Путешествие иеромонаха Аникиты по святым местам Востока в 1834–1836 годах

До литургии отслужил я панихиду по усопшей сестре и матери Агафоклии[18], предназначенной в игумении нововозникающей Аркадиевой обители, и поминовение ей сотворил на самом ее прахе, погребенном внутри монастыря, прямо против алтаря.

Обитель Аркадиевская, из бывшей богадельни составленная, несмотря на краткое время своего обновления, уже начинает процветать благочестием и благочинием трудами неусыпными матери игумении, споспешенствующими ей пожертвованиями своими набожными гражданами города Вязьмы. Сестер всех более шестидесяти, и все приходят в познание истины Слова Божия и высокого монашеского чина, слыша наставления душеспасительные от матери игумении и образ живый благочестия видя в ней беспрестанно.

28-го числа, взяв подорожную до Москвы, пополудни в седьмом часу отправился я в путь и ночевал в Теплухе.

29-го в полночь приехал я благополучно через Гжатск в Можайск и остановился ночевать на квартире брата кн. Павла Александровича[19], судьи можайского, который на другой день сам приехал в город для присутствования в своем суде и нашел у себя неожиданного гостя. Душевно обрадовался он моему прибытию, как воистину истинный брат о Господе и по крови. С ним отстоял обедню в соборе и, отслужив молебен святому угоднику Божию святителю Николаю пред знаменитой издревле чудотворной его иконой, отправились мы вкупе в Архангельское[20]. Хозяин оного, почтеннейший брат кн. Алексей Александрович, с равной же искреннейшей о Господе любовью меня встретил и радостью возрадовался моему безмолвного их жилища посещению.

31-го, в день воскресенья Господня, сподобился я, окаяннейший, во храме села Архангельского (во имя святого Архистратига от родителя моего созданном) принести Господу святое возношение страшной бескровной жертвы по благословению священника, почтеннейшего отца Матвея, отца моего духовного, у которого перед литургией я исповедовался.

По сем многократно сподоблялся я, окаяннейший, вкушать от трапезы живота, моим недостоинством в богослужении устрояемой, а именно 2-го числа июня (в субботу, служа за упокой своих предков, в Архангельском погребенных), 3-го в воскресенье, 5-го (во вторник, приуготовляя к великому делу призвания на путь спасения устранившегося от оного и заблуждавшего в распутии жития по плоти ближнего и искреннего и некогда доброго приятеля), 10-го в неделю Пятьдесятницы и 11-го в понедельник Духа Святого – в последний раз.

Слава Тебе, Пастырю добрый, взыскавшему заблудшее Твое овча! Слава Тебе!

Во все время двунедельного пребывания моего в Архангельском пользовался я с удовольствием сердечным душеполезной духовной с возлюбленными о господе братьями беседою, и видел беспрестанно знаки несомненной искренней братской их ко мне любви, и утешался их благочестием в слове и духе.

11-го числа ввечеру с сердцем, сокрушенным от горестной для него разлуки, простился я с братом кн. Павлом (который наутрие рано поспешал ехать в суд свой), а 12-го числа утром в девятом часу – с братом кн. Алексеем, с пролитием обоюдно теплых братской любви слез; расстался я с мирным Архангельским, отслужив первее в церкви молебен святому Архистратигу и отобедав в Верее у доброго, бывшего в Иерусалиме старца, купца Ильи Алексеевича Залегина, ночевал в селе Деднове у иерея отца Виноградова.

13-го после обедни прибыл к преподобному Савве Звенигородскому[21] и, отслушав вечерню, а на другой день (14-го числа) заутреню и раннюю обедню, и отслужив угоднику Божию молебен, отправился в Новый Иерусалим, куда того же дня к пополудни прибыл благополучно. До вечерни поспешил принять благословение у настоятеля о. архимандрита Аполлоса[22] (уже тридцать пять лет звание сие на себе носящего) и получил от него вождя, после вечерни обходил все святые места, в которых заключается подобие сей святой обители со Святым Градом. На другой день (15-го числа) после заутрени, паки повторив обхождение святых мест и отслушав всенощную службу Воскресению Господню и раннюю и позднюю обедню, после обеда, коим учредил меня почтеннейший настоятель, отправился далее. Того же дня ввечеру прибыл благополучно в село Хорошево, расстоянием семи верст отстоящее от Москвы, и ночевал в гостеприимном дому села оного священника отца Петра (брата отца моего духовного, архангельского священника отца Матвея), и упокоенный им со всею лаской на другой день (16-го числа), отслушав в церкви совершенную им утреню и раннюю обедню, поехал к престольному граду, которого и достиг благополучно, и прият был по предварительному соглашению христолюбцем странноприимным, почтеннейшим Егором Григорьевичем Стариковым, и в собственном его доме помещен в покойный и чистый и уединенный угол на все время прожития моего в великом граде. Господи! Благослови дом сей миром и изобилием!

17-го числа в воскресенье, отслушав раннюю обедню в приходской Троицкой церкви (у Сергия в Пушкарях), в которой хранится часть мощей святого преподобного Сергия, к поздней поспешил на митрополичье подворье и слушал литургию, совершаемую самим владыкою (митрополитом Филаретом). Когда я испрашивал его святого благословения, он меня сначала вовсе не узнал, но потом, узнав, всякое оказал дружелюбие, пригласил в свои покои после обедни, где я по милости Промысла Господня между прочими посетителями преосвященнейшего нашел и почтеннейшего своего милостивца М.П. Штера[23], которого отыскивать намеревался непременно по глубокому моему к добродетелям его уважению и благодарности за оказанное мне во время нужды призрение. Преосвященнейший по просьбе моей охотно благословил меня литургисать в великом его граде, где и когда мне изволится, и первее всего пригласил меня на другой день (18 июня) служить в Петровском монастыре[24], в котором совершалось в день сей празднество Царице Небесной в честь иконы Ее, называемой Боголюбской, составляющей главный храмовый праздник обители.

18-го числа сподобился я, окаяннейший, приступить к трапезе бессмертия в служении с священнейшим митрополитом в помянутом монастыре и того же дня удостоился по приглашению владыки разделить с ним трапезу его телесную и пользоваться душеполезной его беседой. Обедал же я в сей день у почтеннейшего М.П. Штера, растворяя с ним вкусную трапезу душеполезной беседой.

19-го числа сподобился я, окаяннейший, вкусить от хлеба небесного и от чаши жизни, сам совершив божественную литургию в церкви Св. пророка Илии – на Новгородском нашем подворье, по благословению начальствующего в оном о. иеромонаха Лота, который принял меня яко брата, истинно братски, во все время пребывания моего в Москве всякую о Господе оказывал мне любовь, и дружбу, и помощь.

20-го числа жаждущая Господа душа моя окаянная паки соединилась с Ним в священнодействовании мною, недостойнейшим, божественной литургии в церкви Святителя Николая, что в Хамовниках, при которой на самом церковном дворе, в священническом доме жительствовала почтеннейшая Мария Гавриловна с боголюбезною дщерию своей, моей племянницей (и сестрой духовной, ибо родитель ее был моим крестным отцом). У них побывал я в самый день моего приезда, и в сей день учрежден я был от них с искренним родственным дружеством обильной и вкусной трапезой и потом до вечера пробеседовал с ними приятнейше и о вещах духовных.

Митрополит Московский Филарет (Дроздов). Литография 1826 года

Высокопетровский монастырь в Москве. Литография. 30-е годы XIX века

21-го по предварительному соглашению посетил я паки своего искреннего о Господе М.П. Штера и паки учрежден был приятной духовной с ним и с двумя приглашенными им священниками богопросвещенными беседы.

22-го, предполагая в сей день выехать из Москвы, служил я, окаяннейший, божественную службу паки на Новгородском подворье, с присовокуплением эктении и молитвы о благополучном путешествии, и по окончании литургии, пробыв с отцом Лотом и с кровными своими, возвратился домой в непременном намерении того же дня отправиться в дальний свой путь. Но непременное намерение надлежало переменить. Попущением Господним последовала мне немалая неприятность, остановившая мою поездку. Приехав на извозчике, забыл я расплатиться с ним и взять с дрожек узел с мантией и с некоторой немалой цены покупкой. Извозчик, забывчивостью моей воспользовавшись, уехал поспешно и увез с собой мои вещи, и уже не мог его найти после. Без мантии ехать далее нельзя было, и потому остался я сшить себе новую мантию, которая через день и поспела.

24-го числа в воскресенье сподобился я в последний раз совершить божественную службу на своем подворье и вторично простился с отцом Лотом, от всего сердца поблагодарив его за его искреннюю любовь.

Того же дня имел я сердечное великое удовольствие, посетив знакомого мне христолюбца Ф.Ф. Набилкина, видеть сияющую на нем благодать Божию. Он, приняв меня с любовью и учредив с усердием, утешил несказанно, поведя меня в устроенные им богадельни на триста человек престарелых и увечных, из коих двести, большей частью старушки изнеможенные, были уже собраны и пользовались его благодеянием, получая всякое в немощи и нищете своей довольство и вспоможение.

При сих богадельнях построен и уже внутри отделывался пространный и благолепный храм и создателю своему божественную исходатайствует силу воспрославления за любовь его к славе Божией.

По осмотре богаделен показывал он мне им же созданный и всеми удобствами щедро снабженный дом воспитания для шестидесяти самых бедных сирот, всякого призрения лишенных. Возрадовалась душа моя сладчайшим зрением любви христианской, на опытах несомненнейших являемой. Благо тебе, муж боголюбивый, предпосылающий богатство свое в Небеса, идеже уготовится тебе обитель светлая в дому Отца Небесного!

25-го, отслушав литургию в приходской церкви и напутствованный обильной пищей от почтеннейших моих хозяев, которых гостеприимством истинно христианским пользовался я в течение десяти дней, принес я им усерднейшее благодарение за их любовь, поставив себе непременной обязанностью всегда до конца дней моих молиться, а паче на Гробе Господнем, буде допущен туда буду, о ниспослании им свыше щедрот и великой милости благословением душевным и телесным со всяким изобилием и миром. С сердцем, преисполненным благодарности, простился я с ними и в десятом часу утра отправился в дальний свой путь и в три часа пополудни прибыл благополучно в город Подольск, на первую станцию; на сей станции за разгоном почтовых лошадей принужден был замедлить до вечера в ожидании почтовых лошадей и слушал всенощное бдение Царице Небесной.

26-го утром рано к ранней обедне приехал в Серпухов, слушал оную в церкви Рождества Пресвятой Богородицы и молебное пение Царице Небесной пред иконой Ее, нарицаемой Тихвинской, в день сей празднуемой, отправился благополучно в двенадцатом часу вечера в Тулу и принят был гостеприимно в дом известного странноприимца Ивана Дементьевича Малинова, известного по своему христолюбивому нраву, и благочестию, и усердию в приятии странных.

27-го, отслушав раннюю литургию в церкви Святителя Николая, поспешил я принять благословение архипастырское преосвященнейшего Дамаскина[25], епископа Бельского и Тульского, из давнего времени мне знакомого и благорасположенного, жившего тогда в загородном своем доме. Почтеннейший архипастырь принял меня с отеческой лаской, и, удостоив продолжительной душеполезной своей беседы, пригласил к умеренной своей трапезе, и, благословив меня служить божественную службу в своей епархии и благословив на путь, отпустил с миром и любовью из своего тихого и приятного жилища.

Того же дня ввечеру после некратковременной духовной беседы с хозяином дома и некоторыми членами семейства его посещен я был уже тогда ввечеру почтеннейшим И.Ф. Афремовым, инспектором Тульского кадетского корпуса[26], бывшим некогда воспитанником моим по Морскому корпусу, и занялся с ним охотно продолжительной духовной беседой.

28-го утром, отслушав в той же церкви утреню и раннюю обедню, посетил я совоспитанника своего по Морскому корпусу, чиновника 5-го класса Николая Дмитриевича Захова, служащего издавна при заводе Тульском в звании механика. А потом, возвратясь домой, посещен был от усердия и любви директором Тульского корпуса Андреем Андреевичем Колзаковым, также воспитанником по Морскому корпусу, и еще с ним вместе г. Афремовым. Проведя с ними с час времени в духовной и нравственной беседе, порадовался я много, узнав из слов директора, что в корпусе его хранят все постные дни и посты по уставу Церкви. Благословение Божие по сему единому обстоятельству особенное почивает на сем училище, и блаженны птенцы, вскармливаемые благочестием в сем гнезде благонравного воспитания.

Вид г. Тулы. Гравюра начала XIX века

В одиннадцать часов отпустил гостей и, простясь с добрыми хозяевами, по принесении им искренней благодарности отправился далее по тракту к Богородску, куда и приехал того же дня около полуночи.

Совершив сам у себя в покое все последование всенощного бдения, сподобился я наутрие в день святых первоапостолов Петра и Павла по ходатайству их многомощному у Господа о мне, многогрешнейшем, служить раннюю литургию и потом, пообедав с благодарением Господу, отправился далее. Отъехав стадию, задержан был по неимению почтовых лошадей и уже поздно едва мог уговориться с вольными ямщиками и отправиться далее.

30-го числа утром приехал в Ефремов, слушал раннюю обедню и не медля поехал далее. Того же числа около полуночи прибыл в Елец (на воскресенье).

1 июля слушал раннюю обедню в ближайшей церкви, а позднюю в соборе и, пообедав, дождался вечерни, которую отслужив, уже поздно, за неимением почтовых, отправился на вольных к Задонску, куда 2-го числа, в день положения ризы Пресвятой Богородицы и в день чествования святой ее иконы Ахтырской, и прибыл благополучно за час еще до обедни.

Поспешив в монастырь, где почивает угодник Божий великий святитель Тихон[27] по многолетних подвигах иноческого и пастырского и благодетельного нищим жития. На гробе его совершалась тогда панихида, при которой и я, грешнейший, молил о душе в Бозе почивающего великого святителя и по вере несомненной, яко имать он дерзновение у Господа, призывал помощь святых его молитв во спасение души моей, во здравие телесное и в благополучное совершение предлежащего мне трудного путешествия.

После сего я вился к настоятелю святой обители, почтеннейшему и мне незнакомому отцу архимандриту Илларию[28], новопереведенному в Задонский из Рязанской епархии, который принял меня с искреннейшей о Христе любовью и поспешил утешить мою душу, открыв сокрывающееся под спудом затвора произвольного (уже шестнадцать лет) словесное святой обители сокровище – затворника раба Божия Георгия (Алексеевича). Муж сей благочестивый, безмолвия строгого любитель, сперва проходивший послушание в монастыре, а потом по благословению затворившийся на безмолвие, родом из дворян, преисполнен глубочайшего смирения, а потому и сподоблен свыше высокой благодати. Он удостоил меня, недостойного, дружелюбного принятия своего и душеполезной своей беседы, около часу продолжавшейся. Видя благодать Божию и в образе его и в словах его, открыл я ему все сердце свое и от уст его получил утешение, и утверждение, и успокоение. Прощаясь со мною со всякой любовью, напутствовал он меня книгой – I томом сочинений просвятителя Тихона, для доставления оной святителю иерусалимскому.

По выходе с радостным сердцем от истинного раба Божия и отслушав литургию и помолясь еще при пении панихиды на гробе угодника Божия святителя Тихона, возвратился я в келию к настоятелю, и с любовью искреннейшей о Господе был учрежден от него вкусной и сытной трапезой, и отпущен от него, в личном его сопровождении, с миром к великому новопрославленному угоднику Божию святителю Митрофану[29].

Открытие мощей святителя Митрофана Воронежского. 1833 год. Литография В. Логинова (частное собрание)

3-го числа сподобился я, грешнейший, улучить исполнение пламеннейшего моего желания припасть к нетленным, целебоносным, чудоточным мощам святителя великого, угодника Божия, прославленного Митрофана, приехав до обедни за час и прямо поспешив в собор, в котором почивает сокровище святыни, от тысящей поклонников, со всей России стекающихся, достойно почитаемой молением всеусердным. Повергся я, окаяннейший, пред святыми мощами и в глубине души моей и от всего сердца моего при пении угоднику молебного пения принес ему живейшее благодарение, что не презрел он грешной моей молитвы и чудесным образом поставил меня пред многоугодной его ракой на поклонение святому нетленному, Духом Святым хранимому и освящаемому его телу. При сем от всей крепости молил его, да яко же он трапезой богатой чудесных исцелений и дарований учреждает всех без числа притекающих к нему молитвенников, не лишил бы и меня, грешного, хотя единой крупицы всяких своих щедрот во исцеление болезненного долговременного моего недуга, и покровительством своим напутствовал бы меня ко Граду Святому и иным святым местам, и с миром возвратил бы паки в отечество, в нем же кости мои желают возлечь до оживления их паки по видению пророческому.

Верую несомненно скорую, и известную, и чудную, и преизобильную получить помощь от друга Божия святителя Митрофана, уповаю на его твердо, и упование сие не посрамит.

По отслушании литургии я принял благословение архипастыря Воронежского Христова словесного стада и сподобился милостивого от него приятия и приглашения на другой день разделить с ним его трапезу и перебраться в дом его на все время проживания моего в Воронеже.

Святолепен и святонравен старец святитель Антоний[30], простота сердца его кроткого и смиренного изобразуется на лице его и выражается в беседе его солью мудрости духовной растворенной. Всеобщая любовь и уважение как собственной его паствы, так и всех приходящих в несчетном множестве богомольцев превозносят его достойно и праведно нельстивыми похвалами, славя Бога о сем светильнике Его, горящем и светящем на престоле святительства.

Расставшись с преосвященным, посещен я был вскоре и потом еще ввечеру старым своим приятелем А.А. Павловым[31], проживающим здесь уже три года по расстроенным своим домашним обстоятельствам и служившим на пользу Церкви в устроении разных новых заведений общеполезных и душеспасительных. По случаю явления святых мощей угодника Божия много он рассказал мне нового и приятного относительно вящего прославления великого угодника Божия со стороны правительства светского и духовного.

Высокопреосвященный Антоний, архиепископ Воронежский и Задонский, при котором обретены мощи святителя Митрофана в 1832 году. Литография 1846 года

После вечерни сподобился я молиться великому и теплому о нас молитвеннику Воронежскому и всея России чудотворцу при совершаемом у святых мощей его всенощном ему бдении.

Поспешая совершить предлежащий мне путь во Святой Град, предполагал я пробыть в Воронеже не более пяти дней, но угодник Божий расположил иначе; и слава ему и благодарение от меня, грешного, буди по веки. Вскоре по приезде моем добрый пастырь воронежской церкви просил меня взять послушание на себя богоугоднейшее, а именно – написать вновь житие святого угодника Митрофана с написанного уже неким истинным рабом Божиим, учителем гимназии Николаем Михайловичем Севастьяновым, собравшим и все нужные к тому бумаги, и внесшим в житие святого, и потрудившимся трудом немалым в честь и славу угодника Божия. Зная свою немощь, устрашился я предложения архипастырского; но твердую имея на чудотворца веру, и в лице святителя Антония видя его самого, призывающего меня к благодати неизреченной слабым моим словом коснуться великой славы угодника Божия, и уповая на молитвы архиерея Божия, изъявил я ему готовность к исполнению воли его, прося его святых молитв в помощь.

Перенесение мощей святителя Митрофана Воронежского 25 июня 1833 года. Гравюра XIX века

Святитель Митрофан Воронежский. Около 1836 года. Титульные листы из книги «Хвалебное приношение веры новопрославленному святителю Митрофану, епископу Воронежскому» (М., 1836)

5-го числа по благословению владыки служил я, недостойнейший, литургию в Благовещенском соборе[32], в котором почивают святые нетленные многоцелебные мощи; а 8-го числа служил, многогрешнейший, паки в Архангельском теплом соборе, куда перенесены были святые мощи на время перестройки Благовещенского собора и приведения его в то сияющее и величественное благолепие, в каком он ныне видится.

Владыка святой, отечески меня, недостойнейшего, милуя, ежедневно приглашал к своей трапезе и учреждал меня обильно пищей, а паче любовью своей, беседуя со мной со всей откровенностью сердца о вещах духовных и церковных, и 8-го числа возил меня с собой в загородный свой дом в Троицкое после литургии на целый день.

Помня сделанное мне от святителя святое поручение, испросив свыше на труд священнейший помощь от угодника Божия, к которого раке приметался я со всем усердием веры, и надежды, и любви, приступил я к самому делу 6-го числа и начал трудится ревностно, посвящая труду все свободное от общественных во храме молитв время. Чудное явил мне милосердие святой угодник, помогая мне, так сказать, видимым образом, посылая мне, бессмысленному, мысли, бессловесному – слово к изложению святых его исправлений.

10-го числа по приглашению владыки в день его тезоименитства ездил я к нему в Никольское, другое загородное его жилище в двенадцати верстах от города, и учрежден был со многими другими обильной трапезой.

Продолжая труд свой, 12-го числа при чудной, непонятной помощи угодника привел я оный к концу, а к 15-му рукопись моя была уже переписана.

14-го и 15-го числа (в субботу и в воскресенье) сподобился я, грешный, служить литургию в Крестовой архиерейской церкви, во имя Рождества Христова сооруженной.

15-го числа читал я труд свой святителю Божию и удостоился его одобрения и искреннейшей благодарности[33]. Слава великому угоднику Божию, призвавшему меня, мерзостнейшего, на толь святое дело и укрепившему чудесной, можно сказать, своей помощью к совершению во славу Божию и во славу его дела, священнейшего для меня, которое приемлю я, грешнейший, яко вернейший залог покровительства и заступления святого угодника мне, грешнейшему, как на все мое странствование ко святым местам, так и на все мое в мире сем странствование к вышнему

Иерусалиму, в него же буди мне, окаяннейшему, внити молитвами угодника Божия.

16-го ввечеру по отслужении всенощного бдения святителю угоднику Божию в Крестовой церкви посетил я почтенного благочестием господина губернатора Дмитрия Никитича Бегичева с почтенным его семейством, и там получив от А.А. Павлова, по родству жившего в их доме, художником его снятый весьма живо и точно список с иконы угодника Божия, писанной по явлению, и с собой отвез, и положил на ночь в раку угодника Божия для освящения и укрепления на знамения[34].

17-го утром после заутрени сподобился я вынуть из раки святителя оную икону и освятил, и отнес оную в Крестовую церковь и повесил на горнем месте. Сам же, окаяннейший, по благословению владыки удостоился служить литургию божественную, а после литургии отпел соборную панихиду о упокоении души государя императора Петра I.

После литургии благословился у владыки и потом по приглашению его отобедал у него и, приуготовившись к отъезду, в седьмом часу вечера служил Царице Небесной и угоднику Божию молебен. Потом поспешил принять последнее напутственное благословение у владыки (в восемь часов) и, получив оное, сопровожденный всякой любовью в священном от него даре: образе, составляющем панагию, святого святителя Митрофана, Патриарха Цареградского (Ангела угодника Божия), и на другой стороне Авраамия Затворника (Ангела святителя Господня, по мирскому его имени), и прекрасных четках, и в иных малых иконах угодников Божиих, от сердца и души поклоняясь ему до земли, благодарил за все его отеческие милости и тако с ним расстался, преисполненный благоговения к сему поистине доброму пастырю, ему же подаждь, Господи, велию Твою милость во славу Твою и угодника Твоего и спасения пастыря и паствы.

Александр Александрович Павлов и Николай Михайлович Севастьянов (муж благочестивейший, израильтянин, в нем же лести нет, писатель жития святого угодника, к коему я писал уже по моему разумению) сопроводили меня в путь мой с желанием от сердца благополучного оному совершения.

Память праведного святителя Антония пребудет вечно с похвалами в душе моей за любовь его ко мне, недостойному, паче отеческой, и за назидание меня своей душеспасительной беседой. (Странноприимец мой в Воронеже, соборный ключарь отец Михаил, две недели покоил меня в дому своем с любовью и отпустил с подарком в знак памяти – книгой бесед митрополита Михаила.)