ОН - дневник конца лета

Глава 1

Летний автобус

Он сидел на галёрке. Мужчина лет сорока или сорока пяти. Обычный мужчина, как скажет любой из нас: «Ну сидит себе и пусть сидит.» Меж тем взгляд был его необычайно серьёзен, собранность так и силилась поглотить его, кроме взгляда прибрав и лицо. Ей удалось: губы поджаты, немного загорелые щёки были слегка надуты - и разбери тут, то ли это особенность лица, то ли он сам их сдерживал. О чём думал этот человек с русыми волосами, с небольшим пробором набок, зачёсанными в левую сторону? Мужчина то блуждал взглядом по автобусу, будто выискивая что-то, то безмолвно и с некоторой печалью взирал в окно. Навстречу ему был вечерний город. Самый обычный и незатейливый город. Только в этот раз летний южный вечер подарил прохладу. День через день льют дожди, и влажность испарений под палящим солнцем то и дело меняется местами с прохладой.

Вот и сегодня было довольно прохладно, если не сказать больше: уличный термометр показывал двадцать градусов. Одет наш мужчина был в летние шорты чуть выше колена. Для этих шорт лето было явно не первым: выгоревшая ткань с небольшими потёртостями тихо грустила, без слёз и без ропота, понимая, что всех когда-нибудь постигает утрата яркости дней и некоторая усталость от жизни. Однако эта усталость не говорит о стремлении к уходу. Отнюдь. Она уже спокойна, страсти её покинули, пришло умиротворение и принятие.

В контраст с шортами играла рубашка с коротким рукавом. Она явно была счастлива, нова и свежа. Нежно-синяя и добрая, с приятным рисунком. Молодецкая лихость её расстегнула две верхние пуговицы, да и, может, жарко было: салон автобуса, тепло человеческих тел и мотора. А что, если один мотор вёз другие моторы - винтики и механизмы каких-то работ, обязанностей, графиков и мероприятий? Человек — это ещё то мероприятие с рождения и до самой смерти. Постоянно что-то принимает, причём не только меры, а итог один: его уставший мотор, выбившийся из сил, увезут на другом моторе. И зачем этот моторный гул? Чтобы остыть в один момент? И всё? Нет, не стоит так, надо греть так, чтобы теплом своим согреть себя и мир, единственно бы от тепла этого в духоте кого не уморить. Но речь у нас не о других, а об этом мужчине. Чем же он был озадачен, о чём он думал? Возможно, он думал о написанном выше? Но что, если он просто был слегка пьян и пытался собраться с мыслями? И всё… или не всё… На этом и завершим.

Он шёл в чёрном

День клонился к завершению, летнее солнце, мягкое в этом году, а иной раз даже редкое, неспешно утекало за горизонт. Небо, отдав свою влагу, было сухим и несколько блёклым, будто поношенная блузка, некогда бывшая насыщенно голубой, когда в цвете её глубина открывалась невиданная: манящая, чарующая, что мурашки по коже бежали, ведь нас будто затягивало в бездну её. А сейчас эта блузка тихо вздыхала, горюя по дням ушедшим, безмолвно предчувствуя свой уход. Ей так не хотелось стать бытовой тряпкой, что лучше бы её в момент сожгли, чем столь бесславно прозябать свои дни.

Выйдя на улицу, чувствовался запах сырости беспрестанных дождей. Прежде дожди огорчали своим неприличием по частоте, но со временем к ним привыкли. Зато необычайно пышными были облака. Но не сегодня. Сегодня небо было плоское, а облака где-то растекались понуро и вяло. Он вышел из дома. Первый раз за долгие годы Он просидел весь день дома. Но нет – это было не праздное прозябание времени на диване с увеселительным и непритязательным к уму уклоном. Нет. Он учился в течение всего дня, делая перерывы, чтобы голова перезагрузилась, усвоила материал, а притуплённое внимание вернуло свою остроту и тягу к знаниям. Одет он был в привычное. Весь в чёрном. Как ему было хорошо, легко и комфортно. Сколько ему было лет? Сейчас на этот вопрос отвечать весьма проблематично. Нелегко в наши дни определить возраст человека по внешности. Здесь дело не в современных благах цивилизации, способствующих сохранению внешней молодости, тогда как внутри молодость бесследно уходит, и остаётся только в безнадёжных попытках глотать воздух, делая вдохи в то время, как воздуха уже нет. Всё проходит и завершается, остаётся лишь бездыханное тело с какой-то неуместной улыбкой благополучия и жизненного опыта. Наш герой осознавал свой возраст, и по ночам, перед сном, будучи уже в постели, тревожные мысли снедали его. Этот привкус Он знал давно: привкус боли и запёкшейся крови, которую Он почувствует утром, а может и среди ночи, проснувшись в смятении, в путающихся мышцах и задыхающемся теле, когда слёзы так и норовят сойти с глаз, и хочется зарыться в одеяло, закрыть глаза и забыться. И несмотря ни на что Он жил и любил жизнь. Про возраст мы умолчим. Ныне молодые выглядят в разы старше своих лет, а взрослые и в зрелом возрасте сияют великолепием и шармом, особенно в прекрасной его половине. Одни бегут в закат, другие в рассвет, и где-то между они сталкиваются друг с другом, с разъярённой досадой уповают на никчёмность друг друга. Солнце меж тем идёт своим чередом. Им бы понять колесо жизни, вечность цикла рассветов и закатов. Но нет. Как потом коротать свои дни?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.