Пёс-призрак. Легенда Чёрной Долины

– Чёрт, что это? – он был в растерянности и резко отшатнулся в сторону.

Внезапно одна из уток резко нырнула в воду, и вся поверхность заволновалась, покрываясь серебристой рябью. Тоже самое сделала и другая утка, притом совсем рядом… И странное видение исчезло.

А когда вода немного успокоилась, и Клаус снова попытался хоть что-то рассмотреть в том же месте, там уже ничего не было. Только какие-то камни на дне, да разноцветные рыбки у самого берега.

Однако совершенно неожиданно он заметил красивое призрачное мерцание маленького голубовато-аквамаринового огня под водой.

Это было странно, но очень необыкновенно красиво. И он почувствовал себя почти околдованным.

Призрачный голубоватый свет во мраке…

Очень удивлённый, он наклонился и погрузил руку в воду у самого берега, а когда снова вынул руку из воды и раскрыл ладонь, то увидел, что в руке у него лежит какой-то красивый большой гранённый камень, похожий на очень светлый сапфир или голубой бриллиант.

– Как это здесь оказалось?

Он немного повертел таинственный камень в руках.

– Драгоценный камень? Тогда как он здесь оказался? А если это не драгоценность, то в таком случае, что это такое? Просто красивая стекляшка? Нет, тоже не похоже, – и для пущей убедительности он сжал камень в ладони, ощущая сначала холод, а потом постепенное нагревание кристалла от тепла его руки. – Это явно камень.

С минуту он помолчал, с немалым интересом рассматривая свою неожиданную и красивую находку. А потом просто снова спросил словно у самого себя всё также вслух:

– А может, это какой-то местный артефакт?

Камень был довольно большим, размером с небольшое яблоко или абрикос, однако и впрямь выглядел как настоящий драгоценный камень.

И в этот момент он вдруг вспомнил синий камень в руках таинственной девушки из его непонятного повторяющиеся вот уже много лет сна: бегущие олени, стрела, ястреб, призрачная блондинка, синий камень на её бледной ладони, словно далёкий маяк во тьме…

Клаус немного растерялся.

– Я не верю в такие совпадения, – вдруг сказал он сам себе, а потом, немного подумав, просто добавил:

– Ладно, потом разберусь с этим, если это вообще возможно… Или нет, – и, недолго думая, он просто быстро сунул камень себе во внутренний карман пиджака.

Он снова задумался, глядя на призрачное мерцание воды.

– Словно странный сон или сон во сне, – сказал он тогда, погружённый в свои смятённые сложные мысли. – Мне надо подумать.

Клаус снова подошёл к самому краю берега и снова взглянул в воду. Какое-то время он всё ещё стоял и вглядывался в тихую озёрную гладь, так же недоумевая, растерянный и удивлённый, и совершенно неожиданно снова увидел нечто странное.

Это была тень, отражённая на поверхности воды. Тёмная тень, почти призрачная из-за лёгкой ряби на воде, которую потревожил порыв ветра. И в какой-то момент Клаус-Эдвард понял, что это была отражённая тень кого-то, кто стоял в этот момент прямо за его спиной.

Именно тогда он понял, что этим «кем-то» была огромная собака чёрной масти, словно немного фосфорицирующая призрачным синим отблеском, с сияющим золотым огнём взглядом. И это было так, словно он увидел демонического пса из древней легенды Чёрной Долины собственной персоной.

И по мере того, как вода становилась всё более и более спокойной, образ демонического пса становился всё более и более отчётливым и реальным.

И тогда Клаус-Эдвард сделал то единственное, что было необходимо сделать в этот момент. Он просто стремительно и резко обернулся.

«Чтобы это ни было, жизнь всё равно всего одна. Дважды не умирать», – подумал он тогда.

Он просто обернулся.

Он даже не знал, что чувствовал тогда. Он просто действовал чисто инстинктивно.

И это было и впрямь очень странное ощущение.

Однако к его удивлению рядом с ним никого не оказалось. Буквально.

Тогда он ещё более растерянно огляделся по сторонам, а затем снова всмотрелся в воду, словно надеялся найти там то, чего там явно быть не могло и, соответственно, не было.

Теперь это была просто вода красивого чистого озера, по поверхности которой всё ещё плавали лепестки цветов, упавшие с цветущего дерева, стоящего у самой кромки берега…

«Это было странно, даже слишком странно», – думал про себя Клаус-Эдвард, когда возвращался по лесной тропе к дому.

В лесу как раз раскричалась какая-то птица, и на мгновенье он снова остановился, чтобы понять откуда исходит этот крик.

Однако он почти сразу понял только одно: то, что скоро начнёт темнеть, и просто ускорил шаг…

И снова наступил вечер.

Какое-то время Клаус немного посидел в библиотеке, пытаясь привести мысли в порядок после своего странного лесного приключения.

Он снял пиджак, бросил его тут же на диван и даже налил себе в стакан немного шерри.

Глоток, другой…

И вот уже появились первые сигналы самоуспокоения.

– Бред какой-то. Я просто устал и уже немного схожу с ума из-за всех этих историй о призраках Чёрной Долины, – просто констатировал он тогда и поставил уже пустой стакан на тумбочку…

Немного погодя он попытался снова поработать над своими файлами, проверить несколько документов, как делал это весь прошедший день. Притом это было ему нужно скорее для того, чтобы привести мысли в порядок, чем для какой-то особой творческой или научной цели. Однако работа у него явно не клеилась.

На небо уже вышли первые звёзды. И, медленно выплывая из-за облаков, уже призрачно замерцала луна.

Клаус снял очки, устало потёр переносицу, а затем встал из-за рабочего стола.

Он уже хотел выйти из библиотеки, но в какой-то момент его взгляд вдруг упал на пиджак, всё ещё лежащий на краю дивана. Он подошёл поближе, наклонился и достал из внутреннего кармана красивый голубой камень, который недавно нашёл в озере.

И в лунном свете этот светло-синий камень словно замерцал изнутри маленькими золотистыми искрами, похожими на таинственные скрытые в самой его глубине галактики…

Уже позже, всё также погруженный в странный сумбур своих мыслей, он пошёл вниз на кухню, чтобы немного отдохнуть и заварить себе по-обыкновению свой любимый чай.

Немного щуплый, но очень высокий и хорошо сложённый, Клаус-Эдвард выглядел крайне интеллигентным и немного прохладным, как древний величественный викинг-шаман из старых легенд, чему способствововал ещё и небольшой хвостик, в который он часто собирал совсем внизу у шеи свои достаточно длинноватые светлые волосы на голове. Он редко распускал волосы. Но сегодня он так устал, голова болела, и он просто снял резинку с волос и положил на кухонный стол, когда заваривал чай.

За окном уже была чернильная ночь.

Клаус сделал несколько глотков горячего чая и постепенно расслабился.

И только внезапно заухавший в лесу филин напомнил ему о том, что наступил слишком поздний час…

Когда он уже был готов лечь спать и был в своей спальне на втором этаже, он подошёл к письменном столу у окна, чтобы выпить немного чая из чашки, которую предусмотрительно взял с собой наверх на второй этаж, где была его комната.

На какой-то миг он постарался прислушаться к необыкновенной тишине, которая вдруг воцарилась вокруг него в этот вечер, словно пытался понять действительно ли так уж тихо вокруг. Как будто странный вой прошлой ночи всё ещё заставлял его быть более настороженным.

А может, такой бдительности способствовало вечернее видение странных призраков в воде?

«Призраки озера… – подумал он тогда. – А может это были ундины или духи? Может это был знак не в меру разыгравшегося воображения? Или может, это просто шерри?.. Да и были ли они там?.. Или это просто очередная игра теней в лабиринте снов и теней этого мира?»..

Он не знал. Он просто слушал звуки ночи.

А может, это была просто попытка понять, так уж реальна ли это тишина и эта ночь, и этот дом, как и весь этот мир.

Он не знал, что именно он пытается услышать, он просто молча прислушивался, вдруг отставив чашку на письменный стол в своей спальне. А потом просто подошёл к своей постели и лёг, накрывшись лёгким одеялом.

Однако слушать он всё также не переставал…

Но нет, ничего не слышно. Только мерный ход больших напольных часов в тёмном холле на первом этаже. А ещё… Тихий и лёгкий ветер в ночи…

Сон – друг уставшего и наперстник мечтателя.

Наконец, и для Клауса-Эдварда Маш нашлась возможность снова погрузиться в царство Морфея.

Такой покой…

Иногда это всё, что необходимо, чтобы вернуть себе себя самого.

Волшебные духи, таинственные призраки леса из легенд, далекие звёзды…

Клаус постепенно начал погружаться в мир волшебных снов…

Сны… Как часто они даруют единственный миг покоя для беспокойного разума, который вечно ищет ответы на сложные вопросы, на которые, возможно, так никогда их и не найдёт.

Иногда даже целой жизни мало, чтобы понять этот суетный мир. А для того, чтобы понять самого себя, возможно, не хватит и целой вечности…

И, как всегда, даже на грани между сном и явью, Клаус-Эдвард Маш думал о том, что наверно и для него вся эта жизнь – лишь мнимая возможность понять то, что понять ему не хватит и целой вечности.

Хотя, возможно, он сможет осилить понимание красоты этой луны и наступающей ночи, а может, лунный луч, медленно проникающий из-за занавесок в комнату или эту странную тишину старого дома, наполненного таинственными скрытыми звуками незримого присутствия чего-то неведомого и непонятного, чем пропитана сама его атмосфера наверно уже много веков подряд…

Клаус снова открыл глаза и немедленно поймал взглядом лунный луч, упрямо проникающий из-под белых занавесок, слегка раскачивающихся на ветру.

«Так есть ли шанс понять хоть что-то непознаваемое, хоть эту красоту и очарование момента в вечности? Этой ночи или этого лунного луча?..»

Он не знал.

Он не знал ответа на эти вопросы, как и на многие другие.

Но он чувствовал неумолимо побеждающий сон. И в итоге к торжеству Морфея этот сон окончательно овладел его сознанием и реальностью.

И его реальность стала сном…

А может это сон стал реальностью?

Кто знает?..

Он уснул…

И всё бы ничего. Но вот случилась такая странная штука.

Совершенно неожиданно абсолютно глухой ночью Клаус проснулся от какого-то странного чувства беспокойства. Он открыл глаза и устало присел на постели, после чего нехотя встал и поплёлся вниз на первый этаж, где располагалась кухня, на которую он вознамерился вдруг пойти.

Одинокий худощавый мужчина в тёмных пижамных штанах и какой-то серой футболке. Распущенные светлые волосы с едва заметной проседью, они были почти ниже плеч. Глубокие, немного грустные и очень умные, как бы утопленные аквамариновые глаза с поволокой. Чуть удлинённое интеллигентное лицо, которое можно было бы даже назвать красивым, если бы это лицо в тоже время не было наделённым печатью слишком отстранённой и странной привлекательности, которая делала его не таким сладким и милым, а более прохладным и далёким, создавая впечатление о его обладателе, как об обаятельном, но слишком уж нетипичном. И этот мужчина, по имени Клаус-Эдвард Маш, чувствовал себя довольно встревоженным и уставшим.

Когда он спустился на первый этаж и оказался на кухне, он даже не включая свет, налил себе стакан минеральной воды, сделал несколько глотков, а затем направился назад вместе со стаканом в руке.

Он прошёл по коридору назад к лестнице, ведущей на второй этаж.

Он был такой сонный, что даже плохо соображал как туда добрался.

Через окна гостинной и нижнего холла в дом проникал призрачный лунный свет.

Темно и тихо. И только лунные лучи мягко наполняли пространство странной мистической атмосферой.

Он неспешно поднялся вверх по лестнице и, как только добрался до своей спальни, немедленно поставил стакан на прикраватную тумбочку и сел на край постели, справедливо полагая, что сейчас он, возможно, всё-таки, наконец, сможет ещё немного поспать.

Именно в этот момент дверь в его комнату чуть тихо шелохнулась. Вслед за этим раздался скрип половиц в старом доме, словно мимо двери кто-то осторожно прошёл.

– Может, садовник или смотритель? – предположил он и насторожился.

Но ни шороха, ни звука в ответ.

Клаус немного удивился и снова встал, чтобы выйти из комнаты и убедиться, что всё нормально.

Он подошёл к двери и просто открыл её…

И что же?

Ничего. Только темнота, да лунные лучи изредка мерцающие то тут, то там по стенам и полу.

Клаус снова вышел к лестнице. Он остановился прямо у перил, обрамляющих старинный лестничный пролёт на втором этаже, с которого полностью открывался вид на весь холл на первом этаже.

Он не спускался вниз. Он просто включил свет и осмотрел весь зал прямо оттуда.

Ничего.

Клаус-Эдвард снова немного удивился, но просто выключил свет и пошёл назад в свою комнату.

– Может, показалось…

И вдруг… хлопок позади него.

Он вздрогнул и резко обернулся.

И только в тот момент он увидел, что одно из окон рядом с ним слегка приоткрыто и хлопает от ночного ветерка.

– Чёрт, это уже слишком, – сказал он тогда сам себе, закрывая окно на защёлку.

Он вздохнул облегчённо.

Убедившись, что всё в порядке, он снова пошёл в свою комнату, но уже несколько более спокойный.

– Странный дом, – буркнул он сам себе под нос и уже более решительно направился в свою спальню.

Он прошёл мимо череды старинных картин на стенах, которые в этом месте были буквально ими увешаны. Всюду сцены охоты и сражений из разных средневековых легенд и сказок. Драконы, сокровища, феи, русалки…

Но на одной из картин в лунном свете отчётливо высветилась сцена из какой-то древней легенды, где на фоне таинственного сказочного леса, прямо перед фавнами и нимфами предстала сама королева фей. Вся в белом, в венце из цветов на голове, словно прекрасная Титания.

– А профессор, который жил здесь до меня, был любителем таинственного фольклора, – заметил он. – Похоже, в этом мы с ним похожи.

Клаус устало вздохнул и вернулся в свою комнату.

– Может, всё-таки удастся немного поспать. Может быть, наверное… Не знаю… Хотя, возможно, я и так уже давно живу здесь как во сне. В очень странном сне…

Он снова сел на постель, однако немного напряжённо, словно ожидая, что ему в очередной раз придётся вставать, и прислушиваясь к каждому шороху и звуку. Он словно даже и не расчитывал на момент долгожданного покоя.

И он был, по всей видимости, прав, когда предположил, что что-то снова будет не так. Это было слишком очевидно.

Так и случилось.

В этот момент он ощутил непонятную возню за окнами его старинного коттеджа.

Это было совершенно неожиданное и непонятное ощущение.

Он встревожился и удивился, не включая свет встал, подошёл к окну и немного отодвинул занавески.

Никого…

Но вот из-за облаков внезапно выплыла луна и осветила лужайку перед домом. И буквально на какой-то миг на границе между лунным светом и ночными тенями вдруг вирисовался странный силуэт, как тогда в саду прошлым днём. Однако в тот момент Клаусу показалось, что на этот раз это была тень не человека, а огромной собаки.

Это была странная тень. На миг возникла между ветвей, сверкнув глазами ночного хищника, а затем вновь ускользнула во мглу.

– Что это может быть? Неужто ко мне пожаловал сам Лугару?

Но внезапно небо снова заволокло тучами. Стало более темно и совсем ничего непонятно.

Клаус уже хотел отойти от окна. Однако ему совершенно отчётливо послышалось тогда, словно кто-то ходит за окнами по саду. И он снова пригляделся повнимательнее…

Однако – нет.

– Видимо, я ошибся, – сказал он тогда себе достаточно убедительно, даже слишком убедительно, а потому довольно быстро успокоился, а где-то и «самоуспокоился», и, наконец, всё-таки снова лёг спать, притом даже немного рухнул на постель, почти благоговейно закрывая глаза.

И в этот момент он действительно ощутил долгожданное умиротворение.

– В этом таинственном месте легко стать пленником своего собственного воображения, – тихо сказал он тогда, медленно погружаясь в сон.

Он уже начал засыпать, когда за окнами его дома поднялся лёгкий ветер, а затем стал накрапывать тёплый летний дождь.

– Как хорошо, – пробормотал он тогда почти сквозь сон, даже не открывая глаз.

И это было действительно так.

Лёгкий летний дождь за окном…

И спасительный сон, наконец, окончательно накрыл его своей уютной тёплой волной лёгкости и древней тишины.

И он увидел далёкие звёзды, и далёкие вершины гор, цветущие цветы и падающие кометы, воющего волка на вершине горы, мистический блеск светлячков под горой и призрачные блуждающие огни в древнем лесу…

Множество волшебных огней, как один одинокий огонь в туманной вечности, то ли огонь звезды, то ли волшебного фонаря…

А может, это был таинственный свет в саду его дома?..

Именно тогда в глубине таинственного ночного сада возле коттеджа «Лесной Остров» и впрямь вдруг вспыхнул какой-то далёкий свет, словно свет фонаря, отражающий свет луны на ночном небе загадочным земным огнём.

Этот странный далёкий свет и в самом деле, по всей видимости, был светом старинного фонаря, по крайней мере, судя по медленному передвижению через заросли и ветви деревьев. Он словно плыл по воздуху через вязкую тьму ночи, подобно одинокому блуждающему огню. Но только чья рука держала его?

В какой-то момент казалось, что он приближается к дому. Но потом он внезапно замер на месте на какие-то считанные мгновения, словно в нерешительности.

Так прошло пол минуты, может, больше…

И внезапно таинственный свет начал постепенно отдаляться. И это было так, словно тот, кто держал в руках фонарь, излучающий этот свет, просто медленно уходил прочь от дома через сад в глубину чёрного ночного леса, пока совсем не затерялся глубоко в чаще.

Вслед за этим послышался тихий свист.

Так обычно подзывают собаку.

И таинственный огонь, наконец, окончательно скрылся в ночном лесу…

Однако Клаус-Эдвард Маш уже уснул и просто не знал об этом таинственном ночном происшествии возле его дома под названием «Лесной Остров». Ведь в его мире снов тоже сияли звёзды и мерцали таинственные блуждающие огни…

P.S. Легенда о маге Чёрной Долины —

Это был одинокий маг и отшельник, странник и пришелец из Другого мира.

Он часто гулял в совершенном одиночестве по лесам и полям, говорил с ветрами и звёздами.

Говорили, он бессмертнен. По крайней мере, его видели многие вот уже несколько поколений людей, а он был всё также молод, по виду что-то от тридцати до сорока, словно без возраста, как вечный Сфинкс, как будто время для него остановилось и даже не затронуло.

Говорили, он знал такие великие тайны мира, глубину и значение которых обычному человеку просто не дано понять.

А ещё говорили, что, возможно, и не человек он вовсе, а некий древний демон из давно позабытых Подземных миров, который просто потерялся в мире людей и всю жизнь ищет дорогу домой…

/Из легенд Старого Города

P.P.S

– Когда наступает ночь, ты часто спрашиваешь себя о том, прячется ли в её тьме нечто враждебное и опасное, маг? – снова спросил тихий голос во тьме.

На какой-то миг голос затих, а потом снова продолжил свой странный монолог:

– Я знаю, ты часто спрашивал себя об этом и искал снова и снова простые ответы, которые могут дать удобные стереотипные клише, которые принято применять в человеческом мире. Однако тебе придётся выбросить все эти клише, если ты хочешь понимать правду, а не удобный вымысел. Ведь хочешь ты этого или нет, настоящее и самое опасное зло прячется не во тьме ночи и не ряжено в чёрные одежды. Настоящее зло прячется под маской голого белого света. Ведь именно при свете дня легче всего спрятать самые чёрные тени. Никогда не ищи чёрную тень во тьме ночи, маг. Там её просто нет. Но всегда опасайся настоящих теней при свете дня. Именно там можно хорошо скрыть самые чёрные и опасные из них. Ведь только при самом ярком свете дня они способны раствориться, словно призраки, да так, как будто бы их не существует на самом деле.