- -
- 100%
- +
Клаус встал и принял душ. А потом он просто оделся и спустился вниз, чтобы приготовить себе завтрак.
Но когда он приблизился к кухне, его внимание неожиданно привлекло то, что входная дверь в дом оказалась почему-то открытой.
Он очень удивился и решил пойти закрыть дверь. Но как только он оказался возле двери и взглянул в сторону сада, он совершенно отчётливо увидел собачьи следы прямо возле порога своего дома…
Уже позже, когда этим же утром он решил по-обыкновению выпить кофе в самом ближнем кафетерии неподалёку от дома, он вдруг заметил, обращаясь к хозяину заведения, что его таинственный дом и впрямь может быть населён призраками.
– Я уже было разочаровался, – сказал он тогда, – думал, всё это местные байки. Ан-нет! Что-то в этом всё-таки есть. Наверно в моём доме действительно обитают привидения. То шум какой-то, то странный скрип половиц по ночам… Не знаю.
– Странное это место, – согласился Берни и задумчиво вздохнул, наливая ему очередную чашку кофе меланж.
Сам Берни, хозяин кафе, был уже достаточно зрелого возраста и даже более того, однако он выглядел очень молодо и свежо для своих лет, подтянутый, спортивный и бодрый, хоть на лице его переодически вдруг откуда-то возникала непонятная, слишком суровая складка вечного скепсиса и ожидания очередной «заморочки», которую в любой момент могут внести не слишком рассудительные и спокойные люди, что придавало его виду бóльшую солидность, в том числе и возрастную, что выдавало его отнюдь не юный возраст. Высокий мужчина крепкого сложения, с тёмными волосами с сединой, как «соль-перец», уже в годах, но молодцеватый, в чёрных брюках, белой рубашке и красной жилетке, с немного отсутствующим взглядом, который он весьма часто бросал немного поверх каждого своего собеседника, словно глядя не на самого собеседника, а как бы сквозь него.
– Не пойми что тут вообще иногда происходит, – добавил он, в очередной раз чуть озадаченно поморщившись. – Да ещё и все эти байки местных фермеров про внезапно участившиеся нападения на овец… Кто знает, что за этим стоит? Недавно приходил один мой друг из полиции, говорил, что какой-то турист пропал. Уже больше четырёх суток найти не могут. Так что вы там поосторожнее у себя. У вас там сплошной лес. Мало ли что?..
– Мне не в первóй. Я привык жить один.
– Вы смелый человек, господин Маш. Уезжать пока не собираетесь?
– Так или иначе, я думаю, что всему должно быть какое-то рациональное обьяснение, – ответил Клаус спокойно, сделав пару глотков кофе. – Я, конечно, верю, что в этом мире всё возможно. Однако, судя по моему личному опыту, как правило, в большинстве случаев источником странного шума и воя по ночам оказываются отнюдь не таинственные духи, а самые прозаические вещи.
– Давно это было, – вдруг раздался голос из-за спины, и они оба обернулись, отлично понимая, что всё это время их кто-то слушал.
За одним из соседних столиков сидел одинокий посетитель. Этот столик был совсем недалеко от стойки бара, где прямо возле хозяина заведения расположился Клаус за своей чашкой кофе меланж. Но в то же время этот столик находился снаружи кафе, почти на улице, в зоне для «курящих». И когда они оба обернулись, этот одинокий неожиданный посетитель вежливо приподнял свою капитанскую фуражку в знак приветствия.
– Моё почтение, молодые люди, – вежливо сказал он и немного странно улыбнулся в ответ на их растерянные взгляды.
Сам так лет около шестидесяти с небольшим или даже намного старше. Хотя, возможно, такое впечатление о возрасте могло быть из-за его глубокой седины в волосах. Он был довольно худой и высокий. Тёмная куртка, капитанская фуражка, сам седой, но его испаньолка – соль с перцем, светло-голубые глаза, а ещё – старинная трубка с янтарным мундштуком.
– Я моряк, молодые люди, – сказал он и чуть откинулся на спинку стула, на котором сидел, выпуская одно колечко бледного дыма из своей трубки.
Как раз в этот момент Клаус заметил маленький перстень с якорем под чёрным камнем на его руке.
– Я настоящий просоленный морем человек. И я много где побывал и много чего повидал на своём веку, – медленно и загадочно продолжал незнакомец. – И я точно знаю, что в этих местах действительно когда-то обитал один призрак. «Чёрный Призрак» – так, кажется, его называли. Это было много лет назад. Я уже и позабыл когда именно, так давно это было. Но до сих пор многие сторожилы Старого Города помнят какой страх наводил он на всю округу, как и древняя легенда о нём. Наверно именно поэтому ближняя долина в предгории называется «Чёрная Долина», как и вся эта местность.
– И что это за легенда? – спросил тогда Клаус, явно загоревшись любопытством.
– Это легенда о древнем демоне, который пришёл в человеческий мир из какого-то другого мира, скрытого от людей, – спокойно ответил ему загадочный собеседник. – Никто не знал точно, откуда он появился. Но многие утверждали, что ещё в старых хрониках города есть упоминание о неком потерянном духе в образе огромного чёрного пса, который пришёл в этот мир и не может уйти, потому что потерял своего хозяина. И пока он не отыщет его, он не сможет вернуться домой.
– И кто же был его хозяином? – снова спросил Клаус.
– Одни говорили, что он просто таинственный странник, другие – древний чародей. Однако однажды они всё-таки встретились, таинственный хозяин и его верный пёс. Говорили, что он куда-то ушёл вместе с ним. Другие же утверждали и были явно убеждены в этом, что они встретились лишь на какое-то время, а потом снова почему-то потеряли друг друга, и именно поэтому призрак пса вновь и вновь до сих пор возвращается в Чёрную Долину. Говорят, он по прежнему ищет своего хозяина в этом мире. Но кто был его хозяин: дух, демон, призрак или маг, никто точно не знает. В одном, однако, все уверены абсолютно точно: он был не человеком. Хотя кто его знает? Ведь это же просто сказки, – сказал так и тихо рассмеялся, снова выпуская из трубки серебристое колечко дыма.
– Выпьете чего-нибудь? – наконец, спросил Берни, чуть переводя дыхание после всего услышанного.
– Благодарю, но я думаю, на сегодняшний день мой корабль черпнул достаточно моря на свою палубу, – сказав так, таинственный собеседник снова тихо ухмыльнулся.
На миг Клаус отвернулся, задумавшись о чём-то своём, а когда снова поднял голову, то увидел, что таинственный моряк куда-то уже ушёл.
– Кто это был, Берни? – спросил тогда Клаус у хозяина кафетерия, который по совместительству был ещё и барменом в своём же собственном заведении, и между делом уже снова вытирал бокалы за стойкой бара.
– Понятия не имею, – пожал плечами Берни. – Я его тут впервые вижу. Но у меня много посетителей. Бывают разные люди.
После этого разговора Клаус ещё долго размышлял над всем услышанным.
– Непонятная история, – сказал он сам себе под нос ещё в кафе и допил свой меланж…
Когда немногим позже он вышел из кафе, он снова огляделся по сторонам в надежде найти своего недавнего собеседника. Однако таинственный капитан исчез без следа. Что, надо сказать, вызвало откровенную досаду Клауса-Эдварда.
Он даже вытащил из кармана пиджака свои сигареты. Обычно он редко курил, только когда чувствовал напряжение. Но сегодня он всё же решил это сделать. И когда он собирался взять себе одну штуку, неожиданно уронил на землю всю пачку, и вынужден был наклониться, чтобы поднять.
И каково же было его удивление, когда, подняв пачку и снова вставая в полный рост, он вдруг увидел рядом с собой в отражении на высоком стекле кафетерия какого-то чёрного пса.
– Чёрт, я тебя не видел, друг, – растерянно пробормотал Клаус. – Как дела?
Он обернулся в сторону собаки, и…
Никого. Даже тени или полутени хоть чем-то похожей не пса.
Тем не менее улица была пуста, ни людей, ни животных. Так что за несколько считанных секунд этот пёс явно не мог никуда сбежать.
– Как странно… Я был уверен, что видел собаку.
Сказав так, он просто спрятал пачку сигарет в карман и так и не закурил ни одну, а просто быстро пошёл к своей стоящей неподалёку машине…
P.S. Легенда о маге Чёрной Долины —
Таинственный мудрый маг, одинокий странник и волшебный музыкант.
Когда-то он был не один…
Но это уже было слишком давно. И он почти всё успел позабыть.
И всё, что у него было – это красота его стихов и волшебство его музыки.
И каждый вечер над миром снова загоралась хоть одна звезда, чтобы услышать его музыку в черноте ночи и разогнать непроглядный мрак только ради него одного.
Именно поэтому некоторые в округе верили, что над Чёрной Долиной никогда не погаснут звёзды, даже если наступит конец Света. Ведь согласно наиболее древним легендам этой местности, таинственный маг одним своим присутствием защищал этот край от тьмы, как бы отделяя его от обычного земного мира.
Именно поэтому в некоторых летописях Чёрная Долина значилась, как Край Земли…
/Из легенд Старого Города
P.P.S.
– Есть дороги, пройдя по которым, ты неизбежно уходишь слишком далеко, за грань, – сказал таинственный тихий голос во тьме. – А потому ты должен хорошо понимать это перед тем, как пойти по одной из таких дорог, маг.
Глава 7. Чёрный Призрак
«Все явления, которые называются призрачными, часто имеют совершенно прозаическое обьяснение. И часто скрип половиц или двери – это просто скрип половиц или двери, какой-то звук, спровоцированный ветром или любыми другими совершенно простыми физическими раздражителями.
Однако есть и такие проявления, которые не вписываются ни в какую обычную систему ортодоксального научного понимания человеческого мира. И именно они именуется полтергейстом…»
«Легенды и мифы о волшебном мире»Автор – профессор Клаус-Эдвард Маш***
Прошло пару дней, и казалось, что в его доме снова стало немного спокойнее.
Однако в итоге его ждал новый сюрприз в этой интригующей пьесе.
Уже буквально на следующую ночь, когда он в очередной раз уснул от усталости в кресле в холле своего дома, прямо у большого витражного окна перед открытым на маленьком столике ноутбуком, он в итоге проснулся среди глухой ночи от пронзительного воя за окном.
– Волк или собака? – спросил он тогда сам у себя, встал и осторожно приблизился к окну.
Через цветной витраж не было ничего видно, и тогда он подошёл к окну, застеклённому самым обычным стеклом. Но даже там вид на ночной сад открывался спокойный и мирный.
В холле было темно, и у него было явное преимущество оставаться незамеченным. И он чуть приоткрыл окно.
Окно поддалось легко и безшумно, и он постарался присмотреться повнимательнее к самым дальним уголкам сада через маленький пробел в чуть приоткрытом окне, которое почти полностью было скрыто под низко нависшим плющом, что стало ещё одним плюсом для его явной и необходимой при сложившихся обстоятельствах конспирации.
Опять никого…
С того момента Клаус-Эдвард не знал себе ни минуты покоя.
Постоянные звуки по ночам, постоянный вой из леса. И в этом уже не было ничего увлекательного. Скорее, это просто было жутко.
Так прошло ещё несколько дней…
Пожалуй, только ночная иллюминация хоть как-то успокаивала его своим неизменным присутствием, да и то не до конца.
Постоянно что-то скрипело и шуршало, неистово выл холодный ветер по ночам.
И только старинный кованный фонарь возле беседки каждую ночь разгонял все таинственные призраки и тени своим мистическим одиноким светом, возле которого с наступлением сумерек всегда появлялось несколько летучих мышей, которые явно облюбовали это место.
Маленькие призрачные стражи ночи…
***
Клаус долго пытался себя успокоить, внушить себе, что он сам себя нагнетает.
Однако это не очень-то ему и помогало. Ведь слова стоят мало, если их не подкрепляют реальные факты.
– Ну да, дом действительно старый, действительно таинственный, – словно уговаривал он сам себя, прохаживаясь уже на следующее утро по берегу местного лесного озера, которое ему искренне полюбилось. – Да и места тут, чего греха таить, довольно загадочные. Однако это вовсе не означает, что все эти ночные события должны быть знаком чего-то ужасающего и опасного.
Так он и рассуждал, размышлял и говорил сам с собой, блуждая по туманному берегу в рассветный таинственный час.
И совершенно неожиданно он набрёл на небольшой указатель, расположенный прямо поблизости от маленького дощатого причала, где на этот раз была привязана уже не одна лодка, как в прошлый раз, а сразу две. И на этом указателе была надпись на английском Forest Lake, а рядом – на немецком «Meerjungfrauensee». И тут он вспомнил, что где-то слышал, что знаменитое Лесное Озеро в народе называли «Озеро Русалок», о чём и свидетельствовала более старинная надпись на немецком языке.
И как только он прочитал надпись, он сразу вспомнил своё таинственное видение с русалкой неделю назад в этом самом месте, которое он причислил тогда к категории «невольно разыгравшегося воображения».
– Как странно… Я даже не знал, что у Лесного озера два названия. Значит, «Озеро Русалок»? Наверное, этому месту давал название поэт.
Он огляделся по сторонам, а затем достаточно осторожно посмотрел на водную поверхность озера в том самом месте, где в прошлый раз видел призрачный образ девушки, похожей на русалку.
Но нет, там никого не было на этот раз.
– Что это было тогда? – спросил он сам себя. – И было ли вообще?
Он немного задумался, а потом снова решил последовать по берегу дальше, однако невольно он вдруг зацепил взглядом качнувшуюся ветвь дерева совсем неподалёку, в метрах пяти от себя, и быстро поднял голову, чтобы посмотреть, что там происходит.
Сначала он ничего не увидел, но когда он уже отвернулся и снова посмотрел на водную поверхность с края невысокого покатого берега, на котором как раз стоял, он совершенно неожиданно заметил нечто новое, ничуть не пугающее, но всё же таинственное.
Внезапно ему показалось тогда, как будто среди ветвей деревьев, отражённых на зеркальной поверхности озера, притом совсем неподалёку, прямо за его спиной возник какой-то немного туманный образ.
Нет, это был образ не ужасного монстра или призрака, не демона и не русалки. Это был просто образ какой-то светловолосой девушки в длинном бело-серебристом платье, которая вдруг отразилась на водной поверхности озера, словно таинственный дух леса. Это был почти призрачный бледный силуэт, подобный силуэту русалки, который он видел однажды в этом месте в воде. Однако всё же этот образ показался ему достаточно реальным.
Какой-то момент он боялся даже пошевелиться, чтобы не спугнуть таинственное видение. Он даже не знал что думать.
– Кто ты, незнакомка? – тихо прошептал он тогда.
И его охватило неодолимое желание обернуться в сторону прекрасной незнакомки.
Но похоже, загадочная девушка, чем-то напоминающая таинственную фею или дух леса, сама решила куда-то уйти по своим делам, и, немного посмотрев на него, неожиданно отступила в мшистую мглу деревьев, словно растворяясь под солнечными лучами, внезапно проникшими в тёмную рощу.
И довольно густой туман вдруг быстро всё окутал вокруг, и даже солнце скрылось на миг среди облаков, словно окружённое мистическим маревом.
Клаус решительно обернулся в сторону таинственной незнакомки, но её уже не было в том месте, где она, как казалось, стояла почти несколько минут, отражаясь в воде.
Он растерянно огляделся по сторонам, пытаясь понять насколько реально всё происшедшее с ним. Однако внезапно возникший туман стал всё более глубоко размывать все образы вокруг, словно превращая саму реальность в сон.
И тогда сама реальность стала в итоге совсем нереальной, а сон – более настоящим, чем любая, даже самая что ни на есть настоящая реальность…
Домой он возвращался уже через сумеречный лес.
Его тропа провела его мимо чёрных скал у древней заброшенной водяной мельницы, тёмный силуэт которой был спрятан в глубине лесных зарослей, мимо поваленных ветром старых деревьев, мимо чёрных камней, покрытых мхом, которые сильно смахивали на валуны или мегалиты, лежащие прямо у излучины горной реки возле опушки леса, мимо валежника и зарослей диких ягодных кустарников. А потом он просто последовал через лес по совершенно прямой тропинке, ведущей через смешанные ряды сосен и лиственных деревьев. И когда, наконец, Клаус свернул по направлению к своему коттеджу, он услышал резкий хруст и шорох совсем неподалёку от себя.
Он остановился и обернулся, и…
Олени. Это были олень и олениха. Словно два таинственных призрака, внезапно выплывших из туманной чащи, они быстро возникли почти рядом с ним и, ничуть не испугавшись, перебежали дорогу прямо перед ним, словно несомые ветром. А потом они просто исчезли в древней сырой чаще, словно скрытые туманами и сумрачными тенями постепенно наползающего призрачного вечера…
Вечер прошел спокойно. Но он всё никак не мог сосредоточиться для нормальной работы над книгой и просто пошёл спать.
Однако сон в этом странном доме, очевидно, был слишком дорогим подарком. По крайней мере все последние дни.
И как только Клаус немного полистал томик Шекспира, столь удачно найденный им однажды в библиотеке профессора, а затем отложил книгу в сторону на прикроватную тумбочку и погасил свет, всё это странное ночное действо со многими неизвестными опять началось.
Впрочем, это было уже не впервые и продолжалось уже около недели.
– Как это у Шекспира? «Скажите правды ради, Вы призраки или существа живые?».. – процитировал он сам для себя.
Снова словно тихие шаги где-то в доме… А может это были просто скрипы старых половиц?..
– Спокойной ночи, Клаус-Эдвард, – сказал он тогда сам себе даже как-то немного иронично. – Сегодня, кажется, ты опять выспишься.
Чувство юмора. Наверно это хорошо, что он его сумел сохранить даже в этой безумной ситуации.
Впрочем, как и всегда в его жизни…
Так прошло ещё два дня.
С упрямой настойчивостью и неотвратимым упорстовом вся эта мизансцена повторялась снова и снова.
Только кто был режиссёром спектакля?
Как правило, все режиссёры любят находиться за сценой событий. Очевидно, также обстояло и в этом случае. Ведь если источником всего этого действа был не реальный человек, а сверхъестественная сила, то совершенно очевидным было бы предположить, что в этом уникальном случае такая сила вряд ли захочет прийти официально представиться.
Нет, не будет зрительного зала и громких аплодисментов, не будет аваций и криков «Браво! Бис!» Не будет цветов и комплиментов. Вообще ничего не будет.
Будет только эта глухая, ледяная глубина тёмного древнего дома, стоящего на опушке ещё более древнего леса, из которой периодически то тут, то там возникал какой-то непонятный тихий скрип половиц на чердаке или в холле на первом этаже, от которого уже были мурашки по коже. А ещё – жуткий вой за окном уже почти каждую ночь.
И всё обстояло так, словно было совершенно нереально, почти как во сне. Но только вот это был всё же явно не сон.
Призраки и тени… Всё смешалось в таинственной мистерии ночи.
И эта новая ночь была не исключением.
– Сегодня что-то слишком громко, – даже заметил Клаус, невольно проснувшись среди ночи в своей постели в спальне на втором этаже от тоскливого вытья за окном. – Так всё-таки это волк или собака?
Но только новый вой в ответ.
Именно тогда Клаус-Эдвард встал и, не включая свет, тихо подошёл к окну своей спальни. Он осторожно отодвинул край занавески, и при ясном лунном свете вдруг увидел едва различимый вдали силуэт не то волка, не собаки, тёмным обрисом возникший из тумана на дальнем холме. Однако в этот раз силуэт таинственного зверя выглядел более чем реальным.
По всему было видно, что он был живым и настоящим, из плоти и крови. Это был явно какой-то тёмный зверь, похожий более на собаку, чем на волка. И этот зверь был явно очень одинок и беспокоен.
– Так вот оно! Ты реальный персонаж. Не призрак, не демон, не игра моего воображения и даже не сон, – вдруг сказал тогда Клаус, глядя на него из своего окна. – А это уже совсем другой поворот событий. «Чёрный Призрак»! Пожалуй, звучит слишком уж устрашающе. Такой ли уж ты нереальный, Демонический Пёс Чёрной Долины? И если ты не сон, то может, и твой хозяин тоже реален?
И словно в ответ его словам, тень таинственного зверя снова издала тоскливый вой.
Как на красочной картинке к фильму ужасов: не то волк, не то пёс, сидящий на чёрном холме, слегка возвышающемся над лесом, а над ним – полная луна.
И когда Клаус уже был готов отойти от окна, случилось нечто странное.
На какой-то миг тогда ему показалось, что он услышал ещё какой-то новый звук.
Нет, ему не показалось. Совершенно точно, что это был звук флейты. Словно где-то совсем вдали, как будто из самой глубины чёрного леса, вдруг кто-то тихо сыграл несколько красивых грустных тактов в ночной тишине.
Внезапно тень призрачного песьеподобного зверя резко пошевелилась и встала. Зверь обернулся, чуть сверкнув глазами во тьме, и при лунном свете он показался тогда не чёрным, а словно почти нереально синим, словно самый настоящий призрак или таинственный демон, действительно пришедший из какого-то древнего сказочного Другого мира.
Именно тогда этот странный демон ночи быстро бросился бежать в лес, словно на зов таинственной музыке, призывно доносящейся ему навстречу из ночной тиши…
P.S. Легенда о маге Чёрной Долины —
Древний мудрый маг, бессмертный странник в вечности, он всегда был один.
Но никто даже не догадывался о том, что в своё время он пережил слишком много страданий, и именно это было причиной его вечного неприкаянного одиночества.
Когда-то у него тоже, как и у многих других в этом мире, были близкие и родные, были братья и сёстры, были родители, бабушки и дедушки.
Но однажды их древний волшебный клан постигло несчастье, и все они один за другим просто вымерли. Они не были злыми, более того, они всегда стремились только помогать людям.
Но только люди этого явно не оценили…
Кого-то из них убили в жажде славы и наживы человеческие охотники на ведьм, а кого-то убили человеческие маги- контрактники, которые в большинстве своём всегда являлись самыми жестокими из всех магов, поскольку своей природной силы в магии никогда не имели и жили лишь за счёт контрактов с более могущественными и часто всю свою жизнь истребляли врождённых магов, руководствуясь исключительно завистью и злостью, поскольку по своей природе были самыми обычными людьми, просто хитростью и обманом на время получившими немного магической власти, а потому всегда и руководствующимися простыми приземлёнными человеческими приоритетами, в которых звон монеты, как правило, звучит громче музыки души и сердца.
Так или иначе волей судьбы почти всех его близких в итоге перебили, как и большинство всех врождённых природных магов, случайно оказавшихся в человеческом мире. А кто-то из его близких просто умер сам.
И в итоге бедный волшебник остался совсем один на свете…
Вот и всё…
Это было давно, когда он был ещё очень-очень юным, почти ребёнком. Словно давно, но как будто недавно. Как во сне…
Теперь это и в самом деле казалось ему только сном.
И всё, что теперь осталось в его одинокой жизни – это голоса духов, изредка приходящие к нему из потустороннего мира, да музыка флейты, на которой он так любил играть свои таинственные и прекрасные мелодии.
«Где ты, песня? Я твоё эхо среди далёких звёзд в одинокой ночи, – говорил он порой словно кому-то невидимому. – Услышь меня. И мы оба уже не будем так одиноки, потому что будем вдвоём навсегда»…
А в ответ – лишь эхо музыки его волшебной флейты в чёрной тишине звёздной ночи…
/Из легенд Старого Города
P.P.S.
– Есть древняя легенда о маге, который однажды забрёл в человеческий мир и потерялся там на многие века, не зная и не помня ни кто он такой, ни как вернуться обратно, – сказал таинственный и тихий голос во тьме, всё более различимый и явственный как мужской голос, и в тот же миг вдруг в этом абсолютном мраке возник совсем маленький бледный отблеск искры света.
Между тем таинственный голос продолжал свой рассказ:
– Это была старая легенда о потерянном древнем духе, таинственном страннике, знающем всё на свете, но не знающем самого себя. Так бывает, что ты ищешь ответы на вопросы, которые в этом мире всё равно тебе не будут даны, потому что в мире людей ответов на них всё равно не существует для того, кто сам не является человеком.