Мир для сорок пятого Тенгрия

— Без мяса не возвращайтесь!

Охотники суеверно сплюнули. В пустошах каждый знал: пожелать удачи вслух — верная примета вернуться с пустыми руками, а то и вовсе не вернуться.

Но в начале пути ничего не предвещало беды. Отряд благополучно пересек уже изученную ими падь и вошел в густой лес у старой, корявой лиственницы. Едва заметная цепочка заячьих следов вела к скалистому отрогу, который резко обрывался вниз. Девушки, среди которых была Ашада, принялись расплетать уже попорченные и замерзшие петли, а мужчины следом ставили новые.

Сердце Нотана пропустило удар, когда тишину леса разорвал истошный, захлебывающийся крик Ашады.

Как он преодолел расстояние в полсотни шагов и оказался возле неё, охотник так и не вспомнил. Но то, что он увидел, заставило его действовать молниеносно, на голых инстинктах.

Девушка лежала на снегу, забившись под вывороченные корни дерева. Её ноги и талию плотно оплел шевелящийся клубок немыслимо огромных, толстых змей с грязно-бурой чешуей. Таких тварей сроду не водилось в этих северных краях. Ашада, скорчившись, уже не кричала. Она не реагировала на укусы, ее глаза закатились.

Не помня себя от первобытного ужаса, не понимая, как и почему он это делает, Нотан вскинул руки. Воздух между его ладонями сгустился, затрещал, и в следующую секунду ослепительной звездой вспыхнул ревущий голубой огонь. Пламя сорвалось с его рук и ударило в змеиный клубок.

Твари даже не успели зашипеть — упругий пучок мгновенно рассыпался серым пеплом, не оставив на одежде Ашады ни единого подпалины.

Нотан рухнул на колени и подхватил девушку на руки. С леденящим душу ужасом он понял: она не дышит. Змеиный яд или болевой шок остановили её сердце.

— Нет! Это невозможно! Я не позволю! Ну же, девочка моя! — в отчаянии зарычал он.

Где-то в глубине его сознания отчаяние сорвало древнюю печать. С кончиков пальцев Нотана, прямо сквозь толстую куртку Ашады, сорвались тонкие, ветвящиеся молнии чистого синего света. Они ударили прямиком в остановившееся сердце. Раз, другой...

Грудь Ашады судорожно выгнулась. Она судорожно, со свистом втянула морозный воздух и закашлялась. Открыв глаза, она встретилась с безумным взглядом охотника, увидела тлеющий пепел вокруг них и, ничего не понимая, доверчиво прильнула к его груди.

К ним уже бежали остальные охотники, хрустя снегом. Нотан, тяжело дыша, спрятал искрящиеся руки за спину и не нашел ничего умнее, чем громко сказать спасительную фразу:

— Глупенькая моя... Это просто заяц. Опять заяц выскочил.

Ашада непонимающе моргнула, но, перехватив его умоляющий взгляд, промолчала. Нотан наплел подоспевшим охотникам байку про огромного русака, напугавшего девушку до обморока, и оставил Ашаду, которая всё еще дрожала, на попечение посмеивающихся товарищей.

А сам, сжимая в руке копье, быстро спустился в ложбину, откуда приползли твари.

Перевалив пригорок, он оказался на поляне и почти сразу нашел глубокий раскол в земле, надежно спрятанный под первым снегом. Раскол тянулся через всю низину к подножью каменного отрога. На краю стояли три исполинские березы, а под их переплетенными корнями темным, смрадным зевом раскрывалось углубление. От него во все стороны змеились свежие борозды на снегу.

Заглянув туда, Нотан почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Вся пещера была усеяна копошащимися скользкими телами и кладками. Преодолевая брезгливость, он сунул руку в крайнюю кладку, бросил в мешок несколько теплых яиц и отступил.

— В лагерь, срочно. Герес должен это увидеть, — билась в голове единственная мысль.

Второпях, срезая путь, он наткнулся на сгоревший пень, обрубленный так высоко, что в сумерках он напоминал человека в черных одеждах. Остатки обгоревших ветвей были сложены на груди, словно руки в безмолвной мольбе. Этот жуткий страж заставил Нотана остановиться.

Воздух вокруг казался густым и отравленным. Нотан закрыл глаза, глубоко вздохнул и... разрешил себе видеть так, как не может видеть ни один человек.

Когда он разомкнул веки, его зрачки сияли сапфировым светом. Лес стал прозрачным, горизонт приблизился, распадаясь на энергетические линии. Его взор метнулся за многие мили отсюда, за Великий Утес. То, что он там увидел, заставило его сердце сжаться в тугой комок. Он побежал обратно так быстро, как только мог.

После сбивчивого рассказа Нотана, Герес действовал быстро и жестко. Было принято решение немедленно собрать самых проверенных мужчин на сход, но сделать это нужно было втайне, чтобы не посеять панику среди женщин и детей.

Они собрались глубокой ночью в отдаленном зимовье Немеса под видом камлания и распития чаги. В жилище стоял густой полумрак. Костер был притушен так, что мерцали только вишневые угли, а дым из трубы почти не шел. Лишь изломы морозного воздуха над крышей выдавали, что внутри есть жизнь.

Убедившись, что тяжелая дверь заперта на засов, а у стен нет лишних ушей, Герес вышел в центр помещения и достал из-под тулупа мешок, пропитанный темной, дурно пахнущей жижей. Он развязал тесемки, и на земляной пол с глухим стуком вывалились три огромных, кожистых яйца грязного цвета.

Шестеро мужчин замерли у обессиленного костра. Они сидели абсолютно неподвижно, боясь даже дышать, и с ледяным ужасом смотрели на то, как от тепла помещения кожистая скорлупа начала пульсировать и рваться. Из яиц, шипя и извиваясь, навстречу им выгрызались слепые, но уже зубастые змееныши.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.