Трое из офиса. Иногда они возвращаются

– Не эту! – закипел он.

Бзданула Маринка. окружающая реальность, казалось, была соткана из тревожных нитей.

Антону вспомнился старый кинофильм «Дуэль», с которого началось его знакомство с творчеством Спилберга. Но это там, в Пиндостане на много миль ни одного долбоеба и раздолье для маньяков. Здесь-то в Крыму на каждом шагу по десять долбоебов. Один из них выскочил с кукурузного поля, на ходу надевая штаны и бросился к своей Гранте со ставропольскими номерами.

– Помоги! – крикнул Антон.

– Сам иди нахуй! – ответил мужик и показал большой палец.

– Я еще слишком молода! – запричитала сзади Маринка. Вообще-то ей было сорок два, и она уже год, как стала бабушкой.

Неожиданно решетка радиатора со значком Ман начала удаляться в зеркале заднего вида Панамеры. Антон не поверил своему счастью, но так оно и было – кажется, у господ Луп закончилась соляра. На расстоянии ста метров Антон остановил Панамеру и выскочил на дорогу.

– Ублюдок, мать твою, а ну иди сюда, говно собачье, решил ко мне лезть? – заорал он по памяти, – Ты, засранец вонючий, мать твою, а? ну иди сюда, попробуй меня трахнуть, я тебя сам трахну, ублюдок, онанист чертов…

Антон осекся, увидев, как на него смотрят Алена с Мариной. Да и хуй он не успел спрятать, и тот болтался в такт, подтверждая реальность угроз.

В то время из кабины Мана вылезла мадам Лупа и быстрым шагом направилась к ним, а через пару шагов перешла на бег.

Антон оказался перед непростым выбором. Зачем она бежала? Может быть увидела его солидных размеров член и решила отсосать? Или постоять за честь семьи и сразиться с ним в рукопашной. Бить женщину Антон не хотел, да и не факт, что смог бы. А сесть в машину и уехать, значит проявить слабость.

– Поехали блядь! – крикнула Алена.

Ситуация вновь разрешилась как нельзя лучше. Антон забрался в машину и, громок посигналив, поехал вперед. Медленно, но ощутимо быстрее, чем бежала мадам Лупа.

***

Начал накрапывать дождь. Он ласково барабанил по листьям деревьев, по асфальту, по траве и по затылку Валерия Робертовича, который полз в грязной канаве, идущей вдоль обочины.

За время, пока Валера отсутствовал, на авансцене практически ничего не произошло. Никакими сотрудниками ДПС не пахло. По всей видимости сигнал, посланный Эрой Глонасс, намотался на хуй таксиста.

Подъехал еще один таксист, явно из конкурирующей организации. Они перекинулись несколькими фразами, из которых Валера услышал только последнюю.

– Да ну нахуй?! – произнес на все это новый таксист.

В окне его машины показалась пожилая женщина, напоминавшая нечто среднее между Елизаветой Второй и старой блядью.

– А мы скоро поедем? – спросила она, но этого никто не услышал, потому что ни открыть дверь, ни опустить стекло она не удосужилась.

Валера подполз еще ближе, до самой границы маскировки, когда каждый следующий сантиметр выдаст его с головой.

– Э, так нельзя оставлять, – махал руками новый таксист, – догоняй его, я покараулю по-братски.

Новый таксист явно выцвел под крымским солнцем, был темно-желто-коричневым, и вполне мог оказаться мулатом, если бы не был Ашотом.

Старый таксист терзался сомнениями, наконец хлопнул по плечу Ашота и бросился вверх по склону. Ашот смотрел ему вслед, и когда тот был достаточно далеко, залез в салон машины и начал шарить там в поисках ценностей. Хватал все, что попадало под руку – освежитель-елочку, перемотанный изолентой шнур для зарядки телефона, пачку влажных салфеток.

Это был шанс. Валера вскочил с земли и подбежал к багажнику.

– Давай, братка, – крикнул он Ашоту, – твой салон, а я багажник прошерстю!

Ашот, будучи главным альфой прайда, не собирался ни с кем делиться, но Валера был столь стремителен, что успел схватить свою сумку. Дальше действовать нужно было еще решительнее, и Валера вместе с сумкой уселся на переднее пассажирское сиденье в такси Ашота.

– Ну и хуле мы смотрим? – спросил он у Ашота, опустив стекло, – Поехали!

Ашот запутался окончательно.

– Че? – спросил он.

Валера вытащил портмоне с автодокументами.

– Майор Елдак, – небрежно светанул он свидетельством на регистрацию Октавии, – департамент половых сношений!

Ашот прищурился, но все равно ничего не успел разглядеть.

– Поехали, по дороге расскажу, – махнул рукой Валера, призывая Ашота сесть за руль, – мы эту крысу полгода разрабатывали.

Ашот на всякий случай оставил все честно спизженное на водительском сиденье разъебанного Рио, и сел в свою машину.

***

Виктор Андреевич постепенно приходил в себя. Огляделся по сторонам – ничего, только белые стены пещеры. Пахло говном и бабочками. Сколько времени он здесь провел, было совершенно неясным. Помнил только, что заселился в гостиницу неподалеку от места дислокации украинской секретной части. Ялта Интурист. Помнил, как ходи по небольшому контактному зоопарку. Помнил, как собрал на фанеру говно из-под ламы и кидал его в мангобея в соседней клетке. Помнил даже, что, кажется, попал.

А потом было какое-то мероприятие с лотереей и шоу фокусников. Там его похоже и спиздили спецслужбы. Иллюзионисты блядь…

Дверь в пещеру открылась. Витя сначала охуел с того, что в пещере есть дверь, а потом вспомнил вошедшую женщину. Это же та самая, с немытой пиздой. В этот раз она была в черном латексном жилете от костюма-тройки, а ниже пупа абсолютно голая – Спортмастер дал бы такому наряду невысокий уровень теплозащиты. Больше Витю беспокоили два огромных черных резиновых хуя в ее руках. Настолько длинных, что они волочились по полу пещеры.

– Добрый вечер, – нейтрально-похуистически произнесла Матерь Страпонов.

– М-м-гм, – ответил Виктор Андреевич. Если он еще жив, значит у спецслужб на него есть планы.

– Вы помните, что было сегодня днем? – спросила женщина.

Конечно Витя помнил. Она уселась ему на лицо своей курагой, и он чуть не задохнулся. Никому такого не пожелаешь. Но отсюда нужно было выбираться, а значит стоит попытаться если не завести союзника, то хотя бы не вызывать подозрений. Он отрицательно покачал головой.

– Прекрасно, малыш, – ответила женщина, – а как ты относишься к осадкам?

Снег Витя не любил, сильный ливень тоже, а вот грибной дождичек вполне. Но с вонючим кляпом во рту трудно было об этом поведать.

В это время у женщины зазвонил телефон. Кажется, ее это раздосадовало. Женщина вытащила его из бокового кармана своего латексного жилета и поднесла к уху.

– Заяц, я не могу сейчас разговаривать. Да, на процедурах.

И она отбила вызов. Витя в рот ебал такие процедуры. Но это был его шанс.

– Я тебя обосру, – доверительно сказала женщина, наклонившись к Вите. А ведь только что он думал, что хуже произошедшего днем уже не будет.

– А можно завтра? – спросил Витя, как только женщина вытащила из его рта кляп.

– Ничего не выйдет, – с сожалением произнесла женщина, – завтра тебя здесь уже не будет.

Эта порция информации оказалась для Вити болезненной. Что значит, не будет?! Из него сделают биоробота или биомусор? Какие ужасные опыты уготованы ему сегодня? Витя покосился на черные хуи. Действовать во что бы то ни стало.

Женщина предусмотрительно закрыла входную пещерную дверь. Вернулась к нему и начала моститься в позе орла.

– Если тебе интересно, – сказала она, – я ела омлет, оладушки и квашенную капусту.

Вите было неинтересно. Он с ужасом наблюдал, как ее пукан раздувается от натуги, как кокон Чужого, и вот-вот выпустит свое смертоносное содержимое. Виктор Андреевич, системный администратор с пятнадцатилетним стажем, собрал оставшиеся силы воедино и ухватил зубами все ее половые губы, и малые, и большие, и гигантские блядь лопухи. Женщина вскрикнула от нечеловеческой боли и подпрыгнула, как ракета Фалькон-9, устремившись к потолку, а ее отработанный жидкий «кислород» мощной струей вдарил в грудь Виктора Андреевича. За всем антуражем от глаз Вити не скрылось главное – телефон бабищи выпал из кармана ее жилета и лежал теперь рядом с ним.

Вите удалось освободить правое запястье, но обе руки все еще были прочно привязаны к туловищу так, что локти крепко вдавливались в живот. И все-таки поза эта давала ему возможность взять телефон в руку и даже набрать номер службы спасения.

Фалькон-9 так и не взлетела, и валялась теперь неподалеку, катаясь по полу и причитая о горькой судьбе. Шок сойдет через минуту-две, и за это время Вите нужно было спеть многое. Даже если он умрет, это будет жертвой во имя человечества, и доблестные крымские менты накроют проклятую лабораторию.

– Але, полиция! – обрадованно затараторил в трубку он, – меня зовут Виктор, и я похищен. Лежу связанный в какой-то пещере. Спасите!

Изложив коротко суть, он лежал и надеялся на помощь.

– Да, я тут не один. Периодически приходят какие-то люди. Вежливые? – Витя подумал над вопросом, – Нет, не очень. Садятся мне на лицо пиздой, а иногда срут. Угрожают ли мне чем-то? Да, двумя резиновыми хуями.

На том конце установилась тишина. Витя молился, что дежурный поднимает по тревоге ОМОН и авиацию. Наконец собеседник вновь заговорил.

– Нет, я не прожженный бэдээсэмщик, – начала оправдываться Витя, – я борец за свободу слова!

Собеседник еще что-то сказал.

– Что значит, «не звони мне, тварь»?! Я не ваша бывшая, чтоб так со мной разговаривать…

Но блюститель порядка повесил трубку.

Фалькон-9 уже стояла на карачках, еще полминуты, и превратится в прямоходящего. Нужно было торопиться. Витя обладал хорошей памятью, но телефонов Антона и Валера наизусть не помнил. Оставался единственный шанс – Витя зашел в фейсбук и поделился своим местоположением с Валерой и Антоном.

– Ну, пизда тебе! – произнесла бабища, поднявшись на ноги. Витя оценил логичность происходящего – что ее может предложить голая женщина в латексном жилете?

Бабища нажала на тревожную кнопку и через каких-нибудь двадцать секунд в пещеру вошел здоровенный бугай в черном. Нагрудный карман бугая украшала надпись «ЧОП-12». С этим принцип «кусай за гениталии и властвуй» сработает вряд ли.

Витя закрыл глаза и начал молиться, что Антон или Валера увидят его послание.

***

– Антон Сергеевич, вам опять ваши шлюхи пишут, – накуксилась Алена.

Они вновь ехали по Тавриде. Снизу в Панамере что-то подстукивало, а что-то другое подбрякивало, но в общем она ехала, и ехала прямо.

– Какие шлюхи? – переспросил Антон Сергеевич, не отвлекаясь от дороги. Последний час он чаще обычного смотрел в зеркало заднего вида.

– Да кто его знает, – пожала плечами Алена. Она была штурманом и следила за картой на телефоне Антона, когда пришло уведомление на фейсбуке, – какая-то Владлена Каракатова.

– Не знаю такую, – удивился Антон, – чего хочет?

– Прислала координаты – это в Ялте. Туристское шоссе. Пишет «спаси меня»!

– Ну ясно дело, – поддакнула сзади Маринка, передразнивая, – спасиии меняяя… Нас-то с Аленой Николаевной спасать не надо, мы большие девочки, как-нибудь сами себя поспасаем. Чур, я сверху.

– И больше ничего? Просто спаси меня и координаты? – переспросил Антон, – Спам, наверное. А фотку покажи?

– А, вот тут дальше: «спаси меня. Витя». Витя еще какой-то. Вы не свингер, Антон Сергеевич?

– Витя? – Антон выхватил телефон у ошалевшей Алены, – ну точно Витя! – обрадованно вскрикнул он, – давай, проложи маршрут к этим координатам, быстро!

– Я Вите не дам! – безапелляционно заявила Маринка, пока Алена прокладывала маршрут.

***

– А меня в институте называли Ленка-дилдо! – похвасталась бабка с заднего сиденья.

– Может, дылда? – переспросил Валерий Робертович. Бабка и вправду была высокой.

– Не, – хитро прищурилась она, – дилдо!

– Куда едем-то, товарищ майор? – спросил Ашот.

– Прямо! – бросил Валера.

Какое-то время ехали молча.

– А вы ебали знаменитых людей, товарищ майор? – не выдержал долгого молчания Ашот.

Валера подумал, что двум сегодняшним таксистам было бы, о чем поговорить между собой.

– Вроде нет, – уклончиво ответил он, – но это не точно.

– Я ебала Джона Леннона! – мечтательно произнесла бабка сзади. Учитывая отдаленной сходство с Елизаветой, это могло быть правдой.

– А что, вам доводилось? – спросил Валера у Ашота.

– Нет, – вздохнул он, – но сильно нравится мне одна. Рыженькая из «Иванушек»…

– У вас, кхм… оригинальный вкус, – произнес Валера. В такси сразу стало как-то неуютно и тесно. Чтоб отвлечься, Валера достал айфон. Всплывшее уведомление в соцсети сообщало, что ему прислала координаты таинственная незнакомка из Ялты. Валера сразу залез в фотоальбом, проанализировать, так сказать, профиль. Баба была странная, но вполне реальная – не пять фотографий в трусах и лифчике с целью развода или накрутки. Вот она на работе – делает грязевые ванны кому-то из постояльцев отеля. Вот где-то в горах в венке из конопли. На другом фото сидит на пирсе в соломенной шляпе и ситцевом сарафане, свесив ноги.

Валера уже собирался написать свое коронное «поебемся?» в ответ, но увидел под координатами приписку «Спаси меня. Витя».

– Вот! – повернулся он к таксисту, тыкая в экран. Сюда мы едем. В Ялту! И поторопитесь!

– Но мне не нужно в Ялту, – вяло возмутилась бабка.

– Родине нужно, – веско сообщил Валера, – я изымаю вас для проведения спецоперации. По легенде мы муж и жена, нет, бабка и внук, которые едут на море. Говорить буду я. Деньги у вас есть?

– Есть немного, – бабка полезла в сумку, пересчитывать наличность.

– Заплатите ему, когда приедем, – Валера кивнул на Ашота. – А сейчас я буду думать.

Через минуту Валера храпел, размышляя.

***

Антон Сергеевич стоял посреди холла отеля Ялта Интурист. Холл был внушительных размеров, и сам отель немаленький.

– Вадлена Каракатова, вам знакомо это имя? – подошел он к ближайшему секьюрити.

– А ты меня не пугай! – набычился тот, – я тоже уважаемых людей знаю.

С этим каши не сваришь, подумал Антон и направился к стойкам ресепшн. Их было больше десяти, и в каждую образовалась хвостатая очередь из не меньше, чем двадцати женщин всех сортов, возрастов и мастей. И все очевидно были заодно, потому что кучковались, переговаривались и обсуждали вполголоса, очевидно мужиков. Эмансипэ-конференция, не меньше.

– Мне только спросить, – пробрался Антон к ближайшей стойке.

– А мы тут блядь все заселяться, – осадила его важного вида бомжиха.

– Вы тоже спросить? – мило улыбнулся Антон, – Тогда я за вами.

– За мной правда, – в том же тоне продолжила бомжиха, – а ты нахуй иди.

Антон начал врубаться, что к чему. Сюда съехались самые знаменитые хабалки со всей страны. Вот одна широкоплечая залезла в фонтан и исполнила шпагат от бортика к бортику так, чтоб струя промыла ей все закрома.

– Фоткай, фоткай меня! – кричала она кому-то.

– Так я спрошу? – повернулся Антон к бомжихе, но та уже ушла.

Все это выглядело очень странным.

– Девушка, – наклонился он через стойку, – а вы не знаете Владлену Каракатову? Можно как-то по списку уточнить? Очень нужно, позарез. Или может быть она работает здесь?

– Это конфиденциальная информация, – пожала плечами девушка с бейджем. На нем написано «Софья».

– Софьюшка, а я куплю ее у вас. Тысяча рублей вас устроит?

Софья посмотрела на своих коллег за соседними стойками, не смотрит ли кто, затем схватила тысячу и спрятала в карман.

– Это конфиденциальная информация, – бесстрастно повторила она. Антон с досады крепко приложился головой о стекло.

– Ну а может быть вы видели этого молодого человека? – умоляюще спросил он, показывая на телефоне фото Виктора Андреевича.

Реакция Софьи удивила и озадачила Антона.

– Видела ли я его? – громко спросила она и рассмеялась, – Да его весь отель видел! Это был грандиозный пиздец!

И она покраснела. Наверное, им не разрешали давать волю эмоциям при исполнении.

В это время на площадке перед отелем началась суета и заварушка, которая быстрыми темпами перерастала в потасовку. Туда бросились все охранники из холла и зеваки с мобильниками.

***

– Сто рублей? – возмутилась бабка и вышла из машины, – я не ослышалась?

– Нет, – сказал двадцатилетний мальчик в будке.

Такси подъехало к шлагбауму отеля Ялта Интурист – именно он находился по указанным координатам.

– Просто, чтоб подъехать к отелю – сто рублей? – уточнила бабка.

– Да, – уже не так уверенно ответил кудрявый мальчик из будки, – но если вы – ветеран труда…

– Я – ветеран пизда! – перебила его бабка, – открывай ворота нахуй!

Мальчик медлил, хотя знал, что все равно откроет и не получит с этой бабки ни рубля. Наконец шлагбаум пополз вверх. Такси заехало, бабка уселась на заднее сиденье.

Дорога вела вверх по брусчатке к главному входу в отель и была не длиннее двухсот метров.

Они заскочили туда очень быстро, по дороге чуть не сбив всех, кто встретился им на пути. Перед самым отелем стояли какие-то сраные электрокары с вагончиками, по всей видимости возившие гостей по обширной территории. В торец одного из этих электрокаров и припарковался Ашот. Электропоезд завалился набок, водитель выпал на асфальт. Пассажиров в вагончиках не было.

На место ДТП бросились двое охранников, куривших у входа. Ашот, Валера и бабка выскочили из машины.

– Мы ищем этого человека! – Валера показал телефон с фотографией Виктора Андреевича одному из охранников.

– Пиздюлей вы ищете! – Ответил тот. – Это же порча имущества!

– Закрой ебало, горилла! – прошамкала бабка.

– ЧтооооОО? – очень удивился охранник. Он был большой, ну просто огромный, и Валера пожалел, что этот добежал до него первым, а второй, маленький, только приближался к Ашоту.

Бабка незаметным движением вытащила перцовый баллончик и опустошила его в лицо охранника.

Второй, мелкий, резко остановился и завизжал в рацию.

– Код сорок два! Код сорок два!

–Пёс пятьдесят четыре! Пёс пятьдесят четыре! – захохотала бабка прямо в лицо маленькому охраннику.

Тот попятился. Валерий Робертович осознал, что бабка заигралась в спецагента, и ситуацию пора было брать под контроль.

– А ты, шалава, че смотришь? – наехала бабка на женщину с чемоданом и силиконовыми сиськами, скучавшую в ожидании такси.

Не давая шалаве опомниться, бабка зарядила ей сочную оплеуху. Тут очухался водитель электрокара. Ашот причитал, что он ни при чем. Кто-то бил кому-то ебало неподалеку, как обычно водится в таких случаях на свадьбах и юбилеях. Из парадного входа гурьбой высыпались охранники.

***

– Прошу прощения за грубость нашей службы безопасности, – улыбчивая Анна, заместитель генерального по работе с клиентами, шла по светлому коридору в сторону медицинского центра, – но поймите – у нас не было иного выбора. Ни в случае с вашим другом, ни с вами.

– Угу, – кивнул хмурый Валерий Робертович, потирая свежий синяк на скуле.

– Все нормально, – улыбнулся в ответ Антон Сергеевич, – мы понимаем.

Валера посмотрел на друга. Понимает он блядь. Конечно, ему легко говорить – пришел под конец и не успел толком наполучать по ебалу.

Бабка расплатилась с Ашотом и отправилась в ресторан заедать стресс. Туда же пошли Алена с Маринкой.

Анна вела Антона и Валеру по коридору мимо центра массажа, омоложения лица и тела, все дальше и дальше. Остановилась возле соляной пещеры. Открыла дверь.

– Прошу.

За дверью была лестница вниз.

– Мы иногда используем ее в качестве вытрезвителя, – словно извиняясь сказала Анна. – Это случается редко, но сейчас именно такой случай. Пройдемте.

Внизу была еще одна дверь, за которой лежал связанный Виктор Андреевич. Он спал.

– А почему у него трусы во рту? – поинтересовался Валера.

– И запах, – добавил Антон, – как будто кто-то обосрался, что ли.

– Это соль, – мгновенно ответила Анна, – очень много соли.

– Белая смерть, – сказал почему-то Валера.

– И все же, – спросил Антон, – что произошло? Почему он в таком виде и в таком состоянии? Связан и воняет говном.

– Солью, – быстро поправила его Анна.

– Белая смерть, – почему-то добавил Валера.

– Понимаете, – начала рассказ Анна, – мы постоянно совершенствуемся и стараемся делать так, чтоб всем нашим постояльцам было комфортно, но при этом нескучно, и… ну, чтоб каждый получил свое.

– Ага, я свое получил, например, – перебил ее Валера, потирая скулу.

– И, стало быть, наши креативщики придумали прекрасный конкурс, лотерею в каком-то роде. На вечернем шоу позавчера из специального барабана вытягивали цифры, из которых сложились номер, в которых проживали победители – двух финалистов. Одним из них стал ваш друг.

– Приз, я так понимаю – сутки лежать обосранным в соляной пещере? – уточнил Валера.

– Не совсем, – улыбнулась Анна. Ее трудно было смутить. – Приз – годовой запас алкоголя. Но чтоб не доверять такое сокровище слепому жребию, лотереей выбрали двух финалистов, а обладатель приза должен был определиться в честной борьбе. Кто больше выпьет. Кто будет в сознании в тот момент, когда второй вырубится. Обычная алко-выносливость. Чтоб приз наверняка ушел в достойные руки.

Анна пожала плечами, ожидая вопросов. Пока все звучало вполне логично.

– Одним финалистом, как я уже сказала, стал ваш друг, а вторым некий господин Сидорчук. Им можно было делать все, что угодно, главное – не переставать пить. Да, наших креативщиков мы уже уволили.

– Выкладывайте, – Антон уселся на соляной выступ и закинул ногу на ногу.

– Сначала все было мирно, – вздохнула Анна. – Во время шоу иллюзионистов ваш друг вышел на сцену, снял штаны, отобрал у фокусника шляпу и со словами «я тебя вы…»

Анна покраснела.

– Выебу? – подсказал Валера.

Анна покраснела еще сильнее.

– Ага. В общем с этими самыми словами «я тебя … проклятый кролик», начал совершать фрикционные движения в шляпу. Затем на сценувышел господин Сидорчук, и они с вашим другом соревновались, кто дольше прокрутит шляпу на половом органе.

– Наш точно победил, – уверенно сказал Антон.

– В этом он всегда побеждает, – согласился Валера.

Анна подозрительно посмотрела на одного, потом на второго, но продолжила.

– Затем они переместились в вольер, где оседлали лам и устроили рыцарский турнир. Вольером они не ограничились, и ваш друг под девизом за сильную и независимую Шотландию, направил свою ламу в толпу. Господин Сидорчук тем временем блуждал по аллеям, зло вращая глазами и хотел сжечь еретика. После этого они отправились в кафе, где мастурбировали и предлагали всем желающим бесплатно сделать из эспрессо латте.

– Неплохо, неплохо, – со знанием дела кивнул Валера, – но это явно не все?

– Не все, – согласилась Анна. – После они спустились на пляж, где ваш друг с криком «Что мертво, умереть не может!» выбросил в море единственный на весь отель экземпляр Конституции. Затем они поднялись в аквапарк. По дороге господин Сидорчук выкрал из клетки орангутана. Ваш друг и господин Сидорчук все приговаривали, что «покажут сраной обезьяне настоящую жизнь». В итоге они запустили орангутана в самый опасный закрытый желоб. У животного в пути остановилось сердце. Женщину спасти удалось, она в больнице.

– Какую женщину? – переспросил Антон Сергеевич.

– К которой они привязали орангутана перед тем, как запустить его в желоб, – тихо добавила Анна.

Антон и Валера понимающе кивнули.

– Затем господин Сидорчу закричал, что он – Кинг-Конг, и полез на десятиметровую вышку. Следом за ним отправился ваш друг. Господин Сидорчук уже наверху выхватил у вашего друга телефон и швырнул его вниз, в бассейн. Тогда ваш друг швырнул вниз самого господина Сидорчука. Тот приземлился в воду плашмя. С ним все в порядке, он в реанимации. Ваш друг порывался снять трусы, но трусов на нем уже часа два, как не было. Он свесил с вышки свой зад и начал дефекацию. Он достаточно щуплый, и все удивились, какой у него оказался богатый внутренний мир.

– Многих обосрал? – поинтересовался Антон.

– Всех, – прискорбно сообщила Анна. – Больше всего досталось спасателям, которые его снимали, и нашей медсестре, Владлене Каракатовой. Ей, наверное, даже дадим отпуск, и, возможно, понадобится помощь психолога.

В это время Виктор Андреевич начал приходить в себя. Живым он этим тварям точно не дастся. Смутные очертания сфокусировались, и он увидел перед собой Валеру и Антона. И никаких резиновых хуев.

– Мы возместим, если что-то нужно, – произнес Антон, томно глядя на Анну, накрыв ее ладонь своей. То же самое Валера делал с другой стороны.

– Спасибо, мы все удержали с креативщиков, – Анна высвободила руки и поднялась. – И да, я не даю первым встречным.

Она развернулась и направилась к выходу.

– Анал не считается! – попытался Валера.

Не сработало.

***

Друзья сидели на берегу, ужиная за столом прямо на пляже, и противные брызги то и дело залетали в пивные кружки. Сумерки доедали день, и красная солнечная дорога полностью растворилась в темнеющем море. Виктор Андреевич от спиртного отказался.