Багоюзер: Глубокий Код

НЕЙТОН ПАТЧЕР

БАГОЮЗЕР:

ГЛУБОКИЙ КОД

Серия «Багоюзер» • Книга 2 (Финал дилогии)

Глава 01. Запретный сигнал

Строки шестнадцатеричного дампа на сервисном мониторе капсулы продолжали мерцать ядовито-зеленым фосфором, выжигая сетчатку в полумраке тесной четырнадцатиметровой комнаты. «Синнапс-7» тихо, утробно гудел, словно внутри массивного титанового саркофага ворочался тяжелый механический зверь, почуявший запах свежей крови. За окном хлестал привычный для Девятого сектора кислотный ливень, размывая неоновые вывески ломбардов и дешевых синтетических закусочных в мутные маслянистые пятна.

«Добро пожаловать во Второй Сервер».

Ян Соколов стоял неподвижно у верстака, сжимая в руке кружку с остывшим синтетическим кофе. Капли конденсата медленно стекали по пальцам, но он не обращал на них ни малейшего внимания. В висках стучал тяжелый, размеренный пульс. Двадцать шесть миллионов рублей, поступившие на его расчетный счет после сокрушения гильдии «Эгида», мгновенно аннулировали статус должника. Были полностью погашены грабительские проценты в «Вектор-Капитале», закрыты счета за стационар и дорогостоящие нейростимуляторы, а фамильная карточка гражданина получила высший индекс финансовой благонадежности.

Но Ян слишком хорошо знал цену этой свободе. Победа над картелем в клиентской зоне «Апейрона» оказалась лишь прелюдией к настоящей войне. Там, на стыке физических законов и квантовых вычислений, падение ядра «Эгиды» сорвало защитные системные пломбы, обнажив колоссальный архитектурный пласт, скрывавшийся под гладкой оболочкой игры на протяжении целого десятилетия.

— Значит, закрытые ветки разработчиков не лгали, — негромко произнес Ян, всматриваясь в бесконечную цепочку шестнадцатеричных адресов на терминале. — Второй Сервер существует. Проект «Глубокий Код». Зона абсолютной компиляции, куда сбрасывались сырые алгоритмы, бракованные физические модули и протоколы, запрещенные международной конвенцией о нейробезопасности.

Он отставил кружку в сторону и опустил ладонь на открытый сервисный люк капсулы. Под пальцами дрожал самодельный шунт из чистейших медных жил, припаянный прямо к контактным площадкам квантового демультиплексора QDM-904. Заводской кристалл, переживший термический пробой еще во времена его службы, был разогнан до предельных частот. Обход аппаратного буфера задержки, который раньше давал Яну преимущество в полторы секунды, после энергетического резонанса при взрыве «Эгиды» углубился еще сильнее.

[Диагностика нейроинтерфейса: Зафиксирован глубокий сдвиг фазового резонатора] [Текущая сетевая задержка: -2500 мс] [Статус контура квантового упреждения: АКТИВЕН] [Предупреждение: Отрицательный пинг превышает критический предел на 410%] [Риск необратимого органического повреждения коры головного мозга при перегрузке: 78.4%]

Две с половиной секунды. Две тысячи пятьсот миллисекунд форы перед объективной реальностью. В масштабах человеческого восприятия это казалось вечностью. Ян видел действия окружающего мира задолго до того, как они формировались в виде электрических сигналов в чужих нервных волокнах или отправлялись пакетами по оптоволоконным магистралям игрового кластера. Но за каждую миллисекунду этого дара приходилось платить чудовищным давлением на собственный мозг: при малейшем сбое фазировки отраженная квантовая волна грозила превратить его продолговатый мозг в обугленную кашу.

Ян проверил фиксацию соединений, бросил быстрый взгляд на чистые показатели медицинского монитора и решительно шагнул в саркофаг. Формованное ложе из биополимера мягко приняло его тело. Массивная композитная крышка с глухим пневматическим шипением легла на герметичные уплотнители, изолируя его от смрадного воздуха мегаполиса.

В затылочные порты вошли холодные металлические иглы нейроконтактов.

[Инициализация сессии через прямой квантовый туннель...] [Идентификатор субъекта: Соколов Ян Владимирович (Delta-00-Null)] [Класс: Хроно-Тестер (Скрытый / Легендарный)] [Калибровка отрицательного таймлайна: Зафиксировано значение -2500 мс] [Погружение в виртуальное пространство: 100%]

Окружающий мир свернулся в бесконечно тонкую ослепительно-белую линию, вспыхнул водопадом бинарных каскадов и с оглушительным низким гулом раскрылся вокруг него новой реальностью.

* * *

Ян материализовался на монументальной площади Верхнего Яруса Нордгарда — великого северного бастиона, служившего символом незыблемости игрового порядка. Однако вместо привычной величественной панорамы заснеженного мегаполиса с его мраморными арками, золочеными куполами гильдейских чертогов и мерным звоном колоколов, его встретил подлинный хаос агонизирующего движка.

Небо над городом больше не обладало глубиной и атмосферным рассеиванием. Вместо облаков по лазурному куполу расползлись черные дыры непрорисованных полигонов, сквозь которые просвечивал бесконечный графитовый космос системного ядра, исчерканный ядовито-зелеными строками стековых дампов: [Error 0x77FA: Vertex Shader Compilation Failure]. Колоссальное искусственное солнце Нордгарда пульсировало монохромным багровым светом, утратив сглаживание и превратившись в грубый, режущий глаз восьмигранник.

— Да вы издеваетесь?! — надрывался невдалеке закованный в сверкающие зеркальные латы паладин сорокового уровня, исступленно колотя кулаком по пустому воздуху. — Где интерфейс аукциона?! Почему у меня половина экипировки в инвентаре отображается как розовые кубы с вопросительными знаками?!

— Земля! Смотрите под ноги, она распадается! — визжала стоявшая рядом эльфийка-лучница, в панике отскакивая от расширяющейся трещины в мостовой.

Ян опустил холодный, расчетливый взгляд. Плиты базальта прямо под подошвами его высоких кожаных сапог теряли наложенные текстуры высокого разрешения. Камень обесцвечивался, превращаясь в примитивную матовую серую плоскость, а затем сквозь нее проступила полигональная сетка — светящиеся ярко-бирюзовые ребра треугольников, образующих каркас геометрии ландшафта Apeiron Engine. На стыках мешей бешено мелькали числовые координаты вершин, векторы нормалей и служебные флаги рендера: [Norm: 0.0, 1.0, 0.0 | UV: NaN, NaN].

Физический движок рассыпался на глазах. Мимо Яна на одеревеневших, дергающихся ногах проковылял городской страж в кольчуге с гербом северных кланов. Модель NPC застряла в так называемой Т-позе: руки неестественно раскинуты в стороны под прямым углом, голова вывернута назад, а нижняя челюсть провалилась сквозь текстуру нагрудника. Из встроенного аудиомодуля стражника с оглушительным скрипом доносился зацикленный цифровой скрежет:

— Добро пожаловать... в... c-c-core_dump_in_progress... мир и покой... гражданин...

— Коллапс клиентского буфера, — тихо произнес Ян, проверяя подгонку ремней на наручах. — Ядро «Эгиды» поглощало избыточный сетевой шум и выравнивало рассинхронизацию между серверами. Теперь буфер сорван. Сырой трафик из нижних уровней заливает клиентскую зону без фильтрации.

Он поднял левую руку. На безымянном пальце холодным кобальтовым огнем мерцало кольцо «Глаз Сингулярности». На бедре в титановых ножнах покоилась «Игла Фантома» — стилет из темного композита, лезвие которого не просто отражало свет, а визуально искривляло пространство вокруг клинка, вибрируя на частоте нулевого квантового такта.

Внезапно реальность перед глазами Яна резко расслоилась на два независимых потока.

Сработал отрицательный пинг. На временной дистанции в 2500 миллисекунд вперед его сознание восприняло грядущий кадр реальности. Это был призрачный, полупрозрачный фантом будущего, наложенный прямо на настоящее.

Ян увидел, как массивная гранитная арка ратуши, возвышавшаяся в тридцати метрах впереди, внезапно теряет точку опоры из-за программного сбоя коллизии. Огромная десятитонная капитель срывается вниз, срезает угол мраморного портика и с чудовищной силой впечатывается в мостовую — ровно туда, где прямо сейчас толпилась группа ничего не подозревающих паникующих магов. Он увидел траектории разлета тяжелых каменных осколков, увидел, как острый обломок гранита пробивает грудь ближайшего волшебника, отправляя того на аварийную деполяризацию.

В настоящем времени арка стояла совершенно нерушимо. Маги продолжали кричать, спорить и ругать службу технической поддержки.

Ян не стал вступать в пустые разговоры. Сделав три четких, выверенных шага влево и назад, он укрылся за мощным основанием уличного фонарного столба, сложил руки на груди и хладнокровно отсчитал про себя интервал:

— Две с половиной. Одна целая восемь десятых. Ноль.

Воздух разорвал оглушительный треск рвущейся геометрии. Капитель арки потеряла физический контакт с колонной и рухнула вниз точно по той линии, которую Ян видел секундами ранее. Тяжеленный монолит с громоподобным грохотом врезался в каменные плиты, расколов мостовую на сотни полигональных обломков. Пыль и каменная крошка брызнули во все стороны, сбив магов с ног, но ни единый осколок не коснулся фигуры Яна — он находился в абсолютной мертвой зоне разлета.

Один из выживших магов, отплевываясь от серой пыли, поднял расширенные от благоговейного ужаса глаза на Яна.

— Ты... ты отошел туда за две секунды до того, как она упала! — выдохнул он хриплым голосом. — Ты читер?! У тебя какой-то сторонний радар предсказания?!

Ян даже не повернул головы. В правом верхнем углу его сетчатки активировался расширенный командный терминал скрытого класса:

[Классовый интерфейс: Хроно-Тестер] [Режим: Глубокая трассировка сетевых потоков] [Анализ аномального трафика: Обнаружен магистральный шлюз сквозной передачи] [Координаты источника: (0.000, 0.000, 0.000) — Сектор «Нулевая Точка»] [Пропускная способность разлома: 82.4 ПБ/сек] [Тип передаваемых данных: Необработанные исполняемые файлы ядра движка] [Время до полного схлопывания клиентской локации Нордгард: 03 ч 48 мин]

Ян активировал «Глаз Сингулярности», направив фокус артефакта на горизонт. Синий сапфир кольца налился ослепительным сиянием, пробивая декоративный рендер окружающего мира.

Сквозь полупрозрачные дома и холмы Нордгарда проступил исполинский силовой кабель данных — виртуальная магистральная шина, шириной в добрую сотню метров. Она выглядела как ревущий поток бирюзовой плазмы, несущийся сквозь пространство. Кабель уходил далеко на север, пересекая ледяные пустоши и пропадая в бездонном провале за границей исследованной карты «Апейрона» — в месте, которое картографы гильдий обозначали как недосягаемую «Крайнюю Мертвую Зону».

И прямо по этому каналу навстречу потоку двигался массивный пакет данных. Структура его шифрования не оставляла сомнений в происхождении: тяжелый военный протокол с закрытыми сигнатурами.

Ян перехватил контрольную сумму пакета, развернув метаданные:

[Анализ заголовка: VH-CORP-VALKYRIE-SEC] [Эмитент сертификата безопасности: Синдикат «Валгалла Корп»] [Авторизация: Личный приказ генерального директора Хенрика Вольфа] [Приказ авангарду: Занять периметр объекта «Нулевая Точка». Развернуть аппаратные заглушки стека. Любых свидетелей, исследователей и независимых тестеров ликвидировать с применением протокола принудительного стирания нейропрофиля.] [Время до выхода авангарда синдиката на рубеж колодца: 22 минуты]

Внутри у Яна все похолодело. Хенрик Вольф. Глава крупнейшей военно-технологической корпорации, подмявшей под себя энергетические и вычислительные кластеры реального мира. Официально «Валгалла Корп» спонсировала киберспортивные лиги и разрабатывала медицинские нейроинтерфейсы. В реальности же Вольф превратил «Апейрон» в гигантскую испытательную лабораторию. Падение «Эгиды» было для синдиката непредвиденной аварией, выбившей пробку из законсервированного реактора.

Теперь Вольф отправлял своих элитных цепных псов, чтобы наглухо забетонировать шлюз цифровым монолитом, уничтожив каждого, кто мог узнать правду.

[Внимание: Обнаружен входящий квантовый вызов через резервный сокет 0x00] [Шифрование: Асимметричный ключ нулевого уровня] [Канал связи: Односторонний / Голосовой]

В ушах Яна зазвучал тихий, вибрирующий от цифровых артефактов женский голос. В нем не было паники — только кристальная, пугающая ясность системного аналитика высшего ранга:

— Слышишь меня, Дельта? Если твой мозг еще не расплавился от фазового перекоса демультиплексора — зафиксируй этот канал.

Ян слегка наклонил голову, коснувшись пальцем виска.

— Кто на связи?

— Мой текущий позывной — Синтаксис, — произнес голос сквозь шорох статических помех. — Я выхожу на контакт из Сегмента-0. С той стороны рендера. Из мира, где нет декораций, текстур и лживых физических ограничений, которыми корпорация пичкает стадо на Первом Сервере. Мы ждали того, кто пробьет дыру в куполе «Эгиды». Твой отрицательный пинг — это не баг пайки, Ян. Это ключ, который ты по незнанию вставил в замочную скважину ядра.

— Зачем Вольф оцепил Нулевую Точку? — спросил Ян, ускоряя шаг в сторону северных крепостных ворот, пока вокруг продолжали осыпаться в небытие фасады гильдейских особняков.

— Он спешит скрыть «Черный Протокол», — отозвалась Синтаксис. — «Апейрон» никогда не был просто игрой. Это распределенный суперкомпьютер для принудительного захвата сознания. Вольф готовится к решающей фазе. Если его наемники установят корневые брандмауэры на шлюзе Нулевой Точки, доступ ко Второму Серверу запечатается навечно, а нас здесь просто сотрут плановым форматированием секторов. Добравшись до колодца, ты должен прорваться сквозь Стражей TCP-Zero. Только тогда я смогу зацепить твою сигнатуру и перетащить тебя на нашу сторону.

— А если я погибну при переходе?

— На Втором Сервере нет понятия «воскрешение», — жестко отрезала Синтаксис. — Там нет таблиц восстановления сущностей. Любой фатальный урон стирает код твоего аватара прямо в оперативной памяти ядра, а отраженный импульс по квантовой шине намертво выжигает нервные узлы в твоем теле в реальном мире. Ты сгоришь прямо в капсуле. Выбор за тобой, Дельта.

Сигнал оборвался резким хлопком разорванного соединения.

[Связь потеряна: Таймаут ответа удаленного хоста]

Ян вышел за пределы внешних ворот Нордгарда. Перед ним простирались бескрайние просторы Северного Предела. Но ледяные пустоши уже мало напоминали заснеженную тундру. Сугробы превратились в чередующиеся квадраты черно-розовых текстурных заглушек, сосны торчали плоскими двумерными спрайтами без теней, а небосклон прогибался внутрь, обнажая гигантские черные полигоны несущего купола мира.

В воздухе клубился плотный серый туман, пахнущий перегретым озоном и жженой медью.

Ян проверил фиксацию «Иглы Фантома», бросил короткий взгляд на таймер в углу обзора и активировал навык скоростного перемещения:

[Активирован навык: Хроно-Спринт] [Скорость передвижения увеличена на 65%] [Синхронизация с будущим треком движения: 2500 мс]

Фигура бойца смазалась размытым силуэтом и стрелой метнулась на север — навстречу надвигающейся буре цифрового распада.

Глава 02. Экспедиция к Нулевой Точке

Бег по разрушающейся геометрии Северного Предела напоминал смертельно опасный танец на острие вибрирующего лезвия. С каждым преодоленным километром на север привычный, любовно вылизанный художниками мир «Апейрона» окончательно сбрасывал фальшивую декоративную кожу, обнажая холодный, безжалостный каркас машинной реальности.

Снежная целина под тяжелыми армейскими ботинками Яна стремительно деградировала. На смену мягким сугробам и искрящемуся на солнце насту пришла бесконечная шахматная доска. Черно-розовые текстурные заглушки отсутствующих шейдеров чередовались с абсолютными зияющими пустотами — черными дырами в полигональном ландшафте, сквозь которые открывалась бездонная графитовая глубь координатной сетки движка. Любой обычный игрок, неосторожно ступивший на такой участок, мгновенно провалился бы сквозь меш коллизий в бесконечное падение, закончившееся аварийным сбросом сессии, выгоранием части нейронных связей и безвозвратной потерей всего экипированного лута.

Но у Яна Соколова в руках был инструмент, превращавший смертельные капканы движка в выверенный математический маршрут.

Его отрицательный пинг, углубившийся до фантастической отметки в минус две с половиной тысячи миллисекунд, непрерывно транслировал в его зрительную кору полупрозрачный призрачный слой грядущих событий. Ян видел будущее ландшафта задолго до того, как его рассчитывал серверный кластер.

Вот массивный пласт виртуального базальта в двадцати метрах впереди кажется абсолютно монолитным и надежным. Но в призрачном зрении Хроно-Тестера этот камень уже через две с половиной секунды раскалывается вдоль невидимого шва, выворачиваясь наизнанку с фатальной ошибкой движка [Null_Reference_Exception: Terrain Collider Lost].

Не сбавляя бешеного темпа своего «Хроно-Спринта», Ян менял траекторию движения за доли секунды до неизбежного коллапса. Он отталкивался носком сапога от едва уловимых ребер каркасной сетки, перемахивал через дрожащие плоскости деградировавших мешей и скользил по граням силовых векторов с пугающей, неестественной для человека плавностью.

[Статус контура квантового упреждения: Стабилен на 100%] [Опережение объективного серверного тика: +2.500 сек] [Выносливость: 84% | Расход маны: 14 ед/сек] [Дистанция до расчетных координат (0.000, 0.000, 0.000): 2 800 метров] [Температура среды: -273.15 C (Абсолютный ноль / Данные термодинамики не инициализированы)]

Ветер в этой пограничной полосе дул в абсолютной, звенящей тишине. Это был не естественный акустический эффект снежной бури, к которому привыкли ветераны рейдов в Ледяном Пределе. Это был монотонный цифровой шум — паразитный статический фон, царапающий слуховые мембраны нейроинтерфейса миллионами микроскопических щелчков потерянных UDP-пакетов.

Небосвод над головой окончательно перестал имитировать атмосферу. Рваные, застывшие полосы небесного купола висели над головой кривыми плоскими щитами, сквозь стыки которых на землю струились изумрудные реки системных логов ядра. Давление в ушах нарастало: клиентский модуль трансляции тактильных ощущений в капсуле «Синнапс-7» захлебывался от потока сырых данных, не зная, как интерпретировать отсутствие физических коэффициентов трения и плотности воздуха.

Миновав последний горный хребет, который вместо величественных заснеженных пиков представлял собой циклопическое нагромождение серых тетраэдров без теней и сглаживания, Ян резко затормозил на краю колоссального обрыва.

Перед ним распахнулась Нулевая Точка.

Зрелище подавляло человеческий разум своим инфернальным масштабом. Посреди безжизненной ледяной пустоши зияла бездонная вертикальная шахта Серверного Колодца. Ее диаметр превышал два километра, а глубина уходила в бесконечность, теряясь в черном небытии нижних машинных ярусов. Внутренние стены колодца не напоминали ни скалу, ни металлоконструкции: они были сплошь выложены гигантскими, медленно вращающимися цилиндрическими блоками данных, похожими на исполинские срезы квантовых накопителей. Миллиарды светодиодных импульсов лазурного, фосфорного и холодного янтарного оттенков бешено пульсировали на их плоских сегментах, складываясь в нескончаемые кольца низкоуровневых ассемблерных инструкций.

Над черной пастью колодца по концентрическим круговым траекториям парили циклопические кольца из темного углеродного монолита — аппаратные стабилизаторы несущей частоты корневого узла. А прямо по центральной оси этой воронки снизу вверх, пробивая рваное небо, бил ослепительный световод межсерверной шины данных — сплошной столб бело-голубого квантового огня, соединяющий поверхностный мир Первого Сервера с неведомыми безднами Второго.

Но Ян смотрел не на монументальность спящего ядра. В четырехстах метрах впереди, на широком монолитном выступе перед главным подвесным мостом, ведущим к центральному шлюзу, уже полыхали чужие огни.

[Внимание: Обнаружены активные боевые сигнатуры] [Классификация отряда: Ударный авангард «Валькирия-1»] [Принадлежность: ЧВК синдиката «Валгалла Корп»] [Численность: 12 тяжелых штурмовиков / 2 полевых инженера-оператора] [Уровень угрозы: КРИТИЧЕСКИЙ (Превышение лимита общедоступного вооружения)]

Ян опустился на одно колено за выступом матового полигонального монолита и активировал «Глаз Сингулярности». Сапфировый кристалл артефакта на его левой руке вспыхнул ровным холодным светом, оптически приближая картину и проецируя тактическую развертку противника прямо на сетчатку.

Наемники Хенрика Вольфа не имели ничего общего с обычными рейдовыми гильдиями. Здесь не было сияющих паладинских лат, расшитых золотом мантий или вычурных луков. Перед мостом действовали хладнокровные профессиональные ликвидаторы корпорации. Их тела были закованы в тяжелые матово-черные экзоскелеты из многослойного углеволокна, экранированные от магических аномалий и радиационных помех. Лица скрывали глухие монолитные шлемы с узкими визорами рубинового спектра. В руках штурмовиков тускло поблескивали крупнокалиберные электромагнитные рельсотроны, спаренные с ультразвуковыми излучателями десинхронизации.

Они работали с пугающей, автоматической синхронностью. Четверо оперативников монтировали на опорных балках подвесного моста массивный металлический блок — портативный генератор системных заглушек корпоративного стандарта. Двое инженеров с полевыми терминалами непрерывно сканировали радиоэфир и шины передачи данных. Остальные держали круговую оборону, отслеживая каждый сектор спаренными инфракрасными лидарами.

В центре построения возвышалась массивная фигура командира в модифицированном штурмовом экзоскелете с широкими экранированными наплечниками. Над его шлемом мерцал золотой командный маркер: [Штурм-капитан Бьёрн / Уровень 52 / «Валькирия-Альфа»].

— Закрепить анкерные опоры! — разнесся по открытому тактическому каналу тяжелый, искаженный вокодером бас командира. — Вольф выделил нам всего двадцать минут до завершения перехвата шины. Если мы не забетонируем этот проклятый колодец корневым брандмауэром до того, как внешние наблюдатели зафиксируют всплеск трафика, нас всех отправят на утилизацию памяти!

— Капитан, радар дальнего обзора фиксирует быстрое перемещение одиночной сигнатуры со стороны внешнего периметра, — доложил один из инженеров, не отрывая взгляда от голографического экрана. — Скорость запредельная. Сигнатура профиля размывается... Постойте, это бред какой-то. Его сетевые метки идут с отрицательными временными таймингами!

— Это он, — глухо оскалился Бьёрн, с металлическим щелчком досылая тяжелый бронебойный патрон в патронник рельсотрона. — Тот самый ублюдок, что разнес цитадель «Эгиды». Приказ Хенрика однозначен: ликвидация на месте. Никаких переговоров. Прожарьте его аватар так, чтобы импульс выжег ему мозги прямо в капсуле! Снайперы, огонь на поражение по готовности!

Ян не стал дожидаться, пока тяжелый корпоративный калибр разорвет его укрытие в клочья.

Его восприятие времени мгновенно расслоилось. Внутренний метроном Хроно-Тестера запустил обратный отсчет.

За 2500 миллисекунд до того, как снайперы «Валгаллы» физически коснулись спусковых крючков своих винтовок, Ян уже во всех подробностях видел будущее. Он видел, как на гребне противоположного карниза синхронно вспыхивают две тонкие алые нити лазерных прицелов; как два вольфрамовых сердечника, разогнанных до гиперзвуковой скорости магнитными катушками, прошивают воздух и разносят каменный тетраэдр, за которым он укрывался, в фонтан смертоносных осколков; как рикошет сносит плечевой щиток его брони.

В физическом настоящем стрелки синдиката только завершали наведение перекрестий.

Ян сорвался с места за полсекунды до залпа. Мягкий, стелющийся рывок вправо на четыре с половиной метра вывел его фигуру из расчетной точки удара.

Хлоп-хлоп!

Воздух позади него с оглушительным треском разорвало. Два вольфрамовых дротика с чудовищным кинетическим грохотом врезались в скалу, мгновенно испарив пятитонную глыбу полигонального камня в облако серого дисперсного порошка. Взрывная волна хлестнула по пустому пространству, подняв вихрь цифровой пыли, но Ян уже был далеко за пределами радиуса поражения.

— Какого черта?! Промах?! — взревел один из снайперов в эфире. — Баллистический вычислитель давал девяносто девять процентов вероятности! Он сорвался в сторону до того, как замкнулась цепь спуска!

— Заградительный шквал! Перекрестным огнем, сжечь весь сектор! — прорычал Бьёрн.

Стволы тяжелых автоматических рельсотронов синхронно изрыгнули сплошную стену раскаленного вольфрама и плазменных сгустков. Шквал огня превратил подступы к мосту в клокочущий ад из разлетающихся полигонов и электрических разрядов. Но вести огонь по бойцу, чье сознание опережало мир на две с половиной секунды, было столь же бессмысленно, как пытаться расстрелять собственное вчерашнее отражение.