Тайна усадьбы Бычкова

Глава 1. Возвращение в усадьбу

Дождь хлестал по лобовому стеклу, превращая дорогу в размытое пятно. Старый «Урал» Андрея Вязова, упрямо рокоча шестицилиндровым мотором, уверенно пробирался через ливень. Полумрак летнего вечера сгущался, превращая подмосковные леса в таинственные силуэты, теряющиеся в водяной пелене. Стрелки на приборной панели тускло светились в темноте, показывая семь часов вечера. Дворники работали на пределе возможностей, но вода всё равно заливала стекло.

– Чёртова погода, – пробормотал Андрей, напряжённо всматриваясь в дорогу. – Как будто небо специально не хочет, чтобы мы туда доехали.

Мария Громова, сидевшая рядом на пассажирском сиденье, поёжилась и плотнее закуталась в лёгкий плащ. Её рыжие волосы, собранные в хвост, выбивались из-под капюшона. Она посмотрела на бывшего возлюбленного с беспокойством:

– Андрей, ты уверен, что хочешь брать это дело? – спросила она, стараясь перекричать шум дождя и двигателя. – Эта история с усадьбой звучит… мягко говоря, странно.

Андрей бросил на неё быстрый взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге:

– Да. Что-то тянет туда, как магнит, – он сжал руль крепче. – Три необъяснимых смерти за полгода в одном месте – это не совпадение. Тем более, усадьба была заброшена почти пятьдесят лет, а теперь, как только её начали реставрировать…

– Несчастные случаи случаются, – перебила его Мария. – Особенно в старых домах. Гнилые перекрытия, обрушения, короткие замыкания в проводке…

– Ты же сама не веришь в то, что говоришь, – усмехнулся Андрей, ловко объезжая глубокую лужу. – Иначе не попросилась бы со мной. Чую, здесь будет отличный материал для твоей статьи.

Мария отвернулась к окну, скрывая лёгкую улыбку. Восемь лет они знали друг друга, четыре из них были вместе, и ещё два провели врозь после расставания. Но профессиональное чутьё у обоих работало безотказно.

– Ты всё ещё читаешь меня как открытую книгу, – признала она. – Только не забывай: я еду как журналист, а не как твоя помощница.

– Как скажешь, – кивнул Андрей, вглядываясь в указатель на развилке. – Нам направо. Скоро приедем.

Узкая асфальтовая дорога сменилась грунтовкой, и машину начало потряхивать на ухабах. Высокие сосны с обеих сторон словно смыкались над ними, образуя тёмный коридор. Где-то в глубине леса мелькнул призрачный огонёк, но тут же исчез, будто его и не было.

Внезапно лес расступился, и перед ними раскинулось обширное поле, за которым на холме высилась усадьба Бычкова. Даже сквозь дождь и сумерки её силуэт выглядел внушительно: двухэтажное каменное здание с колоннами у центрального входа, двумя боковыми флигелями и почерневшей от времени черепичной крышей.

– Впечатляет, – прошептала Мария, доставая телефон, чтобы сделать фото. – Прямо декорации для фильма ужасов.

– Дом с историей, – пожал плечами Андрей, направляя машину по размокшей подъездной аллее к усадьбе. – Построен в 1878 году купцом Семёном Бычковым. Потом его сын расширил, а внук оформил в том виде, который мы видим сейчас. После революции здесь был детский дом, потом санаторий, потом склад, а в девяностые всё забросили.

– А ты подготовился, – заметила Мария с лёгким удивлением.

– Я всегда готовлюсь, – спокойно ответил Андрей, заглушив двигатель перед парадным крыльцом. – В отличие от тебя, я не импровизирую.

Мария открыла было рот для колкого ответа, но тут на крыльце усадьбы показалась стройная фигура, закутанная в тёмно-зелёный дождевик. Женщина держала над собой большой чёрный зонт, и её лицо было почти не разглядеть.

– Похоже, нас встречают, – сказал Андрей, высматривая в бардачке фонарик. – Готова промокнуть до нитки?

Выйдя из машины, они оба тут же ощутили всю мощь ливня. Вода заливала лицо, а грязь чавкала под ногами. Подхватив дорожные сумки, они поспешили к крыльцу, под защиту широкого навеса.

Женщина в дождевике отступила на шаг и откинула капюшон, позволяя рассмотреть себя. Ольга Бычкова выглядела моложе своих двадцати восьми лет – хрупкая, с бледным лицом и тёмными кругами под глазами, выдающими бессонницу. Длинные каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, а серые глаза настороженно изучали гостей.

– Андрей Вязов? – спросила она негромко, протянув руку. – Спасибо, что приехали в такую погоду. Я Ольга.

– Очень приятно, – Андрей пожал её холодную ладонь. – А это Мария Громова, журналист «Вестника». Она будет помогать в расследовании.

Ольга напряглась, но коротко кивнула:

– Проходите, пожалуйста. Я приготовила для вас комнаты.

Они вошли в просторный холл усадьбы. Внутри пахло сыростью, деревом и чем-то неуловимо тревожным. Высокие потолки терялись в полумраке, а стены были увешаны потемневшими от времени портретами. Несколько ламп давали тусклый свет, отбрасывая причудливые тени.

– Впечатляюще, – прокомментировала Мария, оглядываясь. – Вы здесь живёте постоянно?

– Только последние полгода, – ответила Ольга, запирая массивную дверь на ключ. – С тех пор, как начали реставрацию. До этого усадьба пустовала много лет.

– И вы прямой потомок тех самых Бычковых? – продолжила расспросы Мария, доставая диктофон.

Ольга мягко, но настойчиво отодвинула её руку с устройством:

– Давайте сначала устроимся, обсохнем и поужинаем. У нас будет время для интервью.

Андрей внимательно наблюдал за хозяйкой дома. За показной собранностью он чувствовал её напряжение и страх. Профессиональная привычка – всегда анализировать язык тела собеседника – не подводила его и сейчас.

– Вы здесь одна? – спросил он, снимая мокрую куртку.

– Нет, – Ольга покачала головой, принимая их верхнюю одежду. – Со мной Семён Петрович, смотритель. Он работал здесь ещё при советской власти, знает каждый угол. И бригада рабочих приезжает днём на реставрацию, но они живут в посёлке.

– А прислуга? – Мария осмотрелась. – Дом огромный.

– Была домработница, но… – Ольга запнулась, – она уволилась две недели назад. После того, как…

– После третьего несчастного случая? – уточнил Андрей.

Ольга молча кивнула и повела их по широкой лестнице на второй этаж.

– Я подготовила для вас комнаты в восточном крыле. Оно в лучшем состоянии, – пояснила она. – Сейчас отремонтирована только треть усадьбы, остальное в процессе. Будьте осторожны, если решите исследовать дом.

Они прошли по длинному коридору, освещённому старинными настенными бра. Под ногами поскрипывали половицы, а стены были украшены выцветшими обоями с растительным орнаментом. Мария незаметно делала фотографии на телефон, пока Ольга не видела.

– Вот ваши комнаты, – Ольга остановилась перед двумя дверями напротив друг друга. – Ванная в конце коридора. Через час буду ждать вас к ужину в малой столовой, это на первом этаже, налево от лестницы.

Когда Ольга удалилась, Андрей и Мария обменялись взглядами.

– Ну и местечко, – прошептала Мария. – Чувствую, здесь будет о чём написать.

– Не торопись с выводами, – предостерёг её Андрей. – И постарайся не слишком давить на хозяйку. Она напугана.

– Я профессионал, Андрей, – Мария закатила глаза. – Встретимся через час внизу.

Андрей кивнул и вошёл в свою комнату. Просторное помещение с высоким потолком и большим окном, выходящим на задний двор. Антикварная мебель, четырёхпостельная кровать с балдахином, старинный шкаф и письменный стол у окна. Всё выглядело чистым, но каким-то нежилым, словно комната стояла в музее, а не была приготовлена для гостя.

Распаковав вещи, Андрей достал небольшой блокнот и сделал первые заметки. Затем подошёл к окну. Дождь постепенно стихал, сквозь тучи пробивался слабый свет заходящего солнца, окрашивая мокрый парк за домом в зловещие красные оттенки.

Внезапно его внимание привлекло движение внизу. Кто-то в тёмной одежде быстро пересёк лужайку и скрылся за старым полуразрушенным фонтаном. Андрей напрягся, пытаясь разглядеть фигуру, но в следующий момент она исчезла, словно растворившись в сумерках.

Бывший милиционер нахмурился. Интуиция, отточенная годами работы, подсказывала, что с этим домом действительно что-то не так. И дело было не только в трёх необъяснимых смертях, о которых рассказала Ольга в телефонном разговоре. Сама атмосфера усадьбы говорила об опасности.

Решив осмотреться до ужина, Андрей вышел в коридор. Напротив комната Марии была приоткрыта, но её самой там не было. "Наверное, уже начала своё расследование", – подумал он с улыбкой. Журналистская хватка Марии всегда впечатляла его, даже когда они расстались.

Спустившись на первый этаж, Андрей медленно двинулся по коридорам усадьбы, изучая обстановку. Закрытые двери, пыльные углы, старые фотографии на стенах – всё хранило следы богатой истории этого места. В одной из ниш он заметил маленькую фарфоровую статуэтку: девушка с корзиной цветов, удивительно живая и яркая среди общей мрачности интерьера.

Андрей повернул за угол и неожиданно вздрогнул от резкого звука – словно скрежет металла по камню. Звук прекратился так же внезапно, как и начался. Частный детектив ускорил шаг, двигаясь на источник шума, и оказался у приоткрытой двери, ведущей, судя по всему, в подвал.

– Есть кто-нибудь? – громко спросил он, прислушиваясь.

Тишина в ответ. Только капли дождя стучали по оконным стёклам где-то вдалеке.

Андрей потянулся к выключателю у двери, но свет не зажёгся. Достав из кармана фонарик, он осторожно начал спускаться по каменным ступеням вниз. Холодный воздух ударил в лицо, принося с собой запах плесени и чего-то ещё… металлического. Луч фонаря выхватывал из темноты старые деревянные стеллажи, пыльные бутылки, какие-то ящики.

Внезапно что-то блеснуло на полу. Андрей наклонился и увидел свежую царапину на каменном полу подвала. Она была чёткой, глубокой и… неслучайной. Присмотревшись, Вязов понял, что это не просто след, а символ – крест, заключённый в круг, с какими-то странными зазубринами по краям.

– Что вы тут делаете? – резкий голос за спиной заставил Андрея резко обернуться.

В проёме двери стоял сухопарый старик в потёртом свитере и брюках. Его морщинистое лицо выражало недовольство, а седые брови сошлись на переносице.

– Я Андрей Вязов, детектив, – спокойно представился Андрей. – А вы, должно быть, Семён Петрович?

– Он самый, – старик недоверчиво осмотрел незнакомца. – Ольга предупреждала, что вы приедете. Но не говорила, что вы будете шнырять по подвалам.

– Я услышал странный звук, – объяснил Андрей, поднимаясь по ступеням. – Решил проверить. А вы не слышали ничего необычного в последние минуты?

– В этом доме всегда что-то скрипит или стучит, – отмахнулся старик. – Старые стены, сырость, температура меняется – вот и звучит по-всякому. Привыкнете.

Когда они вышли из подвала, Андрей заметил, что Семён Петрович немного прихрамывает и держится за перила.

– Вы здесь работаете давно? – спросил детектив, пытаясь разговорить старика.

– С 1976 года, – ответил тот уже мягче. – Ещё когда здесь был санаторий для партийных работников. Потом склад, потом… – он махнул рукой. – Потом никто не нужен был, дом забросили. Я только приглядывал иногда, чтобы совсем не разворовали. А полгода назад объявилась эта девочка, Ольга. Сказала – прямой потомок Бычковых, хочет восстановить родовое гнездо.

– И как, многое уже сделали?

– Кое-что, – кивнул смотритель. – Крышу перекрыли, проводку поменяли частично, отопление наладили. Но работы ещё… – он не договорил, потому что из коридора донеслись быстрые шаги, и перед ними появилась взволнованная Мария.

– Андрей! Ты должен это увидеть! – она говорила быстро, явно возбуждённая находкой. – В библиотеке, на втором этаже!

– Что случилось? – Андрей сразу подтянулся, готовый к действию.

– Дневник! Я нашла старый дневник одного из Бычковых, и там… – она запнулась, заметив смотрителя. – Извините, мы можем поговорить наедине?

Семён Петрович нахмурился:

– В этом доме нет запретных мест для меня, молодая дама, – произнёс он с достоинством. – Я знаю все его секреты.

– Тогда может быть, вы объясните, почему в дневнике Георгия Бычкова от 1912 года описаны точно такие же смерти, как происходят сейчас? – выпалила Мария. – Три человека погибли при странных обстоятельствах, и везде фигурирует какой-то странный крест!

Андрей заметил, как смотритель побледнел и схватился за стену, будто ему стало плохо.

– Семён Петрович, вы в порядке? – Андрей поддержал старика.

– Я… я должен идти, – пробормотал тот. – Ужин скоро будет готов.

Когда смотритель, шаркая, удалился, Мария схватила Андрея за руку:

– Он что-то знает! Ты видел его реакцию? А ещё я видела этот символ – крест в круге – нацарапанным на двери чердака. И судя по дневнику, это знак проклятия.

– Спокойнее, – Андрей положил руки ей на плечи. – Давай сначала посмотрим на этот дневник, а потом делать выводы.

Они поднялись на второй этаж и направились в библиотеку – просторную комнату с высокими книжными шкафами, заполненными старинными томами в кожаных переплётах. Большой дубовый стол стоял у окна, а в углу располагались два кресла и торшер.

На столе лежала небольшая потрёпанная книга в тёмно-синей обложке. Мария открыла её на закладке:

– Вот, смотри. 20 апреля 1912 года: «Сегодня случилось несчастье – Михаил сорвался с лестницы и сломал шею. Все считают это несчастным случаем, но я видел знак на ступенях. Оно вернулось за нами».

– Кто такой Михаил? – нахмурился Андрей.

– Судя по более ранним записям, слуга семьи Бычковых, – пояснила Мария. – А теперь читай дальше. 14 мая: «Садовник Егор утонул в пруду. Говорят, выпил лишнего и пошёл купаться. Но я видел тот же знак на мостках. Это не совпадение». И наконец, 3 июня: «Гувернантка моей сестры Анфиса выпала из окна третьего этажа. На подоконнике – снова крест в круге. Я должен рассказать отцу правду, пока не стало слишком поздно».

– А что дальше? – спросил Андрей, чувствуя, как по спине бежит холодок.

– Дальше пусто! – Мария перевернула страницу. – Следующая запись только через месяц и совсем о другом. Как будто автор специально вырвал страницы или… или не смог больше писать.

Андрей взял дневник и внимательно осмотрел его. Действительно, между страницами был заметен след от вырванных листов.

– Интересно, – пробормотал он. – А что говорила Ольга о недавних смертях?

– То же самое! – воскликнула Мария. – Рабочий упал с лестницы в марте, садовник утонул в том же пруду в апреле, а две недели назад домработница разбилась, выпав из окна! Андрей, это полное повторение событий столетней давности!

Дверь библиотеки тихо скрипнула, и они оба резко обернулись. На пороге стояла бледная Ольга.

– Вижу, вы уже начали расследование, – сказала она тихо. – И нашли дневник дяди Георгия.

– Вы знали о нём? – спросил Андрей, внимательно наблюдая за реакцией женщины.

– Нашла два дня назад, – Ольга подошла ближе, её руки слегка дрожали. – И да, я заметила сходство. Это… это невозможно объяснить совпадением.

– Почему вы сразу не показали его нам? – поинтересовалась Мария с профессиональной настойчивостью.

– Я боялась, что вы сочтёте меня сумасшедшей и откажетесь от дела, – ответила Ольга, опускаясь в кресло. – Когда начали гибнуть люди, я думала, это просто несчастные случаи. Старый дом, опасные условия работы… Но потом я нашла дневник и увидела эти знаки…

– Крест в круге, – кивнул Андрей. – Я только что видел такой же в подвале. Свежий.

Ольга резко подняла голову:

– Вы тоже его видели? Значит, я не сошла с ума! Этот символ появляется перед каждой смертью!

– Вы говорили, что вы прямой потомок Бычковых, – сказал Андрей, присаживаясь напротив неё. – Расскажите подробнее о своей семье. Что вы знаете о событиях 1912 года?

– Очень мало, – призналась Ольга. – Мой прадед Николай был младшим братом Георгия, автора дневника. После революции семья распалась. Кто-то эмигрировал, кого-то расстреляли. Николай сменил фамилию и жил под чужим именем. Только моя бабушка хранила память о настоящем происхождении, но боялась говорить об этом открыто. А перед смертью передала мне документы на усадьбу и семейный архив…

Внезапно по дому разнёсся громкий звон – кто-то звонил в старинный колокольчик.

– Ужин готов, – пояснила Ольга, поднимаясь. – Пойдёмте. За столом я расскажу вам больше.

Когда они спустились в малую столовую, там уже был накрыт стол на четверых. Семён Петрович хлопотал вокруг, расставляя блюда. Увидев гостей, он кивнул:

– Присаживайтесь. Сегодня у нас борщ, жаркое и пирог с яблоками.

– Выглядит аппетитно, – улыбнулась Мария, садясь за стол. – Вы сами готовили?

– Конечно, – гордо ответил старик. – В моём возрасте не разучиться бы.

Во время ужина разговор тёк неспешно. Ольга рассказывала о своих планах восстановить усадьбу, превратить её в музей и культурный центр. Однако Андрей замечал, как она то и дело нервно оглядывается, вздрагивая от каждого звука.

– После таких происшествий сложно найти рабочих, – призналась она. – Люди в посёлке уже шепчутся о проклятии.

– А что говорила полиция? – спросил Андрей. – Они ведь должны были расследовать смерти.

– Формально – да. Приезжали, составляли протоколы, – Ольга пожала плечами. – Но вынесли стандартное заключение – несчастные случаи. Никто не хотел вникать глубже.

– Но вы не верите в несчастные случаи, – утвердительно произнёс Андрей.

– Нет, – тихо ответила Ольга. – Особенно после того, как я начала видеть… – она замолчала, словно не решаясь продолжить.

– Что видеть? – мягко подтолкнул её Андрей.

– Тени, – почти прошептала Ольга. – Движение там, где никого нет. Силуэты в окнах верхнего этажа, хотя там никто не живёт. И… этот холод. Иногда в комнате становится так холодно, что видно дыхание, даже когда на улице тепло.

Семён Петрович громко фыркнул:

– Старый дом, вот и мерещится всякое.

– А вы никогда ничего странного не замечали? – спросила его Мария.

Смотритель помедлил, прежде чем ответить:

– За столько лет чего только не бывало. Но призраков не существует, это я вам точно скажу.

– А что насчёт истории с Георгием Бычковым и событиями 1912 года? – продолжил расспросы Андрей. – Вы что-нибудь об этом знаете?

Старик отложил вилку и посмотрел на Андрея долгим взглядом:

– Слухи ходили разные. Говорили, что семья Бычковых связалась с чем-то нехорошим. Какие-то ритуалы проводили в подвале. Искали бессмертие или богатство – кто теперь разберёт. А потом случилась беда.

– Какая беда? – подалась вперёд Ольга.

– В ночь на Ивана Купалу 1912 года в доме случился пожар. Погибло несколько человек, в том числе и Георгий. Говорят, он сам устроил поджог, – Семён Петрович понизил голос почти до шёпота. – А ещё говорят, что перед смертью он что-то замуровал в стене подвала. Что-то, что никогда не должно было выйти наружу.

За окном громыхнуло – начиналась новая гроза. Свет в столовой мигнул раз, другой и погас, погрузив всё в темноту.

– Чёртова проводка! – проворчал Семён Петрович. – Сейчас принесу свечи.

В темноте раздался звук его шаркающих шагов. Через минуту он вернулся с зажжённой керосиновой лампой и несколькими свечами.

При дрожащем свете пламени лица присутствующих казались призрачными масками. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его не было.

– Ольга, – тихо позвал Андрей, глядя хозяйке прямо в глаза. – Вы ведь пригласили меня не только из-за смертей. Что ещё вас беспокоит?

Ольга долго молчала, нервно перебирая салфетку в руках. Наконец, она решилась:

– Мне кажется, что кто-то следит за мной. В доме постоянно пропадают вещи, а потом появляются в странных местах. Я нахожу свои фотографии разорванными. А ещё… – она сделала глубокий вдох. – Недавно я проснулась ночью и увидела у своей кровати силуэт. Высокий человек в старинной одежде. Я закричала, и он… растворился в воздухе.

– Кошмар приснился, – пробормотал Семён Петрович, но его голос звучал неуверенно.

– Нет, – твёрдо возразила Ольга. – Я не спала. И потом нашла на полу это.

Она достала из кармана и положила на стол маленький золотой медальон на цепочке.

– Он старинный, с гербом Бычковых. Такие носили только члены семьи.

Андрей взял медальон и внимательно осмотрел его. На овальной поверхности был выгравирован герб – дуб с могучими корнями и инициалы "Г.Б."

– Георгий Бычков? – предположил он.

– Да, – кивнула Ольга. – Я проверила по семейным фотографиям. Он носил точно такой же.

– И вы думаете, что призрак вашего родственника оставил вам свой медальон? – скептически спросила Мария.

– Я не знаю, что думать! – в голосе Ольги зазвенели слёзы. – Знаю только, что что-то происходит в этом доме. Что-то, связанное с прошлым моей семьи. И я хочу понять, что именно, пока не погиб ещё кто-нибудь!

Неожиданно все вздрогнули от резкого звука – где-то наверху с грохотом захлопнулась дверь.

– Ветер, – неуверенно пояснил Семён Петрович. – Наверное, окно где-то открыто.

– Я проверю, – Андрей встал из-за стола и взял одну из свечей.

– Я с тобой, – быстро сказала Мария, поднимаясь.

Они вышли в тёмный коридор и направились к лестнице. Свеча давала совсем мало света, и тени вокруг казались живыми существами, готовыми в любой момент наброситься.

– Ты веришь во весь этот мистический бред? – шёпотом спросила Мария, крепко держась за руку Андрея.

– Я верю в факты, – спокойно ответил он. – А факты говорят, что три человека погибли при странных обстоятельствах. И точно такие же смерти случились здесь сто лет назад.

Они поднялись на второй этаж. В темноте коридор казался бесконечным, а двери по обеим сторонам – входами в неведомые миры.

– Откуда мог быть звук? – Мария осматривалась, поёживаясь от холода.

– Попробуем методом исключения, – предложил Андрей. – Начнём с ближайших комнат.

Они проверили несколько помещений – все пустые, с затхлым воздухом и пылью на мебели. В одной из них Андрей заметил детскую кроватку и игрушки, словно здесь когда-то была детская.

В конце коридора они обнаружили приоткрытую дверь, за которой оказалась узкая лестница, ведущая на чердак.

– Может, звук был отсюда? – предположила Мария. – Дверь на чердак могла хлопнуть от сквозняка.

Андрей кивнул и начал подниматься по скрипучим ступеням. Мария следовала за ним, держа свечу и стараясь не выдать своего страха.

Чердак был огромным, тянущимся на всю длину усадьбы. Скошенная крыша, балки, заросшие паутиной, и множество старых вещей, накрытых пыльными простынями. Лунный свет проникал через небольшие слуховые окна, создавая причудливый узор на полу.

– Смотри, – Андрей указал на одно из окон. Оно было открыто, и ветер трепал старую штору.

– Мистика разоблачена, – усмехнулась Мария, но её голос звучал натянуто.

Андрей подошёл к окну, чтобы закрыть его, и вдруг замер. На подоконнике, в лунном свете, чётко виднелся свежий символ – крест в круге.

– Мария, – тихо позвал он. – Посвети сюда.

Когда она подошла и увидела знак, то невольно отступила:

– Господи, это же тот самый символ! Андрей, кто-то был здесь только что!

Детектив внимательно осмотрел чердак, но не заметил ничего подозрительного. Закрыв окно, он сделал несколько фотографий символа на телефон.

– Давай спустимся, – предложил он. – Я хочу поговорить с Ольгой ещё раз.

Когда они вернулись в столовую, то застали хозяйку дома одну – Семён Петрович уже ушёл к себе. Ольга сидела, обхватив себя руками, словно ей было холодно.

– Мы нашли открытое окно на чердаке, – сообщил Андрей. – И кое-что ещё.

Он показал ей фотографии символа на своём телефоне. Ольга побледнела ещё сильнее:

– Это он! Тот самый знак! – она в отчаянии посмотрела на детектива. – Что это значит, Андрей? Кто-то хочет напугать меня? Или… или действительно что-то сверхъестественное происходит?

– Пока рано делать выводы, – ответил Андрей. – Но я обещаю вам, что выясню правду. Что бы здесь ни происходило.

В этот момент свет внезапно вернулся, словно в подтверждение его слов. Лампы осветили столовую, изгоняя тени по углам. Но тревожное чувство не исчезло.

– Уже поздно, – сказала Ольга, поднимаясь из-за стола. – Предлагаю всем отдохнуть. Завтра у нас будет трудный день.

Проводив Ольгу до её комнаты, Андрей и Мария остались вдвоём в коридоре.

– Что думаешь? – спросила Мария. – Всё это как-то… чертовски странно.

– Определённо, – кивнул Андрей. – Но у меня есть теория. Кто-то явно пытается напугать Ольгу, используя семейную историю. Вопрос – зачем?

– Может быть, дело в деньгах? – предположила Мария. – Она богатая наследница, вкладывает средства в реставрацию… Кто-то хочет, чтобы она отказалась от усадьбы?