Мир Binram

Глава 1 Дом и дорога

В мире Binram девять народов веками держали хрупкое равновесие между светом и тьмой. Пока боги не вмешались сами.Шемир проснулся задолго до рассвета. За окном стояла предрассветная синева, и в доме пахло свежим хлебом, мать уже встала и хлопотала у печи. Он потянулся, с наслаждением чувствуя, как мышцы ноют от вчерашней езды. Ривоны — синие, похожие на плоских скатов с четырьмя конечностями и длинным хвостом — требовали крепких ног и хорошей координации. Шемир гордился тем, что умел управляться с ними лучше многих.Он оделся, спустился вниз. Мать, Верона, обернулась от печи и улыбнулась - мягко, по-домашнему. Её лицо было чуть уставшим, но глаза светились теплом, которое согревало весь дом. Она никогда не повышала голоса, а если кто-то из домашних ссорился, просто ставила перед ними чашку с травяным чаем и ждала, пока страсти улягутся. Её тишина действовала лучше любых слов.

— Садись, сынок, — сказала она, ставя перед ним тарелку с кашей и куском вяленого мяса.

— Дорога дальняя, силы нужны.

Шемир сел за стол. Рядом уже сидела Эмир, его младшая сестра, и сонно клевала носом, уткнувшись в миску. Волосы у неё были такими же тёмными, как у матери, и вечно растрёпанными. Ей было тринадцать, и она мечтала стать целительницей, но уроки прогуливала чаще, чем ходила.

— Эмир, — сказал Шемир, легонько толкнув её в плечо.

— Доедай, а то опоздаешь.

— Не хочу в школу, — пробормотала она, не поднимая головы.

— Учительница злая, а травы все равно не растут, она говорит, я неправильно их сажаю.

— Значит, слушай её, — он улыбнулся. — А то так и останешься неучем.

Она фыркнула, но глаз подняла и улыбнулась в ответ — той самой улыбкой, которая прощала ему все его долгие отлучки и строгие нотации.

— Лучше бы ты остался, — сказала она вдруг серьёзно.

— Я скучаю, когда ты уезжаешь.

— Я быстро, — пообещал он.

— Два дня — и я вернусь.

— Ты всегда так говоришь, — она надула губы, но в глазах мелькнула тревога.

— А потом пропадаешь на неделю.

Мать мягко положила руку на плечо Эмир.

— Не беспокой брата, милая. У него работа.

— Я хочу, чтобы он был рядом, — упрямо сказала Эмир.

Шемир погладил её по голове.

— Я буду рядом, когда смогу. Обещаю.

Отец, Вальмур, появился на пороге, когда все уже почти позавтракали. Он был высоким, широкоплечим, но с вечно помятым лицом и слегка расстёгнутой рубахой — видимо, опять ночевал в кабаке, споря с местными о политике и магии. Но когда он входил в дом, его лицо озарялось улыбкой, которая делала его почти молодым.

— Ну что, гонец, — сказал он, хлопнув Шемира по плечу.

— Готов к приключениям?

— Я просто еду к Варшимам, — ответил Шемир.

— Это не приключение.

— Любая дорога — приключение, сын. Особенно если впереди неизвестность. — Он подмигнул, и в его глазах мелькнула та самая искра, которая заставляла людей прощать ему его пьянство и лень.

— Помни: в пути главное — не силой мерить, а умом. Ривоны слушаются того, кто их чувствует, а не того, кто их бьёт.

— Я знаю, — улыбнулся Шемир. — Ты мне уже сто раз говорил.

— Повторение — мать учения,— отец взял кружку жильны — густого, тягучего напитка янтарного цвета, который делали из жила, добываемого из умирающих камней. От жильны пахло горелым мёдом и чем-то землистым, и она бодрила лучше любого чая. Вальмур сделал глоток и крякнул.

— Ну что, поехали?

— Я поеду один, — сказал Шемир. — Ты оставайся, помогай маме.

— Ну нет, — отец усмехнулся. — Я провожу тебя до ворот. Хотя бы подышать свежим воздухом.

Они вышли на улицу. Солнце только поднималось, окрашивая небо в розовый. Во дворе уже ждал ривон — синее создание с широким плоским телом, четырьмя короткими, но мощными лапами и длинным гибким хвостом. Его голова напоминала камбалью, но с умными глазами и рядами небольших щупалец вокруг рта. Ривоны были выносливы и послушны, но только тем, кто умел держать равновесие на их скользкой спине — это требовало тренировки, и Шемир гордился тем, что мог сидеть на ривоне даже на полном скаку.

— Ну, давай, — отец хлопнул ривона по боку, и тот довольно заурчал.

— Смотри, чтобы не упал. И не задерживайся — мать будет волноваться.

— Я быстро, — пообещал Шемир, забираясь на спину ривона. Он взял поводья, и ривон под ним вздрогнул, готовый к старту.

— Шемир! — крикнула из окна Эмир, высунувшись по пояс. — Привези мне что-нибудь! Ну, хоть камешек какой-нибудь!Он рассмеялся и помахал ей рукой.

— Привезу, если будет время!

Отец стоял у ворот, и его лицо вдруг стало серьёзным. Он подошёл к Шемиру, положил руку ему на плечо и, понизив голос, сказал:

— Сынок, будь осторожен. В последнее время я слышал странные разговоры. Говорят, боги разгневаны на нас. Не лезь в опасности. Если что-то пойдёт не так — возвращайся.

— Отец, ты же знаешь, я справлюсь, — ответил Шемир, хотя внутри шевельнулась тревога.

— Знаю, — улыбнулся Вальмур, и в его глазах мелькнуло что-то странное — почти печаль. — Просто возвращайся. Живым. Это главное.

Он отступил, и ривон рванул вперёд, вынося Шемира на улицу. Ветер ударил в лицо, и все тревоги исчезли, растворившись в беге.

Дорога к Варшимам пролегала через леса Чевиров, реки безымянных героев и горы Дармов. Шемир знал её наизусть, каждую тропу, каждую излучину.Леса были густыми и древними, с деревьями, чьи кроны уходили в небо. Земля была покрыта толстым слоем мягкого мха, а среди ветвей вились синие лианы, которые ночью светились, как упавшие звёзды. Здесь росли магические травы — те, что утоляли голод, другие усиливали силы, третьи лечили раны. Шемир не раз брал их с собой в дорогу, хотя предпочитал полагаться на свою выносливость.За лесами открывались реки безымянных героев — широкие, медленные, с водой, отражающей небо. Легенды говорили, что в древности здесь сражались воины, чьи имена забылись, но чьи подвиги остались в памяти каждого народа. Каждый народ считал их своими, и потому реки были священными — никто не смел осквернять их воды.Дальше начинались горы Дармов. Они стояли, как сторожа, — массивные, неприступные. Говорили, что внутри гор жил народ Дармов — низкорослые существа с длинными ушами и лазурной кожей, чьи технологии были понятны только им самим. Горы были спилены у основания и висели в воздухе на странных устройствах, которые, как считалось, делали Дармы. Шемир никогда не видел Дармов близко, но слышал, что они редко покидают свои подземные города.Наконец впереди показалось государство Варшимов — огромный шар, наполовину ушедший в землю. Он поворачивался, и когда одна сторона была в тени, другая купалась в солнечном свете. Варшимы были высокими, худощавыми, с двумя парами рук и вытянутыми лицами. Они славились своим искусством владения клинками — сантамами — и жили внутри шара, в его верхних и нижних уровнях.Шемир добрался до старейшины стороны «А», того самого, который когда-то помогал отцу в торговых делах. Старейшина был типичным варшимом — почти четыре метра ростом, с серой кожей и спокойными, мудрыми глазами. Он принял Шемира в своём кабинете, вырубленном в каменной стене.

— Малыш Шемир, — сказал он, слегка наклонившись, чтобы не смотреть сверху вниз.

— Я слышал, ты привёз послание из столицы. Но оно адресовано стороне «Б». К сожалению, сейчас они спят

— до утра я не могу тебя пропустить.

— Старейшина, — сказал Шемир, — жизнь моего народа на кону. Пожалуйста, помогите

.— Я передам послание через моих часовых, — ответил старейшина. — А ты отправляйся домой. Возвращайся, пока есть время.

Шемир понял, что спорить бесполезно. Варшимы не меняли своих обычаев. Он принял предложение и вылетел из города, гоня ривона со всей возможной скоростью. Когда он достиг лесов, солнце уже клонилось к закату. Впереди показался город — его родной город, столица Чевиров. Но что-то было не так. Над городом клубилось золотое облако, и с неба стекал поток, похожий на жидкое золото.Шемир никогда не видел ничего подобного. Он помчался к городу ещё быстрее. Когда он ворвался на окраину, его встретила тишина. Тишина, которая была страшнее любых криков. Жители стояли на улицах, застыв в мучительных позах, их тела покрылись золотом — блестящим, тёплым, но мёртвым. Их лица были искажены агонией, и Шемир с ужасом узнавал соседей, друзей.Он бежал к своему дому. Входная дверь была залита золотом, и он выбил окно, протиснулся внутрь, разбивая руки о стекло.Внутри было ещё хуже. Мать, Верона, стояла у стены, подняв руки вверх. Она держала Эмир — тело девочки было покрыто золотом наполовину, а сама мать застыла в золоте целиком, только руки, сжимавшие талию дочери, ещё не остыли.

— ЭМИР! — закричал он.

Она смотрела на него. Её глаза были пустыми, но она ещё дышала.

— Почему... — прошептала она. — Почему ты уехал?

И её голос оборвался Шемир опустился на колени. Он не мог дышать. Он не мог думать Золото стекало с крыш, заполняя улицы. Но в доме уже ничего не двигалось. Шемир разорвался в криках агонии и потерял сознание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.