12 презервативов и два свидания

Денис отложил книгу и, сообразив что-то, задрал на себе футболку. Даша бросила на него недоуменный взгляд и снова вернулась к профессору, который наблюдал за ней. Денис, увидев, что она по-прежнему не соображает, о чём речь, посмотрел на неё внимательно и, быстро расстегнув на себе шорты-бермуды, спустил их вниз, а заодно и трусы, продолжая задирать при этом футболку. Она растопырила глаза, перебегая ими от Дениса, вернее от его оголённой части к монитору.

— Ну вижу, что у вас есть какая-то версия, Лунеева, у вас лицо прямо светится, — подбадривал её профессор, тогда как все остальные студенты имели более скучные физиономии, — как называли эту собственность, с которой нельзя ничего сделать в юридическом смысле, кроме получения дохода?

— Я думаю… — начала Даша, глянув на Дениса.

Он уже злился на неё за несообразительность. А она всё не решалась перефразировать как-то то, что он ей показывал. И пока профессор бессильно опустил глаза в свой стол, Даша красноречиво посмотрела на Дениса, а потом вопросительно на его оголённый пенис. Он беззвучно плюнул и повернул к ней обнажённый зад, обернувшись лицом и проговаривая нужное слово одними губами.

Даша прозрела и выпалила:

— Голый! — она даже подпрыгнула на стуле. — То есть, — смутилась она, — такая собственность называлась голой.

Денис показал ей колечко из пальцев, как бы говоря «окей», и оделся.

Профессор радостно развёл руками ей навстречу:

— Ну вот, я же вижу, что вы знаете! — похвалил он.

— У неё там любовник!! Он ей помогает! — завопил Стас.

— Нет… — Даша рассеянно покрутила головой, краснея.

— Всё-таки будьте точнее в формулировках, Перезвякин! Лунеева, насколько мне известно, ещё не замужем, а вы ей уже любовника приписываете. Или это ваши личные фантазии? — ехидно усмехнулся профессор.

— Пусть покажет! — возмущённо крикнул Стас.

Денис быстро осел вниз, забрав с собой учебник, и изо всех сил прижался к торцу стола.

— Сам показывай! — огрызнулась Даша.

— Справедливо, — заметил со смешком профессор, — но, чтобы мы все тут не сомневались в вашей непорочности перед юридической наукой, покажите, пожалуйста, ваше окружение, — попросил преподаватель.

Даша, с вызовом глядя в камеру, взялась за ноутбук и повернула его вокруг своей оси, показав всем ту часть комнаты с окном, где только что возвышался Денис, а потом повернула в другую сторону, показав продолжение стола и стену в комнате.

— Хорошо-хорошо, — профессор вздохнул и резюмировал: — Перезвякин хоть и был быстрее, но полнее и точнее, что важно, чаще отвечала Лунеева. К тому же показала более специфические знания предмета в конце. Так что… контрольную вы мне прилично написали, значит зачёт автоматом получаете именно вы. Поздравляю, Лунеева! А вы, Перезвякин, мечтайте о Лунеевой всё-таки молча, а то нехорошо получается… Всем здоровья в это непростое время! И до встречи на зачёте!

Даша остервенело захлопнула крышку компьютера, глядя на Дениса.

Он рассмеялся:

— Выдохни уже!.. Капец, ты какая напряжённая.

— Как он меня достал!.. — выговорила она сквозь зубы, пылая красными щеками. Потом, задержавшись взглядом на весёлом лице Дениса, сделала вдох и выдох, раздувая щёки.

Он снова засмеялся и подошёл к Даше, вынимая её из-за стола. Он держал её за талию и весело смотрел ей в лицо. Потом он потормошил её, встряхнув немного. Она в конце концов расслабилась и улыбнулась. Денис поцеловал её по очереди в обе щеки.

— Ты чего такая красная?! Я думал, взорвёшься.

Она рассмеялась, потупив глаза:

— Ну вообще… голый… — она глянула на Дениса и зашлась смехом громче.

— Капец… ещё покраснела, — весело прокомментировал Денис.

— Ты же раздеваешься тут… — она пыталась сдержать улыбку.

— Ну ты тупишь, как тебе ещё подсказывать?! Была бы хоть одна бумажка на столе, я бы написал.

— Спасибо!.. — её смешливый взгляд был наполнен признательностью. — Ты не представляешь, как этому преподу трудно зачёт сдать!.. Не меньше трёх раз отправляет на пересдачу, пока не вызубришь весь учебник. Многие экзамены легче сдаются, чем зачёт у него. А тут… сразу автомат…

Денис усмехнулся:

— Пожалуйста…

Они одновременно повернули головы в сторону выхода, реагируя на глухой ритмичный стук. Даша подошла к двери и открыла её. Там Люда мыла пол.

— Что, уже закончился семинар? — спросила она, выпрямляясь и слегка опираясь на швабру. Люда вытерла лоб тыльной стороной ладони.

Даша кивнула:

— Зачёт получила автоматом… Он помог…

Люда весело посмотрела на Дениса взглядом «а он всё-таки ничего».

— Давай… я у себя сама вымою… — Даша забрала у неё швабру и наклонившись забрала внутрь комнаты ведро. Люда усталой походкой направилась в сторону кухни.

— Помочь?.. — подошёл со смехом Денис.

— Чего смеёшься?.. Хочешь помочь – ведро переставь ближе к окну, — распорядилась Даша.

Он забрал у неё из рук швабру и покачал головой, сдерживая улыбку:

— Может… ведро ты будешь переставлять?..

Даша слегка нахмурилась, недоверчиво улыбаясь.

— Главное – наклоняйся пониже! Ты в этой юбке просто отлично смотришься… с ведром… — Денис хитро глянул на неё исподлобья.

— Это платье, — Даша слегка потянула трикотаж на бёдрах пониже.

— Без разницы, — снова засмеялся он и наклонился взять второй рукой ведро, плотоядно осматривая заодно Дашину фигуру в узком платье.

Пока Денис мыл пол в комнате, она наблюдала за ним, устроившись с ногами на подоконнике. Её взгляд выражал неподдельный интерес. Она положила голову на руку, уперевшись в одно колено, и улыбалась, слегка сужая глаза.

Он закончил мытьё пола и отнёс ведро и швабру в ванную комнату. Вымыл там руки и умылся. А вернувшись в комнату, повернул на двери защёлку. Даша молча наблюдала за всем этим. Денис подошёл к подоконнику и обнял её под коленками, а второй рукой обхватил ниже спины и с видимым удовольствием приблизил к ней своё влажное лицо.

— Спасибо… что помог… — прошептала она, окинув его благодарным взглядом.

Он покрутил головой:

— Мало… — и подсунул лицо к ней поближе.

— Большое… — она легонько поцеловала его, — спасибо, — и ещё раз поцеловала.

— Ещё… — Денис закрыл глаза.

Она осмотрела его лицо, на котором вполне отчётливо было написано то доверие, с которым он ожидал от неё ласки, и слегка смутилась. Он немного продвинул руку по её ногам, заходя уже на территорию, обычно прикрытую платьем. Она тревожно сдвинула брови, но Денис не проявлял настойчивости. Даша вдруг отвернулась к окну, вгляделась в неопределённую серость пустующих дорог и двора, а потом, вернувшись к лицу, которое терпеливо ожидало своей награды, взглянула на него по-новому. Она неожиданно смягчила свои черты нежностью, тревога ушла, и её дыхание участилось. Даша потянулась руками к его щекам, остановилась в какой-то неуверенности и всё-таки обняла его лицо тёплыми ладонями, её пальцы несмело ощупали скулы, виски, уши, а потом почему-то его закрытые глаза и брови, как будто привыкали к его чертам. Попутно она осматривала все мелкие детали и неровности его кожи, неопрятность завитка на лбу, лёгкую горбинку носа. Денис растянул рот в расслабленной улыбке и по-прежнему не открывал глаз. Даша продвинула ладони к его затылку, слегка натягивая кожу, и уголки его глаз стали казаться азиатскими. Улыбка Дениса переросла в лёгкую усмешку и тут же стёрлась с лица, уступив место волнению. Он едва заметно дёрнул бровями и задышал чуть громче.

Даша прикоснулась губами к его рту, но вопреки ожиданиям не получила ответа. Оставленная один на один с его безучастностью, она заволновалась ещё больше, разглядывая подробности лица. Она словно переосмысливала что-то. Её брови сдвинулись, обозначив отчаяние одиночества. Даша посмотрела в его губы, обводя взглядом их контур, и тут же проделала это пальцами. Он вдруг схватил ртом её пальцы, успев поймать два из них, и втянул их внутрь, заставляя её глаза удивлённо распахнуться. Влажный язык увлекал пленников внутрь горячими требовательными волнами. Даша рвано выдохнула и, скользнув мокрыми пальцами по его щеке, прильнула жаждущим ртом к его губам, врываясь внутрь в поисках языка. Он заполнил её ищущий рот беспокойной горячей влагой, посылающей то упругие, то мягкие волны. Она поджала ближе ноги и подалась вся к нему, сильнее прижимая ладони к его лицу. Он сгрёб её ближе к себе, плотнее обхватывая вокруг ног и спины.

Заоконная серость неожиданно выдала сначала редкие, а потом вполне уверенные снежинки. Они притрагивались к стеклу мягким слепленным беспорядком и, удивлённо взглянув на жаркий поцелуй, скатывались вниз на внешний подоконник. От обилия невесенних осадков спустились ранние сумерки. Нахмуренные тучи иногда разрывало отчаянное мартовское солнце, и лучи, пробираясь сквозь дырявую снежную завесу, дарили надежду.

Утомлённые губы мягко, как бы нехотя, разомкнулись, а взгляды встретились, не желая отпускать друг друга. В них был и зов, и одновременно с этим настороженность.

— У тебя глаза сейчас нереально синие… — прошептала Даша слегка припухшими влажными губами.

— А у тебя зелёные… и волосы светятся… — залюбовался Денис, — где-то читал, что только у двух процентов людей зелёные глаза, — заворожённо проговорил он.

— А волосы?.. — у Даши блеснули в глазах весёлые искорки.

— Что?.. — слегка нахмурился он, не понимая.

— У скольких процентов волосы светятся?..

— Только у тебя… — его рот расплылся в улыбке.

— М-м… ты почти научился говорить комплименты.

— Хотя при таком освещении…

— Молчи… ты же всё испортишь… — улыбнулась она.

Он слегка кивнул.

— Неожиданно как-то… — проговорила Даша, повернувшись к окну.

— Что неожиданно? — не понял Денис.

— Погода эта… — задумчиво вздохнула она, потом посмотрела на его лицо, — и ты сегодня… какой-то другой…

Денис о чём-то задумался и взглянул на Дашу, как будто не мог решиться на что-то:

— А ты… — он слегка нахмурился, — любишь неожиданности?.. Или нет?..

Она удивлённо приподняла брови:

— Смотря какие… хорошие или… плохие…

— Ну вот, если ты не знаешь, хорошо это или плохо для тебя, просто что-то вдруг происходит… не то, чего ты ожидала… — Денис засопел, внимательно глядя на неё.

Даша обеспокоенно забегала глазами по его футболке, потом по лицу:

— Ну я не знаю… — растерялась она.

Он снова сдвинул брови, хмурясь и отводя взгляд:

— Ну вот… ты хотела бы, чтобы тебя предупредили… или ты готова к неожиданностям?.. — Денис испытующе посмотрел на неё.

— О чём?! — она недоверчиво улыбнулась.

— О том… что будет с тобой… — выговорил он с усилием.

— Ну если ты о чём-то фатальном, то день смерти, или что-то такое я не хотела бы знать, а что-то приятное… — она поводила вокруг глазами, — тоже… Я люблю сюрпризы! — улыбнулась она.

— Да нет, я не про сюрпризы… — он хмуро задышал в задумчивости.

— Я же говорю – ты какой-то не такой… — она округлила глаза недоумевая, — что-то случилось?

— Не… — он помотал головой, — но может… наверное…

Она испуганно посмотрела на него:

— Ты что-то знаешь?! Что-то случится?

Он резко вдохнул, задирая брови:

— Да нет!.. Блин… Не хотел пугать, а наоборот… предупредить… А ты испугалась…

— Да о чём предупредить?!! — она сидела с несчастным видом и требовательно смотрела ему в глаза.

Он напряжённо сглотнул:

— Я просто спросить хотел… у тебя… кое-что…

— Ну!!

Денис посмотрел на неё с некоторой досадой:

— Обещай, что нормально отнесёшься…

— Да я сейчас тебя разорву, если не скажешь уже!..

Он сжал губы на секунду, потом обнял поувереннее под коленками и чуть-чуть поводил второй рукой по её спине:

— Поцелую сначала… — он неуверенно клюнул носом, засопев ей в щёку, а потом легонько поцеловал в разных местах её лицо. Остановился на губах и несколько раз к ним прилип, как бы желая напомнить об их недавнем соединении.

Даша сначала напряжённо ждала, а потом, немного расслабившись, более охотно приняла поцелуи.

Денис засопел у её уха:

— В общем… — он сглотнул, — я тут почитал кое-что… и…

Она слегка вздрогнула, посмотрев настороженно ему в лицо:

— Опять?.. Только не про клитор… — она поводила головой в разные стороны.

— Да нет!.. Не волнуйся… — он на секунду застыл, с недоумением глядя ей в глаза. — Хотя мне показалось, что тебе нравилось… и я не понимаю… — потом, считав в её лице нежелание продолжать эту тему, остановился, снова нахмурившись.

— Ну продолжай… если не об этом… — сказала она мягче.

Он с надеждой посмотрел на неё и, как бы преодолевая различные препятствия во рту, проговорил:

— В общем… ты когда-нибудь пробовала?.. Ты хотела бы?.. Короче… как ты относишься к анальному сексу?..

Даша оторопело расширила глаза до максимума:

— Я надеялась, что… — тихо начала она, — никто никогда не спросит меня об этом… и мне не придётся отвечать на этот дурацкий вопрос… — голос плохо её слушался и иногда выдавал несвойственные ей нотки, — вот… как я к этому… отношусь… — её лицо окрасилось в милый розовый оттенок.

— Хорошо, что ты спокойно реагируешь… — начал Денис более уверенно, чем раньше, — просто послушай меня, ладно?.. — он сделал предупреждающий жест рукой.

Она также растопыривала глаза, но теперь уже молча.

Денис счёл это согласием и продолжил, сунув одну руку в карман, а второй помогая себе говорить:

— Около тридцати пяти процентов людей пробуют его один или несколько раз в жизни. Восемь процентов нуждается в нём регулярно как в дополнительной стимуляции, иначе они не получают удовольствия. Но таких людей по разным оценкам может быть в два раза больше, потому что не все признаются, когда их спрашивают. И один процент от всех людей на планете получает удовольствие только этим способом! — он уставился на неё с видом того, кто раскрыл главную тайну. — Ты понимаешь, что это значит? — Денис явно ждал от неё ответа.

Даша слегка прочистила горло:

— Да… один процент – это мощно, конечно… — покивала она и подобрала колени к себе руками.

— А что?! — возмутился он. — Вот ты типа смеёшься, а если населения Земли примерно семь с половиной миллиардов, то один процент… это же… семьдесят пять миллионов человек! — теперь уже он расширил глаза. — И если ты – семьдесят пять миллионов первая, то почему нет? Давай попробуем это!

— То есть речь обо мне?!

Он изменился в лице и нервно сглотнул:

— А ты что подумала?

— Ну не знаю… ты так убеждённо что-то доказывал… я думала, что тебе чего-то не хватает.

Он резко выдохнул всё своё возбуждение от произнесённой речи и обхватил её руками вокруг коленей и плеч, обнимая сразу всю:

— Мне вообще всё с тобой очень нравится… — он дышал куда-то в её волосы над ухом. — И мне больше ничего не нужно… Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо.

— И ты вот это вот хотел сделать мне сюрпризом, да?..

— Да нет же! — он отодвинулся и посмотрел на неё как будто с упрёком. — Ну… я думал просто, как лучше… заранее сказать или… когда уже дело дойдёт… — добавил он тихо.

— Ага, а то, что в этом есть необходимость, ты не сомневаешься?! — Даша, казалось, вышла из своего оцепенения и постепенно набирала обороты, распаляясь.

— А чего тут сомневаться-то?! — он удивлённо растопырил руки и опять расширил глаза. — Пошли – попробовали, да - да, нет - нет!.. — он поджал плечи к ушам. — Хоть будем знать!..

— А я и так уже знаю! — она гневно раздула ноздри и с вызовом смотрела ему в глаза.

— Так ты всё-таки пробовала? — обрадовался он.

Она сдвинула брови:

— То есть тебя обрадует, если я это с кем-то попробовала?!

— Ну конечно! Хоть какая-то определённость!..

— И ты считаешь, что надо вот прям всё перепробовать?..

— Ну… всё - не всё, но что-то надо делать!.. — он присмотрелся к ней, не понимая. — Ты же… сказала, что ты особенная… Ну… не такая как все… Что у тебя что-то там не так работает… Но тебе ведь нужен оргазм!

Она поджала губы и почти прошипела:

— Да сдался он тебе… мой оргазм!..

Он недоумённо поводил головой:

— А ради чего тогда всё?.. Надо удовольствие получать… а не просто… трахаться неизвестно зачем…

Она вздохнула и, немного сбавив градус возмущения, проговорила:

— Я и так получаю… удовольствие…

— Хорошо, — холодно сказал он, — и в чём же твой кайф?

Она глянула на него с несчастным видом:

— Что ты… как на допросе?..

— Ладно… — он дёрнул бровями и смутился, потом обнял её за талию, уперев другую руку в подоконник рядом с её ногами, — что тебе нравится?.. — спросил он, смягчив голос.

Она оглядела его лицо:

— Когда ты мне по мозгам не ездишь со своей статистикой и всякими идеями, мне нравится целоваться… очень!.. — Даша гневно уставилась на него и с отчаянием проговорила: — Именно с тобой! А не потому, что я с кем-то это уже пробовала! Понятно?!

— Понятно… — он попытался скрыть свою радость от услышанного, но вышло только хуже, его лицо отобразило какой-то щенячий восторг.

Даша негромко засмеялась над ним и сказала:

— У меня было бы больше удовольствия, если бы ты тоже… — она покивала головой туда-сюда.

— Я готов вообще на всё! — убеждённо заявил он.

Она разочарованно посмотрела на него:

— Почему ты не пытаешься говорить мне что-то приятное?..

— Я говорю! — он недоуменно пробежал глазами по её лицу. — Ты очень красивая!

Она вздохнула:

— Ну этого мало!.. Ты как-то в общем говоришь… да и то редко.

— А как не в общем?.. — он скосил рот на сторону.

— Ну, не знаю… скажи что-нибудь хорошее, например, об отдельных… частях или каких-то моментах…

— Угу… расчленёнка такая, да?.. Зачем это нужно?!

— Ну почему ты так? — слегка надулась она. — Бывает же, что одно понравилось больше, чем другое… вот именно сейчас… И ты так и говоришь… — Даша заглянула ему в глаза.

— Ты мне вся нравишься, и я так и говорю! — он почти злился.

— Ну это же неправда… — аккуратно предположила она, — или не всегда правда…

— Что ты из меня хочешь вынуть? Правду?! — с претензией спросил он.

Даша посмотрела на его возмущение по-новому, как бы с испугом.

— Да, это не совсем правда! — в его глазах появилось отчуждение. — Не всё нравится одинаково… Но ты не захочешь это слушать! — он слегка наклонился к ней, став неожиданно холодным и как будто убеждённым в своей правоте.

— Ну почему… — заговорила Даша не совсем уверенно, — если это то, что тебе во мне нравится… И это будет правдой… Я хочу это слышать… как можно чаще… — она проговорила всё это слегка рассеянно, теряя к концу самообладание всё больше.

— Ну слушай!.. — начал он угрожающе и слегка приблизился к ней. — Мне совершенно точно больше всего нравится кончать в тебе!.. — его дыхание обдавало жаром её щёку, она уставилась на свои колени. — И ещё… тоже больше всего, хоть и по-другому, мне приятно искать этот твой клитор и все, бл..ть, восемь тысяч рецепторов в нём!.. И как можно чаще!.. И прикинь?.. Это всё!! — его голос был негромким, но как бы звенел в тишине комнаты. — Но это ни хрена не отменяет того, что ты мне нравишься вся остальная тоже… Вообще… вся!.. И я так и говорю! — он перевёл дыхание и слегка отодвинулся от её щеки, немного смягчая заострившиеся от гнева черты.

Она медленно повернула к нему голову, встречая его взгляд.

Он слегка покивал, глядя ей в глаза, и добавил:

— Но я вижу по тебе… что комплимент так себе, да?

— Так себе, да… — тихо подтвердила она, не отводя взгляда. — И если хочешь, я тоже тебе скажу правду… Что мне больше всего в тебе нравится…

Он слегка наклонил голову, продолжая смотреть ей в глаза:

— Хочу, конечно… — сказал он совсем тихо.

— Тогда слушай, — Даша повела бровью и слегка раздула ноздри, — мне нравится и когда у тебя встаёт… и когда ты во мне кончаешь… потому что всё это в моей власти и зависит только от меня… И если я захочу, то всё будет, и ты будешь дрожать и стонать, а не захочу – всё прекратится… И снова всё будет зависеть только от меня…

Он слегка сдвинул брови и посмотрел на неё как бы изучая:

— И зачем тебе это?..

Она приподняла лицо ему на встречу:

— Это похоже… Как будто я поимела тебя… Это повышает самооценку!..

Он внимательно посмотрел на неё и уже более тёплым голосом сказал:

— А если ты кончишь… то тебя так порвёт, что та твоя самооценка будет пятки лизать твоей новой самооценке!.. Так что… можешь иметь меня, как тебе нравится… Только от повышенной самооценки и комплиментов не кончают! — снова разозлился он, но потом, как бы вспомнив что-то, добавил тише: — От поцелуев, которые… тебе понравились… вроде бы тоже…

Даша посмотрела на него с ожиданием во взгляде. Его брови слегка дёрнулись соединиться. И, оглядев всё её лицо, он вдруг задышал чаще и клюнул носом в её сторону. Даша, изобразив отчаяние на лице, тем не менее тоже двинулась к нему, слегка разомкнув губы. Он мгновенно набросился на них, терзая и зубами, и языком, привлекая её голову к себе рукой. Она развернулась к нему и обхватила ногами его бёдра, зарываясь пальцами в причёску и нещадно тормоша её. Он ухватился за её ногу выше колена, потом со стоном наслаждения провёл рукой выше и оказался под юбкой, забираясь кончиками пальцев под нижнюю резинку трусов. Даша сильнее сжала на нём ноги и обняла руками. Денис отреагировал новым стоном, отчасти похожим на рычание молодого самца, который ещё только пробует свой настоящий голос, и в порыве страсти так влип в её губы, что ударил её затылком об окно.

— Прости… — пробубнил он прямо внутри поцелуя и подхватил её обеими руками под ягодицы, потянув с подоконника. Покачнувшись пару раз, он всё-таки добрался с ней до кровати и завалился в неё спиной, оставляя Дашу на себе верхом и тут же задирая окончательно её платье на талию. Его ладони покружили на трусиках, а потом одна забралась под резинку и его пальцы бесцеремонно расположились между её ягодиц.

— Убери оттуда свои руки! — оторвалась от поцелуя Даша.

— Я же ничего не делаю! — он наивно поднял брови под её пристальным взглядом. — Только погладил… чуть-чуть…

— А теперь убери!

Он досадливо поджал губы и переместил пальцы, обхватывая ягодицу:

— Ну давай попробуем!.. Вдруг это твой… наш способ…

— Нет! — рявкнула она.

Он перевалил её набок и, немного нависая сверху, заговорил, растопыривая глаза:

— Ты не понимаешь!.. Там семьдесят тысяч рецепторов! Это даже не клитор, в котором восемь, и не влагалище, в котором по разным местам наберётся только три! Это же бомба!

— Это в твоей башке бомба с цифрами! В глазу тоже до хрена рецепторов! Ты мне в следующий раз его предложишь ублажать?

Он слегка оторопел и на секунду задумался. Слегка нахмурившись, он в конце концов проговорил:

— Когда ты трогала… — он ещё сильнее сдвинул брови, — когда гладила мои глаза… мне было приятно…

— Ну надо же!.. — поддельно изумилась она. — Приятно!.. Но в тот момент ты, конечно, думал: лучше бы я сейчас кончал!

Он виновато посмотрел на неё:

— Конечно, нет.

Она легонько улыбнулась и провела пальцами около его глаз и по бровям, а потом по щекам и губам.

Он тут же закрыл глаза и замер наслаждаясь. Она притянула его за щёки и стала легко целовать в губы и рядом с ними. А когда он захотел продолжить поцелуй, она удержала его лицо на расстоянии. Денис вопросительно посмотрел на неё.

— Признайся, что тебе нравятся нежности, — сладко проговорила она.

— Да… — прошептал он.

— И ты не думаешь в этот момент, как бы кончить.

— Нет…

Она тут же сделала гневное лицо и тряхнула его голову:

— Ну вот и скажи мне об этом!