Коэффициент трудности

Глава 7

Слава

— Слушай, Макарон, мне не сложно помочь, — не отрываясь от очередного эскиза, проговариваю я. Рука привычно выводит линии, но концентрации не хватает. — Но прямо жопой чую, что ребенок отсюда сбежит довольно быстро.

Окидываю беглым взглядом Макара. Он сидит напротив в моем кабинете, развалившись в кресле, как у себя дома. Ноги на журнальный столик закинул. Наглая рожа, ничего не скажешь. Но я привык, мы знакомы уже больше семи лет, и его манера вести себя по-хозяйски в любом помещении давно перестала меня раздражать.

— Во-первых, Слав, не понимаю, о каком таком ребенке мы внезапно ведем речь, — хмыкает Макар, чуть не смахивая лапой чашку, балансирующую на подлокотнике. — А во-вторых, та, кого ты с какого-то хера вздумал наречь дитем, даст фору любой другой твоей администраторше. Поверь мне, она упертая, как танк.

Ну вот, эскиз получается дерьмовым. Что-то не так с линиями, пропорциями. Я раздраженно стираю угол, чувствуя, как внутри закипает глухое недовольство. Сомов меня отвлекает. И эта его просьба — тоже.

— Да мне пофиг так-то, — говорю я. — Пусть подваливает в понедельник к девяти утра. Ксения как раз будет на месте здесь, оформит ее.

— Я ее привезу, — заявляет Макар.

Контролирующий орган нашелся.

— Что, прям жаждешь понаблюдать, как я встречу девчонку? Обратную связь потом вздумал мне давать по уровню эмпатии потом? — я приподнимаю бровь и смотрю на него в упор. — И, кстати, что, даже напутствий заранее не дашь никаких: типа руки не распускать, не обижать и так далее?

Макар хохочет громко и раскатисто. Его смех заполняет весь кабинет, отражается от стен. Я искренне не догоняю, чего уж насто-о-олько смешного он нашел в моих словах.

— Пффф, Слав, окстись, — Макар наклоняет голову и смотрит на меня снисходительно. Терпеть не могу, когда он так делает! — У тебя ж член стоит только на адовых сук, хотя это я погорячился со множественным числом, на одну такую конкретную... Так что уж с тобойВарвара в безопасности.

Хмурю брови и показываю фак. Максимум реакции от меня.

Макар осекается и чешет подбородок, будто размышляя над чем-то.

— Хотя вот других парней, конечно, предупредить стоит, — задумчиво тянет он. — Займусь, пожалуй. А то они у нас тут шустрые, сам знаешь.

— Херово ты, конечно, Макарон, благодаришь за такие одолжения, — скрещиваю руки на груди, наконец полностью отодвинув эскиз.

Сомов лишь машет на меня рукой и выходит из кабинета. Ну точно пошел пацанов пугать моментальной расплатой, если они только посмотрят на двоюродную сестру его жены.

Делаю глубокий вдох и затем выдох. Что-то работа уже как-то не идет.

Но вообще Макарон, конечно, прав — припугнуть парней стоит. Тут в основном сильно молодые ребятки трудятся: кто-то нарабатывает опыт, чтобы дальше перейти в другой мой салон (ну или не мой, такой вариант тоже допустим, не имею привычки держать людей насильно), кто-то только обучается. Можно сказать, что «Черный Лотос» на Лиговке — больше учебный центр, чем прямо тату-студия в привычном понимании. Я к такому формату долго шел, потратил уйму бабла и нервов, но сейчас меня точно все устраивает. Нет, и здесь у нас работают троечка опытных мастеров, включая самого Сомова (ему вообще тупо территориально удобно). Плюс я тоже здесь отираюсь, но бью исключительно по близкому знакомству, по большей части занимаюсь эскизами, обучением и управлением.

Короче, к чему это я? Да к тому, что к видной девке парнишки быстро подкатят. Молодые, горячие, полные тестостерона. Как увидят рыжулю с зелеными глазищами — начнут круги наворачивать. А мне и вправду всякой хрени, по типу мутных замут и любовей в рабочем пространстве точно не надо. Не жажду разбирать конфликты из-за симпатий. У меня бизнес, и он должен работать как часы.

Образ этой Вари у меня, естественно, подсмазался за время. Почти два года — не шутка. Но помнится прекрасно, что там все пышет молодостью и красотой. Ага, и вдовесок гонором невъебенным, завышенным ЧСВ и не слишком приятным характером в принципе. Это мне особенно засело в памяти.

Еще прекрасно помню, какуютатушку ей набил почти два года назад... Я ж так прихренел, что припер эскиз сразу на блюдечке с голубой каемочкой. Потому что... повторюсь, да я сам обалдел знатно, что вот таксложилось. Думал, такое только в сказках бывает. Нарисовал образ нимфы ночью на одном дыхании, видел перед собой конкретный образ. А потом почти полное его воплощение заявилось ко мне ровно на следующий день.

Хотелось промыть глаза с мылом, чтобы очухаться, но мне не показалось. Считаю важным сразу обозначить, что не сама девчонка меня привлекла, мелочь же она, дите совсем... Просто сам факт, что мозг мне такое подсунул... Кому расскажешь — не поверят.

Пофиг, хрен с ней, пускай поработает. Стоило бы забиться, конечно, с Макаром, сколько эта мелкая тут продержится. Я бы поставил на недельку. Максимум — две. Девчонка с таким характером долго не выдержит. Хотя хреново забиваться на ту, кто по факту Сомову уже родственница, пусть и со стороны жены.

Какую там еще мысль успел озвучить мой «добрый» друг? Что у меня член стоит только на адовых сук? Спешу разуверить, это не так. Прибор шикарно работает во всех приятных ему обстоятельствах. Я далеко не монах, и не жалуюсь. Пожалуй, можно вычеркнуть из списка «приятных обстоятельств» вредных мелких родственниц друзей. Да, вот так уже норм.

Это сердцеу меня стоит на сук. Точнее, на одну очень конкретную. Тьфу, нахрена я повторяю за Макароном и называю еёсукой. Тем более что я сам так не считаю.

Кстати, как онатам поживает? Явно хорошо, раз от нее нет вестей уже недели три с половиной точно.

Надо бы зайти в одну очень известную социальную сеть. Наверняка ее профиль пополнился очередной порцией фоток... В Европе как бы грех не запечатлевать себя любимую и красивую на фоне исторического роскошества, что онаи делает на ежедневной основе.

Да, пожалуй, могу выделить пять минут на залипание. А может, и все пятнадцать.

Глава 8

Слава

Ну ладно, Макар правильно сделал, что припугнул парней насчет своей родственницы. Я ж уже говорил, что контингент у нас из того разряда, где ребят жизненно необходимо предупредить о последствиях потенциальной опрометчивости. Молодые парни, кровь кипит, отлично осознают, что есть определенные девчонки, которые западают на татуировщиков, и планируют активно это использовать, как только окончательно выйдут в профессию. Да кто-то уже сейчас этим начинает кичиться. Есть, конечно, ребята несвободные, а есть... те, кто не прочь повеселиться... особенно кто приезжает учиться ко мне из других городов. Чё им тут стесняться.

Блин, к чему это я?! К тому, что девчонка и вправду видная, тут не поспоришь. Мне кажется, что сказать«всё при ней»— это даже какое-то оскорбление в ее случае. Залипательная, красивая...

Только вот ещё мелкая и с юношеской глупой вредностью — это я тоже про нее знаю. О чем и предупреждаю Ксюшу заранее, потому что ей предстоит погрузить девчонку в процессы работы. Ксюша, кстати, наш главный HR. Она и найм, и работа с действующими сотрудниками, и менеджер по адаптации. Короче, и швец, и жнец, и на дуде игрец. У нее есть пара ассистенток, но встречает нового администратора на Лиговке она сама. Я доверяю Ксюшке как себе. Она знает, как работать с людьми, чувствует их настроение, если она дает добро и говорит, что человек задержится у нас — значит, так и есть.

Сомов, кстати, только привез Варвару в салон, не более, потом уехал по своим каким-то рабочим делам, предварительно еще пригрозив парням кулаком, типа в шутку. Только вот все знают, что в его этой шутке достаточно приличная доля правды. Если он сказал, что прибьет любого, кто посмотрит на Варю не так, — он это сделает.

Варе я успел при встрече только кивнуть, на что она совершила подобное ответное действие, чуть сузив глаза, потом ее забрала Ксюша, а меня ждала куча работы.

— Знаешь, Слав, не думала, что ты склонен к преувеличениям и снобизму, — говорит Ксюша, зайдя ко мне в кабинет сильно после обеда. Она плюхается на диван, скрещивает ноги, параллельно печатая что-то в телефоне.

— В плане?

— Ты так утверждал, что Варя Гуляева сложная, с юношеским максимализмом, ведром гонора и вредности...

— Ну как бы да, — я пожимаю плечами. — Ты спросила, а я ответил. Что не так?

— Хорошая она девочка, — заявляет Ксюша, и в ее голосе слышится что-то, похожее на укор. — Нейтральная, умненькая, скоростная, а самое главное — ответственная. Не наш формат, правда...

— Она еще себя покажет, все сначала хотят казаться приятными, — отрезаю я, ощущая, как внутри поднимается волна глухого упрямства. — А почему не наш формат, Ксень?

— Ой, Слав, давай ты не будешь рассказывать мне сказки венского леса, — Ксюша откидывается на спинку дивана и смотрит на меня очень так снисходительно. — В чем она должна себя показать? За столько лет работы с людьми я более чем уверена в той характеристике, которую дала. Но девочке с такимиданными куда-нибудь в студию красоты работать. Слишком она хорошенькая, пусть и характер определенный присутствует, да и татушек я не заметила. Это плохо, у админа тату-студии должен быть собственный опыт, — разводит руками мой HR.

— Есть у нее татуировка, Ксень, правда, насколько мне известно, одна. Прямо под грудью.

Ксюша хмыкает и выгибает бровь. Ее взгляд становится изучающим.

— Я не то чтобы осуждаю тебя, — медленно говорит она, подбирая слова. — Но Макар тут выносил всем мозг, чтобы в сторону Варвары не дышали даже. А получается, что ты…

Блин! Ну не может она серьезно про такое! У меня аж челюсть сводит от возмущения. Я смотрю на Ксюшу и чувствую, как внутри закипает раздражение. Она что, правда думает, что я способен кого-то трахнуть и привести потом сюда работать? Или что я в принципе поимел малую и Макар меня за это не прибил на месте?

— Господи, Ксень! Остановись вот сейчас, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал больше твердо, чем Пораженно. — Яей эту татушку и бил почти два года назад. Да и не фанат такой разницы в возрасте, знаешь ли, — заче-то добавляю вдогонк.

— Пффф, — фыркает Ксюша. — У меня с мужем разница в семь лет и ничего. Я во многих вещах ментально его старше.

— Бля, Ксюш, давай вот закроем эту тему, как-то даже говорить об этом неловко, — прошу я.

Мы говорим еще какое-то время, но сегодня бешеный день. Поэтому я то работаю с клиентами, то бегаю по кабинетам учеников. В последние два месяца занятость такая, что есть огромное желание бросить всё и поехать отдохнуть. Да я в отпуске, блин, не был года четыре уже. Рванул бы в Европу, может, встретился бы там с... Так, стоп. Как-то без глупостей уж стоит обойтись как будто бы.

Когда выхожу из своего кабинета уже вечером, собираясь проверить все и отправиться домой, понимаю, что Варя всё еще за стойкой. Она что-то смотрит в мониторе, склонив голову набок, и ее рыжие волосы падают на плечи, закрывая половину лица.

А рядом активно увивается Степан. Совсем недавно парень тут начал тренироваться. Он вообще из Нижнего, достаточно талантливый. Хотел после обучения и небольшой практики свалить обратно на малую родину, но Питер его к себе, судя по всему, намертво приманил. Я смотрю, как он нависает над стойкой, как старается казаться классным и интересным, как улыбается и пытается шутить.

Выглядит как идиот, честное слово.

Варя на Степана даже не смотрит, так чисто кивает из вежливости и блекло улыбается. Парень, конечно, считывает ее настроение, явно расстраивается, что не производит должного впечатления, но и сдаваться ему жаль.

— Стёп, мёдом намазано? — с явным намеком говорю я, подходя ближе.

Тот спохватывается, видимо, подразумевая, что я так же опасен, как и Сомов. Быстро прощается с Варей и ретируется, не солоно хлебавши. Смотрю ему в спину и качаю головой.

Девчонка поднимает на меня глаза. И я откровенно залипаю. Как художник, пожалуй, на цвете глаз. Поразительный зеленый. Удивительно! Никаких примесей других цветов на радужке. Обычно в таких глазах куча вкраплений коричневого цвета или даже серого, а тут чисто зеленые оттенки. Хочется даже открыть пантоновскую палитру и свериться...

Замечаю, как девчонка слегка прищуривается, и понимаю, что она мне явно что-то сказала, а я как завороженный пялюсь в ее глаза. Черт. Я моргаю, пытаясь прийти в себя.

— Домой собираешься? — спрашиваю как-то грубовато.

— Нет, мне тут так понравилось, что решила пожить. Разрешишь?

Очень язвительно, особенно для ответа боссу. Она возвращает взгляд в монитор. Ладно, там у девчонки жесть в жизни, не буду обращать на повышенный гонор в мою сторону внимание. Тем более устала за первый день.

— Подвезти тебя до метро? — внезапно для самого себя предлагаю я, видимо, потому что сыночка у мамы воспитанный.

Девушка чуть надувает губы, и я, как дурак, концентрируюсь уже на другой ее части лица. Тоже красивой, между прочим. Естественные, без всякой химии, слегка припухшие, с четко очерченной верхней дугой и полной нижней. Я знаю разные возможные формы накачанных губ, но у Вари они стопудово свои. Я же говорю, вот это природа на ней, конечно, поколдовала. Сполна отвалила красоты.

— До метро? — выгибает левую бровь девушка. В ее голосе походу прописалась ирония.

— Э-э-э, — тяну я, чувствуя, как внутри разливается странное желание быстро ретироваться отсюда. — С учетом того, что до метро идти минут семь, соглашусь, хреновое предложение. Могу тогда до дома подбросить. То есть до подъезда, имею в виду.

Она губы свои кусает и скручивает параллельно волосы в жгут на затылке. Для этого чуть поднимает руки, и футболка натягивается на груди чуть сильнее. Господи, Вячеслав, какого хера ты вообще это замечаешь! Отвожу взгляд на наручные часы, делаю вид, что смотрю время.

— Нет, спасибо, меня заберут, я до этого Степе уже то же самое сообщила — наконец чеканит девушка.

Вот черт! Степан же к ней подваливал, явно ключиками от тачки вертел, предлагал подвезти. Я его шуганул, а теперь по факту делаю ту же херню. Только у меня и в мыслях ничего предосудительного было.

— Я не имел в виду… — начинаю говорить, но меня опережают.

— Ага, я так и поняла, — режет Варя, моментально переводя тему. — Спасибо, что согласился устроить меня на работу, кстати.

Ага, не за что. Подумаешь, вот почувствовал себя дебилом, но это так, фигня.

Жесть, блин.

— Макар тебя подвезет? — вылетает из моего рта за каким-то хером.

Блин, вот я слыву неразговорчивым и интровертным. Знаю, что за мной закрепилась кликуха «Хмурый». Сейчас то чего меня понесло на вопросы и худо-бедно общение?!

— Нет, — отрезает Варя и дальше не развивает разговор.

Ясно-понятно. Ну ничего удивительного, говорю же, девка видная. Естественно, кто-то у нее есть. Вот облом нашим пацанам по всем фронтам. С одной стороны Макар, а с другой — какой-то там молодой человек самой Варвары.

Когда ухожу минут через десять, ловлю себя на странной мысли: я был бы не прочь дать крюк и подвезти девчонку домой. Это не то же самое, что подразумевал за такой услугой Степан. Типа, почему бы не помочь ей? Тем более, что Макар мне не чужой человек, дружим столько лет.

Это вообще рядом не стояло с тем, что было в голове у Стёпы.

Тьфу! Да кого я вообще в этом убеждаю и зачем.

*Образ Вари в первый рабочий день выложила в посте у себя в тгк-канале natachitaetipishet

Глава 9

Варя

— Я скажу твоей маме, что ты мне не помогаешь. И хренушки тебе по итогу будет, а не машина. У тебя и так испытательный срок, — шипит Лёля своему двоюродному брату, когда мы выезжаем с парковки Черного Лотоса.

— Только и можешь, что стучать, — бурчит Платон.

— А ты вообще нихрена не можешь. Напомнить тебе, где и по какой именно причине ты учишься, а? — складывая руки на груди, продолжает язвить девушка.

— Ребят, давайте уже как-то успокоимся, — это я с заднего сидения пытаюсь внести свою лепту в разгорающийся семейный конфликт.

Крашенинников дуется, но больше не спорит. Молча перестраивается в правый ряд, и для всех становится очевидным — крепость пала под натиском манипуляций. Ибо в итоге Платон, конечно же, едет в универ и даже великодушно разрешает нам подождать в машине, пока он заберет все необходимое самостоятельно. Студвесна в разгаре, и Леля моментально стала активным участником, ворвалась в два танцевальных номер, а её мама обещала сшить юбки девочкам. Платона попросили быстренько заехать в универ за тканью, которую уже приготовили. И да, закрепим, что он всё-таки повез нас не по доброте душевной, не из любви и уважения к сестре и точно не из желания просто помочь. За тачку он боится. Мать реально может лишить его средства передвижения, тем более что вернула она ему машину буквально месяц назад. До этого он просто наездил такое количество штрафов, что это стало для женщины последней каплей. Машину, короче, конфисковали у него на всю зиму.

Человек чуть не умер смертью храбрых из-за того, что ему как-то даже пришлось спуститься в метро. От стресса, бедный, потом чисто на такси разъезжал.

Когда мы остаемся с подругой вдвоем в салоне, Лёля со скоростью болида поворачивается ко мне и буравит очень заинтересованным взглядом. Кажется, грядет допрос с пристрастием.

Спаси и сохрани…

— Как парни? — спрашивает она, и в ее голосе появляются те самые игривые нотки, которые обычно предвещают долгий и подробный разбор.

— М?

— Блин, Варь, пока мы без этого блюстителя благочестия, поведай, как там парни на тебя отреагировали. С кем-то познакомилась? — она подается вперед и смотрит на меня с таким восторгом, будто я выиграла в лотерею, а не устроилась работать администратором.

— Со всеми познакомилась, Лёль, — вздыхаю я, чувствуя, как внутри разливается легкое раздражение. — Это моя работа теперь — знать всех. Я же сказала, всё окей, мне понравилось.

Мне правда понравилось.

— Я тебя сейчас стукну, — угрожает она, сжимая кулак и поднимая его шутливо. — Ты не хочешь ничего рассказывать, а я хочу слушать! Это нечестно!

Да господи! Понимаю я отлично, чтоЛёлька имеет в виду, но настолько сегодня замоталась, что даже ранее довольно интересная для меня тема видится потенциальным усилением головной боли. В висках пульсирует, глаза слипаются, и я чувствую, как каждая клетка тела требует отдыха.

— Там Макар постарался, чтобы меня обходили за метр. Ты же в курсе, — говорю я, пытаясь, чтобы в тон голоса не просочились раздраженные нотки. — Он реально всех припугнул.

— Бли-и-и-н, — взывает к небесам подруга, закатывая глаза. — Где экшен?! Где запретная любовь?! Где история, как какой-нибудь засланный казачок, который выведывает все секреты тату-салона под прикрытием, решает подобраться ко всяким там деталям через тебя, но влюбляется до беспамятства и вы вместе против всего мира...

Я ржу в голос. Лёля подхватывает мой смех, и мы обе начинаем хохотать, как сумасшедшие.

— Блин, — закашливаюсь от смеха, пытаясь отдышаться. — Тебе срочно надо читать что-то менее... м-м-м... слащавое и романтичное, Лёль. И с книгами про мафию, кланы и трофейных жен тоже как-то давай останавливайся. Ты реально перечитала всяких романов, у тебя уже крыша едет!

— А что?! — возмущается она, но в глазах танцуют смешинки. — Это же интересно! Гораздо круче, чем твоя скучная реальность, где все, вероятно, вполне себе приличные парни, тебя на работе будут обходить за сто метров из-за Макара!

Смеемся еще больше, а потом вместе орем как резаные, потому что раздается стук в стекло со стороны подруги, и мы пугаемся до усрачки.

Влад Игнатьев смотрит на нас через окно машины и крутит пальцем у виска, намекая, что мы орем как ненормальные. Потом жестом показывает нам опустить стекло. Ха! Самонадеянный болван! Мы с подругой тоже показываем очень синхронно ему довольно известный жест, и я чувствую, как внутри разливается удовлетворение. Тут уж мы с Лёлей едины.

Парень кривится и с ленцой отходит к своей машине, по пути оборачиваясь и сначала расставляет два пальца в форме буквы V, подносит к лицу и... ну понятно, что он там показывает. Потом салютует нам вдогонку.

Он просто невыносим.

— Какой же придурок, — устало откидывается на кресло Лёля. Она закрывает глаза на секунду, потом открывает и смотрит в потолок. — Это ужасно, что теперь ты в универ будешь ходить условно два через два! Он сегодня на репетиции просто всех доконал, вынес мозг! Я его не вывожу. Даже когда этот тронутый башкой тупл молчит и находится неподалеку, аж кулаки автоматом сжимаются. Вот посмотри, — показывает свои руки подруга для пущей убедительности.

— Игнатьева надо тупо игнорить, это бьет по нему сильнее, ты же знаешь. — пожимаю плечами я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Он же внимания и добивается. Хочет, чтобы ты реагировала.