Истинных не бывает! Драконов, впрочем, тоже

Глава 5

Королевство Форсберг. Наши дни

Итан стоял у окна и смотрел на раскинувшийся внизу огромный парк академии. Деревья уже потеряли добрую половину листьев, и, несмотря на то что дорожки ежедневно магически очищали, их очень быстро заваливало снова. Это была его последняя осень в королевстве. Летом он окончит учебу, получит диплом и очень скоро отпразднует двадцать первый день рождения. И сможет вернуться в свой мир. Хотя приютивший его Форсберг давно стал для Итана тоже своим. Он знал, что это очень плохо, но и ничего поделать с собой не мог.

Тот разговор с отцом в огромной белой дворцовой зале, по которой гуляло гулкое эхо, он помнил практически дословно. Образ матери почти стерся из его памяти, отец казался чуть более четким, а поди-ка, слова въелись на подкорку, как выжженные каленым железом.

«Тебя непременно станут искать! Главное – не выделяться и не проявлять родовую магию. Забудь, кто ты на самом деле, до тех пор пока я за тобой не вернусь. Ну а ежели не вернусь – в двадцать один год ты обретешь полную родовую силу. Сможешь менять форму одним желанием. Портал настроен исключительно на наш род и больше никого не пропустит. И запомни – ты не должен привязываться ни к кому и ни к чему. Поверь, я знаю, как больно вырывать такие привязанности из сердца, а у тебя, Итан, есть долг. На удачу или на беду, но ты родился моим сыном. И еще… Сейчас тебе это может показаться смешным, но позже… Не позволяй себе влюбиться. Беги от этих чувств, как только они начинают возникать. Если не сможешь от них избавиться, совершеннолетие наступит раньше, и магия навсегда свяжет тебя с объектом твоих чувств, вполне вероятно, равнодушным к тебе, а может, и недостойным. Ты никогда не сможешь выбрать женщину по собственному желанию и быть с ней счастливым. Эта связь сделает тебя рабом природы, душой навечно прикованным к той, первой. Не говоря даже о том, что в другом мире просто не будет тебе равной».

И он уже один раз не смог. Доверился опекуну, прирос к нему душой. Но тут понятно, Итан был мал, а лорд Эдрик, не имея детей, проникся к парню и на самом деле отнесся, как к собственному сыну. Воспитывал, учил, баловал, играл, наставлял… А потом и вообще признал его полноправным наследником. Итан видел, как опекун не хочет его отпускать. Как надеется, что приемный сын пойдет по его стопам… Парень и сам, быть может, был бы рад. Он любил опекуна и этот мир, но смутное по детству слово «долг» с возрастом все выразительнее приобретало очертания.

Первые несколько лет Итан ждал родного отца. Каждый час. Каждый день. Но потом начал понимать, что, если бы с семьей было все в порядке, за ним бы давно вернулись. А значит, он не может нарушить данного отцу обещания. Исполнится двадцать один – и он уйдет в мир Радуги. Хотя бы для того, чтобы узнать, что случилось с его семьей.

– Мой принц загрустил? – высунул голову из-за правого плеча Итана Зарта́к.

– Миллион раз говорил, не называй меня так! – огрызнулся юноша.

– И в миллион первый раз отвечу: отчего же нет? Меня никто не видит и не слышит. Я только ваш покорный слуга. Ваши глаза, уши, защита и опора.

– Давай еще скажи про ум, честь и совесть!

– Ох, нет! Вот это все уже по вашей части, – бело-лазурный разумный змей расы узме́нов качнулся вперед, выдвигаясь из-за хозяина, и облокотился передней парой коротких лапок о подоконник. – Это все погода, мой принц. Она навевает хандру. Может, стоит устроить еще одну вечеринку?

– Ну нет! Я от прошлой еще отдохнуть не успел! Лучше соберу парней, и потренируемся на полигоне. А ты пока… разузнай побольше про эту кралю.

– Про какую, мой принц? – Зартак изобразил крайне подобострастную морду, что при его зубах и рогах выглядело ужасно смешно.

– Не прикидывайся! Ты же каждый мой шаг отслеживаешь!

– Берегу как зеницу ока! Э… вы про Молли?

– Милли. Ее зовут Милли. И я хочу знать все, что ты сможешь раскопать.

– От нее будут проблемы, мой принц. Она… сложная.

– Тем будет интереснее.

– О! В вас проснулся охотничий инстинкт! Это я могу понять! Но поверьте моей абсолютной интуиции – в данном случае он до добра не доведет.

– Зартак, я разве спрашивал твоего совета?

Узмен сокрушенно помотал головой.

– Ну, тогда знаешь, где выход!

Зартак развернулся, кривляясь, передразнил хозяина, пока тот не видит, и растворился в воздухе. Узмены веками служили роду Данго́ев. Незаменимые помощники, незримые шпионы, безупречные телохранители. Вот только характеры у них были прескверные. Хотя, кроме отправленного с ним в изгнание Зартака, других узменов Итан не знал. Быть может, именно ему такой достался? Вредный, склочный, обуреваемый духом противоречия и порой весьма специфично оберегающий хозяина даже от него самого. Про Зартака знала все лишь одна живая душа – лорд Эдрик. И то потому что Итан категорично потребовал ему явиться, чтобы опекун не подумал, что мальчик не в себе. Обычно же узменов без их желания видят только драконы.

Глава 6

Милли готовила домашнее задание в комнате, то и дело поглядывая на парк, вспоминала свою лавочку в нем и злилась. Да, в школьные годы ей не раз встречались подобные прохвосты, считающие, что они выше других и все им должны. Поцелуй! Да она и Брина-то ни разу не целовала! Да и чего ради? Для поцелуя должна быть любовь, а не вот это вот… раскрученное горлышко бутылочки. Как-то не к месту вспомнились изогнутые в улыбке и такие выразительные губы Итана. По телу пробежали странные, подкожные мурашки. Милли, отложив ручку, потерла предплечья. Вот на самом деле, что она так разозлилась? В школе подобных персон она просто игнорировала, и они, со временем поняв, что подколы и выпады девушку не задевают, тоже переставали ее замечать. Почему же здесь ей так и хочется что-нибудь выдать в ответ?

Хлопнула дверь, и в комнату забежала взволнованная Тина. Ее русые волосы слегка растрепались, а глаза горели настоящим энтузиазмом!

– О, ты здесь! – выпалила она, тут же подскочив к столу. – Смотри, скольких я уже проанализировала!

Милли открыла сунутую ей в руки пухлую тетрадь. Таблица разрослась на много страниц вперед.

– Ты что, все занятия этим занималась? – ужаснулась она.

– А что? Учеба подождет, а дракона надо вычислять быстрее! Кому-то ведь еще может такая идея в голову прийти. А истинных две не бывает!

Милли не выдержала и расхохоталась.

– Истинных не бывает! Ты, кажется, и на физиологические основы магии в школе не ходила. Предрасположенность к магии передается чаще всего по наследству, и искра каждого одаренного индивидуальна! На этом основываются магические подписи-скрепы. Они у каждого свои. И какой-то тайной, – Милли выразительно сделала руками жест «кавычки», – истинной связи между двумя магами существовать не может. Ну а между простыми людьми и подавно. Есть схожие интересы, приятность в общении, влечение, в конце концов, но никакой предписанной свыше предрасположенности.

– Истинных не бывает! – кивнула Тина. – Драконов, впрочем, тоже. Но, когда я его вычислю, влюблю и выйду замуж, не завидуй!

И девушка, по-прежнему улыбаясь и оставаясь при своем мнении, неожиданно показала язык.

Милли снова засмеялась в ответ. Злость словно растворилась, она всегда по-белому завидовала непосредственности и жизнерадостности подруги.

– А не проще было переписать только тех, у кого первая категория?

– Я думала об этом. Но в отличие от нас, простых смертных, Идрику ведомо куда больше. Он вполне мог включить в этот список и великого мага, у которого еще не развит резерв по максимуму. Такая издевка вполне в его духе. Сама говорила.

– Так ты что, всех мужчин в академии решила переписать?

– Зачем всех? Я пошла от противного. Вношу в таблицу только молодых и красивых, а потом вычеркиваю, кто не может быть драконом по каким-либо причинам. Вот, например, твой Брин драконом быть не может.

– Он не мой! Мы дружим, – в который раз внесла ясность Милли. – А что так? Недостаточно родовит?

– Нет, просто мы знаем, кто его родители. И даже кто его бабушка и дедушка. А значит, случайно сюда попасть он в войну не мог.

– И сколько у тебя еще осталось претендентов?

– Ну, я второй-третий курс еще плохо рассмотрела. Надо к ним на лекции сходить, что ли. А из преподавателей пока не видела четверых. Точнее, пятерых, но пятая точно женщина.

– Так может, дракон и есть женщина? – поддела Милли подругу.

Та на секунду остолбенела, но потом выдохнула.

– Нет! Идрик ответил: «Он дракон». Он! Ладно, у тебя какие планы сейчас? Хочу пойти разведать, где на остальных профессоров посмотреть можно.

Милли глянула на часы и вздохнула.

– Я обещала Брину сходить понаблюдать, как их команда тренируется на полигоне. Кстати, что ты еще знаешь про этого Итана?

– Ого, таки сердце снежной королевы растаяло! – заулыбалась Тина.

– Причем тут вообще сердце! Он мою лавку занял! – возмутилась Милли.

– Лавку? – опешила подруга. – Ты что, не могла сесть рядом?

– Нет! Он так сидел… Не сядешь, в общем. Да и отвлекать будет. Что он вообще читать мог? Там, наверное, в голове две извилины!

– Не скажи, – выдохнула Тина. – У него первый уровень. У единственного студента в академии. К Шикейри специально маги из столицы приезжают на практикумы, потому что не все наши преподаватели уже в силах его потенциал расширять.

Но Милли так была сердита на парня, что сдаваться не собиралась.

– Значит, все мозги у него и уходят на поддержание этого уровня. Тоже мне… кронпринц выискался.

Тина перестала улыбаться и внимательно заглянула в глаза подруги.

– Милли, я тебя никогда такой свирепой не видела! Он тебя что, как-то обидел? Все маги в академии равны! Об этом надо немедленно заявить куратору. Оскорбил?

– Да! Нет… не знаю. Но к куратору точно не надо!

– Так что он сказал-то?!

– Напрашивался на поцелуй…

Глава 7

Групповая тренировка на полигоне обычно рассчитывалась на десять-двадцать человек. Магов сразу приучали работать в десятках, это добавляло взаимопонимания и слаженности. Состав меняли постоянно, чтобы к окончанию учебы сформировалось несколько готовых боевых единиц. Итан понимал, что, скорее всего, ему не служить в Форсбергской армии, но, естественно, отрабатывал программу наравне со всеми. Положа руку на сердце – боевые тренировки были самыми интересными для парня. Вся эта тактика и стратегия, адреналин боя, буйство магии внутри и ее шум в ушах… На полигоне был «вмонтирован» магический ограничитель заклинаний до безопасного уровня. Да, могли и обжечь, и заморозить, и что-нибудь сломать, но никогда не смертельно. А научиться выдерживать боль, блокировать ее, снимать до момента посещения академического целителя – это такой же элемент общеобразовательного процесса, как и любой другой. Все-таки их не на танцоров учат.

Сейчас сражались пять на пять. Собственно, это была их слаженная и уже год тренирующаяся вместе десятка, и тем было интереснее. Каждый примерно знал, что можно ожидать от другой стороны, и надо было как-то выкрутиться, усилиться или обхитрить. Счет уже был один-один, но оставлять день с ничьей Итан был не намерен.

– Играем еще раунд, – распорядился он, и группа вся радостно закивала.

В этот момент завыла сирена. Тренировочное время было окончено, и по-хорошему требовалось передать полигон другой группе, если кто-то был по очереди. Итан с командой пошли на выход посмотреть. Как назло, тут уже толпились не только их болельщики (тренировки транслировались на огромный магический экран на стене комплекса), но и команда новичков с пришедшими их поддержать друзьями.

– Мы сейчас играем еще раунд и потом освободим, – бросил Итан первокурсникам и уже развернулся, собравшись уходить.

– Погодите! Чего ради? Мы записывались на восемнадцать! – выступил вперед приземистый блондин, крепкий такой, как будто до академии не в магической школе учился, а мешки с мукой таскал.

– Потому что мы еще не закончили, – четко и спокойно прояснил свою позицию Итан, снова разворачиваясь ко входу.

Первый год в академии, а уже права качают! Совсем молодежь оборзела.

– Значит, закончите в другой раз! – выкрикнул блондин, приближаясь к Итану.

Тому снова пришлось обернуться. Он не ослышался?! Эта мелюзга еще и командовать собирается?

– Я непонятно говорю? – повысил Итан голос. – Мы сейчас играем раунд, потом полигон ваш. Или побежите жаловаться мамочке?

Парень вспыхнул, но не смолчал.

– Не побежим, но и вам играть не дадим! Правила общие для всех курсов.

Первокурсники подтянулись к своему «главарю», видимо, одобряя его действия. Ничего себе птенчики! Быстро спелись!

– А, хотите посмотреть, кто сильнее? – ухмыльнулся Итан. – Ну так мы готовы сыграть десять на десять.

Он слегка повернул голову к команде, та ожидаемо закивала.

Неожиданно откуда-то сбоку появилось уже виденное им сегодня розовое пальто.

– С ума сошли? – возмутилась его обладательница, встав между Итаном и блондином и свирепо поглядывая на остальных первокурсников. – Мы здесь учимся без году неделя, а за незарегистрированные бои светит исключение. Пусть эти жлобы подавятся своим временем!

И она развернулась, смерив Итана гневным взглядом. Ого! Трепетный цветочек еще и ругаться умеет? А глаза-то как заблестели, глаза!

Блондину, видимо, вмешательство красотки не понравилось, так как его физиономия запунцовела еще больше. А может, просто догнал, что она права – подставит однокурсников не за краюшку хлеба. Им-то, почти на выпуске, ну максимум выговор уже влепят. А необученную малышню заменить просто.

– Действительно, зачем ребят в это втравливать? – словно выплюнул блондин, делая шаг к Милли и по-хозяйски отодвигая ее в сторону за плечи. Так они, что ли, вместе?! – Или ты только за команду силен прятаться, а один на один кишка тонка? – и он сверкнул глазами на Итана.

Третьекурсники зашлись от неудержимого хохота. Итан ухмыльнулся – этот птенец что, ему угрожает?!

– Да без проблем! – проговорил он сквозь смех, «галантно» указывая на вход.

Милли опять выскочила вперед и затараторила шепотом, но с того места, где стоял Итан, расслышать его было вовсе не сложно.

– Брин, ты совсем с ума сошел? Он тебя в блин раскатает! К тому же его отец – советник короля! Отгадай, кого выгонят?!

– Никого не выгонят, – спокойно проговорил Итан только ради Милли. – Если твои ребята смогут держать язык за зубами. За третьекурсников я ручаюсь.

Но блондин, даже не слушая его, просто обошел девушку и направился ко входу. Итан под встревоженные взгляды первокурсников и одобрительные возгласы своих отправился следом.

Глава 8

Парни разошлись по противоположным углам полигона. Запустился таймер, отсчитывающий время до начала раунда. Итан старался судорожно соображать, что ему теперь делать? Нет, раскатать зарвавшегося малолетку в лепешку, как выразилась Милли, ему хватило бы и минуты. Он в этом даже не сомневался. Поражение засчитывается тому, кто просит пощады или не может в течение десяти секунд подняться с пола. Но что после этого?

Ненависть цветочка? Такой-сякой злой старшекурсник ее пусечку уделал? Презрение и укрепление отношений между ней и этим мельником? Нет уж, такой вариант Итана не устраивал. Что там говорил Зартак про охотничий инстинкт? Похоже, прав. Тот включился. А своим инстинктам Итан привык потакать. В конце концов, проблем они ему до сих пор не доставляли.

«Три, два, один», – моргнули в воздухе последние светящиеся цифры. И все отсеки полигона открылись. Думать! Надо думать быстрее и не приложить этого Брина чересчур раньше времени. Итан чуть сместился к центру полигона, занимая удобную позицию на развилке, создал вокруг себя защитную сферу и просто стал ждать. А смысл бегать, тратить энергию, искать противника в лабиринте, если он, к гадалке не ходи, очень скоро пожалует сам?

И Брин выскочил. Точнее, выкатился кубарем с противоположного конца тоннеля и сразу ударил огненной волной по ногам. Видимо, рассчитывал на то, что подготовленный ответ прилетит на уровне груди или головы и его не зацепит. Щит же поглотил пламя, и у Итана была еще пара секунд, чтобы спокойно, даже не вздрогнув, совершить воздушный удар по полу, сбивая парня с очередного заклинания и отшвыривая на ярд назад к стене. Припечатал, но не так чтобы сильно. Не дай бог, сознание потеряет, а Итан еще не успел обдумать до конца, как же ему поступить.

Третьекурсник не поспешил со вторым ударом, и Брин успел скрыться за угол. Итан тоже отошел за стену, а то уж совсем глупо стоять там, где тебя ожидают найти. Значит, все-таки огневик. Не зря ему еще там, перед входом, померещились в глазах блондинчика какие-то всполохи. Третьекурсник терпеть не мог огневиков. Во всяком случае, не из своей команды. И не потому, что они были сильны, а в жизни, как правило, не сдержаны и слишком импульсивны, а потому, что, реагируя на пламя, сразу вскидывала голову родовая магия. Она начинала буквально проситься наружу, вызывая крайне неприятный внутренний зуд. Это действовало на нервы и сразу портило Итану настроение. Интересно они… уже? Или там тоже строгое «не целовать»?

Неожиданно пол под ногами превратился в трясину, и Итан сразу же провалился в нее по колено. Да, он быстро напрягся и выпрыгнул на свободное пространство, успев вкинуть в землю заклинание с говорящим названием «Крапива», но задействовал способности выше среднечеловеческих, хотя и не сильно. Вряд ли кто-нибудь заметит. Ярдах в десяти раздались вскрик боли и брань. Ага, значит, «Крапива» успела через земляную лунку выплеснуться на мельника и недурно его хлестнула. А вот не надо думать, что ты самый умный! В магии земли важно успеть вовремя оторвать от себя привязку. Значит, все же не огневик, а универсал.

Итан снова сменил свое расположение в лабиринте. Эти кошки-мышки, наоборот, его совершенно не утомляли. И резерва у парня было еще… часа на три активного боя. Интересно, сколько там у мельника в запасе? Двадцать минут-то еще продержится? Может, стоит натянуть на ничью? Не, паршивая идея: ни вашим, ни нашим. И себя унизит, и желаемого не получит. Напасть, что ли, разок для разнообразия?

Но, пока Итан думал, Брин нашел его и, выбросив ледяную ловушку, замер. По логике заклинания третьекурсника должно было секунд на двадцать превратить в замерзшую глыбу, потом его можно спокойно уложить и дождаться сигнала о победе. «Парень, прямо скажем, не безнадежен», – усмехнулся Итан про себя, наблюдая, как расширяются глаза Брина и он быстро бросается в сторону, понимая, что ледяная магия почему-то просто не сработала. Третьекурсник с трудом поборол желание колдануть пинок под не успевшую вовремя скрыться пятую точку противника. Милли этого точно не одобрит, а ведь представление идет практически для нее одной, и без разницы, что там, с улицы, за боем наблюдает человек тридцать, не меньше.

Итан на пару секунд замер, закрыл глаза, сконцентрировался. Он был не слишком силен как менталист, но уж найти один разум в пустом помещении в состоянии. И нашел. Крадется через пару коридоров. Что-то задумал. Мысли не прочесть – всем студентам сразу ставят блок на всякий случай, да и закон нарушать Итан не собирался. Но вот вызвать легкий приступ мигрени никто не запрещает. Третьекурсник увидел через сознание Брина, как у того резко закружилась голова: облокотился на стену, тошнит, но сцепил зубы, ждет. Понимает, что наводное. Итан открыл глаза и переместился в коридор поближе. Пора заканчивать с этим фарсом, тем более что окончательное решение он уже принял.