Академия Астра. Обручённые судьбой

Пролог

– Виктория бросила меня из-за тебя, Хлоя, – озлобленно прошипел мне на ухо Ро́ман.

Гремела музыка, пары с удивлёнными возгласами отскакивали прочь, чтобы не испортить наряды о кружащие вокруг нас искры пламени и льда. Ро́ман сжимал мои пальцы так сильно, что хрустели кости. Его рука, лежащая на моей талии, обжигала морозом даже сквозь ткань платья. Синие кристальные глаза смотрели в мои с нескрываемой ненавистью.

– Не выдумывай, Блэкторн, – выплюнула я яростно, пытаясь выдернуть руку из его хватки. Но проще было бы сдвинуть звезду с орбиты. – Она бросила тебя, потому что поняла, какой ты…

– Ну давай, разозли меня сильнее, Искорка, – зловеще ухмыльнулся он, и несмотря на злость, по моей спине пробежался холодок плохого предчувствия.

Я знала этот взгляд, ловила его на себе все три года учёбы, прежде чем получить очередной удар от противного огневика. Он что-то задумал. Впрочем, это стало понятным, когда он оттолкнул моего кавалера и грубо утащил меня танцевать. На глазах у всей академии! Вечно он меня хватает, сто́ит зазеваться…

– У меня есть имя, Блэкторн, – в тысячный раз за месяцы наших столкновений повторила я. – Не понимаю, как Астра вообще приняла на учёбу такого…

– Ты прослушала моё предупреждение…

Обжигающие холодом пальцы грубо стиснули мой подбородок. Синие глаза обратились настоящими льдинками. В уголках чувственных губ мелькнула коварная улыбка, прежде чем они прижались к моим губам.

Ро́ман Блэкторн меня поцеловал!

А я пребывала в таком шоке, что могла только стоять с широко распахнутыми глазами и мычать. Не верила, не могла поверить в реальность происходящего. Но его губы были на моих губах, его дыхание обжигало кожу моего лица, его рука сжимала мою талию до потери дыхания. И его язык проникал в мой рот! Ужас!

Я опомнилась, попыталась сжать челюсть. Во рту разлился привкус крови. Ро́ман зашипел от боли, но вместо того чтобы прекратить, запустил пальцы мне в волосы, прихватил их у корней и потянул, нещадно вырывая жемчужные заколки. Боль пронзила сознание, и я невольно запрокинула голову. И Блэкторн сразу воспользовался моментом. Наглый язык вновь проник в мой рот, твёрдые губы с силой вжались в мои, не позволяя и мысли о сопротивлении. Я застыла и сама не поняла, когда закрыла глаза. Когда поддалась… Но стоило стону Блэкторна коснуться моего слуха, как сознание очухалось. Я резко рванула назад, толкая гада в грудь.

Музыка продолжала греметь. Но все адепты, что находились в радиусе трёх метров, прекратили танец и с разными оттенками эмоций на лицах смотрели на нас. Грудь моя вздымалась от тяжёлого дыхания, сердце стучало в районе глотки, мысли пребывали в хаосе. А гад Ро́ман самодовольно улыбался.

– Я больше не могу… Хлоя, – обратился он ко мне, и голос его зазвенел словно от отчаяния.

Я окончательно задохнулась от шока. Ро́ман оболгал меня перед всей академией и моим кавалером! Как можно быть такой сволочью?!

– Хлоя, что происходит? – Гаррет схватил меня за локоть и потащил прочь от столпившихся студентов.

Не в состоянии уложить в голове произошедшее, я на неверных ногах поплелась за ним. А на губах ещё горел лёд поцелуя Ро́мана.

– Он соврал, – пролепетала я, глядя на окаменевшее лицо своего спутника.

Гаррет Стил был привлекательным голубоглазым блондином, стихийником с факультета материи. Я как-то брала у него интервью и оставила ему мой номер для связи. Астра – сознательное воплощение академии Астрарум – отнеслась к нам благосклонно и позволила его сообщению дойти до моего артефакта. Мы начали общаться, Гаррет пригласил меня на бал. И только ради него я провела два часа в салоне, пока мне в волосы вкалывали сотню жемчужных заколок, половина из которых теперь висела белёсыми каплями. Я предвкушала танцы и первый поцелуй под огненными цветами игникорами, но вместо этого влетела в первую ссору.

– А я не верил слухам вокруг вас, – зло выдал Гаррет, когда вывел меня из зала в коридор.

Здесь было тихо. В разгар бала адепты предпочитали танцевать или уплетать сладости.

– Что? – удивилась я. – Какие слухи?

– Что вы пара в вечной ссоре, – скривился он.

– И ты поверил? – рассмеялась я. – Мы с Ро́маном терпеть друг друга не можем.

Он меня уж точно…

– Мы все видели, насколько, – отметил он иронично, и я невольно коснулась пылающих губ.

– Ро́ман сделал это специально, из-за ссоры со своей девушкой. Между нами ничего нет.

– Между нами с тобой уж точно. Не хочу, чтобы обо мне шептались как о замене, – он махнул рукой и отвернулся от меня, намереваясь уйти.

– Ты меня бросаешь, Гаррет? – ошалело обратилась я к его широкой спине.

– Да, – отозвался он.

Ошеломление вуалью соскользнуло с моего пламенного сознания. Я стремительно нагнала Гаррета и наградила его звонкой пощёчиной. А потом и толкнула огненной волной к стене.

– Это я бросаю такого глупца, как ты, Гаррет! – сообщила ему высокомерно, развернулась на каблуках и побежала прочь.

Обида жгла душу. Я столько надежд возлагала на этот бал, предвкушала веселье, поцелуй, прогулку под пылающими игникорами. Но, как всегда, появился Ро́ман и всё испортил!

Я покинула здание и вышла в прохладу весеннего вечера. Местами ещё лежал снег, но на величественных древах миров алели лепестки игникор, испуская мягкое сияние. Издалека они казались маленькими огоньками, охватившими помертвевшие ветки. Но эти цветы не обжигают, они дарят решимость и разжигают страсть. С началом цветения игникор в Астрарум приходит весна и постепенно на академию, что стоит на пересечении нитей всех миров, опускается тепло.

Зло пыхтя от негодования, я двинулась к спускающимся лианам ближайшего древа и протянула руку к одному из цветков. И стоило коснуться нежного лепестка, как его сияние усилилось, а нос защекотал воодушевляющий аромат. Ярость ушла, сменяясь решимостью.

– Я уничтожу репутацию Ро́мана Блэкторна! Клянусь! – пообещала уверенно.

И это обещание следовало выполнить, иначе игникоры не простят. Поэтому стоило бы начать прямо сейчас.

Я хотела было развернуться, понестись обратно в академию, чтобы для начала устроить разнос наглецу Блэкторну, но вдруг заметила над головой какую-то тень. Послышался странный шелест, и меня вдруг припечатало к земле мощным ударом. Грудь сдавило от тяжести. Спина взорвалась болью. Зажмурившись на миг, я открыла глаза и закричала от ужаса. Надо мной поднялся огромный чёрный паук. Маленькие соты-глазки горели алым огнём. Я лишь успела придушенно всхлипнуть, когда острый шип на конце пушистого тела вонзился в мою грудь. Сознание пронзило новой вспышкой боли. Дыхание сбилось. Рот наполнился горячей кровью. А паук развернулся, и острый шип направился мне в голову.

Я со вскриком подскочила на кровати. Руки беспорядочно зашарили по волосам и груди, но ран не было. Лишь таяли отголоски фантомной боли. Неужели это всё настолько реалистичный сон?

– Эй, Шторм, возвращаю бигуди, – в комнату заглянула моя соседка Бекка и бросила на тумбу у входа сумочку с набором для укладки волос. – Ты будто привидение увидела. Вставай, пора собираться к балу, – и, рассмеявшись, закрыла дверь.

– К балу? Что?

А ведь я помню этот момент. Появление Бекки, возвращение бигудей. Всё это происходило в день весеннего бала!

Дрожащие руки подхватили потрёпанный артефакт связи в виде стеклянной пластины и активировали экран. Судя по дате… сегодня день бала.

Как такое возможно? Меня что… вернуло во времени?!

Глава 1

/Хлоя Шторм/

Сон был таким реалистичным, что я долго приходила в себя. Потому день внезапно пошёл со сдвигом просмотренного ночью сценария. Я начала везде опаздывать!

– Ещё немного, и мне пришлось бы отменить запись, – чопорно произнесла миссис Бернс, мастерица салона «Искрящиеся локоны». У неё были золотые руки, но скверный характер. – Садитесь быстрее, Хлоя.

Проведя рукой по уложенным в тугой пучок седым волосам, она дёрнула узким подбородком, указывая мне на чёрное кресло.

– Прошу прощения, – на ходу сбрасывая пальто, я вручила ей шкатулку с заколками. – Меня сегодня убили во сне, представляете? Было так больно. Весь день в груди будто дыра. Хорошо, что это только сон, – прошелестела, опускаясь в кресло.

– Вы с факультета порядка, Хлоя, но верите, что это был просто сон? – скептически протянула она.

Перед записью миссис Бернс обязательно требовала назвать факультет и полное имя. По её словам, не любила работать с некромантами, природниками и почему-то со сноходцами. Но против портальщика в моём лице не имела ничего против.

– Огромный паук на территории академии? Нет, это точно сон, – иронично фыркнула я, мимолётно коснувшись губ. Глупость, конечно, но мне казалось, на них до сих пор ощущается вкус поцелуя Ро́мана. – Естественно, я понимаю, что это предупреждение о возможных неприятностях, – спохватилась, заметив, как женщина сердито поджала тонкие губы.

– В Центре Миров не бывает случайных снов. Не упустите судьбоносный момент, Хлоя, – посоветовала она, открывая шкатулку. – Ох, какое богатство. Люблю работать с древностями. Родовая ценность?

– Да, мамины. Она умерла, когда я была ребёнком, но мне достались её украшения. Драконий жемчуг из моего мира, – поделилась я. – Наш род свергли, я подалась в бега, и мне вдруг пришло приглашение в Астру. Естественно, я согласилась.

– Вы из правящего рода своего мира? Далеко он от Центра Миров?

– Да, перед вами несчастная сирота, зато принцесса и несостоявшаяся императрица, – притворно приосанилась я, похлопав себя по щекам. – Мой дом далеко, и не уверена, что вернусь в него после завершения обучения.

Мы находимся в Центре Миров, где пересекаются нити силы всех миров нашей необъятной вселенной, формируясь в Сердце Мира. Это невероятное место, наполненное магией и разнообразными созданиями. И здесь вокруг Сердца Мира выстроилась академия Астрарум, живой артефакт со своей волей и необъятной силой. В неё невозможно поступить и попасть по своей воле. Академия сама призывает адептов. И каждый из призванных может стать важной фигурой в паутине судьбы своего мира, но никому не известно, какую он сыграет роль. Возможно бесконечное число вариантов, от воспитания в стенах академии легендарного героя, до обучения будущей матери такого героя или просто отца трактирщика, что однажды отравит опасного злодея.

Не знаю, какую роль я должна сыграть в истории своего мира, но приглашение в Астрарум пришло в момент крушения привычной жизни и спасло от отчаяния. Здесь я обрела возможность для передышки, новый путь, друзей. Потому всё чаще подумывала остаться в Этерионе, расположившемся рядом с академией городе-порту. В конце концов, в родном Аметриксе меня ждёт только брак с сыном узурпатора. Моя ненависть давно рассеялась, обиды прошли, да и скорби не случилось, ведь я почти не знала родителей, потому и не чувствовала связи с прошлым. Наоборот, временами радовалась, что переворот избавил меня от роли брачного товара и позволил стать личностью. Тем более, смена власти прошла бескровно.

– Если считаете, здесь ваше место, задержитесь, Хлоя.

– Я думала остаться, – поправила её осторожно.

– О нет, Хлоя, студенты Астрарума не остаются, они только задерживаются, – по-доброму улыбнулась она. – Поверьте мне, я повидала сотни выпусков.

– Если я вернусь, меня выдадут замуж. А я терпеть не могу возможного мужа.

– Понятно, – она задумчиво присмотрелась к шкатулке. – От любви до ненависти, Хлоя, одна смерть.

– Что? – опешила я.

– Говорю, от любви до ненависти один шаг, – повторила она, откладывая шкатулку. – У вас шикарные волосы, восстановление не нужно. Пойдёмте их мыть.

– Пойдёмте, – растерянно кивнула я.

Мне послышалось или нет?

Бернс завершила причёску, и я перебежала в другой салон, где мне сделали прекрасный макияж с огненными стрелками и блёстками на щеках. Оставалось прыгнуть в платье и отправиться веселиться.

Видимо, на фоне «недавней смерти» я испытывала сегодня особую любовь к жизни, потому обратно к академии не бежала, уткнув взгляд в дорогу или конспект, а смотрела по сторонам, словно впервые попала в Центр Миров. Вокруг меня поднималось архитектурное безумие, гномьи приземистые домишки прижимались боками к изящным эльфийским особнякам, живописные садики фейри упирались в мрачные заграждения вампиров, русалки пели в ветвях исполинов деревьев и сигали с нереальной высоты в пруды с золотистыми и серебряными водами. В эфирной дымке неба плыли духи воздуха и величественные дракониды, среди которых умело лавировали суда. А вдали в пиках сияющих гор мне виделось отражение моего родного Аметрикса с его необъятными зелёными долинами и бесконечными лесами. Кому-то везёт видеть над величественными вершинами последки множества миров, мне же всегда предстаёт прошлое.

В академию я вернулась позже планируемого. Главное здание пока было закрыто для подготовки к балу, зато на дорожках и вокруг зданий факультетов царила суета. Под лианами с распустившимися игникорами гуляли парочки. Между цветами летали бабочки. Несмотря на название, в жилом здании факультета порядка царил полнейший беспорядок. Девушки носились по коридорам, громко общались, ругались, чуть ли не на ходу укладывали волосы и творили макияж.

Я появилась в здании позже, чем во сне, потому произошло нечто новое. Когда поднималась на свой этаж, возле меня пронеслась сердитая Виктория, новая девушка Блэкторна. Следом за ней на лестничную площадку выбежал Ро́ман собственной персоной. И будто удивился моему появлению.

Вороные волосы непокорными волнами разметались по широким плечам, на волевом лице с яркими синими глазами обозначилась мина недовольства. Он будто вылетел из постели: шёлковая белая рубашка была расстёгнута, демонстрируя мускулистый торс и крепкий живот, а штаны держались на крепких бёдрах явно только за счёт моей удачи. Если бы они упали, пришлось бы заменять румяна на лице мертвецки-бледной пудрой.

– Шторм… – ледяным тоном процедил Ро́ман, быстро опомнившись от удивления.

– Прикройся, Блэкторн, застудишь грудь, – поморщилась я, проходя мимо него.

Губы снова горели, с трудом удалось удержать себя от того, чтобы потереть их тыльной стороной ладони. Надо беречь помаду. Она не настолько стойкая.

Интересно, а она выдержала поцелуй Ро́мана? Проклятье! О чём я вообще думаю?

В своей комнате мне стало спокойнее. Она хоть небольшая, располагает лишь столом, кроватью, шкафом, стулом и душевой, но уютная и выделена мне одной на всё время обучения. А портальная магия позволила мне создать несколько пространственных карманов для гардероба и гостиной. У окна в стазисе парило украшенное по лифу сияющими кристаллами алое платье с пышной юбкой. Во сне оно село великолепно. Надеюсь, реальность не будет отличаться от сновидения.

Мой артефакт пиликнул, и я сразу вытянула его из сумочки.

«Жду не дождусь вечера», – писал Гаррет.

В академии обучаются люди и существа со всех миров, и магия Астры позволяет пользоваться привычными артефактами связи. Правда, от самой же академии зависит, станут ли они контачить. Если Астра упрётся, может даже переслать любовное приглашение одного лица другому адресату, либо и вовсе потерять послание. Но у нас с Гарретом таких проблем не возникало, наши артефакты нашли общий язык так же легко, как и мы с ним.

«И я вся в нетерпении», – ответила с улыбкой, но вновь коснулась губ.

Нужно сделать всё возможное, чтобы сон не сбылся. Меня должен поцеловать не этот раздражающий Ро́ман, а прекрасный во всех смыслах Гаррет!

Глава 2

/Хлоя Шторм/

Вечер проходил по сонному сценарию. Гаррет встретил меня у входа в жилое здание и здесь вручил мне брошь в виде алого цветка игникора, которая очень удачно подошла к моему платью.

– Так красиво, Гаррет, спасибо! – поблагодарила я, трепетно касаясь покрытых сияющей глазурью лепестков. – И ты выглядишь чудесно.

– Спасибо, Хлоя, – он чуть шутливо встряхнул распущенными светлыми волосами и подмигнул мне голубым глазом. – Но ты прекраснее всех.

– Пообещай мне отличный вечер, – попросила я, опуская руку на его локоть. – Сегодня нарвалась на Блэкторна, он злющий. Уверена, сделает какую-нибудь гадость.

– Хм, Блэкторн? – по лицу Гаррета пробежала тень.

– Да. Мы сталкиваемся с первого курса, но почему-то не особо далёкие сплетники считают это признаками пары. Такой вздор! Разве влюблённый юноша будет замораживать мою сумочку или создавать лёд под моими ногами, чтобы я упала?

– Смотря сколько лет этому юноше, – усмехнулся Гаррет. – Значит, между вами ничего нет?

– Конечно! Блэкторн ужасен. Настолько ужасен, что я просила Астру о переводе на другой факультет, но она не одобрила. Поэтому пообещай, что этот вечер будет чудесным, и никакой Блэкторн его не испортит.

– Обещаю, Хлоя, – Гаррет склонился ко мне и оставил на моей щеке нежный поцелуй.

Я вся зарделась, настолько мне было приятно. Да и эта пустота в груди почти отпустила. Вечер пройдёт замечательно. Гаррет обещал.

Главное здание открыли, и теперь мы могли насладиться великолепием оформления бального зала и коридоров первого этажа. Под потолками на иллюзорных ветках сияли игникоры, они же вспыхивали искрами под нашими ногами. Между ними летали разноцветные бабочки. Они появляются в период цветения загадочных игникор. Никто не знает секрета этих необычных цветов и причин их воздействия, но можно сказать одно: они – олицетворение волшебства.

В зале играла музыка, накрытые угощениями столы приглашали насладиться закусками и напитками. Адепты бродили по помещению, восторженно любуясь иллюзиями и цветами игникор, а кто-то танцевал под неспешную мелодию.

– О, Хлоя, сегодня ваш журнальчик не работает? – мимо меня проплыла Стервоза Хрюковна.

На самом деле её зовут Стелла Харпер и она худая, как палка, но ужасный характер сформировал для неё вот такое прозвище. А меня она не любила особенно, потому что, по её мнению, я обошла её нечестным способом и забрала место в редколлегии академической газеты. Естественно, она не помнит, что я одна из немногих, кто формирует предсказания в эфирной связи с самой Астрой.

– Вот поэтому тебя и не взяли, Стелла, не журнальчик, а журнальный кружок, – отбила я, потянув Гаррета прочь от Стервозы с её подпевалами.

– Ты меня тупой назвала? – прошипела она.

– Нет. Говорю, читай усерднее книжки. Или Астра не пускает тебя в библиотеку?

Не удивлюсь, если Стелла станет в своём мире злодейкой. Хотя… она слишком глупа для такого.

– Ты чрезвычайно высоко задрала свой курносый нос, Хлоя, – издевательски рассмеялась она. – Будет тяжело падать.

Фыркнув, она эффектно взмахнула чёрными кудрями и понеслась прочь. Подруги последовали её примеру, фыркнули на меня и побежали за ней.

– Неприятные личности, – отметил Гаррет.

– Да, – подтвердила я задумчиво.

Во сне ответила ей иначе и, соответственно, получила другую реакцию.

– А пойдём танцевать, – я схватила его под локоть и потянула в центр зала.

Надо успеть насладиться моментом и сбежать до рывка Блэкторна. О! Или поцеловать Гаррета прямо сейчас! В конце концов, что медлить?

Гаррет перехватил мою руку, приобнял меня за талию, и мы закружили по залу, глядя друг другу в глаза. Как же он всё-таки красив и галантен. Не мог он так противно меня бросить. Это точно сон.

– Хочешь меня поцеловать? – я погладила Гаррета по плечу.

Голубые глаза распахнулись в лёгком удивлении, но тут же наполнились предвкушением.

– Можно?

– Нужно, – благосклонно кивнула я.

Гаррет радостно выдохнул. Хватка на моей талии усилилась, но не стала ледяным капканом, как в случае с Ро́маном. Ох, опять я думаю об этом дурацком сне! Гаррет склонился ко мне. Его дыхание защекотало кожу лица. Я прикрыла глаза и… чуть не упала, когда меня резко дёрнули за руку.

– Ай! – вскрикнула я, налетая ладонями на твёрдую грудь.

Хоть и понимала, кто это может быть, но в надежде подняла взгляд и… наткнулась на ледяную бурю глаз Ро́мана. Ну вот за что?!

– Я ничего не делала. Не трогала Викторию. Никогда с ней не разговаривала. Я не виновата, что она тебя бросила! – выпалила на одном дыхании и попыталась рвануть из крепкой хватки.

– Раз знаешь, на что я зол, к чему откладывать? – ухмыльнулся он с яростным предвкушением в морозных глазах.

Я охнула, снова попыталась вырваться, да не вышло. Наглые пальцы слишком знакомо нырнули в мою причёску, вырывая несколько шпилек. Миг боли. Слёзы на глазах. И поцелуй. Такой же яростный, как мне приснился. И вот вроде бы во второй раз я не должна была теряться, да только снова стояла статуей и из всех возможных вариантов действий предпочла прикрыть глаза.

– Отпусти её!

На этот раз меня оторвали от Ро́мана, и я оказалась в объятиях Гаррета.

– Драка! Драка! Драка! – проскандировал кто-то из наблюдающих.

Кажется, моя подруга Ирис Торн. Вот же злодейка…

А Ро́ман яростно ухмыльнулся, сжав перед собой кулаки.

Ой, так нельзя, этого во сне не было!

– Отойди-ка, Хлоя, – Гаррет просто меня отодвинул.

– Что-о?! Нет! – я повисла на его плече, не подпуская к бешеному Ро́ману.

Он хоть и с факультета порядка, но отлупит любого стихийника. Я-то знаю, он каждый день тренируется перед окном моей комнаты. Думаю, делает это специально, как и специально избавляется от рубашки, чтобы побесить меня, ведь полигонов на территории академии достаточно. Но сейчас важно другое, с Блэкторном лучше не драться! Его кулаки лишили меня большей части поклонников.

– Гаррет, давай просто уйдём, пропустим бал, сядем под игникорами и будем целоваться весь вечер, а? – попросила несчастным голосом, заглядывая в голубые глаза ухажёра. И в них появились проблески сомнений. – Ну зачем тебе эта драка? Он же специально. Хочет испортить нам бал. А ты мне обещал замечательный вечер. Или уже забыл?

– Да-да, иди, Стил, побереги своё прекрасное личико, – издевательски ухмыльнулся Блэкторн.

И меня снова отодвинули. Подёргивая головой, чтобы размять шею, Гаррет направился к сопернику. Пара выпадов, обмен уколами, и мой кавалер рухнул на пол с разбитым носом.

Ненавижу Ро́мана Блэкторна!

Глава 3

/Хлоя Шторм/

Гаррет снова меня бросил. И снова обвинил в связи с Ро́маном. Это когда я оттащила его в госпиталь и там встревоженно ожидала, когда его нос поставят на место. Так что этот истерик улетел обратно в госпиталь, на этот раз при ускорении огненной волной.

– Это я тебя бросаю, идиот! – сообщила захлопнувшимся за ним дверям и зашагала прочь по пустому коридору.

Бешенство застилало взор. Хотелось отыскать Блэкторна и хорошенько его поджарить. Но мы это уже проходили, моему огню не совладать с его льдом. По крайней мере, пока мой дар не раскрылся в полную силу. Да и дерусь я посредственно. Оставалось только идти плакаться игникорам или возвращаться на бал к подругам. Но ни к чему им видеть мою кислую мину и испорченную причёску. Пусть наслаждаются вечером. А я… хотя бы высплюсь.

– Спасибо, Ро́ман Блэкторн за прекрасный вечер! – прорычала в пустоту тёмного коридора.

Эхо моего крика сменилось до жути пугающим шелестом. Охнув, я попыталась окружить себя огнём, но не успела на миг. Сверху на меня навалилась тяжёлая туша. Последние мгновения жизни пронеслись калейдоскопом. Удар лбом об пол, миг боли, когда жало вонзилось в спину, и новый удар по голове.

– А! – я резко подскочила на кровати

Сердце стучало в районе глотки, тело дрожало. Места ударов горели огнём.

– Это точно не сон!

– Эй, Шторм, возвращаю бигуди, – в комнату заглянула моя соседка Бекка и бросила на тумбу у входа сумочку. – Ты будто привидение увидела. Вставай, пора собираться к балу, – и, рассмеявшись, закрыла дверь.