Антикризисный Ликвидатор: Дефолт Реальности

Штольц застыл с поднятой рукой. Его пергаментное лицо перекосило от бессильной ярости. Он понимал: этот смертный поймал его в идеальный юридический капкан. Любой удар магией или оружием приведет к тому, что Высший Регулятор просто аннулирует существование самого Штольца и наложит арест на корсчета его филиала.

— Вы... чудовище, — прошипел Архи-Взыскатель сквозь зубы. — Откуда вы знаете прецеденты Третьей Эпохи? Откуда у вас формы отчетности по стандарту МСФО-План? Кто вы такой?!

Родион аккуратно убрал перьевую ручку в карман жилета, защелкнул замки на дипломате и спокойно посмотрел на коллектора:

— Я тот, кто проводит санирование трупов, пока вы пытаетесь нажиться на их гниении. А теперь давайте поговорим как цивилизованные кредиторы. Вы ведь не хотите, чтобы я прямо сейчас направил запрос на внеплановую проверку вашего департамента в Комитет по Этике и Финансовому Мониторингу Демиургов?

Штольц судорожно сглотнул.

Внеплановая проверка регулятора для высокопоставленного банкира была хуже смертного приговора. Это означало вскрытие всех личных сейфов, проверку серых офшоров и неизбежное разжалование в ранг младшего счетовода с конфискацией всей накопленной за тысячелетия благодати.

— Чего... чего вы хотите? — глухо спросил Архи-Взыскатель, опуская руки.

— Реструктуризации, — мягко, почти дружелюбно произнес Родион. — Мирового соглашения на взаимовыгодных условиях.

Варламов извлек из папки заранее подготовленный бланк. Текст на нем был напечатан мелким, убористым шрифтом, не оставляющим ни малейшей лазейки для двусмысленных трактовок.

— Мы фиксируем признание задолженности Сектора 7-Бис перед Банковским Домом в размере восьмисот семидесяти тысяч империалов. Я благородно закрываю глаза на восемьдесят тысяч сальдо в мою пользу — считайте это жестом доброй воли и инвестицией в наши будущие партнерские отношения.

Штольц недоверчиво прищурил треснувший монокль:

— Вы отказываетесь от встречных выплат?

— Я откладываю их зачет, — поправил Родион. — В обмен на следующие условия:

Первое. Полная заморозка любых претензий, санкций, секвестров и обеспечительных мер в отношении Сектора 7-Бис, рудника «Слеза Инвестора» и всех его операционных активов.

Второе. Мораторий на выплату тела долга и процентов сроком ровно на три месяца — девяносто системных суток.

Третье. Фиксация процентной ставки на уровне двух целых и пяти десятых процента годовых без права капитализации на период моратория.

Четвертое. Банковский Дом выдает мне сертификат добросовестного санатора, подтверждающий исключительное право конкурсного управляющего Родиона Варламова единолично распоряжаться всей конкурсной массой сектора без вмешательства третьих лиц, включая Военную Комендатуру.

Штольц слушал эти пункты, и его пальцы судорожно подергивались.

Три месяца. Для вечного существа девяносто дней были каплей в море, ничтожным мигом. Но для сектора, где каждый час выплавлялась чистая ликвидность, это было целой вечностью.

— Вы берете слишком много полномочий, ликвидатор, — пробормотал Штольц. — Сертификат санатора сделает вас абсолютным диктатором в финансовом поле этого региона. Комендант гарнизона имеет статус привилегированного военного кредитора...

— Комендант — банкрот и вор, который списывал государственное имущество на боевые потери, — отрезал Варламов. — И с ним я разберусь сам. Через сорок семь часов его юрисдикция будет аннулирована. Вы получите свои деньги в полном объеме через девяносто дней. Сверхчистым лазуритом по биржевому курсу на день оплаты. Или вы уходите ни с чем прямо сейчас, а завтра утром в ваш головной офис постучатся аудиторы из Департамента по Борьбе с Картельными Сговорами. Выбирайте.

Тишина, повисшая в пещере, стала абсолютной. Слышно было лишь мерное капание конденсата где-то в глубине неотработанных штреков.

Штольц смотрел на контракт. Затем на Варламова. В глазах смертного не было ни капли страха, ни тени сомнения — лишь холодная, математически выверенная пустота человека, который держал в руках балансовые отчеты целых галактик и отправлял под нож цивилизации за несоответствие кредитным ковенантам.

— Перо, — хрипло выдавил Архи-Взыскатель.

Один из автоматонов поднес ему длинное золотое стило.

Штольц прижал палец к собственной ладони. Из бледной кожи выступила капля золотистой эктоплазмы — кровь высших банковских сущностей. Обмакнув перо в собственную суть, он размашисто расписался в нижней части пергамента.

[Внимание! Заключено Мировое Соглашение!]

[Стороны: Антикризисный Ликвидатор Родион Варламов / Первый Пан-Демиургический Банковский Дом]

[Условия: Мораторий на удовлетворение требований кредиторов активирован на срок: 90 ДНЕЙ]

[Штрафы и неустойки: ЗАМОРОЖЕНЫ]

[Присвоен статус субъекта: «Предприятие в процедуре финансового оздоровления высшей категории защиты»]

[Иммунитет от отчуждения активов: АКТИВЕН]

В тот же миг платиновые цепи, висевшие над рудником, с мелодичным перезвоном рассыпались миллиардами золотых искр. Эти искры осели на контейнеры с кристаллами, сформировав на них нерушимую защитную руну высшей банковской гарантии.

Штольц выпрямился, вернув себе остатки холодного величия, хотя треснувший монокль придавал его лицу надломленный, зловещий вид.

— Вы выиграли три месяца, господин ликвидатор, — ледяным тоном произнес посланник. — Девяносто дней пролетят быстро. Ровно на девяносто первые сутки, в полдень по времени нулевого меридиана, я вернусь сюда. И если на эстакаде не будет стоять восемьсот семьдесят тысяч империалов в эквиваленте чистой руды... никакие прецеденты Третьей Эпохи не спасут вас от распыления в пыль. Я лично прослежу, чтобы вашу душу продали на аукционе вечного рабства.

— Чашечку кофе на дорожку не предлагаю — у нас жесткий лимит на представительские расходы, — спокойно ответил Родион, пряча подписанный экземпляр мирового соглашения обратно в дипломат. — До встречи через девяносто дней, господин Штольц. Передавайте привет совету директоров. И передайте вашему юридическому отделу: пусть сменят шаблоны договоров цессии. Они безнадежно устарели.

Архи-Взыскатель скрипнул зубами, резко развернулся и взмахнул полой графитового сюртука.

Обсидиановая платформа плавно вплыла обратно в золотистый пространственный разлом. Края раны на теле реальности начали стремительно сходиться, запечатываясь аккуратными стежками системного кода. Еще секунда — и вспышка червонного золота погасла, оставив после себя лишь легкий запах озона и сургуча.

Локальное время сорвалось с паузы. Стрелка на часах Родиона вновь мерно затикала.

В пещере поднялся оглушительный рев. Шахтеры вскочили на ноги, обнимаясь, стуча касками о каменные стены и размахивая кайлами. Они не понимали юридических терминов, они не знали, что такое «сальдо» и «субсидиарная ответственность». Но они видели главное: человек в безупречном черном пальто с одной лишь бумагой и перьевой ручкой в руках только что заставил отступить само воплощение космического ужаса, перед которым трепетали короли.

К Родиону, запыхавшись, подбежал бригадир забойщиков — кряжистый бородач с обожженным метаном лицом. Его руки мелко дрожали, когда он попытался прикоснуться к лацкану пальто ликвидатора, словно проверяя, настоящий ли он.

— Ваша светлость... господин управляющий... — заикаясь, выдохнул бригадир. — Это... это же были Сами Счетоводы Судьбы! Про них в легендах поют... если они приходят, мир сгорает дотла, а людей уводят в долговые каменоломни Бездны! Как вы их... на три месяца?! Целых три месяца жизни?!

Родион Варламов взглянул на часы.

Лицо ликвидатора оставалось абсолютно невозмутимым, словно он только что закрыл рутинную налоговую декларацию заштатного ларька.

— Не жизни, любезный, — сухо произнес Родион, поправляя манжеты сорочки. — А операционной передышки для завершения санационных процедур. Три месяца — это девяносто суток. Две тысячи сто шестьдесят часов. При текущей выработке в четыреста пятьдесят империалов в час рудник сгенерирует девятьсот семьдесят две тысячи чистой ликвидности. Этого с лихвой хватит на закрытие мирового соглашения с Банковским Домом и выплату дивидендов трудовому коллективу.

Он повернулся спиной к ревущей от восторга толпе и посмотрел на гигантский экран системного мониторинга, висевший над центральным стволом шахты.

Там, в разделе текущих угроз, багровым цветом пульсировала строка военного ультиматума:

[До истечения срока ультиматума Военной Комендатуры Сектора 7-Бис осталось:]

[46 часов 58 минут]

[Статус оппонента: Формирование штурмовых колонн тяжелой пехоты]

[Цель коменданта: Силовой захват активов рудника под предлогом военного положения]

Варламов достал из дипломата тонкую сигариллу, щелкнул бензиновой зажигалкой из матовой платины и сделал глубокую затяжку. Ароматный терпкий дым тонкими кольцами поднялся к сводам пещеры, растворяясь в синем сиянии кристаллов.

— Банковский Дом нейтрализован. Их руки связаны мировым соглашением, и они не посмеют вмешаться, — тихо произнес Родион сам себе. В его серых глазах заблестел холодный азарт истинного финансового хищника. — А вот у нашего дорогого Коменданта нет юридического иммунитета. Он считает, что у него есть армия, пушки и право сильного. Он еще не понимает, что армия на голодном пайке — это не военная сила. Это кредиторская задолженность по заработной плате с критическим сроком просрочки.

Ликвидатор выдохнул струю сизого дыма прямо на багровый таймер ультиматума.

— Бригадир! — скомандовал Родион, не оборачиваясь.

— Слушаю, господин управляющий! — вытянулся в струнку забойщик.

— Увеличьте подачу пара на проходческие щиты четвертого горизонта на пятнадцать процентов. Первые десять контейнеров с лазуритом направить не на склад, а на транспортный терминал сектора. Мы открываем факторинговую кредитную линию для закупки тяжелых турелей залпового огня и нанимаем независимый ЧВК-дивизион аудиторов для проведения инвентаризации в офицерском штабе гарнизона.

Родион стряхнул пепел на каменный пол и медленно улыбнулся — тонкой, острой, беспощадной улыбкой человека, чей баланс сошелся копейка в копейку.

— Пора объяснить генералам, что бывает, когда ты берешь кредит у реальности и забываешь вовремя платить по счетам. За работу, господа. Наш дефолт только что стал их персональным апокалипсисом.

Глава 5. Прорыв на 2-й Ранг

Тяжелая железная дверь временного кабинета, обустроенного в бывшей диспетчерской шестого яруса, с глухим лязгом отрезала внешний гул рудника. Здесь, на трехсотметровой глубине, грохот паровых отбойников и скрежет клетей превращались в низкую, утробную вибрацию, отдававшуюся в подошвах начищенных оксфордов.

Родион Варламов бросил дипломат из кожи глубоководного василиска на массивный дубовый стол, чудом уцелевший при бегстве прежней дирекции. Снял серый твидовый пиджак, аккуратно расправил его на спинке грубо сколоченного кресла и ослабил узел шелкового галстука.

Перед глазами, чуть вибрируя в такт биению пульса, не угасало системное уведомление. Оно висело в периферии зрения уже сорок минут — с того самого мгновения, как подпись верховного поверенного Банковского Дома запечатала договор цессии, а кристаллический алтарь шахты признал Варламова единственным легитимным оператором объекта.

[Внимание!]

[Активирована отложенная фаза ликвидационного баланса.]

[Суммарный объем аккумулированной дебиторской задолженности сектора: 14 820 000 энергетических экю.]

[Поглощение долговых обязательств Банковского Дома: 100%]

[Текущий статус энергосети субъекта: Критическое перенасыщение нераспределенной ликвидностью.]

[Порог 1-го Ранга преодолен.]

[Доступна принудительная инициация эволюции сущности: «Прорыв на 2-й Ранг: Консолидация капитала».]

[Таймер стабильности ядра души: 00:14:22... В случае отказа от прорыва избыточная масса энергии вызовет энтропийный дефолт духовных каналов.]

— Никакого дефолта на моем балансе, — сухо бросил Родион в полумрак комнаты.

Он подошел к узкому бронированному смотровому окну. Далеко внизу, в разверзшейся бездне центрального ствола, пульсировали гигантские друзы первородного лазурита. Их сапфировый свет отражался в клубах маслянистого пара и оседал синей инеем-пылью на кабелях высокого давления. Шахта дышала. Но этот вдох был прерывистым, судорожным — как у тяжелобольного гиганта, которому только что ввели адреналин прямо в сердечную мышцу.

Четырнадцать минут. Достаточно, чтобы перекурить, но непозволительно много для того, кто привык принимать решения в десятые доли секунды на торгах банкротным имуществом падших миров.

Варламов щелкнул тумблером на массивном латунном пульте у стены.

— Потап, — не повышая голоса, произнес он в медный раструб переговорника.

— На связи, господин управляющий! — немедленно отозвался бригадир. В трубке свистел пар и надсадно выли пневматические лебедки. — Четвертый горизонт запущен! Давление в магистрали на пределе, автоматика визжит, но щиты пошли вперед. Первый состав с обогащенной породой загнали в накопитель терминала.

— Отлично. Заблокируйте гермостворы нулевого и первого ярусов на механические запоры. Отключите подъемники восточного крыла от общей энергосети рудника и переведите на резервные паровые генераторы. Ни одна живая душа, включая ваших забойщиков, не должна приближаться к диспетчерской в течение следующего часа. Если на внешнем контуре появятся разъезды комендатуры — не вступать в огневой контакт. Сбрасывайте пар в вентиляционные шахты внешнего периметра, создавайте тепловую завесу.

— Сделаем в лучшем виде, господин ликвидатор. Только... вы там поосторожнее. Кристаллы внизу гудят нехорошо. У нас старики бают, когда Бездна начинает так вибрировать — земля требует выкупа.

— Земля получит выкуп в строгом соответствии с конкурсной массой, бригадир. Выполняйте.

Родион повесил трубку, повернул тяжелый латунный засов на двери и опустился в кресло. Достал из кармана жилета плоский хронометр из черненого серебра, положил его перед собой. Стрелка отсчитывала секунды с неумолимостью судебного исполнителя.

— Инициация, — четко артикулируя, скомандовал он Системе.

Мир вокруг мгновенно потерял цвета.

Звуки шахты — рев пара, грохот породы, стоны металла — оборвались, срезанные абсолютным безмолвием. Воздух в диспетчерской загустел, превратившись в холодную, вязкую субстанцию, напоминающую жидкий азот. Пламя керосиновой лампы на столе застыло неподвижным желтым конусом.

В груди Родиона вспыхнула черная точка.

Это не было огнем стихийного мага или ослепительным сиянием паладинов Созидания. Это была чистая, незамутненная пустота — первородная плотность Бездны, спрессованная многолетней практикой холодного расчета. Вся энергия, которую он извлек из поверженных кредиторов, рухнувших финансовых пирамид целых провинций и недавнего разгрома филиала Банковского Дома, хлынула по его энергоканалам.

[Запущена процедура конвертации личной энтропии.]

[Аудит энергоструктуры носителя...]

[Текущий класс: [Кризисный Управляющий (1-й Ранг)].]

[Базовые характеристики ядра:

- Осевая плотность праны: 100/100 (Критический максимум для 1-го Ранга)

- Индекс финансово-волевого давления: 890 ед.

- Глубина резонанса с Бездной: 44.7%]

Боль пришла не сразу. Сначала она походила на зуд в костях, будто в костный мозг залили расплавленный свинец. Затем духовные каналы, не рассчитанные на подобный объем плотной долговой субстанции, начали лопаться, как перегруженные паропроводы.

Варламов не застонал. Он лишь крепче сжал подлокотники кресла, так что костяшки пальцев побелели, а полированное дерево захрустело под давлением его пальцев. Его лицо оставалось маской холодного высокомерия. В его прежней жизни, на высших этажах межпланетных синдикатов, приходилось выдерживать психологические атаки советов директоров, способные стереть личность человека за секунды. Физическая перестройка нервной системы казалась на этом фоне всего лишь неизбежными операционными расходами.

«Активы должны превосходить пассивы, — мысленно, как мантру, повторял он структуру собственного фундаментального закона. — Каждая единица боли — это дебет. Каждая секунда выдержки — кредит. Баланс сводится в ноль. Всегда в ноль».

Черная точка в сердце взорвалась внутрь.

[Внимание! Превышение порога структурной плотности энергокаркаса!]

[Трансформация энергоканалов: Обычные меридианы праны заменяются на [Арбитражные Магистрали Поглощения]. Пропускная способность увеличена на 340%.]

[Ядро души кристаллизуется. Формируется структура: [Облигационный Монолит Бездны (Ранг 2)].]

[Системный запрос: Доступно ветвление эволюции класса. Выберите направление дальнейшей специализации:]

Перед внутренним взором Родиона развернулись три свитка из черного пергамента, исписанные пылающими системными рунами.

1. [Главный Ликвидатор Территорий]:

Специализация на тотальном разрушении материальных структур должника. Увеличение разрушительного потенциала атакующих плетений на 200%. Способность обращать в пыль крепости, промышленные комплексы и укрепрайоны. Бонус к управлению тяжелой техникой и осадными механизмами.

*«Если долг нельзя вернуть, залог подлежит аннигиляции вместе с заемщиком».*

2. [Имперский Конкурсный Производитель]:

Специализация на административном и экономическом доминировании. Увеличение дохода подконтрольных узлов на 50%. Способность подчинять волю разумных существ через кабальные контракты и кредитную зависимость. Создание марионеточных гильдий.

*«Золото правит армиями, а законы правят золотом».*

3. [Арбитражный Управляющий Бездны (Уникальный / Скрытый класс)]:

Специализация на абсолютном перехвате контроля над законами реальности, ресурсами и активами оппонентов на стыке материального права и метафизики Пустоты. Способность налагать обеспечительные меры на сами физические законы, артефакты, заклинания и снаряжение врагов. Превращение чужой силы в предмет судебного спора с последующей конфискацией.

*«Перед лицом Бездны любая материя — лишь временная ссуда. И срок ее выплаты истек вчера».*

Родион даже не стал задерживать взгляд на первых двух вариантах. Банальное разрушение было уделом ограниченных боевиков, не способных мыслить категориями сложного процента. Административное доминирование связывало по рукам и ногам имперскими уложениями, делая его уязвимым перед вышестоящей государственной бюрократией.

Но третий вариант... Третий вариант превращал саму ткань реальности в конкурсную массу, где он выступал единственным судьей, приставом и палачом.

— Выбор: Арбитражный Управляющий Бездны, — произнес Варламов вслух, и его голос прозвучал с пугающим металлическим резонансом, будто говорила не гортань человека, а многотонный свод подземного хранилища.

[Выбор подтвержден!]

[Инициация классовой мутации: 100%...]

[Поздравляем! Вы достигли 2-го Ранга Могущества.]

[Ваш класс эволюционировал: [Арбитражный Управляющий Бездны].]

[Ваш титул обновлен: «Ликвидатор Первой Категории».]

Ударная волна черного пламени вырвалась из груди Родиона, разметав бумаги на столе и мгновенно закоптив каменные стены диспетчерской. Стекла в смотровом окне задрожали, покрывшись паутиной трещин, но выдержали. Твидовый жилет на груди Варламова остался цел — теперь даже ткань его одежды пропиталась системной волей хозяина, приобретая свойства легкого защитного зачарования.

Он медленно выдохнул. Воздух в комнате снова стал теплым, запах озона и серы смешался с ароматом застарелой бумажной пыли и холодного железа.

Родион поднял руку и сжал кулак. Вокруг пальцев заструились тончайшие, похожие на шелковые нити, черные цепи с вплетенными в них тускло-золотыми печатями. Это были физические манифестации долговых уз. Сила больше не текла диким потоком — она подчинялась строжайшей дисциплине, зафиксированной в параграфах системного кодекса.

— Статус, — скомандовал он.

В воздухе развернулась широкая полупрозрачная панель цвета полированного обсидиана:

╔══════════════════════════════════════════════════════════════════╗

РОДИОН ВАРЛАМОВ | РАНГ 2 | АРБИТРАЖНЫЙ УПРАВЛЯЮЩИЙ БЕЗДНЫ

╚══════════════════════════════════════════════════════════════════╝

Уровень энергосистемы: 21 (Начальный этап 2-го Ранга)

Финансово-волевой потенциал (Мана): 4 500 / 4 500 (+120/мин)

Энтропийный резерв Бездны: 1 200 / 1 200 ед.

Плотность духовного тела: 185 (+90 к базовой защите от магии и кинетики)

[КЛАССОВЫЕ ПАССИВНЫЕ НАВЫКИ]:

● [Презумпция Виновности Должника (Ранг 2)]: Любая агрессия в адрес Управляющего автоматически классифицируется Системой как «незаконное отчуждение конкурсной массы». Враг получает дебафф к сопротивлению ментальному и физическому давлению на 25%.

● [Балансовая Неуязвимость]: 15% получаемого прямого урона конвертируется в долговые обязательства атакующего и накапливается в виде пула ответной кинетической компенсации.

[КЛАССОВЫЕ АКТИВНЫЕ НАВЫКИ]:

● [Арест Имущества (Ранг 1)] — НОВЫЙ!

● [Внесудебное Взыскание (Ранг 2)] — МОДЕРНИЗИРОВАН!

● [Ликвидационный Вексель (Ранг 2)] — МОДЕРНИЗИРОВАН!

● [Аудит Уязвимостей (Ранг 2)] — МОДЕРНИЗИРОВАН!

Варламов сфокусировал взгляд на новой строке. Система тут же послушно развернула подробную карточку умения.

┌──────────────────────────────────────────────────────────────────┐

НАВЫК: [Арест Имущества] (Ранг 1, Активный, Точечный/Площадной)

Затраты: 350 ед. Маны + 50 ед. Резерва Бездны за объект

Дистанция применения: 40 метров (увеличивается с ростом Ранга)

ОПИСАНИЕ:

Арбитражный Управляющий накладывает метафизическое и физическое

обременение на материальные и артефактные ценности оппонента,

объявляя их «спорным обеспечением по неисполненным обязательствам».

ЭФФЕКТЫ:

1. Блокировка Оружия: Выбранное оружие цели (клинки, огнестрел,

паровые винтовки, артиллерийские затворы, магические посохи)

покрывается неразрушимой Сургучной Печатью Бездны.

- Огнестрельное и паровое оружие: заклинивание механизма,

блокировка подачи патронов/пара, невозможность воспламенения пороха.

- Холодное и зачарованное оружие: лезвия теряют остроту,

становится невозможно извлечь клинок из ножен, чары

полностью угасают.

2. Запрет на Отчуждение: Оружие увеличивает свой эффективный вес

в 5 раз. При попытке применить запечатанное имущество владелец

получает шоковый электрический или энтропийный урон в размере

10% от текущего запаса сил за каждую попытку активации.

3. Длительность: 3 минуты (базовая). Продлевается, если цель

имеет подтвержденный статус злостного неплательщика.

«То, что вы держите в руках, больше вам не принадлежит.

Оно арестовано до завершения конкурсного производства».

└──────────────────────────────────────────────────────────────────┘

На тонких губах Варламова заиграла холодная, хищная улыбка.

— Блестяще, — тихо произнес он, поправляя запонку на левом манжете. — Просто восхитительно. Генералы привыкли меряться калибрами и толщиной бронеплит. Они забывают, что оружие в их руках — это всего лишь основные средства, стоящие на балансе части. А на любые основные средства можно наложить обеспечительные меры, если подать правильное заявление в правильную инстанцию.

Он поднялся из кресла, подошел к зеркалу в углу кабинета и оправил галстук.

В отражении на него смотрел прежний Родион Варламов — безупречно выбритый, с холодным, проницательным взглядом серых глаз, с иголочки одетый столичный чиновник высшего звена. Но в глубине зрачков теперь мерцали две бездонные черные точки, вокруг которых медленно вращались золотые символы арбитражных кодексов Бездны. Давление его ауры, даже сжатой до минимального предела, заставляло пылинки в лучах света замирать, не смея упасть на его плечи.

Внезапно в коридоре за бронированной дверью послышался топот тяжелых кованых сапог, сопровождаемый частым дыханием и лязгом железа.

Затем последовал торопливый, сбивчивый стук.

— Господин управляющий! Господин ликвидатор, беда!

Родион подошел к двери, неторопливо отвел засов и распахнул створку. На пороге стоял Потап. На широком чугунном наплечнике бригадира темнела глубокая борозда от рикошета крупнокалиберной пули, грубая ткань робы на рукаве дымилась.

— Я же приказал держать периметр и не рисковать людьми, бригадир, — ровным, ледяным тоном заметил Варламов.

Потап отшатнулся. Взглянув в глаза Родиона, старый забойщик, повидавший в забоях мутантов Бездны и обвалы пластов, судорожно сглотнул и непроизвольно согнул спину в полупоклоне. Неведомая, колоссальная сила, исходившая от фигуры Варламова, буквально вдавливала его колени в каменный пол.

— Простите, ваша милость... то есть, господин управляющий, — прохрипел Потап, вытирая закопченным рукавом пот со лба. — Мы и не стреляли! Они сами пришли. Авангард комендатуры. Не стали ждать сорок шесть часов, ироды!