Владыка Астральных Врат: Прорыв Горизонта

НЕЙТОН ПАТЧЕР

Владыка Астральных Врат: Прорыв Горизонта

Серия «Владыка Астральных Врат» • Книга 1

Глава 1. Катастрофа над Хладной Пустошью

Звук разрываемой обшивки не был похож на металлический скрежет. Он напоминал предсмертный вопль живого исполинского зверя, чьи кости перемалывает в жерновах гравитационный шквал.

Вспышка багрового света впилась в сетчатку, выжигая остатки ночного зрения. Следом пришел удар. Инерционные компенсаторы разведывательного челнока «Скитальца-4» взвыли на ультразвуковой частоте, захлебнулись перегрузкой в сорок единиц и лопнули, осыпав кабину снопом ослепительных фиолетовых искр.

Артура Нестерова вжало в ложемент с такой чудовищной силой, что из легких с хрипом выбило весь воздух. Перед глазами взвилась мутная багровая пелена, а интерфейс Системы, до этого мерно пульсировавший лазурными строками по краю периферийного зрения, сорвался в истерический, пульсирующий рапорт тревоги:

`[ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ НЕСУЩЕЙ СТРУКТУРЫ!]`

`[Целостность корпуса: 11.4% (прогрессирующий разрыв хвостового отсека)]`

`[Гравитационные стабилизаторы: ОТКАЗ]`

`[Астральный реактор типа «Хронос-9»: АВАРИЙНЫЙ СБРОС ТЯГИ В ИЗБЕЖАНИЕ СХЛОПЫВАНИЯ]`

`[Текущая высота: 14 200 метров. Скорость снижения: 840 м/с]`

`[Плотность атмосферы: несовместима с жизнью (CH4 — 41%, N2 — 38%, Ar — 12%, следы фтора и свободных радикалов крио-плазмы)]`

`[Температура за бортом: -188 °C]`

`[Локация определена: Сектор Омега-Забытый. Планета 44-F «Эребус-4» (Категория: Хладная Пустошь)]`

— Держись… проклятая консервная банка, держись! — сквозь сцепленные зубы прорычал Артур.

Кровь из разбитой брови заливала правый глаз. Пальцы в тактических перчатках из композитной чешуи астрального дракона намертво вцепились в ручные манипуляторы тяги. Нейроинтерфейс плавился от потока ошибок, посылая в виски раскаленные иглы фантомной боли.

Челноком крутило в турбулентном потоке метановой бури, словно сухим листом в осеннем урагане. Через треснувший бронефонарь кабины не было видно ничего, кроме непроглядного, фосфоресцирующего зелено-черного варева. Атмосфера Эребуса-4 славилась среди вольных картографов как одна из самых смертоносных во всем Внешнем Рубеже. Здесь не выживали даже автоматические зонды Первой Волны: жидкий холод за считанные секунды вымораживал электронику, а бритвенно-острые кристаллы замерзшего аммиака сдирали титановые пластины слой за слоем.

И именно сюда его швырнуло из гиперпространственного сдвига.

Все шло по плану до тех пор, пока на границе системы Эребуса не пробудился спящий резонанс Древних Врат. Артур искал этот узел более двух месяцев реального времени, прочесывая мертвые секторы по крупицам звездных карт, оставленных цивилизацией Предтеч. Он собирал объединенный звездный флот человечества — три сотни линкоров, тяжелые дредноуты и мобильные базы-верфи ждали его сигнала на тайных якорных стоянках у Тау-Кита. Чтобы прорвать осаду Темного Роя и соединить разрозненные колонии в единый несокрушимый кулак, требовалось восстановить Межзвездную Сеть Врат. Эребус-4 должен был стать первой опорной точкой, ретранслятором астрального сигнала нулевого уровня.

Но врата отреагировали не так, как описывали древние манускрипты. Вместо стабильного гравитационного коридора разверзлась бездонная астральная воронка, разорвавшая подпространство и выплюнувшая его челнок в плотные слои атмосферы планеты-кладбища.

`[Высота: 7 000 метров]`

`[Потеря правого маршевого субсветового двигателя]`

`[Кинетический щит: ИСТОЩЕН (0%)]`

`[Внимание: обнаружена неконтролируемая детонация топливных маг-магистралей]`

— Перенаправить остаток маны в каркас ложемента! — рявкнул Артур, активируя духовные каналы. — Навык: «Астральный Панцирь»!

`[Навык «Астральный Панцирь» (Ранг: Мифический, Ур. 88) активирован]`

`[Затраты маны: 12 000 единиц]`

`[Внимание: в атмосфере Эребуса-4 действует эффект «Великое Осквернение Холодом». Эффективность астральных щитов снижена на 64%!]`

Лазурная полусфера сотканного из чистой энергии света вспыхнула вокруг его тела, едва успев сформироваться, как корпус челнока окончательно не выдержал.

Хвостовую часть оторвало с оглушительным треском. Давление в кабине мгновенно рухнуло до нуля. Воющий вихрь ледяного газа ворвался внутрь, мгновенно превращая влагу в воздухе в сверкающую шрапнель криогенного инея. Автоматический шлем боевого экзоскелета «Владыка Пустоты» захлопнулся за долю секунды до того, как жидкий метан коснулся лица Артура.

А затем наступил удар о твердь.

Челнок на скорости свыше пятисот километров в час врезался в склон базальтового плато, покрытого стометровым панцирем метанового льда. Удар был такой сокрушительной силы, что астральный щит брызнул осколками, а внутренние органы Артура превратились в пылающий ком боли. Металл сминался в гармошку, ребра трещали, ломаясь под перегрузкой, а мир вокруг закружился в безумной карусели из искр, рвущейся проводки и черного льда.

Грохот. Скрежет. Новый удар — носовая часть подскочила на гребне кристаллической гряды и кубарем покатилась вниз по склону бесконечного ледяного каньона, собирая за собой шлейф из обломков и горящей охладительной жидкости, которая тут же замерзала, превращаясь в дымящиеся стекловидные наросты.

И наконец — тишина.

Глухая, неестественная, прерываемая лишь тонким свистом разреженного ядовитого ветра, бьющего в разорванное нутро кабины, и размеренным, зловещим писком аварийной системы скафандра.

***

Артур очнулся рывком. Горло обожгло привкусом меди и ржавчины.

В глазах двоилось. Мир лежал на боку под неестественным углом в сорок пять градусов. В разбитом кокпите не горел ни один основной прибор — лишь тускло мигала янтарная лампа резервного контура, бросая длинные, уродливые тени на изувеченные переборки.

Перед взором висела вереница системных сообщений, окрашенных в тревожные темно-красные тона:

`[Событие: Столкновение с планетарной корой высокой плотности]`

`[Ваше здоровье: 2 410 / 185 000 (КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ)]`

`[Мана: 840 / 320 000 (Блокировка каналов: эффект «Шока Бездны»)]`

`[Статус: Множественные переломы ребер (4 шт.), трещина левой бедренной кости, закрытая черепно-мозговая травма средней тяжести, внутреннее кровотечение в брюшной полости (купировано наноботами брони на 42%)]`

`[Дебафф: «Ледяное Удушье Эребуса» — регенерация HP снижена на 95% до устранения внешних климатических факторов]`

`[ВНИМАНИЕ! Бронекостюм «Владыка Пустоты» поврежден на 68%]`

`[Отказ генератора синтеза воздуха]`

`[Запас кислорода во внутреннем баллоне: 14 МИНУТ 22 СЕКУНДЫ]`

`[Скорость расхода О2 увеличена из-за учащенного пульса и термического стресса]`

— Четырнадцать минут… — прохрипел Артур. Собственный голос в динамиках шлема прозвучал чужим, глухим и надтреснутым. — Великолепное… начало экспедиции. Ничего не скажешь.

Он попытался пошевелиться, и волна адской боли прокатилась от бедра прямо к основанию черепа. Перед глазами вспыхнули белые круги.

Рулевая колонка и обрушившаяся верхняя потолочная балка намертво прижали его ноги к остаткам ложемента. Двутавровый титановый рельс толщиной в ладонь пробил приборную панель и заклинил гидравлику кресла, превратив капитанское место в капкан.

Снаружи, сквозь гигантскую пробоину там, где раньше находился обзорный фонарь и правый борт челнока, открывалась панорама первобытного ада.

Небо над Хладной Пустошью имело глубокий, маслянисто-фиолетовый оттенок. Ни звезд, ни горизонта — лишь клубящиеся полосы метановых облаков, сквозь которые едва различимо пробивался тусклый диск далекого мертвого солнца, больше похожего на крошечный ледяной ноготь. По равнине, усеянной зазубренными обелисками из сине-черного кристаллического базальта, гулял свирепый буран. Ветер швырял горсти колючей ледяной крошки прямо в кабину; крупицы с сухим дробным стуком разбивались о композитные щитки его нагрудника и лицевой визор.

Температура внутри разорванного корпуса падала с катастрофической скоростью:

`[Температура внутри модуля: -142 °C]`

`[Система обогрева экзоскелета работает на 120% мощности]`

`[Энергия батареи скафандра: 31% (хватит на 26 минут обогрева при текущей нагрузке)]`

Артур глубоко вздохнул, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Паника — это верная смерть. Он прошел через сотни битв, пережил зачистку секторов в глубинах Кайнозойского Разлома, лично вел эскадры сквозь звездные бури и одолел Патриархов Пустоты. Нелепо погибнуть здесь, зажатым в куске покореженного металла на безымянном шарике льда.

«Спокойно. Сначала инвентаризация и оценка угроз», — мысленно приказал он себе, активируя внутренний интерфейс персонажа.

Перед мысленным взором развернулся полупрозрачный статус-лист:

`══════════════════════════════════════════════`

`ИМЯ: Артур Нестеров`

`КЛАСС: Владыка Астральных Врат (Эпический Наследуемый Титул)`

`УРОВЕНЬ: 184`

`ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:`

` Сила: 420 (+85)`

` Ловкость: 390 (+60)`

` Выносливость: 510 (+110)`

` Интеллект / Контроль: 680 (+140)`

` Астральная Связь: 920 (+350)`

`ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ:`

` Здоровье: 2 410 / 185 000`

` Мана: 840 / 320 000 (Восстановление заблокировано: гравитационный разрыв ячеек)`

` Остаток времени до истощения О2: 13 мин. 48 сек.`

`══════════════════════════════════════════════`

Из-за пространственного шока его колоссальный запас маны был практически исчерпан, а каналы циркуляции энергии словно забило толченым стеклом. Применить высшие заклинания телепортации или пространственного кармана сейчас было невозможно — любая попытка призвать чистый эфир отзовется взрывом в поврежденных энергоканалах души, что добьет оставшиеся крохи здоровья.

Придется уповать на голую физику, резервы тела и те крохи экипировки, до которых он сможет дотянуться.

Артур осторожно протянул правую руку к поясу. Пальцы нащупали рукоять многоцелевого тактического мономолекулярного резака. Цел. Магнитный захват сработал со щелчком, освобождая тридцатисантиметровый клинок из матово-серого сплава с напылением из гравитационной керамики.

— Так… уже лучше, — пробормотал он.

Он перехватил резак лезвием вперед и активировал вибромодуль. Металл рукояти отозвался мелкой, зудящей дрожью. Высокочастотное поле ожило, окутывая кромку едва заметным голубоватым маревом.

Артур изогнулся всем корпусом, превозмогая вспышку яростной боли в сломанных ребрах. Наноботы в крови уже трудились, склеивая ткани и впрыскивая микродозы локальных коагулянтов, но процесс шел мучительно медленно из-за отрицательной температуры. Холод сковывал мышцы, замедляя клеточный метаболизм.

Титановый двутавр, прижавший его левую ногу, находился чуть ниже колена. Если резать металл прямо здесь, раскаленные брызги расплава могут прожечь ткань комбинезона, и тогда атмосферный холод Эребуса ворвется внутрь за долю секунды.

«Нужно действовать филигранно».

Артур вонзил виброклинок в основание гидравлической стойки кресла, где металл был тоньше. Сноп слепящих белых искр брызнул в стороны, с шипением оседая на заиндевевших панелях. Резак шел тяжело: конструкционная броня «Скитальца» создавалась с расчетом на выдерживание попаданий плазменных снарядов малого калибра.

Секунды таяли с пугающей скоростью.

`[Остаток кислорода: 12 минут 10 секунд]`

`[Внимание: зафиксировано снижение давления в дыхательном контуре]`

`[Микротрещина шейного уплотнителя: потеря О2 увеличена на 8%]`

— Проклятье! — процедил сквозь зубы Артур.

Он нажал на рукоять обеими руками, наваливаясь всем весом израненного тела. Виброклинок запел на высокой ноте, прорезая толщу сплава сантиметр за сантиметром. В нос через фильтры ударил резкий запах паленой синтетики и перегретого вольфрама. Металл наконец поддался: стойка с громким щелчком лопнула, гидравлическая жидкость фонтаном вырвалась наружу и тут же замерзла в воздухе черными хлопьями.

Опора ослабла. Артур стиснул зубы так, что эмаль захрустела, уперся свободной правой ногой в переборку и рванул застрявшую конечность на себя.

Хруст кости отозвался в висках набатным колоколом.

`[Получен урон: 120 единиц]`

`[Смещение перелома левой бедренной кости]`

`[Здоровье: 2 290 / 185 000]`

Тем не менее, нога была свободна. Артур вывалился из ложемента на заваленный осколками пол кабины, едва сдержав стон. Он перевернулся на живот, жадно хватая ртом синтетический воздух, пахнущий озоном и сухим химическим привкусом регенерационных гранул.

Каждый вдох давался с трудом. Грудная клетка пылала. Но лежать на ледяном полу означало верную гибель: холод тянул тепло из скафандра даже сквозь термоизолирующие слои.

Опираясь на уцелевшие локти и подтягивая сломанную ногу, Артур пополз к пролому в правом борту.

Его целью был аварийный отсек в центральной части фюзеляжа. Там, в герметичном бронированном пенале, хранился стандартный набор выживания офицера Дальней Разведки: запасные баллоны сжатого воздуха, полевой регенератор, портативный плазменный резак и, самое главное, переносной терминал Дальней Астральной Связи.

Путь в четыре метра показался бесконечностью.

Кабина челнока была буквально вывернута наизнанку. Переборки смяло, кабели искрили, свисая с потолка ядовитыми щупальцами, а на полу образовалась наледь толщиной в несколько сантиметров. Метановый конденсат превратил обшивку в каток.

Добравшись до переборки жилого отсека, Артур поднял голову и выругался.

Створки аварийного шлюза были намертво заклинены. Удар о базальтовую гряду пришелся прямо в центр фюзеляжа, спрессовав переборку в гармошку. Сквозь полусантиметровую щель между погнутыми плитами виднелась сплошная стена черного льда вперемешку с искореженными каркасными трубами.

Отсека выживания больше не существовало. Его расплющило при падении.

`[Остаток кислорода: 9 минут 45 секунд]`

`[Частота сердечных сокращений: 148 уд/мин]`

`[Внимание: истощение запасов дыхательной смеси приведет к необратимому повреждению коры головного мозга через 600 секунд]`

Артур прислонился спиной к обледенелой переборке, чувствуя, как холод медленно, но неотвратимо просачивается сквозь броню. Внутри черепа пульсировала тяжелая, вязкая пустота.

Девять с половиной минут.

Без маны. Без связи. Без корабля. На планете, где за бортом почти двести градусов ниже нуля, а атмосфера состоит из яда и смерти. До ближайшей обитаемой станции или союзного патруля флота — тридцать световых лет через мертвые секторы.

«Неужели здесь? В четырнадцатом секторе Врат, на краю вселенной?»

Он посмотрел на свою ладонь. На тыльной стороне перчатки слабо светился выгравированный символ — сложный геометрический узор из вложенных колец и расходящихся лучей. Знак Первородного Вратника. Наследие расы, которая строила мосты меж галактиками в те времена, когда земное солнце было лишь протопланетной туманностью.

Он получил этот знак не для того, чтобы задохнуться в канаве из метанового льда.

— Рано меня списывать со счетов… — прошептал Артур.

Взгляд его зацепился за кормовой пролом. Там, в двадцати метрах от разбитого носа, на ледяном склоне чернели остатки двигательного пилона. А прямо под ним, в полуразорванной мотогондоле, мерцал тусклый, пульсирующий изумрудный огонек.

Сердце пропустило удар.

Астральный накопитель маршевого двигателя!

В отличие от химических или термоядерных двигателей обычных судов, «Скиталец-4» был экспериментальным прототипом. Его силовая установка работала на сжатом концентрате первородного эфира. Если защитная оболочка накопителя уцелела при крушении, внутри все еще сохранялась капсула с чистейшей пространственной энергией.

Этой энергии хватило бы, чтобы пробить блокаду его собственных искалеченных каналов, перезапустить ауру и развернуть стационарный купол выживания. А самое главное — в накопителе двигательной секции всегда монтировался автономный контур жизнеобеспечения для обслуживания реактора техниками: там находился изолированный картридж сверхчистого жидкого кислорода емкостью в пятьдесят литров!

Но между ним и двигателем лежали двадцать метров открытого пространства. Двадцать метров адского урагана Эребуса-4.

Артур активировал меню инвентаря экзоскелета.

`[Доступные средства экстренной помощи:]`

`1. Медицинский стимулятор «Атлант-С» (1 доза) — временно блокирует болевой шок, повышает Силу на +40, ускоряет регенерацию на 300% на 180 секунд. Побочный эффект: по окончании действия — откат в виде паралича мышечных волокон.`

`2. Баллончик с термореактивной нано-пеной (остаток: 45 мл) — предназначен для герметизации скафандров.`

`3. Магнитный альпинистский трос (длина: 15 метров, разрывное усилие: 8 тонн).`

— Придется рисковать, — выдохнул Артур.

Он достал из набедренного контейнера толстый цилиндр инжектора «Атлант-С». Поднес к разъему на бедренном щитке скафандра и с силой вдавил кнопку активации.

Пневматический щелчок.

В вену хлынул жидкий огонь. Боль от сломанных ребер и раздробленного бедра не просто отступила — она взорвалась ослепительным пламенем адреналинового экстаза. Мышцы напряглись, превращаясь в тугие стальные жгуты. Мир вокруг словно замедлил свой бег, звуки ветра стали четче, резче, обрели форму и траекторию.

`[Применен стимулятор «Атлант-С»]`

`[Эффект «Обезболивание»: 180 секунд]`

`[Сила увеличена: 420 -> 460]`

`[Временное восстановление работоспособности конечностей: активно]`

`[Здоровье стабилизировано: 3 100 / 185 000 (медленный рост)]`

`[ВНИМАНИЕ: Таймер до полного отказа мышц: 02:59]`

Времени не было даже на вздох.

Артур вскинул баллончик с нано-пеной и щедро залил стык шлема и воротника, запечатывая микротрещину, через которую уходил драгоценный кислород. Серая густая масса мгновенно полимеризовалась на морозе, образовав плотный воротник, остановивший утечку.

`[Герметичность восстановлена: 98%]`

`[Остаток кислорода: 7 минут 15 секунд]`

Опираясь на правую ногу и заставляя онемевшую левую слушаться силой воли и взвинченного стимулятором тела, Артур поднялся во весь рост. Экзоскелет жалобно взвизгнул поврежденными сервоприводами, компенсируя смещение тазобедренного сустава.

Он шагнул к разорванному борту и шагнул в пустоту.

***

Первый же порыв ветра за пределами корпуса едва не сбил его с ног.

Атмосфера Эребуса-4 была плотной, тяжелой, как свинец, и обладала колоссальной кинетической энергией. Ветер дул со скоростью свыше сорока метров в секунду. Каждый шаг требовал титанических усилий: морозная мгла хлестала по броне, визор за доли секунды покрылся ледяной коркой, заставив включить встроенный тепловизор и режим ультразвукового эхо-сканирования.

Мир окрасился в монохромные зеленовато-серые оттенки.

Склон, по которому сполз челнок, круто обрывался вниз, в бескрайнюю равнину, тонущую в клубах метанового тумана. Повсюду высились гигантские сталагмиты — иглы мертвого базальта, пронзающие небо подобно зубьям гигантской пасти.

Под ногами был не снег, а кристаллический лед метанового океана, твердый, как алмаз, и скользкий, как полированное стекло.

Артур активировал гравитационные шипы на магнитных подошвах ботинок. Раздался глухой треск — зубья из карбида вольфрама вгрызлись в монолит, надежно фиксируя тело.

Шаг. Еще один.

Каждое движение отзывалось тупым, приглушенным химией эхом в костях. Ветер ревел в ушах, словно стая голодных псов. Скафандр непрерывно транслировал предупреждения о перегрузке внешнего контура обогрева:

`[Внешняя температура: -194 °C]`

`[Температурный градиент поверхности брони: критический]`

`[Опасность охрупчивания композитных сплавов: 44%]`

Двигательный отсек лежал на ребре ледяного тороса. Из разорванного кожуха вырывались сизые струи декомпрессионного газа — охладитель испарялся, вступая в бурную реакцию с метаном и порождая вспышки бледно-голубого фосфоресцирующего пламени.

Артур преодолел последние пять метров, буквально падая на раскуроченный пилон двигателя. Руки в перчатках вцепились в ледяной край обшивки.

Здесь, в нише вспомогательных агрегатов, чудом уцелел сервисный люк.

— Открывайся… давай же, черт тебя дери! — сквозь зубы рычал Артур, сбивая заклинивший пневмозамок ударами рукояти резака.

Ударить раз. Другой. Третий.

На шестом ударе скоба треснула. Артур рванул крышку на себя, срывая с петель промерзший композит.

Внутри тесной ниши, укутанный термоизолирующим чехлом, слабо мерцал зеленый цилиндр астрального накопителя. Рядом с ним, в крепежных скобах, стоял продолговатый белый баллон с оранжевой полосой и маркировкой: «O2-L / Экстренный резерв двигательной группы / 50L».

Он был цел. Манометр показывал стабильные двести пятьдесят атмосфер.

`[Обнаружен совместимый источник дыхательной смеси!]`

`[Остаток кислорода в скафандре: 3 минуты 12 секунд]`

`[Действие стимулятора: осталось 48 секунд]`

Артур не стал терять ни доли мгновения. Он выхватил переходной шланг аварийной дозаправки, встроенный в правое предплечье брони, и с силой вогнал штуцер в клапан резервуара.

Раздался резкий шипящий звук. Холодный, сжатый газ с гулом хлынул в опустевшие емкости экзоскелета.

`[Идет восполнение запаса О2...]`

`[Уровень дыхательной смеси: 20%... 55%... 89%... 100%!]`

`[Внутренний резерв восстановлен: 18 часов штатного дыхания]`

`[Угроза удушья ликвидирована]`

Ледяная волна свежего кислорода заполнила подшлемное пространство. Артур судорожно вдохнул полной грудью, чувствуя, как очищается затуманенный мозг, как отступает смертельная, удушливая темнота, готовая поглотить его сознание.

Но расслабляться было нельзя. Таймер стимулятора неумолимо отсчитывал последние секунды:

`[Действие стимулятора «Атлант-С»: 00:05... 00:04... 00:01... ЭФФЕКТ ЗАВЕРШЕН]`

`[ВНИМАНИЕ: Наступление фазы миопаралитического отката!]`

Мышцы словно вывернуло наизнанку.

Дикая, нечеловеческая боль, спавшая под действием наркотического блокатора, вернулась удесятеренной волной. Ноги подкосились, и Артур рухнул на колени прямо в ледяную крошку, судорожно вцепившись пальцами в корпус накопителя. Экзоскелет заблокировал шарниры, спасая его от падения лицом вниз на кристаллы базальта, но тело сотрясала крупная, неуправляемая дрожь.

`[Здоровье: 1 850 / 185 000]`

`[Статус: Паралич нижних конечностей (длительность: 12 минут)]`

`[Критическое переохлаждение тканей левого бедра]`

«Плевать на ноги… плевать на боль…» — пульсировало в висках.

Главное было сделано — он не задохнется в ближайшие часы. Теперь нужно было решить вторую, не менее критическую задачу: вернуть контроль над энергией. Без маны на этой планете он просто кусок мяса в металлической оболочке, ожидающий, пока сядет батарея обогревателя.

Артур опустил взгляд на изумрудный цилиндр астрального накопителя.

Прибор размером с термос пульсировал ровным, мягким светом. Внутри прозрачной колбы из кристалла пустоты клубилась жидкая взвесь чистого эфира — концентрированная мана высшего порядка, очищенная до абсолютной плотности.

В нормальных условиях ни один маг или техномант в здравом уме не стал бы вскрывать маршевый накопитель напрямую. Энергия внутри находилась под колоссальным пространственным давлением. Любая ошибка при вскрытии привела бы к локальному микро-разрыву пространства, который стер бы в пыль и Артура, и обломки челнока в радиусе полукилометра.

Но Артур Нестеров не был просто магом.

Он носил титул Владыки Астральных Врат 184-го уровня. Его душа хранила сродство с пространственными структурами Древних на субатомном уровне.

— Протокол ручного поглощения… — выдохнул он через замерзшие губы.

Он снял перчатку с правой руки. Обжигающий мороз Эребуса мгновенно впился в голую кожу сотнями раскаленных игл. За секунду пальцы побелели, потеряв чувствительность: при температуре минус сто девяносто плоть превращается в хрупкое стекло за считанные мгновения.

Артур прижал голую ладонь прямо к контакторам кристаллической колбы.

— Ключ Первородного… Активация!

`[Обнаружен прямой контакт с нестабилизированным эфирным концентратом!]`

`[Внимание: Опасность аннигиляции духовного тела!]`

`[Активирован титульный перк: «Власть над Вратами»]`

`[Конверсия внешней энергии в резерв маны запущена...]`

Знак на тыльной стороне его ладони вспыхнул ослепительным, яростным фиолетовым огнем.

Ледяной воздух вокруг закипел. Потоки жидкого эфира, пробив изоляционные мембраны накопителя, тончайшими нитями устремились прямо в поры его кожи, впитываясь в капилляры, впиваясь в нервные узлы, прожигая забитые шлаком энергоканалы подобно удару молнии.