- -
- 100%
- +
Глава 1
Зачем я тогда «закусила удила» и просто не развелась, до сих пор не понимаю.
Я никогда не думала, что окажусь в ситуации, как в плохом анекдоте. Всё так банально и затёрто до дыр, но… на то она и жизнь.
Тот день начался как обычно. Подъем в шесть утра, быстрый завтрак, поцелуй в щеку от Алексея, который уже листал свои бесконечные отчёты за кофе. Пять лет брака приучили нас к этому размеренному ритму. Он – к своим миллионным сделкам, я – к своим малышам в детском саду.
– Сегодня встреча с инвесторами, – буркнул он, не поднимая глаз от планшета. – Вернусь не раньше девяти.
– Хорошо, – ответила я машинально, уже мысленно планируя вечер с книгой и горячей ванной. – Удачи!
Обычное утро. Обычные слова. Обычная ложь, как оказалось.
В детском саду день начался беспокойно. К десяти утра у троих детей поднялась температура, к обеду заболели ещё двое. Врач констатировала начало эпидемии ОРВИ и объявила карантин до конца следующей недели. Всех здоровых детей родители забрали домой, заболевших госпитализировали, а нас, воспитателей, отправили по домам до особого распоряжения.
Я должна была расстроиться – карантин означал вынужденный отпуск без содержания. Но почему-то обрадовалась, как ребёнок. Неожиданная свобода! Успею приготовить что-то особенное к ужину, приму долгую ванну, может быть, даже устрою романтический вечер. Когда в последний раз мы с Лёшей проводили время просто вдвоём?
По дороге домой я заскочила в магазин – взяла продукты для пасты карбонара, любимого блюда Алексея, бутылку хорошего вина и клубнику. Нелепо, конечно, но мне хотелось вернуть ту искру, которая когда-то была, между нами. Хотелось, чтобы он посмотрел на меня не как на часть интерьера, а как на женщину.
Поднимаясь по лестнице в нашу квартиру на седьмом этаже, я напевала под нос какую-то мелодию. Пакеты были тяжёлыми, но настроение – лёгким. Ключи в замке поворачивались почти бесшумно.
Но сюрприз ждал меня.
В прихожей валялись незнакомые туфли на высоком каблуке. Красные, дорогие, кричаще-вульгарные. Рядом – женская сумочка. Моё сердце на мгновение замерло, а потом заколотилось так громко, что я была уверена – его слышно на всю квартиру.
Дверь была приоткрыта.
Алексей же на встрече с инвесторами. Он же…
Из спальни донёсся женский смех. Звонкий, молодой, беззаботный.
Я знала, что должна развернуться и уйти. Знала, то, что я увижу, изменит все.
То, что я увидела, врезалось в память как кадры из фильма ужасов. Наша кровать, наши простыни, на которых я ещё вчера лежала рядом с мужем… И он. Мой Алексей. С женщиной. Ухоженной, эффектной, лет двадцати пяти, с длинными темными волосами, рассыпанными по подушке. На тумбочке стояла почти пустая бутылка из-под виски.
Я толкнула дверь ногой. Она со скрипом распахнулась.
Женщина вскрикнула, схватив простыню. Алексей обернулся. Глаза красные, движения заторможенные – он был пьян. Изрядно пьян. На лице промелькнуло удивление, но не стыд. Не раскаяние. Он медленно сфокусировал на мне взгляд и недовольно поморщился.
– Марина? – произнёс он лениво, растягивая слова, словно я была назойливой соседкой, которая не вовремя позвонила в дверь, и я поняла, он изрядно пьян. – Ты что так рано?
Вот и всё. Никаких оправданий. Никаких «это не то, что ты думаешь». Просто недовольство тем, что я помешала.
Внутри что-то оборвалось. Или, наоборот, взорвалось.
– ВОН! – закричала я, кидаясь к этой женщине. – ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА!
Я схватила её за волосы и потащила к двери. Она была выше меня, стройнее, но растерялась от неожиданности.
– Ты что творишь?! – визжала она, пытаясь освободиться. – Отпусти немедленно! Больно!
– Алёша! – завопила она, цепляясь за край кровати. – Алёша, останови эту психопатку!
Но «Алёша» даже не шевельнулся. Продолжал лежать, положив руки за голову, и смотреть на нас с удовлетворением и каким-то садистским наслаждением.
Я выволокла её в прихожую, открыла входную дверь и буквально вытолкнула на лестничную площадку. Голую, с растрёпанными волосами. Она прикрывалась руками, извивалась, царапалась, но адреналин придавал мне нечеловеческую силу. Схватила её платье, туфли, сумку – всё, что попалось под руку – и вытолкнула голую на лестничную площадку.
– Вон отсюда! – выкрикнула я, швыряя ей вещи вслед. – И близко к моему дому не подходи!
– Да ты в своём уме?! – орала она, прикрываясь платьем. Лицо из красивого превратилось в перекошенную гримасу ярости. – Ты знаешь, кто я такая?! Ты понятия не имеешь, с кем связалась! Мой отец вас обоих раздавит как клопов! Вы пожалеете! Слышишь?! ВЫ ОБА ПОПЛАТИТЕСЬ ЗА ЭТО! Я УНИЧТОЖУ ВАС!
Голос её срывался на визг, эхом разносясь по подъезду.
– И больше сюда не суйся, шлюха! – крикнула я напоследок и захлопнула дверь.
Соседские двери приоткрылись. Из одной высунулась бабушка Вера с третьей квартиры, из другой – молодая пара, недавно въехавшая. Кто-то определённо снимал всё это на телефон – я видела краем глаза направленную камеру. На площадке стояла та самая голая истеричка, размахивающая платьем и выкрикивающая угрозы.
Мне было всё равно.
Я вернулась в спальню, тяжело дыша. Руки тряслись, перед глазами всё плыло.
Алексей так и лежал на кровати, уставившись в потолок. Потом медленно поднялся, пошатываясь, дошёл до окна и закурил. В нашей спальне, где я категорически запрещала курить.
– Спектакль окончен? – спросил он, выпуская дым в мою сторону.
– Ты… ты серьёзно? – прошептала я. – Всё, что ты можешь сказать?
Он медленно затянулся и посмотрел на меня с холодной усмешкой.
– Зачем ты устроила весь этот цирк?
– Я?! – голос сорвался. – Это я устроила цирк?!
– А кто? – он затянулся и прищурился. – Надо было… спокойно разойтись. По-взрослому. А ты… волосы драла, как базарная баба.
– Ты привёл шлюху в наш дом! В нашу постель! – кричала я. – И ещё смеешь меня упрекать?!
– Ну и что? – он пожал плечами, чуть не потеряв равновесие. – Мужик я. Захотел – и привёл. Не твоё дело.
Каждое его слово било, как пощёчина.
– Не моё дело? – переспросила я тихо. – Я твоя жена.
– И что с того? – он встал, прошёл к шкафу, начал одеваться с таким видом, словно мы обсуждали погоду. – Думаешь, штамп в паспорте – это индульгенция? Гарантия того, что я буду всю жизнь довольствоваться одной женщиной?
Алексей оделся и вышел из комнаты в кухню, я пошла следом.
Он повернулся ко мне и сказал:
– Скучная ты стала, Марина, – бросил он через плечо. – Серая. Всё про детишек своих, про садик… Надоело. Мне тридцать семь, а не семьдесят. Хочу жить.
Я стояла, не в силах пошевелиться. От боли. От унижения. От того, что человек, которого я любила, которому отдала пять лет жизни, говорит это всё так… безразлично. Алексей стоял у холодильника, пытаясь открыть бутылку пива. Руки плохо слушались.
– А эта твоя…, шлюха – она не скучная? – выдавила я.
– Кристина? – он усмехнулся. – Не, не скучная. Весёлая. Красивая. С ней… интересно. Знает, как мужика развлечь.
– Понятно, – медленно кивнула я.
– Вот и не устраивай истерик, – он наконец открыл бутылку и сделал большой глоток. – Переживёшь. Все жёны переживают. Подумаешь, раз сходил налево. Бывает.
– Бывает, – эхом повторила я.
– Ну вот, – он удовлетворённо кивнул. – Умница. Успокоилась. А то разошлась тут…
Он явно считал, что вопрос исчерпан. Что я, как и положено хорошей жене, стерплю, прощу, и всё вернётся на круги своя. Что я буду молча страдать, а он продолжит делать что хочет.
Но что-то внутри меня сломалось окончательно.
– Я подам на развод, – сказала я чётко и спокойно.
Алексей замер с бутылкой у рта.
– Что? – он недоуменно посмотрел на меня.
– Я сказала, что подам на развод, – повторила я медленно. – Завтра же.
– Погоди, – он поставил бутылку на стол и нахмурился, пытаясь сосредоточиться. – Ты что это? Какой развод?
– Обычный развод, – я скрестила руки на груди. – Или ты думал, я буду терпеть твои похождения?
– Да брось ты, – махнул он рукой. – Что ты как маленькая? Ну, погуляю иногда, с кем не бывает. Зато дома всё есть – и квартира, и деньги. Живи спокойно.
– Спокойно? – переспросила я. – С мужем, который приводит любовниц в наш дом?
– Ну, больше не буду сюда приводить, – пробурчал он недовольно. – В гостиницу буду. Нормально же.
Он говорил это совершенно серьёзно. Искренне не понимал, что не так.
Алексей хотел что-то ещё сказать, но я перебила его:
– Прощай, Лёша! И документы на развод подпиши, не затягивай процесс. Мне ничего от тебя не надо, разведёмся быстро и тихо. К обоюдному удовольствию.
Глава 2
Я прошла мимо него обратно в спальню. Ноги двигались сами, словно на автопилоте. Открыла шкаф, достала с верхней полки дорожную сумку – ту самую синюю, которую мы покупали вместе перед поездкой в Сочи три года назад. Тогда всё было по-другому.
Начала складывать вещи. Руки тряслись так, что я дважды уронила кофту, прежде чем запихнуть её в сумку. Бельё, джинсы, два платья, косметичка… Что ещё? Зарядка от телефона. Документы. Где мой паспорт?
– Марина, стой! – Алексей возник в дверном проёме, заслоняя собой выход. – Куда ты собралась? Давай поговорим спокойно.
Спокойно. Он хочет поговорить спокойно.
– О чём говорить? – я даже не обернулась, продолжая рыться в ящике комода. Паспорт точно здесь был. – Ты же всё уже сказал. Я серая и скучная. А твоя любовница весёлая и знает, как развлечь мужика.
– Я погорячился… – в его голосе появились примирительные нотки. – Ну, понимаешь, выпил лишнего, наговорил глупостей…
– Нет. – Я наконец нашла паспорт, сунула его в сумку и повернулась к нему. – Ты сказал правду. Впервые за долгое время – чистую правду. И знаешь что? Спасибо тебе. Лучше поздно, чем никогда.
Застегнула молнию на сумке. Странно, как мало вещей оказалось действительно важных. Пять лет совместной жизни уместились в одну дорожную сумку.
– Марина, не устраивай драму! – он преградил мне дорогу, когда я попыталась выйти. – Ну, подумаешь, поругались! Бывает у всех. Остынешь – поймёшь, что я прав.
– Отойди, Лёша.
– Ты хоть думала, где будешь жить? – в его голосе послышалось раздражение. – У тебя денег нормальных нет! На что существовать собралась?
Я попыталась обойти его, но он схватил меня за руку. Крепко, до боли.
– Я спрашиваю – где ты будешь жить?!
– Не твоё дело, – я дёрнулась, пытаясь освободиться, но пальцы впились сильнее. – Отпусти.
– Да у тебя даже подруг нормальных нет, кроме этой твоей Ирки! – он говорил всё громче, нависая надо мной. – Которая сама мужика найти не может! Вот пара – две неудачницы!
– Отпусти меня. Немедленно.
– Или что? – он усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то тёмное. – Побежишь жаловаться? Кому? На зарплату воспитательницы? Да ты через месяц ко мне на коленях приползёшь! Будешь умолять, чтобы принял тебя обратно!
– Никогда, – я с силой вырвала руку. На запястье остались красные отметины от его пальцев. – Слышишь? Никогда!
– Посмотрим, – Алексей сделал шаг вперёд. Он был выше меня на голову, шире в плечах. Раньше это казалось таким надёжным. Сейчас – угрожающим. – Ты забыла, Марина, что я тебя знаю как облупленную. Ты слабая. Всегда была. Привыкла, чтобы за тебя всё решали. Сначала родители, потом я.
От этих слов кольнуло. Больно. Потому что в них была доля правды.
– Может быть, – я подняла на него взгляд. – Но сейчас я решила сама. И моё решение – развод.
– А если я не дам развод? – в его голосе прозвучала угроза. – Буду таскать тебя по судам. У меня связи, деньги, адвокаты… Ты даже не представляешь, какие у меня возможности. Я могу сделать так, что ты пожалеешь о своём решении.
– Делай что хочешь, – я пожала плечами. – Всё равно рано или поздно суд нас разведёт. А пока можешь трахать сколько угодно других баб.
Лицо Алексея налилось краской. Секунду я думала, что он ударит меня.
– Да как ты смеешь?! – рявкнул он так громко, что я вздрогнула. – Как смеешь так со мной разговаривать?! Я тебя из грязи в князи вытащил! Одел, обул, дал крышу над головой!
– Крышу над головой? – из меня вырвался короткий смешок. – Какой щедрый. Медаль тебе дать, да?
– Не только квартиру! – он совсем вышел из себя. Ткнул пальцем мне в грудь. – Я на тебя половину бизнеса переписал, дура! Думаешь, просто так?! По любви, что ли?!
Я замерла.
Что?
– Какой бизнес? – спросила я тихо.
Алексей осёкся. По его лицу промелькнуло понимание, что он сболтнул лишнего. Попытался выкрутиться:
– Да не важно это…
– Какой бизнес, Алексей? – я сделала шаг к нему. Сердце колотилось. – Что ты на меня переписал?
– Марина, брось…
– Говори!
Он выругался, отвернулся к окну. Помолчал. Закурил новую сигарету, хотя предыдущая ещё дымилась в пепельнице.
– Две фирмы, – буркнул наконец. – Логистическая компания и строительная. Юридически ты генеральный директор и владелец обеих.
Земля ушла из-под ног. Я схватилась за спинку кровати.
– Юридически? – переспросила я. – То есть…
– То есть на бумаге они твои, – он повернулся, изучая моё лицо. – Налоговая активизировалась с проверками, надо было активы распределить. Перевести на другое физлицо.
– Я даже не знала… – прошептала я. – Ничего не подписывала…
– Подписывала, – усмехнулся он. – Ты вообще помнишь, что подписываешь? Три года назад я принёс тебе папку с документами, сказал, что это формальности. Ты даже не прочитала – махнула подписью и на работу побежала.
Я вспомнила. Действительно было что-то такое. Алексей пришёл вечером с документами, я тогда готовила занятие для младшей группы, он сказал: «Распишись здесь и здесь, это для банка». Я расписалась, не глядя.
– Понимаешь теперь? – Алексей подошёл ближе. В его голосе появилась опасная интонация. – При разводе ты имеешь право на половину моего имущества. А я – на половину твоего.
– Вот оно что… – пробормотала я.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Понимаешь теперь? – ухмыльнулся Алексей, заметив моё состояние. – Повторюсь. Мне проще тебя убить, чем при разводе делить с тобой имущество.
Он сказал это спокойно. Буднично. Как будто обсуждал стоимость коммунальных услуг.
У меня похолодело внутри.
– Ну и сволочь же ты, – выдохнула я. – Даже в этом умудрился меня использовать.
– Это бизнес, детка, – он пожал плечами. – Ты слишком наивна для таких игр. Так что забудь про развод и живи дальше или, если настаиваешь на разводе, поехали к нотариусу, напишешь дарственную на две компании, на меня.
– А если нет?
– Тогда пеняй на себя, – он встал, подошёл вплотную. – Ты же всё равно ничего не понимаешь в бизнесе. Зачем тебе эти компании?
– Возможно, – я подняла сумку. – Но учиться никогда не поздно. Значит после развода, я останусь с деньгами и собственными фирмами.
– Куда ты идёшь? – спросил он, когда я направилась к двери.
– Подальше от тебя, – ответила я.
Я смотрела на этого человека и не узнавала. Пять лет брака, а я понятия не имела, кто он на самом деле. Что скрывается за обаятельной улыбкой и красивыми словами.
– И знаешь, что, Лёша? – сказала я тихо. – Иди к чёрту,
Схватила сумку и направилась к выходу.
– Марина!
Я не обернулась. Просто вышла из квартиры и закрыла за собой дверь.
На лестничной площадке достала телефон. Руки тряслись так, что я три раза промахнулась, набирая номер Ирины.
– Маринка? – раздался знакомый голос после второго гудка. – Что случилось? Ты же должна быть на работе…
– Ира… – голос предательски дрогнул. – Можно я к тебе приеду? Мне некуда идти.
– Конечно! – в трубке послышалась тревога. – Что произошло?
Я коротко рассказала. Про красные туфли в прихожей. Про эту девицу в нашей постели. Про то, что Алексей сказал. Про фирмы. Про угрозы.
– Вот сукин сын! – Ирина не стеснялась в выражениях. – Марин, немедленно вызывай такси и езжай ко мне. Будешь жить сколько нужно. А с этим козлом мы разберёмся. Приезжай, всё обсудим, – Ирка говорила чётко и уверенно, как всегда, в критических ситуациях. – У меня есть знакомый адвокат, хороший специалист. Он разложит всё по полочкам. И насчёт фирм тоже. Не дай этому ублюдку себя запугать! Понятно?
– Понятно, – я кивнула, хотя она не могла меня видеть. – Спасибо, Ир. Я уже вызываю машину.
– Жду тебя, – в её голосе прозвучала такая теплота, что я едва не расплакалась прямо на лестнице. – Всё будет хорошо, Маринка. Обязательно будет. Прорвёмся.
Такси приехало быстро. Водитель – мужчина лет пятидесяти с усталым лицом – покосился на мою сумку, но ничего не спросил. Наверное, привык возить людей, бегущих из дома.
Я смотрела в окно на проплывающие мимо улицы и думала о том, как быстро рушится жизнь. Ещё утром я была замужней женщиной с привычным бытом и предсказуемым будущим. А теперь еду к подруге с одной сумкой, разбитым сердцем и какими-то компаниями, о которых ничего не знаю.
Абсурд какой-то.
Хорошо, что есть Ирина. Без неё я бы точно не справилась.
Глава 3
Ирина открыла дверь раньше, чем я успела позвонить. Видимо, ждала у окна.
– Заходи быстрее, – она забрала у меня сумку и затащила в квартиру. – Господи, ты вся бледная. Сейчас чаю налью, присаживайся.
Я прошла на кухню и рухнула на стул. Ноги словно ватные, руки всё ещё дрожат. Ирина суетилась возле плиты, доставая мою любимую кружку с котиком – за все годы дружбы она помнила такие мелочи.
– Рассказывай, – сказала она, ставя передо мной дымящуюся кружку. – Всё с самого начала.
И я рассказала. Про карантин в садике. Про то, как радовалась неожиданному выходному и решила устроить романтический ужин. Про красные туфли в прихожей…
– Стой, – Ирина подняла руку. – Ты хочешь сказать, что этот урод просто привёл свою любовницу к вам домой? В вашу постель?
– Да, – я обхватила кружку руками, пытаясь согреться. Хотя в квартире было тепло, меня всё равно била дрожь. – Они лежали на нашей кровати. На наших простынях. И так… расслабленно себя вели. Ничего не боялись.
– Сволочь, – процедила Ирина сквозь зубы. – А эта девица кто вообще такая?
– Понятия не имею. Молодая, лет двадцать пять. Красивая, ухоженная. Кричала что-то про то, что мы ещё пожалеем, что уничтожит нас, когда я её голую выставила на лестничную площадку.
– Ну да, конечно, – фыркнула подруга. – Все такие говорят, когда их застукают. А что дальше было? Как он объяснялся?
Я рассказала про его слова о том, что я стала серой и скучной. Про угрозы не давать развод. Про фирмы, о которых я понятия не имела.
– Подожди-подожди, – Ирина подалась вперёд, чуть не опрокинув свою кружку. – Он сказал, что на тебя оформлена половина его бизнеса?
– Не половина. Две фирмы целиком – логистическая и строительная. Говорит, для оптимизации налогов.
– Но как такое возможно? Без твоего ведома? Там же подпись нужна, документы… Я, конечно, не особо в этом разбираюсь, но, по-моему, так просто ничего не оформляется.
Я задумалась, пытаясь вспомнить.
– Знаешь, года три назад я подписывала какие-то документы. Лёша принёс вечером папку, сказал, что это формальности для банка. Я тогда готовила занятие для младшей группы, поэтому даже не читала – просто расписалась, где он показал.
– Маринка! – подруга схватила меня за руки. – Ты понимаешь, что это означает?
– Что означает? – я растерянно посмотрела на неё.
– Это означает, что ты не какая-то там брошенная жена без средств к существованию! Ты официальный владелец двух компаний!
– Но он же сам всё это оформил для своих целей…
– И что с того? – Ирина вскочила с места и начала ходить по кухне. – Оформил – значит, по закону принадлежит тебе. И ты можешь распоряжаться ими как хочешь!
Впервые за этот кошмарный день я почувствовала что-то кроме боли и унижения. Что-то вроде… решимости противостоять Алексею и не свойственному мне, чувству авантюризма.
– Ты правда так думаешь? Но я же ничего не понимаю в бизнесе, Ир.
– Научишься! – Ирина остановилась и ткнула пальцем в мою сторону. – Мой новый приятель Андрей, юрист, он тебе всё объяснит. Но даже я понимаю основы: если документы оформлены официально, собственность твоя.
– Но он угрожал, что будет тянуть с разводом. Что у него связи, адвокаты…
– Маринка, родная моя, – Ирина села рядом и взяла меня за руки. – А ты думаешь, почему он угрожает? Почему боится развода? Потому что понимает – при разводе тебе достанется половина всего его имущества. А если учесть, что две фирмы уже оформлены на тебя…
Я молчала, переваривая услышанное.
– Слушай, а ты знаешь, сколько эти компании приносят?
– Понятия не имею. Он никогда не посвящал меня в свои дела. Я только знаю, что денег всегда хватало. На квартиру, машину, отпуск…
– Ну конечно не посвящал! – возмущённо фыркнула Ирина. – Классический приём: жена должна сидеть дома, заниматься бытом и не совать нос в «мужские дела». А теперь этот приём сыграл против него самого.
Она налила себе ещё чаю и продолжила:
– Знаешь, что я тебе скажу? Пора перестать быть тихой овечкой.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что пять лет ты играла роль послушной жёнушки. Он тебе «нельзя приглашать гостей» – ты не приглашаешь. Он тебе «не лезь в мои дела» – ты не лезешь. Он говорит, что устал, – ты ходишь на цыпочках. А что взамен? Шлюха в твоей постели!
– Ира…
– Нет, выслушай меня, – она подняла руку. – Сколько раз я говорила, что он тебя не ценит? А ты всё «он устаёт на работе», «у него стресс», «мы же семья» … Какая семья, Маринка? Он о семье думал, когда эту девицу в вашу кровать тащил?
Слёзы снова подступили к горлу. Ирина права. Всегда была права.
– Но я не умею быть другой, Ир. Не умею скандалить, требовать, бороться…
– Умеешь, просто ты забыла, как это делать, – твёрдо сказала подруга. – А я тебе помогу.
– Как?
– Во-первых, завтра же идём к Андрею. Он адекватный мужик, хороший юрист. Объяснит про твои права и составит план действий. Во-вторых, нужно собрать информацию об этих фирмах – сколько они зарабатывают, какие активы…
– Откуда я это узнаю? Алексей никогда ничего не рассказывал.
– Маринка, ты пять лет с ним жила! – Ирина нетерпеливо махнула рукой. – Наверняка дома есть документы, флешки, распечатки… Мужики любят хранить важные бумаги под рукой.
– Но я же туда больше не пойду!
– Пойдёшь. Со мной. Возьмём всё, что найдём, – она решительно кивнула. – Это твой дом тоже, между прочим. Ты имеешь право забрать свои вещи.
Идея казалась одновременно пугающей и заманчивой.
– А если он будет дома?
– И что? Что он тебе сделает при свидетеле? – Ирина фыркнула. – Маринка, хватит его бояться! Он обычный мужик, который попался на измене. Никакой он не бог.
– Легко сказать…
– Я понимаю, что страшно. Но какая альтернатива? Сидеть, жалеть себя и ждать, пока он сам решит дать развод или нет? Пока он будет таскать домой кого попало, а ты будешь терпеть?
Я представила эту картину и поёжилась.
– Нет. Этого я точно не вынесу.
– Вот именно! Значит, надо действовать. И чем быстрее, тем лучше.
Мы помолчали. Ирина пила чай, я смотрела в окно, где уже начинало темнеть.
– Знаешь, – сказала подруга задумчиво, – я помню тебя совсем другой. В институте ты была решительной, смелой, с авантюрной жилкой. Помнишь ту преподавательницу по педагогике? Как она тебя доставала?
Я улыбнулась, вспоминая.
Глава 4
Мы познакомились с Ириной на первом курсе. Я тогда была тихой провинциалкой с одним чемоданом и большими надеждами. Родители едва наскребли денег на общежитие. Я ходила в одних джинсах и трёх блузках, купленных на рынке.
А Ирина была моей полной противоположностью. Яркая москвичка из обеспеченной семьи. Модная стрижка, дорогая косметика, последний айфон. Я думала, мы живём в разных мирах.
Но всё изменилось на семинаре по педагогике. Преподавательница – злобная тётка лет пятидесяти – устроила публичную порку. Вызывала к доске и унижала каждого.
Когда очередь дошла до меня, я растерялась. Не смогла ответить на вопрос про методы воспитания. От волнения всё вылетело из головы.
– Провинциалка не знает элементарных вещей! – ехидно протянула преподавательница. – Зачем в столицу приехала? Места занимать?
Я стояла красная, готовая провалиться сквозь землю. А потом услышала чёткий голос:
– Извините, но вопрос поставлен некорректно. Вы не уточнили возрастную группу. Марина правильно поняла, что нужно сначала выяснить этот момент.