Миссия «АГЕЯ». 2038

На пороге катастрофы/спасения (нужное подчеркнуть)

Над центральным парком района Чибуту, почти в самом центре небосвода, нависло огромное немного синеватое солнце, заставив тени немногочисленных прохожих стыдливо спрятаться под ногами. Сухие деревья, потрескавшиеся корой, так и вовсе утратили их, подставляя обломанные остатки веток беспощадным лучам. Азани, услышав до боли знакомые пищащие звуки, похожие на телефонные гудки, доносившиеся сразу из нескольких громкоговорителей в окрестностях, создавая эффект эха, остановилась.

Красивую девушку спортивного телосложения с бликующими в лучах малиновыми волосами также привлекло раздраженное бурчание какой-то мамы с потрепанной коляской:

– О, Господи, как мне это надоело! Опять ребенка разбудят.

Женщина прикрыла уши младенцу в плюшевой игрушкой и поспешила подальше от ближайшего динамика.

Азани догнал Джейк. По тому, как этот парень, весьма подкачанный, надо сказать, нежно приобнял и чмокнул ее в горячую от зноя щеку, можно было догадаться, что они – пара.

– Привет, родная! Извини, что задержался.

– Да ничего. Это ты прости, что не дождалась. Я час караулила тебя на выходе, но потом вдруг решила: будет слишком подозрительно, что я никак не ухожу домой. Тебя, по идее, в школе вообще не должно было быть. Надеюсь, никто ничего не заподозрил.

Пока ребята общались, гудки закончились и голос из динамиков произнес:

– Полдень! Мегаворлдское время – 5 часов 00 минут по новому стилю, 12 часов по старому стилю. Не забудьте приобрести десятичные часы до конца 31 декабря 2038 года. С началом 39-го года старое время будет отменено.

Закончив сообщение, отзвуки голоса разлетелись эхом по иссушенному парку и стихли.

– Моя мама все никак не может привыкнуть к десятичному времени, – сказал Джейк и, взяв девушку под руку, зашагал вперед. – Это же так просто. 10 часов в сутках, 100 минут в часе… просто и удобно! А она говорит: «Глупости! Как может магазин работать 10 часов 7 дней в неделю? Не звучит».

– Ну, родной, она же уже не молодая. Пожилым людям сложно даются всякие новые привычки, – улыбнулась спутница, – а ты, как заботливый сын, подарил бы лучше ей часы с конвертером. Компания Oleg-D-Timez неплохие производит.

– Да уж, и как только она смогла пережить денежную реформу в девяносто восьмом и не запутаться?

– Когда-нибудь и мы станем такими: станем говорить, что все новое – плохое.

– Хах, я уже так говорю! – рассмеялся юноша.

Двое шли по мощеной дорожке под палящим солнцем. Температура воздуха была не меньше 35 градусов, что являлось, впрочем, даже ниже климатической нормы. Новой климатической нормы 2030-х годов. Повышенная влажность и большое количество пыли в воздухе делали дыхание более затруднительным, чем в былые времена, поэтому никаких городских бегунов теперь в парке не встречалось. Прохожие двигались не спеша, и попадалось их по пути совсем немного. Девушка сквозь свои темные очки наблюдала за людьми, собравшимися у автомата с кепками, кислородными баллончиками и антиперсперантами. Эти товары были самыми востребованными в наступившие времена. Одна женщина лет пятидесяти пыталась попросить денег у стоящих в очереди, вероятнее всего, на покупку средства облегчения дыхания.

– Джейк, смотри. Давай поможем? Пожилые люди нынче редки, и живется им ой как непросто.

– Конечно, – кивнул парень и отошел в сторону автомата.

Он приблизился к просительнице, о чем-то поговорил с ней и, очевидно, получив благодарность за помощь, вернулся к Азе.

– Да, в детстве у меня была бабушка, и в те времена семидесятилетний возраст считался не таким уж и преклонным. Нынче мало кто может дышать этим ядом после сорока пяти.

– Времена изменились, бесспорно. Сильно изменились.

Пройдя еще немного, малинововолосая девушка в школьной форме и панамке со своим короткостриженым спутником в белой безрукавке и бейсболке увидели своего старого знакомого. Блондин с волосами до плеч, в шапочке из фольги стоял посреди дороги и чесал затылок. Он поглядывал в телефон и озирался, вытирая вспотевшие ладони о свою синюю футболку со странной надписью «RIP».

– Сайран, привет! – окрикнула его девушка и помахала рукой.

– О, Аза? Джейк? Здорово, здорово. Эх!

Ребята подошли к озадаченному молодому человеку, парни пожали руки.

– Ты чего такой… странный? – спросила девушка встреченного.

– Ну… тебе короткую или длинную версию? – уныло уточнил тот.

– Короткую.

– Я лоханулся, – сокрушенно, наконец, вздохнул Сайран и убрал телефон в карман.

– А длинную? – улыбнулся Джейк.

– Я ло-о-охо-о-ону-у-улся-я-я…

– А-ха-ха! – рассмеялась парочка.

– Не пойму, неужели время прогулки мэра указано в старом времени? Он что, в 4 утра по старому стилю ходит в парк? Или как? Ребята с «Заговоров. нет» смогли сфоткать его расписание. Там было записано, что в понедельник он будет прогуливаться тут. И, возможно, тайно встретится с главой местной мафии. Он такой, да.

– Сайран, ты уверен?

– Да. Сегодня, в понедельник, 11 июля.

Джейк улыбнулся:

– 11-е было вчера, Сайран. И это было воскресенье.

Юноша в шапочке из фольги жалостливо посмотрел на парня в бейсболке и произнес голосом, полным горечи и обиды:

– Ну как же так? Я был уверен, что 11-е – это понедельник…

Сказав это, он с досадой топнул ногой:

– Черт бы побрал эту тупую систему дат! Наконец-то со следующего года введут нормальную, тринадцатимесячную систему стабильного календаря. И уж тогда двенадцатое всегда будет четвергом! И никакой путаницы.

– Ну да, – похлопал его по плечу Джейк, – а первое число – всегда понедельник. Работу не проспишь.

– Да ну тебя с твоей работой, – смахнул его руку раздраженный блондин. – Я блогер. Мне ваша работа на фиг не упала. Вот то, что я профукал потенциально крутой репортаж и расследование – это печалит. Ну да ладно, проехали… как дела у вас? Азани, как твоя предполетная подготовка?

– Ох, тяжело, Сайран, – отмахнулась девушка, – сегодня сдала предпоследний экзамен. Правильно ли я рассчитала пропорции при построении матрицы весов для гравитрона? Я, конечно, понимаю в силикатной биологии кое-что, но по предмету медицины космических катастроф у меня были некоторые пробелы. Волнуюсь…

– Ой, оставь эти сложные термины для многобальников! Я все равно не особо понял, – замахал руками блогер.

– Волнуюсь, что могла неправильно ответить, – упростила Аза, – физические упражнения, ориентирование на местности, география Агеи – это для меня раз плюнуть. Но точные расчеты мне даются сложнее.

– Казалось бы, у нас есть квантовые компьютеры, – развел руками ее парень, – а колонистку готовят к вычислениям вручную.

– Комп может отказать, Джейк, – обернулась она к говорившему. – Вспомни, как ты ныл, когда твой ПК завис во время работы над дипломом.

– Ну да, ну да… Вычислительные машины – не самая надежная вещь. Как и андроиды, искусственный интеллект и все такое.

– Короче, – вновь повернулась она к Сайрану, – мне не хватает немного баллов, чтобы опередить моего главного конкурента – Апреля Ананасова.

Юноша пожал плечами и жестом вопросил, дескать, «может пойдем?».

– Эх! Скучаю я по старым добрым временам, когда нами правила коррупция! – с задумчивой улыбкой начал он.

– Это ты про те времена, когда правительство в погоне за сверхдешевой энергией аннигиляционных реакторов угробило наш мир до такой степени, что мне придется лететь в космос и спасать его?

– Ха-ха, ну да, – пожал плечами юноша в синей футболке, – не без греха они были, конечно. Зато какие имелись возможности для богатых! У тебя же очень богатый парень, Аза.

Сайран подмигнул, косясь на Джейка. На что тот лишь улыбнулся и пожал плечами.

– Раньше можно было бы просто подкупить кого-нибудь из экзаменационной комиссии и тебе бы нарисовали несколько сот вики-баллов в зачетку. Но теперь, когда мир на пороге катастрофы, мы все под колпаком у спецслужб. Последний коррупционер был арестован 5 лет тому назад… печально!

– Ну, есть один краснокнижный товарищ. Очень богатый и желающий стать еще богаче, – лукаво прищурился парень Азы.

Блогер аж встрепенулся:

– Вау! Вы что, подкупили доктора Тено? Вы все-таки отважились на это?

– Тсс! Не ори ты так, болван! – закрыл Джейк ему рот ладонью. – Ты сдурел?

– Ладно-ладно, я молчок! Но вы, блин, даете! И как? Он принял взятку?

– Ты думаешь, в тридцать восьмом это так просто? Бумажные деньги давно отменили, все же на виду! Ну, кроме криптовалюты. С ней еще можно поиграться и, имея определенные связи и власть, отмыть. Но ведь док может взятку-то взять, и все! Досвидули! Да и нам подставляться нельзя. Короче, я сегодня утром оставил в его столе в школе хитрую флешку с программой и инструкцией. От кого подарок – он, понятное дело, не знает. Да это и не важно. Она разблокируется автоматически, если биометрический чип Азы будет находиться более часа на территории Космопорта. Убедиться, что на носителе лежит кругленькая сумма, доктор сможет, посмотрев исходный код. Но подтасовать эту ситуацию у него не получится.

– Ага, теперь главное, чтоб он ей руку не оттяпал вместе с чипом и не принес в чемоданчике в нужное время в нужное место.

– Не говори ерунду. Так вот, на носителе криптовалюта. Исходя из этого, профессор должен быть крайне заинтересованным в том, чтобы в космическую программу попала именно Аза, а не этот выскочка из 45-й школы.

– А прогу он не взломает? А что станет с биочипом при силикации?

– Взломать не удастся, нет. Там такое шифрование, что за короткий срок, как его жизнь, даже на суперкомпьютере – без шансов. А биочип точно так же останется при ней и после силикации, так как он является частью тела.

– Понятно, – удивленно и восхищенно протянул парень в шапочке. – Ну вы и продуманы! Кому в голову пришел этот план? Признайтесь честно! Это гениально!

– Это все моя малышка, – нежно приобнял девушку молодой человек в безрукавке.

– А ведь можно было пойти по пути наименьшего сопротивления, – улыбнулся блогер, продолжая идти вместе с друзьями к выходу из парка, – просто попросить твоего папу походатайствовать о тебе в МегКосмосе.

– Ах-ха, ты шутишь? – покрутила пальцем у виска девушка. – Да мой папа скорее съест силицированную мышь, чем сделает это. Он же спит и видит, что я откажусь от полета на Агею. Но я девочка взрослая и сама буду решать, чему посвятить свою жизнь.

– Ох, ты, конечно, крайне смелая. Я бы вот так не смог отправиться в один конец к черту на рога и больше никогда не вернуться в родной Мегасити, – поежился Сайран.

– Каждому свое, друг мой.

Так, за разговорами, троица подошла к воротам, судя по сухому еле-зеленому крошеву на земле, некогда обрамленным клумбами. Легкий ветерок поднял немного пыли, которая осела, в том числе и на сиротливо стоящем вагончике продавца мороженого.

– Ладно, ребят, – радостно воскликнул блогер, – пожелаю вам успехов и, конечно же, буду с любопытством следить за развитием событий. А в честь успешной взят… покупки определенных благ, угощу вас мороженым. И не благодарите, и не целуйте!

Юноша, шутя, поднял руки, будто бы протестуя против похвалы, и попятился к вагончику.

– Три крем-брюле. Тех, которые по 10 мД! – крикнул он в окошко, протянув туда же руку для оплаты чипом.

– Нет таких, – ответил хриплый голос откуда-то изнутри, – теперь все по 100.

– Чего? Ой! – вскрикнул парень, ударившись от неожиданности макушкой о верхнюю перекладину окошка.

Почесав голову, он перегнулся через плечо, взглянув на ценник на борту вагона. И вправду – новые значения оказались в десять раз выше, чем вчерашние.

– Что за фигня? Давеча же было по 10.

– Теперь по 10 только детям. Взрослым по 100, – невозмутимо ответил тот же неприветливый голос, – новый декрет продовольственной программы. Претензии к мэрии.

– Каким детям? Кто сейчас вообще рожает? Единицы! А жарко всем!

Видя, что криками и визгами вопрос не решить, Сайран чертыхнулся и оплатил кругленькую сумму за две штуки лакомства, предпочтя сэкономить на себе.

– Гребаная стагнация экономики! – ругался он, подходя к друзьям и протягивая крем-брюле. – Они и на мороженое цену взвинтили! Как жить-то теперь? В наше время выживают только политики, таксисты и блогеры. И вы с Азой.

– Ничего себе цена, – удивился Джейк, – Сайран, дай руку. Я верну тебе стоимость.

– Да не надо, угощайтесь. Мне вчера на стриме хорошо задонатили. Но сама ситуация – дичь.

Друзья покинули парк, который, вероятнее всего, таковым уже стоит называть в кавычках, и направились вдоль каменной его стены по тротуару. Вокруг было очень тихо. Наверное, если бы так было раньше, то можно было б услышать пение еще не вымерших тогда птиц. Хотя вряд ли, их бы заглушал рев машин. Теперь же ни тех ни других не было. Шестиполосный проспект звенел тишиной. Изредка проезжали велосипеды и уж совсем редко – электросамокаты. Большинство из без того немногочисленных горожан предпочитали передвигаться пешком. Хотя предпочитали ли? Скорее, были вынуждены делать это по экономическим соображениям.

– А помните? Раньше там была пиццерия! Ох, я там школу прогуливал, когда был мелким. Пепперони делали на славу, – ностальгически улыбнулся Сайран, показывая на заколоченные окна заведения на противоположной стороне пустой улицы. – Теперь пицца – все (я имею в виду для простых людей). Остались только синтетические пирожки. Это единственное, что смогли сделать в плане еды с помощью телепортации. Чертовы синтетические органические молекулы. Питательны, конечно, но на вкус как стекловата.

– Точно, – согласился второй парень, шедший под ручку с малинововолосой девушкой и поедавший натуральное мороженое, игриво прикасаясь носом к ее улыбающемуся лицу. – Но у нас есть шанс на спасение! И он сейчас идет с нами и кушает вафельный стаканчик. Ути-пути.

– Ну ладно, давайте без нежностей на людях, – отмахнулся их добровольно лишившийся угощения друг. – Главное, чтобы новое правительство не довело до такого же состояния Афалину.

– О, сделать это надо будет очень постараться! – посмеялась Аза. – Афалина – газовый гигант весом в 1 890 000 000 000 000 000 000 000 тонн. Там вещества хватит для восстановления тысяч таких Мегаворлдов, как наш.

– Но я слышал, что если ее извести в ноль, то наша орбита сместится относительно Солнца, – подметил Джейк.

– Это сделать будет крайне сложно. Считайте, невозможно. Даже несмотря на погрешность Вайнберга – Фейнмана. Я скорее поверю, что раньше погаснет само Солнце, чем кончится водород на Афалине.

– Хах! Про мировой океан правительство тоже так говорило. А теперь вон, выкинули миллиарды литров в «четвертое измерение» ради нескольких протонов антиматерии, – сложил руки на груди блогер.

– И то верно… – погрустнела Азани, но тут же задумалась, вспоминая: – …в детстве мы залезли на заброшенную АЭС, когда они еще не были снесены. Очень интересное сооружение: там были огромные градирни, трубы, множество различных приборов. Когда-то люди получали энергию таким интересным способом. Тогда был золотой век телепортации и все эти примитивные (так нам тогда казалось) технологии, вроде термоядерного синтеза, считались безнадежно устаревшими, смешными и неэффективными. Теперь же, когда почти не осталось специалистов, будет очень сложно все это вернуть. Это как построить паровоз. Есть ли вообще сейчас инженеры, которые знают, как он был устроен? И кто бы мог подумать, что из-за погрешности Вайнберга – Фейнмана телепортация откатит нас чуть ли не к уровню Средневековья.

– Да, теперь у нас как в этих старых романах про антиутопию. Не снеси люди электростанции, жили бы нормально, как наши бабушки.

– Еще и эта война, – так же задумчиво, как и его девушка, протянул Джейк. – Из-за изменений климата вон какие цунами теперь на юго-западном берегу! Ставь турбины в океан и получай мегаватты, так нет же: там засели до зубов вооруженные лимбутцы, и фиг их оттуда выкуришь.

Когда ребята дошли до перекрестка, Сайран взмахнул руками:

– Ну все, хватит этих пессимистичных разговоров. Скоро это закончится, когда Аза откроет для нас новый репозиторий материи на Афалине. В городе у нас все относительно спокойно, синтетические пирожки есть. Бабушка рассказывала, что в девяностые бывало и похуже. Так что я пока что поснимаю свои ролики, благо разоблачать моему проекту «Заговоров. нет» есть кого. Кстати, вы в курсе? Ходит слух, что дворники в парке утилизируют сухие деревья с помощью телепортации. Ну, типа это дешевле, чем бензин для грузовиков. А телепортация для гражданских нынче незаконна! Вот и буду эту тему раскручивать. А с вами я прощаюсь. До завтра! Не забудьте, что мы с Сэли ждем вас в гости.

– Конечно, Сайран. Мы придем, – улыбнулась Азани.

– Непременно, – пожал ему руку Джейк.

– Ну вот и славно. Всем пока. Мне туда, – кивнул парниша в шапочке из фольги и покинул ребят.

Крепкий парень в безрукавке проводил его взглядом и обернулся к спутнице:

– Пойдем? Я провожу тебя.

Азани и то, что ее окружает

– Папа? Я дома, – произнесла девушка в школьной форме, как только за ней закрылась дверь.

Это была не стандартная входная дверь, как у большинства жителей Мегаворлда, а тяжелая двухметровая металлическая гермодверь шлюза. Стало темно. Почти сразу зажглось несколько дежурных ламп и на потолке загорелся красный огонек.

– Не двигайся, пожалуйста, – прозвучал учтивый мужской голос из динамиков, отразившись эхом от стальных стен.

– Да-да, конечно… – на выдохе тихо ответила вошедшая, встав по стойке смирно.

Красный огонек на потолке раскрылся веером, начав свое движение на каретке, закрепленной к рельсе. Точно такой же плоский луч выехал снизу и стал двигаться вдоль стены. Это все напоминало бы дискотеку или лазерное шоу и могло бы показаться прикольным, если бы студентка не знала, что это рядовое полное сканирование, которое сопровождало каждое ее появление в родном доме.

– Пап, мне вот иногда становится интересно: что ты ожидаешь у меня найти? Вещества я не употребляю, запрещенный рэп не слушаю… зачем каждый раз это все?

– Не разговаривай. Это может исказить результаты.

Девушка замолкла и со скептической миной на лице дождалась, пока лазеры прицелов сканеров закончат свое дело. Доехав до концевиков, лучи отключились, и открылась подобная первой металлическая дверь в другом конце шлюза.

– Все хорошо, проходи, пожалуйста, – столь же спокойно произнес голос отца из динамика.

Войдя в гостиную своего дома, девушка бросила портфель на диван, стоявший напротив широкого окна. Свою панамку она повесила на старый глобус (о том, что он был старым, говорили нарисованные на нем, ныне не существующие, полярные шапки). Скинув без помощи рук туфли, подойдя к этому дивану и поправив юбку, она устало плюхнулась на него. Азани откинулась на спинку и подставила усталое от жары и влажности лицо потоку холодного воздуха из кондиционера.

Девушка облегченно выдохнула, глядя на безжалостно яркий диск солнца, внезапно потерявший свою силу в пределах этого утонченного дома в стиле хай-тек. Светило зависло над простиравшимся за окном океаном, иссушая его и отблескивая волнами отражений на потолке.

Потенциальная колонистка обвела взглядом комнату средних размеров с белыми стенами, маленькими абстрактными картинами на них и зелеными комнатными растениями, как будто ища что-то взглядом. Явно не найдя этого, она закрыла глаза, ощущая приятную прохладу, которая в современных реалиях была предметом роскоши не меньшим, чем некогда золото. Просидев так не более двадцати десятичных секунд, она открыла глаза, потому что снова услышала голос отца:

– Ты была в вики-школе?

– Да, – совершенно спокойно и даже уверенно ответила она, вновь сомкнув веки, – и в центре подготовки колонистов тоже. Со вчерашнего дня ничего не изменилось, папа. Я по-прежнему планирую лететь на Агею, спутник Афалины.

– Будь она трижды неладна, – несколько раздраженно ответил человек, вышедший из-за угла, за которым виднелся кухонный гарнитур.

Это был высокий мужчина в коричневом вельветовом костюме с галстуком. С некоторой сединой на коротко остриженных волосах возле висков и мелкими морщинами на лбу. Он выглядел подтянутым, его шаги были твердыми, а осанка благородной. В руках он держал поднос с двумя тарелками. На одной из них лежала яичница-глазунья с кусочком белого хлеба, во второй, глубокой – консервированный зеленый горошек. Также в этой кулинарной композиции присутствовал бокал красного вина.

– Я надеюсь, что ты не очень расстраиваешься из-за своих вики-баллов, – начал хозяин дома издалека, подходя ближе, – Апрель Ананасов, похоже, вырвался вперед. Это… плохо, по твоему мнению, верно?

Азани, сидя на мягком диване и раскинув руки на его спинке, повернула голову и, нахмурившись, вопросительно посмотрела на родителя. Тот продолжил:

– Всякое случается. Иногда нам стоит признать свое поражение…

– Это как тогда, когда вы неверно посчитали формулу изменения вектора пространства-времени адронов водорода, вызвав каскадный резонанс? – перебила его дочь.

Мужчину это укололо, но он мгновенно поборол эмоции и столь же спокойно, как и ранее, продолжил:

– …я понимаю, что твой конкурент оказался немножечко более способным, но на миссии «Агея» жизнь не заканчивается. Применений твоим талантам – тьма. Ты даже можешь стать президентом Мегаворлда, вне всяких сомнений. Но, чтобы тебе было проще пережить сейчас этот нелегкий момент поражения, я решил тебя порадовать. Вот.

Отец кивнул в сторону нагрудного кармана (так как руки были заняты подносом с едой), из которого торчали два пластиковых прямоугольника.

– Это мой тебе и твоему другу подарок – два билета на телепорт в Северогорск. Сейчас их очень сложно достать, но я смог. Отправление завтра, путешествие на две недели. Сейчас там идеальный бархатный сезон! Деревья зеленые, температура комфортная, и уже созревают персики, так что…

– Какие персики? У меня завтра финальный экзамен по силикации! Ты просто решил снять меня с дистанции таким «красивым» образом? – возмутилась девушка, вставая с дивана и оборачиваясь к отцу.

Она стояла спиной к окну и казалась темным силуэтом на фоне солнца. Папа стоял напротив, за диваном и взглядом старался делать вид, что ни о чем подобном и не помышлял.

– Ели бы ты действительно хотел меня порадовать, мог бы сделать милость и поговорить со мной лично, а не через свой дурацкий синтетический аватар.

Отец (а как выяснилось только что, его искусственная полимерная проекция) опустил взор:

– Прости, у меня много работы в лаборатории. Я не могу быть сейчас здесь.

– О да, много! Львиную долю твоих трудов составляют действия, направленные на то, чтобы вставлять мне палки в колеса, верно? – уже откровенно разгневалась Азани, хмурясь и жестикулируя.

– Конечно нет! – строго ответил аватар. – Я всю свою жизнь занимаюсь лишь тем, чтобы сделать для тебя лучше! Оградить от лишних страданий, дать образование и наставить на путь истинный!

– Кажется, у тебя навигатор сбоит. Мой путь не такой, каким ты его себе представляешь. Я – взрослая самодостаточная женщина. Мой уровень знаний равен сорока шести тысячам баллов! Почему я не могу применить их ради спасения человечества и, в частности, всех, кто мне дорог? Сайран, Сэли, Хару… одноклассники, мои любимые писатели, режиссеры, актеры, добрые люди, коих в мире миллионы. Я хочу и, самое главное, могу спасти их всех. Ты сможешь мною гордиться! Весь мир «за», «против» лишь ты!

– Это потому, что, только мне есть до тебя дело по-настоящему. Может быть, Джейк согласился бы со мной, но ты явно обработала его психологически, – подчеркнуто спокойно ответил папа, немного дергаясь глазом, – все эти подбадривающие и улулюкающие СМИ, твои дружки… они хотят лишь улучшения своих условий существования. Для кого-то из них ты икона или хайповый инфоповод, для кого-то средство возвращения к нормальной жизни. Но ни они, ни ты не представляете, каково это – жить и работать на Агее.