Инженер Осадных Дронов: Рой Первого Контура

Варг моргнул, явно не поняв и половины терминов, но ухватив главное: спасительный огонь закончился.

— Что тебе нужно? Говори по-человечески!

— Где в этой крепости ближайшая кузня? — Денис шагнул к сотнику, сокращая дистанцию. — Не парадный цейхгауз для рыцарских доспехов, а рабочая ремонтная мастерская. Где калят наконечники стрел, правят лемехи и бросают сломанный металл?

— Внизу, под вторым ярусом надвратной башни, — растерянно указал пальцем Варг в сторону массивной каменной арки, ведущей во внутренний двор. — Там оружейный цейхгауз и полевая кузня деда Брона. Но старик... его еще на рассвете сняло шальным болтом. Подмастерья разбежались к ополчению. Там сейчас никого.

— Десять минут, сотник, — бросил Денис, уже разворачиваясь к узкой винтовой лестнице, уходящей в темное чрево стены. — Держите этот участок любой ценой. Стреляйте по троллям, лейте смолу, орите песни — делайте что угодно. Но не подпускайте их к парапету. Через десять минут у вас будет поддержка с воздуха, которую эта армия запомнит до конца своих жалких жизней.

Не дожидаясь ответа Варга, Денис скользнул в полумрак каменного спуска.

***

Ступени были скользкими от сырости и свежих пятен копоти. Снаружи глухо ухали катапульты, сотрясая вековую кладку бастиона до самого основания. С каждым шагом вниз гул яростной битвы становился более глухим, сменяясь тяжелым запахом застоявшейся гари, серы, холодного железа и пролитого растительного масла.

Денис выбил плечом полусгнившую дубовую дверь в конце пролета и ворвался в кузницу.

Помещение встретило его полумраком, пробиваемым лишь тусклым багровым свечением догорающего горна. Пространство под низкими каменными сводами напоминало поле боя после кавалерийской сшибки: опрокинутые бочки с водой для закалки, рассыпанный древесный уголь, покрывающий пол хрустящим черным ковром, и тяжелый дубовый верстак, залитый темной, уже запекшейся лужей крови. Старого кузнеца уже унесли, но на наковальне сиротливо остался лежать недокованный чекан.

Денис сдернул с лица защитный щиток визора, жадно втягивая ноздрями спертый воздух. В глазах загорелся сухой, голодный блеск инженера-механика, наконец-то добравшегося до нормальной производственной базы.

— Так, оценим складские мощности... — пробормотал он вслух.

Интерфейс Системы послушно вспыхнул перед глазами, активируя аналитический модуль.

**[Активирован режим: «Инженерный анализ окружения».]**

**[Обнаружен объект: Полевой горн с ручными мехами (состояние: удовлетворительное, температура очага: ~450°C).]**

**[Обнаружен объект: Наковальня двурогая, углеродистая сталь, масса ~120 кг (износ: 22%).]**

**[Обнаружены материальные ресурсы:]**

— *Металлолом разнородный (остатки брони, обломки клинков): 45 кг.*

— *Ящики с отбракованными стрелами и болтами: 4 шт. (~600 единиц).*

— *Листовая латунь и кровельная медь: 3.2 кг.*

— *Моток отожженной железной проволоки: ~40 метров.*

— *Каменноугольная пыль и сухой древесный уголь: в избытке.*

Денис подошел к первому попавшемуся ящику и с треском сорвал крышку. Внутри россыпью лежали сотни стрел — со сломанными древками, сорванным оперением, треснувшими ушками. Но главное — их наконечники.

Он запустил руку в кучу железа, подняв к свету горсть тяжелых, граненых стальных головок.

**[Предмет: Наконечник бронебойной стрелы (тип «Бодкин»).]**

**[Материал: Среднеуглеродистая кричная сталь с поверхностной цементацией.]**

**[Масса единицы: 42–48 грамм.]**

**[Геометрия: Четырехгранная игла с конической трубкой насада.]**

**[Пригодность для конверсии в силовой каркас микро-дрона: 89%!]**

— Идеально, — выдохнул Денис. Тонкие губы искривились в хищной усмешке. — Длина конуса — сорок миллиметров. Центр тяжести смещен вперед. Отличная баллистика, закаленное острие, готовое пробивать кольчужные кольца и дубленые кирасы. А полая трубка насада — готовая камера для размещения мано-кинетического ротора.

Классическая ошибка боевых магов этого мира заключалась в том, что они пытались швыряться во врага чистой энергией. Они создавали огненные шары, ледяные копья или молнии, теряя до девяноста процентов потенциала на преодоление сопротивления атмосферы и тепловое рассеивание. Инженер Осадных Дронов действовал иначе. Зачем тратить ману на создание искусственной массы, если весь мир вокруг завален готовым, идеально обработанным металлом? Энергия должна расходоваться исключительно на кинетику, стабилизацию и наведение.

Денис сбросил плащ, оставшись в промасленной рубахе с закатанными рукавами, и встал перед верстаком.

— Развернуть проектную матрицу первого ранга, — скомандовал он вслух, активируя классовое меню. — Модель: «Микро-дрон перехвата». Базовая платформа: баллистический сердечник на основе наконечника стрелы. Рабочее кодовое название — «Шершень-1».

Перед глазами возникла полупрозрачная синяя голограмма. Наконечник стрелы «Бодкин» завис в пустоте, обрастая тонкими проволочными каркасами, несущими плоскостями и сложными спиралями эфирных проводников.

**[Формирование чертежа: «Микро-дрон «Шершень-1» (Штурмовой кинетический микро-контур)]**

**[Требуемые компоненты на 1 единицу:]**

— *Бронебойный наконечник стрелы: 1 шт. (основа / кинетический таран).*

— *Железная проволока: 0.8 м (формирование силовой рамки и статора).*

— *Медная фольга/латунь: 15 г (пластины стабилизаторов и мано-индукционные лопасти).*

— *Эфирный кристалл / Запас сырой маны создателя: 18 единиц на первичный синтез матрицы.*

**[Расчетные характеристики единицы:]**

— *Масса: ~65 грамм.*

— *Скорость горизонтального полета: до 140 км/ч.*

— *Радиус устойчивого управления Первого Контура: до 80 метров.*

— *Бронепробиваемость: 6 мм низкоуглеродистой стали при лобовом кинетическом разгоне.*

— *Расход маны на удержание в воздухе: 0.4 ед./сек.*

— Восемнадцать маны на сборку одной штуки... — Денис прикинул цифры в уме. — На полную эскадрилью из пятнадцати единиц уйдет двести семьдесят маны. Остатка едва хватит на пять минут боя. Слишком рискованно. Нужно снизить затраты на синтез за счет использования физического нагрева и ручной подгонки.

Он схватил тяжелые клещи, зачерпнул из ящика сразу дюжину наконечников и с размаху вогнал их в горящие угли горна. Левой рукой он перехватил кожаный рычаг мехов и начал мерно, с силой качать воздух.

*Пфф-ф-ф... Хсс-с-с! Пфф-ф-ф...*

Угли вспыхнули яростным оранжевым пламенем. Температура в очаге стремительно поползла вверх.

600 градусов... 800... 1000 градусов.

Темное железо наконечников сначала посерело, затем налилось вишневым жаром и, наконец, засияло ровным, податливым соломенно-желтым цветом.

Денис зафиксировал рычаг мехов, выхватил клещами раскаленные заготовки и с глухим звоном бросил их на зеркало наковальни. Воздух вокруг наполнился сухим жаром, обжигающим кожу лица.

— А теперь — многопоточный синтез, — прошептал он, и его глаза под стеклом визора вспыхнули чистым индиго.

Шесть потоков.

Вместо того чтобы держать молот руками, Денис активировал классовый навык **[Мано-кинетический захват]**. Из его пальцев ударили тончайшие, как хирургические нити, лазурные лучи. Они разделились в пространстве, охватывая заготовки со всех сторон.

Обычный кузнец тратит на проковку одного наконечника десятки минут, ударяя по нему тяжелым молотом снова и снова. Денис применил метод объемного прессования чистым давлением сконцентрированного эфира.

**[Активирован навык: «Контурная ковка»!]**

**[Нагрузка на каналы восприятия: 82%. Потоки распределены: 6 из 6.]**

Первый поток подхватил полуторакилограммовый ручник кузнеца, взметнул его к потолку и обрушил на раскаленный металл с частотой пулеметной очереди: *Тюк-тюк-тюк-тюк!* Каждый удар ложился с микронной точностью, расплющивая края трубок насада и формируя технологические пазы под будущие направляющие.

Второй и третий потоки в этот же миг подхватили моток медной проволоки. Словно невидимые ловкие пальцы ювелира, эфирные лучи расплетали витки, вытягивали металл, калибровали его толщину и на лету нарезали на равные восьмисантиметровые отрезки с помощью найденных на верстаке слесарных ножниц.

Четвертый поток работал как прецизионный штамп: он срывал со старого латунного кувшина полосы металла толщиной в полмиллиметра и вырезал из них крошечные треугольные пластинки — рули высоты и микроскопические аэродинамические гребни.

Пятый поток непрерывно циркулировал между горном и наковальней, поддерживая температуру в заготовках, не давая им остыть до завершения молекулярной перестройки кристалла железа.

А шестой поток... Шестой поток находился внутри разума самого Дениса. Это был главный управляющий тракт, сквозь который он проливал собственную ментальную энергию, словно расплавленное олово, вживляя управляющие рунические контуры прямо в кристаллическую решетку стали.

Это не было магией в традиционном понимании этого мира. Это была наноструктурная металлургия, помноженная на жесткие формулы аэрокосмического проектирования.

Перед глазами бежали зеленые строки системных логов:

**[Внимание: Снижение энергозатрат за счет физического термопластического деформирования: -65%!]**

**[Стоимость синтеза каркаса снижена: с 18 до 6.2 ед. маны!]**

**[Формирование мано-проводящих дорожек: завершено (погрешность: 0.04 мм).]**

**[Интеграция контурного сердечника: синхронизация 100%.]**

*Дзинь! Дзинь! С-с-с-с-кр-р!*

Звуки в кузнице слились в непрерывную механическую симфонию. Раскаленные наконечники вытягивались, утончались. Внутри полой хвостовой части каждого из них закручивалась миниатюрная турбинка из четырех латунных лепестков. Вокруг центральной оси Денис наматывал тончайшую медную спираль — соленоид первого ранга, способный преобразовывать всплески рассеянного эфира в чудовищный вращательный момент.

Тяжелый воздух над наковальней дрожал от марева. По лицу Дениса градом катился едкий пот, заливая глаза, мышцы плеч и спины одеревенели от предельной ментальной концентрации, но он не останавливался ни на секунду.

Там, наверху, гибли люди. Там решалась его собственная судьба. Если стена падет, никакой инженерный класс не спасет его от орочьего топора или ядовитого жала штурмового паука.

— Вода! — прохрипел он в пустоту.

Шестой поток подхватил сразу шесть готовых, светящихся вишневым жаром металлических конструкций и с шипением вогнал их в чан с закалочным маслом.

Густой белый дым с запахом жженого сала ударил в каменные своды. Масло вскипело яростными пузырями.

*Ш-ш-ш-ш-ш-х-х-х!*

Секунда. Две. Три.

Денис резким движением воли выдернул изделия из черной жижи. Металл остыл до матового, вороненого графитового оттенка. Ни единой заусенцы. Ни единого дефекта формы. Идеальная, зловещая геометрия смерти.

Шесть миниатюрных механических хищников длиной всего в ладонь плавно зависли в воздухе над наковальней, удерживаемые тончайшими нитями гравитационного подвеса.

Их четырехгранные жала были отполированы до зеркального блеска. Тонкие латунные крылышки-стабилизаторы на микроскопических шарнирах слегка подрагивали, ловя восходящие потоки горячего воздуха от углей. А внутри пустотелого корпуса мерно и пугающе пульсировал крошечный сапфировый огонек — активированное ядро Первого Контура.

В тишине мастерской раздался едва слышный, высокий звук — тонкий, комариный звон, от которого вибрировали зубы. Это заработали микро-турбинки, раскручиваясь до невероятных тридцати тысяч оборотов в минуту.

Системный интерфейс взорвался фейерверком золотистых уведомлений:

**[Внимание! Создан новый тип боевой единицы!]**

**[Получен авторский чертеж: «Микро-дрон «Шершень-1» (Модификация: Кустарный/Высокоточный)».]**

**[Класс изделия: Штурмовой микро-БПЛА кинетического типа.]**

**[Параметры единицы:]**

— *Прочность: 45/45.*

— *Эффективная дальность удара: 95 метров.*

— *Максимальная скорость в пикировании: 195 км/ч.*

— *Тип урона: Колющий/Дробящий/Эфирный (пробитие доспехов 3-го ранга включительно).*

— *Специальное свойство: «Баллистический штопор» — при входе в цель дрон раскручивается вдоль продольной оси, разрывая плоть и разрушая костную ткань.*

— *Специальное свойство: «Перегрузка ядра» — возможность самоуничтожения с радиусом поражения осколками до 2.5 метров.*

**[Опыт за успешную разработку и материализацию чертежа: +450 XP!]**

**[Получен уровень в подклассе «Полевой сборщик»: Ур. 2 (+1 к точности потоков, -5% времени на холодную штамповку)!]**

— Первый пошел... — с глухим удовлетворением выдохнул Денис, отирая рукавом закопченный лоб. — Но шести штук мало. Мне нужен полный пакет. Рой должен подавлять плотностью огня, а не единичными уколами.

Он не стал тратить время на отдых. Зачерпнув из ящика следующую партию наконечников — на этот раз сразу девять штук, чтобы довести общую численность эскадрильи до максимального предела в пятнадцать единиц, — Денис швырнул их в горн.

Руки двигались на автомате. Опыт прошлой жизни — годы работы на роботизированных сборочных линиях, сотни бессонных ночей за станками ЧПУ и расчетными комплексами — сейчас сливался с первобытной мощью местной магии в единое целое.

Он больше не тратил ману на хаотичные попытки удержать форму. Теперь каждый миллиграмм меди, каждая капля железа занимала строго отведенное ей место в пространственной структуре. Проволока сама обвивалась вокруг стальных сердечников; латунные пластины рассекались эфирными лучами быстрее, чем лазерным резаком; масло в чане кипело непрерывно, принимая одну партию деталей за другой.

Девять новых корпусов обрели плоть всего за четыре минуты.

Когда последняя группа дронов с шипением вынырнула из масляной ванны и стряхнула с себя черные капли, Денис пошатнулся, опершись о край верстака.

**[Текущий запас маны: 185/340.]**

**[Все доступные слоты тактического контроля заполнены: 15/15 единиц активны!]**

**[Сформирована тактическая группа: «Первое штурмовое крыло».]**

Воздух под сводами кузницы наполнился монотонным, низким гулом.

Пятнадцать стальных игл, хищно накренившись вперед, выстроились в безупречный боевой клин в полуметре над головой создателя. Их латунные лопасти вращались с такой скоростью, что слились в прозрачные мерцающие ореолы. Сапфировые искры бегали по их полированным граням, перекликаясь с мерцанием индикаторов в визоре Дениса.

Они были продолжением его нервной системы. Он чувствовал балансировку каждого дрона, ощущал малейшее биение несбалансированного грамма металла на левом стабилизаторе седьмого номера, видел мир сквозь пятнадцать крошечных точек эфирного резонанса.

Внезапно тяжелая дубовая дверь распахнулась от мощного пинка, и в кузницу, спотыкаясь, ввалился молодой солдат-новобранец. Его кольчуга была разорвана на груди, из рассеченного виска текла кровь, а в руках он судорожно сжимал обломок копья.

— Магистр!.. Там... сотник велел... — задыхаясь, заголосил парень, но осекся на полуслове, вжавшись спиной в дверной косяк.

Челюсть ополченца отвисла. Глаза полезли на лоб.

Он увидел высокого, перепачканного сажей и машинным маслом человека в странном безликом шлеме, вокруг которого медленно, словно хоровод голодных металлических ос, кружила стая летающих клинков. Они издавали свирепый, нечеловеческий гул, и воздух вокруг них дрожал от концентрированной убойной силы.

— Что там, боец? — голос Дениса из-под визора прозвучал глухо, с металлической хрипотцой.

— Т-таран... — заикаясь, выдавил парень, не сводя ужасенного взгляда с зависшего прямо перед его носом дрона. — Штурмовой трап башни... они починили его! Они забили клинья в ось! Мост опустился на стену! Орки лезут сотнями, сотник Варг ранен в плечо... Мы не удержим зубец! Стена падает!

Денис медленно расправил плечи.

Пальцы его правой руки слегка дрогнули, и пятнадцать дронов мгновенно изменили строй, вытянувшись в узкую, готовую к броску колонну прямо за его правым плечом. Гудение винтов переросло в тонкий, хищный вой истребителя, выходящего на форсаж.

— Стена не упадет, — спокойно произнес Денис, шагнув к выходу. — Передай сотнику, чтобы его люди пригнули головы. Первый контур выходит на боевую охоту.