- -
- 100%
- +
Я снял с колен Машу, с которой мы тогда мутили, и вышел на улицу. Стоял конец августа, было еще тепло, но пожелтевшие листья намекали о скором наступлении осени.
– Привет! – буркнул я, заметив тоненькую фигурку у ворот.
– Привет.
– Ты ко мне?
– Ну!
Глазищи свои выпучила и смотрит.
– Говори, что хотела. Мне некогда!
Маша обещала мне небо в алмазах показать, а я тут с малолеткой трусь.
– Я попрощаться зашла! – затараторила она, боясь, что развернусь и уйду. – У папы с Катей была, детей расцеловала. А тебя нет.
– Ну, пока!
– Мы в Москву переезжаем. У нас самолет вечером. Я сказать хотела кое-что.
– Что, Соня? Давай скорее! – поторапливал ее.
– Я буду всегда любить тебя, Слав! – еле сдерживая слезы, прошептала она. – Позволь, я тебя обниму на прощание? Пожалуйста!
Меня вся эта тема с влюбленностью, если честно, слегка подзаебала на тот момент, но она была такая искренняя в своей просьбе. Тянулась ко мне вся, встав на цыпочки, и я ее обнял. Дуреха, окрыленная успехом, изловчилась и припала к моему рту своими губами, пытаясь поцеловать с языком.
– Соня, блин! – отскочил я от нее, как ошпаренный. Подумать только, ей пятнадцать тогда было. Не дай бог что, это статья! – Ты что натворила?
– Прости, Слава. Этого больше не повториться!
– Не делай так никогда больше. Парень сам тебя должен добиваться! А ты себя ведешь недостойно. Прилипчивая и бесячая!
Всхлипнув, она развернулась и убежала. Тогда мне было стыдно за свои слова, но я специально так сказал, чтобы отрезвить ее. Пусть всегда знает себе цену.
С тех пор прошло три года, она перестала мне писать и звонить по поводу и без. Да и вообще, мы не общались все это время. Мама вскользь рассказывала о том, как они устроились в Москве и что Софа поступила на бюджет в столичный ВУЗ. Молодец! Училась она всегда хорошо, несмотря на то, что серьезно занималась фигурным катанием. Раньше мечтала поступить в медицинский, но передумала в последний момент. Ее отца я уважаю безмерно. Мама рядом с ним цветет и пахнет, родила двух прекрасных детей, которых я обожаю всем сердцем.
– Слава, – отвлекает меня от воспоминаний младший брат. – А ты будешь с нами мультик смотреть?
– Какой? – с наслаждением делаю глоток кофе. Все-таки, кофемашина – это вещь. Надо тоже купить себе в квартиру. А то вечно пью из дрип-пакетов.
– Софа, а какой мультик-то? – переводит на нее взгляд пацан.
– Полнометражный! Что же вам по возрасту? Мадагаскар? Шрек? А давайте Головоломку? Обожаю его!
– Нет! Давайте Шрека, вторую часть. Он смешной! – канючит Ник.
– Интересно, а у них есть поп-корн? – поднимаюсь на ноги и заглядываю в шкаф с сыпучкой. – О. Мама позаботилась! Сырный, соленый и карамельный. А мелким можно какао с зефирками приготовить!
– Круто! Полноценный кинотеатр будет! – радуется Софа, хлопая в ладоши. – Можно подушки на пол кинуть, чтобы удобнее было.
– Да! – пищат малыши, активно орудуя ложками, словно боятся опоздать.
После ужина мы с детьми греем в микроволновке поп-корн, а Софа убирает со стола и моет посуду. Затем подготавливает место на полу, выкладывая подушки и готовит какао.
Лиза пыхтит и тащит миску с сырным поп-корном для нас с Софой, а Никита несет для себя и младший сестры карамельный. Рядом на столике стоят четыре чашки с какао.
Из освещения мы оставляем только гирлянду на елке и светящийся экран телевизора. Мелкие галдят и устраиваются посередине, а мы с Соней по бокам. Все ничего, но нам поп-корн есть неудобно, мне приходится тянуться и я в итоге пересаживаюсь к ней поближе.
– Все, я включаю! – командую, нажимая кнопку на пульте. – Тишина!
На экране появляется заставка с мальчиком, сидящим на полумесяце с удочкой в руках.
– Вы еще не родились даже, когда он вышел! – смеюсь, закидывая в рот сырную воздушную кукурузу. Никогда не любил сладкую, а дети аппетитно хрумкают карамельной.
– Нашел, чем гордиться! – ворчит Софа, случайно касаясь меня пальцами в миске, и тут же отдергивает от меня.
Я усмехаюсь и тянусь за какао. Я обожаю этот мульт. Осел в нем очень символичен, и напоминает мне Санталову в ее лучшие годы. Такая же была, везде лезла со своими разговорами и мнением, которое никто не спрашивал.
Заценил сегодня ее изгибы, в обтягивающих леггинсах все отлично видно. И стройные ножки, и попку подтянутую и рельефный животик. Не была бы сводной сестрой, давно бы засадил ей. Интересно, она девственница? Думаю, нет. Слишком привлекательная и сексуальная, и ведет себя раскрепощенно.
До моего обоняния доносится ее чистый аромат и запах волос, я постоянно теряю нить повествования на экране, потому что проваливаюсь в позорные мысли о сводной липучке.
– Слав? – шепчет она в темноте. – Ребята что, уснули?
Я дергаюсь посмотреть, реально спят, и нечаянно разливаю на нее какао, которое отвратительным пятном растекается по белой футболке.
– Блин! – шипит она, вскакивая на ноги. Оно уже не горячее, но ей явно неприятно.
– О, Софа, прости, пожалуйста! – поднимаюсь следом и спешу за бумажными полотенцами, в этот момент она бежит по лестнице в свою комнату, а я какого-то хера отправляюсь за ней.
На ходу стягивает с себя футболку, оставаясь в коротком топе, разворачивается ко мне, а я, сам не осознавая, обнимаю стройную фигуру и впечатываю в себя.
Глава 10. Софья
– Отойди! – выкрикиваю, срываясь на хрип.
Кожу обдает жаром, а потом, как сахаром, обсыпает мурашками. Я прижимаю к себе мокрую футболку и тяжело дышу. Слава проходится по мне тяжелым взором и отрицательно качает головой.
– Убери футболку! Я только посмотрю! – просит негромко.
– Еще чего? – вспыхиваю я, ощущая неожиданные вибрации между ног, там все ноет и пульсирует от тесного тактильного присутствия мужского горячего тела.
Он пялится во все глаза, не скрывая восторга, словно никогда женских сисек не видел. А я точно знаю, что видел, потому что одно время к нему в гости повадилась ходить Машка. И они явно не книжки читали, потому что я слушала через розетку, чем они занимаются. Слушала и сгорала от стыда и обиды.
– Тебе жалко для брата? Ты же волонтером была когда-то, эмпатия на высшем уровне.
Что с ним такое? Спермотоксикоз? Я не знаю, есть ли у него кто-то. Кровь в голову ударяет, я ощущаю его запах и явно выраженную эрекцию, упирающуюся в низ живота. Или он опять меня разводит, прощупывая почву? Я сейчас уберу руки от груди, а он рассмеется и что-нибудь гадкое скажет? А если нет? Боже!
– Ну, зай? Покажи! Пожалуйста!
Я медленно убираю его руки, делаю два шага назад, кладу футболку на кровать и поднимаю на него глаза.
– Сначала ты! – закусываю губу.
Нервничаю ужасно. С Пашей дальше поцелуев у нас не заходило, и он вообще юнец по сравнению с широкоплечим Кобзарем.
Парень усмехается, захватывает ладонью футболку на спине и рывком срывает ее с себя. Застываю и как завороженная разглядываю его торс. В темноте он отливает бронзой, упругая кожа и рельеф поражают. Поднимаю взгляд и смотрю в глаза, в которых полыхает пожар и животный голод. Мамочки!
– Ну? Сейчас твоя очередь! – басит он.
Молниеносно я принимаю решение и, подцепив топ двумя руками, плавно снимаю его с себя. Меня трясет от похоти и желания, а еще от смущения, хотя я точно знаю, что с фигурой у меня полный порядок. Вообще, мне кажется, что мы словно что-то плохое делаем. Родители из дома уехали, и дети занимаются непотребством.
– Охуеть! – шипит Слава, облизывая пересохшие губы.
От его взгляда грудь тяжелеет и начинает ныть. Инстинктивно прикрываюсь, а затем веду ладонями по плечам и шее.
– Потрогай их!
– Нет! – шепчу я, разгораясь от визуальной пытки.
– Тогда я сам!
Подходит вплотную ко мне, постепенно сокращая расстояние между нашими лицами. Я задыхаюсь от переполняемых эмоций. Что за игру он задумал?
Слава медленно наклоняется, не прерывая зрительный контакт, касается кончиком носа щеки и мягко прикасается губами. Несколько секунд мы просто стоим губами к губам, словно даем время на осознание и адаптацию, а затем он толкается языком в мой рот и в тоже мгновение как с цепи срывается.
Кровь мгновенно вскипает, в лаву превращается, а пульс так бахает в голову, что я даже глохну на какое-то время, как контуженная.
Неверие. Шок. Удивление.
Слава целует меня в моей комнате по-настоящему. Глубоко и порочно скользит языком по моему, тихо стонет в рот. Мои возбужденные соски царапают о его грудную клетку, а сильные ладони прижимают меня к себе. Ощупывают позвонки, гладят плечи, исследуя каждый миллиметр. Я поднимаюсь на цыпочки и зарываюсь пальчиками в его волосы. Целуемся жадно, пока в легких кислород не заканчивается, синхронно втягиваем воздух и снова притягиваемся друг к другу. Он ощупывает мои губы своими, облизывает влажным горячим языком. От него пахнет какао и зефирками. Клянусь, на всю жизнь этот запах будет с ним ассоциироваться. Я целовалась до него с парнями, с Пашей, но это ни в какое сравнение не идет, что я испытываю сейчас. Это так … по-взрослому, что ли.
Дергает меня на себя, вжимает в свой каменный пах, выбивая стон. Целует глубоко, жадно, продавливая и возбуждая низменные инстинкты. Я настолько возбуждена, что готова ему отдаться сию секунду. Подарить девственность Кобзарю, это тоже была моя мечта. А кому еще?
Я воображала, что целоваться с ним будет сладко, но не настолько, что ты буквально теряешь себя в пространстве и времени. Мой живот опаляет искрами возбуждения, а белье намокло так, что прилипло к губкам. Слава напирает на меня и укладывает на кровать, нависая сверху. Его ладони накрывают холмики моей груди, и я выгибаюсь в дугу от необычных ощущений. Он ласкает мою шею, влажно целуя и прикусывая нежную кожу, а пальцы мнут и оттягивают чувствительные горошинки. Опускаясь ниже, втягивает сосок в теплый рот, а я дышу с трудом.
– Боже! Даа! – вырывается из меня восторженный вскрик.
– Красивая какая, Соф. Сладкая неимоверно! Чердак едет! – шепчет Слава, снова припадая к груди.
Он умело заводит меня, прикусывая и облизывая возбужденную плоть, а я яростно под ним извиваюсь. В голове бьет только одно желание – чтобы он обладал не только моим разумом, но и телом. Я давно готова. О спящих детях на первом этаже стараюсь не думать.
Горячая ладонь оглаживает животик, большой палец описывает круг возле пупка и устремляется ниже. Я как испорченная девка широко развожу бедра, словно приглашая его продвинуться дальше. Страха нет. Только дикое желание и любопытство. Я ощупываю бугорки на его мускулистой спине и, похоже, сейчас кончу только от кинестетического наслаждения. Кожа гладкая и очень горячая, а как пахнет! Ммм!
Широкая ладонь накрывает лобок и через леггинсы давит на чувствительный бугорок. От полноты ощущений я вскрикиваю и дергаюсь ему навстречу.
– Тшш! – шипит Слава, продолжая терзать мою грудь.
А я больше не могу, трусь о его сильные пальцы как ненормальная. Я хочу больше, острее, чтобы он нырнул ко мне в трусики и потрогал по-настоящему. Что будет делать дальше, я не знаю, но очень хочу узнать.
Огненный вихрь внизу живота просто пылает, пульс учащается, я потираюсь клитором о его пальцы, чувствую, как в ушах снова начинает шуметь и неожиданно для себя разрываюсь на тысячи искорок. Это просто невероятно! Я в изумлении распахиваю глаза и смотрю на темную макушку, покачиваясь на волнах экстаза.
– Ты чего, кончила? – удивленно спрашивает Слава.
– Да! – пищу я.
– Ничего себе! – довольно ухмыляется он. – Я же еще только начал.
В этот момент до моего слуха доносится звук закрывающейся входной двери на первом этаже и Катенькин голос.
– Ребята, где вы? Почему нас никто не встречает?
Глава 11. Софья
Я никогда в жизни так быстро не одевалась, как сегодня, даже успела в шкафу найти чистую одежду.
– Я отвлеку! – шепнул мне на прощание сводный брат, натягивая футболку, поправил стояк в штанах, чмокнул на прощание и выскользнул из моей комнаты.
Одевшись, привожу себя в порядок, стоя перед зеркалом. Глаза как у сумасшедшей, губы опухли от поцелуев, а на щеках горит лихорадочный румянец. Слепой заметит, что со мной что-то не так.
Дышу глубоко, пытаясь унять бешеное сердцебиение, натыкаюсь взглядом на свою кровать. Покрывало скомкано в беспорядке, и я скорее его поправляю.
Что тут было вообще? Почему он так на меня среагировал? О своей реакции я вообще молчу. Мне кажется, он может просто смотреть на меня, а я буду течь как сучка.
Надеюсь, мы позже поговорим и все обсудим. Как нам дальше жить вообще? А вдруг, это для него всего-навсего новогодние приключение? Одним больше, одним меньше? Понимаю, что начинаю загоняться в своих раздумьях, как меня осеняет еще одна мысль. Паша! Я что, ему изменила, получается?
Ну, разумеется. Гадкая, лживая Софа, которая через штаны кончила от прикосновений сводного брата. Жесть просто!
Выдыхаю, как перед прыжком с высокой вышки, и решительно открываю дверь. Нацепив улыбку, спускаюсь по широкой лестнице в гостиную. Младшие мирно дрыхнут в подушках, а на кухне я нахожу Катеньку, которая заправляет кофемашину.
– Привет, Софочка! – тянется меня обнимать. – Извини, мы задержались с папой.
– А где он? – обвожу глазами абсолютно пустое помещение.
– Со Славой поехал в ресторан! – вздыхает она, усаживаясь за стул. Я пристраиваюсь рядышком. – Там морозилка опять встала, холодильщиков вызвали, но мужская сила понадобится, скорее всего.
– Ого! Надолго они?
– Не знаю. В прошлый раз Женя только в два ночи вернулся. Устал ужасно. Зимой часто фреон выходит, и оборудование сбоит.
Ресторан – это их семейный бизнес. В самом начале отношений, Катя работала там управляющей, а папа – начальником цеха на металлургическом заводе. Три года назад ресторан выставили на продажу, а папа с Катей его выкупили в личное пользование. Работа налажена, они, в основном работают удаленно, но иногда требуется личное присутствие. Как сегодня, например.
– Ты не обиделась, что папу еще не видела сегодня?
– Нет. Все нормально! – улыбаюсь я. – Я ведь не завтра уезжаю.
– Дети давно спят?
– Час, наверное! – примерно прикидываю. – Мы Шрека смотрели, и они уснули. Поп-корн приготовили и какао.
– Какие вы молодцы! Как здорово, когда есть взрослые дети, на которых можно положиться! Ты будешь кофе? Или, может, голодная? – поднимается она со стула и тянется за кружками.
– Оливьешки бы с удовольствием поела. Составишь мне компанию? – шагаю к двухстворчатому холодильнику и поглядываю на папину жену.
– Ой! – хмурится она. – Поздно уже для оливьешки.
– Ты такая стройная, не выдумывай. Троих детей родила, а размер как у меня носишь! – возмущаюсь я, доставая миску с салатом.
– Ладно! – смеется в ответ. – Уболтала!
– Спасибо большое за «Дайсон»! Это невозможно крутой подарок. Я так мечтала о нем! – благодарно обнимаю Катюшу.
– На здоровье, солнышко!
Я выкладываю салат в красивые тарелки и нарезаю хлеб. Подумав, вынимаю еще нарезку мясную и сырную. А еще, две мандаринки.
– Как вы со Славой ладите? Все хорошо?
От невинного вопроса, мандарины, которые я мою под краном, выскальзывают и как мячики скачут по кафельному полу.
– Ой! – бросаюсь их подбирать. – Все нормально, Катюша. Мы почти и не общались. Я спала долго, он с детьми гулять ходил. Потом наверх ушел.
– Сене звонила, предлагала к нам поехать, отказался. Пошел на каток с ребятами. – продолжает болтать Катя, выставляя передо мной ароматный напиток. – Здорово, когда в родном городе друзья остались, с которыми можно погулять сходить.
– Да. Мы тоже с девчонками в клуб пойдем. Так соскучилась по ним.
– Кто собирается?
– Злата моя, ну ты ее знаешь. Я так рада, что она в Москву учиться поехала. У меня там есть подруги, конечно, но Златка-то еще с детского сада. Проверенная!
– Мирная? Поняла, да. Ее отец с Женей в цехе работал.
– Да. Еще Анжела с Еката приехала, и Элина с нами собиралась. Стол забронировала, все дела.
– Думаю, Слава вас может отвезти и встретить. Ему все равно особо здесь заняться нечем.
– Да зачем? – вспыхиваю. – Я на такси могу добраться.
– Ну, еще чего! – возмущается Катюша. – Или папу попросим. Да, я купила нам сертификат в спа на пятое число. Кайфанем с тобой!
– О! – стону я. – Обожаю! Спасибо тебе!
Поход в спа – это наша традиция. Маленькая, я мечтала туда попасть, но мама мне не разрешала. А Катя взяла с собой, правда, пришлось дождаться, пока она родит Лизу.
– Настоящая женщина всегда должна находить для себя время! – поучала она меня, когда оставила на папу двух маленьких детей. Слава, к тому времени, уже учился в Питере. – И, поверь мне, лучше лишний часик поспать с детьми, чем как заведенная, прибираться и готовить.
Я помню, что мне очень понравилась ее философия. В Москве многие пользуются услугами клининга и заказывают еду дня на три на всю семью. Это сколько же времени освобождается для жизни. На самом деле, она всегда прекрасно выглядела. В этом году ей исполняется сорок четыре, а она безумно привлекательна, носит короткое и всегда улыбается. Папа младше ее на два года, тоже очень хорош собой. Они настолько гармоничны между собой, что даже не верится. Я искренне надеюсь, что у меня будет такая же семья. Ведь перед глазами – отличный пример.
После ужина мы еще немного болтаем, а потом я помогаю перенести Кате спящих детей в детскую. Они спят как убитые и даже не шелохнутся.
– Позвони папе! – прошу я и зеваю. – Долго они еще?
– Женя час назад писал, что до самой ночи. Не жди его, Софочка. Ложись. Завтра мы весь день дома будем. А к бабушке с дедушкой ты поедешь в гости?
– Завтра можно заглянуть, или послезавтра!
– Хорошо. С утра высыпайся, отдыхай и набирайся сил. Я сырники приготовлю и кашу сварю пшенную.
– О! – стону я. – С малиновым вареньем?
– С малиновым! – чмокает она меня в щеку. – Малина, кстати, с бабушкиного огорода.
Я поднимаюсь наверх, прихватывая с собой телефон. Подумать только, практически весь день его в руки не брала. Он, ожидаемо, переполнен сообщениями и пропущенными. Но я настолько вымотана морально сегодня, что даже никому не звоню и не отвечаю. Все завтра. Плюхаюсь в кровать и мгновенно засыпаю.
Глава 12. Софья
Ночью мне кажется, что кто-то заходит ко мне в комнату. Неслышно отворяется дверь, я чувствую шевеление воздуха. Но, открыв глаза, отмечаю, что комната совершенно пуста. Бросив взгляд на часы, отмечаю, что уже четыре утра. Переворачиваюсь на другой бок и дрыхну дальше.
Я не знаю, что за чудесный воздух в этом доме, но сплю явно дольше обычного, наверное, из-за смены часовых поясов.
Заправляю постель, принимаю душ, чищу зубы и спешу вниз. Сейчас опять будут троллить меня за Соню-засоню. Сами виноваты, что не разбудили. Я что, царевна на горошине?
– Всем привет! – появляюсь в гостиной.
Ник и Лиза смотрят мультики, папа сидит в ноутбуке, а Катя, судя по всему, хлопочет на кухне. Где мой сводный брат – неизвестно.
– Привет! – машут малыши.
– Сонька, привет! – поднимается навстречу папа, мы тепло обнимаемся. – Извини, вчера не виделись совсем. Мы со Славкой только около четырех вернулись.
– Я опять долго спала! – ворчу, мажу его по колючей щеке поцелуем. – Почему не разбудили меня?
– Я сам только встал! – подмигивает мне он. – Пойдем завтракать. Пофиг, что времени уже двенадцать. Жена, муж и дочь трапезничать желают!
– Сонечка! – появляется в дверном проеме Катя. – С добрым утром. Как спалось?
– С добрым утром! Отлично. Матрас у вас бомбовый, конечно!
– Садитесь за стол, я кофе поставлю варить. Дети, вы голодные?
– Нет! – хором отвечает малышня, завороженно следя за приключениями щенячьего патруля.
– Конечно! – фыркает папа. – Когда они голодные бывают?
– Если это не конфеты, то никогда! Это ведь не ты, всегда есть хочешь! – смеется в ответ жена, а папа шутливо шлепает ее по попе.
– Такую машину кормить надо, Катенок!
Я помогаю Кате накрыть на стол: достаю тарелки и вилки, а папа разливает кофе.
– А где Вячеслав? – наконец, решаюсь задать вопрос, который меня безумно волнует.
– Он в десять утра уехал в аэропорт! – отвечает Катя и смеется. – Еще выбирал, на чьей машине поедет. В итоге, Женину взял! Сказал, на белой не по-пацански.
– В аэропорт? – растерянно переспрашиваю. – Мы же на бубликах собирались кататься.
– Ему Антон позвонил, друг детства. Помнишь его? Они в группе одной играли. Почему-то рейс перенесли из Калининграда, его некому было встретить, вот Славик и сорвался.
– Ясно!
Внутри все обрывается от разочарования. После нашего поцелуя мы так и не поговорили. Номера у меня его нет, я давно его удалила с психу, у него, судя по всему, тоже. Что ж, видимо, придется ждать.
– А ты чего расстроилась, дочь? – не укрывается от папы мое печальное лицо.
– Я думала он меня покатает! – тут же нахожусь я. – Самой бублик в гору тащить – такое себе!
– А мы Арсения с собой возьмем! – подмигивает отец. – Он тоже конь вымахал, пусть сестру повозит немного!
– Отличная идея! – расплываюсь в улыбке.
Дура! И чего я расстроилась? Слава мне вообще ничего не должен и никуда не денется. Все равно вернется! До аэропорта и обратно примерно семь часов езды. Прикидываю, что к шести вечера явно должен появиться.
После плотного завтрака-обеда мы с ребятами собираемся ехать на гору. Загрузившись в новенькую Катину машину, подарок папы на Новый год, веселой компанией мчим на местный Горнолыжный комплекс «Еловый». Народу в праздничный день ожидаемо много, пока мы берем напрокат бублики, папа едет за моим младшим братом Сеней.
Сегодня немного подморозило, но без ветра вполне себе комфортно. Я, выросшая на льду, к холоду отношусь терпимо.
– Если замерзнете, говорите! – наказывает Катюша детям. – Здесь кафе есть, погреемся.
На ней надет ярко-розовый теплый комбинезон и белая шапка с помпоном. Я с собой взяла только короткий пуховик и ботинки, поэтому папина жена выдала мне свой горнолыжный костюм, а на руки я нацепила пуховые варежки. Подарок Славы.
Поднявшись наверх бубличной трассы, я любуюсь видом на город, который простирается внизу склона. Промышленный город – не самый красивый пейзаж, но мне нравится. Вдалеке виднеются трубы металлургического завода, из которых идет дым, пронзающий небо. По левую руку расположился частный сектор, окружив небольшой городской пруд, покрытый толстым слоем льда. А справа – многоэтажные дома. В одном из них я и жила раньше, пока мы не переехали в столицу.
Мы успеваем целых два раза скатиться на бубликах. Я верещу от скорости и драйва, с которым мы летим на ватрушке с Никитосом. Тот проникается вайбом и визжит со мной за компанию. Весело хохочем, нас закручивает, и мы летим в сугроб. Выбираемся и, взявшись, за веревочку, тянем за собой бублик наверх.
– Соня? – кричит какой-то парень. – Санталова? Ты?
Я оборачиваюсь на зов и расплываюсь в улыбке.
– Денис? Коврижин? – ахаю, узнав своего одноклассника. Капец, он вытянулся и раздался в плечах. Это моя первая любовь из детского сада. В школе, конечно, все прошло, когда я переключилась на Кобзаря, но писал он мне регулярно. Не дождавшись взаимности, начал встречаться с нашей одноклассницей Женей, а потом я уехала. – Да ладно?
Он спешит ко мне, широко расставив руки и, приподняв, кружит в воздухе, а я визжу.
– Привет, Сонька! – наконец, ставит на землю. – Ты как тут, москвичка? Красавица совсем стала. Модная такая!
– Да ну тебя! – шутливо токаю его в грудь. – К папе приехала и его семье в гости. Вот, мой младший брат, Никита!
– Привет, пацан! – присаживается на корточки парень и протягивает руку для приветствия. – Денис!
– Никита! – важно пожимает в ответ братишка.
– Ты надолго?
– Десятого обратно! А ты с кем тут?
– Я? С парнями! Они на лыжах катаются, а я руку ломал не так давно, просто прогуливаюсь на свежем воздухе. Какие планы у тебя, можно встретиться! Там все наши. Костя, Майкл и Леха. Думаю, будут рады тебя увидеть.
– Дэн, мы завтра со Златой и девчонками в «Перец» идем. Подтягивайтесь, если что.
– О, супер! Мы будем! Номер не поменялся у тебя?
– Поменялся, конечно! – хохочу я.
– В соцсетях тогда спишемся. До завтра! – клюет меня в щеку на прощание и машет рукой.
Довольная, тяну за собой бублик и Никитоса. Поднявшись наверх, обнаруживаю папу и Сеньку. Он, как всегда, с недовольным лицом.
– Что с тобой? – хлопаю братца по плечу. – Лимонов объелся?
– На хрена я сюда приехал? – ворчит он. Переходный возраст у Сеньки в самом разгаре. – Лучше бы дома сидел, по сети играл.