Свольн. Путь в воины

– И впрямь странно, редко такое бывает, – сел я на камень, наблюдая за тремя лодками старателей из нашего поселка.

Ловцы жемчуга ныряют, проводят под водой много времени и возвращаются в свои судёнышки, где выгружают из поясных сумок свой улов. У каждого ныряльщика есть кристалл защиты, но он не очень мощный, против мёртвой акулы не сработает, максимум отпугнёт медуз. Кстати, ловцы чаще гибнут от обычных морских хищников, которые почему-то спокойно сосуществуют с плавающей нежитью. Мёртвая и живая акулы спокойно могут плавать бок о бок и не устраивают драк, если только не начнут делить пропитание. Ныряльщики в поселении пользуются большим уважением и почётом, работают вот только лет пять, а потом уже не хватает дыхалки и проворности.

– Алексаш, неужто решил податься в ловцы? – подошёл ко мне бывший сборщик жемчуга, у которого десять лет назад акула откусила половину ноги, когда он уже забирался в лодку.

– Нет, это не по мне, – поморщился я.

– А чего так? – присел он рядом со мной.

– В воде немного от тебя зависит. Как никак, а это стихия, – ответил я и сказал: – А ты, Валин, смотрю ностальгируешь, почитай каждый день на берег приходишь.

– Море затягивает, – вздохнул тот. – Но уже никогда не смогу опуститься на морское дно и всё из-за собственной жадности и глупости!

Его историю неоднократно слышал. На морском дне он увидел огромную ракушку, но заметил и плывущую акулу. Жадность сыграла злую шутку, он мог подняться на поверхность и переждать, когда зубастая уплывёт, но побоялся, что течение унесёт лакомую добычу. Ракушку он взял, но с ней скорость всплытия замедлилась, акула атаковала. Уже придя в себя, после того как остановил кровь с помощью зелья восстановления Валин изучил трофей. Жемчужина оказалась мелкой, да ещё и с дефектом, а вот полноги он вернуть никак не смог. Если бы акула откусила и выплюнула, то смог бы ногу восстановить, но на это ушло бы грамм триста зелья. Да, те же воины больше всего опасаются потерять свои конечности в битве с нежитью. Если кто-то сожрал руку или ногу, никто уже их не восстановит. Правда, ходят байки, что в городах есть маги, способные за кучу золота вырастить всё что угодно. Как и с помощью чего они это осуществляют – неизвестно. Магических заклинаний не существует, а те же руны, создают своего рода артефакт, на который наносятся, да и то временный, пока не кончится мана.

– Ладно, пойду, меня ещё на мельнице ждут, – встал я с камня.

Бывший ловец мне ничего не ответил, продолжает сидеть и всматриваться в морскую гладь. Хм, а ведь у него семья и двое детишек, работы полно, но Валин каждый день по нескольку часов, в любую погоду, проводит на берегу. Хорошо хоть, что в винном стакане «не утонул», но жене от такого помощника толку мало.

До мельницы дошёл за полчаса, она стоит сразу за поселением, на речушке, которая впадает в море. Поток воды слабый, но колесо постоянно вращается, хотя и не быстро. Усилить предстоит не только каменные жернова, но и весь механизм, это понял с первого взгляда.

– Алексаш, долго же ты ходишь, – ворчливо встретил меня мельник.

– Сухош, я и не обещал, что прибегу, – спокойно ответил, а потом указал на вращающийся вал: – Одного не понял, тебе только жернова усиливать или всё?

– Смысл от жерновов без скорости? – пожал тот плечами и отвёл взгляд в сторону.

Мельник себе на уме, пузо у него приличных размеров, сам невысок и кряжист, а вот глазки прилично так заплыли с последней нашей встречи. Да, в поселении нет голода, но тучных людей раз два и обчёлся. Работа не даёт никому разжиреть, а Сухош явно не перетруждается, да и жена у него под стать. Вообще, семейство у мельника большое, двое сыновей, одна дочь, жена, старик отец, да сестрица на два десятка лет младше своего брата.

– Если весь механизм усиливать, то это не три серебрушки, – усмехнулся я. – Прости, но мана имеет определённую стоимость, а про работу и вовсе молчу.

– Торговаться решил? – хмыкнул мельник. – А ведь сами купите зерно и принесёте мне на помол. Не боишься, что стоимость возрастёт с пяти медных монет, до двадцати?

– Ха, думаю, мы найдём выход из положения, в том числе ты и молоть нам с дедом муку будешь бесплатно, – широко улыбнулся я, морщась от противного скрежета вала.

Блин, тут бы всё просто смазать маслом, да ухаживать за оборудованием, а не накладывать руны, тогда бы и мельница лучше работала. Большинство же людей привыкли решать проблемы с помощью магии, не желают пошевелиться!

– Бесплатно не стану ничего делать, – отмахнулся от меня мельник. – Хорошо, три серебрушки и впрямь мало, предлагаю пять и помни о моей щедрости.

– Три за работу, остальное отдашь исходя из расхода маны, – отрицательно покачал я головой.

– Что-то ты наглеешь, – прищурился мельник.

– Сухош, братец, ты бы пошёл отдохнул, а с Алексашем я сама договорюсь, – приглаживая волосы, заявила сестра мельника.

Мална красива и, как гуляют слухи по поселению, охоча до молоденьких парней. Впрочем, она далеко не старуха, ей всего двадцать восемь лет, но она уже вдова и позволить себе шашни на стороне может. Да и с кем ей ещё якшаться, если с женатыми опасно, так как волосы могут выдрать и рожу расцарапать супружницы.

Мельник на свою сестру посмотрел, ухмыльнулся и что-то той на ушко шепнул, после чего резко развернулся и ушёл.

– Алексаш, пойдём на мельницу, посмотришь, как можно сделать дёшево, но хорошо, – заявила Мална и как бы невзначай подправила свою грудь.

Вижу же к чему она подводит, но как совладать с молодым организмом, да когда ещё и знаю, что никаких последствий не будет?

– Показывай! – ответил враз охрипнув, в горле пересохло.

– Ну пойдём, – сдерживая улыбку, кивнула та.

Иду следом за молодой женщиной, а сам сумку с зельями переместил на живот, чтобы со стороны не показывать свой интерес к повиливающим бёдрам впереди. Привела она меня к мешкам с зерном, рядом с жерновами.

– Алексаш, давай скажу брату, что договорилась на семь серебрушек, а от себя ещё пять отдам? Ты только не говори ему ничего, – сокращая расстояние подошла она ко мне.

– Как скажешь, – кивнул, а потом взял её за плечи и посмотрел в глаза: – Уверена, что хочешь этого?

– Да и ты не против, – выдержала она мой взгляд и медленно запустила свою руку в мои штаны. – Ого! Даже не ожидала, что настолько!

– Договорились, – ответил, а сам руки на грудь женщины переместил, а потом стал и пуговки расстёгивать.

В этом мире не придумали лифчиков, задача упростилась. Амулет у Малны от зачатия на шее болтается в такт её колыхающимся налитым грудям. Она опёрлась о мешки с зерном, а я пристроился сзади и сдерживаюсь, продлевая процесс удовольствия. Управился за пять минут, что неплохо, если вспомнить, что с женщиной в этом мире у меня всё случилось впервые. А вот Мална от моего напора раскраснелась, изохалась и кряду раза три кончить успела.

– Ну ты силён, – восхищённо протянула женщина, застёгивая пуговицы на платье. – Не ожидала.

– Думаю, тебе стоит присутствовать при моей работе. За полчаса управлюсь, заодно и силы восстановлю, – прозрачно намекнул я.

– Не верю, – рассмеялась та.

– Посмотрим, – пожал я плечами и приступил к нанесению усиливающих рун на механизмы, не забывая вливать в них ману.

Управился минут за двадцать, а желание, как ни странно, вернулось быстрее, но этому способствует и Мална, которая решила меня раззадорить и разделась догола, когда я уже заканчивал. Тело у неё стройное, но вот подмышки и лобок не видели бритв и с депиляцией не знакомы. Впрочем, обращать на это внимания не собираюсь. Если уж становиться мужчиной, то в полной мере и результат необходимо закрепить. Ну, умотал женщину, та идти не может, говорит, что ноги трясутся. Сам же храбрюсь, но хочется прилечь и отдохнуть. Давно так не изматывался, даже когда дрова целый день колол.

Пока шёл домой, то осознал, что пора мне из поселения отправляться за поиском своего места в жизни. Каждодневная рутинная и неинтересная работа не по мне, душа чего-то другого требует. Да и какая в данном месте перспектива? Сорваться и с какой-либо девкой закрутить роман, когда желание отключит мозги? Заняться добычей жемчуга, чтобы сколотить капитал? Так хрен получится! Ныряльщики работают на поселение, за это им почёт и уважение, дрова бесплатно и лучшая жратва. В том числе и в трактире им наливают, всё что душа пожелает. Да толку-то от того трактира! Общее место посиделок! Кормят там не разносолами, блюд по пальцам одной руки пересчитать можно, а выпивки и того меньше.

– Дед Изарун, разговор к тебе, – подошёл я к своему воспитателю, который в теньке на лавочке под вишней дремлет.

– И чего хотел Алексаш? – приоткрыл тот один глаз и широко зевнул. – Управился на мельнице?

– Да, всё сделал, – хмыкнул я. – Хочу тебя за всё отблагодарить и в дорогу собираться. Не место мне тут, хочу в город податься.

– И чего же ты тама делать будешь? – поинтересовался дед. – Учти, зельеваров в достатке, а все составляющие ингредиенты стоят на порядок дороже.

– Что-нибудь придумаю, – пожал я плечами. – Но оставаться в поселении не собираюсь.

– И это правильно! – неожиданно заявил тот. – Давно пора, но видно время только сейчас настало. Ладно, можешь и отправляться, но я бы на твоём месте себе хоть немного денег подсобрал. Можешь по пещерам побродить, да насобирать чего. Тех же летучих мышей, да крыс, а из них уже и зелья наварим. В городе продашь, какая-никакая, а денежка появится. Опять-таки, осенью придёт обоз для замены кристаллов, с ними доберёшься.

Дед меня ошарашил таким предложением, раньше он яро мне запрещал не только в пещеры соваться, но и за контур выходить. Однажды, когда мне десять лет исполнилось, решил я побродить по подземелью, в надежде отыскать хоть что-то. Заживляющих зелий набрал, палку вырезал поувесистей, да и отправился. Ничего не отыскал, зато заблудился и рад был до ужаса, когда к вечеру выход нашёл. Потом два дня спал на животе, у деда рука оказалась тяжёлой, а ремень из отменной кожи. И такая резкая перемена?

– А ты ведь меня пытаешься удержать, – догадался я. – Нет, завтра отправлюсь в путь. Прости, если что не так.

– Значит не останешься, – тяжело выдохнул дед, а потом встал: – Ладно, пошли, покажу кой-чего.

Заинтересованный, проследовал за своим наставником. Тот прошел в сарай, а потом, кряхтя и охая, залез на чердак. Из какого-то кармана достал ключ и отпер крышку старого сундука.

– Мешок бери и пойдём на двор, – скомандовал дед.

Заинтригованный, я выполнил его приказание. Мешок, хоть и объёмный, но лёгкий, в нём оказалась знакомая люлька из моих снов и детские одежды.

– В этом меня отыскал? – рассматривая наследство, уточнил я.

– Да, в ней ты у защитного контура лежал, глазками хлопал, но орать не собирался, – подтвердил Изарун. – На дне люльки есть мешочек с золотыми, они по праву твои.

Действительно, отыскал я поясной кожаный кошель, который плотно набит золотыми, но не тариями, изображение незнакомо.

– И какому королевству принадлежат деньги? – рассматривая замысловатую чеканку, спросил я своего наставника.

– Это из Ратона, если не изменяет память, – со вздохом ответил дед. – Так мне торговцы сказали, но ты не волнуйся, золото оно имеет свой вес и монеты равны Тарийским. На первое время тебе хватит, а там уж не взыщи, надейся на собственные силы и удачу.

– Спасибо тебе, – сдержанно поблагодарил я.

– Там ещё, – кивнул дед в сторону люльки, – кулон на цепочке где-то. Учти, он странный, явно какой-то артефакт, но каковы его действия я не разобрался.

Золотая цепочка с подвеской попала в пелёнки, не сразу её заметил. А вот то, что на ней вылита искусная ящерка с драгоценными камушками вместо глаз, мне не очень понравилось. Если наставник заявил, что это артефакт, то в его словах не сомневаюсь. Больше всего удивляет искусно сработанная вещичка, никогда не встречал такой красоты, понимаю, это работа древнего мастера. А вот её свойства могут кардинально различаться, если верить легендам. Похожие подвески упоминаются в сказаниях, их создавали как охранные системы (так себе уяснил), надень такую вор и на его голову обрушатся все кары небесные. Нет, при желании можно подвеску переплавить и продать, как золотой лом, если нет защиты от разрушения, но много денег не выручить, рисковать никто не станет.

– А о подобных ящерках легенд нет? – покрутил я фигурку на цепочке, понимая, что вешать её на шею никак нельзя.

– Гм, в данном деле ошибка стоит дорого, – пожал наставник плечами. – Если доберёшься до столицы, то посети библиотеку, возможно там что-нибудь отыщешь.

– До Истарии путь неблизкий, – задумчиво ответил я и спрятал кулон в карман. – Скажи, а меч могу купить и карту подземелий?

– Думаешь пройти по подземным ходам? – вопросом на вопрос, ответил дед, а потом принялся рассуждать: – Возможно ты и прав, имея карту и не опускаясь на нижние уровни, быстрее и безопаснее можешь добраться, нежели идя по тракту, на который может выйти любая нечисть и полакомиться одиноким и беззащитным путником. В лабиринте же и ночлег можно найти безопасный, достаточно забиться в какую-нибудь каморку, где один вход и дверь ещё крепкая. Да и выйти на поверхность к поселениям и городам легко. Да, наверное, так правильно. Карту первого уровня подземелий я тебе дам, даже мечом обеспечу, есть одна железка, но не рунная. Арбалет ты сам себе смастерил, а свитки светлячков, которые путь освещают, стоят недорого. Конечно, на магический портал у тебя не хватит ни маны, ни денег, а в дорогу рекомендую набрать еды и зелий.

Наставник со мной расстаётся легко, а может не показывает вида, понимает, что тут мне не место и пора отправляться в путь. Единственное, в дорогу отправиться решил по утру, а не на ночь глядя. Сборы заняли весь оставшийся вечер, как ни странно, хотя казалось бы, что и вещей-то у меня всего ничего.

Сапоги из толстой, но мягкой кожи, штаны подпоясаны широким ремнём с широкой бляхой. Три склянки с алой кровью на поясе и две маны при ходьбе не мешают и разбиться друг об друга не смогут даже при беге и прыжках. Рубаха и кожаная безрукавка с капюшоном, а за спиной холщовый мешок, где запас продуктов на пару дней, да огниво с картой и арбалет с десятком болтов. Взял с собой, котелок с выбитой руной зельевара. В нём можно варить различные зелья, но невысокого класса. Есть, ещё пара ножей, да старенький, остро наточенный меч. Имеются у меня и документы, выправленные наставником и заверенные старостой поселения с помощью магической печати. Впрочем, в королевстве документы нужны редко, только при совершении какого-то серьёзного проступка, собственной свадьбы, похорон или при заключении сделки (да и то далеко не всегда).

– Прощай Алексаш, – хлопнул меня по плечу наставник.

– Может ещё свидимся, – ответил я. – Спасибо тебе за всё. Может возьмёшь часть золотых, куда мне столько, а тебе пригодятся.

– Я не пропаду, – отмахнулся Изарун. – И, давай уже, иди раз решил!

Мне показалось или у деда на глазах слеза блеснула? Да и у самого на душе муторно, но лучше отважиться на решительный шаг раньше, чем потом сожалеть всю жизнь. Кивнул наставнику и резко развернувшись, отправился в предрассветный туман в сторону входа в лабиринты подземелий.

В этот час на улице ещё никого, дошёл до входа в поземные лабиринты и вспомнил направление на карте, путь не предвещает каких-либо проблем. На первом уровне редко встречаются твари, в основном периметр безопасен и зачищен, да и действие защитного контура от поселений действуют. Если двигаться под поселением или по линии защиты, то и вовсе можно не беспокоиться какой-либо атаки. Впрочем, насколько знаю, то самая опасная нежить может встретиться в виде метровой крысы с зачатками разума, да летучие мыши с сонным ядом на жале. Последних стоит больше всего опасаться, такие присосутся со спины и можно проваляться в отключке пару часов. Нет, от боли человек проснётся, ему не грозит оказаться загрызенным крысами, но ситуация может сложиться неприятной, если набросятся десяток метровых тварей одновременно, на сонного. Не факт, что смогу отбиться.

Спускаюсь по каменным ступеням в лабиринт подземелий. По преданиям, когда-то здесь жили люди в подземных городах из-за каких-то больших проблем на поверхности. Из-за чего человек спустился в недра земли? Какая-то напасть приключилась, враги загнали или последствия действия самого человека? Нет ответа. Впрочем, если смоделировать ситуацию на тот мир откуда сам родом, то там могло подобное произойти после ядерной войны. Здесь же… ну, допустим, какая-то магическая война или катаклизм. Почему нет? Такой вариант имеет право на существование, если нет других доказательств.

– Ну что Алексаш или как когда-то тебя звали Санёк или Александр, навстречу приключениям! – сказал сам себе и достал свиток активации путевого светлячка.

Достаточно прочесть руну в свитке и насытить её маной и одной из свои сфер, чтобы происходила постоянная подпитка. Сферы у меня стандартные, наставник раскошелился, но вот мана в них слабая, однако, одного бутылька хватит на восемь часов пути.

Чуть впереди меня замерцал прозрачный огонёк, освещая полумрак лабиринта. На всякий случай сверился с картой, чтобы уточнить направление, после чего уверенно направился вперёд. Иду и осматриваюсь: массивные стены, каменный пол в пыли, которой не так много. Первый уровень рядом с поселением давно изучен и облажен всеми кому не лень. Тут нет ничего интересного, но то тут, то там на стенах встречаются глубокие щербины, нанесённые каким-то оружием. Встречаются и стены, почерневшие от копоти, а подошвы сапог с хрустом давят мелкие кости.

– Интересное сооружение, – бормочу себе под нос, пытаясь представить масштабы стройки. – Кто мог создать такие катакомбы и строения? Насколько понимаю, они имеют большую протяжённость, чуть ли не по всей планете.

Говорю еле слышно, но звук расходится далеко, поэтому замолкаю, боясь привлечь внимание здешних обитателей. Длинные коридоры с выбитыми дверьми, которые кое-где ещё сохранились. Ради интереса обследовал парочку помещений, но в них нет ничего, хотя на стенах и есть вбитые крюки, каменные полки и даже отыскал что-то похожее на трубы, которые меня сильно заинтересовали.

– Неужели купальни или ванная комната? – озадаченно спросил сам себя, осматриваясь в помещении, в которое вела одна дверь. – Если предположить, что из коридора попал в жилые, точнее, когда-то давно, обитаемые комнаты, то…

Вернулся и обошёл помещения, пытаясь представить себя на месте древних строителей. Для наглядности сверился с картой. Хм, действительно, можно обозначить, как одну двухкомнатную квартиру, но большой по размерам площадью.

– Идиот! Для чего время теряю? И так понятно, что когда-то тут кто-то жил! – сокрушённо покачал головой и махнув рукой направился своей дорогой.

Если верить слухам, то уже на третьем уровне встречаются места не до конца разграбленные. Там можно отыскать оружие и зачарованные, но истлевшие вещи. Попадается и посуда со столовыми приборами, однако, стоимость всего, что приносили воины и разведчики, смешна и почти ничего не стоит. Говорят, что рядом с городами совершенно другие расклады, там вещи намного дороже. Но это всё разговоры и слухи, лучше всё увидеть собственными глазами и, желательно, пощупать руками.

Вскоре я пересёк незримую черту и оказался вне защитного контура поселения. Это сразу стало понятно по редко встречающимся скелетам крыс и каким-то обломкам, многие из которых от прикосновения рассыпаются в труху.

– Хорошо хоть, что пыли не так много, – тихо произнёс я, вытаскивая меч.

Как ни странно, но угрозы пока не ощущаю, однако, даже небольшая заминка может стоить дорого. Пройти до защитного контура соседнего поселения мне предстоит порядка десяти километров по данному подземелью. С одной стороны, это не так много, но…

– Дьявол тебя побери! – взвыл я и махнул ногой, в которую вцепилась крыса.

Тушка животного не отлетела к стене, зубы она продолжала сжимать на моей ляжке. Судорожно ткнул лезвием меча, пробивая хребет живности. Крысёныш упал к моим ногам, он всего сантиметров пятьдесят в длину, но зубы приличные. Мне повезло, что не вырвал кусок плоти, однако, штаны пропитались кровью.

– Больно-то как! – сцепив зубы говорю, а сам уже с пояса снимаю сферу с алой кровью.

Большой глоток внутрь, а потом полил рану прямо сквозь прокусанную штанину. Не должно остаться никаких отметин от зубов крысёныша. Кстати, боль-то мгновенно прошла, как сделал глоток.

– Гм, на такой укус достаточно губы смочить, а не пить зелье! – поморщился я, рассматривая склянку, в которой осталось чуть больше половины. – Этак не смогу добраться и до ближайшего поселения, если так начну расходовать алую кровь!

Осмотрел я и трупик зверька, решая стоит ли у него что-либо отрезать и взять с собой, чтобы зелья сварить. Шкурка тусклая, ни следа маны, да и когти мелкие, а вот зубы хороши, но мараться желания не возникло, тем более что одних клыков недостаточно.

– Блин! А это что ещё за возмущённый писк? – выставил в сторону коридора меч, откуда донеслось шуршание.