Сорок второе августа

Глава 3

Вениамина было смешно.

Он осознавал, что походил на фрилансера. Те любили сидеть в кофейнях с большими бумажными стаканами кофе и что-то делать на своих ноутбуках.

Он же не хотел возвращаться к жене. От того он сидел в небольшой кофейне у дома, пил чай и заедал это все пирожным. Смотрел фильм в ноутбуке, а после, заскучав, начинал читать различные статьи.

Когда вы вдвоем в квартире, больше никого в ней нет, то особенно сильно чувствуется, что вы абсолютно чужие люди.

Ни она, ни он не знают друг о друге ничего. Может быть, лишь какие-то повседневные привычки. Они знают друг о друге не больше того, что знают обычные соседи, вынужденные жить в одной квартире, чтобы сэкономить деньги.

Ему нужно забрать машину.

Он мог бы пойти сейчас, все равно не знал, чем занять себя. Но почему-то хотелось дождаться вечера.

Номер в кармане был укоризненным напоминанием.

Вениамин, каждый раз, когда вспоминал о салфетке с выведенными цифрами, понимал, от чего он желает дождаться вечера, но предпочитал игнорировать это. Если не думать, то совесть затыкается.

Он, скучая, наблюдал за посетителями поверх экрана ноутбука. Большинство медленно цедили кофе, глядя в телефон или же в окно и было сразу понятно, что здесь они лишь, чтобы переждать дождь. То ли по неуверенному ёрзанью, то ли по слегка нахмуренным бровям.

За стойкой стояла сонная девушка с неуклюжим пучком на голове и такой же сонный парень.

Магдалина тоже иногда делала пучок, глядя на спадающие светлые волосы, вспомнил Вениамин. Но её волосы, весь её образ, всегда смотрелся совершенно по-другому.

Его жена в своей небрежной изысканности напоминала француженок из старых фильмов.

Именно это его когда-то покорило.

Встретился он с ней в парке. Он ждал девушку, с которой было назначено свидание, а Магдалина не смогла найти свободную скамейку. От того спросила не возражает ли он, если она присядет.

Он не возражал, его девушка опаздывала уже на двадцать пять и минут и она не отвечала на звонки.

Между ними лежал слегка подвявший, несчастный букет ромашек. И он боролся с порывом выкинуть его.

Магдалина читала какую-то книгу и Вениамин залюбовался тем, как она выглядит в солнечных лучах. На свету были видны веснушки, глаза сверкали насыщенно-карим светом, а улыбка успокаивала своей мягкостью.

Правда, его сердце никогда не сбивалось с привычного ритма рядом с ней.

Ей тогда было двадцать шесть, ему тридцать три. И он тогда думал, что это любовь.

Её было тяжело не любить.

Когда было четыре часа он уже не мог просто сидеть и делать вид, что чем-то увлечен. Мысли все чаще расплывались, вырисовывая образ загорелой кожи и темных волос.

Он в каком-то нетерпении постукивал ногой, поглядывая на время.

Вздохнув, он закрыл ноутбук и вызвал такси, нетерпеливо поглядывая на парковку возле кофейни. Он сидел рядом с окном практически во всю стену, так что та была как на ладони.

В тепле кофейни, пропитанным горячим запахом напитков, было даже как-то смешно наблюдать за куда-то спешащими людьми. Это напоминало просмотр телевизора.

Там трагедии, спешка, здесь – покой, пропитанный запахом кофе и сладостей и негромкой, размеренной музыкой.

Кто-то рядом громко рассмеялся и Вениамин вздрогнул, переведя взгляд на соседний столик.

Четверо парней школьного возраста. У них всех были мокрые из-за дождя волосы и яркие улыбки, какие могут быть только когда тебе лет пятнадцать-шестнадцать.

Его телефон, лежащий на столе, зажужжал. На экране высветился незнакомый номер и он тут же ответил.

– Такси заказывали? – искажений телефонной связью голос спросил и, не дожидаясь ответа, продолжил, – Я уже подъехал. Стою рядом с входом.

– Понял. Сейчас буду, – сказал Вениамин, поднимаясь и сбросив звонок.

Водитель был хмурым, мужчина не многим старше самого Вениамина. А в машине пахло бензином и резким, химическим запахом, отдаленно напоминающим запах хвои.

– Куда едим? – бросил он.

– Давайте пару часов по этому району покатаемся, а потом в один бар.

– Деньги нет куда девать, пацан? – бросил водитель, глянув на Вениамина через зеркало, заводя машину.

– Понимаете, – зачем-то начал оправдываться Вениамин, – у меня там свидание. Приезжать за час до него не хочу, а сидеть дома уже сил нет.

– Мне дела нет, – бросил водитель, выезжай с парковки, – главное, чтоб платил. А так хоть на… – он закашлялся, то ли специально, чтобы не сказать мат, то ли и правда горло запершило.

Ехали они не торопясь, к счастью водитель попался не из болтливых. Вначале, когда Вениамин это понял, он с облегчением вздохнул, через минут двадцать это стало давить нестерпимым грузом.

А когда в голову пришла случайная мысль, что это напоминает отношения с Магдалиной, это стало и вовсе невыносимым.

Раньше он был рад, что она была где-то рядом, но никогда её не было слишком много. Но с каждым годом ему все больше было одиноко в отношениях с ней.

Через тридцать минут он бросил водителю, чтобы тот ехал к бару.

Тот бросил на него взгляд через зеркало и что-то промычал, сворачивая с главной дороги.

Ливень пустился так, что не разглядеть совершенно ничего за окном. Дворники работали без остановки, но это не очень помогало. Водитель недовольно бурчал, всматриваясь в дорогу, немного жмурясь.

Вениамин откинулся на сидение, прикрыв глаза, слушая звуки дождя.

– Все, приехали.

Даже за те несколько метров, что Вениамин шел до входа, ему показалось, что он успел полностью промокнуть. Это было даже как-то иронично. Всего лишь две встречи и на двух он промокший из-за дождя.

В заведении практически никого не было. Лишь несколько человек, что не удивительно. Было ещё рано для завсегдатаев. Тем более даже самым большим пропойцам не хотелось выходить в субботу в такую погоду.

Вениамин замер у входа, осматриваясь, надеясь заметить Варвару.

Но у бара стояла только одна официантка. Девушка, что упорно старалась выглядеть моложе, и ей это удавалось только из-за плохого освещения. Если присмотреться можно было заметить, что той не меньше двадцати пяти.

Взгляд был серьезным, а лицо холодно-безразличное. Волосы непонятного цвета, собранные в хвост.

Мужчина пропустил волосы через пальцы, убирая их с лица. Уйти сейчас было бы странно, поэтому он прошел за маленький, двухместный столик в самом закутку.

Он повесил пальто на вешалку, стараясь выглядит невозмутимым.

Он бы мог уйти домой забрать машину и просто уехать. Но сел за стол взял в руки потрепанное меню, как будто все так и должно быть.

– Решили, что закажете? – спросила официантка, подойдя столику.

Она слегка растягивала слова, а голос был монотонным из-за чего создавалось впечатление, что ей смертельно скучно. Впрочем, лицо было такое же скучающе. В глазах полное безразличие ко всему, а в руках небольшой блокнотик.

– Эм, нет, – неуверенно сказал Вениамин, бросив взгляд на бар.

Бармен протирал стойку. Ни новых посетителей, ни ещё кого-то из персонала видно не было.

Девушка слегка нахмурилась, внимательно всмотревшись в его лицо.

– О, Вы случайно не тот вчерашний парень?

– О чем Вы?

– Вчера вас Варвара обслуживала, – она огляделась назад, тоже бросив взгляд на барную стойку, – она просила сказать, если Вы придёте.

– Вот как? – неуверенно переспросил Вениамин. Он не знал, что ответить на это, но был уверен, что сказать что-то должен.

– Вы пришли с ней увидеться?

Она вновь посмотрела на него и мужчине позорно захотелось спрятать левую руку, прикрывая кольцо, которое сейчас, казалось, раскалилось. Своими неловкими попытками сделать это он лишь привлек внимание девушки к руке. Та ухмыльнулась одним уголком губ, до ужаса иронично, что задаешься вопросом, как лицо молодой девушки может искажаться в таких ироничных выражениях.

– Она сегодня опоздала. Сейчас уже переодевается, так что выйдет через пять минут. А пока возьмите ей какой-то коктейль. У нас они ужасно сладкие, но Варвара их любит.

– Да, хорошо, принесите, пожалуйста, коктейль и мне… – он вновь неуверенно заглянул в меню, нервно крутя обручальное кольцо на пальце.

– А тебе я принесу картошку и что-то попить, – как-то жалостливо сказал девушка, хлопнув его по плечу.

Официантка отошла, а Вениамин выдохнул. На столе стояла салфетница и он вытащил одну, начав нервно перекатывать её в руке.

Он сам себе напоминал престарелого мужика, который решил приударить за молоденькой красоткой. От таких обычно ужасно пахнет чем-то жирным и жареным и у них постоянно влажные от пота руки.

Над ним висел светильник. Но тот был тускло-желтым, от чего Вениамину казалось, что он сидит в полумраке.

– Здравствуй.

Варвара села напротив него и слегка подалась вперед.

Она была страшной женщиной – она умела улыбаться так, что ты чувствовал себя особенным.

От чего и она казалась особенной. Её, казалось бы, самая обычная внешность, преображалась и она выглядела как принцесса с восточных сказок.

– Я рада тебя видеть, – говорила Варвара с каким-то придыханием, полушепотом. От чего казалось, что она говорит великую тайну.

– Я не думал приходить.

– Но все же пришел. И я этому рада.

Они замолчали. Варвара улыбалась и её глаза сверкали колдовским черным.

– Скажешь мне свое имя? Моё ты уже знаешь.

– Вениамин.

– Вениамин, – ласково сказала девушка, слегка наклонив голову.

Они вновь замолчали, очарованные полумраком и атмосферой.

А после та другая официантка принесла им заказ. Плюхнула миску с картофелем фри, пиво и коктейль. А напоследок бросила какой-то жалостливый взгляд на Вениамина. Варвара же полностью проигнорировала свою коллегу, отвернувшись лицом едва ли не к стене.

– Ты зла на неё? – спросил мужчина, пододвинув картошку ближе к центру стола.

Девушка громко втянула коктейль через трубочку. Тот был ярко розовым, а на стеклянный бок бокала был одет кусок яблока. Девушка слегка скривилась, а после облизала губы.

Она взяла картошку и слегка покрутив в пальцах, закинула в рот.

– Хочешь? – Варвара, улыбнувшись, слегка подвинула к нему коктейль.

Вениамин же, растерявшись, подумывал отказаться, но девушка упорно и настойчиво его протянула нему, проговаривая, что он обязан его попробовать. Мужчина поймал губами трубочку, готовый к ужасной сладости соков и сиропов. Но эта сладость мешался с крепким вкусом алкоголя, который обжигал. Он едва позорно не закашлялся.

Варвара громко и открыто рассмеялась и, взяв ещё одну дольку картошки, протянула её Вениамину. Тот послушно съел её с рук девушки, закусывая.

– Я не зла на неё, – вновь отпивая со своего напитка, а после, причмокнув, продолжила Варвара, – она мне просто не нравится. Постоянно на меня что-то наговаривает. Тебе она тоже рассказала, что я такая плохая?

– Нет, только смотрела на меня, как будто я бедный и несчастный, – съев ещё одну дольку картошки с рук девушки, улыбаясь, ответил мужчина.

Варвара рассмеялась.

– А теперь ты корми меня! – она прожевала один кусочек и открыла рот, чтобы ей дали ещё.

Вениамин рассмеялся, глядя на девушку. Совершенно позабылась неловкость, которую он испытывал под взглядом другой официантки. Как будто в мире существовала лишь эта девушка и взгляд от неё отвести невозможно.

– Она просто завидует, что такой мужчина пришел ко мне, а не к ней!

Её смех звучал звонкими колокольчиками. Каждый жест, каждый взгляд, что она дарила был пропитан такой невероятной легкостью, что все, что она делает было так просто и естественно.

Варвара напоминала блик света.

Прошло лишь пол часа, а девушка перетащила стул, поставив его рядом с Вениамин, а не напротив.

«А то у меня такое чувство, что я на собеседовании!», – рассмеялась девушка, плюхнувшись на свой стул.

Они столкнулись плечами, а их бедра были плотно прижаты друг ко друга. И даже через ткань, а возможно мужчине только хотелось в это верить, он мог чувствовать, что кожа у Варвары горяча, как при жаре.

– У меня просто огонь в сердце, – вновь рассмеялась она, доверчиво и наивно, заглядывая в глаза Вениамину.

Спустя ещё два коктейля девушка положила голову ему на плечо. Её рука, что лежала на столе была накрыта рукой Вениамина. Он слегка повернул голову, чтобы наслаждаться запахом персика, которым были пропитаны волосы девушки.

Кожа её руки была горячей. Когда мужчина поглаживал подушечки её пальцев чувствовал легкую шершавость, которую тоже находил очаровательной, а вот тыльная сторона её ладони была потрясающе мягкой.

– Мы так мало знакомы, – шептала она ему в шею, обжигая горячим дыханием с запахом сладости и алкоголя, – а у меня такое чувство, что я знаю тебя всю жизнь. Никогда такого не было.

– Или может мы просто пьяны, – поправив волосы девушки, прошептал мужчина, заправив прядь волос ей за ухо.

– Нет. Я пьяна, но я и до этого была так много раз пьяна и никогда не было такого чувства. Как будто мы должны были встретиться.

– Как будто любил тебя ещё до встречи, – продолжил Вениамин.

– Не хочу расставаться.

– Не нужно.

– Но мне нужно пойти работать. Ты видел какие она недовольные взгляды бросает? Не удивлюсь, если позвонит менеджеру. Эгоистичная сучка. Только бы одной не работать.

Она громко выдохнула.

– Подожди меня минутку.

Она встала со своего места и пошла в сторону бара. Ловко проскользнула между столиками, что и не скажешь, что в её крови есть хоть капля алкоголя. Юбка её униформы слегка подпрыгивала, а сама походка больше походила на танец.

Варвара очаровывала своими легкими шагами и едва заметным покачиванием бёдер.

Вторая официантка следила за её каждым движением, опираясь на стойку, скрестив руки на груди. Девушка слегка нахмурила брови и уверенно и категорично отрицательно качала головой, когда Варвара подошла к ней и начала что-то говорить. Она увлеченно и широко жестикулировала, взмахивала руками, как стереотипная, эмоциональная итальянка.

Но вторая официантка оставалась непреклонной.

Тогда Варвара уверенно подхватила её под руку и повела в какие-то комнаты для персонала. Та обернулась назад, бросив взгляд на посетителей.

Картошка фри на столе давно остыла. В тарелки осталось с дюжину голосочек и Вениамин скучающе взял одну в руку. Та стала какой-то сухой, больше похожей на сухарик и оставляла на пальцах соленые и жирные следы. Он нажал на серединку и долька сломалась в его пальцах.

День близился к вечеру, а его телефон, как и прежде, молчал. Впрочем, он тоже никогда не звонил Магдалине, чтобы спросить, где она. То ли платил той же монетой, что и она, то ли просто не видел в этом смысла.

Возможно, когда-то, целую вечность назад он звонил ей, чтобы узнать, когда она будет.

Но это не имело смысла. Она была переменчива как ветер.

Могла сказать, что будет через полчаса. А придет лишь через три часа. А все из-за того, что ей внезапно, когда она уже направлялась домой, на глаза попалась какая-то очаровательная скамейка в парке под витражным фонарем и ей нестерпимо захотелось под ним посидеть. Или же ей, неожиданно, захотелось посмотреть один определенный фильм и только в кинотеатре. Так что, вместо того, чтобы вернутся домой, она шла на ночной сеанс.

– Я договорилась, – сказала Варвара, взяв его за руку и потянув её вверх, – давай, уходим быстрее, пока меня не поймали.

Её глаза сверкали весельем, а улыбка была по-детски радостной. Она все ещё была в униформе, а сверху накинула плащ, пояс которого неровно завязывала.

Они пошли на выход, идя совсем рядом друг с другом и на каблуках Варвара практически была одного с ним роста. Её шпильки звонко цокали об асфальт, когда они вышли с заведения.

Дождь все ещё лил и девушка обняла себя, стараясь согреться, но продолжала сверкать улыбкой.

– Подвезти тебя? – спросил Вениамин, стоя под навесом бара, чувствуя как крупная холодная капля дождя упала ему за шиворот.

Девушка солнечно улыбнулась, как будто он не подвезти предложил, а слетать в Францию. Когда она так улыбалась мужчине чудилось, что дождливые дни, такие как этот, становились не такими отвратительным и не такими тоскливо-одинокими.

– Конечно! – воскликнула она.

Они бежали, как подростки, отметил мужчина, к его машине. Девушка хохотала и пыталась прикрыть голову ладонью от воды. Её каблуки звонко стучали, но она так легко на них бегала, что оставалось лишь удивляться.

– Быстрее-быстрее, – весело бросила она, когда они подбежали к его машине и Вениамин возился с замком.

Она топталась на месте, как будто пыталась согреться и все ещё обнимала себя за плечи. Волосы намокли и несколько прядей короче, что были у лица, прилипли к коже. Вода каплями замерла на её пышных, черных ресницах. А её губы слегка дрожали от холода.

Она ловко заскочила в машину и захлопнула за собой дверь.

– Какой холод! – воскликнула она и потянулась к приборной панели, включая печь.

Её квартира была недалеко от бара, ехать всего-лишь минут двадцать. По крыше тарабанил дождь, а мимо проезжали спешащие машины. Варвара откинула на спинку, слегка запрокинула голову, глядя на Вениамина с легкой улыбкой.

Он буквально кожей чувствовал этот мягкий взгляд и такую же мягкую улыбку. Она рассказывала какие-то мелочи из своего детства и с того чем живет сейчас. Рассказывала, что сейчас живет с девушкой, которая её ужасно раздражает, но и с родителям жить не хочется. Тем более они с маленького далекого городка, в котором невероятно скучно.

– Надеюсь, её сейчас нет! – эмоционально воскликнула Варвара, – Я хочу напоить тебя горячим чаем. А то холод такой, ещё заболеешь.

– Если кто с нас и заболеет – это ты, – весело сказал мужчина, бросив многозначительный взгляд на ноги в тонких колготках.

Девушка рассмеялась и закинула ногу на ногу.

– Тогда и меня нужно напоить чаем!

Они подъехали к обычному многоэтажному дому. Такому же серому, с глазами-окнами, как и тысячи в этом городе. И не отличишь их друг от друга.

Окна выходили на детскую площадку и все что на ней было – это разного цвета автомобильные шины и опасного вида горка. И одни качели.

– Побежали! – воскликнула девушка и рванула к одному из множества подъезду. Вениамин побежал следом за ней.

Они остановились у металлической двери под большим и широким навесом. Но оба дрожали от холода, почему-то этот навес продувался холодными ветрами со всех сторон.

Варвара пыталась найти ключи, а после дрожащими пальцами пыталась отделить от остальных двух ключей один. Металлическая дверь была выкрашена в больнично-розовый цвет. На ней и на стене рядом было множество рекламных листовок.

– Лифт ужасен, но я живу на восьмом этаже и не готова подниматься, – открыв тяжелую дверь и застучав каблуками по слегка кривым бетонным ступенькам.

В подъезде было темно, наверняка, опять кто-то выкрутил лампочку. На стенах облупилась краска, кое-где они был разрисованы какими-то граффити. На одной ступеньке стояла банка с когда-то горошком, полная окурков. Впрочем, весь подъезд был пропитан каким-то застарелым запахом сигарет.

В лифт к ним заскочила какая-то бабулька с хмурым взглядом. Она не ответила на приветствие Варвары, бросив на Вениамина подозрительный взгляд. Она пристально оглядела его с головы до ног. А после гордо отвернулась.

– Старая карга, – прошептала девушка ему на ухо после того, как старушка вышла на пятом этаже.

– Во всех подъездах есть такие бабки, – весело ответил Вениамин.

Замок в двери Варвары слегка заедал, а сама дверь была самой обычной, деревянной. Она широко распахнула её перед Вениамином, бросив взгляд на пол у двери.

Обуви её соседки не было, значит, как она и хотело, той не было дома.

– Прошу в мою скромную обитель!

Она скинула туфли, одна перекинулась на бок, и ступила на пол босыми ногами в тонких черных колготках. В одно мгновение она стала ниже на сантиметров десять.

Вениамин тоже разулся, пол в доме был холодным, впрочем, вся квартира была холодной. Она напоминала те старые, советские квартирки. Обычно такие сдавали женщины лет шестидесяти, а то и больше.

Квартира походила на маленькую коробочку. Слишком маленькую для всех тех вещей, что пытались в неё вместить. Одежда, косметика и прочие вещи женского туалета были повсюду.

Вениамин оглядывался, находя это, в нэком роде, очаровательным.

На кухне зашумел чайник и Вениамин прошел туда. Варвара была все ещё в униформе. Она даже чай делала, брала чашки и сахарницу, как-то оживленно. Как будто торопилась.

Это, почему-то, напомнило Магдалину. Она почти всегда казалась неторопливой, делала все как-то размеренно.

– Ох, ты меня испугал, – повернувшись, выдохнула девушка, прижавшись поясницей к столешнице.

– Извини.

– Садись. Хочешь печенье?

Вениамин сел на стульчик и на него внезапно обрушилось чувство, что тот какой-то игрушечный. Как будто он Гулливер. На столе стояли пачки печенья, хлебница, солонка и почему-то ярко-красная помада. А ещё ваза с пышным букетом цветов.

Вениамин рассмотрел свежие лепестки. Ярко-красные розы.

– Моей соседке подарили, – ласково проведя пальцем по лепестку одного цветка, сказала девушка, поставив перед ним чашку.

– В следующий раз вместо чая будет вино, – уверенно заявила девушка, отхлебнув немного чая.

Говорила она с такой убедительностью, что даже не пришла бы мысль засомневаться, что да, так и будет.

– И свечи! А ещё ты подаришь мне цветы.

Она улыбалась уголками губ и когда она улыбалась слегка, как-то по-лисьи, щурила глаза. Они вспыхивали темными, веселыми искрами.

– А ещё танцы? – весело спросил Вениамин.

– А зачем с танцами ждать до следующего раза? Можно в этот!

Она откинула волосы назад, глядя в глаза мужчины.

– Не пригласите меня на танец? – весело поинтересовалась девушка, слегка наклонив голову. Она походила на маленькую, слегка взлохмаченную птичку. С такими же черными глазами-бусинками.

Вениамин поднялся со своего места, стараясь выглядеть серьезно. Как положено в сладких девичий мечтах. Но у него ничего не получалось. Все лицо искажала веселость и он не мог прекратить улыбаться.

– Подарите мне один танец, прекрасная леди? – протянул он ей руку.

Варвара сверкала счастьем, как маленькая девочка, чья мечта исполнилась. Она не выдержав паузы, схватилась за руку Вениамина, тут же падая в его объятия. Они засмеялись от этой торопливой неловкости, а после девушка слегка отодвинулась, положив одну руку ему на плечо, а вторую вложила в мужскую руку.

Медленно и неловко они начали танцевать. Рука Вениамина лежала на талии девушки и он подцеплял пальцами передник.

Варвара еле слышно начала напевать какой-то мотив. Совершенно полностью паршиво, но почему-то очаровательно.

Босые ноги холодила плитка, а кожа девушки казалась горячей.

Вениамин насмешливо закрутил девушку в танцы и та громко расхохоталась. Её юбка взлетела, а волосы взметнулись. Девушка, сделав ещё один поворот, вновь упала в объятия, закинув руки на шею мужчины.