Жена по жребию

Глава 25

Чуткий нос подсказал леди Данкварт, чем занимался ее супруг всю ночь. И с кем. Фыркнув, Армин выдала герцогу маленький флакон очень полезного снадобья и сообщила, что обижена. И просит милорда Данкварта удалиться, дабы не раздражать чувствительные обонятельные рецепторы ее носа своим нехорошим запахом.

Пока муж в компании бойцов носился по всей крепости, Армин срисовала сложные элементы клинописи на бумагу и приказала отослать господину Лартону. Вместе с некоторыми породами деревьев, образцами трав и одной Слезой.

Выкроив время, Армин зашла к сыну. Последние дни выдались тяжелыми, для него, для нее, и ей хотелось хоть немного времени для себя. Рхана понятливо поднялась и забрала Крину проведать братика.

– Все будет хорошо? – Рой прижался к матери.

– Да, здесь наш дом и наши друзья, – Армин вздохнула, – но ты должен быть осторожен.

– Тот, кто отравил Тайку, еще жив? – простодушно спросил Рой. – Я слышал разговор герцога с наставником Рорденом. Мам, почему меня перестали замечать?

– Магия, – беспомощно пожала плечами Армин и провела рукой по белоснежным волосам сына. Вчера, прежде чем заняться лицом мужа, она купала ребенка в особых травах. Но даже острое зрение оборотня разницы не заметило.

– Плохая магия? Она копится, – Роуэн потер грудь, – вот здесь. Потом становится больно, и что-нибудь происходит. Чаще всего люди перестают меня видеть.

– Как понять – чаще всего? – Армин прикусила губу, – Времени прошло…

– Ну, я так просто сказал, – смутился Рой. – Ты так говоришь: «Чаще всего…» И я так сказал.

– И напугал меня. Хочешь, найдем еще белочек?

– Нет, – ребенок покачал головой, – не надо. Не хочу.

Армин сидел на полу, крепко обняв сына и устроив подбородок у него на макушке. Ребенок тихо хлюпал носом, ни о чем не спрашивая.

– Я больше не буду плакать, мам. Обещаю. Я ведь уже большой, – шепнул вдруг Рой. – Сейчас чуть-чуть посижу и все, буду твоей опорой.

Армин задохнулась от неожиданности и не нашлась что сказать. А сын и правда через пару минут отстранился от матери и очень серьезно сказал:

– У меня младшие будут, за ними пригляд нужен. Мне нужно много тренироваться, чтобы потом никого не пришлось хоронить. Я пойду.

Леди Данкварт осталась сидеть на полу в малой гостиной. Той, что она облюбовала для вечерних посиделок за необязательным рукоделием. Той, где Рхана учила ее вязать «многолетний шарф».

– У меня тоже много дел, – потеряно произнесла герцогиня, – надо встать и идти.

В противовес своим словам Армин легла на пол, прижалась щекой к плотному ворсу не слишком чистого ковра и дала волю слезам. Кого оплакивала леди Кошка? Спроси кто Армин, она бы не смогла ответить. Слезы текли и текли. И только вестник-напоминание заставил герцогиню встать. Необходимо выйти и проводить Иргу – неизвестно, когда еще предстоит встретиться с подругой.

Ирга выглядела бледно. Она отказалась от еды и пила только воду – выводила «придуманный токсин». Армин пришлось потратить двадцать минут на увещевания подруги, после чего плюнуть и приказать – контракт подписан. И работодатель несет ответственность за здоровье своих людей.

Проводить Иргу вышел и герцог. После некоторых размышлений он признал, что пользы от волчицы было больше, чем вреда. Но ненамного.

– Держите нас в курсе ваших дел, – герцог усмехнулся, а волчица отзеркалила:

– Будете сравнивать мои письма с отчетом соглядатая.

– Я не могу отпустить в добрые люди неконтролирующего себя оборотня, – спокойно ответил Рихтер.

– В этой фразе я слышу совсем другого человека, – мило улыбнулась Ирга, и добавила: – а точнее, не человека.

– За умной кошкой и повторить приятно. Мои люди проводят вас до портала. Дальше рассчитываю на Ваше благоразумие – магические клятвы не стоит нарушать.

Едва закрылись ворота, герцог попробовал улизнуть, но был цепко ухвачен под локоть:

– Надо обработать клеймо.

– А это может сделать кто-нибудь другой?

– Ты хочешь меня обидеть? – благодушно спросила Армин. Короткая и тихая истерика пошла на пользу самочувствию миледи. И сейчас она была настроена на рабочий лад.

– Мне просто не нравится, что ты на него смотришь, – вздохнул герцог.

– Сейчас я буду не только смотреть, – Армин мягко подтолкнула мужа к крыльцу, – я буду срезать с тебя крошечные полоски кожи.

– Я буду кричать, плакать и проситься к маме, – нервно пошутил герцог и придержал для жены дверь.

– Это будет не очень больно, – Армин улыбнулась, – но если дернешься – лишишься глаза.

– Я буду подобен статуе из королевского дворца.

– Ты сложен лучше, – выразительно хмыкнула леди Данкварт.

Укладываясь на крепкую дубовую скамью, Рихтер размышлял: не провинился ли он чем-то перед любимой супругой? Когда плотный кожаный ремень захлестнул его грудь, шею и руки, герцог вспомнил, что так и не рассказал Армин о возникших в ее адрес подозрениях. Но едва она взяла в руки тонкое, почти прозрачное лезвие и жуткого вида крюк, герцог осознал, что момент для откровений не лучший.

– Закуси косточку, сердце мое, – Армин приложила к губам мужа деревянную палочку, – чтобы зубы не повредить.

– Главное, помни – я люблю тебя, – нервно улыбнулся герцог.

– Я буду проговаривать каждое свое действие. Косточка не более чем подстраховка. Поверь, выращивать зубы – утомительное занятие.

– Поверь, я знаю, – кое-как проворчал боевой маг. И даже немного обиделся.

– Это «заморозка», – Армин прошлась влажным тампоном по небольшому участку кожи. – Сейчас я делаю небольшой надрез на одном из завитков клейма. Теперь крючком подцепляю жгутик, вытаскиваю – ты должен чувствовать давление. Чувствуешь?

– Угу, – на висках герцога выступила испарина.

– Боль идет из-за сопротивления клейма. Его природа растительно-магическая. Оно хочет жить и… Сделать паузу, что с тобой?

Герцог выплюнул «косточку» и с тщательно скрываемым отвращением спросил:

– Живое?

– Разумеется, – Армин нежно коснулась губами губ мужа. – Иначе оно бы свелось, как простой рисунок. Готов?

– Это сейчас и все? – с надеждой спросил Рихтер и тут же добавил: – Я не боюсь и мне не больно. Просто неприятно так лежать.

– Посмотрим. Все. Вот, посмотри, что я вытащила, – Армин показала мужу небольшой волосок. – Теперь через шприц я заливаю пару капель зелья на освобожденное место и… Да, солнце, это очень больно.

На шее герцога вздулись вены, крепко стиснув зубы, он тяжело дышал. По лицу крупными каплями катился пот. Действие зелья сходило на нет, и боль понемногу утихала. Леди Данкварт взяла тряпицу и нежно оттерла пот и кровь с лица Рихтера.

– А теперь срежу омертвевшую кожу, больно не будет. Бойд нанесет зелье, и мы вместе вырастим новый, чистый кусочек. Ты сильный и терпеливый мужчина. Думаю, больше четырех-пяти сеансов нам не понадобиться.

В четыре руки герцогиня и целитель колдовали над обезображенным лицом Рихтера. Омертвевшие участки кожи удалялись неохотно, пациент шумно вздыхал и пытался ерзать. Чем неимоверно раздражал герцогиню.

– Я хотела вечером поплакать в твое надежное плечо. Но, видимо, придется искать кого-то более терпеливого, – вздохнула в пустоту Армин.

Раздражающее ерзанье прекратилось. Бойд закончил работу, передал тампон с зельем герцогине и отошел за перевязочным материалом.

– Останутся незначительные шрамы, – неторопливо начала объяснять леди Данкварт. – Они будут видны, только когда ты хорошенько загоришь. И из-за способа снятия клейма – формы они будут совершенно иной.

– Да, милорд. Мы хорошенько подумали и придумали вам причину. Скальные хлорглы. Их не видели уже много лет. Ожоги от их паутины заживают по нескольку лет.

– Но не торопись рассказывать сразу, – добавила Армин, и герцог возмущенно зарычал. Ну, что они его за ребенка держат-то?

– Эх, бинт из-под маски будет торчать. Да ладно, бойцы не спросят, а слуги не решатся.

– Джоран, дашь нам поговорить?

– Хорошо, миледи.

– Я же уже говорила, можно просто по имени, – улыбнулась Армин.

– Не забывайте о приличиях, муж тут, – шутливо возмутился Рихтер.

– Ох, дорогой, а что ты сделаешь в таком-то положении? – в тон мужу ответила леди Кошка. И ахнула, когда ее супруг резко сел. Кожаные ремни лопнули, будто соломенные веревки. А герцог чмокнул жену в щеку и максимально грозно выпучил глаз:

– Всех порешу!

– А если мы предложим пироги с мясом и горячий крепкий чай?

– Я склонен принимать подарки, – тут же поправился Рихтер.

Бойд только фыркнул – о нечеловеческой силе своего сюзерена он был прекрасно осведомлен. Сняв с блюда с пирогом салфетку, целитель вышел. Леди Данкварт была прекрасно осведомлена, где стоят разномастные чашки.

– Мой сын – будущий некромант, – Армин не стала тянуть.

– Изумительно, – крякнул герцог.

– Мы можем уйти, – леди Данкварт пожала плечами, – у меня есть золото и драгоценности. Чтобы рассчитать переход на Землю…

– Нет. Я обещал защиту твоему сыну, – Рихтер не повышал голоса, но Армин почувствовала себя нашкодившей кошкой. – А значит, я ее дам. Он будет носить мою фамилию.

Армин просто прижалась к мужу.

– Но учти, такая сила, – Рихтер покачал головой, – с него будет большой спрос. Ни единой свободной секунды и за магические шалости – строгое наказание.

– Императрица Диамин не чуралась розог, уж поверь, – Армин потерлась носом о плечо мужа. – У нас все хорошо?

– Почти, – уклончиво отозвался Рихтер. – Есть мнение, что ты можешь играть ключевую роль в происходящем.

– Я могу дать клятву…

– Не такую роль, сердце мое, – Рихтер крепче прижал к себе жену. – Что с вами будет, если я не доживу до утра?

– Ничего хорошего, – помолчав, ответила Армин, – но умирать тебе не с чего.

– Я и не собирался. Насколько можно оттянуть следующий сеанс?

– Насколько нужно, но старую и удобную маску тебе использовать нельзя. И повязку снимать – тоже. И, – леди Данкварт помолчала, – ты расскажешь?

– Вечером, – Рихтер криво усмехнулся, – мне надо найти слова, попытаться хотя бы.

– Главное, чтобы от твоих попыток у меня в носу не свербело, – по-простому фыркнула Армин. – Давай кушай. Тебе понадобится много сил.

– Будем делать близнецов? – подмигнул герцог, вгоняя жену в краску.

– В зависимости от твоего поведения, родное сердце.

– Ты сможешь закрепить повязку?

– Трое суток не терпит? – вопросом на вопрос ответила Армин. Уточнять, чем ей придётся заплатить за такое экстренное лечение, она не стала. Пусть горло сжимается всякий раз, как она пытается сказать о любви. Пусть. Она может показать свою любовь делами.

– Не терпит, – Рихтер поцеловал тонкие пальцы, – сейчас я в Дан-Мельтим, к вечеру вернусь, проведем еще сеанс, если так можно, поспать, и два дня меня не будет.

– Тогда в вечерний сеанс вложим два, – сама себе кивнула Армин. – Я все подготовлю. Что ты ищешь в городе?

– Мелочи. Человек что-то ест, где-то гадит, – Рихтер забросил в рот выпавший из пирога кусочек мяса. – Покупает всякие мелочи. Следы всегда остаются, главное – знать, где искать. А так как я ищу следы пребывания одного конкретного человека – я их найду.

– Вот и славно, – Армин подложила мужу на тарелку еще кусочек мяса. – Я скопировала все письмена и рисунки и отправила хорошему другу.

– А я их не нашел, – Рихтер очень серьезно посмотрел на жену. – Ты описала где, но я вижу только стену.

Леди Данкварт пожала плечами. Рано что-либо утверждать. Роуэну в переплетении символов виделись Белые Звери. Крина, коснувшись плиты, скатилась в истерику. Что это – проявление магии или просто истерика детей, переживших страшное испытание?

– Мне кажется, – Рихтер отвернулся от зеркала, и Армин закусила губу, чтобы не засмеяться, – или немного криво? Я про маску.

– Позволь мне, – Армин туже затянула ленты и спросила: – как ты собираешься творить неведомые дела, будучи слепым на один глаз?

– Я буду не один, – герцог не удержался и вновь привлек жену в объятия. – Я просто буду командовать. Из безопасного места.

– Это хорошо, родное сердце. Ты меня успокоил, – Армин едва нашла в себе силы соврать мужу.

Только леди Данкварт давно уже не была глупой кошкой. И видела, кто способен командовать из безопасного места, а кто полезет в самое пекло и вдохновит собой людей.

– Я буду в библиотеке. Господин Лартон не откажет в моей просьбе, но, может, и мне удастся что-то найти, – Армин сменила тему.

– До вечера, – Рихтер погладил кончиками пальцев лицо жены, очертил линию скул и, склонившись, запечатлел на губах короткий, но полный скрытого обещания поцелуй.

Армин потребовалось время, чтобы согнать с лица глупую улыбку.

– Мой потомок не так глуп, – призрак просочился сквозь пол. Он выглядел еще более прозрачным, чем в прошлый раз, – мое время уходит.

– С чего вдруг? – подозрительно сощурилась Армин.

– Время, – пафосно пожал плечами Герцог.

– Говори правду, – резко приказала леди Данкварт. – Мой сын еще мал, но некоторые ритуалы провести сможет. Особенно если найдет помощь и поддержку в моем лице.

– Я проклял свой род, – Герцог выпрямился, – потом пожалел. Но руки не доходили провести ритуал отмены. А потом я умер. Как и твоя соперница.

– Она не была мне соперницей, – отмахнулась Армин.

– Но ты же вышла замуж за фамилию, – оскалился призрак. – За Ледяного Герцога, владельца рудников.

– Я вышла замуж за того, кто позвал, – покачала головой Армин, – и спас меня и моего сына. Я привезла с собой свое золото и свои драгоценности – чтобы не зависеть от прихотей своего супруга.

Призрак молчал. Он висел в воздухе, не шевелясь. Армин даже начало казаться, что зловредная субстанция уже направилась в свой последний путь.

– Я пытался вспомнить речь, – сконфуженно произнес Герцог. – Но не вспомнил.

– Объяснитесь уже, – Армин осторожно составляла готовые и заряженные зелья в специальные ящички. Перекладывала листами мельтии и соломенными валиками. – Хоть слушать Вас и неприятно. Свой род проклясть. Как можно? Свою плоть и кровь, детей своих?

– Она пошли на сговор с Империей, – возмутился Герцог.

– После Вашей смерти, – Армин остро взглянула хитрого призрака, – я по годам смотрела.

– Вот въедливая, – хмыкнул Герцог. – Ты другая должна быть. Корыстная, ныть должна. Как все другие.

– Вы либо рассказывайте, либо уходите. Право слово, и без Вас справимся, – отмахнулась от ворчания

– Я не готов открывать тебе семейные тайны, – наконец вздохнул Герцог. – Это не то, чем я могу гордиться. Я был не прав. Этого должно быть достаточно. Как и того, что проклятие снято тобой. Ты пришла сюда за защитой, но без корысти. Из бедности, но при деньгах. Третье условие я оставлю в тайне, но и его ты выполнила. Я завидую своему потомку и жалею, что не встретил женщины, подобной тебе.

– Или не рассмотрел, – Армин в упор посмотрела на призрака. – Вы жадный и злой, драгоценный предок моего мужа. Чтобы ни натворили Ваши дети, в этом была и Ваша вина.

– Давай, расскажи мне про правильное воспитание.

– Если Вы пьете вино и одновременно рассказываете детям, что пьянство есть глупость и вредность – не удивляйтесь, когда они возьмут в руки бутылку, – покачала головой Армин. – Способов много, наши дети – не копия нас. Но какие-то простые вещи, простые ценности, не глобальные, прививаем им именно мы. Например, ценить свою семью. Любую часть семьи. Глупую сестрицу, помешанную на нарядах, жестокого брата, склонного к пьянству и разврату.

– Ты любишь своего брата?

– Я не желаю ему зла, – Армин улыбнулась, – а это уже немало.

– Если принесешь жертву на Старом Алтаре, Белые Звери вернутся под власть рода Данкварт, – призрак едко усмехнулся, – рассказать об этом мужу ты не сможешь. Вот и выбирай, Армин Диамин Данкварт, опекун рода ди-Ларон, остаться чистой или обезопасить свой род?

Призрак рассыпался искрами. Армин вскрикнула и закрыла лицо – часть искр устремилась к ней и впиталась в подставленную руку. Удружил Герцог, нечего сказать.

До самого вечера герцогиня размышляла над словами призрака. Она не видела дилеммы – ради безопасности своей семьи она способна на многое. Очень многое. Вот только даже со своими скудными познаниями Армин была готова поклясться – не было на стене призывов к какому-либо жертвоприношению.

Подойдя к зеркалу, Армин усмехнулась и медленно, по слогам произнесла:

– Все рефлексии и размышления – в свободное время.

На этом леди Данкварт сочла свою миссию выполненной и, прибрав на столе, вышла. Времени до вечера оставалось не так и много. Но герцогиня успела поболтать с Иннади – близится праздник, и людей надо побаловать. В комнатке при кухне было жарковато, но зато приятно пахло свежим хлебом. Армин, не чинясь, села на деревянный табурет.

– Как обычно вы праздновали?

– Ужин для господ, ужин для бойцов, – женщина пожала полными плечами. – Давно уже ничего не было.

– В этом году глупо приглашать незнакомых людей в крепость, – Армин прикусила ноготок, – намекни девкам, что будут танцы.

– А музыканты?

– Моей магии хватит, чтобы заколдовать инструменты на простенькую мелодию, – леди Данкварт пожала плечами, – не думаю, что у нас есть такие ценители, которым будет сильно фальшивить.

– Вы забываете про вдовствующую герцогиню.

– Лериль закрылась в своих покоях и собирается поститься до следующего года включительно, – фыркнула Армин. – Я готова ее поддержать только по недвусмысленному приказу герцога и в его же компании.

– Говорят, наш священник в нее влюблен, – закинула пробный камень Иннади. Но Армин покачала головой:

– Он устал от нее. А статус не позволяет отказать в помощи. Лериль – одинокий человек. Я искренне надеюсь, что боги надоумят ее посвятить всю себя внучке. Тайланне нужен кто-то взрослый в личное пользование. Кто-то, кто будет только ее. А Лериль достаточно фанатична для этого.

– Но Вы лишаете своих будущих детей бабушки.

Армин деликатно промолчала, что к своим детям она Лериль не допустит.

– Миледи, – в комнату заглянула служанка. – А милорд что-то делает в Вашей спальне. Ругается так, что стены краснеют. Вы бы сподмогнули, что ли.

Армин переглянулась с Иннади и встала.

– Подумай над тем, что мы можем приготовить вкусного и необычного.

– Вы хотите именно необычного или всех порадовать? – Иннади цыкнула на служанку, и девица выскочила из комнатки.

– Порадовать, конечно.

– Вспомните, как праздновали вашу свадьбу. Здесь люд простой, и жаренное на угольях мясо с хлебом и зеленью – первейшее лакомство. А мы соусов сделаем, в которые мясо макать – все счастливы будут. Для детей сладости, но, поверьте, и дети тоже любят мясо.

– Вы не представляете, как сильно мясо любят оборотни, – Армин подмигнула Иннади и вышла.

Всю дорогу до своих покоев Армин старательно гадала: что такое там вытворяет ее супруг. Леди Данкварт сердилась, когда оборотням приписывали черты их животных. Но глубоко внутри признавала – любопытству она весьма подвержена. Как настоящая кошка.

– Вот так и знал, что эта пигалица тебе все разболтает, – проворчал Рихтер.

Герцог стоял, закрывая собой какой-то предмет. И Армин неосознанно приподнялась на цыпочки, пытаясь рассмотреть, что там. Данкварт рассмеялся:

– Это подарок, и ты его получишь на праздник. А сейчас, дорогая супруга, я хочу видеть тебя в спальне.

– Но ты ведь понимаешь, что я все равно его увижу, – нахмурилась Армин.

– То есть, брать с тебя слово бесполезно? Ну да, ты ведь кошка, – герцог преувеличенно тяжело вздохнул, – любопытству своему противиться не сможешь.

– Ну, вот еще, – фыркнула леди Данкварт. И на секунду стала очень похожа на обиженную кошку. – Я оборотень, но мое животное начало надо мной не властно.

– Мы идем сначала в спальню, – герцог прижал к себе сердитую жену, – а потом в целительский покой?

– Утром сделаем процедуру, – покачала головой Армин. – Я посчитала кое-что: будет лучше утром, и сложную повязку. Потом сменишь на простую. Я все объясню и покажу. Ах!

Рихтер подхватил жену на руки и поцеловал в кончик носа. Неся к спальне свою драгоценную ношу, герцог витиевато извинялся за свой подарок:

– Пусть ты еще не видела его, но я уже пожалел, что решил дарить именно его.

– Ты моих подарков не видел, – Армин улыбнулась, – я ведь не знала, что меня ждет. И взяла нейтральные вещи. Вдруг ты бы оказался деспотом, которому и носовой платок дарить неприятно?