- -
- 100%
- +
Глава 1
Анита осмотрела улицу – уже была глубокая ночь, и никто не желал прогуливаться около порта. Отлично! Чтобы попасть на закрытую территорию, девушка видела только один путь – стоящее перед ней дерево с густой кроной. По нему как раз можно взобраться на крышу амбара, а с другой стороны спуститься по контейнерам. Пусть Саймон даже не рассчитывает, что ему удастся обвести вокруг пальца Аниту Мелроуз!
Девушка туго подвязала на поясе подол длинного платья, чтобы не мешал карабкаться. Хорошо, что на ней были панталоны, закрывающие колени, иначе бы заноз насобирала о-го-го! Но сейчас важно другое. Ухватиться вон за ту ветку, чуть-чуть подтянуться… Готово! Анита ступила на пологую крышу амбара и победно отряхнула руки. Этот торгаш думает, что он самый умный?! Не на ту напал! У Аниты десятилетний стаж закрытого магического пансиона для девочек-сирот, а это о чем-то да говорит!
Секунду подумав, юная чародейка сняла балетки, чтобы тише ступать по крыше, и осторожно пробралась к ее противоположному краю. Отсюда уже были слышны плеск волн о причал и негромкие разговоры. Туфли в руках мешали, и девушка недолго думая тоже засунула их в подвязанный подол. Гигантские ящики, как она и рассчитывала, стояли вплотную к складу, так что сползти по ним особенной проблемы не составляло. Голоса стали отчетливее, но из-за забора еще ничего не было видно.
Анита быстро пересекла залитый лунным светом двор и прильнула к забору, слегка отодвинув широкую доску. Молодец Викус, не обманул! Если все пройдет как надо, она его по-королевски отблагодарит!
На причале, буквально шагах в десяти от лаза, стояла крытая повозка. Два дюжих парня брали из нее ящики и переносили их на лодку. В каждом ящике плотно стояло по шесть бочонков. Вытащи хотя бы один – и это не окажется незамеченным. Думай, Анита! Думай! Без магического порошка газете конец. Может, кинуть чем-то в лошадей, они испугаются, понесут, крайние, уже приготовленные к переносу ящики свалятся, бочонки раскатятся, тут уж никто не будет разбираться, что одного недосчитались?
Анита уже собралась оглядеться, чем бы таким запустить в коня, как прямо над ее ухом раздался приятный тихий голос:
– А в Средние века за воровство отрубали руки!
Девушка лишь рассерженно отмахнулась. Действительно, какое воровство, когда вчера она этому жуку оставила три тысячи йон предоплаты! Да за такие деньги ей полагается целый ящик!
Стоп! А откуда тут взялся голос?!
Анита резко обернулась. В шаге от нее стоял хорошо одетый мужчина аристократической наружности. Пожалуй, его даже можно было счесть красивым, если бы не эта наглая кошачья ухмылка.
– Что, мисс Мелроуз, компанию не ожидали? И не вздумайте бежать! – строго добавил он, как будто угадывая мысли Аниты. – Мы все равно знаем, где вас найти. Так что сейчас просто не вмешивайтесь и обождите здесь.
И мужчина, дунув в свисток и властно отодвинув девушку, с трудом протиснулся в щель.
С той стороны уже слышались беготня, крики, всплески волн, звуки ударов. Через минуту все стихло. Анита, до этого стоявшая, как под гипнозом, встрепенулась, подумала, насколько дико странно она выглядит в панталонах с задранным платьем, и бросилась приводить себя в порядок. Еще через минуту доска в заборе снова отодвинулась, и показалось высокомерное лицо джентльмена.
– Выбирайтесь, все закончилось. В этот раз, так и быть, пойдете как свидетель.
– Что значит «в этот раз»?! – вскинулась Анита, выбираясь на брусчатку причала и гордо вздергивая голову. – Я, к вашему сведению, не совершила ничего противозаконного!
Мужчина приподнял бровь, и глаза его издевательски засмеялись.
– А незаконное проникновение на территорию охраняемого объекта?
Упс… Об этом Анита как-то не подумала.
– А я тут… прогуливалась и заблудилась. Вот! – отворачивая голову в сторону, чтобы в лунном свете не был заметен проступивший румянец, отбилась девушка.
Мужчина расхохотался. Таким бархатным спокойным голосом, как будто развлекался.
– И как же вы, простите, сюда «загуляли»? Открылся внезапный талант проходить сквозь стены?
Анита предпочла промолчать. Как там… обвиняемый имеет право не свидетельствовать против себя?
Полицейский, или кто он там был, окинул девушку беглым взглядом и хмыкнул.
– А в панталончиках вы смотрелись краше!
Вот наглец! Что он вообще себе позволяет! Анита запыхтела, как паровоз, но продолжила делать вид, что реплика к ней не относится.
Между тем мужчина обернулся к захваченному «улову». Полицейские удерживали четырех контрабандистов, а часть бочонков таки раскатилась по причалу.
– Этих доставить в управление! Товар сложить в повозку и опечатать. А вы, мисс Мелроуз, поедете лично в моем экипаже.
– Непристойно незамужней леди садиться в закрытый экипаж с незнакомым мужчиной! – возмутилась Анита, все еще надеясь смыться с места преступления.
Незнакомец опять засмеялся.
– А скакать в панталонах по контейнерам пристойно?! Ну хорошо, раз вы настаиваете, герцог Йохан Валлин, глава тайной службы его величества, – и он чуть поклонился, скорее шутовско, чем с настоящим уважением к даме.
Ничего себе! Целый герцог! Вот же влипла ты, Анита… Интересно, а что из этого имя: Йохан или Валлин?
– Уверяю, вам удобнее будет добираться до управления со мной в экипаже, нежели трястись в фургоне с этим сбродом. Или вы предпочитаете второе? – став серьезным, уточнил мужчина.
Анита отрицательно замотала головой и поспешила вслед за представителем закона.
©Янина Наперсток 2024 для Литрес
Глава 2
Вот не так себе Анита представляла тайную службу его величества. Точнее, до этого момента она ее никак не представляла. Да и зачем? Она законопослушная эмигрантка: налоги платит вовремя, документы все в порядке. Что дом в Форсберге на улице Шерстяной, 42 ей от бабушки по наследству достался, каждая столичная мышь знает. Еще бы, такой фурор – иностранка из империи Садаах. Тринадцать лет после Второй магической войны граница государств была закрыта, и вот едва приподнялся «занавес» и появились первые переселенцы и туда, и оттуда. Выпускали и впускали только объединяющиеся семьи. Но, пока улаживались бюрократические формальности, бабушка Аниты умерла. Вот так внучка оказалась в Форсберге одна с домом и бабушкиным слезным письменным заветом семейное дело не бросать.
– Мисс Мелроуз! – раздался рядом мужской голос.
Анита встрепенулась и подала руку герцогу, помогающему ей выйти из кареты. Вот сейчас бы все девчонки в пансионе от зависти в обмороке лежали, если бы увидели магснимок! Карета, герцог, массивные кованые ворота с охраной и дворец! А табличка… Ну, можно взять такой ракурс, чтобы без таблички. Все равно ни одной душе в империи не придет в голову, что тайное ведомство может выглядеть вот так… грандиозно.
Но Йохан Валлин (Анита решила называть его двойным именем, чтобы не попасть впросак), видимо, ее округлившиеся глаза принял на другой счет.
– Что, удивляетесь отсутствию решеток на окнах? Не волнуйтесь: допросные и камеры у нас в подвальном этаже. Оттуда не сбежать.
И… он ей подмигнул! Тут Аните впервые в жизни действительно подурнело. Нет, как любая уважающая себя юная леди, она, конечно, хлопалась в обморок с завидным постоянством, если там без ужина в пансионе решили оставить или прыщавый юнец на выпускном пригласил танцевать, а еще когда на заводе удумали продлить на час смены… Но чтобы на самом деле!
– Нюхательной соли? – «заботливо» предложил глава тайной службы.
– Если вам дурно, конечно, понюхайте! Я не стану возражать, – от злости головокружение тут же как рукой сняло, и Анита, выдернув свою ладонь из пальцев герцога, гордо направилась ко входу.
Подумаешь, напугал магичку фокусом! Не за что ее в подвалы! А королевство Форсберг – правовая держава, здесь просто так на людях отметки не ставят, не то что на ее родине. Это в Садаахе всем магически одаренным было предписано носить белую ленту на плече. Увидев подобное «украшение», прохожие зачастую шарахались, как от прокаженных, а в некоторых лавках даже отказывались обслуживать. В столице же королевства Анита провела уже год. И ни разу, кто бы мог вообразить, ни разу (!!!) на нее не посмотрели косо, даже если узнавали, что она чародейка.
Аниту провели через широкую приемную, за столом в которой сидела шикарная томная блондинка, сразу выскочившая перед герцогом с предложением кофе. Мужчина отмахнулся от нее, как от назойливой мухи, и, открыв дверь в свой кабинет, пропустил Аниту вперед.
– Располагайтесь пока здесь. Я проведу допрос задержанных, а потом вернусь к вам.
Девушка осмотрелась: комната была явно больше, чем ее типографский зал. А ведь там стояли наборные столы, станок, шкафчики, бумага… Здесь же основное место занимал громоздкий стол, на котором в полном порядке были разложены папки, документы и письменные принадлежности. Сзади стола располагалась ниша, выполняющая, судя по всему, роль бара. Графинчики, наполненные разноцветными жидкостями, поблескивали в ней хрустальными боками. Три огромных окна, тяжелые бархатные гардины.
Для посетителей стояло два кожаных кресла. Чуть поодаль у стены – диван-софа с журнальным столиком перед ним. Поскольку Аните не указали на конкретное место, девушка решила расположиться на софе. С нее как раз хорошо видны были многочисленные полки книжного шкафа. Можно развлекать себя чтением названий на обложках, раз уж ничем другим не заняться.
Скрипнула дверь, и в комнату впорхнула, держа в руках поднос, та самая блондинка.
– Глава попросил вас напоить чаем, – исказила она ярко накрашенный рот в притворной улыбке.
Ее огромные неестественно голубые глаза при этом так и говорили: «Чтоб ты подавилась».
Анита, пролепетав «спасибо», расслабилась лишь тогда, когда прима покинула комнату. Пить чай, правда, девушка не рискнула, хотя и очень хотелось. С такой гадюки станется в него плюнуть. И что она ей сделала? Или она ко всем посетителям так «приветлива»? Приходится же поднимать свою попу со стула и работать. Интересно, а она магически одаренная? Вот бы ее в империю на завод, где целый год отработала Анита, на перевоспитание. Называется, почувствуй себя живой батарейкой. Стоишь весь день и зачаровываешь самопишущие перья, лекарственные средства, косметику, придаешь форму определенным запчастям —иначе говоря, скучный, высасывающий резерв конвейер без каких-либо перспектив.
Во время войны между империей Садаах и королевством Форсберг погибло много чародеев с обеих сторон. Но якобы они ее и развязали. В глубине души Анита сомневалась, что это правда, но в пансионе излагали именно такую версию. Когда же она наконец перестанет вспоминать ту жизнь?! Лучше уж опять вернуться к разглядыванию названий на корешках. «Теория заговоров», «Последнее слово в криминалистике», «Тридцать способов отличить ложь от правды»…
Живот у девушки предательски заурчал, и она снова с опаской глянула на поставленный перед ней поднос. К чаю точно прикасаться не стоит, а вот крендельки в вазочке… Анита решила рискнуть. Выпечка оказалась вполне свежей и вкусной. Во всяком случае для человека, который уже… часов восемь ничего не ел. Утолив первый голод, девушка снова принялась рассматривать библиотеку и, видимо, так и задремала. Потому что следующее, что она увидела, был герцог, двигающий кресло к ее столику.
Йохан Валлин по-хозяйски свободно сел напротив, закинул ногу за ногу и, достав из кармана золотые часы на цепочке, строго проговорил:
– Времени у нас мало. Рассказывайте, что делали в порту, что вас связывает с Саймоном, и вообще все, что может иметь отношение к делу. По существу!
Глава тайной службы выглядел при этом так… зловеще, что у Аниты как будто встал поперек горла проглоченный бог весть сколько назад кренделек.
– А… Я… Газетное бюро мне по наследству досталось. От бабушки…
– Мисс Мелроуз, что непонятного во фразе «по существу»?
– Для типографской краски нужен магический порошок. Он дефицитный, а по нормальной цене так и вообще. Бабушка мне оставила контакт Саймона, а я ему внесла предоплату. А мою цену кто-то перебил, и этот шельмец решил всю партию под шумок куда-то сбагрить. Вот я и проследила за ними до порта, – выпалила Анита скороговоркой, практически на одном дыхании.
– А в полицию почему не обратились? Что за самодеятельность?
– Кто бы стал меня слушать, тем более без доказательств, – отмахнулась Анита.
– И вы решили украсть товар?
– Что значит «украсть»?! – вскипела девушка. – Я за него три тысячи йон отдала! У меня и документ есть! А еще читатели! Газета не может простаивать, пока Саймон следующую партию доставит!
– К сожалению, вам придется искать нового поставщика. Саймон еще не скоро сможет вернуться к работе. Если вообще сможет. А ваш документ… уверен, был написан исчезающими чернилами.
Тут Аниту охватила настоящая гордость.
– Естественно! – с торжеством произнесла она, извлекая из потайного кармашка в юбке и разворачивая бумажный лист. – Но я тоже не лыком шита!
На протянутом документе четко были видны слова расписки о взятых за товар деньгах, а также роспись и даже печать!
И хотя герцог ничего не спросил и удивления не выказал, все равно довольно пояснила:
– Маленькое нейтрализующее заклинание и на всякий случай «закрепитель» поверх.
Герцог, не проявляя никаких эмоций, положил руку на лист, а потом разъединил его на два, забирая себе полностью аналогичный дубликат. В этот же момент пред Анитой возникло выведенное ее рукой объяснение и перо.
– Подписывайте, и можете быть свободны!
– Вы… маг?! – оторопело поинтересовалась девушка, глядя на все эти манипуляции.
Йохан Валлин поморщился.
– Предпочитаю термин «одаренный». Но да, сути это не меняет.
– А… ртефактор?
На лице герцога проступила досада.
– Даже обидно, как низко вы меня оценили. Универсал. Прощайте, мисс Мелроуз, надеюсь больше с вами не встретиться при аналогичных обстоятельствах.
Последняя фраза почему-то задела Аниту, и она выпалила, вскакивая с софы:
– А я надеюсь вообще с вами больше не встречаться! – и, демонстративно задрав носик, покинула комнату.
Будь у девушки глаза на затылке или если бы она умела применять магическое зрение, то увидела бы, как по-кошачьи самодовольно улыбается ей вслед герцог.
…Йохан стоял у окна, скрытый от взглядов с улицы гардиной, и с интересом наблюдал за стремительно удаляющейся рыжеволосой бестией. Его лицо не могло сдержать улыбку. Вот же оторва! Ночью одной отправиться в порт, чтобы газета вовремя вышла. У нее читатели! Может, стоило ее пару часов промурыжить в камере, чтобы отбить охоту к подобным предприятиям? В следующий раз дело может не обернуться так удачно…
В дверь кабинет постучали.
– Мистер Валлин, к вам миссис Валлин.
Глава 3
Встреча с матерью на восемь утра была запланирована уже давно, но Йохан не предполагал, что перед этим ему предстоят бессонные сутки. Сейчас бодрость духа и ясность ума он уже поддерживал за счет магического резерва. При его объеме это, конечно, не проблема, но все равно обидно расходовать потенциал на то, что легко можно устранить нормальным восьмичасовым сном.
– Хкм-м… – услышал он буквально возле уха материнский голос.
Похоже, миссис Валлин успела проследить за взглядом сына и не осталась этим довольна.
– Мало того что я вынуждена записываться к вам на прием, чтобы обсудить важные дела, так мне еще и ждать приходится! И это к собственному-то сыну!
Герцог отошел от окна и сел за стол, жестом приглашая родительницу размещаться в кресле напротив. Мать была в черном гипюровом платье и маленькой шляпке с вуалью по последней моде. Она уже три года носила траур по супругу, но Йохан хорошо помнил, какие у родителей были отсутствующие отношения, тем более в последние десять лет. Так что мужчина не сомневался, что основной причиной траура являлась убежденность герцогини в том, что ей очень к лицу черный цвет.
– Не преувеличивайте, мамá! Не было никакой надобности записываться на прием. Могли дождаться, когда я приеду в гости!
– Это когда же? На Новый год?! У тебя-то расследование, то задержания, то нештатная ситуация…
– Мамá, я слишком устал, чтобы выслушивать, какой я никудышный сын. Давайте по делу!
– Вам пора жениться. Я имела беседу с его величеством – он разделяет мою точку зрения! Вам уже двадцать семь!
– Вы сейчас так это произнесли, словно мой возраст – диагноз.
Вот же удружил кузен! Самому почти тридцать, и что-то под венец не спешит! Хотя не удивительно, под прессом маман кто угодно на что угодно согласится. Хорошо хоть от трона не отрекся.
– В этом возрасте у вашего отца уже были вы и Оливер!
– Потому что он не смог устоять перед вашими обаянием и красотой!
Маман, которая и сейчас для своих пятидесяти лет выглядела очень даже привлекательной женщиной, тут же попалась на комплимент и сразу изменила тональность разговора.
– Я все понимаю, дорогой! Но не всем так везет, как вашему отцу! Любовь эфемерна, и ее можно прождать всю жизнь! Вы же не хотите состариться в одиночестве, как дядя Ларс?
– Кого вы мне пришли сосватать в этот раз? – выдохнул Йохан, форсируя беседу.
– У моей подруги приехала племянница из провинции. Она родовита, умна, красива, хорошо воспитана…
– И кто же этот дивный цветок, который до сих пор не сорвали?
– Мисс Батильда Лоде.
– Увольте, мамá! Мы представлены. Возле нее от скуки даже мухи дохнут. Трудно представить более унылое существо.
– Мальчик мой, ну жена же не клоун! Она… кхм… для деторождения.
– Сейчас вы меня вообще убили. Представил себе этот «увлекательный» процесс.
Миссис Валлин надулась.
– Вот не надо при мне пошлостей! Вы, между прочим, мать своих будущих детей выбираете, а не подружку на ночь!
– В том-то и дело! Я ничего не выбираю. Кандидатуры с завидной регулярностью предлагаете мне вы! – стараясь сдерживать раздражение, парировал Йохан.
– Но кто-то же должен озаботиться семейным благополучием, пока вы ловите врагов престола! Нельзя быть таким переборчивым: Агнес двадцать пять – она стара, Мишель так некрасива, что даже лошади пугаются… Батильда же очаровательна, и ей всего девятнадцать.
– О боже! Всего девятнадцать, и она уже такая зануда?! Нет, мамá! Мое категорическое нет! И на сегодня все. У меня допрос через десять минут, а я даже дело еще не смотрел, – и Йохан демонстративно открыл папку и вперился в текст глазами.
Миссис Валлин недовольно встала.
– Такими темпами вы отошьете всех невест в королевстве! – и она осуждающе поджала губы.
– Ничего, загляну в соседнее, – не поднимая глаз от бумаг, проговорил Йохан.
– Это вы не про эту ли ушлую простолюдинку?! – остолбенела миссис Валлин, в ужасе глядя на сына.
Герцог уже погрузился мыслями в материалы дела и не сразу сообразил, кого имеет в виду маман.
– Вы про Корделию?
Секретарша была не аристократкой, но какое отношение она вообще имеет к вопросу?
– Про газетчицу, которую вы так внимательно провожали взглядом!
– Ну что вы выдумываете, мамá! Она просто проходит свидетельницей по делу. Давайте продолжим наш диспут в другой раз. Я действительно очень занят.
Миссис Валлин фыркнула и с надменным видом покинула кабинет.
Йохан закрыл папку и положил голову на сложенные на столе руки. Про допрос он слукавил. Ничего, кроме как ехать домой и отсыпаться, в планах у герцога не было. И какая уж там Анита ушлая – прозрачная как стекло! Непонятно, чему их там в Садаахе учат! Не то что щит против ментального проникновения не поставила, а даже не ощутила его вторжения.
Йохан, конечно, прокрался в мозг девушки крайне аккуратно. Просканировал желания и помыслы – в них не было абсолютно ничего противозаконного или аморального. Много стремления помогать людям, жить весело и счастливо, разве это преступление? Йохан бы даже сказал, что ее внутренняя сущность – на редкость приятное местечко: доброе, светлое, видящее радость в простых вещах и стремящееся поделиться ею с миром вокруг. Давно герцог ни в чьем сознании настолько не отдыхал. Захотелось пойти глубже и отыскать, что Анита думает непосредственно про него. Но он устыдился этой мысли – использовать свой дар для того, чтобы подглядывать в замочную скважину, недостойно. Поэтому он просто дал девушке подписать формальную бумагу и отпустил.
Глава 4
Анита добралась домой уже к обеду. Деньги, которые она могла бы потратить на экипаж, по всей видимости, вывалились еще в порту, когда она подвязывала юбку. Вот так и пришлось топать на другой конец города ножками. Если бы она была универсалом, то в первую очередь научилась бы открывать порталы. Это ж какое удобное мастерство. И теперь ясно, почему в королевстве на нее не смотрят косо. Если герцог – маг, то, может быть, маг и сам король…
Девушка сняла с двери запирающее заклятье и, буквально перевалившись через порог, плюхнулась на стоящую около входа банкетку. Сил не было, а еще и Феня куда-то запропастился. Анита вспомнила о нем впервые со вчерашнего вечера, и совесть больно ее ущипнула. Надо же так халатно отнестись к собственному фамильяру! А вдруг что-то случилось и Феня развоплотился?! Чародейка скинула балетки и пошла заглядывать в комнаты.
– Фе-ень! Фенечка, ты дома?
– Что, неужели обо мне наконец вспомнили? – выглянула из-за дверного косяка рыженькая обиженная мордочка. К тому же явно заспанная.
Девушка кинулась в кунице и, сгребая ее в охапку, расцеловала.
– Фух, с тобой все хорошо, а я уже так волновалась, так волновалась!
– И где тебя полдня носило? – поинтересовался Феня, выбираясь из объятий хозяйки.
– Меня?! – задохнулась от негодования Анита. – Да я, между прочим, магический порошок спасала! И в секретную службу попала. И едва не в тюрьму! А потом через столько кварталов пешком шла! А вот где все это время был ты?!
– Ну и как? Спасла? – скептически поинтересовался фамильяр, словно не заметив всего остального.
– Нет! Но…
Куница, игнорируя объяснения, заскочила за угол, где не так давно отсыпалась, и, к огромному удивлению Аниты, оттуда показался характерного вида бочонок.
– О! А… Как?!
– Ну ты укатила с этим шпиком, а я один знай думай о читателях и мучайся. Такими своими слабенькими тоненькими лапками волок его через весь город!
– Он не шпик, а герцог! – почему-то заступилась за главу тайной службы девушка. – И вот не прикидывайся! Ты вполне мог обхватить бочонок лапами и телепортироваться сразу сюда!
Феня дернул носиком и оскорбленно уставился в окно.
– Я вообще-то так и сделал! Но ты все время забываешь, что я куница. Эх… Будь я простым питомцем, ты бы меня совсем не ценила…
Анита снова заграбастала этот болтливый меховой комок и принялась тискать.
– Ну что ты, Фенечка! Ты же у меня лучший на свете! Самый умный, самый пушистый, самый фамильяристый!
– Ладно, ладно! – высвободился зверек во второй раз. – Приводи себя уже в порядок, и пойдем делом заниматься. А то до выхода газеты всего три дня, а у нас даже свин не валялся.
– Почему свин? – удивилась девушка, скрываясь за дверью своей комнаты. – Обычно говорят «конь не валялся».
– Потому что валяющихся коней я отродясь не видел. А вот хрюнделей – в каждой городской луже, – прокомментировал Феня, направляясь на кухню.
Фамильяру было не обязательно есть, но если у хозяйки припасена какая-то вкусняха, то грех было бы упустить шанс.
…Газетное бюро «Магическое дело» досталось Аните вместе с домом в наследство от бабушки. Родственница очень лелеяла свое детище, поэтому оставила внучке целый талмуд с инструкцией по созданию газетных статей, подробным описанием процесса печати, расходных материалов, список поставщиков и распространителей и даже небольшой реестр должников! С последними, правда, Анита иметь дело постеснялась. Если кто-то из них приносил причитающиеся бабушке йоны она, конечно, не отказывалась, но вот идти и требовать, как настаивала бабуля…
Аниту, надо сказать, газетопечатание сразу увлекло всецело и безвозвратно. Видимо, сказались гены. Однако девушка она была прогрессивная, и оставлять издание, единственное в Форсберге, кроме «Официального листка», которым заклеивали все заборы и тумбы, с таким скучным названием не собиралась. Она уже видела светлое будущее их с бабушкой бизнеса, и поэтому такая невзрачность, как «Магическое дело», проекту века абсолютно не подходила!
Когда бабушка выбирала имя для своего детища, Анита понимала, чем она руководствовалась. Газета была рассчитана как бытовое подспорье для тех слоев населения (читай – большинства), что магией не владеют. Но! Сейчас требовалось что-то более звучное, может быть, даже провокационное! При этом чтобы привыкшие к изданию читатели тоже не разбежались. Так Анита три дня ходила в раздумьях, придумывая и отметая сотни вариантов. Девушка уже видела новые рубрики, которые позволят привлечь начинающих магов, и рубрики, которые не дадут пройти мимо газеты даже критически настроенных к чародейству людей. К последним относились в первую очередь новости – менее важные, чтобы попасть в «Официальный листок», но зачастую куда более интересные. А еще светские сплетни.