои, разная глубина.

Я не могу изменить прошлое.

Я могу лишь обратиться к тебе, чтобы сказать, как сильно скучаю.

Пока мы разлучены.

Пока мы не вместе.

Глава 1

Четверг, 1 февраля 2035

17:45

В уши Кайры ворвался низкий рокот артиллерийского огня; за ним последовали автоматные очереди. Она все еще ничего не видела, но рядом люди выкрикивали приказы и кто-то стонал от боли. Жара окутывала ее удушающей пеленой.

Визор включился, и она невольно дернулась назад, увидев фигуры в камуфляжной форме с оружием – они метались в поисках укрытия, словно в жутком кино про войну. Перед ее глазами – нет, напомнила она себе, это не ее, а его глаза – глинобитная стена рассыпалась в пыль. Все вокруг превратилось в мешанину желтых, коричневых и темно-зеленых пятен под солнечным светом такой яркости, что на него было больно смотреть.

Где же это, в Афганистане? Она словно вернулась в детство, когда они с Эммой играли на полу, пока отец смотрел по телевизору новости.

Внезапно картинка переключилась; теперь пустынное солнце висело у горизонта, похожее на шар из расплавленного золота, а небо стало лиловым. Кайра опустила глаза и увидела свой камуфляж, поношенные армейские ботинки и винтовку, зажатую в руках. Внутренний голос подсказал ей, что это «Миними-59», хотя она в жизни не имела дела с оружием. Она рассмотрела рыжеватые волоски, отсвечивающие в вечерних лучах, и напряженные мускулы под веснушчатой кожей. Руки принадлежали не ей. Браунриггу.

Спустилась ночь – жаркая, пыльная, черная. Не городская, как она привыкла, когда в небе висит свечение уличных фонарей. Эта темнота была похожа на чернильное облако, на смолу, заливающуюся в глаза, уши, рот, так что становилось трудно дышать. Может, процедура прервалась? Но нет: зрение постепенно адаптировалось, и она огляделась по сторонам.

Вверх по склону замерцали крошечные огоньки масляных ламп в квадратных окошках приземистых мазанок с плоскими крышами. Вокруг них возвышались заросли кустарников и травы, а дальше до самого горизонта простирались песок и камни. Она еще огляделась глазами Браунригга, фиксируя и запоминая детали, пока ее взгляд не наткнулся на двоих солдат, мужчину и женщину. Браунригг поднял вверх кулак, и они застыли как вкопанные.

Повисла тишина; Кайра постучала по шлему виртуальной реальности. Что-то затрещало у нее в ухе, и из передатчика раздался голос: «Уничтожить».

Браунригг поднял один палец и повел остальных к постройкам. Пробираясь вперед, она ощущала острые камешки под подошвами ботинок. Домики лепились друг к другу, на фасаде было сразу три двери. Кайра посмотрела, как он отправил двоих других к дверям по краям, а сам встал перед средней. Раз-два-три, показал он пальцами, и они нырнули внутрь. Браунригг ворвался в домик вслепую, держа винтовку перед собой. Она чувствовала, как участился его пульс. Очков ночного видения у него не было; свет шел только от маленького фонарика на корпусе винтовки, испускавшего тонкий и яркий луч. Водя им по сторонам, Браунригг обыскал помещение.

– Чисто! – послышался голос солдата-мужчины.

– Чисто! – эхом повторила женщина.

Какое-то движение в темноте заставило Кайру затаить дыхание. Браунригг шагнул ближе, чтобы осмотреть груду тряпок на земляном полу. Его плечи напряглись, ствол винтовки крепко упирался в грудь. Казалось, груда тряпок пошевелилась; Браунригг дернулся, и его палец заплясал на спусковом крючке.

Маленькая хрупкая рука медленно показалась из тряпья, за ней выглянуло воспаленное лицо. Мальчишка. Браунригг с облегчением выдохнул и забросил винтовку на ремне за спину. Присел на корточки.

– Ты в порядке, дружище? Что с тобой, заболел?

Мальчик бессмысленно таращился на него. Браунригг протянул руку, чтобы пощупать лоб. Ребенок застонал и попытался отползти.

– Не волнуйся, приятель, мы тебе поможем.

Он потянулся за рацией. И тут другая рука мальчика взлетела из-под рваного одеяла, а в ней – кривой ржавый нож. Неловким движением он замахнулся на Браунригга, и этого внезапно оказалось достаточно.

По горлу Кайры словно полоснули раскаленной кочергой, по всему телу – телу Браунригга – пробежала волна паники и адреналина, и он повалился назад. Мальчишка вскочил, отбросив тряпки, с торжествующим выражением на лице.

За дверью мужской голос выкрикнул что-то неразборчивое, и мальчишка выпрямился, напрягшись. Потом раздался выстрел, и снова повисла тишина.

Ребенок постоял, все еще сжимая нож в руке, потом гневно плюнул в лицо Браунригга, который извивался на полу, хватаясь за горло. Кровь струйками бежала у него между пальцев.

Мальчишка выскочил на улицу.

В слепой панике Браунригг катался по земле. В конвульсиях он задел ногой маленький столик и услышал звон бьющегося стекла.

Кайра в первобытном ужасе хватала ртом воздух.

До нее донеслись голоса двух других солдат.

Потом выстрел.

И молчание необъятной пустыни.

Наконец – казалось, целую вечность спустя, – двое товарищей склонились над ним.

– Мы убрали их обоих, сэр, – сказала женщина. – Держитесь. Смотрите на меня!

Ее напарник выкрикивал в рацию координаты, требуя немедленно прислать медицинскую помощь.

Потом все растворилось в темноте.

Кайра вскочила с кушетки, на которой лежала, и сорвала с головы шлем, но, ничего не увидев в потемках лаборатории, заметалась из стороны в сторону. Кто-то резко схватил ее за плечи.

– Пустите меня! – выкрикнула она и стала отбиваться.

Мужчина охнул от боли, потом голос, особенно громкий в темноте, приказал:

– Космо, свет на пятьдесят процентов.

Лаборатория немедленно осветилась.

Дезориентированная Кайра замерла на месте. Коллега крепко ее держал.

– Кайра, все в прядке. Ты в лаборатории. Это я, Джимми.

Она огляделась, увидела знакомое оборудование, столешницу из черного мрамора, свою кружку, стоявшую на ней, и начала успокаиваться. Это была не первая процедура переноса памяти, которую они проводили, и обычно она так не реагировала.

– Боже, Джим! Прости.

– Бывало и хуже. – Он улыбнулся и опустил ее. Подержал руки поднятыми еще мгновение, потом потер подбородок.

– Я испугалась.

– Я так и понял.

Он осторожно подвел ее назад к кушетке; она старалась восстановить дыхание.

– Тихо, тихо, – успокаивал ее Джим. – Все хорошо, Кайра. Ты в порядке.

Она села и потрогала горло, ошибочно приняв пот за кровь. Подняла трясущиеся руки к лицу. Ее собственные руки. Она медленно покрутила ими перед глазами.

Чистые.

Ее пульс начал замедляться, но дыхание все еще было прерывистым.

Она постучала пальцами по груди. Джимми сразу же понял и выхватил из кармана белого халата ингалятор. Вырвав у него флакон, она надавила на помпу и с шумом вдохнула.

Секунду спустя Кайра почувствовала, как ее дыхательные пути расширяются. Дыхание стало глубже, спокойнее. Пот на теле начал остывать, и она снова пощупала шею. Джимми наблюдал за ней, обеспокоенный и растерянный.

Он осторожно похлопал ее по спине.

– На этот раз, надеюсь, блевать не станешь?

Она мрачно покосилась на него.

– Специально не ела с самого утра.

– Учишься на своих ошибках, – улыбнулся он. – Давай-ка попей водички.

Он взял со стола стакан и протянул ей.

Она с жадностью выпила, радуясь тому, что Джим рядом.

Он проверил ее пульс электронным датчиком и посветил фонариком в глаза. Кайра раздраженно зыркнула в сторону Картера, ее партнера по бизнесу и владельца «КартерТек Лаб».

– Смотри перед собой, – велел Джимми. – Реакция зрачков нормальная, – заключил он и забрал у нее пустой стакан, вернув его на стол.

– Армия, Картер? Чертов спецназ? После всего, о чем мы говорили? – сердито спросила она.

Картер прижал к губам указательный палец, указывая другой рукой на Кассандру – огромный белый аппарат, формой напоминающий пончик, стоявший на другом конце лаборатории. Белоснежный металл Кассандры резко контрастировал с темно-серыми стенами и черными рабочими поверхностями. На белой каталке, головой в центре отверстия, лежал генерал-лейтенант Браунригг.

Картер пожал плечами.

– Бизнес есть бизнес.

– Я его достаю, – предупредил Джимми.

На мгновение Кайра откинулась на кушетку. Даже потолок в лаборатории был темным; его покрасили в черный цвет, чтобы скрыть провода и вентиляционные решетки. Наверное, Картер счел такое решение стильным. Со слабой улыбкой она показала Джимми два больших пальца.

– Кассандра, выключить сканер, – произнес Джимми, подхватив со стола новый стакан с водой. Раздался мягкий шелест, и пончик отъехал, оставив Браунригга лежащим на каталке. Тот медленно приподнялся и взял воду.

По возрасту он никак не годился в солдаты, и Кайра поняла, что воспоминание относилось к ранним годам его службы. Он молча пил, глядя на нее поверх края стакана.

– Вы как, в порядке? – спросил его Джимми.

Браунригг кивнул, допил воду и протянул стакан Джимми назад. Тот обратился к нему:

– Пикостимуляторы и нанорецепторы[2] выведутся из вашей крови в течение пары часов, вы ничего не почувствуете. Но не забывайте пить больше жидкости.

– Это те невидимые штуки, которые вы мне вкололи? – поинтересовался Браунригг. Наверное, он увидел, как вытянулось у Джимми лицо, потому что добавил с хитроватой улыбкой: – Не беспокойся, сынок. За время службы мне чего только не кололи. И в большинстве случаев я не знал, что в шприце.

Голос у него был низкий и ровный. Для человека пожилого генерал находился в отличной форме: никакого живота, мышцы плеч и груди распирают отглаженную бледно-голубую сорочку. Он ловким движением сел, свесив ноги с края каталки, но Джимми его остановил:

– Дайте мне минутку проверить ваше состояние.

Картер стоял, прислонившись к серой стене, полускрытый в тени. На нем был синий костюм в тонкую полоску с платком в тон аквамариновому галстуку. Все сшитое на заказ – в магазине не купишь. Многие китайские бизнесмены одевались так, чтобы подчеркнуть богатство своей страны, приобретенное за последние десятилетия, и костюмы в Лондоне снова вошли в моду. Такая же показуха со стороны Картера, подумала Кайра, как и белые халаты, которые по его настоянию носили они с Джимми, чтобы выглядеть «как настоящие медики». Хотя технически они были равными партнерами в компании, своим внешним видом Картер демонстрировал, что он тут босс, хотя это было ясно и так по вывеске над входом.

Любопытно, но в свои воспоминания он ее ни разу не допустил.

Говорил, что это личное.

«Есть что скрывать?» – думала Кайра в ответ.

Картер сильно нервничал перед переносом, и она, честно говоря, тоже. Насчет клиента он высказался уклончиво, но заверил Кайру, что они вместе примут решение, как действовать дальше. Кайра была признательна, что он дал ей возможность реализовать ее изобретение, но бывали моменты, когда она думала, что следовало бы выбрать другой источник финансирования. Его разговоры о том, что технологиями должны пользоваться достойные люди… говоря это, он явно кривил душой.

Картер был упрям, но и она тоже.

– Так что? – выжидающе спросил Картер, кивнув Кайре.

Браунригг смотрел ей прямо в глаза, и она вдруг ощутила с ним глубинную связь. Да и как было не ощутить после того, как она побывала в его воспоминаниях?

– Там был бой, солдаты. Пустыня, может, Афганистан, – начала она. – Маленькие домики, с виду заброшенные, но потом… в одном оказался ребенок… мальчишка.

Браунригг продолжал невозмутимо глядеть на нее.

Неужели то, что там произошло, нисколько на него не повлияло?

– Это оказалась… – она поискала слово. – Засада. Мальчик… Он… зарезал вас.

Она снова пощупала шею.

– Перерезал вам горло.

Никакой реакции.

Следующую фразу она произнесла очень тихо.

– Ваши товарищи его застрелили.

Как могло такое – убийство маленького мальчика, при каких бы то ни было обстоятельствах – нисколько не отразиться на его лице, хотя бы в виде тени скорби и сожаления?

Картер перевел взгляд с нее на Браунригга.

Тот расстегнул воротничок рубашки и показал длинный красный шрам.

– Совершенно верно, доктор Салливан, – твердым голосом произнес он.

Лицо Картера осветилось.

От облегчения, догадалась она.

Кайра почесала бровь, все еще немного дезориентированная. Ее взгляд упал на черную мраморную столешницу с крошечными серебристыми вкраплениями. Они посверкивали в полутьме, внушая ей ощущение чего-то стабильного и надежного. Она посмотрела на свою кружку с надписью «Дайте мне кофе, и никто не пострадает» – подарок от Джимми. Потом перевела глаза на стеклянную стену лаборатории и вгляделась в свое отражение на фоне темного коридора.

Она отчетливо видела себя: взлохмаченные волосы, подстриженные в короткое каре, длинные ноги, чуть широковатые для такой фигуры плечи. Потом снова встретилась взглядом с Браунриггом, исполненная чувства вины – чужой, не своей.

– Они его… тот мальчик умер? – спросила она, заранее боясь ответа.

Браунригг промолчал. Он отвел глаза и соскочил с каталки.

Картер тут же метнулся к нему.

– Как вы убедились, генерал-лейтенант, – сказал он, – Кассандра, разработанная доктором Салливан, по-настоящему уникальное изобретение.

С подобострастием Картер переборщил, и Кайре стало за него стыдно.

Браунригг оправил рубашку. Он как будто немного стеснялся; возможно, чувствовал себя как голый после того, как она покопалась в его памяти. Словно после пьяного разгула выслушивал рассказ о своих вчерашних подвигах – его научную версию.

– Нельзя не согласиться, – подтвердил он, по-прежнему не глядя на Кайру. – Кассандра – как греческая предсказательница?

Он улыбнулся, но его тон остался серьезным.

– А как называется сам аппарат?

– Компьютерный ассистент неврологического трансфера памяти.

Картер перебил ее, подталкивая Браунригга к двери:

– Ну что же, тест-драйв, так сказать, мы провели, значит, можем обсудить условия.

– Я в порядке, спасибо, что спросил, – вставила Кайра.

Картер скривился, но оглядываться не стал.

В эту часть процесса он, похоже, ее включать не собирался. Раздраженная, она догнала их, нетвердо держась на ногах, и схватила Браунригга за рукав рубашки.

– Могу я поинтересоваться…

Оба мужчины остановились и повернулись к ней.

– Как вы собираетесь использовать мою технологию?

Мускулы Браунригга под ее пальцами были твердыми как сталь. Он многозначительно покосился на свое запястье, и она разжала ладонь.

Картер сверкнул на нее глазами.

Браунригг, однако, улыбнулся, не выказав ни малейшего недовольства.

– Бороться с терроризмом.

– Как именно? – не отставала она.

Он поколебался, потом твердым голосом продолжил:

– Допрашивать подозреваемых. Мы считаем, ваша технология может… быть полезна для получения информации о членах террористических ячеек, даже после атак.

Он взмахнул рукой.

– Их контакты, адреса, места встречи и места хранения оружия – в этом роде. Если мы кого-то поймаем живым, то постараемся получить максимум сведений, чтобы предотвратить новые зверства.

– Интересно. – Она склонила голову набок, делая вид, что обдумывает его слова. – Но мне кажется, правозащитники не одобрят копания у людей в мозгах без их согласия.

Лицо Картера потемнело.

Браунригг снова улыбнулся; напряжение, внезапно повисшее в лаборатории, явно его забавляло. Он сделал шаг в ее сторону.

– Доктор Салливан, пропасть между богатыми и бедными растет и будет расти, а с ней и угроза терроризма. Я уверен, что британская общественность будет вам вечно признательна за вашу технологию и за жизни, которые с ее помощью удастся спасти.

Мгновение они постояли, глядя глаза в глаза. Возмущение Кайры росло.

– К сожалению, это все, что я могу вам сказать.

Ее сердце отчаянно колотилось, и Картер предостерегающе глянул на нее.

– Надеюсь, правоохранительные органы позаботятся о том, чтобы ваши клиенты сначала давали согласие на процедуру.

Браунригг покосился на Картера с недоумением.

– Мы так не договаривались.

Кайра заметила, что между двумя мужчинами что-то промелькнуло.

– Нет, это обычное недопонимание. Все в порядке, – запинаясь, пробормотал Картер.

– Технология останется засекреченной, – жестко заявил Браунригг, и его лицо посерьезнело. Он кивнул в сторону Кайры и Джимми. – Вы же понимаете, что произойдет, если ваш прибор окажется не в тех руках? Понимаете, насколько значимо ваше изобретение?

Кайра не знала, принимать это за комплимент или за угрозу. Кто он такой, чтобы говорить ей, что она может или не может делать со своей технологией?

– Представьте, как это могут использовать против нас! – воскликнул Браунригг.

– Нас? – фыркнула Кайра.

Картер шикнул на нее.

– Доктор Салливан, – произнес Браунригг низким, угрожающим тоном. – Ваша технология будет спасать жизни людей. Но для того, чтобы это было так, она должна остаться засекреченной.

– Засекреченной? – Кайра поморщилась. Перевела взгляд на Джимми – его лицо побелело. Она со всей отчетливостью поняла – Браунригг не шутит.

– Я пытаюсь сказать вам, доктор Салливан, что ваше изобретение будет представлять крайнюю опасность, если попадет не в те руки. Его надо хранить в тайне. Мы не можем пойти на такой риск.

– Я придумала эту технологию, – Кайра уже не сдерживала гнева. – И не вам решать за меня.

– Вы получите достойную компенсацию, – холодно отрезал он.

– Мне не нужна компенсация! Я хочу, чтобы технологией пользовались люди, которым она необходима! Криминальная юстиция…

– Разберитесь с этим, – приказал Браунригг Картеру, отмахиваясь от нее.

– Конечно. Я все решу, – быстро вмешался Картер. – Пойдемте ко мне в кабинет, поговорим с глазу на глаз.

Браунригг вышел в коридор, а Картер с яростью ткнул в Кайру пальцем.

Тошнота внезапно подкатила у нее к горлу, и она плюхнулась на кушетку, обессиленная и разочарованная.

Все шло не так, как она себе представляла.

Совсем не так.

Глава 2

Четверг, 1 февраля 2035

18:02

– Со мной все в полном порядке, – повторила Кайра, глядя, как пальцы Джимми пляшут над виртуальной клавиатурой, пока сам он пристально всматривался в экран с ее биометрией. Голубоватое свечение подчеркивало его орлиный нос, в темно-синих глазах отражались маленькие яркие квадратики. Она допила второй стакан воды, который он ей подал, чтобы успокоиться и заглушить горечь от их стычки с Браунриггом.

– Я всего лишь следую протоколу, доктор Салливан, – ответил он с улыбкой и смахнул со лба темные кудрявые волосы. Кайра подумала, что у него симпатичное лицо и он умеет пользоваться своим обаянием. В основном Джимми работал с биочипами и устройствами слежения. Одно он испытал на ее машине, и с тех пор она дразнила его то сталкером, то Кью из фильмов про Джеймса Бонда[3]. Она никогда не спрашивала, почему он бросил предыдущую работу врача-терапевта. Не хотела совать нос не в свое дело.

После того как Картер с Браунриггом ушли, она десять минут провела в сканере Кассандры. Теперь Кайра стояла над Джимми, разглядывавшим на мониторе снимки ее мозга.

– По-моему, все отлично, – сказал он, не сводя глаз с экрана. – Амигдала[4] у тебя переливается, как новогодняя елка.

Он повернулся к ней с любопытством на лице.

– Каково было там, в его памяти?

– Жутковато, – ответила Кайра, поежившись. – Жаль, я не получаю хотя бы краткой сводки того, что могу увидеть.

Ее рука снова невольно потянулась к шее.

– Не каждый день тебе перерезают горло.

– Зато мы доказали, что технология работает. Похоже, его это впечатлило.

– Лучше бы я солгала и сказала, что ничего не увидела, – заметила она со вздохом.

– Уж прости. Понимаю, это не то, чего ты хотела.

– Чертов Картер! У него одни деньги на уме, – проворчала Кайра.

– Следи за языком, – усмехнулся Джимми, снова поворачиваясь к экрану. – Ты ходишь по тонкому льду после вашей с ним последней ссоры. А тебе ведь известно, что он за человек.

Она проигнорировала его слова и снова присела на кушетку.

– Космо, поиск по генерал-лейтенанту Браунриггу.

Экраны на стенах тут же заполнились фотографиями и статьями: Браунригг молодой красавчик-офицер со светлыми волосами и зелеными глазами, потом старше, с медалями и орденами, во главе взвода солдат. Выглядел он достойно, ничего не скажешь. Кто бы думал, что он виновен в смерти ребенка. Военному начальству точно не захочется, чтобы общественность проведала об этой истории. Даже гипернету не всегда удается докопаться до хорошо скрытой истины.

– Пульс успокаивается. Хотя мог бы быть и пореже. Когда ты копалась в моей памяти, он у тебя так не зашкаливал. Космо, свет на сто процентов.

Она снова зажмурилась; компьютер включил освещение в лаборатории на полную.

– Почему ты назвал наш компьютер Космо?

– Кличка моей первой собаки, – ответил он, глядя в экран. – Я его обожал.

Кайра одобрительно кивнула.

Читать память Джимми было совсем другое дело. Она изобрела Кассандру, придумала для нее нано- и пикотехнологии, но оборудование собирал в основном Джимми, по ее чертежам. Он одним из первых позволил ей проникнуть к себе в голову – после ее лаборанта Фила Брайтмена. Джимми достаточно доверял Кайре, чтобы допустить ее в свой мозг; то был уникальный опыт, к которому она подошла с предельной деликатностью. Она искала в его памяти конкретные детали, чтобы испытать свой аппарат. Это было похоже на игру в прятки. Джимми задавал ей вопрос, ответа на которой она не могла знать, и Кайра пыталась отыскать подсказку в его памяти.

Она до сих пор помнила их первый раз – самый удивительный из всех, – когда они поняли, что технология работает. Большую часть того дня они провели за испытаниями – Кайра добывала из памяти Джимми крупицы информации. «Почему в Испании в тринадцать лет у меня был приступ астмы?»

Она отчетливо видела ее: хорошенькую девочку-испанку, кареглазую, с длинными темными ресницами. Джимми пробовал разговаривать с ней на ломаном испанском; внезапно девочка обвила руками его шею и поцеловала в губы, а потом со смехом бросилась бежать. Джимми так перевозбудился – а может, перепугался или и то и другое, – что у него случился небольшой приступ астмы. Позднее, когда они вдвоем смеялись над этим в лаборатории, Джимми признался: он смутился до такой степени, что никому никогда не рассказывал про тот случай.