Тайны ТРИУМВИРАТА Жили были 3 принца в трех королевствах

– Все равно вкусное, – тихо пробормотал себе под нос сладкоежка Дрю, который прежде, чем вылить варенье в колбу, засунул в банку палец и быстро облизал его.

– А без варенья опыт не удастся? – спросил он.

– Удастся, – ответила Химиопатка, – уловив к чему он клонит, – но будет не таким наглядным.

– Наглядность немного пострадает, – проворчал он, – снова слизывая варенье с пальца.

– Не увлекайся, а то у тебя будет самая низкая высота смеси, – ехидненько сказала Ари.

Дрю на секунду задумался и, перестав таскать варенье пальцем из банки, продолжил переливать его в колбу.

– Следующим слоем аккуратно наливаем зеленую жидкость для мытья посуды, затем очень аккуратно воду с красителем розового цвета, затем растительное масло и, в завершение, спиртосодержащее средство для мытья окон.

Химиопатка говорила это специально медленно, наблюдая, как ребята последовательно переливают жидкости из баночек в колбы.

– Судя по названиям ингредиентов сегодня ничего взрываться не будет? – спросила Дари.

– Думаю, навряд ли, – ответил Арт, сосредоточенно переливая в колбу последний слой жидкости.

– А теперь посмотрите, что получилось, – сказала учительница.

Ребята посмотрели на многослойный «коктейль». Из-за разной плотности жидкости не смешались, а образовали пирамидку из разноцветных слоев. Выглядело очень красиво.

– А что нам теперь с этим делать? – спросила Вера.

– Любоваться, – ответила учительница, улыбнувшись, – можете снять плащи.

20

Источник шарад: сайты Сибмама, Лайфхакер.ру

На следующее утро первым занятием был урок, который вел Амфибрахий. Принцы и принцессы долго не могли определиться, какое название придумать преподаваемому им предмету. Амфибрахий не только учил их правописанию и правильному, грамотному изложению своих мыслей. Он рассказывал много увлекательного из истории языка, о приемах, употребляемых для того, чтобы сделать речь и изложение не только точными и понятными, но и красочными. Поэтому, после нескольких занятий, юнокоронованные особы придумали предмету забавное название Орфоэзотерика.

Придя на занятие, ребята привычно расселись на свои места, приготовившись внимательно слушать мудрого преподавателя. Но тот не спешил начинать.

Он задумчиво гладил подбородок. Давайте сегодня просто поиграем.

– Поиграем? – спросил удивленно Арт.

– Да, поиграем в шарады. Вам понадобятся бумага и карандаш.

– А что это за игра? – спросила Дари, – мы в такую еще ни разу не играли.

– Каждому из вас нужно будет придумать слово, состоящее из частей, каждая из которых представляет собой отдельное слово, которое можно объяснить таким образом, чтобы остальные поняли значение слова целиком. Победителем станет тот, кто придумает самое длинное слово.

– Ух ты, – заинтересованно проговорила Ари. – А приведите, пожалуйста, пример.

– Вы нотную грамоту уже начали осваивать? – спросил Амфибрахий.

– Да, – ответила Вера.

– Тогда вот вам пример. Название какого овоща состоит из двух нот? – с ходу выдал Амфибрахий.

Дети сосредоточенно задумались. Лицо Дари прояснилось.

– Фасоль? – утвердительно-вопросительно воскликнула она.

– Правильно, молодец, – улыбнулся Амфибрахий.

– А еще, – попросил Дрю.

– Возьми предлог, вперед поставь,

Потом сосновый лес добавь.

Получишь то, что строит каждый,

Чтоб не забрался вор однажды, – быстро проговорил Амфибрахий.

– Забор, – заулыбался Косм.

– Это самые простые варианты, попробуйте начать с коротких слов, можно необязательно в рифму, если это будет вас затруднять.

– Мы поняли, – за всех ответил Арт. – Сколько у нас есть на это времени?

– Два часа, – ответил Амфибрахий. – Ну что, начали. Время пошло.

Ребята сосредоточились и начали писать на листах бумаги, разложенных перед ними.

Амфибрахий с любопытством наблюдал за процессом мыслительной деятельности каждого из них. Выражения лиц при этом у всех были разные.

Ари мечтательно уставилась в потолок, размахивая в воздухе карандашом.

Арт раздумывал, сосредоточенно сдвинув брови.

Косм чесал карандашом затылок, и шевелил при этом губами, беззвучно рассуждая.

Вера засунула карандаш за ухо и водила пальцем по чистому листу бумаги. Дрю закрашивал клеточки на листе, это помогало ему лучше осредоточиться.

Амфибрахию нравилось наблюдать за мыслительным процессом принцев и принцесс. Не смотря на их желание казаться взрослыми, они продолжали оставаться детьми. Не по годам умными, начитанными и при этом очень разными по темпераменту и способности делать выводы. Выводы об одних и тех же событиях, глядя на них под разным углом зрения, что очень помогало им в совместном выполнении заданий. Амфибрахий не раз в этом убеждался.

Первой с заданием справилась Вера.

– Получилось, – удивленно и обрадованно сказала она, протягивая Амфибрахию свой лист.

Он взял лист в руки и прочел вслух:

– Первый слог найдешь средь нот, а второе бык несет, хочешь целое найти,

так ищи его в пути.

– Кто догадался, что это? – спросил он у ребят.

– Дорога, – первым сообразил Дрю.

– Правильно, – улыбнулась Вера.

– У меня тоже получилось, – сказала Дари. – Можно я прочитаю сама?

– Конечно.

– Первый слог – мужское имя,

Буква гласная – второй.

Слово в целом – знак почтовый,

Угадаете какой?

– Марка, не отвлекаясь от раздумий над своей шарадой, сказал Арт.

– Ага.

Из принцев первым с заданием справился Косм:

– Слог первый у меня то место означает,

Куда домой приходят корабли,

Второй – спасителя животных всей Земли.

А целое – того, кто всех нас одевает.

Ребята задумались.

– Портной, – выкрикнула довольная Ари.

– Ага, молодец, – а я думал подсказывать придется, – заулыбался Косм.

Ари перестала размахивать карандашом и теперь грызла его кончик, что-то черкая на своем листочке. Амфибрахий подошел поближе и заглянул в листок. Там было уже 3 варианта шарад. Она, почувствовав его приближение, подняла голову и их взгляды встретились. Амфибрахий молча удивленно поднял вверх брови, выражая вопрос.

– Все что-то не то, – досадливо наморщила носик Ари, – еще подумаю.

– Готово, – произнес Дрю.

– Читай, – подбодрил его Амфибрахий.

– Мое начало есть в свинце, и в серебре, и в стали, а корабли в его конце вчера к причалу встали. И если дружен ты со мной, настойчив в тренировках, ты будешь в холод, в дождь и в зной, выносливым и ловким.

– Ух ты, какой длинный стишок, – с уважением и ноткой зависти произнесла Вера.

– Спорт, – на этот раз опередил всех Косм.

– Правильно, – улыбнулся Дрю.

Арт поднял вверх руку, призывая к тишине и одновременно давая знать, что готов прочесть свою шараду. Гомон стих.

Арт прочел:

– Танцуя, первый слог употребляют, с водой второе попивают, а иногда и без воды, и много от него бывает здесь беды, на целом же переезжают, чрез реку, чрез канал – ужель, никто из вас еще не угадал?

– Круто, – оценила Ари.

Все призадумались несколько дольше, чем над предыдущими шарадами.

– Паром – воскликнула довольная Ари.

– Молодцы, – похвалил Амфибрахий обоих.

Ари, закончив рисовать и писать в своем исчерканном листке, проговорила:

– Готово, – и прочла:

– Как первая моя, так и вторая часть всегда из дерева бывают. Не дай бог и врагу на первое попасть! Второе жидким наливают, и вещи разные туда же можно класть. А в целом древнее оружие хранится. Которое теперь в сражение едва ль сгодится.

После шарады Ари, все призадумались, даже Амфибрахий задумчиво тер подбородок, шевеля губами, повторяя услышанное.

Прошло еще несколько минут.

– Колчан? – спросил у Ари Арт.

– Я так и знала, что ты отгадаешь, – радостно захлопав в ладоши, сказала Ари.

– Ну что ж, все вы большие молодцы, – подвел итог занятия Амфибрахий.

– А как же вы определите победителя в этих состязаниях? – уточнил любящий во всем точность и справедливость Арт.

– Если вы помните, в самом начале урока я сказал, что победит тот, кто придумает самое длинное слово. Вы все очень старались и показали для первого раза замечательный результат, поэтому теперь я даже затрудняюсь назвать победителя.

Арт снова поднял руку, не желая перебивать учителя и одновременно с этим привлекая к себе его внимание.

– Говори, – произнес Амфибрахий.

– Я все посчитал.

Амфибрахий очень удивился, но попросил Арта продолжить.

Дари, видя слегка озадаченное выражение лица Амфибрахия, прокомментировала действия Арта.

– Он всегда, когда мы придумываем новую игру, четко формулирует правила, стараясь учитывать разные неожиданные нюансы и всегда все предусматривает. Поэтому вас не должно удивлять это его качество. Мы все уже привыкли и всегда с нетерпением ждем, что он придумал. Мы доверяем ему подсчет очков, потому что его подход к подведению итогов всегда разумен и справедлив.

– Да, – подтвердили Косм и Дрю, – Дари абсолютно права. Говори, Арт.

– Спасибо, что наконец-то позволили, – иронично усмехнулся Арт.

– Итак. При подсчете очков мной учитывались: количество слогов в придуманных словах, количество букв, количество угаданных нами слов и длина самой шарады. А также по одному дополнительному очку первому, придумавшему шараду и первому ее отгадавшему. Он поднял вверх листок, чтобы все видели, как он вел подсчет и передал Косму. Тот, посмотрев, передал дальше. В итоге листок посмотрели все и передали его Амфибрахию.

Педагог с серьезным выражением на лице посмотрел в листок, затем на Арта. Тот невозмутимо смотрел в глаза учителя.

– На долю секунды мне показалось, что ты сделаешь подсчет очков выгодным для себя.

– Мы же сказали, что доверяем ему, – удивленно и слегка обиженно сказала Вера.

– Ну что ж. Вы все видели подсчет очков и его результаты.

Ребята кивнули.

– Тогда вы все согласны, что в сегодняшнем состязании победила Ари.

Все почти синхронно кивнули.

– А я не могу с вами не согласиться, сказал Амфибрахий, – еще раз заглядывая в исчерканный листок Ари, который был исписан с обеих сторон. И в этих почеркушках Амфибрахий насчитал целых 4 шарады.

– Я просто долго не могла выбрать, какая из них лучше, – не переставая грызть карандаш, глядя ему в глаза сказала Ари.

И все дружно, включая Амфибрахия, рассмеялись.

21

Следующим уроком была Изографика. Изографиня, как всегда, пришла вовремя, принеся с собой кроме образцов натюрмортов, кистей и красок, еще и аромат майского леса, фиалок и ландышей.

Принцы, а особенно конечно же принцессы, каждый раз удивлялись. Сначала они думали, что у Изографини просто много разных духов. Но однажды Дари набралась смелости и спросила у учительницы, почему от нее почти каждый раз, когда она приходит на занятие, пахнет новым ароматом.

– У меня одни единственные духи, – ответила, улыбнувшись, Изографиня, – Они замечательны тем, что их аромат меняется в зависимости от погоды, моего настроения и даже… она подняла вверх указательный палец, цвета моей одежды.

– Они что, волшебные? – спросила присутствовавшая при разговоре Ари.

– Разумеется, – рассмеялась Изографиня, – и все потому, что подарил мне их Великий Волшебник, – загадочно добавила она.

– А нам такие можно у него попросить? – смущенно и одновременно просительно спросила Дари.

– Такие же навряд ли, – лукаво усмехаясь продолжила учительница, – потому что он делает их в одном единственном экземпляре, каждому, кого считает достойным такого подарка.

– И не надо ему даже говорить, какие запахи тебе нравятся? – удивилась Ари.

– Нет, не надо, он угадает это и без твоего участия. Ведь я же уже сказала, что он не просто Волшебник, он – Великий Волшебник.

– А как его можно найти?

– Думаю, что когда-нибудь вы обязательно встретитесь, погладив Ари по голове, промолвила Изографиня. Я в этом уверенна. Только не спрашивай у меня, когда. Сейчас я не смогу ответить на твой вопрос.

На уроке принцы и принцессы первый раз пытались написать натюрморт с натуры. Изографиня принесла на занятие и разложила на чистом куске льняной ткани тыкву, баклажан, помидор и огурец. Рисовать она предложила сегодня акварельными красками.

Все овощи были разных цветов, поэтому натюрморты получались яркими и насыщенными. Изографиня, объяснив детям, что им нужно сделать, чтобы правильно передать размеры овощей с учетом их освещенности, внимательно наблюдала не только за самим процессом появления на свет шести мини шедевров (она всегда хвалила своих воспитанников), но и за их вовлеченностью в процесс, за выражениями их лиц в момент, когда они были заняты рисованием.

Арт, обычно серьезный, а иногда даже излишне напряженный, сидел абсолютно расслабленно. На лице его блуждала улыбка удовлетворения от того, что он делал. Видно было, что ему нравится не только результат его стараний, но и сам процесс рисования приносит чувство глубокого удовлетворения.

Лицо Веры было безмятежным и спокойным. Рука держала кисть очень уверенно. Движения ее были плавными и непринужденными.

У Косма была очень оригинальная техника выполнения этой работы. В отличии от остальных он накладывал акварель не слоями, более ярко прорисовывая светотень, а работал резкими густыми мазками, поэтому в отличие от невесомых и полупрозрачных работ девочек, его рисунок был очень ярким и насыщенным. Не теряя от этого правдоподобия, а лишь подчеркивая блеск лоснящегося бока баклажана и помидора.

Ари как обычно грызла кончик одной кисточки, при этом производя быстрые и точные движения другой. Натюрморт получался резким, но оригинальным.

Дрю задумчиво водил кисточкой по листу бумаги, то и дело промакивая излишки влаги специальной салфеткой. Он рисовал техникой по мокрому.

Дари была самой одаренной из всех ребят ученицей в плане рисования. Она интересовалась живописью больше остальных. Процесс рисования приносил ей огромное удовольствие. Изографиня видела необычайное влечение девочки к своему предмету и даже невооруженным взглядом определявшийся талант. Поэтому всегда находила время посидеть с девочкой после уроков, чтобы ответить на все ее вопросы о различных техниках, про которые та читала сама, выискивая все новые и новые интересные приемы. Изографиня помогала ей применить их на практике, не жалея на это своего собственного времени.

Сегодня Дари решила попробовать технику с солью, прорисовав овощи, а соль рассыпав на краску фона, чтобы добиться нужного эффекта и посмотреть, что из этого получится. Теперь она с нетерпением ожидала результата.

Изографиня смотрела на юных отпрысков королевских родов и все они вызывали в ее душе такое теплое, сродни материнскому, чувство, как будто они в какой-то мере были ее собственными детьми. Очень разными, но от этого не менее близкими и родными.

Ее саму не раз удивляло это ощущение, появлявшееся у нее каждый раз, когда они собирались в этой комнате, небольшой, но очень уютной. Иногда они весело гомонили, а порой даже хулиганили. Она никогда не бранила их за это, спокойно ожидая, когда они успокоятся.

Расшалившиеся принцы и принцессы, видя ее спокойствие и немой вопрос, когда же это закончится, быстро сворачивали «военные действия». Отгомонив и немного покричав, усаживались они за свои столы, прилежно сложив руки перед собой в знак того, что успокоились и готовы слушать.

Изографиня, как ни в чем не бывало, не делая им никаких замечаний, начинала урок. После сего они погружались в предмет настолько, что иногда, проведя за работой несколько часов, понимали, что увлеченные процессом, потеряли счет времени.

А Изографиня очень любила наблюдать за тем, как они работают.

Сегодняшний урок подходил к концу, и она, вдоволь насмотревшись на своих учеников, направилась к ним, чтобы полюбоваться их работами.

Ее взгляду предстали шесть абсолютно разных по технике и производимому впечатлению работ.

Работа Веры была написана в классической манере. Ее рисунок отличался не только точностью воспроизведения, он производил впечатление чуть выцветшей от времени картины, краски были немного приглушенными, но оттенки цветов были переданы точно.

Натюрморт Дрю, написанный техникой «по мокрому», был еще более прозрачным, краски перетекали друг в друга, образуя замысловатые разводы, и очертания предметов были размыты, но в общем и целом расположение овощей было верным, и понимание того, что изображено на рисунке было правильным. Это впечатление было вызвано из-за необычности техники, выбранной Дрю.

Ари и Косм, добились в своих работах похожего результата, используя при этом разные техники. Их работы отличались яркостью и насыщенностью цвета. Косм, нанося жирные мазки густой краской, использовал минимальное количество воды, не используя в этом случае эффект прозрачности, присущий акварели. Эти мазки в завершении работы были лишь слегка размыты водой, чтобы несколько уменьшить ощущение резкости, возникавшее при взгляде на нее.

В работе Ари было больше мягкости, но полупрозрачность также отсутствовала. Рисунок отличался насыщенностью красок, передавая игру света и тени очень контрастно. Создавалось впечатление, что овощи лежат под лучами яркого солнечного света. Блики на них были настолько реальными, что Изографиня даже закрыла на несколько секунд глаза и, открыв их снова, поняла, что ей не почудилось, эффект продолжал действовать.

Работа Арта отличалась оригинальностью. Увлеченный процессом рисования, он использовал в работе кроме акварели пастель. Такая техника не имела названия. Но необычность работы заключалась в том, что при взгляде на нее под разным углом производимый эффект был очень различным. Овощи мало напоминали те, что использовались для натюрморта. Даже выбранные Артом цвета отличались от естественных.

Но при этом впечатление от рисунка, отличавшегося необычностью и неповторимостью, было таким, что хотелось повесить его на стену в раме.

А потом ходить по комнате, не отрывая от рисунка взгляд, наблюдая изменение игры красок в зависимости от угла обзора и расстояния от наблюдателя до рисунка.

Рисунок Дари не имел ничего общего ни с чем, ранее виденным Изографиней. Техника работы с использованием соли дала очень неожиданный эффект.

Овощи были тщательно прорисованы до мельчайших подробностей так, что видимым становились даже капельки влаги, выступившие на поверхности свежесорванных огурцов и маленькие трещинки на поверхности тыквы.

Нарисованные предметы натюрморта казались парящими в воздухе, так как фон был размыт и съеден подсохшей солью, мелкие крупинки которой еще продолжали оставаться на листе. Овощи как будто проплывали перед глазами, а при долгом взгляде на рисунок создавалось впечатление, что они как будто подвешены на невидимых нитях и немного двигаются под воздействием слабого потока воздуха, направленного на них.

– Вы все отлично справились с заданием, – сказала Изографиня, закончив наслаждаться разнообразными ощущениями от работ будущих правителей.

– Мне очень нравятся все ваши работы. Я просто в восторге.

22

Пообедав, дети отправились на урок дипломатии. Велимир, как обычно, был одет в белую рубашку, синий костюм классического образца и яркий галстук. Возникало ощущение, что он только что вернулся с какого-то важного заседания. Лицо его было сосредоточенным, но не угрюмым.

– О чем бы вы хотели сегодня поговорить? – спросил он у отпрысков королевских родов.

– Но обычно вы определяете тему занятия, – удивленно произнесла Вера.

– Сегодня мне хотелось бы, чтобы вы сами ее выбрали.

Ребята, коротко переглянувшись, задумались.

– Вы всегда знаете, что может быть интересным и полезным для нас, – ответил за всех Косм. – Нам самим достаточно сложно решить, что нам нужно именно сегодня.

23

Урока программирования, который должен был начаться после урока дипломатии, будущие правители ждали с нетерпением.

Проглайнер прибыла с пятиминутным опозданием. На улице было дождливо. Дождь лил, не переставая, уже несколько часов. Одета она была в кожаную куртку с криво, наискосок пришитой металлической застежкой, кожаные брюки и громоздкие высокие ботинки на толстой подошве, которые слегка поскрипывали при каждом ее шаге. На голове ее был круглый шлем с забралом из странного полукруглого стекла, полностью закрывавший лицо. За несколько минут до ее появления ребятам почудился странный звук, донесшийся с улицы, похожий на рокот грома, но отблеска молнии они не увидели.