Отныне и везде

День пятый. Поиск

Утром проснулся от необычного ощущения. Поначалу не мог разобраться, что же вокруг не так, и только минутой позже понял – проснулся от тишины. Отвык у себя на Советской. Там с раннего утра машины, газели с продуктами магазина «Дикси». А здесь тишина. Нарушаемая только щебетом птиц за окном. Хотел было по привычке резко вскочить с постели, да вспомнил, что теперь в ней не один. Настя спала безмятежным сном. Так спят дети. Беззаветно и беззаботно. Смотрел на неё и вчерашние злоключения уже не тревожили. Но время шло, пора действовать. Потихоньку встал, умылся и пробрался на кухню. После вчерашней вылазки девочек по магазинам холодильник распирало от продуктов. На запах готового омлета на кухню подтянулись и остальные.

– С чего мы начнём, дядя Дим? – едва прожевав кусок бутерброда, спросил Олег.

– Ночью постарался обдумать нашу ситуацию. Действуем следующим образом: Настя идёт на работу и продолжает поиск необычных событий за последние четыре месяца, вы, Катя и Алик, постарайтесь собрать свидетельства этой твоей «три дабл ю симфонии». Только, чур осторожно, не оставляя следов в интернете. И не в библиотеке у Насти. И, желательно, не вместе. Переговоры по телефону. Старайтесь не употреблять имен. Понятно?

– Так точно!

– А чем ты займёшься? – поинтересовалась Настя.

– А мне пора навестить старых знакомых. Давненько не виделись. Ну, и к следователю зайти обязан.

– Вот запасные ключи. Правда, всего одна связка… И я уже охране внизу сообщила, что ко мне дядя с тетей и племянником приехали. На любой вопрос, так и отвечайте.

– А как имя и фамилия моей сестры? – спросила Настя. Молодец. Недаром всегда ценил сообразительных женщин.

– Софья. Шувалова.

– Шувалова… Вы случаем не?..

– Предки говорили, что дальние родственники. Точно не знаю, да и какая разница теперь.

– Увы, это так. Итак, за дело. Настя, ключи ты возьми. Заеду за тобой.

Я раздавал задания уверенно и чётко, хотя, на самом деле не знал, что делать дальше. Такое бывало и раньше. Будто туман вокруг. На работе, правда, всегда можно заняться параллельными делами или проанализировать всё с самого начала, в конце концов, к сослуживцам обратиться. Но сейчас вопрос явно не «нашего» ведомства… а в той «организации» просто так на вопросы не отвечают. Там привыкли их сами задавать. Успокаивало одно – опыт прежних лет подсказывал – туман можно рассеять лишь осторожным движением вперёд, пусть и вслепую.

Вид собственной развороченной квартиры не придал уверенности. Вчера здесь было полно народу, сейчас тут холодно и неуютно. Окна выбиты, дверь на соплях, и вся квартира будто вывернута наизнанку. Осмотр привёл к неутешительным результатам – ничего путного не сохранилось. Слава богу, хоть коробка с документами не сгорела. Вымокла, но цела. Хорошо, что прихватил с собой пластиковые пакеты. Взял коробку, пару смен нижнего белья, уцелевшую одежду из платяного шкафа, сложил в пакеты и вышел. Разберусь с этим позже. Спустившись этажом ниже, увидел две полоски на двери квартиры Олега. С телефоном… А что? Это вариант, легальный повод обратиться в «ту» организацию. Позвоню-ка.

В ответ меня пригласили к майору Степаненко. Что ж, незачем откладывать. Сразу же и направился, всё равно делать нечего. После оформления пропуска поднимаюсь на третий этаж и тут – удача! – сталкиваюсь нос к носу со старым товарищем Васькой Кривцовым. Ишь ты, он уже полковник!

– Димка! Какими судьбами?

– Да вот к майору Степаненко иду. По поводу своих соседей.

– Ладно. Сразу после заходи ко мне. Кабинет в конце коридора. Жду.

Майор Степаненко оказался усталым молодым человеком лет сорока. Расспросив меня и убедившись в моей непричастности, он успокоился, расслабился и признался:

– Хулиганят… У нас такие звонки два-три раза в неделю. И ведь не оставишь без внимания – одно слово – терроризм! По автомату – тревога номер один. Мы, конечно, этих хулиганов вылавливаем, но каждый раз кто-то снова норовит пошутить.

– И как на этот раз? Удалось поймать?

– В этот раз нет. Вообще, странное дело – какой-то сбой в сети и никаких следов не осталось. Будто звонка и не было вовсе.

– Может, и не было?

– Как это не было? Говорю же – аудиозапись звонка есть, а номера нет! Исчез! Испарился!

– Ну, и что теперь? Я в смысле того, когда соседи могут домой вернуться? Я ведь, собственно, по их просьбе и пришёл. Разрешения спрашивали.

– А, так это можно. Пусть возвращаются. Дело закрыто. Давайте пропуск, подпишу.

Вася ждал меня с распростёртыми объятиями. Он был явно рад нашей встрече. И почти такой же, как в молодости. Тот же чуб, изрядно, правда, поредевший, прикрывал границу загара по фуражке, круглое, гладко выбритое лицо, расплывшееся в улыбке, мясистые уши, которые мы в юности обзывали варениками с картошкой, подбородок с почти заплывшей жиром ямочкой, подросшая с годами родинка у правой ноздри. На журнальном столике кабинета было накрыто. Дежурный набор заметно стал солидней. Мысли сразу умчались туда, когда я был моложе и беззаботнее и когда… Кривцов, перехватив мой взгляд, понял по-своему:

– Да, брат, благосостояние растёт и мы с ним. Присаживайся. Что будешь?

– Вася, если можно – кофе.

– Кофе – это всегда пожалуйста. – Кривцов нажал кнопку на телефоне и, передав поручение секретарю, вновь обратился ко мне:

– Но мы ведь должны за встречу-то? Сколько лет мы не виделись? Двадцать?

– Двадцать три.

– Время летит… Ну, так что – коньячка или, по старой памяти, водочки?

– Вась, я уже двадцать лет, как бросил…

– Фьють. Это срок. Уважаю. Молоток! А я, признаюсь, слаб по этой части. Хотя держу себя в рамках, так что позволь, пригублю. Я бы тоже бросил, да сосуды требуют, – и он отпил немного из своего коньячного бокала.

– Ладно, Василий, за встречу! – ответил я, поднимая стакан газировки.

– Дима, я вижу ты в штатском. Где ты сейчас? Ты же вроде в милиции, ой, прости, полиции служил?

– На пенсии уже второй год.

– А как жена… Валя кажется? И сын Мишка? Он уже тогда подростком был… поди, уже внуков тебе наплодил?

– Внуков нет… и Мишки тоже. Уже больше двадцати лет назад, как погиб. А с Валей мы расстались…

– Ох ты… Прости, не знал… Прими мои… За Михаила!

Я хлебнул кофе. Он был слишком горяч, даже слёзы навернулись. Чтобы выйти из неловкого положения сказал:

– Вот тогда, на его могиле, и дал себе слово – ни капли больше… Он ведь по этому делу и погиб. Пьян был и под автобус упал… Я себя считал виновным. Проглядел. Я, ведь, дурным примером был. В те годы хорошо поддавал. И на работе, и дома… Всё стресс снимал.

– Ещё раз за Мишку… Но ты молодцом! На тебе ещё пахать и пахать! Чего ты вдруг на пенсию ушёл?

– Ушли, Вась, ушли. Слишком не компанейским оказался. Знаешь, когда ты трезв, такое вокруг замечаешь…

– Ладно. Проехали. С майором-то всё в норме? Если что надо, скажи, помогу.

– Там – порядок. Не беспокойся. У меня к тебе вопрос – кто у вас сейчас наркотиками заведует?

– Тебе повезло! Я и заведую. Только, брат, скоро нашему отделу конец придёт. Я, глядишь, тоже на пенсию пойду. А чего тебя вдруг наркотики заинтересовали?

Лучшего начальника по борьбе с наркотиками и представить себе не мог. Васька сроду был ярым борцом против этой гадости. Ещё тогда, в Чечне, наш взвод был самым чистым, в этом отношении, благодаря ему. Даже травки не позволял наш взводный. А её, ведь, там пруд пруди… Мы были в курсе, что у него мать на них сгорела, понимали и принимали его борьбу с этой заразой. Может поэтому и выжили?.. Я знал – ему можно смело рассказать обо всех «случайностях» последних дней… Кривцов задумался на минуту, отставил бокал и произнёс:

– Поэтому ты решил, что может наши могли участвовать в этом деле? Логично. Действительно выглядит очень подозрительно. Я бы также подумал месяца три с половиной назад. А теперь… С чувством «глубокого удовлетворения», могу сказать тебе точно – твоя версия не верна. Во-первых, последнего генерала среди наших, который был связан с наркотиками, я лично выявил и посадил ещё год назад. За это я тебе отвечаю, такую чистку провёл, так всех перешерстил – лет пять никто и подумать об этом не посмеет. Тем более теперь… Во-вторых, этот наркобарон, известная личность, больше по Латинской Америке специализировался. У них же все рынки сбыта были поделены… Так что прямой связи здесь не просматривается. Да и потом, в свете последних событий…

– Что ты имеешь в виду?

– Я обо всей сфере этого бизнеса. Она лопнула, как мыльный пузырь.

– Извини, не мог бы ввести меня в курс дела. Думал это, по большей части, бравурные лозунги.

– Нет, братец мой, на этот раз, правда. Уничтожили мы эту гидру. Представляешь десятки, да что там десятки – сотни лет борьбы, и всего за три с копейками месяцев – конец! Полная и окончательная победа! За это надо выпить! – я чокнулся с ним чашечкой кофе, и он продолжил:

– Тебя, конечно же, интересуют детали. Три с половиной месяца назад всё и началось. Кстати, с твоего барона! Хм-м-м… Так вот – наши собратья по оружию в Америке смогли выйти на него и уничтожить подпольные фабрики и каналы доставки. Деталей не знаю, но, видимо, его давно пасли, и тут он на чём-то явно прокололся. А дальше – сам понимаешь. Верёвочка потянулась, узелок за узелком, петелька за петелькой и, хлоп, – за месяц всех наркобаронов удалось поймать и арестовать. Причём, сразу на всех континентах. Сам поверить не мог – такая удача.

– Но как это, вдруг, удалось?

– Понимаешь, твой наркобарон…

– Он не мой.

– Это я так, для обозначения. Так вот, у него кто-то, видать, очень смышлёный, спёр деньги. Все миллиарды. в один день и со всех банков! Сразу! В один момент! И, представь, безо всяких следов. Чисто сработано! Завидую.

– Ну и что?

– Как что? Наркобарон естественно подумал на конкурентов, начались разборки, все разом зашебуршились. Гнилое болото это всколыхнулось и давай топить друг друга. Деталей не знаю, видимо какие-то наводки были… А тут к тому же стали поступать анонимные сообщения. Причём такие – пальчики оближешь! С точными адресами, явками, временем операций! Я бы таким анонимам памятники ставил. Ей богу. Вот так, буквально за месяц, удалось избавиться от этой заразы.

Потом, правда, пришлось попотеть с наркоманами… Они сразу, как тараканы, повылазили из своих щелей. Им же доза нужна – за неё они хоть в огонь, хоть в прорубь. Ну, тут мы их и повылавливали. Кого в тюрьму, кого по больницам рассовали… Да… пару месяцев, скажу тебе, горяченькие были. Зато теперь – тишь, да благодать! Вторую неделю ни одного крупного случая. А с мелочёвкой полиция сама справляется… Так что, боюсь, скоро и меня на пенсию отправят. За ненадобностью…

– Вася, а как же деньги? Не нашли?

– Тут такие чудеса… Я же забыл сказать, из-за чего у них, у наркобаронов, сыр-бор разгорелся. Представь себе, за пару дней у всех со счетов деньги уплыли. Также бесследно! И они, вместо того чтобы разобраться, кто их за нос водит, вцепились друг в друга, как бешеные псы. Народу полегло! Сами своих и порешили!..

Денег, правда, мы так и не нашли… Но, вот что примечательно. Многие научные центры, детские дома, школы, больницы в это же время, вдруг, получили солидные финансовые вливания от анонимных доброжелателей. Даже на космические исследования дали! Мы проверяли – комар носа не подточит – чисто. Но, когда сверились с нашими зарубежными соратниками, оказалось, что, в общей сумме, эти донорские пожертвования приблизительно соответствуют потерям наркобаронов… Современные, так сказать, Робин Гуды. Чёрт, мне бы с ними познакомиться. Нет, не для ареста, а так, руку пожать.

– Может хакеры?

– Нам приходила эта идея. Проверяли. Всех известных прощупали. Это не они… Если это и хакеры, то особенные. Обычно хакер в своих программках штрих оставляет. Как подпись. Чтобы было видно чьё достижение. А тут никаких следов. Чистый альтруизм. Себе не копейки, всё на благо общества. Так что с финансами полный провал… Да чёрт с ними, с деньгами. Такую гидру завалили! Ей богу, можно спокойно на пенсию идти.

– Вася, у меня к тебе ещё один вопрос. Не знаешь, как Петра Веригина найти? Последний раз мы с ним лет десять назад встречались. Он в разведке был.

– Конечно! Он и сейчас в ГРУ… Большой начальник! Подумать только – вроде вчера ещё в одном овраге ховались, а теперь к нему только по записи. Хотя… Знаешь что? Давай-ка, я ему позвоню. Собирались в этом месяце попариться, так и ты присоединяйся. Идёт? Он рад будет! Поверь. Сейчас прям и позвоню! – Кривцов, недолго думая, подошёл к телефону и набрал номер:

– Алло? Петя, это ты? Привет! Догадайся, кто у меня в гостях? Не-а. Не-а. Сдаёшься? Это Димка Мурашов. Собственной персоной. Ну, что там и как – он сам тебе расскажет. У тебя завтра время есть? В три? Окей. Тогда до завтра. Сауну сейчас закажу, не беспокойся. До скорой встречи, Петя.

Кравцов положил трубку и, потирая ладони, заявил:

– Всё – договорился. Значит завтра, в сауне в три… Слушай, а ведь ты не случайно о нём вспомнил?

– Понимаешь, эти гибели хакеров слишком хорошо законспирированы под несчастные случаи… Вот, и подумал…

– Что их убирают спецы? Возможно, возможно… да, ты прав. Про это только Петька может знать.

– Спасибо тебе Вася, мне пора. Очень рад был тебя встретить.

– А я-то как рад… До завтра! Подъезжай сюда к половине третьего – вместе поедем.

Визит к следователю по поводу взрыва в моей квартире не занял много времени. Он когда-то под моим наблюдением начинал. Помню его ещё совсем юным пареньком. На моё счастье, при осмотре обугленные и практически сгоревшие ручки плиты оказались в выключенном состоянии. Так что моя забывчивость исключалась сама собой. А, так как гарантия не истекла, могу получить возврат стоимости плиты от производителя. Можно попробовать ещё и возмещение убытков, но это маловероятно, компания постарается отмазаться, ссылаясь на отсутствие данных о капремонте за последние пятьдесят лет. Длительная и нудная процедура без шансов на успех. Он так и сказал:

– Я бы не связывался.

Я бы и сам не связывался, но ведь ремонт теперь надо делать. Ладно, выкручусь, не впервой. Собрался уже уходить, как следователь Юсупов В. Г. (как же его звали? Чёрт, надо что-то с памятью делать.) добавил:

– Я тут с товарищами посоветовался. О ваших проблемах… Мы решили сайт открыть.

– Зачем?

– По сбору добровольных пожертвований.

– Это вместо милостыни что ли?

– Это помощь тех, кто может и хочет помочь. Вы вправе распоряжаться этими средствами, как заблагорассудится. Вот ссылка на сайт. Честь имею.

– Я даже не знаю, что сказать. То ли ругаться, то ли спасибо…

– Ничего не надо. Вам спасибо. За то, что столько учеников в люди вывели. И за то, что своим примером показывали, как надо честно выполнять свою работу.

Хотел было возразить, но поперхнулся, закашлялся и вышел из кабинета…

День пятый, продолжение. Исчезновение следов

Стоило мне войти в библиотеку, как Настя кинулась ко мне:

– Как ты? Хорошо себя чувствуешь?

– Нормально. что со мной будет?

– Да на тебе лица нет!

Я взглянул на всякий случай в зеркало, висевшее на стене. Лицо как лицо, может, чуть бледнее обычного. Ох уж, эти женщины!

– Устал просто.

– Ну, и как у нас дела? Встретился, с кем хотел?

– И да, и нет. С кем хотел, встречусь только завтра. Но повидал другого. Так вот, версия о наркобароне и его связи с ФСБ несостоятельна. Это точно.

– Поехали домой, по дороге расскажешь.

Добирались мы на Крестовский долго. Во-первых, пришлось вернуться ко мне домой за пакетами, а во-вторых – даже днём пробки были баллов на шесть. Неподалёку от дома зашли в ближайший магазин и прикупили продуктов. Должен заметить, что на этом острове и цены тоже островные. Я бы здесь со своей пенсией долго не протянул.

В просторном фойе дома нас остановил охранник.

– Извините, пожалуйста, вы к кому направляетесь? – хотя тон был предельно вежлив, но глаза охранника буравили нас насквозь.

– Мы к Шуваловым. К племяннице Кате. – спокойно ответила Настя.

– Одну секунду. Сейчас проверю. – молодой человек, увешанный оружием, заглянул в свой журнал: – Да, нас предупреждали. Имя?

– Дмитрий. И Анастасия.

– Добро. Извините, за задержку. – пробормотал разочарованно он и махнул рукой в сторону лифта.

– У меня к вам встречный вопрос – а что, мы такие заметные? Почему вы нас остановили? – спросила вдруг Настя у охранника. Тот помялся немного, но ответил:

– Вообще-то, да. У нас мало кто отсюда заходит. Тем более, гружённые пластиковыми пакетами. «Хозява» больше через паркинг и напрямую в квартиры. Да и потом, когда в доме всего шестнадцать квартир волей-неволей запоминаешь лица…

– Понятно. Запомните, теперь и наши, – сказала она и гордо двинулась в сторону лифта. Я безмолвно последовал за ней. Уже поднимаясь в лифте, Настя склонилась ко мне и прошептала: – Я думаю, Катя была права – здесь мы в безопасности.

– Точно. Такое впечатление, они тут каждый день к штурму готовы.

Едва мы успели сварганить ужин на быструю руку, как, будто по команде, в квартире появились Катя и Олег. Им не терпелось рассказать об успехах, но я, на правах старшего, знаками показал, что всё обсудим позже, после ужина.

Ещё час потребовался мне для того, чтобы с наушниками и прибором, взятым «напрокат» у Васи, обшарить громадную квартиру на предмет прослушек. Слава богу, ничего не нашлось. Для очистки совести, забрал у всех мобильники и закрыл их в ванной комнате. Теперь, наконец, можно поговорить. Я, вкратце, рассказал содержание беседы с Василием. Теперь, был их черёд.

– Чего-то мне даже неловко без мобильника, – пробурчала Катя.

– К сожалению, эта вынужденная мера предосторожности, – ответил я и добавил, – пока нам неизвестно с кем мы имеем дело, прошу всех соблюдать следующее правило – не говорить друг с другом о нашем расследовании в присутствии своего телефона.

– Знаю, о чем вы, – Алик утвердительно кивнул головой. – телефоны могут быть за-активированы без нашего ведома. Так что я согласен. Теперь, когда мы всё предусмотрели – можно начать? Итак, вот мои итоги за сегодняшний день. Честно говоря, поначалу даже не знал с чего. Поэтому решил поиграть немного… И тут же наткнулся на странности. Весь крутяк, то есть крутые игры, оказался дезактивирован. Попытался выяснить, когда это произошло?

Началось, оказывается, около месяца назад с законодательного запрета, принятого у нас в отношении компьютерных игр с «чертами выраженной жестокости и агрессии». Насчёт этого не слишком удивился, к этому шло уже давно. Но мои попытки войти в эти игры на зарубежных сайтах тоже не привели к успеху. Как оказалось, по разным причинам. Некоторые игры были отозваны создателями на доработку, другие – по финансовым проблемам, третьи – из-за многочисленных жалоб на невозможность полноценной игры – компьютеры зависали через пять минут после начала. Я проверял лично – так оно и есть – виснет намертво. Приходится часто перезагружаться. А это сильно раздражает. Причём, как я понял, это происходило везде – даже в странах с высоким уровнем связи.

– Это касается всех игр? – поинтересовалась Катя.

– В том то и дело, что нет. Любые другие, где нет стрелялок и моря крови, в сети, пожалуйста, играй. Мне кажется это, как раз что мы искали – кто-то сознательно управляет.

– Очень может быть. А что у тебя? – обратился я к Кате. Она кивнула головой и приступила к докладу:

– Мои дела не столь успешны… Мне хотелось вновь вернуться к началу, к моменту, когда это началось. Но безуспешно. Всё то, что мы делали в сети в составе группы КРРАШ, исчезло!

– Как? И то, что мы уже знали на сегодняшний день?

– Всё! Даже упоминания о КРРАШе нет. Будто никогда и не было.

– Не может быть? – удивился Алик, – ведь ещё позавчера утром я лично распечатывал ваши чаты.

– Может это ты стёр? И какое ты имел право подглядывать! – возмутилась вдруг Катя.

– По праву погибшего на моих глазах брата! И я ничего не стирал – не полный идиот ещё, знаю, что и как.

– Прости…

– Итак, вашей переписки в интернете больше нет? – вернула детей к беседе Настя.

– Ни следа. Ни программ, ни вирусов, ни даже упоминания…

– Я тоже это заметила, – добавила Анастасия.

– Что?

– Исчезновение части информации. Помнишь, я говорила о странных смертях хакеров в других странах? Теперь об этом ни слова в интернете. На всякий случай, подняла те же источники, что и в прошлый раз – в них теперь, на моё удивление, уже нет и упоминания о тех происшествиях.

– Кто-то очень тщательно заметает следы… – заметил я.

– Может за нами слежка? – прошептала Настя.

– Почему ты так думаешь?

– Стоит нам найти чего-то, копнуть чуть глубже, как тут же всё исчезает без следа.

– Я только что при вас принял меры предосторожности. Подслушивающих устройств в доме нет.

– А снаружи? – спросил Олег.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, снаружи не могут нас подслушивать? Я видел в одном фильме, что с помощью лазера можно подслушивать через оконное стекло.

– Может там у них такое и возможно, я за свою жизнь ничего подобного не видел. Да и откуда нас можно подслушать?

На всякий случай подошёл к окну. Отсюда открывался прекрасный вид на залив и парк. Перед нами не было ни одного здания. Разве что сбоку торчала такая же восьмиэтажка, как наша.

– У тебя подзорной трубы нет? – спросил я у Кати.

– Нет, только театральный бинокль, – ответила она и поспешила в другую комнату. Через минуту вернулась с бархатным футляром:

– Вот.

– И на том спасибо. – Я постарался, как можно незаметнее, оглядеть соседний дом. Ничего подозрительного… Вот только занавеска в одном из окон на шестом этаже дрогнула. Сквозняк?

– Катя, у тебя эти шторы закрываются? – полюбопытствовал я.

– Конечно, а то в белые ночи не заснёшь вовсе. Сейчас. – она подошла к стене и нажала кнопку на пульте. Плотные, с красивым узором шторы медленно съехались к центру окна.

– Концерт окончен. Занавес! – продекламировал Алик.

– Свет лучше вруби.

– Зачем этот трюк со шторами? – недоумевающе спросила Настя.