Птифур. Шоколадное сердце кондитера

Глава 5

Как и любая другая девушка ее возраста, Лида мечтала хотя бы раз в жизни очутиться в сказке. И пусть среди современных девушек все реже попадаются те, кто готов в подобном желании признаться, Лида и Марина довольно часто предавались мечтам о красавцах принцах, жизни в огромном замке, чаепитиях в саду и прогулках по брусчатым мостовым с зонтиками наперевес. И если для Марины все эти мечты действительно оставались лишь мечтами, то для Лиды подобная жизнь вполне могла стать реальностью.

Карамельный зал Ее Величества королевы Ваниль был прекрасен. Зодчие расположили его в восточной части дворца великого Марципана и, как можно было догадаться, вложили в его декор все силы своей души. Окна выходили во внутренний двор, а золотистые стены и потолок, украшенный множеством таких же золотистых люстр, блестели в свете сотен свечей, наполняя бальный зал теплом и уютом. Гости тихо переговаривались между собой и без всякого стеснения рассматривали тех, кто прибывал на праздник.

Окруженная разряженными птифурцами, Лида ощущала себя героиней сказки, которая может существовать лишь на страницах книг, настолько все вокруг казалось ей нереальным. Женщины и девушки были одеты в бальные платья, и каждое из них было по-своему прекрасно. У кого-то к атласным тканям было пришито немыслимое множество рюшек, у кого-то десятки жемчужин вереницей бусин скатывались по пышным подолам к самому полу, а кто-то умудрился завязать на поясе такой огромный бант, что походил на упакованный подарок. У некоторых дам из высоких причесок даже торчали настоящие перья! «А-то думала, что на балах все должны придерживаться одного стиля».

– Прекрати пялиться на гостей, – одернул ее Зефир, поправляя мешавший ему воротник-жабо из нежнейшего сиреневого атласа. – Ты хоть понимаешь, как выглядишь со стороны?

Лида самодовольно ухмыльнулась и покрутилась вокруг своей оси.

– Я смотрюсь сногсшибательно, – торжественно заявила она, нисколько не сомневаясь в своем великолепии.

Как уж Пастиле удалось в столь короткий срок раздобыть для Лиды платье, да еще и севшее по ее фигуре, как будто для нее специально шили, так и осталось загадкой. Правда, Лиде ее разгадывать совершенно не хотелось, ей было достаточно знать, что платье это сшито некой мадам Арахис, а каждая уважающая себя барышня Птифура должна была иметь одно-два платья от этой дамы в своей коллекции.

– Не льсти себе, тебя одежда красит.

Лида по-детски надула от обиды щеки, но сердиться на покровителя и не думала. Видела, что Зефир этим вечером гордился ею как никто другой. Да и платье действительно было красивым – сшитое из голубого бархата, с пышной юбкой и тугим корсетом в вертикальную полоску, оно выигрышно выделялось на фоне остальных. Лида то и дело ловила на себе завистливые взгляды местных модниц – возможно, девушки знали, из-под чьих иголок вышла эта красота.

Но даже в таком шикарном платье был изъян – глубокое декольте, которое нет-нет да хотелось прикрыть руками.

– Твой костюм тебе тоже очень идет. – Лида улыбнулась, но уже через секунду тихо рассмеялась. – Прости, я больше никогда не буду смеяться над твоими подтяжками!.. Они уж точно лучше чулок и бриджей!..

– Это не бриджи, а кюлоты. И, если ты не заметила, тут все так одеты.

Лиде очень хотелось сказать, что не заметить столь странных и ярких одеяний мог разве что слепой, но промолчала, оглядывая зал в поисках родителей. Те обещали присоединиться к ним после того, как закроют пекарню, но время шло, а старшие представители семейства Воздушных так и не появлялись.

– Не волнуйся, – сказал Зефир, заметив ее обеспокоенный взгляд, – они скоро будут здесь.

– Уверен?.. А если опоздают?

– Не опоздают, этот день важен как для тебя, так и для нас. – Зефир осмотрелся по сторонам. – Давай я лучше кое-что тебе расскажу о некоторых гостях.

Зефир незаметно указал на делегацию, стоявшую чуть поодаль от них, и назвал ее странным словом «макадамийцы».

– Макадамия?..

– Верно. Они подданные дружественного нам королевства Макадамия, а те дети, – Зефир показал на мальчика с девочкой, которым с натяжкой можно было дать на вид лет двенадцать, – принц Каштан и принцесса Кола, племянники нашего короля. Все остальные – их сопровождающие и рыцари ордена великой Макадамии.

«И зачем им столько охраны?» – задалась Лида вопросом, разглядывая закованных в латы рыцарей, а затем спросила, куда подевались родители августейших особ.

– Думаю, они не приехали, – ответил Зефир. – Пусть сегодняшний бал и важное событие, но для того, чтобы выказать уважение, достаточно прислать в Баттенберг своих представителей. Королева Киндаль довольно часто направляет принца и принцессу на торжественные мероприятия вместо себя.

– А ребятишки не маловаты для такого?

Зефир усмехнулся.

– Пусть они и выглядят детьми, но они старше тебя, Лида.

Лида недовольно цокнула языком, забыв о том, что время для людей и птифурцев течет совершенно по-разному. «Интересно, сколько же им на самом деле?»

В одеждах макадамийцев преобладали коричневые, бежевые и золотистые оттенки. Все без исключения имели пышные каштановые шевелюры, а оттенок их кожи отливал бронзовым загаром.

– Макадамия – островное государство, со всех сторон окруженное Киселевым морем. Макадамийцы много времени проводят под солнцем, отсюда и такой цвет кожи, – пояснил Зефир. – Если подумать, то внешне макадамийцы очень схожи с людьми. А вон, посмотри туда.

Зефир качнул головой по направлению к окнам. Лида перевела взгляд с делегации макадамийцев на обособленную четверку – Зефир тут же обозначил их как иргийцев. Она не смогла сдержать улыбки – вот кого точно можно было назвать белыми воронами на этом балу, так это их. Но как казалось Лиде, – и как на самом деле было, – иргийцам было абсолютно все равно на косые взгляды и тихие перешептывания за их спинами. Их одежды не отличались богатством ни в крое, ни в тканях, но отливали красными оттенками и яркими пятнами выделялись на фоне золотистых штор.

– В Ирге недавно скончалась царица. – Зефир сказал это тихим, сухим голосом. – Не время для праздников, но их дебютанты не могли не приехать.

Одна из иргиек, заметив, как Лида поглядывает на них, помахала рукой.

– Значит, Ирга не послала своих представителей? – Зефир задумчиво оглядел иргийцев. – Что ж, пожалуй, посылать там и некого.

– В каком это смысле?

Зефир не стал отвечать на вопрос, отделавшись нейтральным: «Забудь, это неважно». А Лида не стала расспрашивать его, ведь в общем и целом ей это было просто неинтересно.

– Как думаешь?.. – начала она, но заметив, что Зефир на нее не смотрит, осеклась. Проследив за его взглядом, Лида хмыкнула себе под нос и слегка толкнула покровителя в плечо. – И ты еще будешь мне рассказывать, что она тебе не нравится?

– Не понимаю, о чем ты, – отвернувшись, произнес Зефир.

Его уши стремительно краснели.

А виной тому была маркиза де Тарт, окруженная статными и аристократичными мужчинами. Шарлотку держал под руку невысокий пузатенький марципанец, и Лида верно предположила, что это ее отец.

– Значит, вы двое просто друзья, да? – Лиду распирало любопытство. – И уши у тебя краснеют не от того, что твоя маркиза настоящая красавица.

– Ничего у меня не краснеет!.. – Зефир откашлялся в кулак, но голос у него предательски задрожал. – И никакая Шарлотка не «моя маркиза».

– Конечно нет, – Лида пожала плечами, – и тебя совершенно не раздражает тот факт, что вокруг нее вьются какие-то слащавые типы.

– Лида!..

– Сердечко, наверное, так и сжимается от ревности, – Лида сжала пальцами тугой корсет в районе груди. – Кстати, как думаешь, возможно, ее прямо сейчас сватают за кого-то из них? Рядом же ее отец стоит, я права? Будешь тянуть резину – и поведут твою маркизу под венец к какому-нибудь герцогу. Или графу?.. Кто там выше по иерархии этих непонятных титулов?..

Лида взглянула на Зефира и тут же потеряла желание шутить, вид у покровителя был донельзя расстроенным. Он смотрел в пол, с силой сжимая губы в узкую полоску.

– Прости, я… Я не хотела…

– Пойду поищу твоих родителей, – сказал Зефир, на Лиду так и не взглянув.

Она и подумать не могла, что невинная шалость обернется ноющей болью в ее собственной груди. Ей не хотелось обижать Зефира, и ни в коем случае она не смеялась над его чувствами к маркизе. Наоборот, Лида рассчитывала, что шуткой подстегнет покровителя к решительным действиям, но…

«Видимо, в этом мире все куда сложнее, чем в моем», – подумала она, потеряв смешавшегося с толпой Зефира из вида.

Постояв в одиночестве еще несколько минут, Лида решила пройтись по залу и послушать чужие разговоры. Но беседы знати были до безобразия скучны и неинтересны. Лида переходила от одной группы гостей к другой, теряя тот детский восторг, охвативший ее в самом начале, когда она только вошла в бальный зал, в котором, к слову сказать, становилось душно.

Внезапно Лиде пришла в голову не слишком гениальная, но блещущая авантюризмом мысль. Ей захотелось прогуляться по дворцу! Она видела, как гости покидали бальный зал, и сообразила, что никто не станет останавливать ее, если она попытается выйти в коридор.

Так и случилось. Дворцовые стражники, стоявшие у высоких ажурных позолоченных дверей с безразличным выражением на лицах, даже не моргнули, когда она прошла мимо них. Оказавшись в темном коридоре, где голоса гостей в скором времени стихли, Лида позволила себе насладиться тишиной. Идя вперед, она не заметила, как один коридор плавно переходит в другой, отличаясь от предыдущего лишь разными картинами с изображением предыдущих королей и королев.

Неотъемлемой частью внешнего вида марципанцев и остальных жителей Птифура, несомненно, были их цветные волосы. У одного короля они были зелеными, а у стоявшей рядом с ним королевы – оранжевыми. У другой пары волосы были полностью противоположного друг другу оттенка: розовые и голубые. Причем розовыми локонами, а вдобавок к ним и такого же оттенка густыми усами природа наградила короля, и Лида не смогла сдержать тихого смеха.

Следующим пунктом, выдающим непохожесть птифурцев на современных людей, значились их чудаковатые костюмы – а точнее, их цветовая гамма. Покроем одежда жителей королевства ничем не отличалась от одежды людей, живших в Европе два-три столетия назад. Лида в истории была не сильна, но картинки в учебниках смотреть любила.

В конце концов коридор закончился, и Лида уперлась в тупик. Последняя картина изображала нынешнюю королевскую чету. Его нарисовали несколько лет назад («по человеческим меркам, разумеется», – произнесла она в своей голове голосом Зефира).

Конечно же, эту картину нарисовали десятки лет назад, даже сотни. На ней король Миндаль стоял рядом с королевой Ваниль, сидевшей на троне и державшей на коленях маленького принца Безе.

Король Миндаль был тучным мужчиной с тяжелым взглядом оттенка грецкого ореха. В его внешности и одежде преобладали коричневые цвета: волосы, будто сделанные из молочного шоколада, были аккуратно расчесаны и разделены пробором, густая короткая борода закрывала половину лица, карие глаза были суровы и холодны. Вся одежда короля была коричневого цвета. Даже мантия, на картинках в учебниках всегда рисовавшаяся красной, на полотне была изображена в оттенках темного шоколада.

Рядом со своим мужем высокая и стройная королева Ваниль была похожа на молоденькую девушку, а не на женщину, удерживавшую в своих руках власть над всем королевством. Ее волосы, собранные в высокую прическу и украшенные драгоценными камнями, были оттенка парного молока, в которое добавили ложку сладкого меда. Светло-бежевое платье, украшенное всевозможными рюшками и вышивками, переливалось на полотне картины, а зеленые глаза излучали тепло и нежность.

«Принц Безе точно в маму пошел», – подумала Лида, разглядывая самого маленького марципанца, изображенного на картине.

Розовощекий принц Безе, сидевший на коленях у матери, лучезарно улыбался Лиде и на этой картине выглядел совершенно не блеклым, а наоборот, слепяще-сверкающим.

Лида негромко рассмеялась – и незамедлительно была пристыжена.

– Как смеешь ты, человек, смеяться над портретом королевской семьи?! – послышалось позади нее, и Лида испуганно обернулась. – Как дерзок твой поступок!

Разозленный ее смехом юноша быстрым шагом приближался к ней, и Лида внутри вся сжалась от исходящих от него волн гнева. Но, приглядевшись, она узнала в нем того самого мальчика, нарисованного на картине, и отчего-то страх отступил.

– Принц Безе?..

– Он самый, – сквозь зубы проговорил наследник трона. – Что вызвало твой смех? И почему ты, человек, находишься здесь, а не с остальными?

– Это был не смех, – сказала Лида, стараясь дружелюбно улыбнуться марципанцу. – То есть смех, но хороший. Я не насмехалась над вами или вашими родителями.

– Да? И что же вызвало этот хороший смех, человек? – не сдавался юноша.

Он все еще не верил в правдивость ее слов.

– Принц, вам мой ответ не то чтобы не понравится, – начала Лида, – даже понравится, наверное, но он, возможно, вас смутит.

Безе выжидающе смотрел на нее, демонстрируя не то презрение, не то просто недовольство.

– Вы там, – Лида пальцем указала на картину, – такой милый. У вас такие круглые розовые щечки, что я не смогла сдержать своего умиления. А тот смешок был лишь выражением моих чувств. Простите, что из-за этого недоразумения вызвала ваш гнев.

Лида отвесила принцу реверанс, почтительно склонив голову. Именно так, как учил ее Зефир, приговаривая, что это – самый лучший способ сгладить конфликт, который она наверняка устроит. «Как в воду глядел», – подумала она.

Подняв на юношу взгляд, Лида еле сдержалась, чтобы снова не засмеяться. Бледные щеки Безе покрылись пунцовыми пятнами, а сам принц нервно переминался с ноги на ногу, старательно не смотря на стоявшую перед ним девушку и то и дело поправляя выбившуюся из короткого хвоста прядь белых волос.

– Д-девушки в твоем м-мире всегда говорят п-подобные вещи незнакомцам?.. – заикаясь, спросил он. – Никаких манер и стыда…

– Нет, не всегда. Но мы с вами, Ваше Высочество, познакомились на днях в саду у маркизы де Тарт, поэтому не такие уж мы и незнакомцы. Да и насколько я помню, мы с вами храним на двоих один секрет.

Принц Безе нахмурился, вглядываясь в лицо Лиды, а затем широко распахнул в удивлении глаза и засмущался еще сильнее.

– О да, я помню тебя, Лидия Воздушная. Прошу простить за то, что сразу не узнал. Просто сегодня ты такая…

Лида закусила изнутри щеки и выпрямилась, ожидая, когда принц назовет ее красивой.

– Ты выглядишь иначе, чем при нашей первой встрече.

Не такие слова Лида ожидала услышать, но винить принца было не в чем. Вряд ли он каждый день встречает девушек в обтягивающих джинсах.

– Для сегодняшнего бала пришлось принарядиться. И, если честно, – Лида перешла на шепот, – я первый раз в жизни надела такое пышное платье. Оно ужасно тяжелое, и в нем просто невозможно передвигаться. Кажется, там юбок сорок…

Принц обвел ее взглядом с ног до головы и улыбнулся.

– И правда, наша одежда отличается от той, в какой ты привыкла ходить изо дня в день. Но она идет тебе больше, чем некоторым фрейлинам матушки.

А вот это уже был комплимент.

– Благодарю, Ваше Высочество.

– Так почему ты здесь? – спросил принц Безе. – Разве сегодня не день твоего дебюта?

– Карамельный зал очень красив, но там стало слишком душно. И… – Лиде отчего-то захотелось пооткровенничать с принцем, – я слегка повздорила с Зефиром.

– Зефиром?..

– Моим покровителем.

– Ну конечно, твой покровитель… Постой, – Принц Безе задумчиво посмотрел Лиде за спину. – Возможно ли, что твой покровитель – брат одной из фрейлин матушки?

Лида кивнула.

– Да, Пастилы.

– Как я и думал.

– Что?..

– Нет, не стоит об этом сейчас говорить. Тебе пора возвращаться обратно в бальный зал. Скоро начнется то, ради чего ты сюда пришла.

– А вы… не идете?.. – спросила Лида и, осмелев, добавила: – Насколько мне помнится, я обещала вам танец.

– Я помню. И я с большим удовольствием дам тебе исполнить обещание. Но сейчас… тебе пора возвращаться.

Лида ощутила в его словах тонкий намек, он словно говорил ей: «Уходи». На этом их беседа закончилась, Лида не стала утомлять принца, делая вид, будто не поняла его намека.

Глава 6

По возвращении обратно в Карамельный зал Лида находилась в приподнятом настроении. Шутка ли, сам принц ждал их танца! И принц самый настоящий, а не какой-то там слащавый парнишка-спортсмен из школьной команды по баскетболу. Была бы ее воля, Лида бы тотчас же похвасталась о предстоящем событии Марине, вот бы та обзавидовалась ее удаче! Но говорить лучшей подруге о том, что параллельные миры – никакие не сказки, было строжайшим табу. Да и телефон она с собой не взяла и не могла представить неопровержимые доказательства собственных слов.

Пытаясь отыскать кого-нибудь из родных, Лида не заметила, как рядом с ней появилась маркиза де Тарт. Шарлотка схватила ее за запястье и настолько быстро, насколько ей позволяло платье, потащила Лиду за собой, особо не беспокоясь о косых взглядах и тихих перешептываниях – Лида и опомниться не успела, как попала в «заложницы».

– Дорогая, ты просто обязана помочь мне!.. – из последних сил сдерживая рвущиеся наружу слезы, воскликнула марципанка. – Это невыносимо!.. Просто невыносимо!.. Кошмар какой-то! Ужас!..

– Да что случилось? – Лида не могла понять, по какой причине Шарлотка могла практически устроить истерику на глазах у всего двора. – Объясните, в чем дело.

– Ты что, не видишь всего этого кошмара?.. Посмотри туда! – Шарлотка указала на толпу ярко накрашенных марципанок в пышных платьях. Обмахиваясь веерами и кокетливо смеясь, они окружили Зефира и, кажется, добивались его расположения. – Немедленно!.. Немедленно отцепи от него этих девиц!

– А родители мои где?

– Не знаю!.. – воскликнула Шарлотка и в отчаянии закусила губу, когда особо смелая девушка взяла Зефира под руку, явно намереваясь увести его на танец. – Дорогая, помоги мне! Я не могу на это смотреть!

– Так не смотрите.

– Не могу не смотреть! Мне нужно знать его реакцию!

– А-а… – Лида наконец-то уловила суть происходящего. – Так это взаимно.

«И к чему тогда вся эта драма?»

– Что взаимно?.. Ах, не важно! – Забыв, о чем хотела спросить, Шарлотка отвлеклась и вновь неистово начала кусать нижнюю губу. – Ты только посмотри на нее!.. Да как она смеет!.. Какое бесстыдство!.. Они ведь даже незнакомы! Дорогая, скорее! Иди и пригласи Зефира на танец!

– Это еще зачем?..

– Да чего же ты такая непонятливая! Чтобы та пигалица с ним не танцевала! Я еще ни разу не кружилась с Зефиром в вальсе и не могу позволить какой-то!.. – Маркиза ненадолго умолкла, видимо, не найдя приличных слов, чтобы описать откровенно клеившую, как в мыслях высказалась Лида, Зефира особу. – Дорогая, ты для него важнее всех в этом зале! Как только он тебя увидит, то обо всех остальных тотчас же забудет!

– А может, маркиза, на моем месте должны оказаться вы? – спросила Лида. – Как раз и покружитесь с Зефиром в вальсе. Я уверена, он вам не откажет.

– Ой, что ты, дорогая!.. Это так смущает, да я на такое никогда не решусь, – покраснев, махнула рукой Шарлотка, а после, подтолкнув подопечную Зефира к центру зала, сказала: – Иди же!

Лида направилась спасать Зефира из лап «осмелевшей пигалицы».

«Значит, как виснуть на нем – так все нормально. А как на танец пригласить, так это для нее слишком», – Лиде логику местных барышень было не понять.

Зефир не знал, как спастись от внимания чересчур осмелевших девушек и дам. То ли дело было в самом вечере и витавшем в воздухе сладковатом аромате ванили, то ли в его костюме, а может, все-таки и в статусе покровителя, но окружившие его марципанки не собирались сдаваться, наперебой щебеча о чем-то звонкими, похожими на перезвон колокольчика голосами. И вроде бы их томные взгляды из-под вздрагивающих ресниц и улыбки полных манящих губ были приятны его сердцу, но вместе с тем и не настолько интересны, чтобы забыться и бросить попытки отыскать запропастившуюся куда-то Лиду.

«И на секунду оставить нельзя», – бухтел Зефир в мыслях, стараясь вернуть в свое распоряжение руку, оказавшуюся в цепкой хватке дамы постарше. Молоденькие девушки на подобный тесный контакт никак не решались и лишь завистливо испепеляли глазами осмелевшую конкурентку.

– Ну же, не отказывайте мне в танце! – прижимаясь к нему еще плотнее, проговорила дама, явно находившаяся в поисках потенциального молодого мужа. – Обещаю, после него мы с вами проведем незабываемый вечер!

– Боюсь разочаровать, но этот вечер у меня расписан поминутно, – Зефир попытался отбиться от настойчивой женщины и сразу же угодил в объятия другой девушки, решившей не упускать свой шанс. – Я, правда, с радостью станцевал бы с каждой из вас, но…

Зефир не мог придумать причины, которая бы избавила его от нежелательных знакомств. И если бы не недовольный голос, через секунду оглушивший марципанок, внутри кольца которых Зефир находился, то, честное слово, он бы попросту сбежал.

– Эй! – Лида скорчила недовольное лицо, наградив «пигалиц» презрительным взглядом. – Этот кавалер мой, если что! А ну расступитесь!

Не ожидавшие такого поворота событий девушки и дамы послушно отступили в сторону, вряд ли до конца осознавая, что столь нахальный приказ отдала им совсем еще молоденькая девчонка.

Лида протянула руку, словно предлагая Зефиру пригласить ее на танец. И Зефир, ни секунды не мешкая, шагнул к подопечной, подхватывая ее ладонь и уводя за собой в центр зала, где в танце кружились другие пары.

Не сумев сдержать порыва, Лида обернулась через плечо и победоносно показала марципанкам кончик языка.

– Кажется, я только что спасла тебя от незавидной судьбы быть съеденным этими охотницами на красавчиков.

– Определенно, – устало проговорил Зефир, положив руку Лиде на талию и ведя ее в танце. – Куда ты подевалась? Я не смог тебя найти.

– Изучала королевское древо вместе с принцем Безе, – ответила Лида, и губы ее растянулись в довольной усмешке. – А ты говоришь, что я только в неприятности могу попадать.

– Ты говорила с Его Высочеством?

Зефиру в это с трудом верилось.

– Ага. И даже договорилась с ним потанцевать.

Делая новый пируэт, Лида успела заметить счастливое лицо маркизы де Тарт, которая в данный момент искренне, без всякой ревности и досады любовалась их парой.

– Ты ведь знаешь, что нравишься ей, да? – спросила она у покровителя. – Именно она попросила меня освободить тебя от общества назойливых девиц.

– Это она их так назвала? – недовольно поджав губы, спросил Зефир.

– Не совсем. Думаю, все же воспитание не давало ей произнести слова, которые крутились на языке, – хотя Лида сомневалась, что маркиза могла сквернословить даже в мыслях. – Ну, так как? Ты знаешь, что нравишься ей?

– Знаю, – нехотя признался Зефир.

– И?..

– Что «и»?

– Как это что? Если знаешь, что нравишься ей… Да она особо этого и не скрывает… То тебе горит зеленый свет! Чего ты тормозишь?