Второе правило стрелка

Глава 4

И не стоит извиняться по поводу вазы.

По настоянию Джека Джавдет связался с другими кораблями и со штабом Сопротивления, расположенным в подземном человеческом городе Пион, но никто из опрошенных не смог сообщить ничего полезного относительно местонахождения главного сервера Матрицы. Подобно Джавдету, многие даже не были уверены в его существовании.

– Я не вижу другого выхода, кроме как поговорить с этой вашей Пифией, – сказал Джек, убедившись в бесплодности предпринятых действий.

– Для того чтобы поговорить с Пифией, вы должны войти в Матрицу, – сказал Джавдет.

– Отлично, – бодро сказал Джек. – Где вход?

– Боюсь, что тут все несколько сложнее, – сказал Джавдет. – Матрица является виртуальным миром, и вы не сможете попасть туда в вашей телесной оболочке.

– А как вы туда попадаете?

– Садимся в специальное кресло…

– Это мы тоже можем.

– …пристегиваемся к нему ремнями.

– Вполне осуществимо.

– …закрываем глаза…

– Без проблем.

– И подключаем к дырке в затылке специальный кабель.

– О, – сказал Гарри. – Я предвижу определенные сложности.

– Верно, у нас нет дырок в затылках, – сказал Джек. – А другие способы попасть в Матрицу существуют?

– Нет, – сказал Джавдет. – Но есть и хорошая новость.

– Например?

– Мы умеем сверлить дырки для подключения.

– Вообще-то это называется разъемом, – сказал Лео.

– Мне по фигу, как это называется, – сказал Гарри. – Если вы думаете, что я позволю кому-то из вас, парни, подойти в моей голове со сверлильным инструментом, то заблуждение ваше не знает границ.

– Я согласен, – сказал Джек. – В смысле, что мне эта идея тоже не нравится. Я много лет жил без дырки в затылке и не вижу смысла обзаводиться таковой.

– Это ваше право, – сказал Джавдет. – Но в Матрицу ведет только один путь.

– Гм, – сказал Гарри. – Я хотел бы посмотреть на эти ваши кресла.

– Тогда пойдемте в компьютерный зал, – сказал Джавдет и сделал приглашающий жест рукой.

Седалища, используемые членами Сопротивления для проникновения в Матрицу, напомнили Гарри кресла для пыток, а Джеку, чей жизненный опыт был гораздо более разнообразным, – электрический стул. Джавдет показал способы крепления, усадив в кресло молодого Лео, а потом продемонстрировал, как кабель входит в его разъем на затылке.

– Не вижу ничего сложного, – сказал Гарри. – Я вполне могу создать связь между этим кабелем и своим телом без всякой дырки в затылке. Волшебник я или нет?

– Блю туз, – непонятно восхитился Джавдет. А может быть, просто выругался на своем родном бедуинском наречии.

Поскольку Гарри не мог экспериментировать сам с собой, а у всех остальных разъемы на затылке уже наличествовали, Джек вызвался добровольцем. Гарри вытащил из кармана волшебную палочку, совершил несколько пассов, чтобы размять пальцы, и принялся колдовать.

Сначала не все получалось гладко, но с третьей попытки Гарри удалось установить вполне устойчивое соединение. Глядя на зеленые циферки, водопадом бегущие по ближайшему монитору, Джавдет удовлетворенно хмыкнул.

Гарри уселся в кресло, позволил Джавдету пристегнуть себя ремнями, дождался, пока в соседние кресла усядутся сам Джавдет и его постоянный спутник Лео, наколдовал соединение, а Джавдет махнул рукой и сказал «поехали».

У Гарри в голове что-то щелкнуло, потом он увидел ослепительный свет, а в следующий момент обнаружил, что стоит посреди пустынного белого пространства. Его спутники были рядом с ним.

Стрелок был по-прежнему невозмутим и сжимал в левой руке свой привычный саквояж.

В любом мире и в любой ситуации служители ордена Святого Роланда оставались самими собой.

Зато Джавдет и Лео претерпели значительные изменения.

Джавдет оказался выше ростом и чуть менее смуглым, чем на самом деле. Теперь на нем красовался длинный, до пола, черный кожаный плащ, под которым скрывался дорогой костюм от братьев Брукс, а на лице лысого бедуина оказались маленькие черные очки без дужек.

Лео тоже был в темных очках и дорогом прикиде. Кроме того, у него появилась копна густых иссиня-черных волос.

Дырки в затылках исчезли.

– Это еще не Матрица, – сказал Джавдет. – Это специально построенный нами симулятор, предназначенный для тренировок. Здесь можно опробовать основные навыки, в то же время не совершая фатальных ошибок.

– Фатальных ошибок? Чего может быть фатального в иллюзиях? – удивился Гарри.

– Видите ли, дело в том, что, если вас убьют в Матрице, вы умрете и в реальном мире, – сказал Джавдет. – Обратная связь. Я не могу с точностью описать вам механизм происходящего, но это именно так. Проверено на практике.

– Круто, – сказал Гарри.

– Есть еще кое-что, о чем я хотел бы вас предупредить, – сказал Джавдет. – В основном это касается тебя, стрелок. Если в Матрице мы встретим агента, а вероятность этой встречи весьма высока, ибо они присматривают за жилищем Пифии, нам придется разбираться с ним в рукопашном бою. Стрелять в агентов бесполезно.

– Их нельзя убить пулей? – уточнил Джек.

– Теоретически это возможно, – сказал Джавдет. – Наверное. Только в них пулей еще никто никогда не попадал, хотя и нельзя обвинить наших людей в недостатке старательности. Агенты от пуль уворачиваются.

– От моей пули еще никто не увернулся, – сказал стрелок с несвойственной ему самонадеянностью.

– Это у тебя еще просто таких мишеней раньше не было, – сказал Джавдет.

Он щелкнул пальцами, и бесконечная белизна сменилась аскетичным внутренним убранством японского додзе.

– Сейчас я покажу вам кое-что из наших умений, – сказал Джавдет. – Если вы хотите выжить в Матрице, вам тоже придется этому научиться.

– Завтра мы пойдем к Пифии, – сказал Джавдет, затягиваясь сигаретой из запасов стрелка. – В Матрицу мы войдем вчетвером, но Пифия принимает только по одному. Вам следует определить, кто пойдет первым, и заранее сформулировать свои вопросы. Но помните, что Пифия отвечает не на те вопросы, которые ей задают, а на те, на которые она сама хочет ответить.

– Должно быть, с ней очень забавно разговаривать, – заметил Джек.

– К этому надо привыкнуть, – сказал Джавдет. – Да, еще одно. Меня она почему-то называет Морфеусом, и в Матрице я известен только под этим именем.

– Я все еще не понимаю, как тебе удалось перепрыгнуть через то дерево, – сказал Гарри.

Он так и не смог повторить прыжок, которым Джавдет перемахнул через росшую во дворике додзе сосну добрых двадцати метров высотой, хотя Джек и Лео в один голос твердили, что это элементарно.

– Матрица – это мир иллюзий, – сказал Джавдет. – Иллюзиями можно управлять, уж кто-кто, а волшебник должен это знать. Главное тут – вера. Если ты веришь, что способен перепрыгнуть через дерево, обогнать поезд и остановить пулю в воздухе, то ты на самом деле сможешь это сделать.

– Ты сам можешь остановить пулю? – спросил Джек.

– Нет, с пулей у меня пока не получается, – признался Джавдет. – Но поезд я обгоняю, а дерево… сами видели.

– А я могу остановить пулю, – сказал Лео. – Правда, только пистолетную и небольшого калибра. Но я постоянно совершенствуюсь.

– Мне не нравится мир, в котором люди способны останавливать пули, – сказал Джек. Он умел драться при помощи холодного оружия и врукопашную, но увереннее всего чувствовал себя с пистолетом в руках.

Четверка смелых проникла в Матрицу утром следующего дня.

Они очутились в глубине заброшенного дома на окраине мегаполиса. На обшарпанном столе звенел старинный телефонный аппарат. Морфеус-Джавдет снял трубку и заверил оператора, что команда на месте.

– Если не случится ничего непредвиденного, уходить будем этим же путем, – пояснил он Джеку и Гарри.

– А что будет, если механически прервать соединение, пока мы будем еще здесь? – поинтересовался Джек. – Например, если кто-то перерубит кабель?

– Тогда мы умрем, – сказал Джавдет.

– Печально, – сказал Джек. Он всегда нервничал, если не мог полностью контролировать ситуацию.

– Не волнуйся, шансы на это довольно малы, – сказал Джавдет. – Я на сто процентов уверен в экипаже корабля.

Джек Смит-Вессон, который был на сто процентов уверен только в самом себе, пожал плечами. Раз он все равно ничего не может по этому поводу предпринять, то нет смысла переживать.

У дома их ждал большой и вместительный автомобиль. Сын пустыни сел за руль, пригласив на переднее сиденье стрелка. Гарри и Лео уселись сзади.

– Эта штука гораздо проще в управлении, чем верблюд, – сказал Джавдет, заводя мотор и втыкая первую передачу.

Гарри старался не глазеть по сторонам, чтобы не выглядеть провинциалом.

Пифия жила в многоквартирном доме недалеко от точки входа группы Джавдета в Матрицу. Они припарковали свой автомобиль в подземном гараже и на лифте поднялись на четырнадцатый этаж.

То, что Пифия жила на четырнадцатом этаже, Гарри счел дурным предзнаменованием. Среди волшебников число четырнадцать считалось несчастливым числом. В башне Гарри четырнадцатого этажа не планировалось.

Джавдет провел их по грязному коридору, стены которого были так плотно покрыты граффити, что их первоначальный цвет даже не угадывался, и постучал в обитую железом дверь в самом конце коридора. На стук вышел молодой китаец в белом костюме.

– Опять ты, Морфеус?

– Мне нужно к Пифии, – сказал Джавдет.

– Ты уже забодал, – сказал китаец. – Чуть ли не каждую неделю ходишь. Медом тебе тут намазано, что ли?

– Чем надо, тем и намазано, – сказал Джавдет.

– Кто это с тобой? Этого знаю, – китаец ткнул пальцем в Лео, – а это что за пассажиры?

– Это герои из пророчества Пифии.

– У старушки в последнее время башню рвет, – сказал китаец. – Выдает пророчество за пророчеством, всех и не упомнишь. Они из которого?

– Дай пройти, – сказал Джавдет. – А то в табло прилетит.

– Да проходи, – сказал китаец, посторонившись и освободив дорогу.

Пифия оказалась пожилой негритянкой необъятных размеров. Она постоянно что-нибудь пекла, а потому приняла их на кухне. При виде Пифии глаза Джавдета подозрительно заблестели.

– Заходите, мои хорошие. – Голос у Пифии оказался очень мощный и полностью соответствовал фигуре. – Морфеус, я рада тебя видеть. Ты опять привел ко мне гостей?

– Это те двое, о которых ты мне говорила, – сказал Джавдет.

– Чудесно. – Пифия по очереди вгляделась в лица Джека и Гарри. Стрелок не повел и бровью, а Гарри почувствовал себя так, словно его просвечивают рентгеном. – Странные люди, но они мне нравятся. С тобой, – она указала на стрелка, – я поговорю первым. Остальные могут подождать в комнате.

Когда стрелок и Пифия остались наедине, женщина опустила свой необъятный зад на затрещавшую от тяжести табуретку и закурила сигарету.

– Ты находишься в вечном движении и нигде не задерживаешься надолго, – сказала Пифия. – Ты странный и опасный человек, постоянно танцующий в объятиях смерти. Ты больше похож на программу, хотя и являешься человеком из плоти и крови.

– Расскажи мне что-нибудь новое, женщина.

– Ты попадешь в то место, в которое жаждешь попасть, но не обретешь там нового знания.

– Тебе известно, где находится главный сервер Матрицы?

– Ты способен нарушить существующий в нашем мире статус-кво, и я нахожу, что это очень хорошо. Стабильность – удел мертвых.

– Нельзя ли поближе к серверу?

– Чем тернистее путь, тем сладостнее его окончание.

Джек вздохнул:

– Иными словами, ты просто не знаешь.

– Мне ведомы многие тайны нашего мира.

– Очевидно, все, кроме этой.

– Парень, я – Пифия или путеводитель? – поинтересовалась женщина. – Сервер – это часть аппаратного обеспечения, и находится он вне Матрицы, в реальном мире.

– Адрес, – потребовал стрелок.

– Я могу указать сущность, которая обладает требуемой тебе информацией, – сказал Пифия. – Но поделится ли она этой информацией с тобой, мне неизвестно. Это зависит только от тебя.

– Я слушаю.

– Не ищи его, – сказала Пифия. – Он сам тебя найдет.

– Это человек или программа?

– В мире Матрицы нет разницы между этими понятиями.

– Печеньем не угостишь?

– Оно еще не испеклось.

– Тогда прощай, – сказал стрелок.

Следующим на очереди был Гарри.

Разговаривать с Пифией молодому волшебнику не хотелось. Он не слишком доверял пифиям, авгурам, оракулам и всяческим пророкам. Предсказание будущего тоже было частью магии, а ни один здравомыслящий волшебник не будет доверять коллеге по цеху. К тому же Гарри плохо разбирался в местных реалиях.

– Я плохо разбираюсь в местных реалиях, – сказал он Пифии. – Я даже не до конца понимаю, что такое этот «сервер».

– Вот и хорошо, сладенький, – сказала Пифия. – Потому что я и не собиралась обсуждать с тобой подобные глупости.

– Э… – умно сказал Гарри. Он вообще был мастак подавать умные реплики в соответствующих местах. – А о чем тогда мы будем говорить?

Перед домом остановился большой белый фургон, из которого вылезли трое крепких мужчин в строгих костюмах и темных очках. Все три костюма топорщились в районе подмышек.

Мужчины задрали головы вверх и уставились в район четырнадцатого этажа.

– Там Морфеус, – сказал агент Смит.

– С ним Лео, – сказал агент Доу.

– И еще двое, – сказал агент Джонс.

– Их число все время прибывает, – сказал агент Смит. – Старая перечница слишком много на себя берет.

– Преподадим ей урок? – спросил агент Доу.

– Пока не стоит. Она еще может оказаться полезной, Да и начальство к ней благоволит. – Агент Смит достал из кобуры большой футуристический пистолет, не вписывающийся в местные временные реалии лет на пятьдесят. – Я на лифте, Доу – по лестнице. Джонс, ты стереги внизу.

– А почему это ты всегда на лифте, а я – по лестнице? – возмутился агент Доу.

– Дедовщина, – невнятно объяснил агент Смит, сделал суровое лицо и вошел в подъезд.

– А ждет тебя, бриллиантовый, дальняя дорога, – сказала Пифия. – И пиковый интерес. Многие люди желают тебе зла, а особенно – седой старик, живущий в высокой башне.

– Горлогориус? – удивился Гарри. – С чего бы это? Мы же с ним вроде бы в одной команде играем.

– Имя этого старика я тебе не скажу, – сказала Пифия. – Но не тот это, о ком ты подумал.

– Я других стариков в башнях не знаю, – сказал Гарри. – По крайней мере лично.

– Еще узнаешь, – пообещала Пифия. – Против этого старика поможет тебе только дерево.

– Дерево?

– Дерево, – подтвердила Пифия. – И не надо переспрашивать. Я иногда и сама не понимаю, чего несу. Дар пророчицы очень трудно контролировать, это ж тебе не телевизор. Пульта нет.

– У вас печенье не сгорит? – поинтересовался Гарри. На кухне уже изрядно попахивало дымком.

– Не сгорит, – сказала Пифия. – И не извиняйся за вазу.

– За какую вазу?

– Вон за ту. – Пифия указала на древнюю китайскую вазу династии Мин, стоящую на холодильнике.

– А чего это я буду за нее извиняться? – спросил Гарри. – Я, что ли, виноват, что она такая уродливая?

Пифия загадочно улыбнулась.

Если вы выбираете профессию пророчицы, вам просто необходимо научиться загадочно улыбаться. Основная проблема Кассандры состояла в том, что она относилась к своим пророчествам слишком серьезно и совершенно не умела подавать их публике.

Люди не любят, когда им режут правду-матку в глаза.

«Наш город сгорит, всех мужчин поубивают, а женщин изнасилуют и увезут в рабство». Ну кому это может понравиться? Это древнее эллинское пророчество или современный выпуск новостей?

А зайди ты издалека, с подготовкой, и не забывай загадочно улыбаться после каждой фразы, глядишь, кто-то тебе и поверит.

Например, так:

«Ребята, у нас скоро будут гости. Много гостей. (Загадочная улыбка. Публика заинтересована.) Они приплывут сюда на больших красивых кораблях. (Загадочная улыбка. Главное – не выдавать за один раз слишком много информации.) Гектор, тебя это тоже касается. К тебе персональный гость гребет. (Загадочная улыбка. Гектор явно заинтересован.) А тебя, Елена, ждет встреча с одним из твоих бывших. (Загадочная улыбка. Заинтересован Парис.) Будет много дыма и сгоревшего мяса. (Загадочная улыбка. Публика думает о барбекю)…»

Ну и дальше в таком роде. Под конец можно ненавязчиво ввернуть пару фраз о всеобщей резне, но аккуратно, чтобы не испортить общего впечатления.

Хороший предсказатель всегда говорит туманно. Стоит только ему начать описывать конкретные факты и события, как люди перестают верить.

– Позови Морфеуса, я хочу перекинуться с ним парой слов, – сказала Пифия.

– Хорошо. – Гарри вышел в комнату и кивнул Джавдету.

В жилище Пифии бедуин был необычайно оживлен. Зато Лео заметно нервничал. Может, ему в прошлый раз что-нибудь не то предсказали?

Агент Смит трижды стукнул кулаком в дверь.

– Кто там? – спросил китаец в белом костюме.

– Водопроводчик, – сказал агент Смит.

– Мы водопроводчика не вызывали, – сказал китаец. – У нас вообще водопровода нет. Мы на колодец ходим.

– Не морочьте мне голову, – сказал агент Смит. – Четырнадцатый этаж, между прочим. Какой тут колодец?

Китаец промолчал. Крыть было нечем.

– Я начинаю подозревать, что тут живут злостные неплательщики за воду, – заявил агент Смит. – Мне надо срочно снять показания водомера. Открывайте.

Рука китайца в белом костюме потянулась к замку. Китаец отпер дверь и впустил в квартиру широко улыбающегося агента Смита.

– Привет, Ли, – сказал агент Смит. – Как жизнь? Твоя хозяйка все еще промышляет подпольными гаданиям?

– Моя твоя не понимай, – сказал китаец, резко позабывший русский язык.

– Ага, – сказал агент Смит. – Это я у тебя еще миграционную карту не проверял.

Хозяйским жестом отстранив китайца в сторону, агент Смит вошел в комнату, где Лео и временно примкнувшие к Сопротивлению путники ожидали возвращения Джавдета.

– Ба, да это же знакомые мне лица, – протянул агент Смит, обводя присутствующих пистолетом. – Камрад Лео, я очень рад видеть вас в относительно добром здравии. Кто это с вами? Вижу их впервые, хотя личности примечательные. Вы кто? – Он ткнул пистолетом в стрелка.

Стрелок не любил, когда в него тыкают пистолетами.

Джек Смит-Вессон был быстр. Его рука метнулась к кобуре со скоростью пикирующего истребителя. Стрелял он, как обычно в таких ситуациях, с бедра.

Агент Смит оказался еще быстрее. Он уклонился от выстрела с такой скоростью, что его силуэт показался размазанным по краям, и пуля вонзилась в стену за его спиной, отбив приличный кусок штукатурки.

Множественная Вселенная содрогнулась от удивления, ибо случилось невиданное.

Стрелок промахнулся.

– Антиобщественное поведение еще доведет вас до цугундера, – пообещал стрелку агент Смит. – Кстати, не советую вам повторять вашу попытку. Если вы это сделаете, я могу рассердиться. А я очень неприятен в гневе.

Джек крутанул револьвер на указательном пальце. На лице стрелка невозможно было прочитать никаких эмоций.

– Каких сюрпризов мне следует ждать от вас, юноша? – спросил агент Смит, поворачиваясь к Гарри. – Тоже стрелять будете или на кулаках поборемся? По первости-то все стреляют, но потом оставляют сии дурные манеры в прошлом.

– Никаких сюрпризов, – сказал Гарри.

– Разумный подход, – одобрил агент Смит. – Разумный, но скучноватый.

Как только он отвернулся от стрелка, Джек повторил свою попытку. От стены отвалился еще один кусок штукатурки.

– Ну, все, – обиженно сказал невредимый агент Смит. – Я рассердился. А я вас, между прочим, предупреждал.

С громким криком «банзай!» Джавдет вылетел из кухни в великолепном броске, которому позавидовал бы любой игрок в американский футбол. Плечо бедуина врезалось в живот агента Смита, и порождение Матрицы со всего маха влепилось в стену. Очки слетели с лица Смита, но пистолета из рук агент не выпустил.

Джавдет здраво рассудил, что лестница наверняка перекрыта, сгреб стрелка и Гарри под мышки и с не менее громким криком «За мной!» выпрыгнул в окно. Чуть замешкавшись, Лео последовал за ним.

Агент Смит как раз закончил выковыривать свое тело из толстого слоя штукатурки, сохранившей его силуэт, когда в комнату ворвался запыхавшийся агент Доу.

– Ушли? – спросил он.

– В окно, – сказал агент Смит. – Не стой столбом, догоняй.

– А ты?

– А я отсюда посмотрю.

– Ладно, – сказал агент Доу, взял короткий разбег и покинул комнату таким же нецивилизованным способом, как Джавдет со товарищи.

– Наша служба и опасна, и трудна, – пробормотал агент Смит и пошел на кухню. – Что же вы, гражданочка, творите? Вы что, не видите, что ваши нетрадиционные методы лечения не производят ровным счетом никакого эффекта? Мы ведь в цивилизованном мире живем, между прочим. Народная медицина сейчас уже не рулит.

– Много ты в народной медицине понимаешь, – огрызнулась Пифия. – Дай тебе волю, ты бы всех электрошоком залечил, ирод.

– А что, неплохая идея, – сказал агент Смит. – Это я по поводу электрошока. Я и сам его по утрам принимаю. Бодрит.

– Ты всех-то по своей мерке не равняй. Мало ли что тебя бодрит. Электрошок, прыжки с самолета без парашюта, запах напалма по утрам… Кстати, можешь не извиняться по поводу вазы.

– И не собирался, – сказал агент Смит. – Но попомни мои слова, Пифия. С этого дня ты у меня под колпаком, и как только ты совершишь хоть какую-нибудь ошибку, я тут же окажусь рядом, и никакие заступники тебя не спасут.

– Не пугай ежа ужом, – сказала Пифия.

Агент Смит вышел, громко хлопнув дверью. От этого удара закачалась ваза на холодильнике. Закачалась, но все-таки сумела устоять, хотя была от предсказанного Пифией падения в опасной близости.