Сны с чёрного хода

Глава 1

Человек – странное существо. Он всегда желает того, чего у него нет, а когда получает, это кажется ему банальным и обыденным.

Прошлое неизменно остаётся для нас миражом – мы можем его видеть, но никогда не сможем снова к нему прикоснуться. Но что, если я скажу вам, что иногда могу это сделать и даже жить в нём? Вы думаете, что я сошёл с ума? Возможно, и так. Но это единственное объяснение моей странной способности возвращаться в прошлое через сны.

Меня зовут Егор, я человек рассудительный, не склонный к дурацким фантазиям. Я не герой и не привык быть в центре внимания. Всю свою жизнь я старался оставаться в стороне, наблюдая за происходящим, но не вмешиваясь. Быть незаметным стало привычкой, но не потому, что мне нет дела до мира вокруг. Скорее, я просто не чувствовал, что могу привнести что-нибудь важное, что моя роль может действительно изменить чью-то судьбу. Может, это была трусость, а может – осознание своей природы.

Я всегда был тем, кто больше слушал, чем говорил. Мои друзья, если их можно так назвать, часто считали меня замкнутым и отстранённым. Возможно, так и было. Но я привык находить смысл в молчании, в тишине, дарящей свободу для мыслей. Я любил анализировать людей, их поступки и эмоции. Не потому, что хотел их осудить, а потому, что пытался понять и себя.

Меня всегда пугала ответственность, особенно в отношении тех, кого я люблю. Я боялся подвести, боялся разочаровать, и это делало меня осторожным, порой до глупости. Иногда мне кажется, что я так и не вырос из подростка, который старался сделать всё правильно, но неизменно ошибался, потому что мир никогда не давал однозначных ответов.

Я лежу в тускло освещённой спальне, глядя в потолок, а мысли о прошлом кружат в моей голове, как листья в осеннем вихре. Комната с низким потолком и единственным окном, выходящим в пустой переулок, похожий на зловещий туннель, ведущий неизвестно куда.

Рядом спит моя жена. Но в данный момент я не знаю, которая из них, и боюсь это выяснить. Нет, не подумайте, что я многоженец, просто не понимаю, в какой из жизней нахожусь сейчас. В моей жизни есть две женщины, и обе они для меня – целый мир. Одна – Эмили, нежная и страстная, с волосами тёмными, как ночное небо, и глазами зелёными, как трава после летнего дождя. Мы познакомились, когда я был молодым, беззаботным парнем, у которого весь мир лежал у ног.

Другая – Алла. Она женщина с большим интеллектом и острым умом, способная очаровать мужчину одной лишь улыбкой или тихим вздохом. С ней мы встретились гораздо позже, в период печали и путаницы, когда я был потерян и не знал, кто я и чего хочу. Но Алла увидела во мне что-то и стала моей женой.

Каждая из этих женщин была частью моей жизни.

Всё началось с того момента, когда я осознал, что могу путешествовать во снах в своё прошлое. Это было странное ощущение, заставляющее меня задуматься о самой природе реальности. Как возможно, что я засыпаю и оказываюсь в другом времени, переживая моменты из прошлого, как будто они происходят вновь?

Сначала я думал, что это просто необычный сон, галлюцинация от стресса или недосыпа. Но по мере того, как сны продолжались, я понял, что в них есть нечто большее. Я мог контролировать свои действия и мысли, как будто действительно находился там.

Мои новые путешествия часто начинаются с того, что во сне я оказываюсь в метро. Каждый раз я выхожу на одной и той же станции – «Кировская», которая сейчас называется «Чистые пруды». Это место изменилось со времён моего детства: люди стали другими, вагоны – более современными, а сам город – более холодным и чужим. Я никогда не иду сразу туда, куда мне нужно, а всегда блуждаю по пустым коридорам памяти, следуя своим инстинктам.

Иногда я вижу призраков людей, которых встречал в прошлом. Они идут уверенно, словно живые, но в то же время остаются всего лишь тенями воспоминаний. Я пытаюсь с ними заговорить, протягиваю к ним руку, но они просто скользят сквозь мои пальцы, как будто их никогда не существовало. В такие моменты накатывает чувство утраты, как волна, которая накрывает с головой. Я осознаю, сколько упустил и сколько потерял в прошлом.

Но это не только грусть и сожаление. В этих снах есть моменты радости и покоя. Моменты, когда я был по-настоящему счастлив и свободен, когда был самим собой, без масок и предрассудков.

Эта история началась, когда я в одном из снов, который вернул меня в 1982 год, вышел из вестибюля станции «Кировская» и направился домой по Чистопрудному бульвару. Это была середина осени. Мягкий дождь капал на листья, окрашенные в красное и золотое, покрывал влагой скамейки, собирался в лужи на тротуаре. Я был в ветровке и тёмных джинсах, и мне было немного холодно.

Осознавая, что это сон, я смотрел на окружающее с удивлением. Каждая деталь была чёткой и яркой, словно всё происходило на самом деле. Я видел трамвайные рельсы, сверкающие от влаги, людей, спешащих мимо меня, укутанных в пальто. Я продолжал идти, направляясь к дому своего детства. И вот он, высокий дом, затесавшийся среди других. Моё сердце колотилось, как всегда, когда я готовился встретиться с чем-то, от чего долго убегал.

Подойдя к подъезду, я увидел её – Эмили. Мы с ней выросли в одном дворе. Она всегда мне нравилась, но я стеснялся заговорить с ней, только здоровался. Девушка стояла под огромным красным зонтом, контрастирующим с её тёмными волосами. Я узнал её сразу, и моё сердце дрогнуло, как будто я вновь почувствовал вкус той утраченной надежды, что всё могло бы сложиться иначе.

Я замешкался, а в голове вихрем проносились мысли. Стоит ли заговорить с ней? Попытаться всё изменить? Или лучше оставить прошлое в покое? Но что-то внутри меня подсказывало, что это мой шанс всё исправить, изменить ход своей жизни. Я сделал шаг к ней.

– Эмили, – позвал я, мой голос дрожал. Она обернулась, и я застыл. Время, казалось, остановилось.

– Привет, Егор, – и её лицо озарилось белозубой улыбкой. Моё сердце замерло, как всегда, когда она смотрела на меня своими зелёными глазами.

– Давно не виделись, Эмили, – сказал я, понимая, насколько нелепо это прозвучало.

– Егор, мы же вчера здоровались, – удивлённо ответила девушка.

– Извини, показалось, что это было давно, – натянуто улыбнулся я.

– Ты в порядке? – усмехнулась она, закатив глаза. – Чего ты хочешь, Егор? Я собираюсь на репетицию.

Я замешкался, не зная, что сказать. Это был момент, о котором я мечтал месяцами, прокручивая его снова и снова в голове, но теперь, когда он настал, слова застряли в горле.

– Что ты делаешь после репетиции? – спросил я, боясь, что это звучит банально.

– Встречаюсь со своим парнем, – ответила она.

– А может, ты сегодня встретишься со мной? – неожиданно для самого себя выпалил я.

Эмили взглянула на меня с лёгкой грустью и улыбнулась.

– Странный ты, – сказала она. – Мы с тобой соседи всю жизнь, а ты решил пригласить меня на свидание только сейчас.

Несмотря на смелость, которая пришла ко мне с осознанием, что это всего лишь сон, я почувствовал, как дрожу от её слов.

– Я просто подумал, что сегодня хороший случай для этого.

Она посмотрела на меня с лёгкой холодностью.

– Куда мы пойдём? В парк или кино? У меня репетиция, помнишь? Я не могу её пропустить только потому, что ты решил со мной заговорить.

Она сделала шаг назад, и я опустил взгляд. Шум города стал далёким и неясным.

– Не будь такой, Эмили, – сказал я тихо. – Мы так давно не говорили. Я просто хотел наверстать упущенное.

Она вздохнула.

– Ладно, – сказала наконец она. – Жди меня в семь вечера около Дома культуры.

– Договорились, – ответил я, улыбнувшись. – Увидимся, Эмили!

Она кивнула и ушла. Я ещё некоторое время стоял, наблюдая, как она исчезает, и в моей душе боролись радость, грусть и сожаление. Я действительно всё исправил? Или это было ещё одно упущенное мгновение? Только время покажет. Но в тот момент я ощутил умиротворение и спокойствие, как будто жизнь вновь обрела смысл.

Стоя под дождём и видя, как Эмили исчезает в подворотне, я осознавал, что этот сон – мой шанс. Шанс всё исправить, изменить ход своей жизни. Этот странный дар был для меня одновременно благословением и проклятием: он позволял переживать моменты из прошлого, но заставлял меня сомневаться в том, что я делаю правильно.

И, как назло, когда я, наконец, уговорил Эмили встретиться, я проснулся. Рядом со мной спала Алла.

Моя жена – настоящая загадка, которая появилась в моей жизни неожиданно. Мы познакомились во время одной из моих командировок в Новосибирск, когда я был потерян и измотан. Она стала для меня якорем, поддержкой. Но сейчас, стоя у окна и глядя на пустой переулок, я снова думал о том, что было бы, если бы я тогда, в прошлом, сделал иной выбор.

Когда я снова оказался в том же сне, шёл дождь. На этот раз я знал, что встреча с Эмили неизбежна, и волнение оттого, что это был мой шанс изменить прошлое, смешивалось с осознанием, что она не подозревает о моей реальности. Она не знает, что я не просто Егор, а Егор, который уже прожил свою жизнь и теперь пытается вернуться назад, исправить что-то, что уже было потеряно.

Эмили появилась из темноты, её красный зонт снова выделялся на фоне дождливого неба. Она выглядела такой же, как и тогда – глаза светились, а улыбка освещала всё вокруг.

– Привет, Егор, – в голосе Эмили не было ничего необычного, словно для неё это был всего лишь очередной день, который ничем не отличался от других.

– Привет, Эмили, – ответил я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Мы пошли вдоль бульвара, и я пытался вести себя естественно, зная, что для неё это был просто обычный вечер. Она говорила о репетиции, о том, как прошёл её день, а я ловил каждое слово, стараясь запомнить её голос и жесты. Я понимал: если бы она узнала, что всё это сон, это могло бы разрушить иллюзию, и я снова потерял бы её.

Когда мы дошли до кинотеатра, я купил билеты и пропустил её вперёд. Мы уселись в зале, и, пока свет гас, я украдкой посмотрел на неё. Она не знала, что для меня это – попытка вернуть что-то утраченное, попытка изменить прошлое.

– Ты часто ходишь в кино? – спросил я, стараясь придать своему голосу лёгкость.

– Когда есть время, – ответила она с улыбкой. – А что?

– Просто интересно, – произнёс я, и в этот момент понял, что мне нужно действовать осторожно, чтобы не разрушить момент.

Когда фильм начался, я снова не мог сосредоточиться на экране. Я наблюдал за её реакциями, её смехом, её глазами, светящимися в темноте. Но внутри меня росло чувство беспокойства. Я знал, что этот сон закончится, и я снова останусь в реальности, где её нет. Я знал, что не смогу заставить её понять, что всё это – сон, не испортив шанс на наше воссоединение.

Когда фильм закончился, мы вышли на улицу. Дождь прекратился, воздух стал свежим и прохладным. Я чувствовал, как мои руки слегка дрожат, и хотел сказать что-то важное, но слова застряли в горле. Эмили, не подозревая ни о чём, обернулась ко мне.

– Ты выглядишь странно, Егор. Всё в порядке? – её голос был полон заботы, и я почувствовал, как моё сердце снова дрогнуло.

– Всё хорошо, просто… я рад, что мы встретились сегодня, – ответил я, и в эти слова вложил всю ту тоску, которую скрывал.

Она снова улыбнулась, не зная, что для меня эти моменты – последние попытки вернуть прошлое. Мы продолжали идти, и я старался не думать о том, что в какой-то момент я проснусь, и этот мир исчезнет.

– Ты знаешь, Егор, мне иногда кажется, что ты не совсем здесь, – сказала она, остановившись и посмотрев на меня. – Как будто твои мысли где-то далеко.

Я замер, не зная, что ответить. Она интуитивно чувствовала что-то, но не знала правды.

– Бывает, – сказал я, натянуто улыбнувшись. – Просто много думаю.

– Может, не стоит так много думать, – ответила она, качнув головой. – Жизнь коротка.

Я кивнул, зная, что она права, но зная также, что для меня время идёт иначе. Я хотел, чтобы этот сон не кончался, чтобы я мог навсегда остаться здесь, с Эмили, и исправить всё, что когда-то пошло не так.

Но в глубине души я знал, что это невозможно. Когда я проснусь, всё исчезнет, и я снова окажусь в своей спальне, рядом с Аллой. Возможно, это был мой шанс, но я должен быть осторожным, не разрушив всё, что у меня есть в настоящем.

Когда мы с Эмили дошли до нашего подъезда, я почувствовал, что, если сейчас не предпринять что-то более значимое, я снова останусь в бессильном состоянии, потеряю её и ничего не изменю. И я решил рискнуть.

– Эмили, – сказал я, глядя ей в глаза, – могу тебе кое-что сказать, что покажется странным.

Она нахмурилась, слегка удивлённо посмотрела на меня.

– Что именно?

– Сегодня шестое ноября, так? – уточнил я, уверенный в том, что ей будет это важно.

– Да, – ответила она, приподняв бровь. – А что?

– Через несколько дней, 10 ноября, умрёт Брежнев, – сказал я. – Концерт в честь Дня милиции отменят, но официальное сообщение о его смерти появится только 11-го.

Эмили посмотрела на меня с недоверием. Её глаза слегка сузились, и она явно пыталась понять, что я имею в виду.

– Почему ты так говоришь? – спросила она, и в её голосе прозвучала смесь любопытства и лёгкой тревоги.

– Потому что я знаю, – сказал я. – Верь или нет, но я из будущего. Это всего лишь сон, и я пытаюсь показать тебе, что могу изменить прошлое.

Она стояла неподвижно, как будто переваривая услышанное.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Я проверю, что случится. Но если ты действительно из будущего, почему ты пытаешься мне это доказать?

Я почувствовал, как дрожат мои руки, осознавая, что поставил всё на кон.

– Потому что я не хочу потерять тебя снова, – ответил я. – В этот раз я хочу попытаться что-то изменить.

Эмили помолчала, потом улыбнулась, но в её глазах всё ещё была тень сомнения.

– Хорошо, – сказала она. – Но, если я проверю, и окажется, что ты был прав… Что тогда?

– Тогда, – продолжил я, – мы встретимся, и ты поймёшь, что я прав.

Она вздохнула и посмотрела на меня с лёгким недоверием, но в её глазах я увидел проблеск интереса.

– До 11 ноября, товарищ предсказатель, – сказала она с улыбкой, разворачиваясь, чтобы уйти в свою квартиру.

Я остался стоять под козырьком подъезда, чувствуя, как сердце бьётся в ожидании. Всё казалось реальным, но я знал, что проснусь. И тогда, когда это произойдёт, я не буду знать, сбудется ли моё предсказание в этом сне и увидимся ли мы снова?

Глава 2

После того как Эмили убежала домой, я проснулся. Моя голова кружилась от противоречивых мыслей. Возможно, я перестал различать, где сон, а где реальность, но меня не покидало чувство надежды.

Теперь я с нетерпением ждал следующего сна, надеясь снова встретиться с Эмили и, возможно, изменить свою судьбу.

Алла готовила завтрак на кухне. Запах жареного бекона и яиц наполнил квартиру. Я сидел тихо в гостиной, пытаясь собраться с мыслями. В голове всё ещё крутились обрывки сна, воспоминания об Эмили и слова, которые я ей сказал.

Поверит ли она мне? Я не мог избавиться от сомнений, которые меня переполняли: что, если мои слова изменят что-то в её жизни, а что, если нет? Эта неопределённость была невыносимой.

Я услышал, как Алла подошла ко мне. Она держала тарелку с горкой омлета, над которой поднимался пар. Я взял её и улыбнулся в ответ.

– Доброе утро, солнышко, – сказала она и легонько поцеловала меня в лоб. – Ты выглядишь так, будто не спал всю ночь.

Её слова тронули меня, и я почувствовал вину за то, что мыслями был в другом мире, в другой жизни.

– Да просто не мог заснуть, – ответил я, пожав плечами.

Алла села рядом. Она вопросительно приподняла бровь, но я натянуто улыбнулся и начал есть. Еда казалась чужой, как будто не из этого мира, словно была напоминанием о недавно виденном сне.

Я никогда не рассказывал Алле о своей способности возвращаться в прошлое через сны и не собирался делать этого сейчас. Справляться с эмоциями после этих снов и так было сложно, не говоря уже о том, чтобы объяснять их кому-то другому.

– Что нового у тебя на работе? – спросила она.

– Всё по-старому, – ответил я.

Ирония заключалась в том, что в моём научном институте я изучал проблемы сна и их влияние на жизнь человека. А теперь сам страдал от проблем со сном.

Алла заметила, что я был немного не в себе, и продолжала расспрашивать меня о моём эмоциональном состоянии. Но я был настолько погружён в мысли об Эмили, что едва мог сосредоточиться на настоящем.

Я позвонил своему старому другу Андрею, у которого были отличные связи, и попросил его разузнать о подруге своей юности. Не желая рассказывать про свои сны, просто сказал, что она была моей старой школьной подругой, с которой я хотел вновь связаться.

Андрей пообещал помочь, и через несколько дней перезвонил с новостями. Оказалось, Эмили жила в Москве и работала театральной актрисой. По информации, которую Андрей смог найти, она никогда не была замужем. Я почувствовал укол грусти и сожаления, но также и облегчение. Мне было приятно, что у Эмили всё хорошо и что она устроила свою жизнь.

Я не смог удержаться и попросил узнать больше личных деталей, таких, как её номер телефона или адрес.

Прошла неделя. Я продолжал жить по своему привычному распорядку: просыпался, ходил на работу, возвращался домой к Алле и засыпал. Но мои сны больше не касались Эмили, хотя я очень хотел продолжить наши отношения.

Наконец, однажды сосредоточившись, я вновь вернулся к прерванному сну.

Мне снилась квартира, где я вырос. Судя по всему, было утро, так как на кухне по радио звучала «Пионерская зорька», символ моего детства. Встав, я умылся на кухне, мельком глянул на отрывной календарь, висящий на стене, и увидел дату – 11 ноября 1982 года.

«Похоже, я опять удачно приземлился», – пробормотал я, протирая глаза и пытаясь понять, что происходит. Я вновь оказался в прошлом и стоял на кухне своего детства.

Музыка по радио прервалась, и диктор начал зачитывать сообщение о смерти Брежнева. Стране предстояли несколько дней траура, а государственные похороны были запланированы на 15 ноября. Я даже услышал, как диктор упомянул имя председателя комиссии по организации похорон – Юрия Андропова.

«Значит, я вовремя», – подумал я, направляясь в свою комнату, чтобы одеться.

Вскоре раздался звонок в дверь. На пороге стояла Эмили. Она была в чёрном пальто, и только краешек её любимого шарфа был виден на шее. Её глаза были полны любопытства и беспокойства.

– Егор, как ты узнал об этом? – спросила она.

Я долго смотрел на неё, не зная, с чего начать. Правда была слишком странной, слишком невероятной для её понимания. Поэтому я просто пожал плечами и полусерьёзно улыбнулся.

– Эмили, я пытался объяснить это тебе раньше, – ответил я, – но, если хочешь поговорить об этом, можем сделать это вечером после школы. Хотя есть и другой вариант. В школу мы, возможно, не пойдём из-за траура. В таком случае приходи через час, когда мои родители уйдут на работу, – добавил я.

Эмили посмотрела на меня с недоумением, но больше вопросов задавать не стала. Она слегка улыбнулась и кивнула.

– Я приду, – сказала она, и ушла.

Закрыв глаза, я всё ещё не мог поверить в происходящее. Я действительно был в прошлом, стоял в квартире своего детства и разговаривал с Эмили. Всё это казалось сном внутри сна, сюрреалистичным и нереальным.

Когда родители ушли на работу, я отправился на кухню, чтобы сварить кофе. Руки слегка дрожали, пока я готовил кофейник. Меня охватила тревога и предвкушение. Что произойдёт, когда Эмили вернётся?

В этот момент снова раздался звонок в дверь. Эмили вернулась.

Она выглядела немного взволнованной, но я старался вести себя так, будто всё было совершенно нормально. Я предложил ей кофе, и мы сели за кухонный стол. Тишина сгущалась между нами, но я решил дождаться, пока Эмили скажет что-то первой. Ведь именно она пришла ко мне с вопросами.

Она смотрела на меня своими ясными зелёными глазами, в которых читалось замешательство и неуверенность. Мне хотелось взять её за руку, рассказать ей всё и успокоить. Но страх её реакции сковывал меня. Что, если она подумает, что я сошёл с ума? Что, если она больше никогда не захочет со мной говорить? Эти мысли роились у меня в голове, пока я делал ещё один глоток кофе, внимательно наблюдая за ней, стараясь понять, о чём думает моя гостья.

Наконец, она нарушила тишину.

– Егор, – начала она тихо, – это мучает меня уже некоторое время. Ты сказал, что знал о смерти Брежнева до того, как об этом объявили по радио. И сегодня это подтвердилось. Это какой-то трюк?

Я покачал головой, не отрывая взгляда от чашки кофе.

– Это не трюк, Эмили, – ответил я тихо. – Мне, наверное, не стоило рассказывать тебе об этом. Понимаешь, человек, который сейчас находится внутри меня, – это тот же я, только сорокалетний. Поэтому я знал, когда умрёт Брежнев. В моих снах я возвращаюсь в своё прошлое. Проще говоря, я сейчас сплю и вижу тебя во сне.

Я наконец решился и сказал это, глядя на Эмили со смесью страха и надежды.

Она смотрела на меня, её глаза были широко распахнуты от удивления и недоумения. Я видел, что она не знала, как воспринимать мои слова.

– Ты спишь и видишь меня? Это же бред, Егор, – ответила она, покачав головой.

Я глубоко вздохнул и постарался объяснить всё как можно понятнее:

– Я знаю, что это звучит безумно, Эмили. Но это правда. В моих снах я могу возвращаться в своё прошлое. Я всегда обладал этой способностью… – Я немного помолчал и продолжил: – Вчера, когда я снова заснул, я шёл к дому и увидел тебя. В течение тридцати лет мои воспоминания о тебе были стёрты, но, когда я увидел тебя, вспомнил твою улыбку и то, как украдкой смотрел на тебя, не решаясь подойти, потому что ты мне очень нравилась.

Эмили смотрела на меня в оцепенении. Она не знала, что сказать, и на мгновение в комнате повисла тишина. Затем она тихо рассмеялась.

– Ты серьёзно, да? – спросила она с усмешкой на лице.

Я кивнул, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. Я никогда никому не рассказывал о своих снах и не знал, как Эмили отреагирует на это признание.

Но, к моему удивлению, она не выглядела испуганной или настороженной. Напротив, она наклонилась вперёд, её глаза загорелись любопытством.

– Продолжай, – ободряюще сказала она, её улыбка становилась всё шире.

Как будто у меня был выбор.

– Ладно, – сказал я, сделав глубокий вдох. – Эти сны преследуют меня столько, сколько я себя помню. Сначала я не придавал им большого значения. Это были лишь случайные фрагменты воспоминаний, которые казались знакомыми, но никогда не были достаточно осязаемыми, чтобы за них зацепиться.

Но с годами что-то изменилось. Я начал замечать в своих снах закономерности – определённые места, определённые лица.

И тогда я понял, что могу управлять своими снами и что, находясь во сне, я могу изменять реальность. Пока я рассказывал, Эмили внимательно слушала, её зелёные глаза были прикованы ко мне, и в них читалась смесь любопытства и недоверия.

Я говорил медленно, тщательно подбирая слова, стараясь донести до неё необычные обстоятельства нашей встречи. Было странно ворошить воспоминания, которые я давно похоронил глубоко в себе. Но теперь я не мог остановиться и всё рассказывал про прошлое, про саму Эмили и про те моменты, которые мы разделяли на детской площадке, на улицах нашего района, в школе.

Я рассказал ей, как сильно мне хотелось вернуться в прошлое и изменить некоторые вещи. Например, я хотел бы набраться смелости и признаться ей в своих чувствах тогда. Но мои сны не могли завести меня так далеко.

– Я люблю тебя, Эмили, – наконец произнёс я. – И пришёл сюда ради тебя.

Эмили смотрела на меня, её губы слегка приоткрылись от шока.

– Я… Я не знаю, что сказать, – прошептала она, сглотнув.

Я слушал её дыхание, ощущая нервозность, которая овладела ею. Она смотрела в мои глаза, пытаясь найти какой-то знак, какой-то след безумия, лжи или нелепого розыгрыша.

Эмили была всё той же – красивая, независимая, загадочная. Хотя я много раз представлял её в своих снах, реальность оказалась иной, более живой и яркой.

После, казалось, нескончаемых минут тишины, Эмили наконец нарушила её:

– Так ты пришёл ко мне во сне, и теперь ты здесь? Неужели это реально?

Я заколебался, разрываясь между желанием сказать правду и сохранить свой секрет. Но затем решился.

– Да, Эмили, это реально. Или, по крайней мере, настолько реально, насколько может быть реальным сон, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – Я знаю, что это звучит безумно, но каждый раз, когда я засыпаю, я возвращаюсь в своё прошлое.