Свойство эмерджентности языковой системы
- -
- 100%
- +
Автор:
Альбеков Н. Н.
Рецензенты:
Халидов А. И., доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и методики его преподавания Чеченского государственного педагогического университета;
Бесолова Е. Б., доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник отдела языкознания Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований имени В. И. Абаева ВНЦ РАН.
ebooks@prospekt.org
© Альбеков Н. Н., 2024
© ООО «Проспект», 2024
Введение
Свойство эмерджентности сегодня признается одним из ключевых понятий современной теории систем и системного анализа и широко исследуется в разных науках при анализе структурной, содержательной и функциональной уникальности той или иной системы. Это качество системы является объектом междисциплинарного изучения и достаточно подробно исследовано в области экономики, экологии, биологии, философии и других наук. В основу исследовательской концепции данной монографии положен авторский взгляд на эмерджентность языка как неотъемлемую черту этой сложнейшей системы, обусловивший предлагаемый способ исследования специфики ее проявления с позиций комплекса традиционных и современных лингвистических парадигм: структурно-содержательной, когнитивно-прагматической, лингвокультурологической, функционально-стилистической и синергетической концепции самоорганизации.
Актуальность настоящей работы заключается в исследовании свойства эмерджентности как показателя целостности картины языковой системы, которое не получило должного внимания в существующих трудах по теории языка. Выдвижение свойства эмерджентности в фокус исследовательского внимания может способствовать постановке и решению многих проблем, что восполнит этот пробел. Актуальным является обращение к данному аспекту языковой системы, акцентирующее внимание на условиях возникновения и сохранения эмерджентности, а также установлении ее влияния, что может пролить свет на суть самого явления и приоткрыть новые грани языковой системы.
Назревшая необходимость изучения указанной проблемы для языка обусловлена и тем, что она позволяет по-новому взглянуть на традиционные проблемы теории языка и предложить нетривиальные решения.
Во-первых, это касается принципа диалектического единства языка и речи, в котором взаимодействуют, с одной стороны, язык как подвижная, открытая система, стабильная в конкретный период существования, и, с другой стороны, речь как деятельность, функциональная, динамическая система, реализующая функцию инструмента общения в безграничном многообразии стилей в разных сферах и ситуациях, допускающих появление случайных и непредсказуемых элементов. Следовательно, наряду с эмерджентностью языковой системы актуально исследовать свойство эмерджентности речевых единиц, рассматриваемых в работе как целостные, окончательно сформировавшиеся в акте речи единицы.
Во-вторых, уровневая организация языка традиционно рассматривалась с точки зрения языковых норм и правил, определяющих качественное своеобразие и особенности их функционирования в речи. Однако оставалась в тени зависимость между проявлением свойства эмерджентности и единицами разных языковых уровней (фонетического, лексического, грамматического, стилистического) в процессе их функционирования в речи. Неисследованным в современной теории языка является установление роли разноуровневых единиц языковой системы, а также межуровневых отношений, либо способствующих проявлению свойства эмерджентности языка, либо ограничивающих возможность появления непредсказуемых и локально не приуроченных смыслов. Также важно исследовать, в какой степени проявление свойства эмерджентности определяется влиянием речевых ситуаций, экстралингвистических и антропоморфных факторов, лингвокультурных особенностей общения. Наконец, важно установить, какими качественными характеристиками или свойствами отличаются более глобальные в структурном плане единицы языковой системы от более мелких единиц, а также как приобретают специфическое качество, не присущее более мелкой структурной единице.
Интерес представляют природа этих частиц и особенности их взаимодействия и функциональной зависимости, рассматриваемые не только с позиции правил формирования, но и их ситуативной значимости. Требует внимания проблема приращения смысла у целого при взаимодействии этих инвариантных частиц, в котором проявляется свойство эмерджентности, дифференцирующее данную единицу от множества подобных системных единиц и подчеркивающее неповторимость, разовость, уникальность данной единицы, что в конечном итоге может сказываться и на эмерджентности языковой системы в целом, закрепляя в ней речевые смысловые трансформации и приращения.
В контексте экстралингвистических факторов необходимо отметить особое значение homoloquens – «человека говорящего» – как творца языка, его преобразователя и пользователя, т. е. информационно-кодированной системы. Не только единицы речи, но и единицы языковой системы в процессе функционирования подвергаются постоянной трансформации и, соответственно, имеют бесконечное множество вариативных форм, эмерджентное свойство которых представляет интерес с позиции принципов их организации, особенностей функционирования и специфики семантики в целом.
Основная гипотеза исследования заключается в предположении, что эмерджентность языковой системы возникает как результат функционирования речевых единиц, приобретающих непрогнозируемые смыслы в структурно-оформленном целом, не выводимые из составляющих компонентов целого, и не являющихся локально привязанными. Доказательство рабочей гипотезы предполагает анализ специфичности кажущейся тождественности разных языковых систем; определение дифференциальной уникальности, неповторимости, холистичности языковой системы в статике и функциональной системы речевых единиц в динамике; определение степени функционального влияния той или иной структурно-уровневой единицы на качественную характеристику системы в целом; установление и анализ поля эмерджентности для прогнозирования вариантов потенциальных моделей системы и вариативного потенциала нечетких лингвистических множеств.
В контексте научной новизны отметим обоснование взгляда на эмерджентность как приращение смысла в структурно-семантически завершенном целом, отражающее индивидуальность, уникальность, холистичность данного целого. В работе выявлены и доказаны условия приращения смысла, представленные как результат синергетических процессов, происходящих на основе инвариантно-вариативных моделей системы.
В монографии впервые сформулирован вывод о наличии свойства эмерджентности как у языковой системы, так и в функциональной динамической системе речевых единиц. Другими словами, это качество обладает статико-динамическими характеристиками, поскольку оно проявляется как в синхронии языковой системы, так и на уровне диахронии речи. При этом эмерджентность обнаруживает специфику и уникальность на указанных уровнях. Эмерджентность языка формируется как результат функционирования единиц языковых уровней в речи, закрепляя в системе конкретные условия возникновения новых смыслов, не выводимых из значения составляющих компонентов.
В работе впервые обосновано и введено в научный оборот новое понятие поле эмерджентности, предложено его определение как семантически сложившейся реальности, образующейся в процессе становления системы после преодоления детерминированным хаосом точки бифуркации и определения направления вектора развития ситуации, а также прогнозирующей вариативный потенциал нечетких моделей системы. На основе поля эмерджентности разработана авторская схема количественного измерения, с помощью которой с достаточной вероятностью можно прогнозировать лексический потенциал нечетких лингвистических множеств, определяющихся при вербализации речевой ситуации.
Новым для теории языка является разработка модели поля эмерджентности языковой системы, состоящего из: а) ядра, обозначающего речевую ситуацию; б) центра, задающего эмоциональную и нарицательную форму; в) нечетких лингвистических множеств, формирующих структурно-эмоциональный вариант вербальной формы. В работе также доказано влияние экстралингвистических факторов на возникновение поля эмерджентности, на основе которого прогнозируются различные модели системы.
В монографии предложено новаторское определение понятия нечеткость, квалифицируемого как наиболее характерный признак поля в целом. Предложено определение нечеткости как всех видов лингвистических единиц и моделей, потенциально входящих в орбиту поля, обосновано проявление нечеткости на структурном и семантическом уровнях поля эмерджентности.
Теоретическая и практическая значимость работы состоит во всестороннем теоретическом и практическом анализе свойства эмерджентности как одного из основополагающих свойств системы. Проведенный анализ проявления свойства эмерджентности языковой системы делает возможным использование результатов исследования при изучении теории языка, когнитивной лингвистики, психолингвистики, системологии, теории переводоведения, концептологии, общетеоретических проблем языкознания и философии (язык и сознание, язык и культура, язык и общество), а также в создании лингвистической базы для компьютерных программ.
Проведенное исследование вносит определенный вклад в развитие теории языковой системы, теории поля, лингвосинергетики, перевода и интерпретации текста, теории инвариантности, компьютерного перевода.
Представляет возможность использования полученных результатов исследования при чтении ряда вузовских теоретических курсов: теории языковой системы, теории поля, теории текста, лингвокультурологии, когнитивной лингвистики, психолингвистики, философии языка, концептологии, сопоставительного языкознания, теории языка, теории перевода, стилистики, лингвосинергетики. Определения понятий эмерджентность языковой системы и поле эмерджентности, сформулированные в данной работе, найдут использование при исследовании структуры, семантики и стилистики текста, в проведении лингвокультурного, статистического и структурно-семантического анализа текстов. Материал теоретического и практического характера, который представлен в работе, найдет применение: а) при анализе языковой системы, а также системных единиц языка; б) при анализе и интерпретации речевых ситуаций; в) в определении наиболее эффективного варианта вербализации речевой ситуации; г) в составлении наиболее эффективных вариантов текста; д) в лингвистической экспертизе текстов; е) при разработке лингвистического материала для компьютерных программ; ж) для расширения вариативного потенциала компьютерных переводов.
Глава I
Эмерджентность как объект исследования современной науки
1.1. Понятие «эмерджентность» в гуманитарных и естественных науках
Одной из основных функций языка является общение, представляющее собой систематизированный поток речевых единиц, демонстрирующий ведущую роль слова в процессе становления и функционирования глобальных структурных единиц языка и речи. Язык можно определить как одну из самых сложных и многосоставных систем, при взаимодействии компонентов которой происходит становление, определение ее целостной единицы. Сформировавшаяся речевая единица отражает, обозначает или планирует объективную реальность, идею, эмоциональное состояние, структурированные в определенной форме в единое целое. Идея о том, что целое представляет собой нечто большее, чем просто сумму его компонентов, была известна еще в древние времена. Вместе с тем вопрос о специфичности данного целого и способах его достижения все еще остается наиболее важным и фундаментальным в научных исследованиях, так как каждое сформировавшееся системное целое имеет особое, неповторимое, уникальное свойство – свойство эмерджентности.
Одной из первых работ, в которых употребляется термин эмерджентность (emergent), является работа Милла Стюарта, где констатируется, что любая система в целом приобретает или обладает свойством, превосходящим свойства суммы компонентов этой системы (Stuart Mill John, 1882) [289; 213]. Однако мы полагаем, что первенство употребления и введения термина «эмерджентность» принадлежит Джорджу Генри Льюису, который еще в 1875 г., рассуждая об атрибутах суммы и разницы, отмечал, что с эмерджентами (emergents) дело обстоит иначе, т. е. «вместо того, чтобы добавлять измеримое действие к измеримому действию или вещи одного вида к другим индивидам того же типа, происходит взаимодействие вещей разного типа. Эмерджентный отличается от своих компонентов тем, что они несоизмеримы, и его нельзя свести к их сумме или разнице» [274].
В. А. Карпов, обращаясь к сущности эмерджентности, отмечает, что в современных научных исследованиях целостность идентифицируется системностью, а целостные, несводимые свойства обозначаются как эмерджентные. Что касается самой эмерджентности, то ее принято объяснять теми связями и законами композиции, которые не наблюдаются у отдельно взятых элементов, но обязательно появляются, когда части целого объединены, т. е. при слиянии всех компонентов в определенное структурно-семантическое целое [110; 3].
Понятие «эмерджентность» имеет многочисленные интерпретации, основная идея которых подчеркивает обязательность наличия некой системы, способствующей появлению этого свойства. Так, согласно Н. Г. Комлеву, «эмерджентность (англ. emergent – неожиданно появляющийся) – наличие у системы свойств целостности, т. е. таких свойств, которые не присущи составляющим элементам; эмерджентность является одной из форм проявления принципа перехода количественных изменений в качественные; целостность» [134].
Как мы видим из этого определения, эмерджентность – это свойство, которое присуще только системе, т. е. без наличия целостной системы нет свойства эмерджентности. Следовательно, понимая эмерджентность как системное свойство, мы можем обозначить главное условие его возникновения – целостность.
Обзор научной литературы показывает, что проблема эмерджентности достаточно широко исследуется в разных областях науки. Наиболее обобщающее исследование проведено в работе Т. В. Жеребило, в которой она, насколько это позволяют рамки статьи, представила широкое описание трудов, посвященных свойству эмерджентности в различных системах [95; 19–33]. В данной статье Т. В. Жеребило еще раз подчеркивает «мощный импульс», который задает анализ языковых явлений с точки зрения эмерджентности, способствующий развитию новых парадигм для лингвистических исследований. Один из значимых факторов новизны работы Т. В. Жеребило, в которой она обратила внимание на аспекты эмерджентности, остававшиеся до сих пор вне поля зрения или анализа исследователей, заключается в обнаружении не просто какого-либо свойства, а «совокупности свойств», присущих понятию эмерджентность.
Проведя широкий обзор определений понятия эмерджентность в различных типах систем, Т. В. Жеребило, ссылаясь на основное значение, представленное в этих определениях, т. е. на свойство «внезапно возникать», приходит к выводу, что эмерджентность надо понимать как «динамическое свойство». Исходя из этого, Т. В. Жеребило считает вполне очевидным, что в результате воздействия свойство эмерджентности у системы может изменяться, активно преобразуя части, компоненты системы, структурные и функциональные аспекты, охватывающие все уровни системы и структуры, что позволяет говорить о полевых принципах устройства системы в целом.
Одним из важных результатов, обозначенных в анализе эмерджентности, проведенном Т. В. Жеребило, безусловно, является то, что она отметила важность перспективности «по́левого подхода при рассмотрении эмерджентности» [95; 13–19].
В современных западных научных исследованиях существует несколько гипотез, каждая из которых по-своему представляет сущность и специфику свойства эмерджентности.
В философской энциклопедии Дональда Борчерта понятие эмерджентность разделено на два типа: онтологический и эпистемологический [241]. К эпистемологической эмерджентности относят концептуальную эмерджентность как субкатегорию. Исследователи онтологической теории эмерджентности придерживаются мнения о том, что эмерджентными являются свойства мира, которые существуют сами по себе, т. е. не зависят от нашего сознания [254]. Сторонники эпистемологической концепции считают эмерджентными свойства, которые являются результатом ограниченности нашего сознания, наших способностей предсказать, калькулировать, объяснить сложные системные явления. Теоретики концептуальной эмерджентности считают также эмерджентными свойства, которые возникают у нас в сознании при философском и лингвистическом анализе окружающего мира [241].
Интересно, что представленная теория, т. е. теория онтологической, эпистемологической и концептуальной эмерджентности, противоречит тенденции атомарной гипотезы, которая доминировала в англо-американской философии [298]. Противоречие заключается, прежде всего, в свойстве неделимости, которое является одним из основных свойств эмерджентности. К специфическим особенностям эмерджентности можно отнести: неделимость, непредсказуемость, новизну, отражение сущности большого, глобального, холистического. С ростом числа компонентов и усложнением структуры системы сущностные свойства эмерджентности становятся более объемными, а сама система более алогичной с позиции эмерджентных свойств. Чем сложнее и многокомпонентнее структура системы, тем объемнее сущностные свойства эмерджентности. В этом контексте любопытно наблюдение Джеймса Ван Клива (van Cleve James, 1990), который утверждал, что свойство системы эмерджентно, только если оно является следствием номологической потребности свойств компонентов системы. Таким образом, если свойства фундаментальных уровней установлены природой этой системы, значит, установлены и свойства более глобальных уровней [293; 215–226].
Другого взгляда относительно онтологического подхода к эмерджентности придерживается Джегвон Ким, который выдвигает идею о том, что свойство глобального уровня поддается членению, если: а) свойство может быть определено в ситуации установления его причинной роли; б) исполнители функции свойства могут быть обнаружены на низких уровнях системы; в) существует теория низких уровней, которая объясняет деятельность исполнителей. Наблюдения Д. Кима имеют научную ценность самой попыткой верификации свойства. Однако его предположение о том, что возможны членение свойства и определение причинной роли свойства на глобальном уровне, на наш взгляд, необходимо более коррелировать с понятием «целостность», являющимся одним из основных условий проявления свойства эмерджентности. В вопросе причинно-следственной сущности свойства мы склонны согласиться с мнением Д. Кима о том, что свойство имеет номологическую природу [273; 119–138].
Противоположной точки зрения придерживается Е. Н. Князева, которая считает, что эмерджентность нельзя понимать упрощенно. Она считает, что свойством эмерджентности нельзя считать просто непредсказуемость появления новых свойств, так как когда речь идет о непредсказуемости или непостижимости появления нового, то всегда подчеркивается сугубо гносеологический аспект новизны. Эмерджентность, будучи креативной случайностью, проявляется, прежде всего, в бытии. Соответственно, считается, что эмерджентность имеет онтологическое основание. Е. Н. Князева полагает, что если возникновение нового относится к спонтанному, ничем не детерминированному явлению, то подчеркивается именно онтологический аспект. Более того, эмерджентность, согласно Е. Н. Князевой, – «это несводимость, нередуцируемость свойств целого (системы) к свойствам частей (элементов или подсистем). Эмерджентностью является свойство системы, которое проявляется в несводимости более организованной единицы к менее организованной, более сложной – к простой, более высокого уровня иерархии – к более низкому в структуре системы» [120; 79]. Е. Н. Князева указывает на скачкообразное происхождение и развитие эволюции. Считается, что «на каждом витке эволюции появляется новый лидер, т. е. в ходе эволюции происходят фазовые переходы, эмерджентные трансформации, в которых проявляется новое, ранее неизвестное свойство» [120; 79]. Исследователь определяет эмерджентность как способ рождения новизны в процессе эволюции природы и общества. Здесь необходимо отметить, что предположение Е. Н. Князевой относительно появления «нового лидера» на каждом «витке эволюции» коррелирует с нашей гипотезой относительно проявления эмерджентности на различных уровнях единиц языковой системы, если эти единицы рассматриваются не в аспекте всей системы, а отдельно как холистические единицы [120; 74–83].
Любая система подчиняется определенным законам, которые функционируют в той или иной действительности. Соответственно, понятие эмерджентность имеет свои специфические особенности и интерпретацию в каждой из этих систем. Принято считать, что материальный мир делится на три части: мегамир, макромир и микромир (Буданов В. Г., 2006). В каждой из этих областей действуют свои специфические законы. Если движение тел в макромире описывается главным образом законами классической физики, то движение частиц в микромире представлено качественно новыми законами, а именно законами квантовой физики. Изучение структуры и свойств мегамира находится в начальной стадии, однако даже на данном этапе развития физики ученые предполагают, что из-за больших расстояний между небесными системами закон всемирного тяготения в этом мире может строго не «выполняться». Описанные выше качественные отличия природы движения материи в зависимости от уровня мира с успехом можно трактовать эмерджентностью.
Отдельный атом обладает только ему присущими эмерджентными свойствами. Однако при объединении отдельных атомов в единую систему образуется молекула, обладающая своими специфическими свойствами и т. д. С каждым более высоким уровнем формируется система с новыми свойствами, которые качественно отличаются от свойств системы более низкого уровня. Очевидно, что на разных уровнях развития системы в ней действуют разные законы движения и развития.
Каждый человек является частью какого-либо социума, соответственно, наиболее очевидны свойства эмерджентности в социологии. Личность как один из составных элементов общества в отдельности служит объектом изучения психологии. Поведенческие действия каждого отдельно взятого человека отличаются от его действий в общественной среде. Соответственно, правила, законы, культуру, мораль, моду и т. д. можно обозначить как эмерджентные свойства общества, так как они являются результатом функционирования социальной системы.
Свойства эмерджентности хорошо обозначаются в биологии. Здесь, как и в любой другой науке, они проявляются в соответствии с уровнем единицы – начиная от молекулы и заканчивая биосферой. Процессы, протекающие на одном уровне, невозможно анализировать и описывать, опираясь на термины и категории, выработанные для анализа другого уровня. Клетка не является простой механической группировкой молекул. Организм – сложная система, которую никак нельзя уподобить простому набору клеток. Популяции не являются простой совокупностью организмов.
При рассмотрении биологического организма как единого целого особое внимание необходимо уделить психике человека, сплошь и рядом проявляющей эмерджентные свойства. Говоря об эмерджентности в психике человека, необходимо иметь в виду, что ее нельзя отождествлять с поведением. Исследуя действия и реакции человека точно так же, как и отдельную структуру головного мозга, ученые не смогут описать и объяснить сугубо психические процессы, так как поведение – более низкий уровень, и мы не учитываем, что психика – это эмерджентное свойство целостной, холистичной структуры более высокого порядка, т. е. нервной системы. Чем выше уровень организации биологической системы, тем сильнее проявление свойства эмерджентности. Соответственно, человек является в высшей степени сложной системой, в которой свойство эмерджентности проявляется не только в социальном аспекте, т. е. в обществе, но и в сугубо индивидуальном восприятии и интерпретации окружающей действительности.
Интересную концепцию относительно эмерджентных свойств предложил В. Г. Буданов. По мнению ученого, эмерджентным считается свойство, благодаря которому формируется новое качество системы по горизонтали. Это означает, что рассматриваемое качество формируется на уровне синхронии, т. е. на одном и том же уровне. При этом изменения, происходящие в управляющих параметрах мегауровня, могут привести к неустойчивости системы на макроуровне, т. е. к состоянию бифуркации [43; 166]. Соответственно, происходит структурная перестройка системы.