- -
- 100%
- +
Женя не знала, сколько так просидела, она не представляла, что ей делать дальше и как с этим справляться. Как продержаться ещё пять дней в одной комнате с Дэном? С человеком, которого она любит больше жизни и который пользуется ею, чтобы не спать одному в трудный период своей жизни, с человеком, который к ней, по сути, равнодушен. Слёз уже не было. Сейчас Женя чувствовала что-то вроде отупения, которое иногда перемешивалось с нервным смехом.
«Вот уж облом так облом! А ведь утром я, как дура, заставляла его между нами выбирать!» — Женя рассмеялась и не могла успокоиться довольно долго. Затем она снова поплакала и опять впала в ступор, глядя в темноту и тупо перебирая песок руками. За этим занятием её и нашли Алина с Серёжей.
— Вот ты где! Что случилось? Почему ты ушла? Мы уже и не надеялись тебя найти! — накинулся на неё Серёжа.
Но Женя не ответила, она смотрела отсутствующим взглядом в сторону горизонта и даже не подняла на друзей глаза. Она слышала шёпот и то, что Алина отправила Серёжу уведомить остальных, что потеряшка нашлась, но оставалась ко всему этому равнодушной.
— Женя? Господи, что случилось? На тебе лица нет! — озадаченно спросила подруга.
— Ничего, Алин, уже ничего. Просто ты оказалась права, это не отношения и не любовь, и эту волну мне, действительно, не поймать. Как ты и сказала, не моя орбита. Не бери в голову, всё это уже неважно, я в сотый раз опять начну сначала. Извини, что ушла, мне просто хотелось побыть немного одной, — Женя слабо улыбнулась и снова повернулась к океану. Рассказывать о своём открытии она не собиралась. Алина и так была недружелюбно настроена, а до отлёта нужно как-то выжить. Да и жалости Женя боялась не перенести, достаточно и того, что она сама себя жалеет. Но она справится, всего пять дней — и она будет дома. Одинокая, несчастная, преданная судьбой, но дома, в сотнях километров от Дэна, Марины и всего этого ужаса.
— Ты в порядке? Что случилось? Разве можно так сбегать? — Дэн, сбросив обувь, опустился рядом на песок и, схватив Женю за руки, попытался поймать её взгляд. Его тревога даже показалась ей натуральной, хотя чему тут удивляться? Он не был бесчувственным и против временной любовницы ничего не имел.
Женя осторожно подняла на него глаза, боясь своей реакции и того, что больше не захочет его видеть. Однако, вынуждена была признать, что даже не злится. Ей было больно и обидно от собственной глупости. Ведь, если разобраться, этот человек никогда ничего ей не обещал, а она никогда ничего не просила и даже не спрашивала. По сути, это были самые честные отношения за всю её жизнь. Вот только она имела неосторожность неправильно истолковать его взгляды и действия, переведя свои чувства в другой статус.
— Голова закружилась, вышла подышать, всё нормально, — спокойно ответила она, вставая.
— Давай-ка поедем в лагерь. Ты что-то не в форме. Ты в последнее время головой не ударялась? Ведь она у тебя кружится не первый раз за сегодня? — Дэн тоже поднялся и попытался её обнять, вот только Жене это было неприятно. Сейчас она отчаянно хотела, чтобы её оставили в покое где-нибудь в уголочке, дав возможность спокойно порыдать. Потому она резко вырвалась и быстро пошла в сторону бара.
— Не нужно таких жертв, ты ведь только приехал, отдыхай. Всё в порядке. Слишком много воздуха, воды и алкоголя, — бросила она по пути.
Остаток вечера прошёл на удивление тихо. Компания напилась и притихла. И хотя на этом фоне слишком ярко выделялась триумфальная ухмылка Марины, Жене было всё равно. Единственная мысль, которая её занимала, — отравить организм алкоголем так, чтобы сознание отключилось, но из-за нервов желудок вдруг взбунтовался и отказался принимать что-либо извне. Так что всё, что ей оставалось, — это хмуро уткнуться в телефон и играть в глупую игрушку.
В лагерь вернулись поздно.
Всё это время Дэн проявлял чрезмерную заботу, тогда как Женя, наоборот, старалась его избегать. Она ещё не придумала, как себя с ним вести, потому сначала нарочно долго провозилась в ванной, а затем сразу же ушла гулять. Она даже зашла к инструкторам уточнить, нет ли у них ещё одной свободной комнаты, но, получив отрицательный ответ, несчастная и раздавленная, вынуждена была вернуться к Дэну.
— Ну наконец-то, я тебя искал и жду. Куда ты опять подевалась? — Он отложил планшет, вскочил с места и, взяв её за плечи, усадил на край кровати. — Сегодня получилось… как-то натянуто. Я всё время думал о том, что ты сказала на пляже и… наверное, с твоей стороны всё это выглядело как… В общем, я извиняюсь за Марину. И, Женя, давай внесём некоторую ясность. Тебе наши встречи кажутся… необычными, даже странными. Я понимаю, что в твоих глазах это так и выглядит, но… — он глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, и, присев перед ней на корточки, аккуратно погладил по щеке. — Послушай, мне, конечно, очень нравится твоя непосредственность и лёгкость. То, что ты всегда такая весёлая, необычная, загадочная. Ты с открытостью наслаждаешься жизнью и приносишь мне только радость. Ты очень красивая и невероятно сексуальная. — Дэн мягко улыбнулся. — Всё это мне очень нравится, я это ценю, но почему ты никогда ни о чём меня не спрашиваешь? Мне кажется, давно пора начинать задавать вопросы, ты не находишь? Если ты хочешь что-то знать, я готов… Хотя нет, не так, — перебил он сам себя. — Я хочу сказать, что нам давно пора объясниться. Да что уж там, нужно было сделать это ещё в Руке. Вчера я начал, но ты уснула, так что прошу, выслушай меня и постарайся понять, почему я…
— Нет! Не надо ничего говорить, не хочу ничего знать. Меня устраивает так, как есть сейчас, — перебила Женя. Однако сегодня все словно заразились вирусом откровенности, и вместо того, чтобы замолчать, Дэн вдруг улыбнулся и прижал палец к её губам.
— Наши с тобой отношения…
«Закончатся, как только я покину этот остров!» — договорила про себя Женя. Она снова начала паниковать. Дэн хотел рассказать про Марину ещё вчера, и как хорошо, что она уснула, иначе у неё не было бы даже этого блаженного утра, когда она была счастлива и ни о чём не подозревала. Хотя, знай она правду, не пришлось бы выставлять себя полной дурой перед сёрфингом и в разговоре с Мариной.
«Нет! Лучше уж так, чем услышать подобную правду от любимого мужчины!»
Женя так резко и глубоко вздохнула, что закашлялась. И именно эта внезапная передышка позволила ей принять то самое правильное решение. Теперь, здесь и сейчас, за оставшиеся дни она возьмёт от этих отношений всё что сможет и больше никогда не увидит Дэна. Такие встречи её больше не устраивали. Его преданность Марине ей никогда не победить. Как бы она его ни любила, будущего у них не было. Всё или ничего! Женя знала, что на другое просто неспособна. О том, как справляться дальше, она старалась не думать, у неё на это будет много времени — вся оставшаяся жизнь. А сейчас нет смысла терять драгоценные минуты. Эти дни она оставит себе и представит, что Дэн принадлежит ей. И пускай это эмоциональное самоубийство, другого решения всё равно не было. Она позволит себе эту блажь, она насладится Дэном, запомнит его, даже если горько пожалеет об этом потом.
— Всё совсем не так, как ты думаешь…
— Дэн, нет! — снова перебила Женя. — Я же сказала, что не хочу говорить!
— А тебе и не нужно, это моя история, — улыбнулся он. — В общем, всё началось…
Но Женя была настроена очень решительно. Поняв, что остановить Дэна словами у неё не получится, она рванула в сторону, поджала под себя ноги и, закрыв глаза, по-детски зажала уши руками и стала мычать какую-то мелодию. Это было глупо и, наверное, странно, но по-другому Женя не могла, просто боялась не справиться. Слишком много потрясений. И если он сейчас расскажет про Марину, то отберёт у неё последнее, что осталось, лишив этих нескольких дней с ним!
Наверное, выглядела она как последняя истеричка, потому что Дэн развёл её руки и через какое-то время даже немного потряс.
— Всё, всё, успокойся! Не хочешь говорить — не будем. Да что с тобой такое сегодня? — тон его был раздражённый, но Женю это не волновало. Главное, чтобы он молчал, и неважно, что при этом подумает.
Она с трудом разлепила ресницы и умоляюще посмотрела на любимого. Женя чувствовала, как по щекам текут слёзы, но объяснить, конечно же, ничего не могла.
— Я ничего сейчас не понял, — шумно выдохнул Дэн. — Что с тобой происходит?
Но ответа он так и не дождался. Женя зажмурилась и поцеловала его, впиваясь ногтями в спину. Она так спешила забыться в его объятиях, что даже не обращала внимания на его бездействие. И хотя в конце концов Дэн сдался, их любовная игра впервые не клеилась. Он был то ли зол, то ли расстроен, а Женя, как ни старалась, не могла избавиться от мысли, что, обнимая её, он думает о Марине. Ведь в их паре только она занималась любовью, а Дэн всего лишь пытался залечить душевную травму.
Женя проснулась одна, чувствуя себя полностью разбитой. Но это было неудивительно, потому что из-за своих переживаний она не могла заснуть до самого утра. Да и сейчас её сознание решило с ней не церемониться и на удивление быстро окунуло в суровую реальность.
— Всё пройдёт! Всё всегда проходит. Не думать о завтра, жить только сегодня! — твердила она себе, глотая подступающие слёзы.
Дэна нигде не было видно, но спрашивать о нём она никого не стала. Женя с трудом заставила себя немного перекусить и отправилась к бассейну.
Её возлюбленный появился где-то через полчаса. Он вышел из дома инструкторов и тут же направился к ней. Как обычно прекрасный, весёлый и довольный жизнью, Дэн по-хозяйски притянул её к себе и, поцеловав в губы, лучезарно улыбнулся и ушёл собираться. Словно не было вчерашнего разговора и неловкого притворства, когда они оба делали вид, что спят. Сейчас у Жени возникло ощущение, что он её только что заклеймил, потому что этот поцелуй не имел ничего общего ни с тёплыми чувствами, ни с чем бы то ни было. Вот только непонятно, кому и что он доказывал, ведь все присутствующие знали, что они живут вместе. Может быть, это шоу было рассчитано на Марину? Женя осторожно поискала соперницу глазами и, конечно, наткнулась на её внимательный и очень недовольный взгляд.
«Ну уж дудки! — решила она. — Я не доставлю вам такого наслаждения! Я возьму себя в руки и, как бы ни было паршиво, жалеть себя не позволю! По крайней мере, кто-кто, а ты, Мариночка, никогда не узнаешь, что мне хоть немного грустно! Дэн мой пока мы здесь, а страдания и неминуемые истерики подождут до дома».
Сёрфить поехали на тот же пляж. Всю дорогу Женя боролась с сомнениями, стоит ли рассказать обо всём Алине, но в конце концов решила этого не делать. Ей очень нужна была поддержка, но она попросит её дома, а сейчас у неё не было на это ни сил, ни времени. Сама же подруга тему Дэна тактично не поднимала, решив, видимо, пока ни во что не вмешиваться. С того неприятного разговора они практически не общались. Так что, предоставленная сама себе, Женя изводила себя спортом, бросаясь на волны как доберман на воришку и выплёскивая всю свою боль и злость на океан.
На обед компания расположилась в милом, уютном открытом кафе на людной площади, недалеко от пляжа. Утомлённые спортом, сёрфингисты жадно поглощали всевозможные блюда, освежались прохладным пивом и много смеялись. Не участвовала в веселье только Женя. Она, несмотря на большие физические нагрузки, наличием аппетита не отличалась и, бесцельно ковыряясь вилкой в тарелке, размышляла о том, что такого сделала вселенной и за что та ей мстит.
«Ну почему? Почему, что бы я ни делала, именно мои кареты раньше времени превращаются в тыквы, а принцы не хотят обязательств и любят принцесс из других королевств?» — сокрушалась она.
А ещё сегодня Женя в который раз возвращалась мыслями к Пете и их разговору в мае.
«Вот же самый настоящий благородный принц! Единственный достойный мужчина в моей жизни, который не только меня любит и ценит, но и никогда бы не поступил со мной так, как Дэн. Да и бог с ними, с тонкими губами, в конце концов, не нужно же мне с ним целоваться двадцать четыре часа в сутки! А во всём остальном он просто идеален. И почему же я тогда выбираю не тех персонажей? Почему Петя не Дэн? Или почему Дэн не любит меня так же, как Петя? И как бы было просто, поменяйся они местами!»
— Женька, да что с тобой? Третий раз к тебе обращаюсь, а ты не реагируешь. — Дэн улыбнулся, легонько толкая её плечом.
— Что?
— Ты где-то далеко с утра летаешь, возвращайся, я соскучился.
Но Женя приходить в себя не спешила. Она рассеянно подняла на Дэна глаза и даже не до конца успела понять, о чём он говорит, как тут же пришлось отвлечься на громкое фырканье сидящей напротив Марины. Это Женю насторожило. Неужели она опять так сильно задумалась, что пропустила что-то важное? Ведь в её ситуации теперь это была непозволительная роскошь. Каждое слово, каждый жест могли изменить ход игры, так что нужно было постараться держать себя в руках и, как говорится, ухо востро. Да и глаз с Марины тоже нельзя было спускать. С самого утра, как бы Женя ни старалась игнорировать соперницу, последняя к этому совсем не стремилась. Она всё время крутилась где-то неподалёку и пакостила при любой удобной возможности. Только за сегодняшний день Марина успела налететь на неё во время сёрфинга, «случайно» пролить на Женю сок и наступить ей на ногу.
— Я спрашивал: тебе что, невкусно? Ты ничего не ешь, — продолжал свой заботливый допрос Дэн.
Женя неуверенно заглянула к себе в тарелку, соображая, что ответить, но тут внимание компании привлёк оглушительный гудок проходящего мимо круизного лайнера.
— Кстати, о водных развлечениях. Толик мне тут как-то признался, что недавно вы с ним неплохо развлеклись? — неожиданно громко выдала Марина, в упор глядя на Женю.
Что ж, надо было отдать ей должное, эта рыжая зараза знала своё дело и ниже пояса била мастерски. Женя, конечно же, ничего подобного не ожидала и, нервно отхлебнув пиво из бутылки Дэна, с ненавистью уставилась на соперницу.
Честно говоря, она давно забыла о той паромной истории, тем более что никаких угрызений совести не испытывала. Но сейчас об этом говорила Марина, и неизвестно, как она могла преподать эту пару глупых поцелуев. Плюс ко всему Жене почему-то очень не хотелось, чтобы Дэн об этом знал, так как не была уверена в его реакции.
— Что там у вас было кроме страстных поцелуйчиков и тисканий, а, Толик, признавайся? Как далеко зашло? Нам всем жутко интересно! — Марина игриво толкнула своего соседа, который сначала весь скукожился, а затем как-то уж очень беспомощно посмотрел на Дэна. Вот только жалеть его Женя не собиралась. Она схватилась за бутылку с пивом, как за спасательный круг, и принялась срочно изобретать способ стать невидимой. Тем более что, судя по взглядам и реакции остальной компании, про ту маленькую пьяную шалость было известно всем без исключения.
Что же до Дэна, то он спокойно отложил приборы и, немного развернувшись, с выжидающим интересом посмотрел на Женю. Трудно было сказать наверняка, но, судя по его странной и неуместной улыбочке, ситуация его забавляла.
— Если бы ты, как все нормальные люди, утруждала себя работой, то знала слово «корпоратив», и мы бы избежали таких глупых вопросов, — попыталась спасти положение Алина. На самом деле ни она, ни Женя понятия не имели, чем по жизни занимается Марина, но не попытаться её задеть блондинка себе позволить не могла. — На таких мероприятиях, знаешь ли, все неплохо развлекаются, потому и существует правило: «Всё, что происходит на корпоративе, остаётся на корпоративе». Да, Серёж? — ища поддержки у партнёра, улыбнулась подруга. — И уж тем более не вижу смысла обсуждать какой-то пьяный шлепок в губы. А вот что действительно интересно, так это с какой такой радости ты всё время лезешь не в своё дело? Неужели так скучно живёшь, что для тебя чужой отдых — событие месяца?
Марина на это неискренне хохотнула и, сощурив глаза, собиралась броситься в словесную атаку, но тут заговорил Дэн:
— Что ж, зная Толика, не удивлён. Он никогда не мог пройти мимо красивой женщины, не попытав счастья, — пошутил он с задорной мальчишечьей улыбкой и как ни в чём не бывало продолжил есть.
И вроде бы на этом инцидент был исчерпан. Марина, хоть и неохотно, промолчала, однако тут зачем-то встрял уже порядком расслабленный от пива Виталик.
— Тоже мне новость. Мы все давно знаем, что Толян неравнодушен именно к твоим женщинам, — он усмехнулся и беспечно развёл руки в стороны, указывая на девушек. — Хотя это и понятно, у тебя отличный вкус. Я бы вот тоже на его месте не смог отказаться от страстных поцелуев с Женькой, тем более в таком романтичном месте, как палуба парома, — завершил свой сомнительный комплимент Виталик, подмигнув смущённой и растерянной Жене. Он хотел добавить что-то ещё, но в этот момент кто-то догадался пнуть его под столом, и, осознав, что ляпнул лишнее, молодой человек втянул голову в шею и уткнулся в свою тарелку.
Возникшая при этом пауза была вполне достойна «Ревизора». Жене даже показалось, что она слышит чавканье мухи, подъедающей крошки за соседним столом. А пролетающие мимо птицы словно зависли, чтобы понаблюдать за этим цирком. Вся мужская компания разом растерянно уставилась на Дэна, Марина бросила убийственный взгляд на оратора, а Алина с шумом хлопнула себя по лбу и обречённо уронила голову на стол. Даже ничего не понимающие испанцы, уловив неладное, перестали есть и с интересом наблюдали за своими гостями. Ну а Женя, как обычно, приняла единственное, по её мнению, правильное решение и собралась спасаться бегством. Честно говоря, эта новая привычка ей совсем не нравилась, но другого выхода, кроме как отсидеться в туалете в надежде, что всё как-нибудь само разрешится, она не видела.
Тем более кто знает, что наплёл Толик своим друзьям и как, возможно, приукрасил свои мужские победы?
«Ох, а не зря мне Серёжа тогда лекции читал! Надо было его слушаться!» — сокрушалась Женя, продумывая план отступления.
И хотя открывшаяся вчера правда доказывала, что Дэну, в общем-то, не может быть до этого большого дела, да и Женя, по сути, ничего ему не должна, она всё равно испытывала стыд и какое-то странное чувство, словно предала или даже ему изменила.
Быстро определив направление, Женя стала разворачиваться к выходу, однако на этот раз сбежать ей не удалось. Дэн разгадал её намерения и так крепко схватил под столом за ногу, что не получалось даже пошевелиться. Более того, он кинул на неё короткий серьёзный взгляд, чуть заметно качнул головой, давая понять, что разговор ещё не окончен, и, сменив всё это на улыбку, развернулся к Толику.
— Ну что, Толик, выходит, придётся тебе всё-таки объяснить приставания к моей девушке. Ты ведь знал, что она моя! — Дэн так чётко выделял «моей» и «моя», что Марина от этих слов поперхнулась и с ненавистью уставилась на соперницу. Однако Жене сейчас было не до её реакций. Новоявленная девушка Дэна быстро переглянулась с Алиной и ошарашенно уставилась на своего спутника в немом вопросе.
«К моей девушке? С каких это пор я твоя девушка? Что это, оговорка или очередная игра слов, чтобы позлить Марину?»
— Мы были молоды и пьяны, — неуверенно улыбаясь, закончил свои путаные объяснения Толик.
— Смотри, а то в следующий раз руки оборву, — усмехнулся в ответ Дэн. И хотя все облегчённо захихикали и расслабились, Женя, наоборот, насторожилась и нахмурилась. Впервые за время их знакомства она с удивлением обнаружила, что за всей видимой мягкостью и добрым нравом её возлюбленного скрывается нечто большее. Чего стоил один этот наигранно весёлый тон, который, хоть и не звучал как угроза, но вызывал неприятный озноб.
К счастью, до конца обеда происшествий больше не случалось. Серёжа, как истинный политик, быстро перевёл разговор на безопасную тему. А Женя уткнулась в свою тарелку и так задумалась над тем, что услышала, что даже не заметила, как съела всё содержимое.
«Итак, — размышляла она, — если Дэн считает меня своей девушкой, то почему высказал претензии только Толику? На меня он что, не злится? Я бы злилась, ещё как злилась! И зачем я с ним целовалась! А если Дэн теперь будет думать обо мне плохо? Хотя с какой стати я должна об этом беспокоиться? Ничего такого я не сделала! Правда, если учесть реакцию Серёжи, то у мужчин, по-видимому, пьяные поцелуи считаются. Но это только при условии, что Дэну на меня не наплевать, а учитывая то, что он меня всё равно не любит… Всё, вердикт — невиновна!»
Однако, как бы Женя ни убеждала себя, что волноваться не о чем, чувство вины покидать её не спешило. Так что когда компания направилась обратно к машине, она остановила Дэна и, несмотря на данное себе обещание ни в коем случае не оправдываться, виновато заглянула ему в глаза.
— По поводу Толика. Ничего не было, правда. Просто мы выпили лишнего, а тут эти грустные песни в караоке и…
— Всё в порядке, я это переварил и уже не обижаюсь. Только больше так не делай, тем более за моей спиной, — перебил Дэн и, по-дружески похлопав её по руке, направился к парковке. Причём проделал всё это с такой снисходительной улыбкой, что от изумления Женя застыла как вкопанная.
«Ах ты гад! — закипела она. — „Я не обижаюсь!“ Да какого чёрта я оправдываюсь! Веду себя как влюблённая в учителя школьница! И почему, собственно, ты должен обижаться? Да что ты о себе возомнил? Что ты вообще можешь понять? Какое право ТЫ имеешь на меня обижаться? Переварил он, видите ли! А вот я не переварила! Вы посмотрите на него! Использует меня, чтобы вернуть другую женщину, но при этом требует от меня верности?» — Женя раскраснелась от злости и приготовила гневный ответ, но Дэн уже ушёл, и продолжать диалог было не с кем. От бессилия она рыкнула, сжала кулаки, пнула лежавшую рядом ветку и едва сдержалась, чтобы не наброситься с кулаками на Марину, которая с мерзкой улыбочкой наблюдала за этой сценой.
Покорять морские просторы в этот день больше не поехали. По дороге в лагерь, чтобы не усугублять ситуацию, Женя притворилась спящей, а по приезде сразу закрылась в ванной. Правда, всё это было не особо и нужно, потому что Дэн контакта с ней тоже не искал и отсутствовал в поле зрения до самого вечера. Но так как Марина была неподалёку, Женя смогла немного расслабиться. Удивительно, но она даже поймала себя на мысли, что рада видеть эту мерзавку, потому что иначе извела бы себя подозрениями и ревностью.
До вечернего «заплыва» по барам времени оставалось много, и потому компания либо набиралась сил, отдыхая в комнатах, либо лениво дремала в шезлонгах. Алина с Серёжей тоже где-то пропадали, но Жене всё равно не хотелось ни с кем разговаривать. Она устроилась у бассейна, подставила лицо солнцу и снова стала думать о Пете. Мысли о нём отвлекали, успокаивали и радовали, поэтому минут через десять она завела с ним переписку и улыбалась каждому новому сообщению. Они много шутили, делились фотографиями и в конце концов сошлись на том, что Жене просто необходимо приехать в Москву, причём как можно скорее, потому что у Пети, оказывается, есть для неё новости. Заинтригованная, она почти целый час просила хотя бы намекнуть, о чём он говорит, но так ничего и не добилась, потому что Петя настаивал сообщить их только лично и только если она приедет.
Дэн объявился, когда Женя красилась в комнате. Он ворвался с сияющей улыбкой и, сдвинув в сторону косметику, схватил её в охапку.
— Извини, заработался, — пробормотал он, скидывая с неё полотенце и давая понять, какого требует внимания. Но она, хоть и таяла от его поцелуев, всё ещё была задета их последним разговором и, как бы ни призывал внутренний мир помалкивать, решила выяснить ситуацию до конца.
— Дэн, насчёт сегодняшнего разговора про меня и Толика. Почему ты так сказал? Я не думала, что ты можешь на это обидеться. Это ведь всё равно ничего не значило…
— Да, да, да, — коротко бросил Дэн, впиваясь в её губы и не давая говорить. — Забудь об этом, забудь обо всём, кроме меня, — прошептал он, и, конечно же, она сразу подчинилась, как обычно, позволяя Дэну делать всё, что он захочет.