Директива: Расширить! [7]

Глава 9. Большая игра.

Экзодия, Храмовый Мир, Альянс Ззод.

05.01.0000, 23:22:21 от Точки Отсчёта.

Первопроходцам всегда тяжело, даже если они ступают на земли, за которыми до этого могли наблюдать веками и тысячелетиями, опосредованно направляя их жителей туда, куда требовалось. Без личного контроля невозможно добиться точного результата, и последствия этого «Велий» сейчас наблюдал воочию.

Цийенийцы, раса, которая должна была за тысячи лет стать отражением культуры иной вселенной, дабы в ключевой момент органично принять над собой новую власть, пошла по другой, отвратительной Первопроходцу дороге.

Вместо высокой культуры и стойких идеалов – фанатизм и ненависть ко всем, не разделяющим их веру. Вместо стремления к самосовершенствованию каждого индивидуума – низведённая до нуля ценность жизни как таковой. А взамен уважения и почитания их как наставников, «Боги» получили страх и раболепие, с которыми, впрочем, ещё можно было работать.

Но наихудшим из грехов подконтрольного ему народа Первопроходец считал двуличие: на словах презирающие технологию, цийенийцы не только этими самыми технологиями активно пользовались, но и выжили когда-то лишь за счёт технологических достижений своих предков. Клонирование, поставленное на поток автоматическое обучение «продукта», генетические модификации – всё это в освоенных цийенийцами масштабах оставалось недостижимым во многих частях этой огромной галактики, стагнирующей и истлевающей в бесконечном, практически лишённом прогресса цикле.

Сам Первопроходец был далёк от пути, по которому шёл взятый под контроль народ, ибо даже на эту роль его избрали потому, что занимающиеся галактикой-целью изначально кураторы сгинули все, как один, поддавшись любопытству и уподобившись носителям греха вместо того, чтобы завершить свою миссию и стать их спасителями.

Как тогда решил «Велий», Старшие просто не стали вникать в произошедшее слишком глубоко, посчитав, что сами исполнители были слабы духом. И, приняв этот нелепый домысел за факт, назначили нового кандидата.

Кандидата, у которого было не так много времени на подготовку и изучение того, что должно было стать его плацдармом в новом мире.

Теперь же «Велий», оказавшись в этой галактике не только лишь взором и мыслью, но и телом, начинал понимать, что послужило причиной безумию сородичей, и отчего столь почётной ролью одарили именно его, далеко не самого достойного кандидата из всех изъявивших желание стать кирпичиком в фундаменте величия своей расы.

И почему старшие не отправили сюда кого-то из своих, удовлетворившись его кандидатурой.

Провал. Чудовищный провал, который отчаянно пытались исправить, лишь усугубляя положение. Первая попытка протянуть в эту галактику тончайшую ниточку Эфира – провалилась, ибо тут незваным гостям воспрепятствовал совершенно чуждый им разум, воплощённый в лишённом жизни металле. Разумные машины не потерпели вторжения на свою территорию, уничтожив расу, руками которых Вечные действовали в этой галактике, и тем самым свели на нет весьма долгую подготовку длиной в тысячи и тысячи лет. Вторая попытка потребовала немногим меньше времени, и представляла она из себя робкие попытки собрать воедино осколки того, первого плана, пошедшего крахом из-за безжизненного разума. Те из сородичей Первопроходца, которым была поручена эта работа, пытались исправить свои ошибки, не ставя в известность никого из старших.

И они справились бы, не рассредоточься избранная ими раса по всей обозримой галактике. Но произошло худшее, и судьба провалившихся и сошедших с ума кураторов ныне пугает неофитов в свежих летописях.

Здесь и сейчас же в руках Первопроходца, ступившего в новый мир с твёрдым намерением всё исправить, оказался далеко не лучший материал для дальнейшей работы. Он, бесспорно, мог отложить своё путешествие ещё на несколько десятков тысяч лет, доложив обо всём старшим и подняв шум, но тогда и его самого, скорее всего, отлучили бы от выполнения непростой миссии.

А «Велий» этого не хотел, поставив всё на свои ум и силу. Обстоятельства были очень непростыми, но он считал себя способным перебороть их всему вопреки.

Самым очевидным и масштабным следствием допущенных кураторами ошибок стало то, что поток прорвавшегося сквозь границу вселенных Эфира не был усвоен расой одарённых и подготовленных избранных, как должно было быть. Вместо этого он не только устроил коллапс галактических масштабов, не без помощи «Велия» потревожив само пространство, но и вырвался из-под контроля, продолжив распространяться по всей галактике. Ни о каком служении избранного народа Вечным более не шло и речи, но эта же неизбежность открывала ряд других, не менее интересных перспектив, на которые собирался сделать ставку ценящий импровизацию Первопроходец.

Прямо сейчас по его прямому указанию корабли-ковчеги, если так можно назвать грузовые суда с оборудованием для клонирования и минимально-необходимым персоналом, устремлялись сквозь пространство на волне эфира. Многие такие колонисты исчезали, так и не добираясь до точки назначения. Немалая их часть или оказывалась не там, или встречала ожесточённое сопротивление коренного населения посещаемых ими систем: несмотря на то, что «Велий» выбирал вырванные из общегалактической сети миры, кое-где всё же встречались не только примитивы, но и сохранившие корабли потомки древних колонистов, которых по каким-то причинам так и не нашли в эпоху активного составления карт межсистемных маршрутов.

Не обошлось и без систем, в которые «вываливались» наиболее везучие разумные, на кораблях которых нашлось место способным услышать Эфир людям и не только. Правда, было таких случаев столь мало, что Первопроходец даже не брал их в расчёт: зачем цепляться руками за проблемы, выделяя лишние силы с неясными перспективами, если можно ценой значительно меньших усилий освоить пару-тройку других систем, коих в этой галактике было несметное множество?

Тем не менее, среди таких вот заурядных случаев «Велий» не мог не заметить нечто, выбивающееся из общей картины. А именно – людей, среди которых обнаружился достаточно перспективный одарённый. Его свежесформированная связь с Эфиром была достаточно крепка, чтобы позволять ему ощущать использование заёмной силы его, Первопроходца, пешками, а это говорило о многом. И разбрасываться такими могущими хорошо послужить в будущем фигурами в его ситуации было бы роскошью, что и повлекло за собой отданный недавно приказ: силами группировки в десяток кораблей, – какая же мерзость, но пока последователи Его не могли ни странствовать по космосу своими силами, ни уж тем более уничтожать корабли без помощи высокотехнологичных механизмов, – захватить ценного человека, а всех остальных – уничтожить.

А для того, чтобы миссия эта не обернулась досадным провалом, – что более чем реально в случае со столь одарённым индивидуумом, который мог по наитию и корабль-другой схлопнуть в точку, – небольшую эскадру нужно усилить парой заимствующих. У Первопроходца как раз были подходящие кандидаты на примете: слишком глупые для того, чтобы претендовать на подчинение Эфира своей собственной воле, но достаточно крепкие, чтобы успешно проводить через себя огромные его объёмы. Проверить таких болванчиков в деле было необходимо в сжатые сроки, так как разумный металл уже выдвинул вперёд свои силы, и нельзя было предсказать, как скоро они смогут преодолеть последствия сильнейшего возмущения пространства.

Чем раньше у Альянса Ззод появятся обученные и способные на что-то масштабное одарённые, пусть и пользующиеся заёмной силой Первопроходца, тем проще будет удержать фронт. А там на поток будет поставлено обучение самостоятельных одарённых, способных стирать в пыль целые армады бездушных, и оттого беззащитных перед эфиром разумных механизмов.

Чуть шевельнув пальцами, «Велий» подозвал к себе одного из слуг, озвучив новый приказ. И стоило цийенийцу удалиться, как Первопроходец вновь погрузился в себя, слушая Эфир и силясь объять необъятное: целую галактику, которую следовало привести к покорности и перекроить по подобию своей родины.

Задача пусть и масштабная, но при том вполне посильная тому, кого не просто так целая раса уже величала не иначе как Богом…

***

Каюрри-2, инит-аграрная планета, Внешние регионы.

09.01.0000, 02:44:21 от Точки Отсчёта.

– Прошу прощения? – Хирако совершенно искренне вскинул бровь, втайне надеясь на то, что ему послышалось, и наглость разумных не шагнула на следующую ступень.

К сожалению, его собеседник поспешил развеять сие заблуждение, заставив коммодора утвердиться в своих худших предположениях… и вместе с тем приятно удивиться тому, какие выверты порой подбрасывает судьба-хитрюга.

– Мы просим Каюррианское правительство предоставить нам доступ к ресурсам из этого списка. Могу озвучить повторно, если хотите… – Коммодор поднял раскрытую ладонь, остановив уже открывшего рот человека.

Очевидно, Пепериччи – вольный торговец из орни, довольно башковитых в общем и целом, сообразил отправить на «переговоры» кого-то, кто должен был автоматически расположить коммодора к себе. Тобишь, другого человека: у рас, представители которых были, в силу разных обстоятельств, немного ксенофобами, такой ход считался более чем хорошим. Прибавьте сюда культуру орни с их абсолютным патриархатом, и картинка сложится.

Сам Хирако, конечно, послал бы к себе красотку посмазливее, но далеко не у всех рас мозги самца при виде привлекательной самки плавились так же, как у людей. А биологию и психологию видов слишком редко изучали даже те, для кого эффективность социальных взаимодействий стояла во главе угла.

Пепериччи, – или его советники, – исключением не стал, и его ставка на личную симпатию не сыграла.

Да и могла ли, учитывая сильнейшую нелюбовь коммодора к таких черт личностям? Пепериччи и Сокол не просто пестовали праздный образ жизни, нет: за этим пагубным стремлением богачи не замечали ничего другого. У них было в достатке кредитов, а вместе с ними – деликатесов, алкоголя, дурмана и куртизанок. Некогда обеспечив себе надёжный источник дохода, – или получив таковой в наследство, – они плыли по течению, сжигая свои тела в угоду сиюминутным удовольствиям. Какое им было дело до чужих проблем? Даже свои собственные их не очень-то и беспокоили, пока изменения не задевали пропащих гедонистов напрямую.

Бесспорно, среди их братии нашлись и те, кому коллапса масштаба половины галактики хватило, чтобы отодвинуть в сторону свои пороки и начать действовать в соответствии с политикой правителя, на территории которого они невольно были заперты. Куда большая часть просто пошла на уступки, не желая, впрочем, оставлять позади привычный образ жизни: они разменяли часть своего имущества и кредитов на щедрые поставки, личные резиденции на окраине города и, по крайней мере, временную неприкосновенность.

И лишь единицы, вроде пресловутых Пепериччи и Сокола, чьи имена рисковали стать на Каюрри нарицательными, предпочли проигнорировать события во «внешнем мире», послав далеко и надолго всех отправленных переговорщиков. А теперь, когда оказалось, что автономные яхты не такие уж и автономные без межсистемного сообщения, а богатство – вещь неосязаемая без доступа к имуществу на удалённых планетах, вольные торговцы изволили напрячь мозги и заслать уже своих «послов», суля конкретно коммодору Хирако солидные суммы за помощь в «простом, в общем-то, дельце».

Их вопиющая наглость и уверенность в успехе сего предприятия наглядно демонстрировала истинное положение дел в, по меньшей мере, Пространствах Федерации. Коррупция и вседозволенность для владельцев раздутых счетов там были явлением тем более нормальным, чем дальше находилась столичная звёздная система. А богач в современном мире мог одинаково хорошо существовать хоть в центральных мирах, хоть в самой глубокой из дыр этой галактики. Вопрос был лишь в средствах, ибо соответствующая яхта и охрана стоили недёшево.

Сам Хирако раньше не единожды встречал таких вот вольных торговцев, да и общаться лично приходилось: пиратов и контрабандистов нередко нанимали именно представители этой профессии. Но за последние годы, став частью идущего вперёд механизма под названием Каюррианская Автономия, коммодор успел отвыкнуть от этой части жизни. Такие дела было, кому вести за него, так что лицом к лицу с подобными этим ничтожествам разумными мужчина не встречался уже давненько.

А встретившись – понял, что без таких контактов он с большим удовольствием проживёт ещё лет десять, а то и больше. Коммодору сильно захотелось просто избавиться от выбешивающих его засранцев, но положение вынуждало действовать тоньше.

– Не стоит, я запомнил услышанное и с первого раза. Вы изучали последнее постановление касательно невольных заложников нынешней ситуации и принадлежащих им кораблях? – Посланник неуверенно кивнул. – Вам должно быть известно так же и об обещании, данном Лордом Про во всеуслышанье. Да-да, касательно судьбы разумных и их имущества, которые предпочли проигнорировать изначально достаточно щедрое предложение Каюрри. Боюсь, что из-за этого тихо решить такую проблему не выйдет, и уж тем более не, простите, через вторые руки.

– Я понимаю. – Хирако мысленно усмехнулся, заметив на лице сидящего напротив человека проскользнувшее на пару секунд облегчение, продиктованное недвусмысленным намёком на невозможность обсуждения вопроса непосредственно с ним. Переговорщиком этот мужчина не был, да и в целом не похоже было, что его часто отправляли на подобного рода задания. – Вы хотите поговорить лично с господами Пепериччи, Соколом и Лауи, правильно?

– Совершенно верно. – Коммодор кивнул. – Более того, моих полномочий для закрытия всех вопросов может быть недостаточно, так что я считаю необходимым пригласить вами упомянутых господ на Каюрри. Если на то будет их воля – вместе с кораблями, но не больше десятка бортов. Принять большее число судов, к сожалению, не удастся даже с моими возможностями.

Демонстративно разведя руками, Хирако откровенно старался не выпустить эмоции из-под контроля. С лицедейством у него и так всё было очень не очень за исключением редких случаев, которые иначе как наитием объяснить было трудно, а здесь так и вовсе приходилось без подготовки строить из себя заинтересованного в кредитах «штабного офицера», скрывая желание изъять из кобуры «парадный» пистолет и наделать дырок сначала в посланнике, а после и в его хозяевах.

И поступи он так, это даже совпало бы с избранной Про политикой, заключающейся в мобилизации всех доступных ресурсов для скорейшего восстановления межсистемных подпространственных маршрутов…

Но аккуратный вариант с захватом смутьянов был, всё же, предпочтительнее, так как без «головы» весь сброд богатеньких идиотов сразу поднимет ручки кверху, и уже через сутки на балансе Каюрри появятся столь необходимые сейчас звездолёты. В противном же случае всё может сильно затянуться, и совсем не факт, что корабли в процессе разборок не будут повреждены или намеренно саботированы.

Впрочем, Пепериччи сотоварищи от печальной кончины отделял лишь риск проблеска сознания в их пропитых мозгах, из-за которого они могут испугаться соваться на планету лично. Тогда придётся возвращаться к тому плану, над которым Хирако и работал до сего подарка судьбы в лице «посла» от будущих жертв тиранов-самодуров в лице Каюррианского правительства.

– И о какой, простите, сумме может идти речь? Не то, чтобы мне было необходимо это знать, но так господам будет проще принять решение…

Хирако медленно покачал головой:

– Меня полностью устроила бы названная вами сумма, а за нашего Лорда я с уверенностью говорить не могу. Вполне вероятно, что он решит взять не деньгами, а будущими услугами или даже дружбой: всё же, господа вольные торговцы достаточно влиятельны, а Автономии сейчас нужны связи. Особенно такие. – В том, что разговор будет дословно пересказан хозяевам посланника коммодор не сомневался, и потому счёл нелишним слегка им польстить, а так же подарить надежду на дешёвое решение всех вопросов. Простой, даже слишком прямолинейный ход, но Пепериччи с его послушными горе-товарищами хватит и этого.